Николай Красильников
Месть Дианы де Монсоро

Пролог

Париж, 1580 год

Туманный вечер окутал улицы столицы, словно саван. В покоях замка, украшенных гобеленами с изображением древних битв, стояла тишина – тяжёлая, гнетущая, пропитанная горечью утраты. Графиня Диана де Монсоро стояла у окна, вглядываясь в сумрак. Её пальцы, бледные и тонкие, сжимали клочок пергамента – последнее письмо от возлюбленного, графа де Бюси. Каждая строка дышала отвагой и нежностью, но теперь эти слова жгли душу, напоминая о том, что их автор больше не дышит.

Известие о гибели де Бюси достигло Дианы лишь спустя недели – обставленная как случайная стычка, она на деле была хладнокровным убийством. Заговор плелся в тени королевского двора, и в его сердцевине стоял он – герцог Анжуйский, чья зависть и ревность не знали границ. Диана знала правду: Бюси пал не в честном бою, а от удара в спину, подстроенного тем, кто называл себя другом, но был воплощением коварства.

В дверях бесшумно появился лекарь Реми. Его взгляд, внимательный и проницательный, задержался на графине. Он знал её тайну – как знала её вся Франция: любовь Дианы и Бюси была запретной, но оттого не менее сильной. Реми помнил, как лечил раны графа после очередной стычки, как тот, едва придя в себя, шептал имя Дианы. Теперь же в глазах лекаря читалась решимость.

– Я готов помочь, – тихо произнёс он, подходя ближе. – Я владею искусством, которое может служить не только жизни, но и… справедливости.

Диана медленно обернулась. В её глазах, прежде полных слёз, теперь горела сталь.

– Ты говоришь об отраве? – её голос звучал ровно, почти бесстрастно.

– О возмездии, – поправил Реми. – Герцог Анжуйский не должен уйти от расплаты. Я знаю составы, которые действуют незаметно. Один глоток – и судьба его будет решена.

Графиня молча кивнула. Мысль о мести, прежде казавшаяся безумной, теперь обретала очертания плана. Но одного Реми было мало. Требовался союзник, чья рука была бы столь же твёрдой, а ум – столь же изощрённым.

Дверь скрипнула вновь, и на пороге возник граф дю Бюшаж. Его лицо, обычно оживлённое и насмешливое, сейчас было мрачным. Он поклонился Диане с той особой почтительностью, что выдавала не просто уважение, но глубокую личную привязанность.

– Я слышал о вашей утрате, – произнёс он. – И пришёл предложить вам свою шпагу. Герцог Анжуйский должен ответить за содеянное.

Диана взглянула на него, и впервые за долгие дни в её душе шевельнулась надежда. Граф дю Бюшаж был не только опытным воином, но и мастером придворных интриг. Его связи при дворе могли открыть двери, закрытые для других.

– Вы оба понимаете, – медленно проговорила она, – что это путь без возврата? Мы вступим в игру, где ставка – не только жизнь, но и честь.

Реми склонил голову:

– Моя честь – служить справедливости.

Граф дю Бушаж улыбнулся – холодно и жёстко:

– А моя – защищать тех, кто этого достоин.

Диана выпрямилась. В этот миг она перестала быть скорбящей вдовой – она стала воительницей.

– Тогда пусть будет так, – произнесла она. – Герцог Анжуйский заплатит за смерть де Бюси. И пусть Господь простит тех, кто вершит этот суд… но я – не прощу.

За окном ветер усилился, швыряя капли дождя в стекло. Где‑то вдали, в лабиринте парижских улиц, герцог Анжуйский смеялся, не подозревая, что тень мести уже протягивает к нему свои холодные пальцы.

Глава 1. Тайные приготовления

План Реми оказался хитрее, чем ожидала Диана. Отравленные конфеты должны были попасть к герцогу Анжуйскому через доверенного слугу – человека, чья преданность казалась незыблемой. Но лекарь, склонившись над склянками с мутноватыми жидкостями, настаивал на крайней осторожности:

– Мадам, – его голос звучал глухо, почти предостерегающе, – малейшая ошибка может привести к разоблачению. Один неверный шаг – и мы все окажемся на плахе.

Диана, скрестив руки на груди, пристально посмотрела на него:

– Вы слишком мрачны, мэтр. Разве не вы говорили, что ваш яд действует незаметно, словно лихорадка?

– Действует, – кивнул лекарь. – Но и следы его можно обнаружить, если знать, что искать.

Она вздохнула, отворачиваясь к окну. В её голове роились мысли: «Сколько ещё тайн придётся хранить? Сколько масок надеть, прежде чем цель будет достигнута?»

Тем временем граф дю Бушаж занялся организацией прикрытия. Он втерся в доверие к охране замка, где проживал герцог Анжуйский, и узнал все тайные ходы и расписания патрулей. Его военная смекалка оказалась бесценной в подготовке операции.

Однажды вечером граф встретился с одним из стражников – коренастым мужчиной с грубыми чертами лица.

– Друг мой, – граф похлопал его по плечу, – я слышал, ты знаешь все закоулки этого замка. Не поделишься секретами? За хорошее вознаграждение, разумеется.

Стражник поколебался, но блеск золотых монет в руке графа развеял его сомнения:

– Ну… скажем так, есть один ход, которым редко пользуются. Он ведёт прямо в сад, минуя главные ворота.

– Превосходно, – улыбнулся дю Бушаж. – А расписание патрулей?

– Через каждые два часа, – понизив голос, ответил стражник. – Но после полуночи они часто задерживаются в караулке – погреться у камина.

Граф удовлетворённо кивнул. «Ещё одна деталь на месте», – подумал он.

Диана же тем временем вела двойную игру. Придворные интриги стали её вторым домом. Она умело поддерживала видимость счастливой женщины, одновременно собирая информацию о врагах и возможных союзниках. Её красота и ум помогали заводить полезные знакомства.

На одном из приёмов она разговорилась с молодой фрейлиной герцогини:

– Ах, мадемуазель, – вздохнула Диана, – как же я завидую вашему положению! Вы так близки к герцогине… Наверняка знаете все её секреты.

Фрейлина, польщённая вниманием столь блистательной дамы, охотно поделилась сплетнями:

– О, поверьте, секретов хватает. Например, герцог Анжуйский терпеть не может миндаль в десертах. Говорит, от него у него изжога.

Диана едва заметно улыбнулась. «Вот и подсказка», – отметила она про себя.

Однажды вечером, когда луна освещала парижские улицы своим серебристым светом, трое заговорщиков собрались в тайной лаборатории Реми. Стены комнаты были увешаны странными инструментами и засушенными травами, а в воздухе витал терпкий запах химических соединений.

Реми разложил на столе карту замка:

– Итак, – начал он, – план таков. Граф обеспечит доступ в сад. Диана подменит конфеты в вазе на столе герцога – она будет среди гостей на ужине. Я же прослежу, чтобы никто не заподозрил неладного.

– А если герцог не станет есть конфеты? – нахмурилась Диана.

– Станет, – уверенно ответил Реми. – Я добавил в них особый аромат – он пробуждает аппетит. К тому же, как я слышал, он любит сладкое.

– Что ж, – граф дю Бушаж скрестил руки на груди, – звучит разумно. Но что, если что‑то пойдёт не так?

На мгновение воцарилось молчание. Затем Диана тихо произнесла:

– Тогда мы все погибнем. Но разве не ради этого мы здесь? Разве не ради высшей цели?

Реми кивнул:

– Именно. Мы меняем ход истории. И пусть Бог простит нас за это.

Финальный план был готов. Каждый знал свою роль, каждый был готов рискнуть всем ради успеха.

Но судьба готовила им сюрприз. В город прибыл королевский следователь, известный своей способностью раскрывать самые запутанные дела. Его появление могло разрушить все их планы, и теперь Диане и её союзникам предстояло действовать ещё осторожнее.

– Я слышал, его зовут Ларош, – сообщил граф на следующей встрече. – Говорят, он видит ложь насквозь.

– Значит, – холодно ответила Диана, – нам придётся лгать ещё убедительнее.

