Илья Калинин
Спящая душа

Начало

В зале сошлись четверо – по одному с каждой стороны. Вершители и хранители, воля и неволя всего сущего. В трансе звучал лишь их общий шёпот: «Настанет день огня и сгорания, придёт тот, чьё бытие – ожог. Рождённый толикой сознания, он пробудится. Он воздаст. От сна, отчая́нья и боли, из ссылок, что навек даны, непостижимый, неопалимый – так говорили о нём они».

Очередной день в академии закончился для меня совсем не так радужно, как мне бы хотелось. Всё началось с очередного спора с профессором – на этот раз о доказательстве «теории относительности векторного движения эфира в подпространстве временных искажений состояния души до и после отделения души от тела». Я некоторое время терпел его напыщенную уверенность, но в какой-то момент не выдержал. Я высказал ему всё. В красках. О нём самом, о его научных трудах и узколобости. Скандал вышел знатный: крики, обвинения, появление ректора академии в сопровождении охраны. Меня без лишних церемоний отстранили от посещения учебного заведения. Но это было ещё полбеды. Ректор наложил запрет на моё приближение к библиотеке на целый месяц.

Бредя домой в растрёпанных чувствах, я почти не замечал ничего вокруг. Хотя слово «домой» тогда было скорее мечтой, чем реальностью. Лучше бы я действительно шёл, ничего не видя и не слыша, но нет – так я не умею.

Я услышал крик о помощи. И, разумеется, тут же решил, что я – бравый герой, который обязан спасать всех и вся. Меня предупреждали, что эта черта не доведёт до добра. О боги, как же они были правы. Крик доносился из тёмного переулка. Я побежал туда и увидел, как двое моральных уродов пытались опорочить девушку. Я не колебался ни секунды. С размаху влетев в них, повалил обоих на землю и попытался удержать, действуя больше на ярости, чем на разуме. И почти сразу почувствовал резкий жгучий холод в животе. Почему-то стало очень мокро. Стояла тёплая июльская ночь, но это ощущение расползалось всё сильнее. Ублюдки с неожиданной лёгкостью сбросили меня, и я понял – силы стремительно покидали тело. Мир начал плыть. Глаза закрывались сами собой. Последняя мысль была странно спокойной: «А девчонка-то молодец… хотя бы успела убежать». А потом тьма накрыла меня полностью.

Глава 1

Я умер.

Это осознание пришло не сразу, но было удивительно спокойным. Без паники. Без ужаса. Скорее… с облегчением.

Как? Почему?

И, что самое странное, меня это радовало.

Вот оно – неоспоримое доказательство того, что я был прав. Моя теория верна. Я – не тело. Я – душа.

Да. Именно так.

В этот самый момент я существую как чистое мышление. Как осознание без формы и веса. И я куда-то несусь.

Куда – понять невозможно.

Нет ни верха, ни низа. Нет света и тьмы в привычном смысле. Лишь движение. Поток.

Я чувствую, что мыслю. Чувствую сам факт существования – и этого оказывается достаточно. Удивительно, но отсутствие тела не пугает. Скорее наоборот – словно с меня сняли тяжёлые, неудобные оковы.

Время здесь ведёт себя странно. Оно то растягивается, то сжимается, превращаясь в нечто вязкое и неопределённое. Я не могу сказать, сколько это длится – секунды, минуты или вечность.

Есть лишь ощущение направления.

И ещё – ощущение, что этот поток ведёт меня не случайно.

Будто кто-то или что-то уже ждёт меня в конце пути.

Я почувствовал, как конец этого странного пути подлежит завершению. Оставалось совсем немного. И после яркой вспышки я открыл глаза как ни в чём не бывало. И тут я разочаровался. Я лежал в какой-то то ли палате, то ли где, но это была ПРОСТО БОЛЬНИЧНАЯ ПАЛАТА. Как же я разозлился, разочаровался, расстроился, неужели это просто был сон, бред от ранения или просто уже начала проявляться шизофрения. Я вскочил, что показалось мне странным, ведь совершенно не было боли, хотя при той ране, что я получил, боль не могла отступить так быстро. Я начал ощупывать свой живот, пытаться найти, но от раны даже следа не было. Я собрался с мыслями и начал рассматривать свою «палату». Да, видимо, я ошибся, что несомненно меня радовало, и, похоже, я попал в другой мир. Во-первых, палата была каменной, будто бы я находился в каком-то замке. На стенах висели гобелены, повсюду была массивная деревянная мебель. Да и за окном были не типичные небоскрёбы, а огромная замковая территория. Ну и самое главное – в небе сияло 3 солнца. И тут варианта два: либо я окончательно сошёл с ума и это моя палата в дурдоме; либо я попал в другой мир. И с учётом того, что сумасшедшие редко когда понимают, что они сумасшедшие, я всё-таки ближе ко второму варианту.

Я не знаю, сколько прошло времени. Я просто лежал и пытался понять, что именно со мной происходит.

Мысли путались, складывались в теории, рассыпались и собирались снова. Я прокручивал в голове одно и то же: смерть, поток, пробуждение, три солнца. Ни одна логическая цепочка не хотела сходиться.

Наконец дверь открылась.

В комнату вошёл… эльф.

Ну, по крайней мере, именно так их всегда описывали в фантастике. Высокий, светловолосый, с заострёнными ушами и благородной, почти холодной внешностью. Он двигался спокойно и уверенно, словно находился здесь по праву, а я – нет.

– О, вижу, ты уже пришёл в себя, – сказал он ровным тоном.

Я приподнялся, стараясь выглядеть слабым и растерянным, хотя чувствовал себя на удивление хорошо.

– Кто я?.. Где я?.. – спросил я, придав голосу болезненную хрипотцу.

Эльф посмотрел на меня так, будто взвешивал – не слова, а саму мою ценность.

– Мы нашли тебя в лесу неподалёку от города. А вот кто ты и откуда… – он сделал короткую паузу. – Думаю, позже ты расскажешь нам это сам.

Он развернулся к двери.

– Поднимайся. Тебе принесут одежду и сопроводят на обед. Там и поговорим.

В его голосе звучала строгость.

И едва заметное, но отчётливое пренебрежение.

Едва за эльфом закрылась дверь, как в комнату почти вбежал слуга. Он нёс аккуратно сложенную одежду и, не задавая вопросов, принялся помогать мне одеваться. Рубашка оказалась странной на вид – с множеством кружев, тонких узоров и замысловатых вышивок. Штаны же были на удивление простыми.

Но стоило ткани коснуться кожи, как я понял: это не просто наряд. Одежда была невероятно мягкой, словно подстраивалась под тело, не сковывая ни одного движения.

Когда с хлопотами было покончено, слуга жестом, не терпящим возражений, указал мне следовать за ним. Судя по всему, обед – это не приглашение, а приказ.

Мы шли по длинным каменным коридорам замка. Стены украшали гобелены с незнакомыми гербами и сценами битв, потолки терялись где-то в полумраке, а под ногами эхом отдавались шаги. Я старался запомнить каждый поворот, каждую нишу и дверь. Если вдруг понадобится бежать, лишняя информация точно не помешает.

Мысли же тем временем крутились вокруг одного и того же.

Я отчётливо помнил поток. Состояние чистого мышления. Отсутствие тела. Это не было сном. Слишком… цельно. Слишком логично в своей нелогичности. Я отчаянно надеялся, что здесь найдётся хоть кто-то, способный объяснить, что со мной произошло.

Минут через десять мы вошли в огромный обеденный зал.

За длинным столом уже сидели эльфы. Во главе – тот самый, с холодным взглядом и манерами человека, привыкшего приказывать. По правую руку от него располагались две эльфийки, почти неотличимые друг от друга: одинаковые черты лица, одинаково спокойные выражения, словно зеркальное отражение. По левую – молодой эльф. Его черты были мягче, уши менее заострёнными, а взгляд – настороженным, но живым.

«Сын», – мелькнула мысль. Или, по крайней мере, кто-то очень близкий.

– О, наш дорогой гость наконец-то присоединился к нам, – произнёс глава семейства, указывая на свободное место рядом с молодым эльфом. – Прошу, присаживайся.

Я подчинился.

– Для начала как следует подкрепись, – продолжил он. – А уже потом обсудим вопросы, которые у меня к тебе накопились.

Стол ломился от блюд. Фрукты, овощи, мясо – всё выглядело знакомо, но в мелочах отличалось от привычного мне. Цвета были ярче, запахи насыщеннее. Семейство ело спокойно, без спешки. Я же, стараясь не выдать напряжения, начал есть, выбирая еду только с тех блюд, к которым уже прикасались остальные.

И, чёрт возьми, это было восхитительно.

Никакой химии. Никаких суррогатов. Вкус был… настоящим.

Когда трапеза подошла к концу, глава семейства отложил приборы и посмотрел прямо на меня.

– Ну, – сказал он спокойно, – давай рассказывай, кто ты и как оказался в теле моего племянника.

Я замер.

– Только не пытайся отнекиваться, – продолжил он тем же ровным тоном. – К моему огромному сожалению, мой племянник уже более сорока лет существовал… скорее как овощ. Он не мог двигаться, не мог говорить, едва мычал. Мы поддерживали в нём жизнь, надеясь на чудо.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть.

– И когда мне доложили, что он пришёл в себя, я примчался сюда немедленно. Я просканировал его тело всеми доступными способами, – его взгляд стал острее. – И был крайне удивлён, обнаружив, что души моего племянника в этом теле больше нет. Есть только твоя.

В зале повисла тишина.

– Так что рассказывай, – закончил он. – Кто ты. Откуда. И что ты забыл в нашем мире.

И в этот момент мне показалось, что я принял единственное верное решение – рассказать ему всё как есть.

– Меня зовут Дмитрий, – начал я. – И, если честно, я сам не понимаю, как оказался в теле вашего племянника. Последнее, что я помню, – удар ножом в живот. Холод. Боль. А потом… я очнулся уже здесь. В этом теле. И я совершенно не понимаю, что происходит.

Эльф резко выпрямился.

– Так значит, ты перерожденец! – возбуждённо воскликнул он.

Я невольно напрягся.

– Видимо, твоя душа находилась в спячке до этого момента, – продолжил он, уже спокойнее, но с явным интересом.

– Вот почему мой племянник страдал этим недугом. У него никогда не было собственной души. Всё это время в его теле находилась твоя – в неактивном состоянии.

Он на мгновение задумался, затем кивнул сам себе.

– Ладно. Начнём с начала. – Он посмотрел на меня официально. – Я – Оруэл дэ Кердуин, властитель Рощи Зелёных Садов и посол всех светлых эльфов в королевстве Кертания.

Он жестом указал на сидящих рядом женщин.

– Это моя дражайшая супруга Лора и её младшая сестра Лэра.

Затем он повернулся к молодому эльфу.

– А это мой сын Ордиэль.

После этого Оруэл снова перевёл взгляд на меня.

– На этом предлагаю считать наш обед оконченным. – Он встал. – А тебя, Димитрий… – имя он произнёс с лёгким искажением, – я попрошу пройти со мной в кабинет. Нам предстоит решить, что делать дальше.

Глава 2

Оруэл жестом показал мне вставать и следовать за ним. Мы отправились по извилистым коридорам в его кабинет. Я напрягся, совершенно не понимая, что меня ждёт дальше и какое будущее мне уготовано.

Реакция эльфа на мой рассказ казалась странной. Он будто бы был рад услышанному и, что самое главное, совершенно этому не удивился. А значит, для их мира подобное событие не являлось чем-то из ряда вон выходящим. Эта мысль немного успокаивала – по крайней мере, можно было не опасаться, что меня тут же «разберут на опыты».

Мне необходимо узнать об этом как можно больше. Всё происходящее было прямым доказательством сразу нескольких вещей. Во-первых, душа существует. Во-вторых, она не умирает вместе с телом. А поскольку я прекрасно помнил свою прошлую жизнь, становилось очевидно: душа и сознание – не одно и то же. Одно не зависит от другого.

Следовательно, я был прав.

И, возможно, со временем я смогу научиться управлять собственной душой.

Под эти мысли мы остановились у двери. Судя по всему, это и был кабинет Оруэла.

– Проходи, садись, – сказал он, открывая дверь.

Войдя в кабинет, я был приятно удивлен несмотря на всю напыщенность представшего передо мной эльфа, а дело в том, что кабинет был очень скромным и простым небольшой рабочий стол с кипой бумаг на нем, обычные стулья и несколько книжных шкафов наполненых книгами, легкий беспорядок который свидетельствует о том, что в кабинете явно работают и довольно много. Переборя свое замешетельство я сел на стул который стоял у стола , а эльф сел уже за сам стол.

– Димитрий, – начал Оруэл, устроившись за массивным столом. – Нам действительно предстоит многое обсудить. Начнём с главного.

Он сложил пальцы домиком и посмотрел на меня внимательно, без прежней отстранённости.

– Перерождение в нашем мире – явление не то чтобы редкое, но и далеко не обыденное. Такие, как ты, появляются у нас время от времени. Следовательно, существуют и признанные всем миром правила, которым ты обязан следовать. И я обязан посвятить тебя в них.

Я невольно выпрямился.

– Во-первых, – продолжил он холодно, – ни в коем случае даже не думай заикаться о своём прошлом мире. Ни словом. Ни намёком. Тем более – о каких бы то ни было технологиях оттуда.

Он сделал паузу, позволяя словам впитаться.

– Церковь и все государства пристально следят за этим. За одно лишь упоминание наказание только одно – смерть.

Эти слова заставили меня по-настоящему напрячься.

Похоже, в их мире с подобными вещами не церемонятся.

– Далее, – спокойно продолжил Оруэл, будто только что не говорил о казни, – в ближайшее время мы с тобой отправимся в центр регистрации. Там с тобой побеседуют представители инквизиции Церкви Святой Люстреды. Это обязательная процедура.

Я с трудом удержался от вздоха.

– И последнее правило, – он слегка наклонил голову. – Я бы даже назвал это нормой приличия. Независимо от того, сколько тебе лет и кем ты был в прошлом, ты обязан пройти обучение в академии. Ты должен знать историю, законы и устройство нашего мира.

– В связи с этим у меня к тебе есть предложение, – продолжил Оруэл после короткой паузы. – Обучение в академии, разумеется, не бесплатное. Обычно семьи отказываются от таких, как ты, и тогда расходы на обучение берёт на себя государство. После окончания академии ты обязан отработать долг: либо в армии, либо, если проявишь успехи в каких-либо дисциплинах или особые склонности, в других местах.

Он посмотрел на меня внимательно, словно проверяя реакцию.

– Я же предлагаю иное. Моя семья признает тебя. Я дам тебе своё родовое имя и полностью оплачу твоё обучение в академии. Взамен ты обязуешься жить по правилам нашего народа и служить мне, моей семье и на благо всего эльфийского рода.

Оруэл сделал ударение на последних словах.

– Тем более теперь ты и сам эльф. Поверь, эти условия куда лучше тех, что тебе могут предложить в королевстве. После обучения многих отправляют на войну или в места куда более опасные.

Я молчал, пытаясь осмыслить услышанное.

Очевидно, я чем-то зацепил этого эльфа, раз он предлагал мне подобные условия.

– Я могу подумать, – наконец сказал я. – Хотя бы до разговора с инквизицией.

Оруэл нахмурился.

– Но что именно тебя не устраивает в моём предложении? – спросил он уже резче, едва сдерживая раздражение.

– Оно слишком щедрое, уважаемый Оруэл, – ответил я спокойно. – И я не привык принимать поспешные решения.

Несколько секунд он молчал, а затем его терпение лопнуло.

– Забудь о своей прошлой жизни! – зло выкрикнул он. – Я предлагаю тебе начать с чистого листа! Таких, как вы, презирают везде, а я лишь пытаюсь помочь!

– Я безусловно благодарен вам за попытку помочь, – ответил я ровно. – Но, тем не менее, я бы всё-таки предпочёл повременить с таким важным решением. Насколько я понимаю, мы не будем затягивать с моей регистрацией? – добавил я, стараясь сгладить углы.

Оруэл резко поднялся.

– Довольно. Убирайся, – прокричал он.

Я не стал спорить. Развернулся и тут же вышел за дверь.

В коридоре меня сразу же перехватил слуга.

– Господин, вам необходимо отправиться в свои покои.

Я не стал возражать и молча последовал за ним.

Добравшись до комнаты, слуга остановился у порога и не вошёл внутрь. Он дождался, пока я переступлю порог, и сразу же закрыл за мной дверь.

Щёлкнул замок.

Интерлюдия. Оруэл.

После ухода этого сопляка я пребывал в ярости.

Как он посмел перечить мне? После всей той милости, что я был готов ему оказать!

– Да как он посмел! – в ярости выкрикнул я, швырнув огненный шар в шкаф у стены.

Дерево вспыхнуло и рассыпалось пеплом.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.Бесполезно.

В любом случае об этом необходимо доложить Владыке. Он не спрашивает – он требует. А молчание в подобных вопросах карается строже, чем ошибка.

Отодвинув книгу магии в уцелевшем шкафу, я активировал круг общения и начал призыв.

– Светлейший Кеин, – произнёс я, – это Оруэл. Прошу аудиенции.

Ответ пришёл почти мгновенно.

– Чего тебе? – холодно прозвучал голос. – И если это опять пустяк, не стоящий моего внимания, то на ближайшую сотню лет ты отправишься сторожить южную границу.

– Светлейший, – я склонил голову, – я бы не посмел беспокоить Вас по пустякам. Дело в том, что в теле сына Вергии обнаружился перерожденец.

– И что? – перебил он меня. – Обычное дело. Выкинь его и покончи с этим. Заодно избавились бы от этого овоща. Ты же понимаешь, что подобное не стоит моего внимания?! Так что с ближайшего солнцестояния ты отправляешься на границу.

Я стиснул зубы.

