Сказки славянских народов
Издание 1898 г.

Редактор Владислав Олегович Горнак

Корректор Владислав Олегович Горнак

Переводчик Владислав Олегович Горнак

© Владислав Олегович Горнак, перевод, 2026

ISBN 978-5-0069-5313-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От издателя

Уважаемый читатель! Книга, которую вы держите в руках (или на экране вашего устройства), имеет необычную историю. Это электронное издание подготовлено по тексту редкого сборника народных сказок, выпущенного в 1898 году.

Более ста лет эта книга не переиздавалась – ни в печатном, ни в электронном виде. Её оригинал хранится в фондах Национальной библиотеки РФ, а оцифрованная копия доступна на сайте Национальной электронной библиотеки. Любой желающий может свериться с первоисточником и убедиться в подлинности текста, который мы предлагаем вашему вниманию.

Перед вами – перевод с дореформенной орфографии на современный русский язык. Мы бережно сохранили самобытность, сюжеты и дух тех историй, которые читали наши предки более века назад, но сделали их доступными и понятными сегодняшнему читателю.

Редактор: В. О. Горнак

Два брата и богатство

Жили себе два брата: Гойко и Доминко. Старший, Гойко, женился на богатой вдове, получил всё готовое и стал богатым хозяином. Младший, Доминко, ничего не получил в наследство ни от отца, ни от матери, ни от деда; ни в чём не было ему удачи, да к тому же и женился он на одной бедной сироте-девушке.

Отговаривал брата Гойко, чтобы он не женился на бедной, а поискал богатой невесты, – но напрасно: при своём остался Доминко. Не было ему дела до богатства, а хотелось иметь только хорошую жену. Зато тяжело и трудно жилось ему; много горя натерпелся он, пока сколотил себе домик да обзавёлся кое-чем необходимым в хозяйстве.

Скуп и жесток был Гойко и завидовал всякому своему соседу. Проклинали его люди, потому что знали: кто раз попадётся в его лапы, тот никогда из них не выберется. Доминко же был добрая, хорошая душа, прекрасный человек, справедливый; всякий его любил. Гойко сердился на брата за его женитьбу и ни в чём не помогал ему. Доминко не докучал брату и справлялся со своими делами, как знал и умел.

Пошел раз днём Доминко в лес за дровами. Что-то шепнуло ему идти дальше в чащу леса. Нечаянно он наткнулся на какую-то пещеру. Увидел тут много валежнику; он остановился и стал собирать его. Собирая валежник, Доминко вдруг увидел вход в пещеру и подумал: «Боже мой, что же там может быть внутри? Не звери ли? Но на снегу не видно ни одного следа. Пойду и посмотрю, что там такое».

Взял Доминко топор и пошел в пещеру. Пошел и видит: словно ход куда-то. Идет он дальше. Пройдя еще немного, видит он другой ход в другую пещеру направо. Он остановился, осмотрелся и прислушался. Только послышался ему будто недалеко стук и шорох. «Вот будет история, – думает он, – если я наткнусь на кого-нибудь. Ну, да топор-то у меня ничего, авось как-нибудь».

Пока он так думал, вдруг во мраке блеснул свет свечи. Мигом Доминко бросился туда по пещере. Порядочно он так шел и дошел до какой-то ямы. Смотрит он кругом, видит – каменные ступени. Стал он спускаться по ним словно в погреб, считал он, считал ступени – много их, – сбился со счета. Шарит он опять кругом, находит ворота. Сюда-туда – находит замок; стукнул обухом – ворота растворились, и он из темноты вышел на светлый простор. Что же он нашел там? Много, много богатства; золото и серебро все кучами, как рожь на току. Кучи червонцев и других золотых и серебряных денег. Тут опять куча драгоценных камней, там куча бисера. Ошалел человек, видя такое бесчисленное богатство. А среди пещеры стоит золотой стол, подле него серебряная лавка. На лавке сидит старик с белой бородой до колен, высокого роста, с белыми волосами, падающими на землю; лицо сморщенное, нос огромный, а губ не видно: заросли бородой и усами.