Напряжение нарастало с каждым днём. Все понимали – скоро произойдёт то, что изменит их жизни навсегда. И каждый из них задавался вопросом: готовы ли они к последствиям своего выбора?

Реми, глядя в окно на огни Парижа, размышлял: «Что есть справедливость? И кто вправе решать, кому жить, а кому умереть?»

Граф дю Бушаж, сжимая рукоять шпаги, думал о том, сколько ещё раз ему придётся переступать через совесть ради «высшего блага».

А Диана, улыбаясь гостям на очередном балу, спрашивала себя: «Когда маска станет моей настоящей кожей?»

В воздухе витало предчувствие скорой развязки, и даже птицы, казалось, затихали, предчувствуя грядущие события. Париж жил своей обычной жизнью, не подозревая о том, какие страсти кипят в его узких улочках и роскошных дворцах.

Глава 2. На грани разоблачения

В замке царила напряжённая атмосфера – словно перед грозой, когда воздух густеет, а каждый звук отдаётся в груди глухим эхом тревоги. Герцог Анжуйский, облачённый в тёмно‑бордовый камзол с серебряной вышивкой, стоял у высокого окна своих покоев и вглядывался в сумеречный парк. Его пальцы непроизвольно сжимались и разжимались, будто он пытался ухватить неуловимую нить, связывающую разрозненные факты в единую картину.

«Что‑то не так… – думал герцог, хмуря седые брови. – Слишком гладко всё складывается. Слишком безупречны отчёты, слишком слажены действия. Это не порядок – это спектакль».

Его острый ум, отточенный годами придворных интриг, подсказывал: за показным благополучием скрывается тщательно выверенный план. Кто‑то умело дёргал за ниточки, оставаясь в тени. И чем больше герцог размышлял, тем более осторожным и подозрительным становился – что ставило под угрозу всю операцию.

Реми работал не покладая рук. В своей лаборатории, спрятанной в подземелье старого крыла замка, он создавал всё новые составы, проверяя их действие на животных. Пламя спиртовки отбрасывало дрожащие тени на каменные стены, а на полках выстроились склянки с разноцветными жидкостями – от прозрачных, как слеза, до густых, маслянисто‑чёрных.

Яд должен был быть идеальным – незаметным и смертоносным. Без вкуса, без запаха, с отсроченным действием, чтобы никто не связал смерть с конкретным событием. Реми смешивал экстракты белладонны и аконита, добавлял капли редких масел, полученных из восточных трав. Каждый день лекарь отправлял пробные образцы через доверенных лиц, отслеживая их воздействие.

«Природа мудра, – размышлял Реми, растирая в ступке сухие лепестки наперстянки. – Она даёт нам оружие и противоядие в одном флаконе. Вопрос лишь в пропорции… и в том, кто первым найдёт верный баланс».

Он поднял взгляд на портрет жены, висевший над столом. Её улыбка, запечатлённая художником много лет назад, казалась теперь далёкой и нереальной.

«Прости, – беззвучно прошептал Реми. – Но если мы проиграем, мир станет ещё хуже. Иногда зло нужно, чтобы остановить большее зло».

Граф дю Бушаж тем временем укреплял свои позиции при дворе. Его рыцарская доблесть и благородство вызывали восхищение среди придворных. На вчерашнем турнире он одержал победу в трёх поединках подряд, а после лично помог раненому сопернику подняться, вызвав бурю оваций.

Репутация молодого графа росла, что давало Диане дополнительное прикрытие. Она часто появлялась рядом с ним – то на прогулке в саду, то на вечернем приёме, – и сплетники уже вовсю судачили о возможной помолвке.

Но его чувства к ней становились всё более очевидными, и это могло сыграть злую шутку. За завтраком граф не сводил с Дианы глаз, а когда она случайно уронила салфетку, бросился поднимать её с такой поспешностью, что опрокинул кубок с вином.

– Вы слишком внимательны, граф, – тихо сказала Диана, наклонившись к нему. Её голос звучал ровно, но в глазах мелькнула тревога. – Помните: наша цель – не любовь, а справедливость.

– Разве они не могут идти рука об руку? – улыбнулся дю Бушаж. – Разве нельзя бороться за правду и при этом любить?

Диана отвела взгляд.

– Можно. Но цена такой борьбы может оказаться выше, чем мы готовы заплатить.

Однажды вечером, когда заговорщики собрались на очередное совещание в лаборатории Реми, произошло непредвиденное. Дверь резко распахнулась, и на пороге появился королевский следователь в чёрном плаще с капюшоном. Его лицо, бледное и худое, казалось высеченным из мрамора, а глаза – холодные и цепкие – мгновенно охватили всю комнату.

Реми едва успел спрятать свои записи и ингредиенты под столешницу, а Диана метнулась к окну, делая вид, что любуется закатом.

– Что это за место? – спросил следователь, оглядывая лабораторию. Его голос звучал спокойно, но в нём угадывалась сталь.

– Здесь я провожу исследования для лечения больных, – спокойно ответил Реми, стараясь не выдать волнения. Он шагнул вперёд, загораживая собой стол. – Ничего противозаконного, уверяю вас.

Следователь медленно прошёл вдоль полок, проводя пальцем по пыли на склянках.

– Лечение, значит… – протянул он. – И от каких же недугов вы лечите? От старости? От скуки? Или, может, от… излишней болтливости?

– От лихорадки, – твёрдо сказал Реми. – От воспалений. От отравлений, в конце концов. Разве это преступление – искать способы спасти жизни?

Следователь остановился напротив Дианы.

– А вы, мадам? Что привело вас в эту… лечебницу?

– Любопытство, – улыбнулась она, стараясь, чтобы улыбка не дрогнула. – Я интересуюсь наукой. Говорят, прогресс начинается с вопросов.

– О да, – кивнул следователь. – И заканчивается ответами. Иногда очень неприятными.

Он ещё раз окинул комнату взглядом, задержавшись на едва заметном пятне от пролитого реагента на полу.

– Что ж, продолжайте свои опыты, доктор. И вы, мадам, сохраняйте любопытство. Но помните: некоторые вопросы лучше не задавать вслух.

Когда он ушёл, все выдохнули с облегчением.

– Он что‑то подозревает, – прошептала Диана.

– Хуже, – мрачно сказал Реми. – Он знает. И ждёт, когда мы ошибёмся.

В ту ночь заговорщики не спали. Они сидели у камина в потайной комнате, куда огонь отбрасывал причудливые тени, похожие на шепчущих призраков. Каждый из них осознавал, что цена ошибки – не только их жизни, но и честь многих невинных людей.

– Мы зашли слишком далеко, чтобы отступать, – сказал дю Бушаж, сжимая кулаки. – Но и идти вперёд опасно. Что, если он уже доложил королю?

– Тогда нас арестуют до рассвета, – отозвался Реми. – Но я думаю, он играет в свою игру. Хочет поймать нас с поличным.

Диана молча смотрела на пламя. В её голове крутились обрывки фраз, взгляды, случайные слова, сказанные за последние недели. Кто‑то явно следил за каждым шагом Дианы и её союзников. И этот кто‑то был куда ближе, чем они предполагали…

«Предатель среди своих, – поняла она с леденящей ясностью. – Кто‑то, кому мы доверяем. Иначе как бы следователь узнал про лабораторию?»

– Нам нужно выяснить, кто сливает информацию, – сказала она вслух. – И сделать это до того, как он нанесёт удар.

Напряжение достигло предела. Казалось, ещё немного – и хрупкое равновесие рухнет, увлекая всех в пучину кровавых событий. Но Диана не собиралась отступать. Её решимость только крепла с каждым новым препятствием.

«Мы начали эту игру, – думала она. – И мы её закончим. Даже если придётся пожертвовать всем».

За окном догорала последняя звезда, предвещая рассвет – возможно, последний для кого‑то из них.

Глава 3. Паутина лжи

Диана провела бессонную ночь, обдумывая каждый свой шаг. Она лежала без сна, уставившись в потолок, украшенный позолотой и фресками с изображением античных героев. В голове крутились мысли, одна тревожнее другой. «Сколько ещё продержится эта игра? Когда нить, на которой держится наша паутина, оборвётся?»