– Владыка, – произнёс я осторожно, – несомненно, будь это обычный перерожденец, я бы не посмел тревожить Вас. Но дело в том, что его запасы маны… практически безграничны. Больше, чем даже у вас, Светлейший.

Наступила пауза.

– И он только что пробудился, – добавил я.

Несколько мгновений стояла тишина, после чего голос Владыки стал иным.

– Очень хорошо, – медленно произнёс Кеин. – Мы должны заполучить его. И не дай бог ты упустишь его из-за своей вспыльчивости.

Я выпрямился.

– Разрешаю применить силу, – продолжил он. – Но он должен служить нам. И во славу Мою.

Связь оборвалась. Круг общения погас.

Я медленно выдохнул.

Очень плохо.Если Владыка узнает, что я уже успел наорать на мальчишку, всё может закончиться для меня куда хуже, чем служба на границе…

Глава 3

Я лежал в кровати, глядя в звёздное небо, и размышлял, что мне со всем этим делать и как вообще жить дальше. Мысли о возвращении домой я отбросил сразу – там я умер. И это неоспоримый факт. Хотя, признаюсь, с каким бы удовольствием я уткнул нос тому профессору, который на пару с ректором выгнал меня из университета.

Условия Оруэла были заманчивы. Очень заманчивы. Но его взгляд…

Словно я уже не человек – то есть эльф, – а какая-то вещь, на которую у него есть право. Это выводило меня из себя куда сильнее, чем я хотел признать.

Впрочем, прострация ничего не решит.

Душа… Как её почувствовать? Как понять, что это такое на самом деле? Когда-то, изучая этот вопрос для своей «теории», я наткнулся на интересную практику, описанную в трудах храмов Тибета.

Суть её заключалась в создании воображаемого пространства – так называемого внутреннего мира. Именно в нём следовало входить в состояние медитации и стремиться к просветлению.

Было одно важное условие.

При создании внутреннего мира, помимо любой желаемой обстановки, необходимо было представить чёрно-белый дуб – символ баланса тёмного и светлого в душе. А уже за этим дубом – место покоя, к которому и ведёт медитация.

Я медленно закрыл глаза.

Постарался как можно детальнее представить этот дуб. Огромный. С чёрно-белым стволом и раскидистыми ветвями, уходящими ввысь.

Это оказалось куда сложнее, чем я думал. Образ расплывался, терялся, прерывался посторонними мыслями – лицами эльфов, голосами, ощущением чужого взгляда.

Как бы я ни пытался удержать его, он ускользал.

И, сам того не заметив, я уснул.

– Кх-кх… господин Димитрий, просыпайтесь. Вас ожидают на завтрак, – раздался голос слуги.

Я открыл глаза, с трудом возвращаясь к реальности.

– Одну минуту. Мне необходимо привести себя в порядок.

– Не переживайте, я помогу, – спокойно ответил он.

Мы направились в ванную комнату. Слуга помог мне с утренними приготовлениями, подал чистую одежду, и вскоре мы отправились на завтрак.

На этот раз зал оказался другим – значительно меньше вчерашнего. За столом сидел лишь Оруэл.

– Доброе утро, Димитрий. Присаживайся.

Я сел, всё ещё настороженный.

– Я хотел бы извиниться за вчерашнее, – продолжил он. – Работы сейчас слишком много, и я позволил себе лишнее. Не принимай это близко к сердцу. Ты был абсолютно прав. Тебе стоит выслушать предложение инквизиции и понять, что-то, что предлагаю тебе я, сулит куда больше выгоды.

Я смотрел на него с лёгким недоумением – будто передо мной сидел совершенно другой разумный.

– Благодарю за то, что прислушались ко мне. Это действительно важно.

– Отлично, – кивнул Оруэл. – Наслаждайся трапезой. Сегодня же мы отправимся в центр регистрации перерожденцев.

Спустя некоторое время мы действительно отправились в путь.

У выхода из замка нас ожидала роскошная карета. Именно на ней мы и выехали. Уже через пятнадцать минут мы въехали на территорию города. Я озирался по сторонам, стараясь не упустить ни одной детали.

Дома здесь были совершенно необычными, непривычными для моего взгляда. Архитектура казалась чуждой и в то же время удивительно гармоничной. Воздух был идеально свежим, а на улицах царил порядок.

Оруэл сидел молча, о чём-то задумавшись. Я никак не мог понять, куда делся тот надменный и высокомерный эльф, каким он был вчера. Сейчас он выглядел собранным и сдержанным. Почти холодным.

Так мы добрались до центра регистрации.

Здание встретило нас мрачным видом. Настоящий бастион: решётки на окнах, массивные стены, глухие ворота. Снаружи он больше напоминал дом пыток, чем учреждение, где кого-то регистрируют.

Я невольно напрягся. Здесь нужно быть предельно осторожным.

Внутри всё оказалось иначе.

Казематы поражали идеальным порядком. Ни пылинки. Ни лишнего звука. Даже шаги звучали приглушённо, будто стены сами глотали шум.

За стойкой регистрации стояла приятная на вид девушка.

– Добро пожаловать. Какова цель вашего визита? – произнесла она ровным, отработанным тоном.

Оруэл сделал шаг вперёд.

– Мы прибыли для регистрации перерожденца, – спокойно произнёс он. – В теле моего племянника обнаружилась чужая душа.

– Многоуважаемый Оруэл… как же так… Примите наши соболезнования, – воскликнула она, мгновенно изменившись в лице. – Прошу вас заполнить документы и ожидать. Господин Командующий вскоре примет вас. В её голосе сквозило откровенное заискивание. Оруэл кивнул, не удостоив её лишним вниманием. Затем её взгляд переместился на меня. И потепление исчезло. – Ну а ты… – она смерила меня взглядом так, будто я действительно был чем-то грязным. – Отправляйся со стражей. Тебя проверят и вызовут. В её глазах мелькнуло что-то холодное. Предупреждение. Или угроза. Рядом со мной тут же возникли двое стражников – огромные, закованные в латную броню. Один схватил меня за плечо, второй встал с другой стороны. Без лишних слов они повели меня прочь. Мы свернули в тёмный коридор, который резко контрастировал с безупречной чистотой и блеском казематов. Здесь воздух казался тяжелее, свет – тусклее, а шаги отдавались глухим эхом.

Меня сопроводили в тёмное помещение и усадили за стол.

Напротив сидел пухлый человек невысокого роста, с неприятным прищуром глаз. Внешне он напоминал жабу – влажная кожа, тонкие губы, мелкие глаза. И вызывал он во мне, да и, уверен, у многих окружающих, скорее отвращение, чем какие-либо иные чувства.

– Назовите ваше имя, – противным, писклявым голосом обратился он ко мне.

– Димитрий. А подскажете, как будет проходить процедура регистрации? – спросил я, преодолевая желание отвернуться от этой «жабы».

– Молчать! – резко взвизгнул он. – Вопросы здесь задаю я! У таких, как ты, нет никаких прав разговаривать первыми и обращаться к истинным жителям мира!

Он буквально выплёвывал слова.

– Быстро встать. Снять всю одежду, кроме белья. Будем проводить досмотр и осмотр, – недобро прищурился он.

– Я отказываюсь! Это просто возмутительно. Как это вообще относится к регистрации? – возмутился я.

– Очень хорошо… – прошептал он, потирая руки.

И в следующий миг я почувствовал давление в голове.

Оно было внезапным. Сильным. Разрывающим. Боль накрыла так резко, что я не сразу понял, что происходит. Я попытался закричать, но не смог даже открыть рот.

– За сопротивление при проведении регистрации я имею право использовать ментальную магию вплоть до третьего круга, – холодно произнёс он. – Так что советую сопротивляться как можно больше.

В его голосе звучало откровенное удовольствие.

– Немногие остаются в здравом рассудке после такой процедуры. А ты, я надеюсь, окончательно сойдёшь с ума, чёртов вторженец.

И тут я почувствовал, как нечто лезет мне в разум – в самые дальние закоулки сознания, заполняя их и выворачивая меня наизнанку.

Боль была невыносимой.

Я всерьёз подумал, что это конец. Что меня ждёт вторая смерть.

В висках стучало так, будто череп вот-вот треснет. Я чувствовал, как по лицу течёт что-то тёплое – кровь из носа и ушей.

Сознание начинало рассыпаться.

Я отчаялся. Не знал, что делать.

И в этот момент распахнулась дверь.

– Что здесь происходит? – раздался со стороны входа громкий, властный голос. – Стоило мне отлучиться всего на несколько дней, как ты снова взялся за своё. На каком основании начата процедура ментального взлома? Да ещё и такого уровня?

– Он… он сопротивлялся… не подчинялся… – жалобно промямлил инквизитор.

– Парня к лекарю. Немедленно. Его ещё можно спасти.

Я едва различал слова.

А затем пришла спасительная темнота. Я потерял сознание.

Глава 4

Пробуждение было тяжёлым. Голова до сих пор разрывалась от боли. Глаза я открывать не спешил – не хотел, чтобы кто-нибудь понял, что я очнулся. Меня охватил страх. Настоящий, липкий, парализующий.

Я долго лежал, пытаясь прийти в себя и хоть немного отодвинуть это чувство.

Наконец решил попробовать освоить медитацию. В надежде, что хотя бы это сможет мне помочь.

Я постарался откинуть всё лишнее, сосредоточиться и как можно чётче представить образ того самого огромного дуба, о котором говорилось в технике.

Но дерево почему-то представлялось иначе.

По его коре тянулись тонкие жилки гнили, будто оно болело. И при этом казалось мне странно родным и одновременно чуждым.

Стоп.

Я только сейчас осознал, что больше не представляю его.

Я отчётливо видел его перед собой.

Древо оказалось куда больше и величественнее, чем я мог вообразить. Огромный ствол был одновременно чёрным и белым – местами преобладал тёмный цвет, местами светлый. Раскидистые ветви уходили ввысь, густо покрытые листвой.

И всё же что-то нарушало это величие.

Те самые вкрапления гнили.

Небольшие, но заметные.

Будто древо было больно.

И внезапно пришло понимание.

Это великое дерево – и есть моя душа.

А гниль – страх и боль, поселившиеся во мне после атаки той мерзкой «жабы».

Меня захлестнула ярость.

И она отразилась на древе.

Гниль начала выжигаться. Медленно, но неотвратимо, словно её пожирало невидимое пламя.

– Проснись, парень… да проснись же ты наконец!

Я резко распахнул глаза.

Меня будила очень привлекательная девушка: светлые волосы, большие зелёные глаза, утончённая фигура. В её взгляде отчётливо читались беспокойство и даже какая-то нежность.

– Наконец-то ты очнулся. Я очень переживала. Ты ни с того ни с сего начал стремительно нагреваться, медицинские артефакты уже вовсю били тревогу. Слава богам, ты пришёл в себя. Ты помнишь, кто ты и как здесь оказался? – спросила она, одновременно приложив руку к моему лбу.

– Я Дмитрий. Перерожденец. Точно как оказался именно здесь – не помню. Помню, что пришёл на регистрацию. Меня отвели в какой-то тёмный подвал, а потом та мерзкая «жаба» что-то со мной сделала. Было нестерпимо больно. Очнулся я уже тут.

– Да, «жаба» ему подходит… Ой, я не должна… У нас тут допрос, как-никак! – спохватилась она, пытаясь вернуть себе серьёзность.

– Допрос? – нахмурился я. – Я разве что-то сделал?

Она вздохнула, но руку от моего лба не убрала.

– Понимаешь, Димитрий, дело в том, что «жаба», как ты выразился, утверждает, будто ты начал оказывать сопротивление и отказался проходить процедуру регистрации. Соответственно, по его словам, он был обязан применить к тебе силу.

Она на мгновение отвела взгляд.

– Но, учитывая его… репутацию, есть основания полагать, что его могли подкупить. Чтобы провести тебя по максимально жёсткому варианту регистрации.

Я невольно напрягся.

– Поэтому я и пришла допросить тебя. Видишь ли, я могу чувствовать ложь, – она слегка кивнула на свою ладонь, всё ещё лежащую у меня на лбу. – Так что расскажи честно и откровенно, что произошло. От этого зависит не только твоя судьба, но и судьба этой «жабы»

– Меня привели к нему. Посадили напротив, как преступника. Он спросил моё имя – я ответил. Я просто хотел понять, что меня ждёт, поэтому попытался уточнить, как будет проходить процедура регистрации.И этого хватило.

Он сорвался. Начал орать, что у таких, как я, нет никаких прав. Что я никто. Что мне запрещено даже задавать вопросы. Он буквально выплёвывал слова, будто одно моё присутствие его раздражало.

Потом приказал встать и снять всю одежду, оставить только бельё.

Я отказался.

Да, я возмутился. Потому что это было унизительно и никак не похоже на регистрацию.

И тогда он без предупреждения применил ко мне то, что сам назвал ментальной магией третьего круга.

– О боги… какой ужас… – выдохнула она, побледнев. – Он… он ответит. В этот раз он действительно перешагнул черту. Применить столь сильную магию к необученному юноше… да как он посмел…

Её взгляд стал холодным.

– Я обещаю тебе – эта гниль ответит за свои злодеяния.

Она выпрямилась.

– Я – Элирия Вальдрес, Командующая отделением Инквизиции Церкви Святой Люстреды Королевства Кертания. И как истинная последовательница великого бога чести и справедливости Джерделиса я клянусь оказать тебе поддержку и помощь, дабы искупить вину и боль, нанесённую тебе Святой Инквизицией.

Она чуть смягчилась.

– А сейчас прошу тебя привести себя в порядок. Ванная и чистые вещи находятся вон там. После отдохни – тебе принесут еду. Чуть позже, как только я разберусь с этой «жабой», мы завершим процесс регистрации. И я помогу тебе определиться с твоим будущим.

Выходя их комнаты, она обернулась и одарила меня легкой нежной улыбкой.

Я решил последовать её совету. Сходил в ванную, переоделся в чистую одежду и только после этого подошёл к столу. Видимо, пока я приводил себя в порядок, туда уже успели принести еду.

Я принялся за трапезу. Что ни говори, а еда в этом мире действительно была необычайно вкусной.

Пообедав, я уселся в кресло, стоявшее в углу комнаты, и задумался.

От меня не ускользнул тот факт, что ту мерзкую «жабу» могли подкупить. И чем больше я размышлял, тем очевиднее становилось – сделать это мог только Оруэл.

Видимо, он хотел показать мне, как «плохо» у людей и что только под его крылом я буду в безопасности. Теперь становилось понятным и его внезапное изменение в поведении. Слишком резкий контраст.

Для себя я уже решил – я останусь у людей.

Но одного я не понимал.

Зачем я вообще мог понадобиться этому эльфу настолько, что он готов пойти даже на такие методы?

В комнату вошёл стражник, прервав мои размышления.

– Госпожа командующая просит вас на аудиенцию. Я провожу вас.

– Да, иду.

Я поднялся и последовал за ним. Этот стражник, в отличие от предыдущих, не стоял у меня за спиной с угрожающим видом, а действительно просто показывал дорогу к кабинету Элирии.

Добравшись до двери, он лишь кивком указал на неё и сразу удалился.

Я всё же постучал.

– Разрешите?

– Димитрий, проходи, пожалуйста, присаживайся.

Она на удивление указала не на кресло перед рабочим столом, а на диван у небольшого чайного столика.

– Может быть, чаю? Или воды?

– Благодарю, откажусь. Прости за дерзость, но я хотел бы как можно скорее завершить процедуру регистрации и понять, зачем на меня напала та «жаба»… и что меня ждёт дальше.

– Вот так, сразу к делу. Мне это нравится. Итак, начнём.

Она сложила руки на столе.

– Регистрация, по сути, уже проведена. Тебе осталось лишь поставить подпись своей маной. Попытка подставить тебя действительно имела место. Эльф, который привёл тебя, рассчитывал, что после «жёсткой процедуры» ты станешь более сговорчивым.

Она на мгновение замолчала.

– Я, возможно, не должна тебе этого говорить, но твои запасы маны… крайне велики. Ты – лакомый кусок для многих. Неудивительно, что эльфы начали плести свои интриги.

Я невольно напрягся.

– Что касается твоего будущего. Я предлагаю тебе поступить в Академию нашего королевства. Это крупнейшее учебное заведение на континенте. И по какой-то причине большинство перерожденцев оказываются именно на нашей территории.

Она говорила спокойно, без давления.

– Обучение платное. Инквизиция готова предоставить тебе ссуду на весь срок. Мы также оплатим твоё проживание в общежитии и выделим десять тысяч серебряных на текущие расходы.

Она чуть наклонилась вперёд.

– Но в отличие от стандартных условий, в знак извинения, сявыдбыыыыыыыыыыыыыыыыыыыяад я могу предложить тебе особый порядок возврата. Ты сможешь выплачивать ссуду в течение всего срока обучения плюс один дополнительный год. Обучение длится три года – значит, у тебя будет четыре года на погашение долга.

Она выдержала паузу.

– Общая сумма составит сто тысяч золотых.

Я медленно перевёл на неё взгляд.

– После полного погашения долга ты будешь освобождён от обязательной службы в рядах Инквизиции сроком на пятнадцать лет.

– Я согласен. Как понимаю, более выгодного предложения я всё равно не услышу. Спасибо вам… и спасибо, что подтвердили мои опасения по поводу эльфов.

Элирия внимательно посмотрела на меня, но комментировать это не стала.

– Хорошо. Обучение начнётся через два дня. Завтра на рассвете я лично сопровожу тебя и помогу устроиться в общежитии.

Она чуть смягчилась.

– А теперь иди отдыхай. Дорогу найдёшь сам или позвать кого-нибудь?

– Я сам.

Ночь опустилась тихо.

Я долго не ложился, стоя у окна и глядя на огни города. Кертания жила своей жизнью – где-то гасли фонари, где-то наоборот разгорались новые. Мир, в котором я оказался, не собирался подстраиваться под мои сомнения.