Испугался Доминко, увидевши это; от удивления и страха у него чуть глаза не выскочили. Однако он скоро оправился, подошел к старцу и проговорил:

– Бог в помочь, человек ты или призрак?

Старец поворотился на скамье и посмотрел огненным взором на Доминко, потом встал из-за стола, показал на груду денег и говорит:

– Забирай вот этого, сколько можешь унести с собою, только запомни, что я тебе скажу. Кто захочет вынести отсюда хоть одну монету, не вынесет её до тех пор, пока не скажет перед воротами особых заклинательных слов.

И старец сказал ему несколько непонятных слов и прибавил:

– Не запомнишь этого, так можешь уйти отсюда с пустыми руками или погибнуть здесь.

Сказавши это, старец исчез.

«Что тут делать? – подумал Доминко. – Хоть бы мешок какой, чтобы набрать этих сокровищ!» Он набил червонцами полную пазуху и насыпал их куда только мог. Разгорелись у него глаза при виде такого богатства. «Однако и довольно, – думает, – а то просыплю». На серебро он даже и не смотрел: зачем тому серебро, у кого есть золото. Пошел он по дороге к выходу, подошел к воротам, взялся за ручку замка, чтобы отворить – не отворяется. Сказал он те слова, что научил его старик. Едва только он произнес их, как ворота отворились сами, и он благополучно пошел домой.

Солнце уже заходило, когда он вышел из лесу, и ночь наступила, когда он пришел домой. Жена упрекнула его за то, что он так долго не приходил. Но когда Доминко высыпал все свои червонцы из-за пазухи, из голенищ сапог, карманов и сумки, она не знала что делать и остолбенела от изумления.

– Смотри, жена, – сказал Доминко, – держи язык за зубами и ничего никому не говори.

– Доминко, – говорит жена, – не придется ли за эти червонцы бояться какого-нибудь зла или беды? Боже мой, откуда же у тебя столько червонцев?

Все по порядку рассказал Доминко жене о том, как он набрел на это громадное богатство.

Жена у Доминко не могла уснуть целую ночь. Она все думала, куда тратить столько денег, и решила подать руку помощи беднякам и помогать всем, кто нуждается. Добрая у неё была душа. О том же думал и Доминко.

Наутро они стали рассуждать, что сделать с деньгами. Доминко пришла в голову мысль перемерить червонцы: будет ли их полная мера?

– Дай меру, – сказал он жене.

А она ему в ответ:

– Нету у нас меры; разве послать к брату, чтобы он дал нам меру на время.

– Ну иди, только ни под каким видом не говори невестке, зачем нам мера.

– К чему я стану говорить ей, – ответила жена и пошла к золовке.

Золовка дала ей меру, но намазала дно смолой, чтобы узнать, что они будут мерить.

Доминко перемерил червонцы; оказалось почти полная мера, и после этого отослал меру назад. Один червонец прилип ко дну, а Доминко с женой и не заметили этого. Золовка нашла червонец на дне меры и стала уговаривать мужа идти к брату и узнать, откуда и как взялись эти червонцы.

Пришел Гойко к Доминко и ласково поздоровался с ним. Спрашивает о здоровье, о том, о сём и, наконец, заводит речь о червонцах.

Добрая душа был этот Доминко, не умел он лгать и говорил прямо:

– Братец Гойко, нет у меня на свете никого родного, кроме тебя, единственного брата, так я от тебя ничего не скрою. Есть большое, бесчисленное богатство в лесной пещере, на которое я сам случайно наткнулся.

И он все рассказал брату, ничего не утаил.

– Доминко, – говорит ему Гойко, – видно это заклятая пещера, что люди так много разных чудес о ней рассказывают, и в ней уже погибло столько корыстных людей.

Показал Доминко червонцы брату и рассказал, как он их взял из пещеры и сколько их там: лопатой можно набирать, как рожь.