Она понимала, что теперь нужно действовать ещё осторожнее. Каждое утро начиналось с тщательного планирования – от выбора платья до маршрута передвижения по дворцу. Сегодня она остановила выбор на тёмно‑синем наряде с серебряной вышивкой: цвет ночи и блеск стали, словно отражение её внутреннего состояния.

Реми появился в её покоях ранним утром, едва первые лучи солнца коснулись шпилей дворца. Он был бледен, но собран.

– План изменён, – тихо произнёс он, оглядываясь на дверь. – Яд теперь в парфюме. Герцог Анжуйский обожает этот аромат – «Ноктюрн Сен‑Жермена». Лекарь создал уникальную смесь: действует через кожу, незаметно, без запаха.

– А если он не воспользуется им сразу? – спросила Диана, поправляя перчатку.

– Тогда мы подстроим ситуацию. Бал у маркиза де Лаваля – идеальный момент. Герцог не устоит перед возможностью обновить аромат перед выходом в свет.

Граф дю Бушаж тем временем сблизился с одним из помощников королевского следователя – молодым, честолюбивым человеком по имени Пьер. Его природное обаяние и благородство помогали заводить полезные знакомства. За бокалом вина в тени галереи Тюильри граф осторожно выведывал информацию.

– Вы, должно быть, устали от этих бесконечных допросов, – заметил дю Бушаж, разливая вино. – Королевский следователь – человек упорный, но, кажется, порой теряет суть.

Пьер усмехнулся:

– Он видит заговор в каждом шорохе. Но в этот раз, боюсь, он на верном пути. Слишком много совпадений вокруг мадам де Монсоро.

– О, Диана? – граф изобразил лёгкое удивление. – Она всего лишь женщина, уставшая от дворцовых интриг. Разве не так?

Но Пьер лишь многозначительно улыбнулся, и граф понял: опасность ближе, чем казалось.Неожиданным подарком судьбы стала придворная дама маркиза де Лаваль – мадам Клод. Узнав о готовящемся покушении, она не только не выдала заговорщиков, но и предложила свою помощь.

– Я не одобряю убийства, – сказала она Диане во время прогулки в саду. – Но герцог Анжуйский – угроза для Франции. Его амбиции могут привести к войне.

– Вы рискуете всем, помогая нам, – заметила Диана.

– Я уже потеряла всё, – вздохнула мадам Клод. – Мою семью, моё имя. Теперь у меня есть шанс восстановить справедливость. И я им воспользуюсь.

Её влияние при дворе могло оказаться решающим.

В это время королевский следователь, месье Ларош, начал проявлять особый интерес к Диане. Он часто появлялся на балах, где она присутствовала, задавал наводящие вопросы и внимательно наблюдал за её реакцией. Его присутствие действовало на нервы всем заговорщикам.

Однажды вечером, во время торжественного приёма в честь приезда испанского посла, произошло то, чего все так боялись. Следователь открыто подошёл к Диане и, под предлогом обсуждения последних новостей, начал задавать вопросы, касающиеся её недавнего прошлого.

– Мадам де Монсоро, – произнёс он с лёгкой улыбкой, но глаза оставались холодными, – я не могу не отметить вашу удивительную способность всегда оказываться в центре событий. Словно вы – невидимая нить, связывающая их воедино.

Диана сохранила спокойствие, хотя сердце забилось чаще. «Он знает? Или только подозревает?»

– Ваша проницательность, господин следователь, достойна восхищения, – ответила она, слегка склонив голову. – Но, возможно, вы преувеличиваете моё влияние? Я всего лишь женщина, которая следует велениям судьбы.

– Судьба, – задумчиво повторил Ларош, – или расчёт? Говорят, вы были близки с графом дю Бушажем. А он, как известно, человек рискованных убеждений.

– Мы знакомы с детства, – парировала Диана. – Разве дружба – преступление?

– В политике, мадам, даже дружба может стать оружием. – Он сделал шаг ближе. – Будьте осторожны. В этой игре слишком много игроков, и не все играют по правилам.

Этот разговор оставил неприятный осадок. Диана вернулась к своей свите, но мысли её были далеко. «Он подозревает. Но достаточно ли у него доказательств? И сколько ещё времени у нас осталось?»

Вечером, в своих покоях, она встретилась с Реми и дю Бушажем.

– Нам нужно действовать быстрее, – сказал Реми. – Ларош на хвосте. Если он найдёт связь между нами и ядом…

– Он не найдёт, – твёрдо произнесла Диана. – Мадам Клод обеспечит доступ к флакону. Бал завтра. Это наш последний шанс.

Дю Бушаж кивнул:

– Я отвлеку следователя. Устрою скандал с испанским послом – он не сможет остаться в стороне.

– Хорошо, – Диана сжала руки. – Пусть будет так. Но помните: если кто‑то из нас падёт, остальные должны выжить. Ради Франции. Ради того, чтобы эта паутина лжи не поглотила нас целиком.

В воздухе витало предчувствие скорого разрешения конфликта. Париж продолжал жить своей жизнью, не подозревая о том, какие страсти бушуют в его стенах. Но заговорщики знали – развязка близка, и она может оказаться куда более опасной, чем они предполагали.

Диана подошла к окну. Внизу шумели улицы, звенели кареты, смеялись люди. «Они живут, не зная, что завтра может не наступить. А мы… мы плетём свою сеть, надеясь, что она не станет нашей могилой».

Она закрыла глаза, вслушиваясь в гул города. Где‑то там, за поворотом судьбы, их ждал ответ – на вопрос, который они боялись задать вслух: «Кто останется в живых, когда паутина разорвётся?»

Глава 4. Час возмездия

Маркиза де Лаваль стала неожиданным козырём в их игре. Она не только искусно отвлекала внимание герцога Анжуйского, увлекая его в долгие беседы о последних парижских сплетнях, но и предоставила доступ к его личным вещам – к заветному бюро с потайными ящиками, где хранились важные письма и документы. Теперь доставка яда через парфюм казалась вполне осуществимой, почти обыденной задачей – словно передать веер на балу.

Реми работал над финальной формулой в своей тесной лаборатории, пропахшей травами и металлами. Он создал особый состав: бесцветный, без запаха, с отсроченным действием. Яд должен был подействовать через несколько дней после контакта с кожей – достаточно времени, чтобы никто не связал флакон духов с внезапной болезнью. Лекарь склонился над колбами, помешивая смесь тонкой стеклянной палочкой, и тихо прошептал:

– Ещё один поворот – и колесо судьбы повернётся. Это наш последний шанс.

Его пальцы дрожали, но не от страха – от напряжения. Он знал: если план провалится, их всех ждёт не просто опала, а казнь.

Граф дю Бушаж, тем временем, усилил охрану вокруг Дианы. По его приказу двое молчаливых стражников теперь сопровождали её повсюду – даже в саду, где она любила гулять в одиночестве. Однажды вечером, когда Диана стояла у фонтана, наблюдая, как последние лучи солнца золотят лепестки роз, герцог подошёл к ней.

– Вы слишком бледны, – заметил он, внимательно вглядываясь в её лицо. – Вас что‑то тревожит?

Диана вздрогнула, но тут же заставила себя улыбнуться.

– Просто устала, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – День был долгим.

Герцог помолчал, потом тихо произнёс:

– Если вам что‑то угрожает, скажите мне. Я сделаю всё, чтобы вас защитить.

Она подняла глаза и встретилась с его взглядом – в нём было столько искренней тревоги, что на мгновение ей захотелось всё ему рассказать. Но она лишь покачала головой:

– Благодарю вас, герцог. Но со мной всё в порядке.

В это время королевский следователь начал действовать более открыто. Он установил слежку за всеми участниками заговора, пытаясь найти связь между ними. Его подозрения усиливались с каждым днём – слишком много странных совпадений, слишком много случайных встреч, которые не могли быть случайными.

– Они плетут сеть, – говорил он своему помощнику, раскладывая на столе записки и донесения. – И если мы не перережем нити сейчас, она затянется на шее самого короля.

Однажды вечером, когда солнце медленно опускалось за крыши Парижа, окрашивая небо в багряные тона, произошло то, чего все так ждали. Парфюм оказался у герцога Анжуйского.