Сто тысяч золотых.

Четыре года.

Пятнадцать лет свободы.

Я медленно провёл ладонью по груди, словно пытаясь убедиться, что всё это происходит на самом деле. Перерождение. Душа. Академия. Инквизиция. Эльфийские интриги.

Я больше не был студентом, спорящим о теории души.

Я стал её доказательством.

Мысль об Оруэле всплыла сама собой. Если он действительно готов был пойти на такой шаг, значит, за мной стоит нечто большее, чем просто «большой запас маны».

Внутри всё ещё теплилось воспоминание о древе. Чёрно-белом. Величественном.

И если это – моя душа, то я обязан научиться управлять ею раньше, чем кто-то решит сделать это за меня.

Я лёг, глядя в темноту.

Рассвет обещал новую жизнь.

Интерлюдия. Оруэл.

Я смотрел в окно, но не видел сада.

Мысли были далеко отсюда.

Парень оказался куда упрямее, чем я рассчитывал. И куда опаснее.

Безграничные запасы маны. Чистый источник. Необученный. Непривязанный.

И – уже вне моего контроля.

Я медленно провёл пальцами по подлокотнику кресла.

Люди среагировали быстрее, чем ожидалось. Элирия… она всегда была слишком принципиальна. Её стремление к «чести» порой мешало видеть стратегическую выгоду.

Она вмешалась.

Жаль.

Я не собирался ломать мальчишку окончательно. Мне нужно было лишь показать ему, как устроен этот мир. Показать, что без покровительства он ничто.

Но теперь он, вероятно, уже сделал выводы.

И сделал их не в мою пользу.

Я подошёл к столу и развернул карту континента.

Кертания. Людское королевство. Их Инквизиция держит перерожденцев под контролем, но не понимает их истинной ценности.

А я понимаю.

Безграничная мана – это не просто сила. Это ресурс. Оружие. Или ключ.

Если Владыка узнает, что я упустил такой актив…

Я прикрыл глаза.

Нет. Упустил – не значит потерял.

Академия находится на людской территории. Но влияние эльфов там присутствует.

Три года обучения.

Этого достаточно, чтобы выстроить партию заново.

Я тихо усмехнулся.

Мальчик решил остаться у людей.

Пусть.

Иногда лучший способ удержать фигуру – позволить ей сделать ход первой.

Глава 5

Проснувшись с первыми лучами солнца, я долго лежал, глядя в потолок и обдумывая всё, что навалилось на меня.

Я прекрасно понимал: Элирия вовсе не добрая тётушка, решившая бескорыстно помочь. Ей что-то нужно от меня – так же, как и Оруэлу. Просто её методы куда мягче. Открытость, честность, даже сочувствие – всё это может быть лишь способом склонить меня на свою сторону.

Впрочем, на её предложение я всё равно согласился.

Теперь мне необходимо выяснить масштаб своего долга и понять, каким образом студенты вообще зарабатывают деньги. Сто тысяч золотых – это не просто цифра. Это приговор, если не просчитать всё заранее.

Не давала покоя и её оговорка о моём объёме маны. Что это на самом деле означает? Преимущество? Опасность? Приговор?

Если эльфы готовы идти на интриги, а Инквизиция предлагает особые условия – значит, дело куда серьёзнее, чем просто «талант».

И всё же…

Я ждал начала обучения с нетерпением.

Академия могла стать либо моей клеткой, либо моим оружием.

Вопрос лишь в том, какие грани она откроет – и кто первым попытается ими воспользоваться.

В дверь негромко постучали.

Вошёл слуга. Он вежливо поклонился и сообщил, что завтрак уже подан, а отправление в Академию состоится через несколько часов.

На его руках лежал аккуратно сложенный комплект одежды.

– Прошу вас не задерживаться, – добавил он спокойно. – Вас будут ожидать во дворе.

Я кивнул.

Всё происходило быстро. Слишком быстро для новой жизни.

Одежда оказалась простой: светлые льняные штаны, такая же рубашка и короткая куртка из плотной кожи. Без гербов, без знаков отличия – практично, скромно, без намёка на принадлежность к какому-либо роду. Ни статус ученика, ни пленника. Нейтральность.

Позавтракав и переодевшись, я отправился во двор, решив пока плыть по течению и собрать как можно больше информации о мире и о том, во что именно я оказался втянут.

Внизу меня уже ждала Элирия и небольшой отряд стражи.

– Доброе утро, Димитрий, – произнесла она спокойно. – Не обращай внимания на стражу. К сожалению, из-за своего статуса я не могу путешествовать вне стен города одна. Академия и общежития находятся примерно в часе пути.

Мы сели в карету. Внутри, к счастью, кроме нас никого не было.

Колёса мягко тронулись с места.

Я решил воспользоваться возможностью и хотя бы немного узнать, что меня ждёт впереди.

– Элирия… – я на мгновение замялся, подбирая слова. – Я хотел бы попросить вас рассказать мне хотя бы самые базовые вещи. Про Академию. Про этот мир. Про то, как всё устроено.

Я взглянул в окно, где за городскими стенами начинались поля.

– За эти несколько дней с момента пробуждения я так и не понял, что на самом деле происходит. И предпочёл бы разобраться до того, как окажусь в центре событий.

– Хорошо. Ты действительно прав. Я постараюсь рассказать тебе всё, что смогу. Пожалуйста, не перебивай. После моего рассказа у тебя будет возможность задать вопросы.

Она немного откинулась на спинку сиденья.

– Как ты выразился, ты пробудился в крупнейшем людском королевстве – Кертании. А именно в его столице, славном городе Кёрн. Более подробно о географии, политике и устройстве мира ты узнаешь уже на занятиях в Академии.

Карета плавно покачивалась на дороге.

– Обучение начнётся через две недели. Тебе повезло – ты пробудился прямо перед окончанием каникул. Первый курс рассчитан на знакомство с миром и освоение основ: магии, фехтования, военного дела и других базовых дисциплин.

Она посмотрела на меня внимательнее.

– Начиная со второго курса перерожденцев смешивают с местным населением для ускоренной ассимиляции. До этого вы обучаетесь отдельно.

Небольшая пауза.

– Я похлопотала за тебя. Если ты проявишь себя на первом курсе, тебе могут разрешить подработку уже со второго полугодия.

Затем её голос стал строже.

– Скажу честно: твой долг огромен. Я сделала всё, что могла, но большую скидку мне отказались предоставить. Чтобы ты понимал масштаб – жалование обычного столичного стражника не превышает пяти тысяч золотых в год.

Она выдержала паузу, позволяя цифре осесть.

– Поэтому, если в будущем ты не захочешь работать со мной, тебе придётся очень сильно постараться, чтобы выплатить долг самостоятельно.

– И ещё один совет, – продолжила Элирия. – Постарайся быть особенно внимательным на уроках этикета. У нас этому придают огромное значение. Мы соблюдаем формальности всегда – даже на дружеских встречах. Нарушение правил может обойтись дороже, чем неудачная дуэль.

Она на мгновение стала серьёзнее.

– И самое главное. Ни при каких обстоятельствах – даже в мыслях – не вспоминай и не применяй знания из своего мира. Иначе даже я не смогу тебе помочь.

Её голос звучал спокойно, но в нём не было ни капли преувеличения.

– Я постараюсь навещать тебя до начала занятий. А дальше мы будем встречаться уже на уроках. Я веду фехтование в Академии.

Она выждала паузу.

– Теперь ты можешь задать свои вопросы.

– В целом твой рассказ ответил на базовые вопросы, о которых я думал, – сказал я после короткой паузы. – Но ты ни словом не обмолвилась о религии. И об Инквизиции.

Элирия едва заметно улыбнулась.

– Более подробно о религии ты узнаешь на занятиях. Это входит в базовый курс и объясняется уже в первые дни обучения.

Её голос оставался спокойным.

– Что касается Инквизиции… это церковная структура. Мы призваны следить за соблюдением законов о перерожденцах. За их регистрацией. За их правами и обязанностями.

Она выдержала паузу.

– И за тем, чтобы никто – ни государство, ни знать, ни сами перерожденцы – не нарушали установленный порядок.

– Спасибо. И… расскажи немного о себе. Мне правда интересно узнать. Честно говоря, я удивлён, что ты ещё и преподаёшь в Академии.

Я посмотрел на неё внимательнее.

– Командующая Инквизиции и преподаватель фехтования – сочетание неожиданное.

Она неожиданно рассмеялась – тихо, искренне.

– Неожиданно. Мне приятно, что ты хочешь узнать обо мне.

На мгновение в её взгляде исчезла привычная сдержанность.

– На самом деле я тоже перерожденец. И, насколько могу, стараюсь помогать таким, как мы.

Она чуть отвела взгляд к окну.

– Я борюсь с дискриминацией. С попытками ограничить наши права. С тем, чтобы повысить наш социальный статус. Поверь, окажись ты в этом мире лет десять назад, первые впечатления были бы куда менее приятными… чем встреча с «жабой».

Она вернулась к деловому тону.

– Кстати, его заключили под стражу. Он ожидает суда за получение взятки и применение запрещённых методов допроса.

Её взгляд стал твёрдым.

– И в этот раз он не уйдёт от ответственности.

– Мне приятно это слышать. Честно говоря, я удивлён. Ты совсем не производишь впечатление перерожденца… скорее коренной жительницы этого мира.

В её глазах мелькнула лёгкая усмешка.

– Это комплимент, – спокойно ответила она. – Думаю, в будущем у нас ещё будет время всё обсудить.

Карета замедлила ход.

– А сейчас мы уже приехали. Тебе пора выходить

Мы остановились у огромных ворот. По обе стороны тянулась массивная стена – настолько длинная, что её конец терялся вдали.

– Дальше ты пойдёшь один, – произнесла Элирия. – К сожалению, я пока не могу пройти с тобой. Тебя уже ждут у ворот.

Я кивнул.

– Спасибо тебе за помощь. Я этого не забуду. В самый тяжёлый момент, когда я ещё ничего не понимал, именно ты протянула мне руку. Я обязательно отплачу тебе за эту поддержку. До скорой встречи.

Не дожидаясь ответа, я вышел из кареты и направился к воротам.

И там меня действительно ждали.

Невысокий, лысоватый мужчина с густой бородой стоял, сложив руки на груди. Ростом он был почти с карлика, но при этом широкоплечий и крепкий, словно вырубленный из камня. Мускулы отчётливо проступали под тканью одежды, а взгляд был цепким и оценивающим.

– Приветствую вас. Моё имя – Дранвель Кхаргрим. Имею честь быть ректором этой Академии.

Гном говорил спокойно, размеренно, но в его голосе ощущалась сила.

– Вам повезло. Я встречаю далеко не каждого студента. Просто большая часть персонала находится в отпуске, поэтому сегодня я лично выполняю эту обязанность.

Он окинул меня внимательным взглядом.

– Расскажите немного о себе. О ваших целях. Чего вы хотите достичь?

Я чуть выпрямился.

– Профессор, меня зовут Дмитрий. Я очнулся в вашем мире и в этом теле всего несколько дней назад.

Я выдержал его взгляд.

– Для меня честь учиться в вашей Академии. Я всегда любил науку и хотел бы продолжить её изучение. И… меня очень заинтересовала магия.

Взгляд Дранвеля потеплел.

– Это замечательно. Приятно встретить светлый ум в наших стенах.

Он развернулся, жестом предлагая следовать за ним.

– Я ожидал очередного дуболома, мечтающего лишь стать сильнее и бесславно погибнуть на войне или во время охоты на монстров. Но ты… – он чуть прищурился, – производишь иное впечатление.

В его голосе появилась лёгкая, почти незаметная усмешка.

– Думаю, тебя заинтересуют наши лаборатории.

Мы неспешно двинулись вдоль внутреннего двора Академии.

– Полный свод правил уже лежит в твоей комнате. Если кратко: соблюдай дисциплину. Споры решаются либо мирно, либо через официальную дуэль – под контролем наставников.

Он говорил без угрозы, просто констатируя порядок.

– До окончания первого курса покидать территорию Академии запрещено. Исключения – практики в Диком Лесу в сопровождении преподавателей.

Мы остановились у аккуратного пятиэтажного здания.

– Мужской корпус общежития, – пояснил он. – Комендант встретит тебя и покажет комнату. На территории есть кафе, магазины и тренировочные площадки. Карта, форма и полный регламент уже находятся у тебя.

Он окинул здание коротким взглядом.

– Осваивайся, Дмитрий. Академия не любит слабых. Но уважает тех, кто умеет думать.

– Спасибо, что проводили. Было приятно с вами познакомиться, сэр.

– Увидимся на церемонии посвящения. Иди, не задерживайся.

Я кивнул и направился к входу в общежитие.

Войдя внутрь, я сразу столкнулся с комендантом… и замер.

Передо мной стоял самый настоящий гоблин. Невысокий, зеленоватая кожа, длинные уши, огромный горбатый нос и внимательные, блестящие глаза. Он был одет в аккуратный, хоть и поношенный жилет с нашивкой Академии.

– Ну наконец-то пришёл, – проворчал он. – Твоя комната давно готова. Да не стой ты столбом, идём! Всё покажу. Давай, за мной.

Он развернулся так резко, что я едва успел последовать за ним.

– Давай веселее! У нас тут жизнь кипит. И запомни – комендантский час в двадцать два. Придёшь позже – не пущу, хоть с самим ректором приходи!

Он быстро перебирал короткими ногами по коридору.

– На первом этаже бассейн и купальни. На втором – тренажёрный зал. С третьего по пятый – комнаты студентов. Твоя на третьем. Шевелись, чего плетёшься?

Он бросил на меня быстрый взгляд через плечо.

– Я, кстати, ГмыХ. Можно на «ты». Заходи как-нибудь на чай – поболтаем. Люблю новых студентов, особенно тех, кто не строит из себя героев.

Мы остановились у двери.

– Вот твоя комната. Осваивайся. И удачи тебе.

Не дожидаясь ответа, он уже спешил обратно по коридору.

– Спасибо… – едва успел вставить я.

Он явно любил говорить.

И, возможно, в будущем это могло оказаться полезным.

Комната оказалась достаточно простой.

Небольшая кровать, шкаф, письменный стол с аккуратно разложенными принадлежностями. Отдельно – туалет с душем и небольшая кухонная зона. На кухне стоял шкаф, от которого ощутимо веяло холодом.

Я прищурился.

В этом мире магия удивительным образом заменяла электричество. Всё, для чего в моём мире использовалась техника, здесь работало за счёт артефактов. Даже на кухонной панели я обнаружил устройство, подозрительно напоминавшее микроволновку.

Это заставило меня задуматься.

Либо из перерожденцев действительно извлекают информацию – осторожно, дозированно, и запрет на упоминание технологий существует лишь для того, чтобы знания попадали исключительно в руки избранных.

Либо… раньше влияние перерожденцев было куда значительнее. А затем произошло нечто, что привело к жёсткому запрету.

В любом случае, Академия производила впечатление продуманного и организованного места. Не тюрьмы. Но и не свободы.

Я подошёл к столу.

На нём действительно лежали документы, о которых говорил ректор. Сверху – аккуратно сложенный свод правил Академии:

I. Общие положения

1. Каждый студент обязан соблюдать дисциплину, иерархию и установленный порядок.

2. Академия не несёт ответственности за последствия, возникшие в результате несанкционированного применения магии.

3. Незнание правил не освобождает от ответственности.

II. Поведение и субординация

1. Обращение к преподавателям – строго по званию или титулу.

2. Споры между студентами решаются:

○ мирным путём,

○ через официальную дуэль, зарегистрированную в дуэльной канцелярии.

3. Любая несанкционированная агрессия на территории Академии карается лишением привилегий или отчислением.

III. Ограничения для студентов I курса

1. Покидать территорию Академии запрещено до окончания первого курса.

2. Посещение Дикого Леса допускается только в сопровождении преподавателя.

3. Использование артефактов выше второго круга маны запрещено.

IV. Магическая безопасность

1. Студентам запрещается:

● применять ментальную магию без разрешения,

● воздействовать на разум других студентов,

● вмешиваться в чужую душевную структуру.

1. Попытки самостоятельного изучения запрещённых школ магии караются немедленным отчислением и передачей дела Инквизиции.

V. Особые положения для перерожденцев

1. Перерожденцы обязаны соблюдать дополнительный протокол регистрации.

2. Запрещается распространение знаний, не принадлежащих данному миру.

3. Любые подозрительные проявления аномальной маны подлежат обязательному докладу.

VI. Экономические обязательства

1. Стипендии и подработки назначаются по решению Совета Академии.

2. Долговые обязательства перед государством или Церковью считаются приоритетными.

3. Уклонение от исполнения финансовых обязательств приравнивается к нарушению договора с Короной.

VII. Дуэльный кодекс

1. Дуэль допускается только при:

● официальной регистрации,

● присутствии куратора,

● ограничении круга маны.

1. Смертельные поединки запрещены.

2. Нарушение кодекса карается отчислением.

VIII. Заключительное положение

1. Академия создаёт сильных.

2. Академия не обязана спасать неосторожных.

3. Академия помнит всё.

Правила оказались вполне понятными и в целом содержали то, что я уже успел узнать. Стандартный порядок: дисциплина, тишина в общежитии, комендантский час.

Среди документов лежало объявление: церемония посвящения состоится через десять дней на плацу перед учебным корпусом.

Открыв шкаф, я обнаружил несколько комплектов повседневной и спортивной формы Академии. Всё аккуратно сложено, подогнано по размеру. Даже это здесь было продумано.

Я медленно выдохнул.

Собравшись с мыслями, я решил снова попытаться прорваться внутрь себя. К тому древу, которое манило меня. К тому месту, где, возможно, скрывалось нечто большее, чем просто образ.

Глава 6

Сосредоточившись, я с удивлением понял, что в этот раз мне гораздо легче вызвать образ могучего исполина.