– Знаешь что, брат: пойдем мы вдвоем за этим богатством и понемножку перенесем его в наши дома, пока не обогатимся так, чтобы хватило и нам, и детям нашим, и внукам, и правнукам.

Согласился Гойко, пошел домой и рассказал обо всем жене. Имя ей было Круна. Она осталась недовольна этим планом и закричала на мужа, что он и один в тот же день может забрать деньги.

– Ступай, муженек! От такого огромного богатства можешь и сам один принести мешок. Неужели он знает там всякий червонец? Ведь и он без тебя, как ты говоришь, притащил почти целую меру.

Легко загнать лягушку в воду, потому что она и сама туда прыгает, так же легко было уговорить и Гойко идти в пещеру за деньгами. Взял он большие мешки, сел на лошадь и поехал в лес. О пещере он знал и что и как делать – слышал от брата. Со страхом ехал Гойко в лес, ещё с большим страхом входил он в пещеру, но деньги доводят человека до всего, – даже до виселицы.

Вошел Гойко в пещеру и нашел все так, как говорил ему брат. Но между горами денег он не нашел старика, и очень обрадовался этому. Он достал мешки, держит их и сыплет золото внутрь. Насыпал он мешки так, что деньги едва не просыпались, и еле-еле дотащил их до ворот. А ему все еще мало; он продолжает набивать ими пазуху, карманы, рукава – все, что ни попало. Слишком жаден он был и готов был бы захватить все деньги, если бы мог донести их домой.

Подходит Гойко к воротам, а они заперты. Он хвать за ручку замка, кричит: «Отворяй!», дёргает туда и сюда – нет ничего. Думает Гойко: как быть? Снова пробует, но отворить не может. Опять кричит, стучит, силится отворить дверь – и всё напрасно. Гибнет он за свою злость; смертельный пот прошиб его от страха. Вспомнил он, что Доминко говорил ему, что без денег он свободно может уйти из пещеры. Бросил он свои деньги, пробует отворить ворота, ан нет, опять не может. Один червонец остался у него в рукаве, а он не знал этого. Он остолбенел от страха и снял с себя всё до рубашки. Ворота отворились сами. Не хочется теперь Гойко выходить наружу без мешка. Думает он, что, быть может, как-нибудь хитростью удастся ему вытащить с собой мешок с червонцами. Однако ворота не подаются – заперлись. Как только он возьмётся за мешок рукой, ворота затворяются. Наконец он рассвирепел, давай силком тащить мешки через ворота, стучать в них как бешеный. Вдруг явился старик, схватил Гойко за волосы, ударил его головой о воротный столб и убил до смерти. И никто уже больше не видал Гойко.

Бедняк и духи

В одном селе была хорошая мельница, но ночью никто не заходил в неё, потому что все боялись духов, которые приходили туда каждую ночь и если кого-нибудь находили на мельнице, то тут ему и конец приходил. В этом же селе жил один бедный человек; денег у него не было, а детей полная хата. Пришлось раз этому бедному идти ночью на мельницу, чтобы намолоть себе и детям немного муки. Муку нужно набрать на мельнице, где собираются духи, да и детей жаль: плачут от голода. «Э, будь что будет!» Взял бедняк осьмину ржи и пошёл на мельницу. Один он знал, каково ему придётся, но решился не продавать своей головы дёшево.

Придя на мельницу, он прежде всего запер ворота, но так крепко, что пятьдесят быков не смогли бы выбить их. Только зашло солнце, стемнело на дворе, видит бедняк, идёт какое-то чудовище большое, голое, зубы большие, белые, руки длинные, чёрные глаза горят, словно две свечки. Это и был дух. Постучал он в ворота, видит – заперты; подпёр он их плечами, затворы лопнули и ворота раскрылись во всю ширину. Бедняк забился в уголок, а зубы у него так и стучат от страха. Дух как только вошёл на мельницу, – сразу спрашивает:

– Что ты тут делаешь?