Маркиза де Лаваль, проявив незаурядное актёрское мастерство, подарила ему флакон, якобы в знак восхищения.

– Ваша светлость, – промурлыкала она, протягивая изящный хрустальный сосуд, – этот аромат создан специально для вас. Он называется «Полночный сад» – в нём ноты жасмина, бергамота и чего‑то неуловимого… как ваша харизма.

Герцог, польщённый, принял подарок с улыбкой:

– Вы слишком добры, маркиза. Но я уверен, что этот парфюм будет напоминать мне о вас.

Когда она вышла из кабинета, её руки слегка дрожали, но улыбка оставалась безупречной. Только в своей комнате, за запертой дверью, она позволила себе выдохнуть и прислониться к стене.

– Господи, – прошептала она, – пусть это сработает. И пусть никто не узнает…

Первые признаки отравления появились через три дня. Герцог Анжуйский начал жаловаться на слабость и головные боли. Он отмахнулся от советов вызвать врача:

– Это просто усталость. Слишком много дел.

Но Реми, следивший за развитием болезни, знал – яд действует именно так, как было задумано. Он сидел у окна своей лаборатории, наблюдая за прохожими, и думал:

– Ещё немного. Ещё день или два – и всё будет кончено. Но что будет потом?

Но в этот момент случилось непредвиденное. Следователь получил анонимное письмо, написанное неровным почерком на дешёвой бумаге. В нём указывались все участники заговора: имена, роли, даже места встреч. Он пробежал глазами строки, и его лицо стало каменным.

– Так, – произнёс он, сжимая лист в руке. – Развязка близка. И теперь всё зависит от того, кто успеет первым.

Диана чувствовала, как земля уходит из‑под ног. Она сидела у окна в своих покоях, глядя, как ветер гонит по небу тёмные тучи, и пыталась унять дрожь в руках.

– Мы слишком далеко зашли, – шептала она. – Если нас разоблачат…

Она вспомнила лицо графа дю Бушажа – его взгляд, полный тревоги и нежности. Что будет с ним, если правда выйдет наружу? А с Реми? С маркизой?

Каждый день теперь казался вечностью, а каждая минута могла стать последней. Она ловила на себе странные взгляды слуг, слышала шёпот за спиной, и ей начинало казаться, что стены дворца сжимаются вокруг неё, как тюремные решётки.

Париж замер в ожидании. На улицах шумели ярмарки, дамы шелестели юбками по мостовым, в тавернах звенели кружки – никто не подозревал, какие события разворачиваются за закрытыми дверями дворцовых покоев. Но судьба уже сделала свой выбор, и скоро все тайны выйдут на поверхность.

Вечером, оставшись одна, Диана подошла к зеркалу. Её отражение казалось чужим – бледное лицо, тёмные круги под глазами, напряжённый взгляд.

– Что я наделала? – прошептала она. – И как теперь всё исправить?

За окном догорал закат, бросая последние красные отблески на стены. Где‑то далеко ударил колокол, отсчитывая час, который мог стать решающим для всех них.

Глава 5. Последняя ставка

Следователь начал действовать стремительно. Он окружил замок своими людьми, но делал вид, что проводит обычную проверку. Его проницательный ум подсказывал, что заговор гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Он расхаживал по залу, внимательно разглядывая портреты предков графа дю Бушажа, и время от времени бросал цепкие взгляды на слуг.

– Всё слишком гладко, – пробормотал он себе под нос. – Слишком идеально. Здесь что‑то не так…

Реми понимал – времени почти не осталось. Он готовил противоядие на случай, если их план раскроется раньше времени. Его лаборатория работала круглосуточно, наполняясь запахами редких трав и зелий. В свете мерцающих свечей алхимик склонился над колбой, осторожно добавляя каплю тёмно‑фиолетовой жидкости. Его руки слегка дрожали – не от усталости, а от напряжения.

– Если они узнают правду… – прошептал он, глядя, как жидкость меняет цвет с фиолетового на золотистый. – Нет, нельзя об этом думать. Нужно сосредоточиться.

Граф дю Бушаж собрал верных людей и разработал план эвакуации. Он знал, что если их раскроют, Диане нужно будет немедленно покинуть город. Граф стоял у окна, глядя на огни Парижа, и его сердце разрывалось между желанием защитить любимую и страхом потерять её навсегда.

– Мы должны быть готовы ко всему, – твёрдо сказал он своим людям. – Если что‑то пойдёт не так, вы знаете, что делать.

Один из слуг, старый Жак, кивнул:

– Не волнуйтесь, господин. Мы не подведём.

Но граф всё равно чувствовал, как тревога сжимает его грудь. Он сжал кулаки, стараясь унять дрожь в пальцах.

Состояние герцога Анжуйского ухудшалось с каждым часом. Врачи были в замешательстве – они не могли найти причину болезни. Герцог лежал бледный, с запавшими глазами, его дыхание было прерывистым.

– Это какая‑то странная лихорадка, – растерянно произнёс главный врач, вытирая пот со лба. – Мы испробовали все средства, но…

Только Реми знал правду, но хранил молчание, продолжая наблюдать за развитием событий. Он стоял в тени, незаметно наблюдая за врачами, и в его глазах читалась глубокая печаль.

В это время Диана вела двойную игру как никогда искусно. Она изображала заботливую женщину, одновременно готовясь к побегу. Её красота и обаяние помогали отвлекать внимание, но напряжение становилось невыносимым.

– Как вы себя чувствуете, ваше высочество? – нежно спросила она герцога, поправляя его одеяло.

– Лучше, когда вы рядом, – слабо улыбнулся он.

Диана улыбнулась в ответ, но внутри всё сжималось от тревоги. Она вышла из комнаты и прислонилась к стене, пытаясь унять дрожь.

– Ещё немного, – прошептала она. – Ещё немного…

Неожиданно пришло известие – маркиза де Лаваль была арестована. Следователь нашёл у неё компрометирующие письма, связывающие её с заговорщиками. Теперь все понимали – их план раскрыт.

Когда Реми получил эту новость, его руки невольно сжались в кулаки.

– Значит, времени больше нет, – тихо произнёс он. – Нужно действовать немедленно.

В ночь полнолуния заговорщики собрались на последнее совещание в потайной комнате замка. Лунный свет проникал сквозь узкие окна, отбрасывая причудливые тени на стены. Реми передал Диане маленький флакон с прозрачной жидкостью.

– Это противоядие, – сказал он. – Действовать будет в течение часа. Если что‑то пойдёт не так – выпей.

Диана взяла флакон, её пальцы слегка дрожали.

– Спасибо, Реми, – тихо сказала она.

Дю Бушаж разложил на столе карту и указал на маршрут.

– Вот путь к реке, – произнёс он. – Там будет ждать лодка. Оттуда – на юг, в Бургундию.

Он поднял глаза на Диану, и в его взгляде читалась вся боль предстоящей разлуки.

– Я пойду с тобой, – сказал граф. – Я не оставлю тебя одну.

Диана покачала головой:

– Нет, ты должен остаться. Если нас будут искать, ты сможешь отвести подозрения от остальных.

– Но… – начал было граф.

– Никаких «но», – твёрдо сказала Диана. – Это единственный способ спасти всех.

Реми кивнул:

– Она права, граф. Ваша роль здесь – самая важная. Вы должны остаться и сыграть свою партию до конца.

На мгновение в комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый понимал, что это может быть их последняя встреча.

– Мы должны действовать сейчас, – сказала Диана твёрдо, поднимаясь со стула. – Завтра будет поздно.

Её голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало от страха. Она обвела взглядом друзей, стараясь запомнить каждое лицо.

– Мы справимся, – добавила она уже мягче. – Мы должны.

Париж погрузился в тревожное ожидание. Улицы, обычно полные жизни, казались пустынными и зловещими. Фонари мерцали в тумане, отбрасывая длинные тени. Никто не знал, чем закончится эта опасная игра, но все чувствовали – развязка близка. И каждый из участников понимал: цена ошибки – не только их жизни, но и честь многих невинных людей.

В воздухе витало предчувствие решающей битвы. Судьба готовила свой последний удар, и теперь всё зависело от того, кто окажется сильнее – любовь и преданность или холодный расчёт правосудия.