Древо возникло почти сразу – огромное, величественное, спокойное. От него исходила тихая, ровная сила, и это спокойствие постепенно передавалось мне.

Прожилки гнили исчезли полностью. Ствол вновь был чист – чёрное и белое переплетались без искажений, словно баланс восстановился.

Я не пытался ничего менять.

Просто стоял и наблюдал.

Ветви тянулись ввысь, к невидимому небу моего внутреннего мира. Листва тихо шелестела, хотя ветра не было.

Я размышлял.

О долге.

О долге.Об Академии.Об Элирии.Об Оруэле.

И о том, как мне проживать эту новую жизнь.

Ещё немного понаблюдав за древом, я решил всё-таки лечь спать. Лучше обдумать всё утром, на свежую голову.

Проснувшись, я твёрдо решил: новую жизнь нужно начинать с себя. С дисциплины. С формы.

Первым делом я сделал привычный комплекс разминки, разогнал кровь по телу. Мышцы слушались хорошо – эльфийское тело оказалось лёгким, гибким, отзывчивым.

Достав из шкафа спортивную форму Академии, я переоделся и направился на пробежку по территории. Заодно проведу разведку. Карту я изучил ещё вчера, но одно дело схема, другое – личное впечатление.

На выходе из общежития меня встретил ГмыХ.

– Привет! Ну что, освоился? Держи.

Он протянул мне небольшой кожаный мешочек.

– Госпожа Элирия просила передать. Тут тысяча золотых, обменянных на серебро и медь. Сказала – ты поймёшь.

Я кивнул.

– Спасибо. Всё хорошо. У вас тут очень приятно и интересно. Кстати… как-нибудь покажете, как пользоваться всеми приборами в комнате?

ГмыХ расплылся в довольной улыбке.

– Да какие вопросы! Конечно зайду. И покажу, и чайку попьём, и поболтаем.

– Благодарю.

Мне пришлось вернуться в комнату, чтобы убрать основную часть денег. С собой я взял немного серебра и меди – решил во время пробежки заглянуть в один из магазинов на территории. Купить еды, возможно, что-то из одежды. И просто посмотреть, чем живут студенты.

В мешочке лежала записка от Элирии.

Короткая, аккуратная.

Она желала мне скорее освоиться и сообщала, что тысяча золотых передана на текущие расходы, а остальные девять тысяч находятся на специальном счёте, открытом на моё имя в банке Академии. Доступ к нему я получу после церемонии посвящения и получения студенческого удостоверения.

Я медленно сложил записку.

Она инвестирует в меня.

Вопрос только – во что именно она рассчитывает вложиться.

И с этой мыслью я направился на пробежку.

Академия жила своей жизнью.

На улицах почти никого не было. Никто не обращал на меня внимания. Территория напоминала небольшой город, тихо и размеренно существующий по своим внутренним законам.

Широкие дорожки, аккуратные корпуса, тренировочные площадки в стороне. Всё выглядело организованно и продуманно.

На обратном пути я забежал в небольшой магазинчик, расположенный неподалёку от общежития.

Переступив порог, я снова поймал себя на странном ощущении сходства миров.

Даже магазин почти не отличался от тех, к которым я привык. Те же ряды полок, аккуратно расставленные товары, ценники. Ассортимент тоже был удивительно знакомым: крупы, мясо, фрукты, какие-то местные аналоги привычных продуктов.

Разве что названия звучали иначе, да упаковки были украшены магическими символами вместо штрихкодов.

Взяв продуктов на ближайшие дни, я направился обратно к общежитию.

Пока всё выглядело слишком… нормально.

И эта нормальность настораживала.

Меня не отпускала одна мысль: эльфы слишком легко отступили.

Оруэл не производил впечатления того, кто станет бояться инквизиции или просто так отпустит меня. Тем более после того, что я увидел – его возможностей вполне достаточно, чтобы достать меня, если он действительно этого захочет.

Нет. Он не из тех, кто сдаётся.

И от этого становилось не по себе.

У двери в общежитие меня уже поджидал ГмыХ.

– Ну сколько тебя ещё ждать? Сам же звал на чай, а носишься где-то. На кой оно тебе надо? Расслабься. Всё своим чередом пойдёт.

Я немного опешил.

– Ну… я как бы для себя. Да и просто… В общем, проходи.

Он хмыкнул и уверенно вошёл внутрь, будто это была его собственная комната.

– В общем, слушай сюда. Я тебе тут принёс всякие… эти… бумажки. Ну, инструкции, короче. Там написано, что, как и для чего.

Я невольно улыбнулся.

– А, инструкции. Спасибо. Честно говоря, не ожидал, что ты так быстро откликнешься на просьбу.

– Да брось ты. Чего там откликаться? Давай лучше чайник ставь, да поболтаем спокойно.

Он уже осматривал комнату, словно проверяя, всё ли на месте.

Я спокойно заварил нам чай, а ГмыХ тем временем успел обойти всю комнату, будто бы невзначай заглядывая почти в каждую щель.

– Ну давай, рассказывай, как устроился. И вообще… как оно – бах, и ты уже в другом мире?

Он уселся на край стула, скрестив руки.

– У нас среди гоблинов таких, как ты, почти не бывает. А если и появляются – носятся, кричат, паникуют. Словно белены объелись. Долго у нас такие не задерживаются.

Он сказал это спокойно, без угрозы – просто как факт.

– А что с ними происходит? – настороженно спросил я.

– Да ничего особенного. В пустоши вывозим. Пусть там сами по себе бегают, чтобы народ не баламутить.

Я нахмурился.

– А как же инквизиция?

ГмыХ фыркнул.

– А что инквизиция? У них власть только среди людей. Вот ты эльф – и тебя к ним повели лишь потому, что пробудился в людском королевстве. Очнулся бы в эльфийском лесу – как я слышал, тебе бы мозги аккуратно подправили ментальной магией. И бегал бы потом за ними преданнее любого пса.

Он пожал плечами.

– Так что считай, повезло тебе, что за тебя вступилась инквизиция.

Я нахмурился ещё сильнее.

– Зачем им это? Я до сих пор не понимаю, что в нас такого ценного.

ГмыХ наклонился ближе и понизил голос.

– Если что, я тебе ничего не говорил… Но болтают, что у вас почти всегда способности необычные проявляются. Магия какая-то странная, не как у местных. Да и знания ваши – штука полезная. Много интересного можно выудить.

Он откинулся назад.

– Но это, опять же, слухи.

– Так вспоминать о своём мире строго запрещено, – попытался возразить я.

ГмыХ усмехнулся.

– Это смотря кому. И главное – для кого. Строгость закона чаще всего заканчивается там, где начинается интерес сильных мира сего. И опять же – только в людских королевствах за этим так следят. Там, где инквизиция имеет вес.

– Ладно, заболтались мы, – он поднялся, потягиваясь. – Пойду я. Вон за окном уже темень.

Он направился к двери, но на пороге обернулся.

– И ты ложись. Отдыхай, пока можешь. Чую… скоро так спокойно тебе уже не будет.

Он сказал это без улыбки.

Дверь закрылась.

И тишина в комнате вдруг показалась мне куда более тяжёлой, чем раньше.

Вот так ГмыХ и подкинул мне пищи для размышлений.

Разговор получился куда серьёзнее, чем я ожидал. Если хотя бы часть сказанного правда – я не просто студент с долгом. Я объект интереса. И, возможно, ресурс.

Но одно я понял точно.

Понять свою способность я смогу только тогда, когда окончательно осознаю древо.

Пока оно лишь образ. Символ. Отражение.

Мне нужно сделать его чем-то большим.

Если моя сила связана с душой – значит, ключ там.

За чёрно-белым стволом.

В глубине моего внутреннего мира.

Сил уже ни на что не оставалось, и я лёг спать.

Следующие дни проходили почти одинаково: разминка, пробежка, занятия собой, короткие вылазки по территории Академии и неспешные разговоры с ГмыХом.

К серьёзным темам он больше не возвращался. Снова болтал в своей привычной, непринуждённой манере – обо всём и ни о чём одновременно. О студентах, о преподавателях, о гоблинских байках и странных случаях прошлых лет.

Будто того разговора и не было.

Но у меня не отпускало ощущение, что в тот день он хотел меня о чём-то предупредить.

Просто сделал это по-своему.

А церемония посвящения тем временем становилась всё ближе.

И с каждым днём я всё отчётливее понимал: спокойствие – это лишь пауза перед началом настоящей игры.

Глава 7

И вот наступил день церемонии.

Я неспешно шёл к плацу учебного корпуса. За прошедшие дни успел изучить территорию вдоль и поперёк, так что дорога уже не вызывала затруднений.

Я повернул за очередной угол – и в меня врезался ураган светлых волос.

Это всё, что я успел увидеть, прежде чем оказался на земле.

– Простите! Пожалуйста, простите! – затараторила девушка, нависая надо мной. – Я тут всего второй день, ничего не запомнила, бегаю повсюду, боюсь опоздать! Говорят, профессора и ректор здесь очень строги, вот я и…

Она осеклась, прищурилась и внезапно сменила тон.

– Хотя вообще-то это вы виноваты.

Её голос стал серьёзным, но в глазах плясали смешинки.

– Идёте тут спокойно вместо того, чтобы помочь такой очаровательной эльфийке, как я.

Она демонстративно нахмурилась и надула губы.

Я не выдержал и рассмеялся.

– Простите великодушно. Как я вообще посмел помешать вам на пути и не предложить помощь? Но позвольте заметить, что вы бежали в сторону общежитий, тогда как плац находится в противоположном направлении.

Я поднялся и протянул ей руку.

– Мне повезло больше – я здесь уже около десяти дней и успел освоиться. Позвольте сопроводить вас? А чтобы окончательно загладить вину… приглашаю вас в кафе после церемонии.

– Я подумаю над твоим предложением, – с видом великодушной особы произнесла она. – Я Мерелиана.

И, не дожидаясь ответа, уже перешла на «ты», взяв меня под руку так, будто мы знакомы не первый день.

Я лишь усмехнулся.

– Димитрий, – представился я, решив придерживаться местной манеры речи. К своему новому имени я уже успел привыкнуть.

Она кивнула, словно запоминая.

– Ну что ж, Димитрий, раз уж ты здесь дольше меня, веди. Если опоздаем – виноват будешь ты.

И мы направились к плацу.

К нашему общему облегчению мы успели вовремя прибыть на плац.

На возвышении уже стояла Элирия. Заметив меня, она улыбнулась – в её взгляде мелькнула искренняя радость.

Но затем её глаза опустились ниже.

На руку Мерелианы, всё ещё крепко держащую мою.

Улыбка исчезла.

Её лицо стало холодным, собранным. Почти жёстким.

– Приветствую вас в Академии, – произнесла она ровным, официальным тоном. – Меня зовут Элирия. В этом году я отвечаю за первокурсников-перерожденцев. Прошу вас соблюдать нормы приличия на территории Академии и присоединиться к остальным студентам.

Её взгляд был направлен на Мерелиану. Холодный. Оценивающий.

Затем она перевела его на меня.

– Привет, Димитрий. Рада снова видеть тебя. Вижу, жизнь тебя ничему не учит – раз ты опять оказался рядом с эльфами.

Тон стал мягче. Но раздражение никуда не делось.

– Простите, – дерзко вклинилась Мерелиана, не отпуская моей руки. – Мы ничего не нарушаем. Церемония ещё не началась, а в правилах нигде не сказано, что мы не можем прикасаться друг к другу.

Я почувствовал, как воздух между ними становится плотнее.

– Я тоже рад вас видеть, Элирия, – вмешался я, нарочито переходя на более официальный тон. Сейчас она – мой преподаватель. – Благодарю, что встретили нас. Мы уже идём в строй. Не хотелось бы опоздать к началу церемонии.

Я аккуратно высвободил руку.

– Да, действительно, – после короткой паузы ответила Элирия, беря себя в руки. – Вам пора.

Мы отошли к строю студентов.

Встав в строй, Мерелиана тихо наклонилась ко мне.

– Что это было? И что за история с эльфами? Ты куда интереснее, чем кажешься на первый взгляд.

Я чуть повернул голову, не нарушая строя.

– Расскажу позже, если ты не против. Сейчас… не хочется к этому возвращаться.

Она кивнула.

– Хорошо. Я буду ждать. И да – я согласна сходить с тобой в кафе после церемонии.

С этими словами она отступила на шаг, словно ничего и не говорила. Я даже не успел ответить.

На возвышение поднялся ректор Дранвель Кхаргрим.

Его голос был низким, мощным и разносился по плацу без всякой магии усиления.

– Уважаемые студенты Академии! Рад приветствовать вас на пятнадцатой церемонии посвящения со дня основания нашего учебного заведения.

Гул постепенно стих.

– В этом учебном году вас ждут открытия во всех областях знаний. Именно на первом курсе вам предстоит определить свой дальнейший путь и направление развития.

Он сделал короткую паузу.

– Отдельно приветствую группу перерожденцев. В этом году вас необычайно много. Добро пожаловать в наш мир. Желаю вам скорейшего освоения и гармоничной ассимиляции с остальными студентами. Со второго курса вы будете обучаться совместно с коренными жителями.

Его взгляд скользнул по рядам.

– С этого момента вы официально становитесь студентами Академии. Да пребудет с вами Мир.

Плац наполнился одобрительным гулом.

– Просьба пройти вслед за вашими кураторами в учебные классы. Там вам выдадут студенческие удостоверения и расписание на ближайший Энд.

Я невольно усмехнулся. За прошедшие дни я успел выяснить, что Энд – это местный месяц. Год же здесь назывался Эренд и делился на пятнадцать Эндов по сорок пять дней каждый.

Новый Эренд моей жизни официально начался.

Мы направились вслед за Элирией вглубь учебного корпуса. Коридоры были просторными, светлыми, с высокими потолками и аккуратными арками. Шаги гулко отдавались по каменному полу.

Войдя в аудиторию, мы спокойно расселись за парты.

Элирия встала перед классом.

– Эта аудитория будет нашим основным классом для собраний, – начала она ровным голосом. – Здесь я буду собирать вас для объявлений, а также вести теоретические дисциплины.

Она на мгновение задержала взгляд на нас.

– Я преподаю фехтование, этикет, тактику ведения боя и основы истории нашего мира. Повторюсь – теперь это и ваш мир.

В её голосе не было мягкости, но и прежнего раздражения тоже не чувствовалось. Только требовательная уверенность.

– Меня зовут Элирия Вальдрес. Я Командующая отделением Инквизиции Церкви Святой Люстреды Королевства Кертания. Также я являюсь преподавателем Академии по перечисленным дисциплинам.

Она положила на стол аккуратную стопку документов.

– Сейчас я выдам вам студенческие удостоверения и расписание. Подходите ко мне по одному.

В аудитории воцарилась тишина.

Первый студент поднялся.

Когда наступила моя очередь, Элирия мягко улыбнулась и молча передала мне документы.

Ничего лишнего.

Вернувшись на место и внимательно рассматривая бумаги, я заметил ещё один лист – небольшой, аккуратно вложенный внутрь. У других такого не было.

Я решил не открывать его сейчас. Разберусь позже, в комнате.

Когда последний студент получил документы, Элирия вновь обратилась к нам.

– Теперь откройте свои студенческие удостоверения. Внутри вы увидите пустое поле. Приложите к нему указательный палец. Удостоверения являются лёгким артефактом – они запомнят вашу ауру и магию. Это станет подтверждением вашей личности.

Я сделал, как было сказано.

Лёгкое покалывание – почти как при заборе крови. Неприятно, но терпимо.

Пустая графа будто ожила. По её поверхности пробежала тонкая золотая нить, затем поле мягко засветилось тёплым золотым сиянием.

– Хорошо, – кивнула Элирия. – Вижу, вы справились. Теперь подходите ко мне по одному. Повторим процедуру, но уже с ладонью.

На её столе стоял прозрачный шар – размером с крупный арбуз. Внутри медленно переливались слабые световые потоки.

– Этот артефакт зарегистрирует вашу ману в системе Академии. Перед окончанием учебного года вы пройдёте аналогичную процедуру в городской ратуше – для официальной регистрации в королевстве. После этого вы получите право покидать территорию Академии в неучебные дни.

По аудитории прокатился лёгкий шёпот.

Я смотрел на шар.

И почему-то был уверен – для меня процедура пройдёт не совсем так, как для остальных.

– Прошу вас по одному, – продолжила она.

К столу тут же выстроилась очередь студентов. Процедура проходила быстро. Каждый подходил, прикладывал ладонь, и шар вспыхивал различными цветами – от тусклых до ярких.

Кто-то облегчённо выдыхал, кто-то нервно сглатывал.

И вот настала моя очередь.

Я подошёл.

Приложил ладонь.

Знакомое покалывание – уже сильнее, чем в удостоверении.

В следующее мгновение шар вспыхнул ослепительно ярким золотым светом. Настолько ярким, что на секунду мне пришлось прищуриться. В аудитории кто-то тихо ахнул.

Сияние держалось дольше, чем у остальных.

Затем медленно погасло.

Я спокойно вернулся на своё место, будто ничего особенного не произошло, и продолжил наблюдать.

Когда очередь дошла до Мерелианы, шар тоже вспыхнул золотом. Но её свет был мягче, спокойнее, не таким ослепительным.

Я отметил это про себя.

Когда последний студент прошёл процедуру, Элирия вновь обратилась к нам.

– Как вы успели заметить, шар реагировал на каждого из вас по-разному, – произнесла она ровным голосом. – Он определяет уровень и качество вашей маны.

Она провела рукой над артефактом.

– Всего существует пять основных цветовых градаций – от минимального уровня магии до максимального. Чем насыщеннее цвет, тем больше объём и выше качество маны.

Она перечислила, чётко и без лишней интонации:

– Коричневый. Серый. Синий. Зелёный. И, наконец, золотой.

По аудитории снова прокатился тихий шёпот.

