Константин Измайлов
Цветы пахнут моей кровью

Цветы пахнут моей кровью

Эта хроника не о великих победах. Она о том, как посреди бесконечной ночи войны несколько душ пытались не дать друг другу погаснуть.

Моим боевым товарищам из 11-ого Учебного батальона посвящается…

Глава 1: Курсанты

Самый длинный путь начинается не с первого шага, а с первого осознанного приказа. Завтра они разъедутся по гарнизонам, увозя в чемоданах парадную форму, а в сердцах – смутную тревогу: справятся ли они с правом распоряжаться чужой судьбой?

– Магистр джедай Ири Камас в сообщении начальнику Академии Армии И Флота на Корусанте

Корусант, 365 дней до битвы при Геонозисе.

Сердце Галактики, планета-столица Корусант, пульсировала ослепительным светом могущества и величия. Бесчисленные шпили мегаполиса вздымались к самым небесам, сливаясь в бескрайний горизонт из полированного камня и сияющего стекла. На его многоуровневых улицах, опутанных паутиной мостов и транспортных артерий, толпились существа тысячи видов – торговцы, дипломаты, наёмники, – каждый поглощён своим делом в этом вечном водовороте жизни. Верхние уровни, озарённые неоном реклам и иллюминаций, манили богатством и влиянием, в то время как в глубине города копились тени и тайны. Архитектура, вобравшая в себя стили бесчисленных культур, говорила об идеале единства в многообразии, о хрупком балансе, который Республика пыталась удержать веками.

Здесь, в этом каменном сердце, бился пульс политической власти. В здании Сената, под его величественным куполом, вершились судьбы миров, сталкивались амбиции и рождались великие – и страшные – идеи. Это был центр вселенной, место, где закладывалось будущее.

На одном из балконов Академии Армии и Флота, опершись о холодные перила, стоял курсант Итан Рэндалл. Его взгляд, задумчивый и немного отстранённый, скользил по бескрайнему морю огней, утопающему в багрянце заката. Рядом, прислонившись к стене и заложив руки за спину, стоял Джастин Блэкберн. Его глаза были устремлены вверх, туда, где в наступающих сумерках загорались первые, самые яркие звёзды.

– Завтра мы станем офицерами, – тихо произнёс Итан, словно проверяя на прочность звучание этих слов. – До сих пор не верится.

Джастин улыбнулся уголком губ, глаза оставались серьезными.

– Так быстро пролетело время, да? Казалось бы, только вчера мы впервые попали сюда. А теперь вот…

Итан кивнул, не отрывая взгляда от города.

– А ты не думал… готовы ли мы? По-настоящему?

Джастин вздохнул глубоко, втягивая прохладный ночной воздух.

– Мы сделали всё возможное, Итан. Вспомни, сколько инструкторы муштровали нас, как мы неделями не вылазили из симуляций, как проходила огневая подготовка или вспомни хоть как за самоволку капитан Горристер заставил нас учить наизусть весь устав? Что еще нам нужно?

Итан потер подбородок, словно пытаясь стереть невидимую тревогу.

– Наверное, ты прав. Просто… странное чувство. Будто стоишь на краю пропасти, ещё не зная, есть ли у тебя крылья.

Джастин похлопал друга по плечу.

– Нас готовили к этому. А насчёт крыльев… Не волнуйся. Я всегда прикрою твой зад, пехота. Пока ты будешь перезаряжать свою джишку¹, я уже всё разнесу из турболазерных орудий.

На мгновение лицо Итана озарила искренняя, благодарная улыбка.

– Спасибо, я это ценю.

Они замолчали, наслаждаясь моментом тишины и покоя.

Вскоре пришло время расходиться. Друзья договорились встретиться перед церемонией, чтобы отправиться в Академию вместе. У выхода Джастина уже ждал сияющий аэромобиль. Водитель, почтительный и молчаливый, распахнул дверь, дождался, пока молодой человек устроится на мягком сиденье, и, кивнув на прощание Итану, увез будущего флотоводца в сторону сверкающих шпилей центрального района.

Итан проводил взглядом, исчезающий в дымке заката транспорт, вздохнул и направился к лифту. В отличие от Джастина – сына одного из крупных предпринимателей с Набу, Итан был выходцем с Риктуса – планеты далеко за пределами среднего кольца. Его отец был военным и спас офицера, пожертвовав собой, а офицер в благодарность взялся обучить сына своего спасителя. Он перевез Итана на Корусант, устроил в академию, купил квартиру и дал денег на первое время.

А дальше молодой человек уже крутился сам. Разумеется, роскошная жизнь в столице вскружила голову простому мальчишке, никогда не видевшему зданий выше пятидесяти этажей на своей родной планете. Деньги быстро закончились, а жить на что-то нужно было, поэтому квартира на одном из верхних уровней была быстро продана и Итан переехал на 780 уровней ниже.

Это была крошечная квартирка в одном из старых жилых комплексов Нижнего Города Корусанта, расположенная далеко от сияющих небоскребов и шумных улиц Верхнего уровня.

Пространство было ограниченным, но разумно организованным. Центральное место занимал диван, покрытый стеганым пледом, подаренным матерью. Рядом стоял маленький круглый столик, заваленный учебниками, старыми экзаменационными билетами и сломанным коммуникатором, ожидающим починки.

По периметру комнаты были развешаны самодельные полочки, на которых хранились памятные вещицы: знак отличия Академии, семейная фотография в рамочке, старый бинокль, доставшийся от деда, да горсть дешёвых украшений и миниатюрных моделей звездолётов, собранных собственными руками.

Отдельный уголок занимал крохотный кухонный модуль, встроенный прямо в стену, включавший пару конфорок, миниатюрный холодильник и узкую раковину. Но даже здесь, несмотря на тесноту, ощущался тот же домашний уют – яркие наклейки с символикой любимых команд спортивных лиг и свежезаваренная кружка кофе оставляли чувство тепла и благополучия.

Но самое ценное сокровище, скрытое в глубине жилища, находилась за потрепанной шторой: старая ложе-кровать, окружённая картинами галактической ночи и фонариком на прикроватной тумбе. Именно здесь Итан позволял себе расслабиться, мечтая о великих подвигах и своей будущей карьере.

Эта скромная квартирка служила укрытием от внешнего шума огромного мегаполиса, местом покоя и сосредоточенности. Она впитывала каждый миг жизни своего хозяина, отражая его стремления и желания, словно зеркало души.

Вернувшись, Итан с почти религиозным трепетом приступил к подготовке к завтрашнему дню. Иссиня-чёрный парадный мундир, выстиранный и выглаженный до идеальной остроты стрелок, висел на вешалке. Ремень и кеппи лежали рядом, а сапоги, начищенные до зеркального блеска избытком гуталина, были убраны в коробку, чтобы не испачкать половик.

– Завтра всё должно быть безупречно, – твёрдо сказал он сам себе. – Абсолютно безупречно.

Он ещё раз проверил форму, в десятый раз поправил кокарду на кеппи и, не выдержав, решил примерить всё разом. Переоделся за минуту. Застегнул последнюю пуговицу и замер перед зеркалом.

В отражении стоял мужчина двадцати трёх лет, крепкий, собранный, с коротко остриженными тёмными волосами и выразительными карими глазами. Скулы, чуть выдающиеся вперёд, и твёрдая линия подбородка выдавали силу духа и воли. Мундир сидел как влитой, подчёркивая широкие плечи и стройную фигуру. В отполированных до ослепительного блеска сапогах отражался свет лампы.

Завтра начнётся новая жизнь. Настоящая.

Фонтаны перед величественным зданием Штаба Командования взмывали в небо хрустальными струями, рассыпаясь на миллионы радужных брызг в лучах корусантского солнца. Площадь, вымощенная светящимся камнем, была заполнена стройными шеренгами. Сотни молодых офицеров, затаив дыхание, готовились принести присягу.

Итан стоял в первом ряду, среди таких же, как он, облачённых в иссиня-чёрное. Его лицо было каменной маской, скрывавшей бурю внутри – гордость, трепет, холодок предвкушения. Чуть поодаль, в шеренге белоснежных флотских мундиров, он видел Джастина. Воздух гудел от сдержанного говора, смешков, вздохов облегчения.

На трибуну торжественно поднялись высшие чины Республики: генералы с грузями наград на груди, адмиралы в ослепительно белых парадных кителях. За ними – сенаторы в дорогих одеяниях, лица которых выражали благодушие и некоторую отстранённость.

Церемонию открыл сам Верховный Канцлер Палпатин. Его фигура, знакомая лишь по голопортретам, вживую казалась одновременно и хрупкой, и невероятно могущественной. Голос, тихий и убедительный, проникал в самое сердце. Он говорил о долге, чести, единстве Республики. О тяжком бремени, которое с этого дня ложится на их, ещё совсем юные, плечи. Речь была шедевром ораторского искусства – она заставляла кровь бежать быстрее, а грудь – гордо выпрямляться.

Затем выступили командующие. Генерал Дариус, грозный ветеран, напутствовал армейцев словами о защите слабых и торжестве справедливости. Адмирал Топаз, с пронзительным взглядом ледяных глаз, призвал флотских офицеров к постоянной бдительности на безграничных рубежах космоса.

И наконец наступила кульминация – вручение офицерских планок и датападов с назначениями. Под торжественные фанфары голос церемониймейстера начал оглашать списки.

Итан, ощутив на груди холодный металл планки лейтенанта, с почти суеверным волнением активировал свой датапад. Устройство тихо пискнуло, сканируя ДНК, и на экране всплыл текст.

«Лейтенант Итан Рэндалл. Ваша служба начинается сегодня. Первое назначение: Сектор Пестил, планета Элизиум, 13-й отдельный полк пограничной службы, 2-я рота, командир 3-го взвода. Республика благодарит вас за службу».

Мир вокруг на мгновение поплыл. Сектор Пестил. Самая что ни на есть окраина Внешнего Кольца, преддверие так называемого «Дикого космоса». Глушь. Захолустье. Конец. Во время учёбы он наслушался баек о «вечных лейтенантах» таких форпостов – местных царьках, годами гниющих в одном звании без намёка на продвижение или славу. Мечты о блестящей карьере, о важных миссиях, о том, чтобы оставить свой след в истории… Они рассыпались в прах в один миг.

– Я буду командиром батареи! – Радостный возглас за спиной заставил его вздрогнуть. Джастин, сияя, размахивал своим датападом. – Второй заместитель старшего офицера управления вооружением, лёгкий крейсер типа «Гозанти», Седьмой флот обороны Корусанта!

Итан заставил мышцы лица сложиться в подобие улыбки.

– Поздравляю. Ты этого заслужил. По-настоящему.

– Спасибо! Я даже никуда уезжать не должен, представляешь? Идеально! – Восторг Джастина угас, когда он увидел выражение лица друга. – Итан? Что случилось?

– Пестил, – глухо произнёс Итан. – Взводным. Пограничники.

– Пестил?! – Джастин остолбенел. – Это… это же край света! Слушай, мой отец… он знает людей в Командовании. Я могу поговорить, попросить… Не обещаю Корусант, но что-то поближе, достойное тебя…

– Нет, – отрезал Итан, блокируя датапад резким движением. – Не надо. Спасибо, Джас. Значит, так надо. Пестил, так Пестил.

Он сделал усилие, чтобы его голос прозвучал твёрже. – И вообще, хватит хмуриться. Может, там и правда рай земной. Будешь мне завидовать, проситься ко мне в гости, в мою «деревню».

– О, ещё как буду, – фыркнул Джастин, подхватывая тон. – Только и мечтаю утром вместо свежего кофе аромат навоза вдыхать.

Они засмеялись, и этот смех, пусть и натянутый, ненадолго развеял мрак. Плечом к плечу они направились к шумной толпе однокурсников, уже вовсю начавших празднование.

Банкет в Большом зале Академии был оглушительным каскадом радости, музыки и беззаботности. Молодые офицеры смеялись, обнимались, поднимали тосты за будущее. Выяснилось, что назначения в этом году разбросали их по всей галактике. Лишь горстке счастливчиков, семерым, выпало остаться на Корусанте. Около трети курса отправилось в Центральные и Средние Миры. Остальных же, как космический мусор, разметало по самым отдалённым гарнизонам и флотилиям.

И была одна странность, один тревожный узор, проступивший сквозь хаос распределения. Целая группа, необычно большая, получила назначения в один и тот же сектор – Абрион. На одну и ту же загадочную планету – Камино. Никто, даже старшие офицеры в штабе, толком не знал, что это за мир и что там происходит. Приказ поступил прямиком из аппарата Верховного Канцлера, без объяснений. Всю необходимую информацию офицеры должны были получить уже на борту транспорта, который повезёт их к месту службы. Командованию оставалось только подчиниться.

Праздник был в самом разгаре, когда на сцену Большого зала, неспешно, словно проходя сквозь шум, поднялся немолодой человек. Его песчаного цвета туника и простой коричневый плащ резко контрастировали с парадными мундирами и дорогими платьями. В зале все на мгновение стихло. У Итана, как и у многих других, в голове вспыхнул единственный образ: древний Храм в сердце столицы, тихий и неприступный.

Джедай.

Седые волосы незнакомца серебрились в свете люстр, а глаза, глубокие и спокойные, казалось, видели не только собравшихся в зале, но и что-то далёкое, скрытое за гранью настоящего.