Диана стояла у окна своей комнаты, глядя на луну. Её сердце билось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди. Она сжала флакон с противоядием в руке, чувствуя его прохладу.

– Я справлюсь, – прошептала она. – Ради всех нас.

Где‑то вдалеке раздался крик ночной птицы. Диана глубоко вздохнула, расправила плечи и направилась к двери. Пора было действовать.

Глава 6. Бегство

Диана не спала всю ночь. Она знала, что завтра может стать последним днём её прежней жизни. В её душе боролись страх и решимость, но она твёрдо решила идти до конца. Каждый шорох заставлял её вздрагивать – казалось, что вот‑вот в дверь постучат стражники.

Граф дю Бушаж подготовил всё для побега. Лошади были оседланы, документы готовы, а верные люди ждали сигнала в условленном месте. Он понимал, что если они не уйдут сейчас, то могут потерять всё.

Реми передал Диане последний флакон с противоядием. Его лицо было бледным, но спокойным. Он осторожно положил флакон в её ладонь и тихо произнёс:

– Если что‑то пойдёт не так, используйте это, – прошептал он, сжимая её пальцы вокруг флакона. – Но помните: у нас есть только один шанс. Больше ничего не осталось.

Диана кивнула, чувствуя, как холод металла передаётся её коже.

– Я понимаю, – ответила она. – Но мы справимся. Мы должны.

На рассвете заговорщики покинули свои дома, каждый своим путём. Следователь уже начал обыски, но пока не мог найти прямых доказательств их причастности к заговору.

В городе царила паника. Слухи о загадочной болезни герцога Анжуйского распространялись со скоростью пожара. Придворные перешёптывались, строя догадки о причинах его недуга.

– Говорят, он отравлен, – шептала одна дама другой, прикрываясь веером. – И будто бы заговорщики замешаны…

– Тише! – предостерегла её подруга. – Стены имеют уши.

Когда солнце поднялось над крышами Парижа, трое заговорщиков встретились на окраине города. Дю Бушаж помог Диане сесть в седло, и они помчались прочь от столицы.

Но удача отвернулась от них. На выезде из города их остановили королевские стражники. Командир отряда узнал графа и приказал задержать беглецов.

– Граф дю Бушаж, вы арестованы по приказу короля! – громко объявил командир. – Сложите оружие!

Началась отчаянная схватка. Дю Бушаж, опытный воин, сражался как лев, прикрывая отступление Дианы. Реми, вооружившись чем попало, помогал ему. Лязг стали, крики, топот копыт – всё смешалось в этой суматохе.

В этот момент судьба сделала неожиданный поворот. Герцог Анжуйский, почувствовав себя немного лучше, приказал прекратить преследование. Он понимал, что если беглецов поймают, то правда выйдет наружу, а ему этого не хотелось.

– Отставить! – раздался властный голос герцога, донёсшийся до места схватки. – Отзовите отряд!

Получив эту весть, стражники отступили. Диана и её спутники смогли скрыться в лесах, начинавшихся за городом. Теперь перед ними лежал долгий путь к свободе, полный опасностей и испытаний.

Париж остался позади, но прошлое не отпускало их. Каждый знал – это только начало новой главы их жизни, и она будет не менее опасной, чем прежняя. Впереди их ждали новые испытания, и только время покажет, смогут ли они выдержать их все.

Накануне побега, когда тени уже удлинились, а город готовился ко сну, Диана решилась на отчаянный шаг. Она знала: если герцог умрёт, начнётся охота на всех, кто хоть как‑то связан с заговором. А если он выживет – у них появится шанс.

Пробравшись в покои герцога под видом служанки, она увидела его бледное лицо, искажённое болью. Он лежал, тяжело дыша, и взгляд его был мутным. Рядом сидел лекарь, бормоча молитвы и помешивая зелье в чаше.

– Ваше высочество, – тихо обратилась Диана, склонившись над ним. – Позвольте мне помочь. Я знаю одно средство, которое может облегчить ваши страдания.

Герцог приоткрыл глаза и с трудом сфокусировал взгляд на ней.

– Кто ты? – прохрипел он.

– Верная служанка, – ответила Диана, стараясь говорить как можно спокойнее. – У меня есть лекарство, которое поможет вам.

Лекарь поднял голову:

– Что за лекарство? Я должен проверить…

– Это семейное средство, – быстро сказала Диана. – Оно передаётся из поколения в поколение. Оно не навредит, обещаю.

Она достала флакон с противоядием и осторожно поднесла его к губам герцога.

– Пейте, – прошептала она. – Это поможет.

Герцог, измученный болью, сделал глоток. Через несколько мгновений его дыхание стало ровнее, а лицо чуть порозовело.

– Что это? – удивлённо спросил он.

– Секрет моей семьи, – улыбнулась Диана. – Пусть он останется между нами.

Лекарь недоверчиво покачал головой, но ничего не сказал.

Позже, когда Диана уже готовилась к побегу, она услышала, как слуги переговариваются:

– Герцог пошёл на поправку! – радостно сообщил один. – Он даже встал с постели!

– Чудо, – перекрестился другой.

Диана улыбнулась про себя. Она знала, что сделала правильный выбор. Теперь у них был шанс – маленький, но всё же шанс на спасение.

А в это время герцог Анжуйский, чувствуя прилив сил, задумчиво смотрел в окно. Он не знал, кто дал ему это лекарство, но понимал: кто‑то очень хотел, чтобы он выжил. И это что‑то меняло всё…

Глава 7. В изгнании

Лес встретил беглецов прохладой и тишиной, словно укрывая их от всего мира. Густые кроны вековых деревьев сплетались над головой, создавая плотный зелёный шатёр, а мягкий мох заглушал шаги. Они укрылись в небольшой хижине, затерянной среди могучих стволов. Здесь, вдали от цивилизации, началась их новая жизнь – суровая, но в чём‑то удивительно свободная.

Диана стояла у окна, глядя на игру солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву. Её пальцы невольно коснулись изящного кольца – последнего напоминания о прежней жизни. Когда‑то оно символизировало статус и богатство, теперь же стало тяжёлым грузом воспоминаний.

– Как думаешь, Реми, мы когда‑нибудь сможем вернуться? – тихо спросила она, не оборачиваясь.

Реми поднял глаза от своих записей. Его лабораторный стол был завален склянками, травами и свитками с заметками.

– Вернуться? – он задумчиво потёр подбородок. – Возможно. Но не туда, откуда мы бежали. Мы должны создать новое место, где сможем быть собой без страха.

Диана обернулась, и на мгновение в её глазах отразилась вся боль последних месяцев.

– Иногда мне кажется, что я больше не узнаю себя. Где та дама, которая блистала на балах? Что осталось от неё в этой лесной отшельнице?

– То, что осталось, – самое ценное, – серьёзно ответил Реми. – Её душа, её сердце. Остальное – лишь декорации.

Диана научилась готовить пищу из лесных трав и ягод, собирать грибы и охотиться. Её аристократические манеры отходили на второй план перед необходимостью выживания, но даже в этих условиях она сохраняла достоинство и грацию. Каждое утро начиналось с того, что она умывалась в ледяном ручье, а затем тщательно причёсывалась, будто готовилась к приёму во дворце.

Однажды, возвращаясь с охоты с корзиной грибов, она встретила крестьянскую девочку лет десяти. Та смотрела на неё с нескрываемым любопытством.

– Вы такая красивая, – прошептала девочка. – Как принцесса из сказок.

Диана улыбнулась, протягивая ей пару лесных ягод:

– В каждом из нас есть что‑то волшебное, дитя. Главное – не забывать об этом.

Реми превратил хижину в импровизированную лабораторию. Он продолжал свои исследования, создавая лекарства для местных крестьян. Его знания ценились в округе, и постепенно к нему начали обращаться за помощью.

Однажды к нему пришёл старый фермер с больным сыном.

– Господин, – дрожащим голосом произнёс он, – говорят, вы можете помочь там, где другие бессильны.

Реми внимательно осмотрел мальчика, смешал несколько трав и протянул склянку:

– Давайте ему это три раза в день. И пусть пьёт больше тёплой воды. Через неделю будет как новенький.