– На этом процедура посвящения вас в студенты завершена. От себя лично и от всей Академии поздравляю вас со вступлением в наши ряды и желаю успехов в обучении.

Она сделала паузу, позволяя словам осесть.

– Вы свободны. Завтра жду вас в этой аудитории ровно в девять часов.

В зале зашуршали стулья. Кто-то облегчённо выдохнул, кто-то уже переговаривался вполголоса. Студенты начали подниматься, собирать бумаги, направляться к выходу.

И именно в этот момент я впервые по-настоящему почувствовал это.

Взгляды.

Не один. Не два.

Десятки.

Любопытные. Настороженные. Завистливые. Оценочные.

Золотой всплеск шара не остался незамеченным. Я буквально ощущал, как по аудитории расползаются шёпоты.

– Это тот самый…– Ты видел, как он светился?– Слишком ярко…

Я сделал вид, что ничего не слышу, но внутри всё сжалось. Внимание – это ресурс. И одновременно опасность.

Ситуацию спасла Мерелиана.

Она словно почувствовала момент. Лёгким движением оказалась рядом и без всяких сомнений взяла меня под руку.

– Димитрий, пойдём скорее. Ты же обещал мне кафе, – произнесла она достаточно громко, чтобы окружающие услышали.

И потащила меня к выходу, не давая ни секунды на раздумья.

Я едва успел подхватить документы.

По пути я краем глаза заметил, как Элирия наблюдает за нами. Её лицо оставалось спокойным, но взгляд был внимательным. Слишком внимательным.

Похоже, моя новая жизнь решила не начинаться тихо.

И, кажется, Академия уже сделала первую ставку.

Из докладной записки командующей Элирии Вальдрес в Главный штаб Инквизиции Церкви Святой Люстреды

Товарищ главнокомандующий,

Внедрение в преподавательский состав Академии прошло успешно. Должность закреплена, полномочия расширены.

Группа «Одарённых» находится под моим прямым контролем в стенах Академии. Объект «Энигма» включён в состав указанной группы.

По итогам последней проверки зафиксирована положительная динамика: насыщенность золотого спектра значительно возросла. Наблюдаются признаки эволюции магического ядра.

Операция «Амур» продолжается.

Объект демонстрирует устойчивые признаки эмоциональной вовлечённости. Сближение развивается в соответствии с расчётными сценариями.

Контроль сохраняется.

Объект «Энигма» будет служить Инквизиции.

Командующая отделением

Элирия Вальдрес

Глава 8

Наконец-то вырвавшись из учебного корпуса, мы с Мерелианой отправились в кафе.

Шли молча. Каждый думал о своём. После вспышки шара тишина ощущалась особенно плотной.

В кафе мы заняли свободный столик в углу, в тени, чтобы нам никто не мешал. Разговор предстоял непростой.

Мерелиана первой нарушила молчание.

– Вот это ты выдал… Золотой. Как и я. Да ещё и такой насыщенный. У меня в глазах до сих пор зайчики пляшут.

Она усмехнулась, но взгляд оставался внимательным.

– И что за история с эльфами? Ты не подумай, мне правда интересно. Я пробудилась почти половину Энда назад в одном из эльфийских лесов. И за это время они не сделали мне ничего плохого. Семья, в которой я оказалась, даже оплатила мне обучение в Академии. Без каких-либо условий.

Я чуть помедлил с ответом.

– У меня всё было иначе, – спокойно произнёс я. – До регистрации всё выглядело вполне прилично. Но дальше… скажем так, отношение резко изменилось.

Я коротко рассказал о тёмном коридоре, о проверке и о том, чем всё закончилось. Без лишних деталей, но достаточно, чтобы она поняла.

Её выражение лица изменилось.

– Это… жёстко.

Возможно, – пожал плечами я. – В любом случае я предпочёл не оставаться под чужим покровительством.

Я не стал углубляться дальше. Пока рано.

Мерелиана внимательно посмотрела на меня.

– А ты уверен, что за этим стоят эльфы, может это происки самой инквизици, просто в твоей истории много несостыковок, особенно это чудестное появление командующей почти под самый конец, может она все это время и стояла под дверью

– Возможно, – пожал плечами я. – В любом случае я предпочёл не оставаться под чужим покровительством.

Я не стал углубляться дальше. Пока рано.

Мерелиана внимательно посмотрела на меня. Не с осуждением – с анализом.

– А ты уверен, что за этим стояли эльфы?

Я нахмурился.

– В смысле?

– В твоей истории слишком много несостыковок, – спокойно продолжила она. – Особенно это… чудесное появление командующей почти в самый конец. Ты сам говорил, что процедура уже шла. Откуда она узнала? И почему появилась именно в тот момент, когда всё могло закончиться плохо?

– Знаешь, на самом деле это уже не так важно, – наконец сказал я. – Главное, что инквизиция дала мне возможность начать зарабатывать уже со второго полугодия.

Мерелиана удивлённо вскинула брови.

– Это… это необычно. Обычно они вообще не дают студентам-перерожденцам такой возможности. Прошу тебя, будь осторожнее.

Я усмехнулся.

– Буду.

Небольшая пауза повисла между нами, но теперь она была легче.

– Давай просто отпразднуем, – предложил я. – Всё-таки теперь мы студенты Академии.

Она резко мотнула головой, словно стряхивая остатки серьёзности.

– Ты прав. Сегодня у нас праздник.

И вдруг рассмеялась.

– Значит, сегодня пьём и танцуем!

Её глаза снова стали живыми и яркими – без теней сомнений.

Я невольно улыбнулся.

Пожалуй, иногда можно позволить себе не думать о политике, интригах и золотых вспышках.

Хотя бы один вечер.

Этот вечер я запомню надолго.

Мы действительно весь вечер пили, танцевали и болтали – ни о чём и обо всём сразу. Смех, музыка, лёгкость. На несколько часов мир с его интригами, долгами и золотыми вспышками перестал существовать.

Время пролетело слишком быстро.

Когда кафе начало пустеть, я предложил проводить Мерелиану. Она не стала спорить.

Дорога до общежития прошла спокойнее, чем вечер. Воздух был прохладным, и после шума внутри кампуса тишина казалась почти непривычной.

У входа она остановилась.

– Спасибо, что проводил. И спасибо за сегодняшний вечер. Всё было… замечательно.

Она улыбнулась – без игры, без дерзости.

А затем неожиданно коснулась губами моей щеки.

– До завтра, Димитрий.

И, не дожидаясь ответа, легко взбежала по ступеням и скрылась внутри.

Я ещё несколько секунд стоял на месте, чувствуя лёгкое тепло там, где остался её поцелуй.

Пожалуй, новая жизнь начиналась не так уж плохо.

В общежитие я вернулся в приподнятом настроении.

Даже дорога обратно показалась короче, чем обычно.

Закрыв за собой дверь комнаты, я уселся за стол. Некоторое время просто разглядывал своё студенческое удостоверение. Золотой квадратик внутри мягко поблёскивал, словно напоминая о сегодняшнем дне.

Я открыл расписание и начал просматривать предметы, но почти сразу заметил среди бумаг лишний лист.

Тонкий. Сложенный вдвое.

И тут я вспомнил.

Я видел его ещё в аудитории, когда рассматривал документы. Тогда решил, что разберусь позже.

Похоже, это было послание от Элирии.

Я покрутил бумагу в руках.

Но что ей от меня нужно?

После разговора с Мерелианой у меня начали появляться неприятные мысли. Подозрения – и не только в сторону эльфов. Теперь под сомнение невольно попадала и сама инквизиция… и Элирия в частности.

Хотя, если быть честным, полностью я не доверял им с самого начала.

Я несколько секунд смотрел на сложенный лист.

– Ладно… – тихо пробормотал я. – Посмотрим, что там.

А потом уже решу, что делать дальше.

Димитрий, приветствую тебя!

Надеюсь, ты хорошо устроился в Академии. Прости, что не смогла навестить тебя за эти десять дней – к сожалению, до начала учебного года мне пришлось решить множество неотложных дел.

Прошу тебя завтра прийти в аудиторию за час до начала занятий. Я бы хотела кое-что обсудить с тобой.

– Элирия Вальдрес

И что мне теперь делать?

Не пойти я не мог. Но и доверия у меня уже не было ни к кому.

Я ещё раз перечитал записку. Слова были простые, почти нейтральные, но от этого становилось только тревожнее.

Что это вообще значит?

Чего она от меня хочет?

Я тяжело выдохнул и откинулся на спинку стула.

– Ладно… – пробормотал я себе под нос.

Думаю, схожу. Ничего страшного произойти не должно.

По крайней мере… я на это надеялся.

Утром я направился в аудиторию, слегка нервничая и совершенно не представляя, чего же от меня хочет Элирия. Всю ночь я прокручивал в голове разные варианты того, что может произойти – от внезапного признания в чувствах до моего похищения и новой встречи с ментальными магами.

Фантазия работала на удивление активно.

В конце концов я попытался себя успокоить. Всё-таки я теперь студент Академии. Если бы они действительно хотели мне навредить, то вряд ли стали бы так усложнять. Не выпустили бы меня тогда из своих застенков – и дело с концом.

С этой мыслью я и подошёл к аудитории.

До назначенного времени оставалось минут пятнадцать.

Элирия уже была там.

Сегодня она выглядела совершенно иначе. На смену доспехам и строгой форме инквизиции пришли обтягивающие кожаные штаны и лёгкая белая блузка, подчёркивающая её фигуру. В таком виде она больше походила на преподавателя Академии, чем на грозную командующую.

– Димитрий, спасибо, что пришёл. Я очень тебя ждала. Нам нужно поговорить.

Она сделала короткую паузу, внимательно посмотрела на меня и неожиданно спросила:

– Но сначала скажи… что это за девка липла к тебе на церемонии?

– Эм… ну это Мерелиана. Она немного заблудилась, и я проводил её до плаца. Да и разве это важно? Я вроде бы свободный человек, – с лёгким вызовом ответил я.

– Да ничего такого, – спокойно сказала Элирия. – Просто будь аккуратнее. Она из эльфов. А вдруг её подослал Оруэл? Я думаю, эльфы ещё не скоро успокоятся по отношению к тебе.

Она на мгновение задумалась, а затем мягко добавила:

– В стенах Академии ты, конечно, будешь в безопасности. Но всё равно прошу… будь осторожнее. Я за тебя переживаю.

Говоря это, она как бы невзначай положила руку мне на плечо.

Затем чуть приблизилась и почти шёпотом произнесла:

– Может, как-нибудь сходим в кафе? Или ещё куда-нибудь. Мне было приятно наше общение раньше… и я бы хотела его продолжить.

Я слегка отодвинулся.

– Я бы с радостью…, но боюсь, нас могут неправильно понять. Всё-таки вы преподаватель и занимаете высокий пост в инквизиции.

– Да кому какая разница? – рассмеялась она. – Преподаватель вполне может общаться со студентом в неучебное время. Мы же будем просто разговаривать. Ничего более.

Я на секунду задумался, после чего всё же кивнул.

– Тогда буду ждать.

В этот момент в аудиторию начали по одному заходить остальные студенты. Похоже, многие решили прийти пораньше, опасаясь опоздать.

Элирия сразу выпрямилась, и её лицо снова стало строгим.

– Прошу, присаживайтесь, Димитрий, – сказала она уже официальным тоном. – На занятии я отвечу на ваши вопросы… думаю, они есть не только у вас, но и у остальных.

Я направился к своей парте.

Но не успел сесть, как передо мной встал парень грубоватого вида. Широкие плечи, тяжёлый взгляд и ухмылка человека, который привык разговаривать приказами.

– Стой. Димитрий же? – произнёс он. – Меня зовут Джейстинс. В общем слушай сюда.

Он наклонился чуть ближе.

– Мне плевать, какого цвета у тебя там мана. По мне всё это светопредставление – чушь собачья. В этой школе главным буду я. Так что сиди тихо и не вякай.

Он окинул меня презрительным взглядом.

– А то я смотрю, решил любимчиком госпожи Элирии стать.

И в этот момент струна напряжения, которая всё это время натягивалась внутри меня, наконец лопнула.

Я даже не до конца понял, что делаю.

На долю секунды я провалился в свой внутренний мир. Передо мной снова возникло древо – огромное, чёрно-белое, спокойное и мощное.

– Помоги… – мысленно попросил я.

И оно откликнулось.

От дерева потянулось мягкое, тёплое сияние. Оно наполнило меня силой, словно тихое пламя разлилось по всему телу.

Я вернулся в реальность.

И только тогда понял, что вокруг меня разливается яркое золотое сияние.

Джейстинс отшатнулся на шаг – похоже, жар от этой энергии ощущался даже физически.

Я посмотрел прямо ему в глаза.

– А теперь слушай сюда, – тихо, но жёстко сказал я. – Я тебя не трогал. И попрошу даже не смотреть в мою сторону. Иначе тебе же будет хуже.

– Немедленно прекратить!

Голос Элирии прозвучал как удар.

– Оба остаетесь после уроков, – холодно произнесла она. – Я напомню вам, что можно, а чего нельзя делать в стенах Академии.

Она окинула нас строгим взглядом.

– А теперь быстро сели на свои места. Урок начинается через пять минут.

Сияние вокруг меня медленно угасло.

Я молча прошёл к своей парте.

Но теперь на меня смотрел уже весь класс.

И смотрел совсем иначе.

– Круто ты уделал этого паренька, – услышал я рядом. – Я Метиас. Вчера столько всего произошло, что даже познакомиться не успели.

Передо мной стоял невысокий парень с живыми глазами и лёгкой улыбкой.

Он кивнул в сторону Джейстинса.

– Этот ещё вчера, когда вы убежали с той эльфийкой, пытался тут какую-то чушь нести. Чуть ли не про мировое господство с ним во главе. Пара человек, правда, кто потрусливее, вроде даже примкнули к нему.

Я усмехнулся.

– Димитрий. Приятно познакомиться. Да… такие кадры всегда встречаются.

Метиас тихо хмыкнул, собираясь сказать что-то ещё, но в этот момент раздался голос Элирии.

– Итак, вижу, все уже на местах.

В аудитории сразу стало тише.

– Тогда начнём урок.

Она прошлась вдоль кафедры, внимательно оглядывая класс.

– Сегодня мы начнём с основ истории нашего мира. Я расскажу вам древнюю легенду о том, как появилась магия… и как возник феномен перерожденцев.

Она сделала небольшую паузу.

– Итак… начнём.

– Я постараюсь передать её вам ровно так же, как когда-то услышала от жителей этого мира.

В стародавние времена, когда континент ещё был единым, в эпоху мира и процветания жили семеро братьев и трое сестёр. Они были детьми великого императора, и у всех у них была одна цель – сделать наш мир ещё прекраснее.

Долго размышляли они, чего же не хватает жителям империи.

И тогда вышли они к народу и спросили:

– Скажите, чего вам не хватает? И мы найдём способ даровать вам это.

Но народ просил лишь о чуде.

О чуде, которое могло бы лечить болезни.О чуде, которое продлевало бы жизнь.О чуде, которое даровало бы воду во время страшных засух.О чуде, которое согревало бы людей в самый лютый мороз.

И сказали братья и сёстры:

– Хорошо. Мы найдём ваше чудо и подарим его вам.

Долго они спорили между собой, как это сделать. В итоге семья разделилась.

Четверо братьев и две сестры отправились на восток, за море, туда, где по древним легендам находился Храм всех богов.

А трое братьев и одна сестра отправились на запад – в горы, в бездну тёмных пещер.

Те, кто направился к храму, в конце концов нашли его.

И тогда они начали молиться.

Семь дней и ночей они молились богам.

На седьмой день первый из братьев пал без сил…

Но молитва не прекратилась.

На девятый день упал второй брат…

Но молитва не прекратилась.

На двенадцатый день упала одна из сестёр…

Но молитва всё продолжалась.

На пятнадцатый день рухнули оставшиеся братья.

И у алтаря осталась лишь одна сестра.

Но даже это не сломило её волю.

Она продолжила молиться.

И на двадцатый день к ней явились они.

Хранители и Вершители.

И сказали они:

– Вы молились, и вы были услышаны.Отныне мы отдаём вам этот мир.Будьте же богами этого мира и сами даруйте ему своё чудо.

И тогда поднялись братья и сёстры.

Так в наш мир пришли Боги.И вместе с ними пришла магия.

Но в это же время те, кто отправился в бездну, достигли самых её глубин.

Туда, где царила тьма, которую не мог осветить даже огонь факела.

И там они встретили Бездну.

И Бездна встретила их.

Лишь один из братьев устоял перед её взглядом.

И тогда Бездна сказала:

– Я дарую вашему миру чудо. Но не такое, какого вы ожидаете.Придут те, кто будет выше и мудрее вас.Они принесут знания…, но будут тщеславны.

И лишь вам решать, что делать с этим даром.

В оплату я заберу ваши жизни.

Кроме твоей.

Ты станешь моим.

И так в нашем мире появились перерожденцы.

А их первым предводителем стал тот, кого назвали Неопалимый.

Элирия на мгновение замолчала и медленно обвела взглядом аудиторию.

– А теперь… я назову вам имена наших богов.

Джерделис – хранитель чести и справедливости.Ауриэль – владыка света и исцеления.Валториан – бог войны и силы.Селарион – покровитель магии и знаний.Люстрада – богиня закона и истины.И Элинария – мать жизни и природы.

– На этом мы закончим сегодняшнюю лекцию.

Элирия окинула класс внимательным взглядом и слегка хлопнула ладонью по столу.

– А теперь попрошу вас быстро сбегать в общежитие за спортивной формой. Через тридцать минут встречаемся на тренировочной площадке.

Она сделала короткую паузу и добавила уже более живым тоном:

– Следующий предмет по расписанию – фехтование.

В аудитории сразу зашевелились студенты.

Похоже, часть из них ожидала именно этого урока.