– Господа офицеры, – начал он, голос звучал уверенно и спокойно. – Сегодня знаменательная ночь в вашей жизни. Вы закончили обучение и готовы служить Республике. Но помните, звание офицера означает не только власть и привилегии, оно накладывает ответственность и обязательства перед всеми живущими существами нашей галактики.

Мастер сделал паузу, внимательно оглядывая зал.

– Ваша сила – не в оружии и технике, которую вы освоили. Настоящая сила кроется внутри вас самих. Это сила духа, воли и доброты. Именно она позволит вам преодолеть любые трудности и испытания, которые ждут впереди.

Слушатели внимали каждому слову мастера.

– Каждый ваш поступок отражается на всей галактике. Даже маленький акт доброты может изменить чью-то жизнь навсегда. Будьте достойны доверия, проявляйте уважение ко всем формам жизни и стремитесь к миру и гармонии. Тогда ваша служба станет настоящим служением всему живущему.

Зал взорвался, приветствуя мастера аплодисментами.

Банкет подходил к концу, ведь, завтра с утра всем новоиспеченным офицерам надлежало погрузиться на предписанные транспорты и проследовать в места службы. Итан попрощался с бывшими однокурсниками и отправился домой, но на крыльце его нагнал Джастин.

– Итан, постой! – Джастин слегка запыхался, пока бежал по лестнице, но виду старался не подавать. Джастин протянул небольшую флеш-карту для датапада – Вот, возьми, это мои служебные контакты, не знаю, когда мы сможем в следующий раз увидеться, а так, хоть сможем переписываться время от времени. Знаю, что на служебных запрещено, но мы ведь никому не скажем, эхе.

– Спасибо. – Итан взял флеш-карту и убрал в карман – Постарайся не захватить галактику без меня.

Джастин рассмеялся.

– Постараюсь, но не обещаю, ты же меня знаешь!

Друзья рассмеялись, затем обнялись, и Итан пошел к себе домой.

Тогда Итан еще не знал, что флеш-карта окажется неисправной и он не сможет связаться с другом, он еще не знал, что почти ровно через год начнется страшная война, в которой схлестнутся неизвестно откуда, но так вовремя появившаяся Великая Армия Республики, состоявшая из миллионов клонов, под командованием генералов-джедаев и Сепаратистская Армия Дроидов, которые стремились захватить власть и господствовать в Галактике. А он, казалось бы, находясь далеко в глубинке, окажется буквально на передовой.

Глава 2: Элизиум

Красный ноль, повторяю, красный ноль, правый фланг рухнул, генерал Дакота убит, мы заперты здесь! Срочно требуется эвакуация, они сметают наши позиции!

– КС-7432, Капитан Гольт, заместитель генерала Дакоты, командующего 108-ого ударного батальона на Элизиуме

Сектор Пестил. Элизиум. 141 день после битвы на Геонозисе.

– Сэр, получен красный ноль от Капитана Гольта, они застряли в ущелье в восьми кликах к востоку!

Итан ворвался в штаб прямо во время совещания командования обороной Элизиума. Перед ним вокруг большого голо-стола, на котором в режиме реального времени отображалась текущая расстановка сил по всей планете, стояли офицеры и о чем-то оживленно беседовали, абсолютно не обращая внимания на вбежавшего офицера.

– Сэр, разрешите взять пару сундуков² для эвакуации и вверенный мне взвод! – Итан старался отдышаться после быстрого бега. – Мы ближе всех к их точке, сможем прибыть уже через 20 минут после поднятия гарнизона…

– Это не ваше дело, штаб-лейтенант! – Грубо оборвал его подполковник Глотер, командир группировки войск по обороне столицы Элизиума – города Сатори. – Отправьте им ответ СНМ и пусть этим занимается флот или кто-то другой, мы не можем сейчас разбрасываться ресурсами армии.

Итан опешил. Ответ СНМ – Сожалеем, Никак, Не можем означал, что капитан Гольт со своими бойцами буквально обречены на смерть, оставшиеся силы планетарной обороны сейчас ведут бои, без возможности выделить силы на спасательную операцию, Флот слишком далеко, когда транспорты прибудут, спасать будет уже некого. А он сейчас сидит в тылу и из всех его развлечений – караул по укрепрайону столицы.

– Но сэр, они ведь погибнут там – Итан продолжал настаивать на своем. – Вы сами сказали, что ресурсами армии мы разбрасываться не можем, а там целый батальон погибает. Транспортов у нас много, а оттого, что на небольшой срок столица лишится взвода бойцов никто много не потеряет! Сэр, мы обязаны им помочь!

– Я, кажется вам все уже сказал, штаб-лейтенант! – Подполковник перешел на крик. – Я запрещаю вам проводить операцию, а если впредь будете оспаривать мои приказы – окажетесь в военной тюрьме, как предатель! А теперь уйдите вон с глаз моих!

Итан окинул взглядом остальных присутствующих офицеров, но ни в ком не нашел поддержки, все они потупили свой взгляд и очень старательно пытались не замечать его.

– Есть, сэр.

Итан развернулся и вышел из комнаты совещаний.

За дверью Итана ждал его заместитель – Спец-сержант Хилл, он вопросительно взглянул на Итана и по лицу понял, что командование, в свойственной ему манере, как обычно отказало.

– Ну, мы хотя-бы попытались, сэр. В конце концов, они были рождены для этого…

Хилл старался приободрить Итана, но по нему самому было видно, что Хилл очень сильно держится, чтоб не высказать все, что он думает о подобном решении.

– Мы ведь можем их спасти! – Итана переполняли эмоции – Это ведь люди!

– Я понимаю ваши чувства как никто другой, сэр, это все-таки мои братья – Хилл позволил себе некоторую фривольность и положил руку на плечо своего командира. – Но приказ есть приказ.

Итан смотрел в пол и усиленно думал, на его лице даже выступили вены от напряжения и негодования. Затем он развернулся и посмотрел прямо в глаза Хилла.

– Да плевать! – Итан вытянулся во весь рост – Спец-сержант, взвод в ружье, поднимайте транспорты, 10 СНДК и истребители сопровождения должны быть готовы не позднее чем через 15 минут, всю ответственность за спасательную операцию беру на себя!

Хилл даже опешил от такого поворота событий.

– Но сэр… – Хилл обеспокоенно смотрел на Итана – Это ведь трибунал…

– Выполняйте приказ, сержант. – Итан надел свой шлем, что всегда был пристегнут к его тактическому поясу за спиной. – С последствиями будем разбираться позже…

– Есть, сэр.

Хилл улыбнулся, выполнил воинское приветствие, надел шлем и побежал по коридору в сторону выхода, попутно связываясь по коммуникатору с командирами отделений взвода.

Итану нравился Хилл, он поступил под командование молодого, тогда еще лейтенанта Рендалла в самом начале войны, рота «Корнет» заменила всех имеющихся на планете солдат-неклонов, под командование Итана поступил второй взвод, состоящий из четырех отделений по девять солдат и одному сержанту-клону, руководил ими спец-сержант Хилл. Итого: 41 боец. К сожалению, война сильно потрепала взвод Итана и Хилла, за год постоянных битв состав взвода поменялся почти на 70 процентов. В отличии от многих других офицеров, Итан относился к гибели каждого солдата, как к личной обиде, он никогда не оставлял раненых и даже старался по возможности забирать тела убитых. В его комнате на базе он хранил небольшой ящик, в который складывал идентификационные номера каждого из своих погибших бойцов, он помнил наизусть их все.

Именно эта черта Итана так нравилась Хиллу и его бойцам, они видели, что к ним не относятся как к мясу, их жизнь ценят и не дадут погибнуть зазря. С самого начала Хилл понимал, что Итан, может не великий полководец, гений тактики и стратегии, но хороший офицер, поэтому спец-сержант старался всячески помогать ему, советовать и подсказывать, а Итан не возражал. Ведь Итан провел в академии всего три года, а Хилла с самого рождения готовили стать профессиональным бойцом, чье ремесло – война. Хилл был стандартным бойцом-клоном Джанго Фетта – мандалорского наемника. Его лицо было живым воплощением суровой симметрии: высокие, резко очерченные скулы, прямой нос и волевой подбородок. Сильнее всего за обманчивым единообразием черт проступали глаза – глубокие, карие, полные той специфической усталости, которая ведома лишь тем, кто был рожден для боя и не знал иного дома, кроме тесной брони. В этом взгляде, вопреки ожиданиям врагов, читалась не слепая покорность программы, а пугающая, абсолютно человеческая решимость индивида, осознающего цену каждой секунды своей короткой, но ослепительно яркой жизни.

Через 7 минут Итан стоял на ВПП³ базы, техники проверяли корабли, солдаты укладывали боекомплект, заряжали энергоячейки своих бластеров. В центре стоял Хилл и проводил брифинг командирам отделений и пилотам. Итан подошел к ним, бойцы вытянулись по стойке смирно.

– Штаб-лейтенант, я уже обрисовал картину бойцам. – С помощью своего нарукавного коммуникатора Хилл открыл тактическую карту местности. – Батальон зажат в ущелье в шестом квадрате по улитке четыре. Капитан Гольт доложил, что у них около 270 человек личного состава, из них порядка половины ранено, есть лежачие. Жестянки подтягивают тяжелую технику, действовать нужно быстро.

– Действуем так – Итан начал прокладывать маршрут, голопроектор распознал движения бронеперчатки и стал наносить линию вслед за пальцем. – До назначенного места двигаемся на предельно малой высоте, чтобы не попасть под радары, в точке посадки образуем каре и грузим людей на транспорты, истребители поддержат нас огнем. На эвакуацию у нас не более 15 минут, сундуки слишком легкая мишень для танков. Забираем всех и уходим, все ясно?

– Сэр, да, сэр!

Полтора десятка голосов слились в один.

– И помните, парни… – Голос Итана стал более низким и уверенным. – Никого не оставлять.

Бетон взлетного поля содрогнулся, когда реакторы десяти СНДК одновременно перешли в режим форсажа. Вместо стерильной чистоты ангара их окружал вихрь из красной пыли и мелкого гравия, поднятый в воздух мощными потоками репульсоров. Тяжелые машины отрывались от земли грузно, с едва заметным креном, словно нехотя преодолевая путы планетарной гравитации. Над базой стоял невыносимый, давящий гул – звук десяти разъяренных зверей, готовых сорваться с цепи.

Сверху на них обрушился резкий свист: эскадрилья истребителей прикрытия пронеслась над самыми крышами ангаров, закладывая крутой вираж, чтобы встать в авангард. «V-19» серебристыми росчерками пронзали небо, пока канонерки выстраивались в боевой порядок – плотный клин, ощетинившийся турелями лазерных пушек. Группа шла низко, огибая зазубренные пики хребтов, чтобы оставаться вне зоны действия радаров противника. Тени от кораблей неслись по выжженной равнине, точно призрачные предвестники скорой расплаты.

В кабинах пилотов мир сузился до показаний приборов и узкой полоски горизонта. Вибрация корпуса передавалась в самые кости, а в открытые люки десантных отсеков врывался горячий ветер, смешанный с запахом озона. Впереди горизонт разломился, открывая зев глубокого ущелья, откуда уже тянулись к небу столбы черного дыма. Там, в каменной ловушке, батальон вел свой последний бой, и рев приближающихся двигателей стал для них единственной молитвой, на которую небо решило ответить.

Гул двигателей в кабине флагманского СНДК казался Итану биением собственного сердца – тяжелым, размеренным и полным адреналина. Стены каньона проносились мимо серыми полосами, когда панель связи вспыхнула тревожным красным светом. Проектор выплюнул мерцающую фигуру подполковника Глоттера. Лицо старшего офицера искажала гримаса ярости, усиленная помехами атмосферных возмущений.

– Рэндалл! – голос Глоттера походил на скрежет металла. – Вы нарушили прямой приказ. Немедленно разворачивайте группу, или я лично прослежу, чтобы остаток своих дней вы провели в казематах военной тюрьмы. Это не спасательная операция, это самоубийство, за которое вы ответите перед трибуналом!

Итан даже не повернул головы, его пальцы крепче сжали поручень.

– Подполковник, там внизу люди, которые верят, что Республика их не бросит. Если цена их жизней – моя свобода, я принимаю сделку. Конец связи.

Он резким движением оборвал передачу, прежде чем Глоттер успел изрыгнуть очередную угрозу. В наушнике тут же раздался спокойный, низкий голос спец-сержанта Хилла:

– Смелый поступок, штаб-лейтенант. Хотя тюремная роба вам вряд ли пойдет к лицу.

– Оставь сарказм для дроидов, Хилл, – отозвался Итан, всматриваясь в затянутое дымом дно ущелья. – Садимся.

Канонерки ударились о каменистую почву, почти не дожидаясь полной остановки.

Гул затихающих двигателей сменился какофонией войны. Как только лыжи СНДК коснулись каменистого грунта, аппарели рухнули, и взвод Рэндалла выплеснулся наружу, в самую гущу раскаленного ада.

– Фай и Дэл – занять высоты! – голос Итана перекрывал грохот разрывов. – Хилл, держи центр, не дай им замкнуть кольцо!

Первые пять минут превратились в сплошную вспышку бластерного огня. Рэндалл прижался к выступу скалы, чувствуя, как камень дрожит от попаданий тяжелых орудий дроидов. Слева от него рядовой Китт вскинул установку RPS-6.

– Сэр, броневик на одиннадцать часов! – крикнул боец.

– Огонь, Китт! – скомандовал Итан, прикрывая его серией точных выстрелов по наступающим дроидам-B1.