А бедняк еле-еле выговорил:

– Мелю рожь, потому что у меня хлеба нет.

Заскрипел дух зубами и свирепо посмотрел на человека; потом взял он жернов да как сдавит его руками, даже вода полилась из камня, словно дождь из тучки.

– Знаешь ты, – говорит чудовище бедняку, – что я и из тебя также выжму воду.

Видит бедняк – дело плохо, придется умирать, расхрабрился, вынул из мешка творог, стиснул в руке, а из него сыворотка так и брызнула во все стороны.

– Ну и я могу тоже выжать из тебя воду, – говорит он чудовищу.

А чудовище удивилось его молодечеству, испугалось и говорит:

– Давай побратаемся.

Согласился бедняк побрататься с ним. Между тем рожь уже смололась. Дух и говорит:

– Эй, брат, неси ты муку домой, да приходи назад. Пойдем мы с тобою по свету да и ко мне зайдем.

Послушался человек, отнес муку домой и вернулся на мельницу, а дух опять говорит:

– Ну что ж, идем, что ли?

– Идем, – говорит человек.

И пошли они по свету.

Долго шли они вместе, пока не пришли в пустынное место, где жили духи. Дал дух бедняку отдельную комнату, а в другой жила старуха-мать побратима. Увидевши бедняка, старуха подошла к нему и сказала:

– Иди, сынок, я закрою тебя своими крыльями, потому что как вернутся братья твоего названого брата, легко могут убить тебя.

Послушался бедняк старухи и спрятался под её крыльями. Немного спустя прилетели и братья его побратима. Только что они взошли, сразу и говорят:

– Здесь кто-то есть.

А старуха им отвечает:

– Есть здесь, детки, побратим вашего брата.

– Ну, – говорят они, – пусть он выйдет, мы посмотрим и поговорим с ним.

Вылез бедняк, услышавши это, а тут явился и его побратим и рассказал братьям о богатырстве бедняка, как он из белого камня воду выжал. Братья стали просить бедняка бросать с ними большой камень и показать свою силу. Сильно испугался бедняк. Ведь если он не поднимет камня – его убьют, потому что увидят, что он слаб, как и другие люди. «Что ж, – думает он, – пойду с ними. Пусть будет, что Бог даст».

Пришли они на морской берег. Бедняк думал, что ему дадут небольшой, а ему показали огромный, тяжелый камень. Взял один дух и бросил на двести саженей, взяли другой и третий и бросили ещё дальше и, наконец, дали камень бедняку. Еле-еле поднял бедняк камень и уставился глазами на небо. Спрашивают его духи:

– Чего ты смотришь на небо?

– А хочу этот камень бросить за облака.

Духи взяли у него камень и говорят:

– Оставь, оставь! За этот камень достанется нам от отца; ему нечем будет бросать. Оставь его: мы и так видим, что ты сильнее нас.

А бедняк едва дождался этого: камень ему все руки оттянул.

Вернулись они домой и духи дали бедняку воловью кожу, чтоб он принес воды к обеду. Еле-еле поднял бедняк кожу и пустую чуть доволок до ручья. «Ну, – думает он про себя, – если я пустую кожу едва доволок, так что же будет с полной?» И стал он запруживать ручей и собирать всю воду в одно место. Ждали, ждали духи, пока он запруживал реку, и, наконец, пришли сами за водой. Увидели они, что он делает, и спрашивают:

– Что это ты делаешь?

А он им отвечает:

– Хочу вот забрать всю эту воду, чтобы не ходить часто: уж очень мала эта бычачья кожа.

Услышали духи, чего он хочет, и закричали в один голос:

– Не делай этого, а то ты нас совсем без воды оставишь.

Тут один из чудовищ налил воды в кожу, и они пошли домой, а следом за ними и бедняк, благодаря Бога за избавление от такой беды.