Глава 9

Стоя на тренировочной площадке, я чувствовал лёгкое напряжение. У Элирии была слишком хищная улыбка, когда она провожала нас сюда. Такая улыбка редко предвещает что-то хорошее – обычно после неё начинаются страдания.

– Итак, начнём с небольшой разминки, – произнесла она, медленно прохаживаясь перед строем.

Её взгляд скользнул по нам, будто она выбирала, с кого начнутся проблемы.

– Поскольку перед началом урока я заметила у вас слишком много лишней энергии, сегодня мы немного её поубавим. Чтобы вы наконец поняли: думать вам нужно только об обучении.

Несколько студентов тихо застонали.

– Поэтому я договорилась о небольшом изменении в расписании. На этой площадке мы проведём время… до самого вечера.

По строю прошёл нервный шёпот.

– А теперь…

Она остановилась и медленно улыбнулась ещё шире.

– Бегом. Десять кругов вокруг площадки.

В этот момент я был очень рад тому, что решил держать себя в форме и бегал каждое утро на протяжении последних дней. Многие начали задыхаться уже на первом круге. Хотя, если быть честным, расстояние, которое нам нужно было пробежать за один круг, составляло около четырёхсот метров.

Меня нагнала Мерелиана.

– О чём она говорит? Что произошло? Я пришла прямо к началу занятий, – взволнованно спросила она, стараясь держать темп.

– Думаю, она имеет в виду наш небольшой спор с Джейстинсом, – ответил я, не сбавляя скорости. – Я немного вспылил в ответ на его ничем не подкреплённые претензии в мой адрес.

Я коротко усмехнулся.

– Впрочем, бег – это ещё ничего. А вот то, что Элирия сказала нам остаться после уроков… вот это уже настораживает. Она обещала напомнить нам о правилах поведения в Академии.

Я покачал головой.

– Если честно, от этой перспективы меня немного в дрожь бросает.

Где-то на девятом круге Элирия резко подняла руку.

– Достаточно.

Мы начали постепенно замедляться, тяжело дыша.

Она окинула нас холодным взглядом.

– Вижу, вы даже слабее, чем кажетесь.

Несколько студентов буквально повалились на землю.

– Помогите подняться дохлякам, – спокойно добавила она. – И разбирайте деревянные мечи со стойки.

Элирия сделала короткую паузу.

– Разминка окончена.

По строю прошёл тихий стон.

– Также обязательно возьмите защитные шлемы и наплечники. Они вам понадобятся.

Студенты начали переглядываться и тянуться к стойке с экипировкой.

– Итак, на сегодняшнем уроке я научу вас базовому взмаху меча и простейшему блоку.

Элирия подняла деревянный меч и встала в стойку.

– Для взмаха вам нужно встать правильно. Ноги на ширине плеч, левая нога чуть позади. Меч держите перед собой двумя руками за рукоять.

Она медленно показала положение.

– Поднимаете меч над головой и делаете резкий удар вниз. Одновременно с этим выставляете левую ногу вперёд. В удар вкладывайте вес всего тела, а не только силу рук.

Элирия шагнула к соломенному манекену и продемонстрировала удар.

Деревянный клинок с глухим звуком врезался в манекен, оставив на соломе глубокую вмятину.

– Для блока всё проще. Держа меч перед собой, встречаете такой же удар своим клинком, но немного по диагонали. При этом переносите вес назад, слегка отводя ногу для сохранения равновесия.

Она ещё раз показала движение, на этот раз медленно.

– А теперь делимся по парам. Так же, как сидите за партами в аудитории. И приступайте к отработке упражнения.

Она обвела нас взглядом.

– Каждый должен сделать по сто взмахов и попытаться заблокировать эту сотню ударов от партнера.

По площадке снова прокатился тихий стон.

– И внимание. Бить нужно так, будто вы на настоящей схватке. Защитные чары на снарежении смягчат удары, так что серьёзных травм вы не получите.

Элирия сделала шаг назад и коротко приказала:

– Начали.

Я предложил Метиасу начать первым наносить удары.

Он пожал плечами, крепче перехватил деревянный меч и встал в стойку так, как только что показывала Элирия.

– Смотри не пожалей потом, – усмехнулся он.

Я поднял свой меч, приготовившись к блоку.

Первый удар был осторожным. Метиас явно ещё не привык к весу оружия и двигался немного скованно. Я встретил его клинок под углом, как показывала Элирия, и деревянные мечи глухо столкнулись.

– Так? – спросил он.

– Вроде того, – ответил я. – Только бей сильнее. Она же сказала – как в настоящей схватке.

Метиас кивнул.

Второй удар оказался уже гораздо увереннее. Я едва успел подставить меч под нужным углом. От столкновения по рукам пошла лёгкая вибрация.

Мы начали входить в ритм.

Удар.

Блок.

Шаг назад.

Снова удар.

С каждой попыткой движения становились увереннее. Метиас уже не просто махал мечом, а старался вкладывать в удар вес тела, как учила Элирия.

Через несколько десятков повторений дыхание начало сбиваться.

Вокруг слышались глухие удары дерева о дерево, тяжёлое дыхание и редкие ругательства тех, кто получал слишком болезненные попадания.

– Чёрт… – выдохнул Метиас после очередного удара. – Сто раз она сказала? Это же издевательство.

– Это только начало, – усмехнулся я.

Краем глаза я заметил, как Элирия медленно ходит между парами, внимательно наблюдая за каждым. Иногда она резко останавливалась, поправляла стойку ученика или коротким движением выбивала меч из рук слишком расслабившегося студента.

Иногда кому-то доставался лёгкий, но очень болезненный щелчок деревянным клинком по плечу.

– Нога назад. Вес распределяй правильно, – холодно произнесла она где-то справа.

Я на секунду отвлёкся и тут же получил лёгкий удар по шлему.

– Смотри на противника, – усмехнулся Метиас.

Я только хмыкнул и снова поднял меч.

Где-то на сороковом ударе руки начали уставать, а плечи налились тяжестью.

Но странное дело – с каждым взмахом я всё лучше чувствовал оружие.

И где-то на мгновение мне показалось, будто внутри снова откликнулось то самое тепло… то, что я чувствовал рядом со своим внутренним дубом.

Я отогнал эту мысль и снова встретил очередной удар Метиаса.

Тренировка только начиналась.

Мы продолжили упражнение.

Удар.Блок.Шаг назад.

Сначала всё шло спокойно, но уже через несколько минут плечи начали наливаться тяжестью. Деревянный меч, который в начале казался лёгким, постепенно становился всё тяжелее.

– Сорок… – пробормотал Метиас после очередного удара. – Или уже пятьдесят?

– Даже если сорок, радоваться рано, – усмехнулся я, поднимая меч для очередного блока.

Он снова поднял клинок над головой и обрушил его вниз. На этот раз удар получился гораздо сильнее. Деревянные мечи столкнулись с глухим треском, и по рукам прошла неприятная дрожь.

– Вот так уже лучше, – кивнул я.

Вокруг нас стоял настоящий шум. Десятки мечей сталкивались друг с другом, кто-то ругался, кто-то тяжело дышал, а где-то уже слышались первые падения.

– Поднимайся! – резко раздался голос Элирии. – На поле боя тебе никто отдыхать не даст!

Она медленно ходила между парами, внимательно наблюдая за каждым. Иногда она останавливалась и одним коротким движением поправляла стойку ученика.

– Ноги шире.– Не маши руками как мельница.– Вкладывай вес тела.

Иногда она демонстрировала ошибку лично. Один из студентов слишком расслабился, и Элирия мгновенно выбила у него меч из рук.

– Именно так вас и убивают, – спокойно произнесла она, бросая ему оружие обратно.

Мы с Метиасом переглянулись и продолжили.

Удар.

Блок.

Шаг.

Ещё удар.

Где-то на шестидесятом повторении руки начали откровенно дрожать.

– Я начинаю понимать, почему рыцари такие злые, – выдохнул Метиас. – С такой тренировкой по-другому не получится.

Я только усмехнулся.

– Давай. Нам ещё сорок.

Он вздохнул и снова поднял меч.

Но в этот момент по площадке раздался резкий звук столкновения.

Кто-то явно бил слишком сильно.

Я невольно повернул голову и увидел Джейстинса.

Он тренировался с одним из студентов, но было видно, что это уже не тренировка. Его удары были слишком резкими, слишком агрессивными.

Его противник едва успевал защищаться.

– Он сейчас кого-нибудь покалечит… – тихо сказал Метиас.

Но Элирия стояла неподалёку и… не вмешивалась.

Она просто наблюдала.

И по её лицу невозможно было понять – ждёт ли она, когда кто-то сломается, или проверяет, кто из нас выдержит давление.

Я снова поднял меч.

– Ладно, – сказал я Метиасу. – Не отвлекаемся. Нам ещё тридцать.

Он кивнул.

И мы продолжили.

Удар.

Блок.

Удар.

Блок.

Но теперь я уже чувствовал, что тренировка превращается во что-то большее, чем просто упражнение.

Элирия проверяла нас.

– Ладно, – выдохнул Метиас, опуская меч. – Теперь твоя очередь.

Я кивнул.

Мы поменялись ролями. Я встал в стойку так, как показывала Элирия: ноги на ширине плеч, левая немного позади. Меч перед собой, руки крепко сжимают рукоять.

Сначала движение получилось немного неловким. Подняв клинок над головой, я сделал шаг вперёд и опустил удар.

Метиас встретил его блоком.

Деревянные мечи столкнулись с глухим треском.

– Нормально, – сказал он. – Только бей увереннее.

Я снова поднял меч.

В этот раз удар вышел лучше. Я вспомнил слова Элирии и вложил в движение вес тела, резко шагнув вперёд.

Клинок ударил сильнее, и Метиас даже немного отступил назад.

– Вот! – усмехнулся он. – Уже похоже на дело.

Мы вошли в ритм.

Я бил сверху.

Он встречал удар блоком.

Иногда я специально замедлял движение, стараясь лучше прочувствовать стойку и баланс. Иногда наоборот ускорялся, проверяя, успеет ли он поставить блок.

С каждым взмахом я всё лучше чувствовал меч.

Где-то на середине упражнения руки начали уставать, плечи налились тяжестью, но тело будто само начинало запоминать движения.

Удар.

Блок.

Ещё удар.

Метиас отступил на шаг.

– Эй… полегче, – выдохнул он. – Ты уже бьёшь как будто всерьёз.

Я усмехнулся, снова поднимая меч.

– Она же сказала – как в настоящей схватке.

Я шагнул вперёд и нанёс ещё один удар.

На этот раз Метиас едва успел поставить блок. Наши клинки с силой столкнулись, и звук удара даже перекрыл общий шум тренировочной площадки.

Несколько человек рядом невольно повернули головы в нашу сторону.

– Ладно, – сказал он, переводя дыхание. – Похоже, из тебя действительно что-то получится.

Я уже собирался ответить, как за нашей спиной раздался холодный голос.

– Вижу, вы начали понимать, как пользоваться мечом. Можете немного передохнуть. Перерыв – пятнадцать минут.

По площадке сразу прокатился облегчённый выдох.

Хоть какой-то отдых.

Руки уже почти не чувствовались, плечи и голова ныли от пропущенных ударов и периодических «воспитательных» тычков Элирии, которая без стеснения поправляла ошибки прямо клинком.

Мы с Метиасом опустились на край тренировочной площадки, пытаясь перевести дыхание.

К нам подошла Мерелиана вместе с какой-то девушкой.

– Вот это тренировочка… – выдохнула она, всё ещё тяжело дыша. – Спасибо большое, Димитрий. Я так понимаю, всё это благодаря вам с Джейстинсом.

Она усмехнулась, но в голосе всё равно чувствовалась усталость.

– Кстати, познакомься. Это моя подруга Ирэн. Мы сидим за одной партой.

Девушка рядом с ней слегка кивнула.

– Приятно познакомиться.

– Взаимно, – ответил я.

– Я, кстати, Метиас, – вставил он, протягивая руку. – И давай сразу проясним: Димитрий тут на самом деле ни при чём. Джейстинс сам нарвался. Димитрий просто ответил.

– И вообще, – продолжил Метиас с самым серьёзным видом, – Димитрий, дабы загладить свою вину, приглашает нас всех сходить в кафе после сегодняшних занятий.

– Да? – удивлённо поднял брови я. – А я что-то такого не припомню.

Я сделал вид, что возмущён, но через секунду махнул рукой.

– Впрочем… согласен. Дабы загладить свою вину, приглашаю тебя, господин Метиас, и вас, благородные дамы, в кафе после занятий.

Я слегка поклонился, специально добавив в голос немного пафоса, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу после нашей изматывающей тренировки.

Мерелиана тихо рассмеялась.

– Правда, – продолжил я уже более серьёзно, – для начала мне бы пережить ту экзекуцию, которую нам обещала Элирия после занятий.

Метиас хмыкнул.

– Перерыв окончен! – прозвучал грозный голос Элирии. – Убираем мечи и остальное оборудование. Идём к мишеням для стрельбы.

По строю прокатился тяжёлый вздох. Кто-то тихо застонал, но спорить с ней, разумеется, никто не собирался. Мы быстро сложили деревянные мечи обратно на стойки, сняли шлемы и направились к другой части тренировочной площадки.

Там уже стояли ряды соломенных мишеней на разном расстоянии. Рядом на длинных столах лежали учебные луки и колчаны со стрелами.

Элирия взяла один из луков и легко натянула тетиву, словно проверяя оружие.

– Меч – это хорошо, – спокойно произнесла она. – Но иногда противник находится далеко. Поэтому сегодня вы познакомитесь с основами стрельбы из лука.

Она подняла стрелу и показала нам.

– Всё просто. Левая рука держит лук. Правая – тетиву. Стрелу кладёте на направляющую, фиксируете пальцами и плавно натягиваете.

Элирия повернулась к мишени, подняла лук и одним быстрым движением натянула тетиву.

Свист.

Стрела с глухим ударом вошла почти в центр мишени.

– Не дёргайте руки, – добавила она, не оборачиваясь. – И не пытайтесь стрелять силой. Лук любит спокойствие.

Она положила лук обратно на стол.

– Теперь берите оружие и пробуйте.

Мы разошлись по линии стрельбы.

Я взял один из луков. Он оказался неожиданно лёгким, но тетива была тугой.

– Надеюсь, это будет проще, чем мечи, – пробормотал Метиас рядом.

– Сомневаюсь, – усмехнулся я.

Я положил стрелу на направляющую и натянул тетиву. Плечи сразу же отозвались усталой болью после тренировки с мечами.

Прицелился.

Выдохнул.

Отпустил.

Стрела ушла вперёд и воткнулась в мишень… где-то в нижней её части.

– Неплохо для первого раза, – заметил Метиас.

Его собственная стрела воткнулась почти рядом с моей.

Рядом раздался звонкий смех Мерелианы.

– А у меня вообще мимо!

Мы обернулись. Её стрела торчала в земле в нескольких шагах от мишени.

Элирия медленно прошла вдоль линии стрелков.

– Для первого раза терпимо, – холодно произнесла она. – Но до меткости вам ещё очень далеко.

Она остановилась и посмотрела на нас.

– Продолжайте. У каждого – по двадцать выстрелов.

По площадке снова прокатился дружный стон.

Мы ещё несколько минут пытались попадать в мишени. Стрелы свистели, врезаясь в солому, иногда уходя в сторону или вовсе падая в траву. Руки уже дрожали от усталости, а пальцы неприятно ныли от тетивы.

Наконец Элирия подняла руку.

– Достаточно.

Все мгновенно опустили луки.

– Нам с вами предстоит ещё много работы, – спокойно продолжила она. – Но на сегодня хватит.

По строю прошёл облегчённый выдох.

Я уже собирался вместе со всеми направиться к выходу с площадки, как её взгляд остановился на нас.

– Димитрий. Джейстинс.

Мы оба невольно обернулись.

– Жду вас через десять минут в аудитории.

Она сделала короткую паузу.

– Остальные свободны.

Студенты начали расходиться, кто-то обсуждал тренировку, кто-то жаловался на боль в руках.

Метиас тихо присвистнул.

– Ну… удачи вам, – сказал он, хлопнув меня по плечу. – Чувствую, сейчас начнётся самое интересное.

Я тяжело выдохнул.

– Вот и я о том же…

В аудиторию к Элирии я шёл без особого волнения. По сути, правил академии мы не нарушили – просто немного увлеклись спором.

Когда я вошёл, Джейстинс уже был внутри. Он стоял у окна, скрестив руки на груди. Элирия находилась за своим столом и внимательно смотрела на нас обоих.

– В общем так, – сразу перешла к делу она.

Её голос был спокойным, но холодным.

– Мне плевать, что между вами происходит. И вообще плевать, какие у вас личные счёты. Но правила академии должны выполняться безукоризненно.

Она сделала паузу, переводя взгляд с меня на Джейстинса.

– А вы сегодня были очень близки к тому, чтобы перейти черту.

Джейстинс тихо фыркнул, но ничего не сказал.

– Поэтому в этот раз ваше наказание будет лёгким, – продолжила Элирия.

Она поднялась из-за стола и обвела рукой аудиторию.

– Вот эта аудитория должна сиять. С пола до потолка.

Она указала на стены, окна и светильники под потолком.

– Включая каждый абажур.

Затем она слегка улыбнулась.

– Когда закончите – можете быть свободны.

От нас с Джейстинсом одновременно вырвался тяжёлый вздох разочарования. Ни ему, ни мне совсем не хотелось заниматься уборкой сразу после такой тренировки.

Но спорить с Элирией никто из нас не собирался.

Когда дверь за ней закрылась, в аудитории повисла почти абсолютная тишина.

Мы молча взяли ведро, тряпки и принялись за работу.

Сначала вытерли столы и парты, потом окна, затем стены. Пыль поднималась в воздухе, заставляя иногда чихать, а руки после тренировки и так уже едва слушались.

Несколько раз наши взгляды пересекались, но никто из нас не сказал ни слова.