Ракета с ревом ушла в цель, превратив авангард сепаратистов в груду оплавленного лома, но на их место тут же встали новые ряды.

– Движутся с левого фланга, сэр! Пятьдесят метров! – крикнул Хилл, бросая термальный детонатор точно под ноги наступающей фаланге жестянок.

Итан высунулся из-за укрытия, ловя в прицел дроида-командира. Один выстрел – и механическая голова разлетелась искрами.

Бой затягивался. Десять минут прошли в позиционной перестрелке, где каждый метр земли стоил жизни. Воздух стал серым от пыли и дыма. Итан видел, как капрал Векс, медик взвода, под шквальным огнем тащит раненого бойца к люку канонерки.

– Векс, пригнись! – рявкнул Хилл, вскидывая свою винтовку и срезая дроида-диверсанта, который целился медику в спину с верхнего уступа.

Хилл действовал с пугающим хладнокровием. Он перемещался между укрытиями короткими рывками, всегда оказываясь там, где оборона давала трещину.

– Сэр, они подтягивают «Огненных градов»! – доложил Хилл, присаживаясь рядом с Итаном для перезарядки. – Если мы не уйдем в ближайшие пять минут, сундуки превратятся в костры.

– Эвакуация раненых завершена на восемьдесят процентов, – донеслось из гарнитуры в шлеме.

Итан, вытер копоть с визора его шлема. Его дыхание было тяжелым, рука ныла от отдачи бластера.

– Держим периметр. Хилл, скомандуй начать отход к трапам.

Прошло еще пять минут изнурительного противостояния. Итан и Хилл работали в связке. Когда Рэндалл бросал ЭМИ-гранату, Хилл тут же добивал парализованных дроидов. Они обменивались лишь короткими жестами и номерами секторов.

– Майлз, назад! Дирр, грузи последних! – скомандовал Рэндалл.

Майлз выругался, когда термический разряд опалил его плечо, но послушно отступил, продолжая огрызаться короткими очередями.

На пятнадцатой минуте боя, когда раскаленные стволы винтовок обжигали руки даже через перчатки, Итан понял: пора.

– Хилл, вызывай заградительный огонь! Мы уходим!

По сигналу спец-сержанта бортовые турели СНДК ожили, выжигая землю перед наступающими дроидами сплошной стеной лазерного света. Под этим прикрытием остатки взвода прыгнули на поднимающиеся аппарели. Итан заскочил последним, подхваченный крепкой рукой Хилла.

Итан видел, как подполковник Глоттер снова пытается пробиться по защищенной связи, но лейтенант просто сорвал гарнитуру. Сейчас значение имел только тяжелый, хриплый кашель спасенных бойцов в десантном отсеке и тихий голос Хилла, пересчитывающего вернувшихся братьев. Гнев штабных офицеров казался чем-то нереальным по сравнению с запахом озона и тихим «Спасибо, сэр», донесшимся из темноты отсека.

Двигатели СНДК в обратном полете казалось работали тише, перейдя в монотонную, усыпляющую вибрацию. В десантном отсеке царил полумрак, разбавляемый лишь тревожным миганием красных ламп аварийного освещения. Воздух был тяжелым, спертым: он пах озоном, жженым пластоидом и медью – запахом свежей крови, который не мог вытянуть ни один фильтр. Под ногами хрустели осколки оплавленного пластика, крошки разбитой транспаристали и россыпи сожженных предохранителей, выбитых из панелей обшивки во время обстрела.

Итан, пошатываясь от резких кренов транспорта, медленно шел вдоль рядов. Он перешагивал через брошенные в спешке пустые энергоячейки и разорванные пакеты индивидуальных перевязочных средств. Его рука то и дело ложилась на плечо того или иного бойца – короткое, крепкое рукопожатие, взгляд глаза в глаза. Даже без слов солдаты понимали: командир здесь.

В самом углу отсека, у переборки, суетился капрал Векс. Его белая броня была почти полностью залита багровым. Под ним на полу лежал солдат, Итан его знал, боец был со взводом почти с самого начала – рядовой Таль. Прямое попадание из тяжелого бластера превратило его нагрудник в месиво из оплавленного пластоида и плоти. Боец дышал часто и поверхностно, его пальцы судорожно скребли по рифленому настилу палубы.

Итан присел рядом, игнорируя болезненный хруст в собственном колене.

– Как он, Векс? – тихо спросил лейтенант.

– Депрессорная помпа не справляется, сэр, – голос медика дрожал от предельного напряжения. – Слишком много внутренних повреждений. Бластерный ожог четвертой степени.

Итан снял перчатку и накрыл своей ладонью холодную, дрожащую руку Таля. Тот с трудом сфокусировал взгляд на лице лейтенанта.

– Мы… мы выбрались, сэр? – прохрипел клон, и на его губах запузырилась кровь.

– Выбрались, Таль. Ты дома. Слышишь этот гул? Это двигатели несут нас к базе. Еще немного, и будешь в бакте⁴, – Итан старался говорить уверенно, вкладывая в каждое слово остатки своих душевных сил. – Ты отлично держался.

На мгновение в глазах Таля вспыхнул слабый огонек облегчения. Он попытался чуть крепче сжать руку Итана, его губы тронула слабая, почти призрачная улыбка человека, который выполнил свой долг.

– Спасибо… Сэр…

Его грудь судорожно взметнулась в последнем вдохе и замерла. Пальцы обмякли, а взгляд остекленел, уставившись в низкий потолок транспорта.

Векс опустил голову, бессильно выронив шприц-пистолет. Итан не отпускал руку бойца еще несколько секунд, глядя на его застывшее лицо. Затем он осторожно закрыл солдату глаза и поднялся, чувствуя, как внутри него что-то окончательно ожесточается.

К нему подошел Спец-сержант Хилл. С его шлема стекала копоть, смешанная с грязью ущелья.

– Сэр, – Хилл дождался, пока Итан повернется. Голос сержанта был сух, но в нем слышалось скрытое уважение. – Предварительный отчет: мы вытащили около двухсот десяти человек. Среди них капитан Гольт – он ранен, но жить будет. Точное количество спасенных назовем только после выгрузки, в отсеках слишком тесно, чтобы провести нормальную перекличку.

Хилл на мгновение замолчал, глядя на тело Таля, а затем добавил тише:

– Наземная база передала по закрытому каналу: Глоттер выставил усиленный наряд военной полиции прямо на посадочной площадке. Нас ждут.

Итан выпрямился, расправляя плечи. Он посмотрел на массу спасенных бойцов, заполнивших все свободное пространство СНДК, и снова надел шлем.

– Пусть ждут, Хилл. Мы привезли им две сотни живых героев. Если Глоттер хочет арестовать меня за это перед их глазами – пусть попробует.

Посадочная площадка еще не успела остыть от жара репульсоров, когда тяжелая аппарель флагманского СНДК с грохотом опустилась. Итан Рэндалл вышел первым. Его броня, покрытая слоями копоти и серой пыли, резко контрастировала с ослепительной красно-белой, вычищенной формой взвода военной полиции, оцепившего транспорт.

В центре этого кордона, заложив руки за спину, стоял подполковник Глоттер. Его лицо багровело от гнева, а узкие глаза буравили Итана с неприкрытой ненавистью.

– Штаб-лейтенант Рэндалл, – голос Глоттера звенел от предвкушения расправы. – Вы под арестом за неподчинение прямому приказу в боевой обстановке, хищение военного имущества и самовольное оставление расположения базы. Сдайте оружие. Живо!

Итан не шелохнулся. За его спиной из чрева канонерки начали выходить спасенные бойцы. Раненые, опирающиеся друг на друга, грязные, измотанные, они замирали, глядя на направленные на своего спасителя бластеры полиции. Спец-сержант Хилл сделал шаг вперед, его рука демонстративно легла на рукоять винтовки, и по рядам десанта прошел опасный ропот.

– Эти люди живы только потому, что я нарушил ваш приказ, подполковник, – холодно произнес Итан.

– Это решит трибунал, который отправит вас на расстрел! – взвизгнул Глоттер. – Полиция! Взять ег…

– Отставить.

Голос, прозвучавший из-за спины Глоттера, не был громким, но в нем чувствовался холод абсолютной власти. Из тени штабного транспорта вышел офицер в неброской серой форме. На его груди тускло поблескивала планка капитана. Глоттер обернулся, собираясь обрушить свой гнев на «наглого выскочку», но осекся.

Офицер спокойным движением сорвал со своей груди капитанский знак и заменил его другой планкой, которую вынул из кармана. Квадраты ранга вспыхнули на солнце.

– Полковник Уилхаф Сайд, контрразведка сил армии и флота, – представился он, обводя присутствующих ледяным взглядом светлых глаз.

Глоттер побледнел. Его челюсть едва заметно задрожала.

– Полковник… я не был извещен о вашем прибытии… Я лишь исполнял устав…

– Вы подрывали боеспособность сил Республики, подполковник, – перебил его Сайд, и каждое его слово падало как удар гильотины. – Ваш приказ бросить целый батальон в ловушке не был продиктован тактикой. Это была трусость, граничащая с прямым вредительством. Красный ноль – сигнал, предписывающий всем ближайшим подразделениям, не ведущим бои, выдвигаться на помощь. В условиях войны это приравнивается к измене.

Сайд едва заметно кивнул офицеру полиции, и те, кто секунду назад целился в Итана, синхронно повернулись к Глоттеру.

– Подполковник Глоттер, вы задержаны до выяснения обстоятельств вашей связи с интересами Конфедерации Сепаратистов. Увести его.

Когда вопящего и протестующего Глоттера утащили, Сайд повернулся к Рэндаллу. Он внимательно осмотрел опаленную броню и едва заметно кивнул, словно подтверждая какие-то свои мысли.

– Штаб-лейтенант Рэндалл, – произнес Сайд, жестом приглашая его следовать за собой к штабному спидеру. – Оставьте пока своих людей на заместителя. Нам нужно поговорить. В частном порядке.

Штабной спидер бесшумно скользил по выжженной равнине, оставляя позади суету посадочных площадок. Внутри салона царило тяжелое молчание, нарушаемое лишь приглушенным гулом репульсоров. Уилхаф Сайд смотрел в окно на проплывающие мимо укрепления, его лицо оставалось беспристрастным, словно высеченным из камня.

Когда они вошли в штаб, Сайд одним коротким жестом разогнал дежурных офицеров. Огромный зал, наполненный мерцанием голографических карт Элизиума, внезапно стал казаться тесным. Полковник подошел к главному терминалу и активировал режим тишины.

Он обернулся к Итану, и на мгновение в его ледяном взгляде промелькнуло нечто, похожее на одобрение.

– То, что вы сделали в ущелье, Рэндалл – это чистый, концентрированный героизм. Вытащить две сотни душ из капкана… это заслуживает признания, – Сайд сделал паузу, его голос стал жестче. – Но как офицер офицеру, я обязан сказать: вы нарушили устав. Вы пошли против прямого приказа старшего по званию. Это серьезнейший проступок, который в условиях военного времени обычно заканчивается трибуналом.

Полковник подошел к Итану вплотную, заложив руки за спину.

– Однако я умею ценить кадры. Вы хороший офицер, штаб-лейтенант. Вы бережете своих людей, а в нашей армии, это качество порой ценнее, чем слепая исполнительность. Поэтому я не буду выдвигать против вас обвинений. Считайте, что ваш долг перед Республикой на сегодня оплачен спасенными жизнями.

Сайд активировал карту сектора.

– Что касается дел на Элизиуме: Глоттер свою карьеру скорее всего закончил. Новым командующим силами на планете назначен генерал-джедай Маркус Гейт. Пока он находится в пути, общее руководство я принимаю на себя. На этом всё, свободны, штаб-лейтенант.

Прошло две недели. Элизиум постепенно превращался из зоны катастрофы в укрепленный плацдарм. Итан проводил дни в тренировках и патрулях, пока однажды утром его снова не вызвали в штаб.

Сайд ждал его в том же зале, но теперь полковник выглядел более сосредоточенным.

– Прошу, Рэндалл, – Сайд кивнул на терминал. – У меня для вас новости. Пришел приказ из центра. Вас вызывают на Корусант, непосредственно в Штаб Командования Сил Специальных Операций.

Итан почувствовал, как по спине пробежал холодок. Вызов в ССО был редкостью для линейного офицера.

– Могу я узнать причину, сэр? На Элизиуме всё еще идет война, мой взвод…

Сайд качнул головой, его лицо вновь стало непроницаемой маской.

– Эта информация защищена кодами высшего приоритета. Даже для меня это «черный пакет», штаб-лейтенант. О том, для чего именно вы понадобились командованию ССО, вы узнаете только по прибытии в столицу. Это секретная информация, и я не вправе даже строить предположения.

Полковник выключил терминал и посмотрел Итану в глаза.

– Вашему взводу придется научиться воевать без вас, они нужны на передовой Элизиума. Однако, – полковник едва заметно усмехнулся краем губ, – учитывая специфику вашей «эффективной работы» с подчиненными, я санкционировал перевод спец-сержанта Хилла. Он отправится на Корусант вместе с вами. Собирайтесь. Шаттл вылетает через три часа.

Пыльный воздух Элизиума в последний раз наполнил легкие Итана, прежде чем герметичный люк шаттла типа «Ну» начал медленно подниматься. Посадочная площадка была залита предзакатным светом, отчего белая броня столпившихся внизу клонов казалась отлитой из золота. Они не кричали «ура», они просто стояли неподвижной стеной, отдавая честь своему командиру.