Когда фермер ушёл, Диана тихо спросила:

– Ты правда веришь, что это поможет?

– Я знаю, что поможет, – улыбнулся Реми. – Но главное не лекарство, а вера. Вера в исцеление творит чудеса не реже, чем наука.

Граф дю Бушаж стал защитником их маленького убежища. Он патрулировал окрестности, охотился и следил, чтобы никто не обнаружил их пристанище. Его чувства к Диане разгорались с новой силой, но он понимал – сейчас не время говорить о любви.

Однажды вечером, когда они сидели у костра, граф не выдержал:

– Диана, – его голос дрожал, – я не могу больше молчать. Я люблю вас. Всегда любил, с самой первой встречи.

Она опустила глаза, её пальцы нервно теребили край платья.

– Дю Бушаж… – она вздохнула. – Вы знаете, что я не свободна. И даже если бы была… Сейчас не время для таких слов.

– Но когда наступит это время? – с горечью спросил он. – Когда мы сможем просто быть счастливыми?

– Когда перестанем бежать, – тихо ответила Диана. – Когда перестанем бояться.

Однако прошлое не отпускало их. Следователь, не найдя прямых доказательств вины беглецов, не прекратил расследование. Он расставил сети по всей округе, надеясь поймать их на малейшей оплошности.

Однажды в деревню пришёл незнакомец. Странствующий монах принёс тревожные вести – муж Дианы пошёл на поправку. Более того, он начал активно искать свою бежавшую жену, предлагая щедрое вознаграждение за информацию о её местонахождении.

Эта новость заставила заговорщиков пересмотреть свои планы. Реми заперся в лаборатории, разрабатывая новый яд – более сильный и надёжный. Дю Бушаж начал готовить побег в другую провинцию, проверяя запасы и прокладывая маршрут. А Диана всё чаще задумывалась о том, стоит ли продолжать эту опасную игру.

– Может быть, мне стоит вернуться? – сказала она однажды вечером. – Поговорить с ним, попытаться всё объяснить…

– И что он сделает? – резко спросил дю Бушаж. – Простит? Отпустит? Он никогда не отпустит то, что считает своей собственностью.

Реми задумчиво помешивал зелье в котле.

– Есть третий путь, – медленно произнёс он. – Мы можем использовать его слабость против него. Но это будет опасно.

Но судьба готовила им новый поворот. В деревню прибыл гонец с неожиданным посланием. Король узнал о талантах Реми и предложил ему должность придворного лекаря. Это могло стать их шансом вернуться в общество, но также означало огромную опасность.

Гонец зачитал письмо вслух:

«Его Величество, прослышав о ваших выдающихся познаниях в области медицины, желает предложить вам место придворного лекаря. Ваше искусство может послужить на благо королевства».

В хижине повисло напряжённое молчание.

– Это ловушка, – прошептал дю Бушаж.

– Или спасение, – возразил Реми.

Диана встала, её лицо было бледным, но решительным.

– Мы должны согласиться, – сказала она. – Но на своих условиях.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спросил граф.

– Мы вернёмся, – медленно произнесла Диана, – но не как беглецы. Как люди, готовые служить королю. И когда мы обретём его доверие, мы сможем изменить правила игры.

Беглецы оказались перед сложным выбором. Вернуться в Париж означало рискнуть всем, но остаться в изгнании – значит отказаться от прежней жизни навсегда. Решение должно было быть принято быстро, пока гонец не вернулся с ответом.

Ночью Диана не могла уснуть. Она вышла на крыльцо и посмотрела на звёзды.

– Мама говорила, что звёзды – это глаза тех, кто ушёл раньше нас, – прошептала она. – Они смотрят на нас и дают силы. Но хватит ли мне сил сделать правильный выбор?

Дю Бушаж подошёл неслышно и накинул на её плечи плащ.

– Какой бы путь вы ни выбрали, я буду рядом, – тихо сказал он.

Реми присоединился к ним, держа в руках чашку горячего травяного чая.

– Знаете, – задумчиво произнёс он, – иногда самый опасный путь – это путь бездействия. Мы должны идти вперёд, даже если не видим дороги.

Диана взяла чашку, согревая о неё замёрзшие пальцы.

– Тогда решено, – её голос звучал твёрдо. – Мы вернёмся. Но на этот раз будем играть по своим правилам.

Париж ждал их возвращения, но теперь всё изменилось. Игра стала ещё опаснее, а ставки – выше. И каждый из них понимал – от принятого решения зависит не только их судьба, но и судьба многих других людей.

Глава 8. Выбор судьбы

Диана стояла у окна заброшенного поместья, вглядываясь в угасающий закат. Багряные полосы на горизонте казались ей предзнаменованием – словно сама природа предупреждала о грядущих испытаниях. В её душе, как и в небе, боролись тьма и свет: страх перед возвращением в Париж и робкая надежда на свободу.

«Вернуться – значит снова окунуться в пучину дворцовых интриг, – думала она. – Но остаться здесь – похоронить все мечты, превратиться в тень самой себя».

Реми вошёл в комнату неслышно, как всегда. Он подошёл к Диане и мягко положил руку ей на плечо:

– Диана, – его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась тревога, – Мы не можем вечно прятаться. Предложение короля – наш шанс на искупление. Мы сможем не только помочь людям, но и защитить тебя от преследования.

Диана повернулась к нему, и в её взгляде смешались отчаяние и надежда:

– А если это ловушка, Реми? Если король просто хочет заманить нас в свои сети?

– Возможно, – кивнул Реми. – Но иногда нужно рискнуть, чтобы обрести свободу. Мы не можем позволить страху диктовать нам условия.

Граф дю Бушаж, молча наблюдавший за разговором у камина, резко встал:

– Вы оба ослеплены надеждой! – его голос прозвучал жёстко. – Король не прощает предателей. Это ловушка, я чувствую это каждой клеточкой души. Но… – он запнулся, и его голос смягчился, – возможно, это единственный способ обеспечить безопасность Диане.

В комнате повисло тяжёлое молчание. Каждый из них понимал: от принятого решения зависит не только их судьба, но и судьбы многих невинных людей.

После долгих часов споров и размышлений было принято решение согласиться на предложение короля. Реми должен был вернуться первым, чтобы подготовить почву для остальных. Диана и дю Бушаж должны были следовать за ним через месяц.

– Я буду ждать вас, – сказал Реми, обнимая Диану на прощание. – И сделаю всё, чтобы дорога была безопаснее.

– Будь осторожен, – прошептала Диана, сжимая его руку. – Я не переживу, если с тобой что‑то случится.

Реми улыбнулся:

– Со мной всё будет хорошо. Я вернусь за вами. Обещаю.

Но судьба внесла свои коррективы. Герцог Анжуйский, узнав о возвращении лекаря, потребовал его немедленного прибытия во дворец. Он подозревал, что Реми причастен к его загадочной болезни, которая уже несколько месяцев подтачивала силы аристократа, и хотел использовать его знания в своих целях – возможно, чтобы выведать секреты целебных снадобий или даже заставить работать на себя, создавая яды против политических врагов.

– Этот лекарь слишком много знает, – процедил герцог, сжимая подлокотники кресла. Его бледное лицо исказила гримаса раздражения. – Если он действительно обладает теми знаниями, о которых ходят слухи, он станет либо моим верным слугой, либо… – герцог сделал многозначительную паузу, – исчезнет навсегда.

В Париже Реми столкнулся с новыми опасностями. Следователь, приставленный герцогом, не доверял ему и установил слежку. Каждый шаг лекаря был под контролем, каждая встреча записывалась. Реми чувствовал себя загнанным зверем: тени в переулках казались стражниками, а случайные взгляды прохожих – доносчиками.

Однажды вечером, сидя в своей скромной комнате, Реми записал в дневнике:

«Я словно мышь в лабиринте, где каждый поворот ведёт в тупик. Герцог Анжуйский – хищник, который наслаждается игрой с жертвой. Но я не сдамся. Ради Дианы, ради всех, кто верит в нас, я найду выход. Даже если придётся идти по краю пропасти».