Приказали они опять бедняку идти в лес и принести один дуб. Пошёл бедняк с верёвкой за дровами. Пришедши в лес, бедняк подумал: «Что мне делать? Дуба поднять я не могу, а не принесу – они убьют меня». Думал он, думал и, наконец, додумался: распустил верёвку и охватил ею порядочный кусок леса. Опять не дождались духи, прилетели сами.

– Что ты тут затеваешь? – спросили они.

А бедняк отвечает:

– Да вот хочу всё, что я охватил верёвкой, вырвать с корнем и донести домой, чтоб не ходить часто за дровами.

Опять закричали на него духи:

– Что ты без дров нас хочешь оставить?

Вырвал дух один дуб с корнями и потащил домой, а бедняк опять пошёл за ним.

Пришёл дух домой и рассказал, как бедняк хотел весь лес вырвать. Удивились все его богатырству и стали думать, как бы бедняка со света сжить и, наконец, решили, когда он крепко уснёт, обварить его кипятком. Но бедняк подслушал их разговор и услышал, как около полуночи стали разводить огонь и наливать воду. Смирно лежал бедняк в своей постели и ждал смерти.

Ожидая смерти, он водил глазами, высматривая, куда ему уйти, и вдруг на полке увидел седло. Схватил бедняк седло, завернул его в попону, занес его в постель, а сам залез за печку. Едва он успел спрятаться за печку, как пришли духи с котлами кипятку и сразу вылили его на седло и попону, так что попона сморщилась.

– Ага, – сказали они, – он уже умер, вишь как заворочался.

Ушли они из комнаты, а бедняк вытащил седло, снова положил его на полку, а сам прикрылся попоной. Назавтра рано утром пришли духи посмотреть на бедняка и вынести его труп на двор. Вошли они, а один из них и ударил бедняка, а тот как вскочит, да как закричит на них:

– А вот встану и до смерти изобью вас.

Испугались духи, увидевши его живым, и давай спрашивать:

– Не слышал ли ты сегодня чего-нибудь ночью?

А он им и отвечает:

– Слышать ничего я не слышал, только ночью мне очень жарко было. Верно, комната сильно была натоплена.

Услышавши это, духи ушли от него прочь.

А вечером опять они сговорились убить его железным молотом. Бедняк опять подслушал этот разговор, положил седло в постель, а сам, как и в первую ночь, спрятался за печку. Около полуночи вошли они в комнату бедняка с железными молотами и стали бить по седлу, так что оно заскрипело и затрещало, а один и говорит:

– Слышите, как грохочут его кости и ломаются ребра?

– Завтра увидим, что с ним сталось. – И ушли.

А бедняк вылез из-за печки, вынес поломанное седло на двор, а сам покрылся пробитой попоной.

Рано утром опять пришли духи и стали толкать бедняка ногами. Когда ему надоели удары, он вскочил с постели из-под попоны, и духи стали его спрашивать:

– Слышал что-нибудь ночью?

– Слышал, – отвечал он, – что-то кусало меня ночью, да не знаю что.

Опять стали они думать, как бы им избавиться от бедняка, и решили ночью сжечь дом, а с ним и бедняка.

Вот ночью стали они носить солому и класть ее вокруг дома. Но в комнате, где спал бедняк, стоял большой сундук, а в нем немало червонцев. Утопающий и за соломинку хватается, так и наш бедняк; видя, что деваться ему некуда, все равно пропадать, взял ключ, отворил сундук, влез в него и заперся изнутри. Духи ночью вынесли все свое имущество из дому, а вместе с тем и сундук, в котором сидел бедняк. Зажгли они со всех сторон дом. Пока горел огонь, радовались и веселились они, думая, что избавились от этого силача.

Когда догорел дом и пламя потухло, духи уснули, где кто лег, а бедняк вылез из сундука и лег в пепел сгоревшего дома, где была его постель. Ранним утром пришли духи и давай скакать по пеплу, а бедняк как закричит на них изо всех сил. Испугались они больше чем прежде. Как бедняк мог жить и после такого случая?

– Эй, – заговорили они, – если ты жив, чувствовал ли ты что-нибудь в эту ночь?