Итан кивнул им, чувствуя странный комок в горле, и шагнул в стерильное нутро корабля. Следом за ним, чеканя шаг по металлической аппарели, зашел Хилл. Сержант нес лишь небольшой походный рюкзак, но его плечи казались тяжелее обычного – груз неизвестности давил сильнее, чем любая экипировка.

Шаттл вздрогнул, репульсоры взвыли, и вибрация корпуса возвестила о начале подъема. Когда планета в иллюминаторах превратилась в рыже-коричневый шар, Итан тяжело опустился в кресло и снял шлем. Хилл сел напротив, методично проверяя затворы своей винтовки – старая привычка помогала ему сосредоточиться.

– Ну что, Хилл, – нарушил молчание Итан, глядя на то, как небо чернеет, уступая место звездам. – Корусант. Мы с тобой за всю войну дальше внешнего кольца носа не совали.

Сержант поднял голову, его лицо в тусклом свете кабины выглядело суровым.

– Не сочтите за грубость, но не слишком ли много чести, сэр? Вызов в штаб ССО… это не награждение медалями. Те, кто заведует Спецоперациями, не любят церемоний. Они любят результаты.

– Сайд сказал, что информация засекречена. Даже он не в курсе, – Итан потер переносицу. – Как думаешь, зачем мы им? Может, это из-за того, что мы вытащили Гольта? У него были какие-то данные?

Хилл покачал головой.

– Если бы дело было в данных Гольта, допросили бы его. А вызывают нас. Знаете, сэр, в ССО есть группы, которые называют «чистильщиками». Те, кто делает грязную работу там, где батальоны бесполезны. Возможно, кто-то наверху посмотрел запись нашего боя в ущелье и решил, что мы… – он замялся, подбирая слово, – слишком инициативны для линейной пехоты.

– Или это просто трибунал в красивой обертке, – невесело усмехнулся Итан. – Сайд пообещал, что обвинений не будет, но ССО не подчиняется армейской разведке. Они могут переиграть всё по-своему.

– Не думаю, сэр, – Хилл подался вперед, понизив голос. – Для трибунала не присылают отдельный шаттл с кодами приоритета. Нас к чему-то готовят. К чему-то, что требует не просто солдат. На Корусанте сейчас неспокойно, ходят слухи о новых типах войск, о секретных проектах…

Итан закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла.

– Гадать бессмысленно. Но одно я знаю точно: если нас позвали в гости к спецам, значит, жизнь на Элизиуме покажется нам отпуском.

Шаттл совершил резкий рывок – корабль вошел в гиперпространство. Звезды превратились в бесконечные светящиеся линии, унося их навстречу туманному будущему в самом сердце Галактики.

Глава 3: Добро пожаловать домой

Нас учили, что джедай – это хранитель мира. Но война превратила нас в гроссмейстеров, которые смотрят на живых существ как на фигуры в тумане. Я подставляю их под удар не потому, что у меня нет сердца, а потому, что некоторые тайны слишком тяжелы, чтобы делить их с теми, кому суждено за них погибнуть.

– Генерал Арлиган Зей капитану военной разведки Н-11 Ордо

Кабинет Арлигана Зея находился в самой высокой башне штаба ССО, откуда открывался панорамный вид на Корусант, который отсюда казался бесконечным морем из света и металла. Интерьер был выдержан в строгом, почти аскетичном стиле: стены из полированного серого камня, минимум мебели и полное отсутствие личных вещей, если не считать старой голокарты секторов Внешнего Кольца. Здесь не пахло роскошью Сената – здесь пахло холодной логикой и строгим порядком.

Генерал Зей стоял у прозрачного панорамного окна, заложив руки за спину. Его длинный джедайский плащ казался инородным пятном в этом царстве милитаризма. В нескольких шагах от него, словно статуя, застыл ЭРК⁵-капитан Мейз.

В отличие от стандартных клонов, Мейз, как представитель предсерийной партии «Альфа», обладал аурой пугающей индивидуальности и властности. Его броня, украшенная знаками отличия и дополнительными модулями, хранила на себе вмятины, которые он не спешил выравнивать.

– Мейз, – тихо произнес Зей, не оборачиваясь. Его голос был полон усталости, которую он не мог скрыть даже за годами медитаций. – Иногда я смотрю на этот город и задаюсь вопросом: не слишком ли высокую цену мы платим? То, что мы собираемся сделать… правильно ли это?

Мейз едва заметно шевельнул плечом. Его лицо, идентичное миллионам других, но отмеченное печатью особого опыта, оставалось непроницаемым.

– Сэр, вы ищете моральное оправдание там, где должна работать математика войны, – голос капитана звучал глубоко и сухо. – У нас нет альтернатив. Идет война, генерал. А на войне единственно верное решение – то, которое ведет к победе.

Зей медленно закрыл глаза, прислушиваясь к Силе, но та хранила молчание, словно тоже ждала исхода этой авантюры.

– Вы всегда были прямолинейны, капитан. Наверное, именно это мне в вас и нужно сейчас, – Зей наконец обернулся, в его взгляде появилась жесткая решимость. – Вы правы. Время сомнений прошло. Мы поступаем так, как велит нам необходимость. И если история осудит нас за это – пусть так и будет.

Мейз коротко кивнул.

– У нас почти все готово, Сэр. Мне доложили, Штаб-Лейтенант Рэндалл уже в пути.

– Тогда приглашайте остальных, – выдохнул Зей. – Начнем.

Гиперпространственный туннель схлопнулся, и на мгновение кабину заполнила ослепительная вспышка, прежде чем перед глазами развернулась панорама, способная заставить сердце любого человека пропустить удар.

Корусант. Центр Галактики. Огромный, не знающий сна мир-город, окутанный золотистой дымкой атмосферы и мириадами огней. Итан прильнул к иллюминатору, чувствуя, как внутри просыпается забытое чувство благоговения.

– Так давно… – тихо произнес он, почти не осознавая, что говорит вслух. – Последний раз я видел эти огни, когда бросал в воздух кеппи на выпускном в Академии. Тогда мне казалось, что мир принадлежит нам.

Рядом застыл Хилл. Спец-сержант, который за свою жизнь видел лишь грязь Элизиума и холодные дюрасталевые коридоры Камино, сейчас выглядел как ребенок, впервые увидевший чудо. Его глаза, привыкшие выискивать цели в прицеле, бегали по бесконечным уровням застройки, уходящим вниз, в непроглядную бездну.

– Сэр… – голос Хилла звучал приглушенно. – Я думал, отчеты о населении столицы – это преувеличение. Но это… это не город. Это стальная кожа планеты. Здесь вообще есть земля?

– Далеко внизу, Хилл. Говорят, те, кто живет на нижних уровнях, никогда не видели солнца, – Итан указал рукой на восток, где над горизонтом поднимались величественные шпили. – Смотри левее. Тот массивный пятиугольник с высокими башнями – это Храм Джедаев. Это энергетическое сердце Республики.

Шаттл, следуя по выделенному военному эшелону, проносился мимо сверкающих небоскребов. Здесь, на высоте, движение было строго упорядоченным: грузовые транспорты и патрульные канонерки полиции Корусанта скользили в небе, словно иглы, сшивающие пространство.

– А вон там, – Итан направил палец на гигантское куполообразное здание, окруженное целым лесом посадочных площадок, – здание Галактического Сената. Там решается судьба триллионов жизней. А еще дальше – штаб-квартира флота и тот самый район, куда мы направляемся.

Хилл смотрел на Сенат, а затем перевел взгляд на бесконечные потоки спидеров, текущие по небесным трассам, словно кровь по жилам титана.

– Как они здесь дышат? – пробормотал он. – Ощущение, что здесь даже воздух пахнет… деньгами и властью. Непривычно после запаха озона и горелой проводки, сэр.

– К этому быстро привыкаешь, Хилл, – грустно улыбнулся Итан. – Но Корусант коварен. Он ослепляет своей красотой, заставляя забыть, что в Галактике всё еще льется кровь.

Шаттл начал снижение, закладывая крутой вираж над районом правительственных зданий. Прямо по курсу вырос монументальный комплекс из серого камня и стали, увенчанный антеннами дальней связи и защитными турелями. Это был штаб командования сил специальных операций – место, где секретность была выше облаков, а тени длиннее, чем сами здания.

– Приготовься, сержант, – Итан снова надел шлем, скрывая лицо за бесстрастным Т-образным визором. – Экскурсия окончена. Пора узнать, зачем мы здесь.

Двери из матового металла бесшумно разошлись в стороны, пропуская Итана и Хилла в святая святых Сил специальных операций. Тяжелые подошвы их сапог, все еще хранивших в микротрещинах пыль Элизиума, непривычно гулко застучали по безупречно чистому полу.

Итан замер, едва переступив порог кабинета. Первым, что он ощутил, было присутствие генерала Зея – джедай излучал странное, давящее спокойствие. Но внимание штаб-лейтенанта тут же переключилось на фигуру капитана Мейза. Итан никогда раньше не видел ЭРК-клонов предсерийной партии вживую, и исходящая от него аура абсолютного контроля заставила его внутренне подобраться. Хилл рядом тоже напрягся; сержант мгновенно узнал в Мейзе «старшую кровь» и выпрямился в струнку, отдавая честь.

Однако самым сильным потрясением стало присутствие третьего человека в комнате. У бокового терминала, в безупречно отглаженной форме офицера флота, стоял человек, которого Итан меньше всего ожидал увидеть в штабе ССО.

Джастин Блэкберн, его лучший друг и сокурсник по Академии, обернулся. На его груди поблескивала планка капитан-лейтенанта. За те полтора года, что они не виделись, Джастин возмужал, в его взгляде появилась твердость, присущая тем, кто уже успел почувствовать на своих плечах тяжесть командования мостиком. В его глазах промелькнула искра радости, смешанная с тревогой при виде опаленной брони друга.

Арлиган Зей перевел взгляд с одного офицера на другого, и его брови едва заметно приподнялись.

– Штаб-Лейтенант Рэндалл, позвольте представить вам капитан-лейтенанта Блэкберна, – начал было Зей своим спокойным голосом. – Он командует звеном легких крейсеров типа «Арквинтенс» и был прикомандирован для совместной работы.

Джедай осекся, заметив взгляды офицеров. Джастин чуть заметно улыбнулся и кивнул другу.

– Мы знакомы, генерал, – мягко произнес Блэкберн. – Мы вместе учились в Академии, но Итан решил, что передовая в грязи ему ближе, чем мостики крейсеров.

Зей на мгновение задумался, переводя взгляд с сурового, пропахшего порохом Итана на выправленного Джастина. В Силе мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

– Значит, вы старые друзья? – Зей обменялся быстрым взглядом с Мейзом. – Что ж, штаб-лейтенант, капитан-лейтенант… это даже к лучшему. В совместных операциях личное доверие и знание сильных сторон друг друга – это фактор, который нельзя недооценивать.

Капитан Мейз, стоявший чуть поодаль, коротко кивнул, оценивающе глядя на Итана и Хилла. Его лицо оставалось беспристрастным, как и подобает офицеру его уровня.

– Слаженность – это основа любого подразделения, – спокойно произнес ЭРК-клон. – Если вы уже сработались в прошлом, это сэкономит нам время на этапе подготовки.

Итан почувствовал, как напряжение в кабинете немного спало, но серьезность момента никуда не исчезла. Арлиган Зей сделал шаг к центральному проектору, и над столом развернулась детальная голограмма изумрудно-зеленой планеты, окруженной россыпью астероидов.

– Сектор Шадари, планета Итор, – начал генерал, и его голос приобрел ту холодную деловитость, которая обычно предшествует серьезным переменам в судьбе. – Верховное командование приняло решение о строительстве здесь крупной операционной базы. Итор станет нашим ключом к контролю над всем сектором, но есть проблема. Этот мир десятилетиями служил перевалочным пунктом для наркосиндикатов и пиратских флотилий. Они не отдадут свои тропы без боя.

Зей увеличил масштаб карты, показывая сеть светящихся точек вокруг центрального узла.

– Чтобы обеспечить безопасность постройки, мы возведем кольцо форпостов на значительном удалении от основного объекта. Штаб-лейтенант Рэндалл, один из них вверяется вам. Учитывая возлагаемую на вас ответственность и ваши заслуги на Элизиуме, вы повышаетесь в звании до Спец-лейтенанта. Под ваше начало переходит рота «Айрин» седьмого батальона четырнадцатой секторальной армии.

Итан почувствовал, как потяжелел его воображаемый ранг. Командование ротой, наконец-то его мечты начинают сбываться.

– Ваше подразделение будет усилено группой спецназа под командованием ЭРК-майора Галантая, – продолжил Зей. – Вы познакомитесь с ним позже на посадочной платформе. Джастин, – генерал кивнул Блэкберну, – ваше звено легких крейсеров обеспечит орбитальное прикрытие.

Джастин выпрямился, его лицо стало предельно серьезным. Работа в паре с другом на таком удалении от основных сил флота была вызовом.

В этот момент капитан Мейз сделал шаг вперед и активировал дополнительный слой данных на голограмме. Облака над Итором окрасились в зловещий серый цвет.

– Есть один фактор, который делает Итор кошмаром для пилотов и логистов, – пророкотал Мейз. – Местное явление, которое ученые Республики окрестили «каменным небом». Время от времени атмосферные условия меняются так, что облака на планете становятся твердыми, как гранит. Буквально. Врезавшись в такое облако в режиме полета, корабль превращается в груду лома за секунду. При этом, вопреки законам физики, эти массы не падают на поверхность, а продолжают парить, создавая в небе непреодолимый лабиринт.