Иногда Джейстинс что-то недовольно бурчал себе под нос, но до споров дело так и не дошло. Видимо, усталость оказалась сильнее любых амбиций.

Работа постепенно продвигалась. Солнце за окнами медленно клонилось к закату, окрашивая аудиторию мягким золотистым светом.

Я протёр очередной абажур и на секунду остановился, разминая уставшие пальцы.

Мысли невольно вернулись к обещанию Метиаса и девушек дождаться меня в кафе. Эта мысль неожиданно согревала. После всего, что произошло за последние дни, было приятно знать, что кто-то просто ждёт тебя за столом с горячей едой и разговором ни о чём.

– Кажется… всё, – наконец произнёс Джейстинс, оглядывая аудиторию.

Я тоже огляделся.

Парты стояли ровно, окна блестели, пол был вымыт, а абажуры действительно выглядели так, будто их только что повесили.

– Похоже на то, – ответил я.

Мы ещё раз проверили аудиторию, поставили ведро и тряпки у двери и молча вышли в коридор.

Вечерний свет уже заполнял окна академии, а в коридорах почти никого не осталось.

Я глубоко вдохнул.

День выдался долгим.

И, похоже, это был только самый первый настоящий день моей новой жизни в академии.

Я поправил форму и направился к выходу.

В конце концов, меня всё ещё ждали в кафе.

Глава 10

В кафе я шёл в приподнятом настроении, радуясь тому, что эта экзекуция наконец закончилась.

Несмотря на усталость и боль во всём теле, мысли о тренировке почему-то вызывали у меня приятные воспоминания.

Размахивая мечом на площадке, я снова ощущал то самое тепло, которое обычно исходило от моего древа. Словно на мгновение я провалился в состояние медитации, даже не пытаясь сознательно войти в него.

Это чувство было странным, но удивительно правильным.

Будто тело само начинало понимать то, что разум ещё только пытался осознать.

И чем больше я об этом думал, тем сильнее меня не покидало ощущение, что сегодняшний день был лишь самым первым шагом к чему-то гораздо большему.

В этот момент краем глаза я заметил какое-то движение в кустах у дорожки.

Я резко остановился.

На секунду мне показалось, будто кто-то наблюдает за мной.

Я обернулся, внимательно всматриваясь в листву.

Но там никого не было.

Лишь лёгкий ветер едва заметно шевелил ветки.

Несколько мгновений я стоял, пытаясь понять, показалось ли мне это или нет. Затем тряхнул головой, отгоняя лишние мысли.

Скорее всего, просто усталость после тренировки.

Собравшись с мыслями, я снова зашагал по дорожке в сторону кафе.

Ребята сидели за столиком, непринуждённо общаясь.

Я подошёл и опустился на свободный стул.

– Ну вот и я, живой и относительно здоровый. Ну как вы тут без меня?

Мерелиана сразу повернулась ко мне.

– Что-то ты припозднился. Что, госпожа Элирия решила немного поиздеваться над вами?

– О, да, – усмехнулся я, усаживаясь поудобнее. – Измывалась над нами по полной программе. Завтра сами всё увидите.

Я сделал паузу, решив немного добавить интриги.

– А теперь давайте праздновать первый учебный день.

Мы сидели не обращая внимания на время, болтали веселились и праздновали. Мне начинала нравится моя новая жизнь, но к сожалению подходило время комендантского часа и нам пришлось расходиться, мы с Метиасом проводили девочек до их общежития и побежали в свое, время уже поджимало. На входе уже стоял ГмыХ. недовольно бурчащий.

– О спелись голубчики, сколько ждать вас можно еще, на часы смотрите в следующий раз, все уже давно по комнатам разошлись, а они гуляют, бедному ГмыХу отдыхать не дают.

– Прости, отмечали первый учебный день, вот немного и не уследили за временем. Обещаю, что больше такого не повториться, спасибо что пропустил.

– А ты когда успел с ним так сдружиться? – удивлённо спросил Метиас, когда мы поднимались по лестнице. – Я за всё это время от него только бурчание и слышал, а с тобой он прямо по-человечески разговаривает.

– Да как-то само получилось. С первого дня разговорились. Он, если честно, просто очень любит поболтать.

– Серьёзно? – хмыкнул Метиас. – А со мной он почему-то только рычит.

– Может, ты ему слово вставить не даёшь, – пожал плечами я. – Попробуй просто дать ему высказаться. Думаю, он тебе ещё половину академии в подробностях расскажет.

Метиас тихо рассмеялся.

– Ладно… надо будет попробовать.

Лёжа в кровати, я решил снова обратиться к своему внутреннему древу. За последние дни это стало почти привычкой. Образ возникал всё легче – будто разум сам знал дорогу к этому месту.

Я закрыл глаза и сделал несколько медленных вдохов.

Мир вокруг постепенно растворился. Исчезли стены комнаты, шум академии, тяжесть в руках и плечах после тренировки.

И вот оно снова появилось.

Моё древо.

Огромный чёрно-белый дуб возвышался передо мной, раскинув свои широкие ветви. Теперь он выглядел гораздо здоровее. Следы гнили, которые я видел раньше, почти исчезли, лишь кое-где напоминая о том дне, когда моё сознание едва не разорвали ментальной магией.

От древа исходило мягкое, тёплое ощущение. То самое тепло, которое я сегодня чувствовал на тренировке.

Я некоторое время просто стоял рядом, наблюдая за ним и позволяя этому спокойствию разливаться внутри.

Но сегодня я пришёл сюда не только ради этого.

Я вспомнил слова из той древней практики. За дубом должно было находиться ещё одно место. Дом. Пространство покоя – то, где сознание может укрыться и по-настоящему войти в медитацию.

Я сделал шаг вперёд.

Затем ещё один.

Медленно обходя ствол древа, я попытался представить то, что должно было находиться за ним.

Сначала там была лишь пустота.

Я сосредоточился, стараясь представить очертания дома. Небольшое строение, тихое место, где можно укрыться от всего мира.

И на мгновение мне даже показалось, что что-то начинает проявляться. Едва заметный силуэт, словно туманная тень среди света, пробивающегося сквозь ветви.

Но именно в этот момент тело напомнило о себе.

Усталость обрушилась на меня неожиданно.

Сначала мысли начали путаться. Затем образ древа стал расплываться. Ветви потеряли чёткость, земля под ногами словно ушла из-под контроля.

Я попытался удержать картину.

Ещё немного.

Ещё один шаг.

Но сознание уже предательски ускользало.

Образ древа растворился, словно его смыл тёплый поток сна.

И через мгновение я уже просто спал, так и не успев увидеть, что же скрывается за моим внутренним древом.

Утро встретило меня ужасной головной болью.

Я медленно открыл глаза и несколько секунд просто лежал, глядя в потолок. Каждая мышца в теле неприятно ныла после вчерашней тренировки, руки и плечи будто налились свинцом.

– Похоже, Элирия действительно решила сделать из нас солдат… – пробормотал я себе под нос.

Я осторожно сел на кровати, чувствуя, как протестует всё тело.

Но, несмотря на усталость и боль, настроение у меня было на удивление хорошим.

Сегодня должен был состояться первый урок магии.

Эта мысль мгновенно прогнала остатки сна.

Если вчерашний день был лишь знакомством с академией, то сегодня начиналось то, ради чего я вообще оказался здесь.

Я поднялся с кровати, потянулся и медленно направился умываться, пытаясь привести себя в более-менее живое состояние.

В голове крутилась только одна мысль.

Наконец-то я узнаю, как работает магия в этом мире.

Наспех умывшись и позавтракав, я отправился в академию.

У входа меня уже ждал Метиас.

– Доброе утро! – бодро сказал он. – Слушай, а ты был прав, спасибо! Я сегодня просто сказал ГмыХу «доброе утро», спросил, как дела… и его как прорвало. Минут пятнадцать болтал без остановки! А я-то думал, он угрюмый и нелюдимый, даже немного побаивался его. А он, оказывается, просто поговорить любит.

Я усмехнулся.

– Да я и не удивлён, что вы нашли общий язык. У вас явно много общего.

Метиас остановился и прищурился.

– Эй! Это ты на что намекаешь? Я что, на гоблина похож?

Я пожал плечами.

– Ну, иногда…

Он громко рассмеялся и толкнул меня плечом.

– Да ты сам не лучше.

Так, переговариваясь и посмеиваясь, мы неспешно дошли до учебного корпуса. Утро только начиналось, и на территории академии постепенно появлялись студенты. Кто-то торопился на занятия, кто-то стоял у входа, обсуждая вчерашний день.

– Слушай, – сказал Метиас, – если урок магии окажется таким же, как вчерашняя тренировка, я, пожалуй, сразу сбегу.

– Поздно, – усмехнулся я. – Нас уже записали.

Мы поднялись по знакомой лестнице и вошли в аудиторию. Там уже было несколько студентов, рассевшихся по партам.

Мерелиана и Ирэн сидели на своих местах и что-то оживлённо обсуждали. Увидев нас, Мерелиана сразу помахала рукой.

– О, вот и герои вчерашней тренировки!

– Доброе утро, – кивнул я, подходя ближе.

– Ну как, выжили после наказания? – с лёгкой улыбкой спросила Ирэн.

Метиас тяжело вздохнул.

– Если уборку аудитории можно назвать выживанием – то да.

Мерелиана тихо рассмеялась.

– Ничего, это ещё только начало. Я уверена, Элирия для нас ещё много интересного приготовила.

– Не сомневаюсь, – пробормотал Метиас.

Мы заняли свои места за партами, ожидая начала урока.

– Итак, лекции по магии у вас буду вести я.

С этими словами в аудиторию вошёл ректор Дранвель Кхаргрим.

Он медленно прошёл к кафедре, окинув нас внимательным взглядом. В аудитории сразу стало тихо.

– Прежде всего запомните главное правило, – продолжил он. – Для использования магии необходима строгая дисциплина. Магия не терпит хаоса и легкомыслия.

Он на секунду сделал паузу, словно давая нам время осмыслить сказанное.

– Сегодня мы начнём с самого простого и одновременно самого важного. Вы научитесь проявлять свою ауру. Это первый шаг к пониманию собственной магии.

Ректор сцепил руки за спиной и медленно прошёлся перед первым рядом парт.

– После этого мы определим, к какой стихии склонна ваша мана. У каждого из вас она своя, и именно от этого будет зависеть ваше дальнейшее обучение.

Он остановился и внимательно посмотрел на нас.

– А теперь начнём.

– Для того чтобы высвободить вашу ауру, вы должны закрыть глаза и представить образ, близкий и знакомый только вам, – продолжил ректор. – После того как образ проявится, мысленно потянитесь к нему, и он потянется к вам. Со временем всё будет происходить гораздо быстрее. В будущем вам будет достаточно одного усилия воли, чтобы вызвать свою ауру.

Я закрыл глаза.

Долго искать нужный образ мне не пришлось.

Я сразу потянулся к своему древу.

Значит, я всё делал правильно.

Дерево откликнулось мгновенно. Тёплое, спокойное ощущение снова разлилось внутри, словно оно действительно отвечало на мой зов.

Я мысленно попросил у него немного силы.

Когда я открыл глаза, то сразу понял, что что-то изменилось.

От меня исходило яркое золотое сияние.

Оно мягко окутывало всё моё тело, словно лёгкое пламя, которое не обжигало, а наоборот – наполняло спокойствием и силой.

Я оглянулся по сторонам.

Не только у меня начало проявляться сияние.

Вся аудитория постепенно наполнялась мягким светом.

У некоторых учеников аура проявилась почти сразу. Вокруг них появлялось ровное и устойчивое свечение – спокойное, будто тихий огонь.

У других всё происходило куда сложнее.

Кто-то сидел с закрытыми глазами, напряжённо сжав кулаки, и вокруг него лишь едва заметно дрожала слабая рябь света, словно воздух над горячими камнями.

У одного из студентов аура вспыхнула на мгновение, но тут же погасла.

– Не напрягайтесь, – спокойно произнёс ректор, медленно проходя между партами. – Магия не любит насилия над собой. Вы должны почувствовать её, а не выдавить силой.

Метиас рядом со мной нахмурился, закрыв глаза ещё крепче.

Вокруг него медленно начала проявляться мягкая синеватая дымка. Сначала она была едва заметной, но постепенно становилась плотнее.

– Получается… – тихо пробормотал он, не открывая глаз.

Через несколько парт от нас Мерелиана сидела совершенно спокойно.

Её аура вспыхнула почти сразу.

Мягкое золотистое сияние окружило её фигуру, хотя и заметно слабее, чем-то, что исходило от меня.

Несколько студентов с удивлением посмотрели в нашу сторону.

У кого-то аура проявлялась зелёным оттенком, у кого-то голубоватым. У пары учеников свечение было совсем слабым – лишь лёгкая рябь вокруг рук.

А один парень вообще открыл глаза и растерянно посмотрел на свои ладони.

– У меня… ничего, – пробормотал он.

– Не у всех получается с первого раза, – спокойно ответил ректор. – Это нормально.

Он остановился посреди аудитории.

И только сейчас, кажется, заметил меня.

Его взгляд на мгновение задержался на золотом сиянии вокруг моего тела.

– Димитрий… очень хорошо, – произнёс ректор. – Признаться, я ожидал от вас нечто подобное ещё после нашего первого разговора.

Он слегка кивнул.

– В таком случае попрошу вас первым подойти ко мне для определения направления вашей магии.

Я поднялся со своего места и подошёл к кафедре. На ней стоял хрустальный шар, очень похожий на тот, с помощью которого нас регистрировали в первый день.

– Поскольку вы уже освоились с высвобождением вашей ауры, – продолжил ректор, – попробуйте усилием воли направить её не из всего тела, а только из ладоней. Сконцентрируйте поток и направьте его в шар.

Я кивнул.

– Хорошо… сейчас попробую.

Я снова вызвал свою ауру.

Золотое сияние мягко окутало меня, как и раньше. Но теперь нужно было сделать то, чего я ещё не пробовал.

Я попытался представить, как энергия выходит из ладоней.

Ничего не получилось.

Поток всё так же равномерно исходил из всего тела.

Я нахмурился и решил попробовать иначе.

Закрыв глаза, я сосредоточился на самом ощущении этой силы. На тёплом золотом свете, который исходил от меня.

И вдруг… получилось.

Я словно нащупал этот поток.

Ощутил его.

И усилием воли собрал его в ладонях.

Когда я открыл глаза, то увидел яркое золотое сияние, вырывающееся из моих рук.

Я сразу направил его в шар.

Хрустальная сфера мгновенно вспыхнула.

– Отлично… – тихо сказал ректор.

Он внимательно наблюдал за шаром.

– Итак… посмотрите.

Я опустил взгляд.

Внутри сферы вихрящиеся цвета начали медленно перемешиваться. Основной цвет был ярко-оранжевый, словно раскалённый огонь. Но среди него появлялись зелёные и серебристые всполохи.

– Это значит, что вам подвластна стихия огня и света, – продолжил ректор. – Кроме того, я вижу выраженную склонность к магии лечения… и к ментальной магии.

Он поднял на меня взгляд.

– Вы действительно уникальны в своём роде. Такое сочетание встречается крайне редко.

Он слегка нахмурился.

– А теперь остановите поток.

Я кивнул.

Но в этот момент понял, что что-то не так.

Я попытался прекратить поток энергии из ладоней.

Ничего не произошло.

Наоборот.

Сияние стало ярче.

Поток усилился.

Я снова попытался его остановить, но энергия словно больше не подчинялась мне.

– Ректор… – выдохнул я.

И в следующий момент из моих ладоней вырвался мощный поток света.

В аудитории раздались испуганные голоса.

Голова резко закружилась.

Силы словно начали стремительно покидать тело.

Я попытался удержаться на ногах, но мир перед глазами уже начинал темнеть.

Через мгновение ноги подкосились.

Я упал.

Где-то вдалеке слышались встревоженные голоса.

Но они быстро растворялись в нарастающей тишине.

Перед глазами медленно расползалась пустота.

Интерлюдия. Дранвель Кхаргрим.

После того как Димитрий рухнул на пол, в аудитории мгновенно началась неразбериха.

Несколько студентов вскочили со своих мест. Двое из них первыми подбежали к нему – его сосед по парте и вторая «золотая» в группе, эльфийка Мерелиана. Похоже, за эти дни они уже успели сблизиться с парнем.

– С ним всё в порядке, – спокойно произнёс я, поднимая руку, чтобы остановить панику.

Студенты замерли, прислушиваясь.

Я присел рядом с Димитрием, быстро проверил дыхание и пульс.

– Он потерял контроль над своей магией и выпустил слишком большой объём силы за один раз. Это серьёзная нагрузка для неподготовленного организма.

Я поднялся и посмотрел на аудиторию.

– Как я уже говорил вам всем: магия – это прежде всего дисциплина и самоконтроль.

Затем я перевёл взгляд на парня, который первым подбежал к Дмитрию.

– Ты.

Он мгновенно выпрямился.

– Сбегай в медицинское крыло и передай, что у нас магическое истощение от перегрузки. Пусть пришлют носилки.

Парень кивнул и тут же выбежал из аудитории.

Я снова посмотрел на остальных студентов.

– До утра он придёт в себя. Ничего критичного не произошло.

Затем спокойно добавил:

– А теперь прошу всех вернуться на свои места.

В аудитории постепенно восстановилась тишина.

Пока мы ожидали лекарей, я невольно обдумывал результаты сегодняшнего тестирования.

Группа оказалась весьма интересной.

И дело было не только в Димитрии.

Я перевёл взгляд на эльфийку, которая всё ещё стояла рядом с ним.

Мерелиана.

Когда она коснулась шара, тот вспыхнул мягким золотым светом. Основной цвет внутри сферы был светло-голубым с золотыми переливами.

Воздух и свет.