А он им отвечал:

– Что я чувствовал – сам не знаю, только было мне нынче порядочно жарко.

Видят они, что ничего не могут сделать бедняку, позвали его к себе и говорят:

– Видишь что, – долго ты у нас был и больше держать не можем. Возьми что хочешь и иди домой.

– Хорошо, – ответил бедняк, – отдайте мне вот этот сундук и всё, что в нём есть. Я унесу его и уйду от вас.

Согласились они. Только побратим бедняка сказал, что он его проводит до дому и поможет ему нести сундук.

Пошли они вдвоём; шли целый день и только к вечеру, голодные и усталые, пришли к дому бедняка.

– Смотри, товарищ, – говорит бедняк, – вот и мой дом.

Вошел тот в дом, отдохнул и простился со своим побратимом. А бедняк тем богатством поправил свои дела и зажил как следует.

Царевич

Был у одного царя единственный сын. Случилась в соседнем царстве война, и пошёл на войну царевич. Отец снарядил его прекрасно, как прилично царскому сыну: всего дал ему вволю. В дороге пришлось царевичу ехать по морю. Вдруг поднялся ветер, взволновалось море, и его корабль разбился о камни. Всё потонуло у царевича, и он остался один-одинёшенек.

– Эх, какое несчастье, – говорит царевич, – куда ни глянь – земли не видно: сиди на камне или прыгай в воду.

Так жаловался царевич; и стал он искать хоть какой-нибудь тропинки на этом каменном острове и, наконец, нашёл её на самом берегу. Со слезами пошёл он по ней и наткнулся на дверь в камне. Через эту дверь вошёл царевич в камень и нашёл там старика с белой бородой до пояса. Спрашивает царевича старик:

– Как ты, добрый человек, попал на этот каменный остров?

Царевич рассказал ему, как он отправился на войну, как разбился его корабль и, наконец, сказал:

– Я теперь прошу тебя, как родного отца, доставить меня, если можешь, куда-нибудь на сушу.

Но старец потряс седой головой и сказал:

– Не могу, братец: я о суше ничего не слышал, не только не видел; но у меня есть старший брат и мне подчинено шесть стай орлов, которые и отнесут тебя к моему брату. Если он тебе не поможет – ну, так я не знаю, что делать. А вот и письмо тебе, чтобы брат знал, что ты был у меня.

Потом старец достал из-за пазухи серебряный свисток и засвистал. Поднялся шум, словно подул ветер, и прилетело шесть стай орлов. Старик сказал им, зачем он их позвал, и орлы, узнавши, в чём дело, подхватили царевича и через море перенесли его на другой каменный остров. На этом острове было жилище старшего брата, а сам он был старик с белой бородой до пояса и седыми волосами до плеч. Царевич сейчас подал ему письмо брата, а он, прочитавши письмо, говорит царевичу:

– Эх, братец, я сам иду на войну и поэтому ничего тебе не могу сказать, пока не вернусь. Ты подожди меня здесь, в моём доме, и ничего не бойся; если ты проголодаешься, так кушанья и напитки сами явятся перед тобой. Вот тебе ключи от девяти комнат; всё ты можешь отворять, но девятой не смей. Отворишь девятую дверь – покаешься, не отворишь – тоже покаешься.

Ушёл старик на войну, а царевич остался один. Всё у него было: захочет обедать – обед уже перед ним; захочет ужинать – ужин уже стоит готовый. И никого не видит царевич, кто ему приносит обед и ужин. Проходил день за днём, а он всё один да один. Надоело, наконец, царевичу быть одному и ходить по всем восьми комнатам, и стал он думать, что бы такое могло быть в девятой комнате, о которой ему старик сказал: «Отворишь – покаешься и не отворишь – покаешься. Да что тут думать, была не была», – подумал царевич и отворил девятую комнату.