Мейз обвел присутствующих тяжелым взглядом.

– Наши ученые до сих пор спорят о причинах – то ли уникальный состав газов, то ли аномалии гравитации. Для вас же это означает одно: когда небо каменеет, вы оказываетесь заперты. Поддержка с воздуха станет невозможной, а орбитальный обстрел – неэффективным. Вы останетесь один на один с лесом и теми, кто в нем прячется.

Зей посмотрел на Итана.

– Ваш сектор – самый северный. Там практически нет поселений и разумной жизни в целом, прорыв вероятнее всего будет со стороны юга или юго-востока, но бдительность нужно сохранять всегда.

Итан внимательно всмотрелся в карту Итора, где мерцали точки других укрепленных узлов. В его голове начала складываться общая картина, но одна деталь не давала покоя.

– Генерал, разрешите вопрос, – произнес Итан, нарушив воцарившуюся тишину. – Если этот сектор настолько важен и вокруг базы возводится целое кольцо форпостов, почему мы здесь одни? Почему брифинг проводится только для нас с капитан-лейтенантом Блэкберном?

В воздухе повисла секундная пауза. На мгновение Итану показалось, что в кабинете стало холоднее, а капитан Мейз едва заметно сжал пальцы. Однако Зей ответил с безупречной мягкостью.

– Ваше прибытие с Элизиума затянулось, Рэндалл. Кроме того, – Зей бросил быстрый взгляд на Мейза, – командование флота довольно долго согласовывало кандидатуру офицера для орбитального прикрытия и конкретные суда звена. Остальные командиры получили свои инструкции тридцатью часами ранее и уже находятся на пути к системе.

Мейз сухо кивнул, подтверждая слова джедая.

– Самый легкий сектор, спец-лейтенант. Курорт по сравнению с Элизиумом. Мы просто хотели убедиться, что вы и ваш флотский коллега наладите связь перед началом этой рутинной работы.

Ответ звучал убедительно. Итан не почувствовал фальши – лишь привычную штабную заботу о координации.

– На этом всё, – Зей выпрямился. – Рэндалл, зайдите в отдел снабжения двумя этажами ниже. Там вы получите свою новую планку спец-лейтенанта. Свободны, господа офицеры.

Когда Итан, Хилл и Джастин покинули кабинет, и тяжелые двери с шипением сомкнулись, Арлиган Зей медленно выдохнул. Он подошел к столу и оперся на него руками, глядя на застывшую голограмму Итора.

– Его проницательность пугает, – тихо проговорил джедай. – Мейз, может быть, нам стоило посвятить в детали хотя бы Галантая? Он будет на поверхности, непосредственно с ними. Если всё обернется… Он должен знать.

Мейз медленно подошел к столу.

– Не нужно, сэр, – ответил клон. – Меньше знает – крепче держит винтовку. Галантай – смышлёный малый, он всё поймет.

Зей ничего не ответил, лишь снова отвернулся к окну, где за горизонтом Корусанта скрывались тени, которые он не решился открыть.

Коридоры штаба ССО казались холодными и безжизненными, но для старых друзей они стали местом долгожданного воссоединения. Оставив позади тяжелые двери кабинета генерала Зея, Итан и Джастин наконец смогли выдохнуть.

– Спец-лейтенант… – Джастин толкнул Итана плечом, не скрывая широкой улыбки. – Звучит солидно. Помнишь, как ты доказывал профессору Риду, что исход войны решается в сапогах пехотинца, а не на мостике линкора?

– Пока что практика подтверждает мою теорию, – отозвался Итан, чувствуя, как с души спадает груз официоза. – Полтора года, Джастин. Пока я месил грязь на окраинах Галактики и учился выживать под огнем жестянок, ты, как смотрю, зря времени не терял.

– Не жалуюсь, – Джастин поправил свою офицерскую планку. – Почти год я мариновался в силах обороны Корусанта – скука смертная, сплошные патрули, да и только. Но после Геонозиса всё закрутилось. Меня перевели в третью эскадру к генералу Ит-Коту. Там было не до скуки.

Итан с уважением посмотрел на друга. Пройти путь до капитан-лейтенанта за такой срок, за полтора года три звания – это требовало не только удачи, но и недюжинного таланта. Блэкберн действительно стал тем блестящим офицером флота, которым обещал быть еще на лекциях в Академии.

Итан остановился у панорамного окна и жестом подозвал Хилла, который всё это время тактично держался в паре шагов позади.

– Джастин, познакомься. Это спец-сержант Хилл. Моя правая рука и тот, кто вытаскивал мою честную компанию из самых гиблых мест на Элизиуме. Хилл, это капитан-лейтенант Блэкберн. Лучший пилот нашего выпуска. Нам повезло, что именно он будет висеть над нашими головами на Иторе.

Хилл вытянулся и коротко кивнул, его взгляд был по-солдатски прямым.

– Сэр. Приятно знать, что орбитальное прикрытие возглавляет офицер с такой репутацией. В третьей эскадре слабых не держат.

– Взаимно, сержант, – Джастин ответил крепким рукопожатием. – Раз Итан говорит, что вы надежны – для меня этого достаточно.

Они спустились на два этажа ниже, в отдел снабжения. Здесь, в царстве автоматики и тишины, Итан предъявил свой цифровой пропуск. Роботизированный манипулятор за стеклом мягко извлек из ячейки небольшую коробочку. Когда Итан открыл её, внутри на черном ложементе поблескивала новая планка спец-лейтенанта.

Итан снял старый знак – поцарапанный, со следами нагара, сохранивший память о поражениях и победах, – и закрепил на груди новый.

– Ну вот, теперь ты официально спец-лейтенант, – Джастин удовлетворенно кивнул. – Выглядишь как человек, готовый к встрече с «каменным небом». Пойдем. Пора познакомиться с твоей новой ротой и этим загадочным майором.

Огромный ангар легкого крейсера класса Арквитенс был залит холодным светом люминесцентных ламп. Здесь, среди гула погрузочных дронов и свиста заправляемых систем, в безупречном строю замерла рота «Айрин». Сто сорок четыре шлема, повернутых в одну сторону, создавали иллюзию единого организма.

Итан шел вдоль строя, чувствуя на себе сотни взглядов. Хилл следовал за ним в полушаге, оценивающе приглядываясь к братьям.

– Рота, смирно! – прогремел голос во главе строя.

Четверо офицеров-клонов сделали шаг вперед, синхронно отдавая честь. Итан остановился перед ними.

– Вольно. Доложить о готовности.

– Первый взвод готов к погрузке, сэр. Лейтенант КС-1397 Лонгшот, – доложил клон с характерной отметиной в виде перекрестья прицела на шлеме.

– Второй взвод в полном составе. Лейтенант КС-1502 Немек, – отозвался второй, чей голос звучал на удивление спокойно и методично.

– Третий взвод, штаб-лейтенант КС-2010 Рэдай. Ожидаем финальной проверки снаряжения, – произнес клон с патронташем через грудь, чей ранг был таким же, как и Итана еще каких-то два часа назад.

– Четвертый взвод готов. Лейтенант КС-1215 Такер, – коротко отчеканил последний, выделявшийся обвесом с дополнительными подсумками для инструментов.

Итан кивнул. В их глазах не было недоверия к новому офицеру – только солдатская готовность выполнять приказ.

– Рад знакомству, джентльмены. Погрузку начать через пятнадцать минут. Все детали позже.

Оставив роту «Айрин», Итан направился к дальнему краю платформы, где у камуфлированного, лишенного опознавательных знаков шаттла расположилась группа бойцов в модифицированной броне. В центре группы стоял клон, чья фигура буквально излучала опыт и скрытую мощь. На его груди поблескивала планка майора, а на поясе висели рукояти двух бластерных пистолетов DC-17.

– Майор Галантай? – Итан остановился в паре метров.

ЭРК-клон обернулся и снял шлем. Внешне он мало чем отличался от своих братьев, но пара деталей делала его облик запоминающимся. Его волосы были необычного, ярко-рыжего цвета, а через всё лицо – от левого виска до подбородка – пролегал глубокий, старый шрам. На удивление, этот след былых сражений не уродовал его, а скорее придавал лицу суровую завершенность и харизму ветерана.

– Спец-лейтенант Рэндалл. А я всё гадал, кто же тот самый, которого Зей решил бросить на Итор, – Галантай открыто улыбнулся, и шрам на его щеке причудливо изогнулся. Он протянул руку для крепкого рукопожатия. – Наслышан о делах на Элизиуме. Достойно.

– Взаимно, майор. Зей сказал, ваше подразделение усилит нас на месте.

– Именно так, – Галантай кивнул на свой шаттл. – Мои ребята отправятся на Итор чуть раньше. Проверим периметр, на всякий случай прощупаем местных «предпринимателей». Не хочу, чтобы рота высаживалась вслепую.

Майор надел шлем и снова посмотрел на Итана.

– Послушай, лейтенант. Звания – это для штабных. Давай перейдем на «ты». Так будет проще, когда вокруг начнут летать заряды. Согласен?

Итан, несколько удивленный такой открытостью старшего офицера, кивнул:

– Согласен, Галантай. Удачи на месте.

– Увидимся в лесах, – майор салютовал двумя пальцами и скрылся в нутре шаттла.

Тяжелая аппарель поднялась, и через мгновение корабль спецназа сорвался с места, растворяясь в небе Корусанта. Итан проводил его взглядом, после чего развернулся к подходящему Хиллу.

– Ну что, Хилл, – Итан поправил новую планку на груди. – Пора.

Еще когда Итан и Хилл миновали строй, и рота «Айрин» получила команду «разойтись», железная дисциплина клонов сменилась приглушенным гулом голосов. Солдаты небольшими группами направились к своим казармам и оружейным стойкам, обсуждая нового командира.

– Видели его броню? – негромко произнес один из рядовых второго взвода, проверяя крепление подсумка. – Это не корусантский лоск. Парень явно вылез из какой-то серьезной заварушки. Спец-лейтенант… поговаривают, он на Элизиуме вытащил пару сотен наших из безнадежной дыры.

– Главное, что не штабная крыса, – отозвался снайпер Родж. – Мне он показался дельным. Спокойный, лишних слов на ветер не бросает.

– И адъютант у него бывалый, – добавил клон из отделения Такера. – Видно, что спецы.

В целом, новость о назначении Итана была встречена позитивно. Клоны ценили боевой опыт выше званий.

Спустя некоторое время в тактическом отсеке крейсера Итан собрал командный состав роты. Голопроектор высветил рельеф Итора: густые, непроходимые леса, переходящие в отвесные скалы, и массивные горные цепи, чьи вершины упирались в плотную облачность.

– Внимание, джентльмены. Наша цель – Высота 4-12, – Итан указал на плато, зажатое между двумя хребтами. – Это стратегический узел. Горы здесь практически непроходимы, а небо над ними почти всегда находится под эффектом «каменного неба». Облака превращаются в парящие монолиты, блокируя любой полет выше определенного эшелона. Облететь или перемахнуть через эти пики, не выходя на большую орбиту невозможно.

Лейтенант Лонгшот прищурился, изучая карту.

– Значит, ущелье под плато – единственный путь для тех, кто захочет подобраться к строящейся базе?

– Именно так, – подтвердил Итан. – Мы станем пробкой в этом горлышке. Высадка пройдет в штатном режиме. Майор Галантай и его группа разведчиков уже вылетела. К нашему прибытию они подготовят периметр.

Итан увеличил изображение центральной точки плато, где виднелись очертания массивных фундаментов.

– Нам повезло с позицией. На этой высоте сохранились руины древней крепости. Майор Галантай начнет ее укреплять. Наша задача – занять эти стены и превратить их в современный форпост.

– Сэр, как обстоят дела с поддержкой? – спросил лейтенант Немек. – Если небо «окаменеет», мы окажемся в изоляции?

– Полной, – отрезал Итан. – Когда эффект вступает в силу, облака становятся тверже гранита. Крейсеры не смогут поддержать нас огнем сквозь такой слой, а канонерки не пробьются с припасами. Поэтому всё необходимое – боезапас, провизию, медикаменты – мы забираем с собой первым же эшелоном. Мы должны быть готовы автономно удерживать крепость столько, сколько потребуется.

Хилл, стоявший за плечом Итана, обвел офицеров взглядом.

– Планета лесистая, влажность высокая. Проверьте смазку затворов и состояние сенсоров.

Итан выпрямил спину, завершая брифинг.

– Разводите людей по десантным отсекам. Проверьте готовность каждого отделения лично. Выходим из гиперпространства через восемь часов. Свободны.

Командиры взводов слаженно отдали честь. В воздухе повисло предвкушение большой работы. Рота «Айрин» была готова сменить стерильные коридоры крейсера на поросшие мхом камни иторской крепости.

Глава 4: Прекрасное далёко

Легко называть их номерами, пока не увидишь, как один из них заслоняет тебя собой, даже не задумываясь. В ту секунду ты понимаешь: под одинаковыми шлемами скрываются души куда более благородные, чем у тех, кто распоряжается их жизнями из уютных кабинетов штаба.

– Итан Рэндалл в личном дневнике.