Тем временем Диана и граф готовились к отъезду. Они знали: дорога будет опасной, но другого выхода не было.

– Вы уверены, что готовы к этому? – спросил дю Бушаж, проверяя снаряжение. – Путь будет тяжёлым, а герцог не остановится ни перед чем, чтобы нас остановить.

– У нас нет выбора, – ответила Диана, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Мы не можем бросить Реми одного в этом змеином гнезде. Он рискует жизнью ради нас.

Перед отъездом дю Бушаж признался Диане в своих чувствах. Они сидели у костра в последний вечер перед путешествием. Ветер шелестел листьями, а огонь отбрасывал причудливые тени на их лица.

– Диана, – начал граф, глядя в огонь, – я молчал слишком долго. Все эти годы я любил вас. Любил, даже когда вы не замечали меня, даже когда ваше сердце принадлежало другому. Герцог Анжуйский… он опасен. Он не простит нам бегства. Но рядом со мной вы будете в безопасности – насколько это вообще возможно в нашем мире.

Диана подняла глаза, удивлённая и тронутая:

– Граф…

– Позвольте мне быть рядом с вами, – продолжил он. – Не как защитник или советник, а как человек, который готов отдать жизнь за вас. Я видел, как герцог смотрит на вас – в его взгляде не только властность, но и страсть. Он захочет вас заполучить, и тогда…

Он не договорил, но Диана поняла. Герцог Анжуйский был известен своими капризами и жестокостью к тем, кто ему перечил.

– Спасибо, – тихо сказала она, кладя руку на его ладонь. – Спасибо, что были рядом все эти годы. Я ценю вашу преданность.

В ночь перед отъездом произошло то, чего все боялись. Королевский гонец принёс весть – герцог Анжуйский раскрыл заговор. Он узнал о связи между беглецами и начал готовить ловушку. В послании, переданном через гонца, прямо говорилось: «Беглянка и её сообщники будут найдены. Милосердие не предусмотрено».

– Времени больше нет, – сказал дю Бушаж, срывая со стены карту. Его лицо было бледным, но решительным. – Мы должны уходить сейчас. Герцог не станет ждать.

– Но как? – спросила Диана, чувствуя, как страх сжимает сердце. – Они будут ждать нас на всех дорогах. Он владеет половиной провинции – его люди повсюду.

– Есть путь через горы, – ответил граф. – Он опасен, ведёт через заброшенные тропы и ущелья, где даже волки не ходят. Но это наш единственный шанс. Если мы проберёмся через перевал, то сможем выйти к старой дороге, ведущей в Бургундию. Там у меня есть друзья.

Теперь у них не было выбора. Диана и граф должны были действовать немедленно. Их путь лежал через горы и леса, а за спиной уже слышался топот королевских всадников – герцог послал погоню.

Пока они пробирались через тёмный лес, Диана думала о том, как быстро изменилась её жизнь. Ещё недавно она считала себя жертвой обстоятельств, а теперь должна была стать воином, борющимся за свою свободу. В ушах эхом звучали слова герцога, сказанные ей при последней встрече: «Вы принадлежите мне, Диана. Куда бы вы ни бежали, я вас найду».

– Мы справимся, – прошептал дю Бушаж, словно читая её мысли. Он шёл впереди, освещая дорогу фонарём. – Мы сильнее, чем кажется. И пока мы вместе, у нас есть шанс.

Диана кивнула, сжимая рукоять кинжала. Она знала: впереди их ждут новые испытания. Но теперь она была готова к ним. Готова бороться не только за свою свободу, но и за тех, кто доверился ей.

Париж снова звал их, но теперь это был зов опасности. И каждый из них понимал – их судьба зависит от того, смогут ли они перехитрить своих врагов в этой последней игре. Игра, начатая герцогом Анжуйским, только начиналась, и ставки в ней были выше, чем когда‑либо.

Глава 9. Погоня

Диана и граф дю Бушаж мчались сквозь ночной лес. Их лошади были измотаны, но останавливаться означало верную гибель. За спиной слышался топот преследователей – он становился всё ближе, будто сама тьма гнала врагов вперёд.

– Держитесь крепче, мадемуазель! – крикнул граф, не оборачиваясь. Его голос, хоть и приглушённый ветром, звучал твёрдо. – Впереди река!

Диана кивнула, хотя граф не мог этого видеть. Она вцепилась в поводья так, что побелели костяшки пальцев. Сердце билось в груди, словно пойманная птица.

Впереди показалась река. Граф знал это место – здесь был старый брод, известный лишь местным жителям. Рискнув, он направил коня в воду, увлекая за собой Диану.

Лошади ступили в реку, и ледяная вода плеснула Диане в лицо. Она вздрогнула, но не ослабила хватку. Вода доходила до брюха лошадей, течение пыталось сбить их с ног, но животные, повинуясь воле всадников, упорно продвигались вперёд.

Преследователи не решились последовать за ними. Королевский отряд остановился на берегу, не зная, куда делись беглецы. Но их командир был опытным охотником – он отправил разведчиков искать обходные пути.

– Они не отстанут, – пробормотал граф, когда они выбрались на другой берег. – Нужно найти укрытие и передохнуть хотя бы на час.

– А если они найдут нас? – голос Дианы дрожал, но она старалась говорить спокойно.

– Тогда будем сражаться, – коротко ответил граф. – Но сначала – укрытие.

Они двинулись вглубь леса. Через полчаса граф остановился возле полуразрушенной мельницы. Крыша местами обвалилась, стены покрылись плющом, но внутри ещё сохранялась какая‑то мрачная крепость.

– Здесь мы сможем перевести дух, – сказал граф, помогая Диане спешиться. – И обдумать дальнейшие действия.

Внутри мельницы пахло сыростью и старым деревом. Граф разжёг небольшой костёр в углу, отгородившись от окна обломком доски. Диана села на кучу соломы, пытаясь унять дрожь.

– Спасибо, – тихо сказала она. – Вы рискуете жизнью ради меня.

Граф пожал плечами:

– Я дал слово вашему отцу защищать вас. И я сдержу его, чего бы это ни стоило.

Он достал флягу и протянул ей:

– Пейте. Вам нужно восстановить силы.

Диана сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу.

– Что теперь? – спросила она. – Куда нам идти?

– К границе, – ответил граф. – У меня есть тайные тропы, о которых не знают даже люди герцога. Но путь будет трудным.

В это время в Париже Реми, друг Дианы и графа, пытался помочь своим друзьям. Он метался по своей небольшой комнате, сжимая в руках последнее письмо от графа.

– Они в опасности, – бормотал он. – Нужно что‑то предпринять…

Реми подошёл к столу, зажёг свечу и быстро набросал послание. В нём он указал новый маршрут и место встречи – старую часовню у дороги на Орлеан. Затем он вызвал своего слугу, Жана.

– Жан, – сказал он, вручая ему запечатанный конверт. – Это нужно доставить как можно скорее. Путь опасен, но я знаю, что могу на тебя положиться.

Жан кивнул, пряча письмо во внутренний карман:

– Не беспокойтесь, мсье. Я доставлю его в целости.

Когда Жан ушёл, Реми подошёл к окну и посмотрел на огни Парижа.

– Будьте осторожны, друзья мои, – прошептал он.

Но судьба готовила беглецам новое испытание. Следователь, получивший анонимную наводку, выслал дополнительный отряд. Теперь за Дианой охотились не только люди герцога Анжуйского, но и королевская стража.

На рассвете граф разбудил Диану:

– Пора идти, – сказал он. – Разведчики уже близко. Я слышал их голоса у реки.

Диана вскочила на ноги, мгновенно стряхнув остатки сна:

– Что будем делать?

– Пойдём через Чёрную топь, – ответил граф. – Это опасно, но там их лошади не пройдут.

– Чёрная топь? – Диана побледнела. – Говорят, что оттуда не возвращаются…

– У нас нет выбора, – твёрдо сказал граф. – Либо рискнём там, либо попадём в руки герцога. А вы знаете, что он с вами сделает.

Диана сглотнула, но кивнула:

– Хорошо. Ведите.

В это время герцог Анжуйский, оправившись от болезни, стал ещё более опасным противником. Он сидел в своём кабинете, барабаня пальцами по столу. Перед ним лежал донос о том, что беглецы виделись у реки.