Для эльфов это довольно типичное сочетание, но уровень силы у неё был заметно выше среднего. При должной подготовке она сможет стать весьма сильным боевым магом поддержки.

Рядом с ней сидела её подруга – Ирэн.

Её шар окрасился в глубокий зелёный цвет с лёгкими серебристыми всполохами.

Жизнь и свет.

Классическое сочетание для магов лечения. Если она сможет правильно развить свои способности, из неё выйдет прекрасный целитель.

Затем мой взгляд остановился на другом ученике.

Джейстинс.

Когда он направил поток маны в шар, тот вспыхнул ярко-оранжевым цветом.

Чистый огонь.

Сила у него была приличная, но структура потока оставляла желать лучшего. Энергия шла рывками, нестабильно. Слишком много агрессии, слишком мало контроля.

Такие маги могут стать сильными боевыми колдунами… если научатся управлять собой.

И, наконец, Метиас.

Его шар светился спокойным синим цветом с лёгким серым оттенком.

Вода с примесью воздуха.

Ничего выдающегося по силе, но поток был ровный и устойчивый. Подобные маги часто становятся отличными поддерживающими или защитными магами.

Я вновь задумался о Димитрии.

А вот он…

Оранжевый цвет огня с яркими золотыми всполохами света. И, что особенно интересно, внутри сферы проявлялись тонкие серебристые нити.

Огонь.

Свет.

Склонность к магии лечения.

И выраженные задатки к ментальной магии.

Я видел подобные сочетания крайне редко.

Но ещё реже встречались ученики, способные выплеснуть такой объём силы в первый же день обучения.

Я медленно выдохнул.

Этот парень ещё доставит академии немало… интересных моментов.

Глава 11

Пробуждение было тяжёлым. Яркий свет бил прямо в глаза, а голова раскалывалась так, будто внутри неё устроили кузницу.

Я медленно открыл глаза.

У кровати стояли Метиас и Мерелиана.

– Наконец-то очнулся… – с облегчением сказала Мерелиана и тут же обняла меня. – Ты нас ужасно напугал.

Я поморщился, пытаясь собрать мысли в кучу.

– Что случилось? Я помню только, как определяли склонность к стихиям…, а дальше пустота.

Метиас переглянулся с Мерелианой, но ответила она.

– Ректор сказал, что ты потерял контроль и выпустил слишком большой объём магии за один раз. Твоё тело просто не выдержало нагрузки, и ты потерял сознание.

Она на секунду замолчала, нахмурившись.

– Прошу, больше никогда так не делай. Мы же переживаем за тебя.

Под конец она легонько стукнула меня кулаком в грудь, будто пытаясь скрыть тревогу за шутливым жестом.

– Я не хотел… – тихо сказал я. – Пытался остановить поток, но ничего не получалось. Он словно взбесился. Где я вообще? И чем закончился урок?

Слово взял Метиас.

– Когда ты потерял сознание, ректор отправил меня к местным медикам за помощью. Они и перенесли тебя сюда. Это лечебный корпус академии.

Он чуть усмехнулся.

– Когда тебя забрали, ректор успокоил всех и продолжил занятие. С переменным успехом мы смогли выпустить ауру и определить свои стихии.

Он пожал плечами.

– Я, кстати, вода и воздух.

Он посмотрел на Мерелиану. В её глазах всё ещё блестели слёзы.

Метиас тихо вздохнул.

– Пожалуй, схожу за врачом. Скажу, что ты пришёл в себя.

Он поднялся и неторопливо направился к выходу, явно решив оставить нас ненадолго наедине.

Когда дверь закрылась, в палате стало неожиданно тихо.

Я осторожно приобнял Мерелиану. Она уткнулась мне в плечо и тихо всхлипнула.

– Я очень испугалась за тебя… – прошептала она. – Ты так неожиданно упал. Пожалуйста, будь осторожнее.

– Постараюсь, – ответил я, поглаживая её по плечу. – Думаю, со временем нас всему научат. Если честно… в тот момент я и сам испугался.

Она чуть отстранилась и посмотрела на меня.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Я улыбнулся.

– Расскажи лучше, какие у тебя стихии. Мне очень интересно.

– Воздух и свет, – тихо ответила она. – Видишь… даже здесь у нас есть что-то общее.

Она посмотрела мне прямо в глаза. В её взгляде всё ещё было беспокойство…, но теперь в нём появилось и что-то другое, тёплое и мягкое.

И вдруг я поцеловал её.

Сам не понял, что на меня нашло. Просто в тот момент это показалось самым правильным на свете.

На секунду она замерла…, а затем ответила на поцелуй.

Но, как это обычно бывает, всё хорошее заканчивается неожиданно.

Мы услышали, как открывается дверь.

Мы тут же резко отстранились друг от друга.

И в следующую секунду в палату буквально влетела Элирия.

– Димитрий! Я только узнала! – воскликнула она, быстро подходя к кровати. – С тобой всё в порядке? Почему ты такой красный?

Она уже собиралась что-то сказать дальше, но вдруг заметила Мерелиану.

Её взгляд сразу стал холоднее.

– А вы что здесь делаете? – строго спросила она. – Ваше занятие начнётся через десять минут. Так что прошу вас немедленно отправляться в аудиторию.

Она чуть повернула голову к двери.

– И передайте то же самое Метиасу, который ошивается в коридоре.

Мерелиана поднялась.

– Уже иду, – спокойно ответила она. – Мы просто переживали за Димитрия.

Она на секунду посмотрела на меня.

– Выздоравливай поскорее.

– Спасибо, – ответил я.

Когда Мерелиана вышла, в палате на несколько секунд повисла тишина.

Я перевёл взгляд на Элирию.

– Госпожа Элирия, со мной всё в порядке. И, как вы сами сказали… – я сделал паузу, – думаю, мне тоже стоит отправиться на занятие, которое вот-вот начнётся.

Я поднялся с кровати.

Если честно, мне совершенно не понравился тон, с которым она обратилась к Мерелиане.

В её голосе прозвучало что-то… неприятное.

Будто она считала, что имеет на меня какие-то особые права.

– Димитрий, постой… – попыталась остановить меня она уже у самой двери. В её голосе слышалось явное удивление.

Я обернулся.

– К сожалению, мне уже пора. Скоро начнётся занятие… которое, кстати, ведёте у нас вы, – спокойно ответил я. – Так что лучше поспешить, чтобы не опоздать.

Я сделал паузу, прежде чем продолжить.

– И, кстати, по поводу вашего предложения… думаю, это всё-таки будет неуместно.

Я слегка кивнул.

– Всего доброго, госпожа.

Не дожидаясь её ответа, я вышел из палаты и закрыл за собой дверь.

К аудитории я шёл со смешанными чувствами. С одной стороны, я всё ещё был рад тому, что произошло между мной и Мерелианой. С другой – меня продолжала злить реакция Элирии.

Да, она помогла мне.

Но если посмотреть на ситуацию со стороны, она же и вогнала меня в огромный долг, который я пока даже не представлял, как буду отдавать.

И всё же это не давало ей никакого права обращаться со мной так, будто я её собственность.

Когда я вошёл в аудиторию, ко мне сразу же подошли Метиас и Мерелиана. Чуть позади стояла Ирэн.

Их забота была неожиданно приятной.

– Димитрий, тебе точно можно вставать? – обеспокоенно спросил Метиас.

– Как ты себя чувствуешь? – тут же добавила Мерелиана. – Ты ведь обещал быть осторожнее.

В её голосе уже звучало почти обвинение.

Я невольно улыбнулся.

– Со мной правда всё хорошо, не переживай. И я помню наше обещание.

Я мягко попытался её успокоить.

– Всё будет в порядке.

Я оглянулся на аудиторию.

– А теперь давайте рассаживаться. Занятие вот-вот начнётся.

И как раз в тот момент, когда мы заняли свои места, в аудиторию вошла Элирия.

– Вижу, все уже на местах. Отлично. Тогда можно начинать.

Она выглядела на удивление спокойно, будто между нами совсем недавно не происходило никакого разговора в лечебной палате.

– Итак, сегодня я продолжу историю, которую начала на прошлом занятии. И вы поймёте, откуда взялся столь строгий контроль над перерожденцами.

Она медленно прошлась перед рядами, на мгновение задержав взгляд на мне, после чего продолжила уже спокойным, почти лекционным тоном.

– Как я уже рассказывала, после того как боги даровали миру магию, началась новая эпоха. Люди, эльфы, гномы и другие народы начали активно осваивать этот дар. Магия помогала лечить болезни, строить города, защищаться от чудовищ и в целом значительно облегчила жизнь разумных рас.

Она на мгновение остановилась у кафедры.

– Однако сами боги не были полностью спокойны. Их тревожила судьба тех братьев и сестры, что отправились в горы, в глубины тёмных пещер. О них так и не появилось никаких известий. Почти сто лет боги пытались найти хотя бы какие-то упоминания о своих пропавших родных, но все поиски оказались тщетны.

Элирия на секунду замолчала.

– И именно в это время в мире начали происходить странные события.

По аудитории пробежал тихий шёпот.

– У разных народов, в самых разных уголках континента, внутри молодых юношей и девушек начали пробуждаться чужие сознания.

Она сложила руки за спиной.

– До сих пор доподлинно неизвестно, что именно происходит в такие моменты. Одни учёные считают, что это пробуждается память души о прошлой жизни. Другие уверены, что в тело приходит новая душа, вытесняя прежнюю.

Она слегка пожала плечами.

– Но в те времена перерожденцы воспринимались почти как ещё одно чудо, дарованное богами.

– Во-первых, почти все они обладали необычайно высоким потенциалом магии.– Во-вторых, у каждого из них проявлялась уникальная способность.– И, наконец, они приносили знания из своих миров.

Элирия медленно провела ладонью по столу.

– Многие великие изобретения того времени появились именно благодаря перерожденцам. Новые способы обработки металлов, улучшенные корабли, методы строительства и даже медицинские знания.

Она чуть улыбнулась.

– То время позже назовут Золотым веком нашего мира.

Несколько студентов заинтересованно подались вперёд.

– Но, как это часто бывает, золотой век не может длиться вечно.

Её голос стал немного тише.

– Спустя несколько десятилетий в одной небольшой деревне на самом краю тогда ещё единого континента, в бедной семье рыбака родился ребёнок.

– Его чужая душа проявилась, когда ему исполнилось пять лет.

Элирия посмотрела на аудиторию.

– С каждым годом его сила росла. Вскоре вокруг него начали собираться другие перерожденцы.

Она сделала короткую паузу.

– Он утверждал, что перерожденцы превосходят жителей этого мира. Что именно им предназначено управлять им.

По аудитории прошёл тревожный шёпот.

– Через двадцать лет вокруг него собралась почти вся сила перерожденцев континента.

Она произнесла следующее слово медленно:

– И тогда началась война.

– Жестокая. Кровопролитная. Такая, какой этот мир ещё не видел.

Элирия продолжила:

– Используя знания своих миров, перерожденцы создали оружие огромной разрушительной силы. Оно позволяло поражать врагов на расстоянии и не требовало использования магии.

– Этим оружием они вооружили обычных людей.

Она посмотрела на студентов.

– И многие начали поклоняться перерожденцам как высшим существам.

– Континент оказался на грани уничтожения.

Она немного понизила голос.

– Когда жестокость войны стала угрожать самому существованию жизни на континенте, в происходящее вмешались боги.

В аудитории стало тихо.

– Лидер перерожденцев вышел к ним навстречу.

Элирия на секунду закрыла глаза, словно вспоминая древние хроники.

– «Здравствуйте, братья и сёстры. Неужели вы не узнали меня? Пока вы радовались новой жизни, я сгорал во тьме Бездны. Вы не смогли помочь мне…, но я выжил. Я сопротивлялся всем ужасам, которыми она пыталась сломить меня. И тогда я понял – её тьма несёт очищение и свободу.

Я принял её силу.

Я – Неополимый. Наместник Бездны и её карающая длань. Я пришёл, чтобы вернуть миру баланс. Из хаоса родится порядок, из тьмы – свет. Вы нарушили равновесие в своей гордыне. И теперь пришла расплата.»

Элирия снова открыла глаза.

– Боги не поверили, что перед ними стоит их давно потерянный брат.

– И атаковали его.

Она медленно покачала головой.

– Но сила Неополимого оказалась чудовищной. Он в одиночку противостоял им.

– Именно во время этого сражения произошёл магический катаклизм, разделивший наш некогда единый континент на множество частей.

– Светлая мана богов, смешавшись с чёрной силой Бездны, породила магические разломы, аномальные земли и тех чудовищ, что до сих пор обитают в диких землях.

Она перевела взгляд на окно.

– В конце концов боги объединили свои силы.

– И сумели запечатать Неополимого.

Она указала рукой вверх.

– Его темницу вы видите каждый день, когда смотрите на небо.

Несколько студентов невольно подняли головы.

– Неополимый заключён в центре одного из наших светил.

– Он приговорён вечно сгорать в его пламени, не имея возможности вырваться из заточения.

Элирия опустила руку.

– Именно после этой войны начались повсеместные гонения на перерожденцев.

– Тогда же появился строгий запрет на распространение знаний их миров.

Она медленно обвела аудиторию взглядом.

– Потому что однажды эти знания уже почти уничтожили наш мир.

Элирия на несколько секунд замолчала, давая нам время осмыслить услышанное.

– С тех пор боги больше не являлись в наш мир напрямую, – продолжила она уже спокойнее. – Лишь изредка они отвечают на молитвы своих самых преданных и требовательных последователей. Но тех времён, когда боги ходили среди людей, больше не было.

Она медленно прошлась вдоль рядов.

– После войны началась эпоха страха. Перерожденцев начали бояться. Во многих королевствах их преследовали, изгоняли, а иногда и казнили. Любой намёк на чужую душу в теле считался угрозой.

Элирия остановилась у окна.

– Многие правители того времени были убеждены, что только уничтожение перерожденцев сможет защитить мир от повторения той катастрофы.

Она ненадолго замолчала, затем продолжила:

– Но со временем стало ясно, что этот путь ведёт лишь к новой жестокости и новым конфликтам. Перерожденцы всё равно продолжали появляться, и уничтожить их полностью было невозможно.

Она обернулась к аудитории.

– Тогда в крупнейших государствах континента было принято другое решение.

– Был создан закон об обязательных академиях для перерожденцев.

По аудитории прошёл тихий шёпот.

– Согласно этому закону, каждый перерожденец должен пройти обучение в специальных академиях. Там его учат контролировать магию, понимать законы этого мира и жить среди других народов.

Она сложила руки за спиной.

– Академии стали компромиссом между страхом и необходимостью. Вместо преследований – контроль и обучение.

Элирия чуть мягче улыбнулась.

– И именно поэтому вы все сейчас находитесь здесь.

Она обвела нас взглядом.

– Вы – новое поколение перерожденцев. И наша задача – сделать так, чтобы история больше никогда не повторилась.

Она слегка постучала пальцами по столу.

– А теперь, думаю, на сегодня достаточно истории. Если у вас есть вопросы – можете задать их.

Несколько секунд в классе стояла тишина. Студенты переглядывались, явно переваривая услышанное. Первой руку подняла Ирэн.

– Госпожа Элирия… – осторожно начала она. – А правда ли, что Неополимый до сих пор жив?

По аудитории прошёл тихий шёпот.

Элирия на мгновение задумалась.

– Если верить хроникам, он не мёртв. Он запечатан. Разница, как вы понимаете, довольно существенная.

Кто-то тихо присвистнул.

Следующим поднял руку Метиас.

– А оружие, о котором вы говорили… то, которое не требовало магии… оно сохранилось?

Элирия чуть прищурилась.

– Некоторая его часть была уничтожена богами во время войны. Остальное исчезло вместе с государствами той эпохи. По крайней мере… так считается.

Её пауза была слишком заметной.

Я поймал себя на мысли, что она явно сказала не всё.

С другого конца аудитории поднялся Джейстис.

– Если перерожденцы настолько опасны, почему нас вообще оставляют в живых?

Вопрос прозвучал резко.

Несколько студентов напряглись.

Но Элирия ответила спокойно.

– Потому что уничтожение никогда не решало проблему. Перерожденцы продолжают появляться. И гораздо разумнее научить вас контролировать силу, чем пытаться бороться с неизбежным.

Она слегка постучала пальцами по столу.

– Именно для этого и существуют академии.

После этих слов Элирия окинула класс внимательным взглядом, словно проверяя, не появится ли ещё кто-нибудь с вопросом. Но студенты молчали, обдумывая услышанное.

– Если больше вопросов нет – на сегодня занятие окончено, – спокойно сказала она. – Перерыв пятнадцать минут. После него мы проведём занятие по основам этикета.

По аудитории сразу прошёл лёгкий шум. Студенты начали подниматься со своих мест, переговариваться и обсуждать услышанное.

Я только успел откинуться на спинку стула, как ко мне тут же повернулся Метиас.

– Ну и история… – тихо присвистнул он. – Я, конечно, слышал всякие легенды, но чтобы перерожденцы когда-то чуть весь мир не развалили…

– Теперь понятно, почему на нас так смотрят, – добавила Ирэн, задумчиво постукивая пальцами по столу.

Мерелиана слегка нахмурилась.

– Честно говоря, звучит так, будто нас изначально считают потенциальной проблемой.

– Ну, после такой войны их можно понять, – пожал плечами Метиас. – Если половина рассказанного правда, то я бы тоже насторожился.

Он посмотрел на меня и усмехнулся.

– Хотя после того, что ты устроил сегодня на уроке магии, я начинаю думать, что они не так уж и ошибаются.

– Очень смешно, – покачал головой я.

Мерелиана тихо фыркнула.

– Ладно, гении магии, идёмте в коридор. У нас всего пятнадцать минут, а потом начнётся этикет. А после такой лекции мне определённо нужен воздух.

Мы поднялись со своих мест и направились к выходу из аудитории, смешиваясь с остальными студентами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.