Подготовка к высадке в ангарах Арквитенса напоминала работу идеально отлаженного часового механизма. Гул репульсоров прогревающихся канонерок СНДК сливался со звоном цепей, которыми закрепляли контейнеры с припасами. В воздухе стоял резкий запах топлива и смазки.

В десантных отсеках бойцы роты «Айрин» проверяли снаряжение. В отличие от кадетов, они делали это почти в полной тишине, нарушаемой лишь сухими щелчками проверяемых затворов и липучек на подсумках.

– Слышал, что сказал лейтенант? «Каменное небо», – негромко произнес боец с позывным Карусо, затягивая ремень на бедре. – Парни из снабжения говорят, если такая глыба упадет, от крепости останется мокрое место.

– Они не падают, тупица, – отозвался Сига методично набивая энергоячейки в ранец. – Они парят. Читал отчеты? Ученые до сих пор спорят, почему их не тянет вниз. Это как минные поля, только из облаков. Пилотам придется попотеть, чтобы вписать нас в эти щели между скалами.

– Пилоты Блэкберна справятся, – вмешался капрал из третьего взвода. – Главное – что нас ждет внизу. Древняя крепость… Надеюсь, разведка уже выкурила оттуда всех местных пауков. Не хотелось бы начинать службу с чистки подвалов от вековой пыли.

– Зато стены каменные, – философски заметил другой клон. – Это тебе не траншеи в песке рыть. Засядем в руинах, выставим турели – и пусть эти пираты попробуют сунуться. Спец-лейтенант Рэндалл не зря выбрал это место.

В это время Хилл медленно шел между рядами готовящихся транспортов. Его положение адъютанта при офицере-человеке было привилегированным, но самого сержанта это изрядно смущало. Он чувствовал на себе взгляды лейтенантов-клонов и гадал, не видят ли они в нем выскочку, который «пролез» поближе к командованию, минуя стандартную иерархию.

У транспорта четвертого взвода его заметил лейтенант Такер. Клон-офицер как раз проверял надежность креплений тяжелого оборудования.

– Спец-сержант Хилл, – окликнул его Такер. – Есть минутка?

Хилл мгновенно вытянулся, соблюдая устав.

– Да, сэр. Проверяю готовность десанта к погрузке.

Заметив скованность сержанта, Такер отложил планшет и подошел ближе, понизив голос, чтобы его не слышали рядовые.

– Хилл, проясним сразу, мы видели твое досье, признаться честно, будь на то воля кого-то из наших, быть тебе уже давно лейтенантом, поэтому, давай не будем устраивать показной официоз и мериться у кого планка больше.

– Я просто беспокоился, сэр… – Хилл замялся. – О том, как это выглядит со стороны. Взводные офицеры – вы старше по званию, и я не хотел бы нарушать субординацию своим… особым положением.

Такер негромко рассмеялся и хлопнул сержанта по наплечнику.

– Не бери в голову. Лонгшот и Немек того же мнения, что и я. Мы здесь все в одной лодке. Кстати, Рэдай уже предложил освободить тебе место в офицерском расположении, когда мы займем крепость. Будешь жить с нами. Считай это официальным приглашением в наш круг.

Хилл почувствовал, как тяжелый узел напряжения в груди наконец развязался. Признание от таких же, как он – клонов, но офицеров – значило для него больше, чем любая награда.

– Благодарю, сэр. Это… честь для меня.

На палубе замигали янтарные огни – сигнал десятиминутной готовности. Техники в оранжевых жилетах потянули последние рычаги блокираторов.

– По коням, Айрин! – скомандовал Рэдай, и клоны по цепочке начали запрыгивать в открытые чрева СНДК.

Итан стоял на мостике, наблюдая через обзорный экран, как его рота исчезает внутри транспортов. Он обернулся и увидел, как Джастин на своем мостике отдает последние приказы эскадрильям прикрытия.

– Мы выходим из прыжка через пять минут, Итан, – раздался в наушнике голос Блэкберна. – Итор уже рядом. Небо там сегодня выглядит подозрительно серым. Постараемся доставить вас быстро, пока «каменная крыша» не захлопнулась.

Итан кивнул самому себе и направился к своему транспорту. Начиналась самая сложная часть – переход от планов на голокартах к реальности дикого, неприветливого мира.

Гиперпространство за иллюминаторами схлопнулось, и на смену сияющим лазурным линиям пришла глубокая бархатистая чернота космоса. В центре обзорного экрана величественно вращался Итор – изумрудный шар, окутанный слоями густых, ослепительно белых облаков.

– Выход в расчетной точке, – раздался спокойный голос Джастина по связи. – Итан, погода в районе высадки «сопливая». Видимость в нижних слоях почти нулевая, но «каменного неба» по данным сканеров пока нет. Облака мягкие. Можете начинать.

Канонерки одна за другой начали отделяться от чрева Арквитенсов, выстраиваясь в четкий десантный ордер. В десантном отсеке канонерки Итана воцарился полумрак, разрываемый лишь алыми огнями аварийного освещения. Солдаты роты Айрин стояли плечом к плечу, проверяя крепления оружия.

– Опять молоко, – проворчал Кондор, когда транспорт вошел в атмосферу и за иллюминаторами поплыла бесконечная белая пелена. – Терпеть не могу слепые высадки.

– Тебе же лучше, Кондор, – отозвался Немек, проверяя свой датапад. – Пираты тебя тоже не увидят, пока мы им на головы не свалимся.

– Главное, чтобы пилот не перепутал скалу с посадочной площадкой. В таких тучах и джедай заблудится.

По мере приближения к горному хребту характер облаков начал меняться. Итан, прильнувший к узкому смотровому окну, заметил визуальную разницу: рыхлая белая масса постепенно уступала место странным, слоистым образованиям. Структура облаков здесь казалась плотнее, словно спрессованной, а их цвет приобретал зловещий свинцово-серый оттенок с металлическим отливом. В свете прожекторов было видно, что эти массивы имеют четкие, почти острые грани, совсем не похожие на обычный пар.

– Внимание, десант, – голос пилота стал серьезнее. – Входим в аномальную зону над хребтом. Турбулентность повышена. Видете серый цвет? Это они. Пока еще мягкие, но плотность уже зашкаливает.

Канонерку ощутимо тряхнуло. Сквозь разрывы в серой мгле внизу наконец проступили очертания Высоты 4-12. Древние каменные стены крепости, поросшие густым мхом, выглядели монументально на фоне гигантских деревьев. У подножия руин уже виднелись бойцы спецназа разведки. Их белая броня была покрыта серым пиксельным камуфляжем, идеально скрывающим их на фоне камней и тумана. Большинство из них были в экипировке разведчиков, а в центре, у главного входа, возвышалась фигура Галантая.

Пилот заложил крутой вираж, гася скорость, и репульсоры взвыли, вступая в противоборство с притяжением Итора.

– Тридцать секунд до касания! – выкрикнул Хилл, вставая и проверяя ранец.

С тяжелым шипением бронированные двери по обе стороны СНДК разошлись в стороны. В кабину ворвался прохладный, пахнущий озоном и хвоей воздух. Перед глазами Итана развернулось плато: вековые камни, отвесные кручи и четкие фигуры бойцов, уже занявших ключевые точки.

Канонерка почти коснулась земли, обдавая примятую траву жаром двигателей. Пилот обернулся к десантному отсеку, его визор блеснул в полумраке кабины.

– Конечная остановка, парни, – усмехнулся он в эфир. – Добро пожаловать в рай, прыгуны!

– Пошли, пошли, пошли! – скомандовал Итан, первым спрыгивая на влажную почву Итора.

Рота «Айрин» начала слаженно изливаться из транспортов, мгновенно рассредотачиваясь по периметру крепости.

Крепость на Высоте 4-12 была молчаливым свидетелем эпох, давно стертых из памяти Галактики. Сложенная из массивных блоков темного обсидиана и местного серого гранита, она буквально вросла в скалистый гребень. Стены, изъеденные временем и поросшие лишайником, местами достигали пяти метров в толщину. Время не пощадило башни – их вершины были обрушены, но фундаменты и нижние ярусы оставались незыблемыми, создавая естественный бастион, возвышающийся над лесным океаном Итора.

Итан шагнул под своды массивной надвратной арки. Внутри цитадели уже кипела жизнь: бойцы спецназа в своей пиксельной броне деловито устанавливали сенсорные маяки и разворачивали полевой штаб в центральном зале, где сохранились высокие своды.

Галантай ждал его у древнего каменного стола, на котором теперь мерцала современная голокарта. Рыжие волосы майора ярко выделялись в полумраке, а шрам на лице в свете проектора казался еще глубже.

– Устроились неплохо, лейтенант, – Галантай приветственно кивнул, не отрываясь от данных. – Древние знали толк в фортификации. Стены выдержат обстрел из легких орудий, а подвалы здесь такие глубокие, что в них можно спрятать целый батальон от любого «каменного неба».

– Как обстановка? – Итан подошел к столу, снимая шлем.

– Мои ребята прочесали периметр в радиусе пяти километров, – Галантай вывел на карту несколько зеленых маркеров. – С точки зрения тактики – позиция идеальная. Мы контролируем единственный пологий подъем. Лес вокруг густой, техника там не пройдет, только пехота. Однако есть один нюанс.

Майор увеличил масштаб карты, подсветив точку в паре километров к востоку, в низине.

– Здесь находится деревня. Небольшое поселение, в основном охотники и собиратели лечебных трав, если верить базам данных. Но сейчас там слишком тихо. Никаких сигналов, никакой активности спидеров. В обозримом будущем нам стоит нанести им визит. Оставлять такой объект в тылу без присмотра – плохая затея.

Итан внимательно изучил координаты деревни.

– Согласен. Как только закончим с размещением роты и выставим посты, сформируем разведгруппу.

Снаружи послышались мерные выкрики команд – рота «Айрин» начала активную фазу обустройства. Лейтенант Такер уже развернул инженерное отделение: клоны с помощью мощных репульсорных подъемников устанавливали автоматические турели на уцелевших парапетах стен. Лонгшот распределял снайперов по бывшим дозорным вышкам, а взвод Рэдая методично перетаскивал контейнеры с припасами в прохладные глубины цитадели. Немек лично курировал установку мощного передатчика дальней связи на самой высокой точке крепости, время от времени поглядывая на тяжелое, наливающееся свинцом небо.

– Люди работают быстро, – заметил Галантай, наблюдая за слаженными действиями. – Хорошая рота. Надеюсь, они так же быстро окопаются. Что-то мне подсказывает, спец-лейтенант, что Итор не даст нам долго наслаждаться тишиной этих руин.

– Значит, мы будем готовы, – коротко ответил Итан. – Выставь своих парней в секреты на дальних подступах. Я хочу знать о любом движении в лесу еще до того, как они увидят наши стены.

Когда последний СНДК поднялся в воздух, оставив после себя лишь оседающую пыль и запах пережженного топлива, на плато воцарилась странная тишина, нарушаемая лишь шелестом огромных листов иторских папоротников. Бойцы роты «Айрин» впервые по-настоящему огляделись, оценивая свой новый дом на ближайшие месяцы.

– Гляньте на эти деревья, – присвистнул Сэндман, связист из третьего взвода, поправляя тяжелую антенну своего ранца. – Они же размером с жилой блок на Корусанте. Если одно такое решит прилечь, нас из-под него даже джедаи не выковыряют.

– Заткнись и лови сигнал, Сэндман, – отозвался капрал Гирп, тяжелый пехотинец с массивным роторным бластером Z-6. Он сплюнул на влажную землю и с прищуром оглядел густые заросли. – Лес – это всегда гадость. Миллион мест, где можно спрятать мину или посадить снайпера.

В это время у северной стены инженер КС-2233 Дуалити из взвода Такера уже вовсю орудовал плазменным резаком, подгоняя современные композитные крепления под древние обсидиановые пазы. Рядом с ним два сапера, Родж и Сирок, разгружали ящики с сейсмическими сенсорами.

– Слышь, Сирок, – Дуалити перекрыл шум резака. – Лейтенант сказал, что облака тут могут стать твердыми. Как думаешь, если отколоть кусок такого «каменного неба», из него выйдет хороший сувенир?

– Из него выйдет отличный надгробный камень для твоей башки, если ты будешь глазеть вверх вместо того, чтобы проверять периметр, – проворчал Сирок, втыкая первый сенсор в мягкую, пружинистую почву. – Тут земля странная. Плотная, как губка. Вибрации гасит, так что датчики придется калибровать на максимум, иначе пропустим даже шагающий танк.

На парапете, где когда-то стояли лучники забытых эпох, лейтенант Лонгшот расставлял своих лучших стрелков. Среди них выделялся Макуй – снайпер, чей визор был дополнен специальным тепловизионным модулем для работы в условиях плотного тумана.

– Видишь что-нибудь, Макуй? – спросил Лонгшот, глядя в бинокль на серую пелену, зацепившуюся за вершины скал.

– Только движение крон, сэр, – ответил снайпер, не отрываясь от прицела. – И птиц. Очень крупных птиц. Но тепловой фон леса слишком неоднородный. Здесь всё буквально дышит. Сложно будет выцепить цель, если она умеет замирать и сливаться с этой зеленью.

В центре двора медик роты, штаб-сержант Док, разворачивал перевязочный пункт под уцелевшим каменным сводом. Он аккуратно расставлял контейнеры с бактой и антитоксинами, проверяя уровень заряда в дефибрилляторах.