– Найдите их, – прошипел он своему помощнику. – Живыми или мёртвыми. И пусть Реми в Париже не думает, что я забыл о его участии.

Помощник поклонился:

– Будет сделано, ваша светлость.

Герцог откинулся в кресле, его глаза сверкнули:

– Диана должна заплатить за своё неповиновение. И граф тоже. Никто не смеет бросать мне вызов и оставаться безнаказанным.

Граф дю Бушаж, понимая, что оставаться на месте опасно, принял решение двигаться к границе. Он знал тайные тропы, которые могли привести их к свободе. Но каждый шаг теперь был наполнен опасностью.

Они шли через лес, стараясь не оставлять следов. Граф шёл впереди, внимательно изучая землю. Диана следовала за ним, стараясь ступать точно в его следы.

– Смотрите, – граф указал на едва заметную тропинку, скрытую под слоем опавших листьев. – Это наш путь.

– Вы уверены? – с сомнением спросила Диана.

– Нет, – честно ответил граф. – Но это единственный шанс.

Париж казался недостижимой мечтой. Диана понимала – их борьба только начинается. Но рядом с ней были верные друзья, готовые пожертвовать всем ради её спасения. И это давало ей силы продолжать борьбу.

– Мы доберёмся, – сказала она вслух, больше для себя, чем для графа. – Мы обязательно доберёмся.

Граф улыбнулся краешком рта:

– Конечно, доберёмся. А потом мы вернёмся и покажем герцогу, что значит связываться с нами.

Впереди их ждали новые испытания, но они были готовы встретить их лицом к лицу. Ведь на кону стояла не просто свобода – на кону была их жизнь и честь. И они были готовы заплатить любую цену за право быть свободными.

– Идём, – сказал граф, протягивая Диане руку. – Нас ждёт дорога.

Она вложила свою ладонь в его, и они двинулись вперёд, в глубь леса, навстречу неизвестности.

Глава 10. На краю империи

Граф дю Бушаж вёл их через горные тропы, известные лишь немногим. Луна, словно холодный фонарь, освещала извилистую дорогу, а ветер шептал древние тайны, которые веками хранила эта земля. Они двигались ночами, прячась днём в пещерах и заброшенных хижинах. Диана научилась читать следы и ориентироваться по звёздам – навыки, о которых она раньше могла только мечтать.

Однажды, когда они укрылись в небольшой пещере, Диана села у входа и посмотрела на небо.

– Как ты думаешь, граф, – тихо спросила она, – эти звёзды видят всё, что происходит с нами? Или они просто светят, не обращая внимания на наши беды?

Дю Бушаж, сидевший рядом и чистивший клинок, поднял глаза к небу.

– Звёзды, мадемуазель, – ответил он, – видели столько войн, предательств и любви, что наши проблемы для них – лишь миг. Но в этом есть и утешение: ничто не вечно, даже самые тёмные времена пройдут.

Диана задумчиво кивнула, продолжая разглядывать созвездия.

В одном из горных селений они встретили старого контрабандиста по имени Гийом. Он сидел у трактира, курил трубку и наблюдал за путниками с нескрываемым любопытством. Когда граф подошёл к нему, Гийом усмехнулся:

– Вижу, вы не местные. И явно не туристы, любующиеся видами. Что вам нужно?

– Нам нужен проводник через перевал, – прямо сказал дю Бушаж. – Мы заплатим щедро.

Гийом затянулся, выпустил дым и прищурился.

– Перевал – это не прогулка по саду. Там тропы, которые не каждый найдёт, и ловушки, которые не каждый заметит. Вы уверены, что готовы рискнуть?

– У нас нет выбора, – вмешалась Диана. – Мы должны перейти границу.

Контрабандист посмотрел на девушку, потом на графа и медленно кивнул.

– Хорошо. Но запомните: я веду вас, а не спасаю. Если кто-то отстанет – я не вернусь.

Реми, оставаясь в Париже, продолжал свою игру. Он лечил придворных, собирал информацию и отправлял тайные послания своим друзьям. Его лаборатория снова работала, но теперь он создавал не яды, а лекарства для тех, кто в них нуждался.

Однажды вечером, смешивая ингредиенты для нового снадобья, Реми задумался о Диане. Он поставил колбу на стол и прошептал:

– Где ты сейчас, Диана? Надеюсь, ты в безопасности…

Его размышления прервал стук в дверь. Реми быстро спрятал записи и открыл дверь. На пороге стоял слуга герцога Анжуйского.

– Господин Реми, – поклонился слуга, – его светлость просит вас посетить его завтра утром. Дело срочное.

Реми почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Передайте герцогу, что я буду вовремя, – спокойно ответил он.

Когда слуга ушёл, Реми вернулся к столу и сжал кулаки.

– Они что-то подозревают, – пробормотал он. – Нужно быть осторожнее.

Тем временем королевский следователь не сдавался. Он установил связь между исчезновением Дианы и деятельностью Реми, но доказать ничего не мог. Сидя в своём кабинете, он смотрел на разложенные бумаги и злился.

– Почему всё так сложно? – проворчал он. – Почему нельзя просто взять и арестовать их?

Его помощник, молодой и амбициозный офицер, осторожно заметил:

– Месье, возможно, нам стоит подождать. Если они совершат ошибку, мы сможем поймать их с поличным.

Следователь резко повернулся к нему.

– Ждать? Я уже потратил на это дело слишком много времени! Герцог требует результатов, а вы предлагаете ждать?

Офицер побледнел и опустил глаза.

– Простите, месье. Я лишь хотел помочь.

Следователь вздохнул и провёл рукой по лицу.

– Извини, я не должен был срываться на тебе. Просто это дело… оно стало для меня чем-то личным.

Герцог Анжуйский не прекращал поиски. Он нанял лучших охотников за головами, обещая огромное вознаграждение за поимку беглецов. В своём кабинете он стоял у окна и смотрел на город, погружённый в сумерки.

– Они не могут скрыться навсегда, – тихо произнёс он. – Рано или поздно я их найду. И тогда…

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Месть стала навязчивой идеей, затмевая разум. Герцог понимал это, но ничего не мог с собой поделать.

На границе их ждал неприятный сюрприз. Контрабандист оказался предателем. Он продал их местоположение преследователям за более крупное вознаграждение. Когда беглецы вышли из ущелья, они увидели отряд королевских солдат, перекрывший дорогу.

– Предатель! – прошипел дю Бушаж, хватая Гийома за воротник. – Ты продал нас!

Гийом отвёл глаза.

– Деньги решают всё, – пробормотал он. – Извини, граф. Ничего личного.

Диана почувствовала, как сердце сжалось от страха. Они оказались в ловушке между горами и королевскими войсками.

Но судьба иногда бывает благосклонна. Местный пастух, увидев несправедливость, подошёл к ним.

– Я знаю другой путь, – тихо сказал он. – Он опасен, но это ваш единственный шанс.

– Почему ты помогаешь нам? – спросила Диана, глядя в его добрые глаза.

Пастух улыбнулся.

– Потому что никто не заслуживает того, чтобы его продавали, как скот. И потому что я помню, каково это – бежать, спасая свою жизнь.

К рассвету они достигли границы. Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в розовые и золотые тона. Впереди лежала новая жизнь, полная неизвестности. Диана остановилась и посмотрела назад, на горы, которые стали для них и тюрьмой, и убежищем.

– Мы выжили не просто так, – сказала она. – Наша борьба научила нас ценить каждый момент, каждую минуту свободы. Мы больше не те, кем были раньше.

Дю Бушаж положил руку ей на плечо.

– Да, мадемуазель. И это только начало. Впереди нас ждут новые испытания, но теперь мы знаем, что можем их преодолеть.

Париж остался позади, но воспоминания о нём будут преследовать их вечно. Теперь перед ними открывался новый путь, и только время покажет, какие испытания приготовила им судьба на этот раз.

Они стояли на границе, глядя на новые земли. Ветер развевал их волосы, а солнце грело лица. Впереди их ждали новые горизонты, новые встречи и, возможно, новая любовь. Но это уже другая история…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.