– Спец-сержант, сэр! – окликнул он проходящего мимо адъютанта. – Передайте спец-лейтенанту, что влажность здесь зашкаливает. Нужно следить за электроникой и состоянием фильтров в шлемах. Воздух чистый, никакой пыльцы или спор я пока не зафиксировал, но конденсат убьет схемы, если за ними не приглядывать.

Хилл кивнул Доку и направился к штабу. Он видел, как рота постепенно обживает это древнее место. Каменные блоки цитадели обрастали антеннами, лучеметными гнездами и маскировочными сетями. Клоны работали слаженно, но каждый из них то и дело бросал взгляд наверх, на свинцовые, четко очерченные облака, которые неподвижно висели над головой, словно занесенный молот, ожидающий своего часа.

Крепость перестала быть просто руинами. Теперь это был форпост Республики, ощетинившийся стволами бластеров в самом сердце дикого Итора.

Глава 5: Тени

Генералы-джедаи любят рассуждать о морали, стоя у панорамных окон своих башен. Они ищут свет в Силе, пока мы ищем противника в прицеле. Разница между нами проста: они боятся испачкать руки, а мы – эти руки, которые уже по локоть в крови, чтобы их совесть оставалась чистой.

– Капитан Мейз на инструктаже спецназа ССО.

Вечер на Высоте 4-12 выдался холодным. Внутри главного зала цитадели, который теперь служил тактическим центром, было сухо, но запах сырого камня и вековой пыли смешивался с ароматом свежего машинного масла от установленного оборудования. Итан стоял у голографического стола, свет которого выхватывал сосредоточенные лица командиров взводов и майора Галантая.

– Джентльмены, внимание, – начал Итан, указывая на мерцающую проекцию горы. – Обустройство идет по графику, но расслабляться рано. Завтра утром к нам должен прибыть взвод саперов. Их основная задача – заминировать подступы к скалам с противоположной стороны плато. Там рельеф кажется непроходимым, но я не хочу оставлять противнику даже теоретического шанса зайти нам во фланг.

Лейтенант Немек сделал пометку в планшете. Итан продолжил:

– Чтобы минные поля не стали просто сюрпризом, который мы пропустим в тумане, нам нужно организовать там наблюдательный пункт. Где-нибудь на высоте, с хорошим обзором на тот сектор. Нам нужны глаза, которые предупредят о движении до того, как сработает первая мина.

Галантай, прислонившийся к каменной колонне, кивнул, и шрам на его лице зловеще блеснул в синеватом свете голограммы.

– Я выделю двоих своих парней, – подал голос майор. – Рокс и Хорус. Они спецы по скрытному наблюдению и могут неделями сидеть в камнях, не выдавая себя. Они обустроят «гнездо» и наладят зашифрованный канал связи с форпостом.

– Отлично, обеспечь их дополнительными энергоблоками для передатчиков, – Итан перевел взгляд на остальных. – Теперь по дежурствам. Переходим на цикличный режим: один взвод на стенах, один – в резерве в полной готовности, два – занимаются укреплением внутренних позиций и отдыхом. Лонгшот, твои снайперы работают парами по всему периметру, сменяясь каждые четыре часа. В условиях такой влажности оптика может барахлить, следите за этим.

Такер поднял руку:

– Сэр, мы начали интеграцию автоматических турелей в общую сеть. Но древняя кладка местами крошится под весом оборудования. Завтра мои ребята начнут дополнительное армирование парапетов.

– Делайте. И проверьте герметичность складов с боеприпасами, – добавил Итан. – Если «каменное небо» захлопнется, мы не знаем, как долго пробудем здесь без снабжения. Каждая батарея должна быть сухой. Галантай, твои группы спецназа продолжают работать в «секретах». Если в том поселке, о котором ты говорил, начнется шевеление – я хочу знать об этом немедленно.

Обсуждение затянулось еще на час. Обсуждали всё: от распределения рационов до установки дополнительных прожекторов, которые могли бы пробивать густой иторский туман. Когда офицеры начали расходиться, Итан на мгновение задержался у узкого окна-бойницы. Снаружи, в темноте, лес казался бездонным черным океаном, а над ним, почти касаясь пиков, застыли серые, монолитные глыбы облаков.

Ночь на Иторе не принесла тишины. Джунгли наполняли воздух стрекотом насекомых и низким гулом ветра, запутавшегося в кронах гигантских деревьев. Но под этим природным шумом скрывалось нечто иное.

В полутора километрах от крепости, в густой тени массивных папоротников, замерли три фигуры в поношенной, модифицированной броне. Разведчики пиратов, оснащенные старыми, но надежными макробиноклями с режимом тепловизора, внимательно сканировали форпост.

– Смотри, – прошептал один из них, указывая на мерцающие огни на стенах. – Они ставят «автоматы» на парапетах. Судя по контурам – стандартные республиканские турели. А вон там, в центре двора, разгружают тяжелые контейнеры. Похоже на запасные генераторы или кантейнеры бакты.

– Слишком много клонов – проворчал второй пират, быстро набивая данные в портативный датапад. – И взгляни на тех в пиксельном камуфляже.

Пираты работали профессионально, фиксируя расположение снайперских гнезд и график смены часовых. Они были уверены в своей маскировке и дистанции. Однако они не учли одного: Такер и его инженеры расставили сейсмические датчики и инфракрасные трипперы гораздо дальше, чем предполагал стандартный устав.

В штабе, на пульте дежурного офицера, внезапно вспыхнула багровая точка.

– Есть контакт, – негромко произнес дежурный из взвода Немека. – Сектор «Зулу-4». Смещение почвы и тепловой всплеск. Три объекта, гуманоиды.

Сигнал мгновенно ушел на шлемы патрульных. Итан, который в этот момент проверял записи в штабе, сразу вышел на связь:

– Группа быстрого реагирования, к сектору «Зулу-4». Галантай, твои ребята ближе всех.

Разведчики пиратов почувствовали неладное слишком поздно. Когда один из них случайно задел скрытый в корнях сенсор давления, в лесу раздался едва слышный ультразвуковой писк – сигнал тревоги.

– Нас засекли! Уходим! – скомандовал старший группы.

Пираты бросились вглубь леса, используя заранее подготовленные тропы. Они двигались быстро, зная, что в этих зарослях каждый метр может стать ловушкой. Через несколько минут к месту срабатывания датчика вышли бойцы Галантая во главе с Хорусом и отряд из взвода лейтенанта Немека.

Лучи подствольных фонарей разрезали туман, скользя по влажной листве и старым камням. Клоны рассредоточились, прочесывая каждый куст.

– Чисто, – доложил Немек через десять минут. – Только примятая трава и следы тяжелых сапог. Ушли профессионально, использовали маскировочные накидки, гасящие тепловой след.

Хорус опустился на колено, изучая отпечаток на влажной почве.

– Они знали, где искать лазейки, лейтенант. Это были не случайные охотники. За нами наблюдали. Причем наблюдали долго и внимательно.

Итан, получив доклад, сжал кулаки.

– Значит, эффект неожиданности потерян. Возвращайтесь на базу. Усилить бдительность во всех секторах.

Клоны вернулись за стены крепости, но ощущение того, что из темноты за ними следят сотни недобрых глаз, теперь не покидало никого.

Утро на Иторе выдалось на редкость ясным. Яркое солнце пробивалось сквозь разрывы в облаках, заливая древние камни крепости теплым светом и заставляя влажную после ночи зелень джунглей блестеть, словно изумруды. Влажность была вполне обычной для лесистой планеты – воздух ощущался свежим, а не давящим, что значительно облегчало работу солдатам.

В 07:00 тишину плато разорвал знакомый гул репульсоров. Из-за верхушек гор вынырнули две канонерки, доставившие взвод саперов. Как только аппарели коснулись земли, из машин посыпались бойцы с эмблемами инженерных войск. Возглавлял их спец-лейтенант Крид – клон с суровым взглядом и эмблемой перекрещенных молний на плече.

Работа закипела мгновенно. Крид лично координировал установку сейсмических зарядов и противопехотных мин направленного действия на скалистых уступах противоположной стороны плато. Саперы аккуратно маскировали датчики под местную породу и корни деревьев. Пока инженеры возились с детонаторами, спец-лейтенант Крид подошел к Итану и Такеру, развернув на планшете схему минных полей.

– Здесь мы создали зону сплошного поражения, – доложил Крид, указывая на узкий перешеек. – Любой, кто решит пройти здесь без кода доступа, взлетит на воздух раньше, чем поймет, что произошло.

В это же время, нависающий над минным полем утес обживали Рокс и Хорус. Их «гнездо» было шедевром полевой маскировки. Спецназовцы выбрали естественную расщелину в скале, прикрытую густым кустарником. Они развернули там систему пассивного наблюдения с мощной оптикой и тепловизорами, а сверху натянули камуфляжную сеть, которая полностью скрывала их на фоне серых скал. Теперь этот сектор был под постоянным контролем двух пар глаз, способных заметить малейшее движение внизу.

Когда Крид закончил работу и его взвод погрузился обратно в канонерки, Итан отдал приказ о подготовке к вылазке.

– Пора нанести визит соседям, – произнес Итан, проверяя снаряжение. – После ночных гостей я не хочу идти туда большим отрядом, чтобы не поднимать лишнего шума.

У центральных ворот собралась небольшая группа. Итан и майор Галантай лично возглавили отряд. Из второго взвода лейтенанта Немека были отобраны двое проверенных бойцов: капрал Хук – крепкий клон-следопыт и рядовой Тамер – молодой, энергичный боец, назначенный нести дополнительный боезапас.

Группу усилили профи из отряда Галантая: Сержант Харт – опытный спецназовец, отвечающий за связь и техническую поддержку и Капрал Лайм – мастер разведки.

– Проверьте чистоту линз и связь, – скомандовал Галантай, надевая свой шлем. Рыжий гребень волос скрылся под пластоидом, а шрам на лице в солнечном свете на мгновение блеснул суровой полосой. – Харт, настрой канал связи с крепостью. Нам нужно знать, что происходит за спиной.

– Так точно, майор, – отозвался Харт, быстро пробегая пальцами по наручному датападу.

Итан кивнул Хиллу, который оставался за старшего на форпосте вместе с лейтенантами.

– Сержант, приглядывай за периметром. Если датчики снова пискнут – ты знаешь, что делать. Мы вернемся к сумеркам.

Глава 6: Угроза

Мы подарили им право умереть за нашу свободу, но забыли дать им право на свою собственную. Иногда мне кажется, что мы – величайшие должники в истории Галактики.

– Итан Рэндалл в письме Джастину Блэкберну о клонах.

Отряд бесшумно скользнул за ворота, мгновенно скрывшись в высоких зарослях. Путь к деревне лежал через лес по тропам, залитым солнечными пятнами, где за каждым поворотом могла скрываться тайна этого загадочного мира. Огромные стволы деревьев-исполинов уходили высоко в небо, а под ногами хрустел валежник вперемешку с мягким мхом. Отряд двигался в четком построении: впереди шел капрал Хук, за ним Итан и остальные бойцы. Лес был полон звуков: где-то высоко в кронах перекликались птицы, шуршала мелкая живность в подлеске. Хук то и дело останавливался, проверяя примятую траву, но всё указывало на то, что крупные группы здесь не проходили.

Спустя час пути заросли расступились, открывая вид на небольшую долину. Деревня представляла собой скопление аккуратных деревянных домиков, крытых широкими листьями. Над несколькими крышами вился ленивый дымок.

– Разделяемся, – негромко приказал Итан. – Группа 1: я, Хук и Тамер, идем по правому флангу. Группа 2: Галантай, Харт и Лайм, обходите слева. Осмотрите всё как следует. Встретимся через двадцать минут где-нибудь в центре. Оружие на предохранителях, без нужды местных не пугать.

Группы бесшумно разошлись. Проходя мимо домов, Итан видел обычную сельскую жизнь: женщины в простых одеждах занимались хозяйством, старик на крыльце чинил рыболовную сеть, а дети с любопытством и явной опаской провожали взглядом рослых солдат в броне. Всё выглядело подчеркнуто мирно.

Через положенное время обе группы воссоединились на небольшой площади в центре поселения. Итан огляделся – внешне ничего не вызывало подозрений.

– Периметр осмотрен, – доложил Харт. – Никакого оружия, никаких следов присутствия аооруженных лиц. Обычное захолустье.

Итан кивнул, но заметил, что Галантай выглядит непривычно сосредоточенным. Майор медленно поворачивал голову, сканируя взглядом окрестные дворы. Его шлем был снят, и рыжие волосы ярко поблескивали на солнце, а шрам на лице казался особенно глубоким.

– Итан, ты заметил что-нибудь странное, пока вы обходили свою сторону? – спросил Галантай, не оборачиваясь.

Итан еще раз окинул взглядом площадь.

– Да вроде бы нет. Типичное поселение. Люди немного напуганы, но это ожидаемо. А что тебя смутило?

Галантай сузил глаза и едва заметно указал подбородком на ближайшую веревку с бельем, натянутую между двумя хижинами.

– Посмотри внимательнее. Здесь повсюду только женщины, дети и глубокие старики. Мужчин призывного возраста я не встретил ни одного. Но посмотри на дворы.

Итан присмотрелся. Почти в каждом дворе рядом с женскими платьями на солнце сушилось мужское белье: грубые рубахи, тяжелые штаны, плащи. Вещи явно были не по размеру тем немощным дедам, что грелись на завалинках.

– Мужское белье. Свежевыстиранное, – продолжил Галантай. – Причем почти в каждом доме. Мужчин в деревне нет, а их вещи – вот они. Это значит, что они где-то рядом. И приходят сюда регулярно.

Итан почувствовал, как внутри возникло нехорошее предчувствие. Наблюдательность майора-клона была безупречной.

– Думаешь, они прячутся в лесах неподалеку?

– Возможно. Слушай, лейтенант, – Галантай посмотрел в сторону далеких скал. – Как только вернемся в форпост, я хочу прогуляться в «зеленку» – ту, что перед скалами, сразу за нашим новым минным полем. Чую, что там мы найдем ответы, которые эта деревня пытается скрыть.

Итан на мгновение задумался, оценивая риски, но спорить с опытом ветерана не стал.

– Добро, майор. Разведка необходима, как вернемся, бери людей и выступайте.

– Принято, – Галантай снова надел шлем, его голос в эфире стал привычно сухим. – Отряд, собираемся. Возвращаемся в крепость.

Группа выдвинулась в обратный путь, оставив за спиной деревню, которая теперь казалась Итану не мирным убежищем, а затаившимся гнездом, скрывающим свою истинную суть.

После возвращения в крепость Итан сразу направился в тактический центр. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая иторские джунгли в тревожные багровые тона. Хилл уже подготовил терминал дальней связи, настроив защищенный канал через ретранслятор на орбите.

Над мерцающей панелью возникли фигуры: капитан-лейтенант Джастин Блэкберн, находившийся на борту своего Арквитенса, и мастер Арлиган Зей.

– Докладывайте, спец-лейтенант, – голос Зея был спокойным, но в нем чувствовалось напряжение. – Какова обстановка на Иторе?

– Форпост полностью укомплектован и укреплен, сэр, – начал Итан. – Саперы спец-лейтенанта Крида завершили минирование подступов. Однако разведка деревни принесла неоднозначные результаты. В самом поселении только женщины, дети и старики, но Галантай заметил следы присутствия большого количества мужчин – во дворах полно свежевыстиранного мужского белья. Они явно базируются где-то неподалеку и используют деревню как ресурсную базу.

– Это подтверждает мои опасения, – вмешался Джастин Блэкберн. Его лицо в лучах голограммы выглядело суровым. – Итан, у меня плохие новости с орбиты. Час назад мы засекли прибытие нескольких малых кораблей. Это были быстроходные транспорты, они вышли из гиперпространства на предельно близкой к планете дистанции – почти в верхних слоях атмосферы. Мы не успели среагировать и перехватить их. Неизвестные ушли в крутое пике и скрылись в джунглях севернее ваших позиций.

Итан нахмурился, анализируя информацию.

– Севернее нас? Это усложняет задачу. Значит, противник получает подкрепление.

– Каковы ваши действия, спец-лейтенант? – спросил Арлиган Зей.

– Сейчас я не планирую наносить удар, – ответил Итан. – Я хочу дождаться результатов разведки. Прямо сейчас Галантай с семью бойцами из своего отряда выдвинулся в «зеленку» за минными полями. Они прощупают территорию перед скалами. Я хочу дождаться результатов их разведки. Нам нужно точно знать, с кем мы имеем дело и какова их численность, прежде чем подставлять роту под удар. Как только Галантай вернется с данными, мы примем решение о дальнейших мерах.

Джастин кивнул, соглашаясь с осторожным подходом друга.

– Разумно. Мои пилоты будут на дежурстве, но помни о «каменных облаках». Если небо закроется, вы останетесь один на один с теми, кто только что приземлился.

– Мы будем наготове, капитан-лейтенант, – ответил Итан. – Конец связи.

Голограммы погасли. Итан повернулся к Хиллу, который всё это время стоял за спиной.

– Слышал? К нашим гостям прибыли друзья. Передай лейтенантам Такеру, Лонгшоту и Немеку – усилить бдительность на северном секторе. И пусть Док проверит запасы стимуляторов.

Итан подошел к окну. Внизу, в сумерках, он видел, как Галантай и его семеро спецназовцев – тени в пиксельном камуфляже – бесшумно покидают территорию форпоста, направляясь в сторону минных полей.

Лес за пределами минных полей изменился. Здесь джунгли становились гуще, а деревья – древнее, их переплетенные корни образовывали настоящие лабиринты. Группа Галантая двигалась в абсолютной тишине. Семь спецназовцев и сам майор напоминали призраков: их пиксельный камуфляж полностью размывал силуэты в сумерках и бликах заходящего солнца.

Они прошли около восемнадцати километров, углубляясь в подножие скалистого хребта, когда Харт, шедший головным, подал сигнал «Внимание». Впереди, сквозь плотную стену листвы, пробилось дрожащее оранжевое марево костров. Воздух донес едва уловимый запах жареного мяса и дешевого топлива.

– Огни, – едва слышно прошептал Харт по внутренней связи. – Дистанция триста метров.

Галантай кулаком показал знак «Рассредоточиться».

– Пробраться ближе. Режим полной тишины. Выяснить численность и принадлежность.

Спецназовцы поползли вперед, используя естественные укрытия. Вскоре перед ними открылась прогалина. Это не было постоянной базой – скорее временный лагерь, организованный в спешке. Десяток грубых палаток, несколько припаркованных скоростных спидеров и около двадцати вооруженных наемников разных рас, лениво переговаривающихся у костров.

Харт, прильнув к макробиноклю, замер.

– Майор, посмотрите на центральную палатку. Тот крупный тип в красном жилете.

Галантай настроил оптику. В центре лагеря, изучая карту на переносном столе, стоял массивный зайгерианец. Его кошачьи черты лица искажал глубокий шрам, а на поясе висел характерный кнут и тяжелый бластерный карабин.

– Тадеуш Мораллес, – узнал его Галантай. – Зайгерианский боевик, работорговец и один из самых разыскиваемых мясников. Если он здесь, значит, те корабли, о которых говорил Блэкберн, привезли его «гвардию».

Майор быстро оценил обстановку. Охраны было не так много – основные силы наемников, судя по всему, еще не прибыли в этот лагерь. Мораллес был отличной мишенью и ценным источником информации.

– План меняется, – скомандовал Галантай. – Мы не просто наблюдаем. Берем Мораллеса живым. Остальных – в расход. Чистая ликвидация. Харт, Лайм – заходите с флангов. Остальным занять позиции для перекрестного огня. Работаем по моему сигналу.

Спецназовцы разошлись, бесшумно занимая позиции. Лайм проверил остроту своего виброножа, а Харт выставил настройки своей винтовки на бесшумный режим. В лагере пиратов раздался громкий хохот Мораллеса, не подозревающего, что из темноты леса на него уже нацелено восемь стволов бойцов Республики.

Сигнал к атаке был беззвучным – лишь едва заметный блик на визорах спецназовцев. В следующую секунду ночной лес взорвался короткими, сухими вспышками бластерных выстрелов.

Спецназ Галантая действовал как единый, смертоносный механизм. Первыми легли часовые у спидеров – они даже не успели вскрикнуть, когда болты, выпущенные в бесшумном режиме, прошили их шлемы. Группа мгновенно ворвалась в круг света от костров. Харт и Лайм работали на флангах, методично «срезая» наемников, которые в панике тянулись к оружию.

Тадеуш Мораллес среагировал быстрее своих людей. Взревев, как раненый зверь, он выхватил тяжелый бластер и открыл беспорядочный огонь, прикрываясь телом одного из своих подчиненных.

– Мораллес мой! – прорычал Галантай по внутренней связи.

Майор вырвался из тени, на ходу отбрасывая винтовку и активируя вибронож. Зайгерианец отбросил пустой бластер и выхватил массивный тесак. Столкновение было яростным. Мораллес был крупнее и обладал звериной силой, но Галантай двигался с хирургической точностью ЭРК-бойца. После серии стремительных выпадов клон ушел от сокрушительного удара сверху и коротким, выверенным движением полоснул зайгерианца по предплечью. Тесак вылетел из ослабевших пальцев бандита, а мощный удар бронированным коленом в челюсть отправил лидера пиратов на землю.

Пираты были уничтожены за считанные минуты. Раненого в руку и оглушенного Мораллеса отволокли в тень деревьев, подальше от горящего лагеря, чтобы начать немедленный допрос. Спецназовец с позывным Везек – специалист по технической разведке – склонился над пленником, доставая сыворотку правды и сканер.

– Говори, где остальные транспорты и что вы тут забыли, – Галантай прижал ствол пистолета к виску зайгерианца.

Мораллес пришел в себя. На его губах запузырилась кровавая пена, но вместо страха в глазах сверкнуло безумное торжество.

– Вы… вы ничего не получите, собаки, – прохрипел он, едва заметно напрягая мышцы шеи.

– Везек, назад! – внезапно выкрикнул Лайм, заметив странное свечение под кожей на шее пленника.

Но было поздно. Мораллес активировал встроенную в шейный имплант мини-бомбу – крайнюю меру зайгерианских фанатиков. Раздался резкий, сухой хлопок. Мощная направленная волна и осколки костей превратили голову Тадеуша в кровавое месиво и ударили в стоявшего ближе всех Везека.

Клона-специалиста отбросило на несколько метров. Его нагрудная пластина была пробита, а из-под разбитого визора текла кровь.

– Везек! – Харт бросился к товарищу, но, взглянув на раны, замер. Повреждения были несовместимы с жизнью.

Галантай стиснул зубы так, что скрипнула челюсть.

– Внимание – забирайте все инфо-планшеты, любые накопители из палаток и уходим. Живо!

Спецназовцы действовали быстро. Тело погибшего Везека бережно закрепили на носилках, чтобы забрать с собой. Обезглавленное тело Мораллеса также было упаковано в термический мешок для идентификации.

Через десять минут лагерь опустел. Группа Галантая растворилась в ночных джунглях, унося с собой ценные данные и своего павшего брата. Путь назад, к форпосту, предстоял долгий и тяжелый.

Обратный путь к крепости был тяжелым. Спецназовцы двигались в быстром темпе, сменяя друг друга на носилках с телом Везека. Солнце уже давно скрылось, и джунгли Итора превратились в лабиринт из черных теней и зловещего шепота листвы.

Примерно на середине пути, когда группа обходила глубокий овраг, шедший в дозоре Лайм внезапно поднял кулак. Группа мгновенно «растворилась» в зарослях. Сквозь листву послышались осторожные шаги и приглушенный треск радиосвязи.

Это был небольшой отряд – несколько разведчиков в легкой броне, увешанные датчиками и портативными сканерами. Они двигались осторожно, но не особо ожидали кого-то увидеть. Галантай не стал ждать. Короткий взмах руки – и лес ожил вспышками. Спецназ ликвидировал противника за секунды. Пираты даже не успели вскинуть карабины.

Сержант Нумерал первым вышел к телам. Он методично обыскал убитых, выуживая из их подсумков инфопланшет и несколько портативных накопителей данных.

– Майор, взгляните, – Нумерал активировал экран планшета, прикрывая его ладонью, чтобы свет не выдал позицию. – Это те самые данные, которые наши датчики засекли прошлой ночью. Здесь детальные схемы наших лучеметных гнезд и графики смен патрулей штаб-лейтенанта Рэдая.

Галантай склонился над устройством, быстро пролистывая файлы.

– Значит, это те «ночные гости», что крутились у стен. Но посмотри на маркировку оборудования, Нумерал.

Сержант подсветил фонариком эмблему на одном из накопителей – стилизованный череп, перечеркнутый красной линией. Это не был знак Тадеуша Мораллеса. У зайгерианцев была своя символика, связанная с рабовладельческими гильдиями.

– Это не люди Мораллеса, – заключил Галантай. – Другая группировка. Действуют чище, оборудование дороже. Похоже, на Иторе собирается целый конгломерат бандитских банд.

– Какая именно группировка, сэр? – спросил Лайм.

– На планшете всё зашифровано кодами, которые я раньше не видел, – Нумерал убрал добычу в защищенный контейнер. – На первых порах не разобрать. Нужно оборудование форпоста, чтобы вскрыть их защиту.

– Уходим, – скомандовал Галантай. – Если здесь бродит группа, значит, их лагерь тоже где-то рядом. Нам нужно доставить тела и эти данные.

Оставшуюся часть пути отряд преодолел на пределе возможностей. Лишь когда впереди показались массивные стены Высоты 4-12, подсвеченные лучами прожекторов, Галантай почувствовал облегчение.

Когда группа Галантая пересекла периметр форпоста, на плато уже воцарилась глубокая ночь. Лучи мощных прожекторов, установленных на стенах, разрезали тьму, выхватывая из нее лишь матовые очертания визоров и забрызганную грязью броню спецназовцев. Лица бойцов были скрыты за глухими шлемами, но по их тяжелой, неровной походке и тому, как они несли накрытые брезентом носилки, Итан сразу понял – поход дался им дорогой ценой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Джишка – G-44, бластерная винтовка, стоявшая на вооружении у многих планетарных сил обороны во времена Старой Республики

Вернуться

2

Сундук – жаргонное название СНДК, Скоростной Низколетящий Десантный Корабль

Вернуться

3

ВПП – Взлетно-Посадочная Полоса

Вернуться

4

Бакта – это мощное лечебное вещество, густая студенистая субстанция с невероятными регенерирующими свойствами, которая ускоряет заживление ран, восстановление тканей (нервов, мышц, кожи) и используется в специальных бакта-камерах для лечения тяжелых травм.

.

Вернуться

5

ЭРК – Элитный Республиканский Коммандос, боец спецназа.

Вернуться