Отворил царевич девятую комнату и видит там прекрасный луг, а на лугу золотые цветы и одна золотая роза. Под розой голубое озеро. Разбежались глаза у царевича; смотрит он туда, сюда и видит он следы: будто кто к озеру ходит. Удивительным всё это ему показалось; спрятался он в розовый куст, думая посмотреть, кто это к озеру ходит. Немного прошло времени, вдруг что-то зашумело, и прилетели две голубки и обратились в двух таких прекрасных девушек, что глаза на них не могли насмотреться.

Как только увидел их царевич, сразу выскочил из розового куста, схватил перья одной голубки-девушки и спрятал за пазуху. Вышли из озера обе девушки, накупавшись вволю; одна тотчас превратилась в голубку и улетела, а другая осталась и говорит:

– Я твоя до смерти.

Так и стали они жить вдвоем остальное время. Царевич носил перья за пазухой и никогда не расставался с ними. Раз только вышел царевич из дому и забыл перья. Только что он вспомнил и вернулся назад, чтобы взять перья, ан перьев нет, а вместо них сидит голубка и говорит:

– Если ты найдешь стеклянный город, то найдешь и меня.

Сказала голубка это и улетела.

Горюет царевич о ней, а тут старик вернулся и говорит:

– Разве я не запретил тебе отворять девятую дверь?

Отвечает ему царевич:

– Отец ты мой, родной мой! Не слышал ли ты или не видел где-нибудь стеклянного города?

Потряс старик седыми волосами и белой бородой и говорит:

– Дитятко, никогда я не слышал и не видел сухой земли; всё время живу я на море. Но мне подвластны шесть стай орлов, и спрошу я у них, не слышал ли кто из них о суше.

Вынул старик из-за пазухи золотой свисток и засвистал. Только что он засвистал, поднялся шум, словно ветры подули, и прилетело шесть стай орлов. Стал их старик по порядку спрашивать, не был ли кто на суше, а они отвечают:

– Хозяин, никто из нас не был.

Опять спрашивает старик:

– Все ли вы пришли? Не остался ли ещё кто-нибудь?

Отвечают орлы:

– Ещё, хозяин, остался один старый орел; не мог он прилететь: от старости у него перья выпали.

– Ну, так ступайте и принесите его на себе, – сказал старик.

Улетели орлы и принесли старого орла. Увидел его старик и говорит:

– Старичина, был ли ты когда-нибудь на суше?

– Был, хозяин! – отвечает старый орел. – Около стеклянного города родила меня мать.

Очень понравилось это старику, и он сказал:

– Старичок ты мой! Вот этого царевича надо перенести на сушу: как бы это сделать?

– Ничего, – отвечает орел, – я теперь и стар и слаб, но корми меня целый месяц, я помолодею и опять у меня вырастут крылья.

Согласился хозяин и кормил орла целый месяц, а как прошёл месяц, отросли у орла крылья. Взвился орел под облака и, вернувшись назад, говорит хозяину:

– Ещё прокорми меня пятнадцать дней, чтоб мог я лететь и день и ночь.

Прокормил старик орла ещё пятнадцать дней, а орел говорит царевичу:

– Ну, теперь довольно; садись на меня, но возьми на прокорм мне трёх баранов и три меха воды. Как только я оглянусь направо – давай мне мяса; оглянусь налево – давай воды.

Сел царевич на орла, а он расправил крылья и взвился под небо. Так летели они девять дней и девять ночей. Подлетали они уже к земле. Оглянулся орел, чтобы сесть мяса, а у царевича мяса нет. Что делать? Отрезал царевич икру от своей ноги, чтобы своим мясом накормить орла. Узнал орел, что это мясо царевича, не захотел есть и спрятал его под язык. Донёс орел царевича до земли, спустился на долину, а царевич слез на траву и идти не может. Спрашивает у него орел:

– Что же ты не идёшь? Ведь я принёс тебя на сушу?

Царевич рассказал ему, что случилось, а орел достал из-под языка его мясо, приложил к ране, нашёл какую-то траву и помазал ею рану. Царевич сейчас же выздоровел и вскочил как олень. Орел опять взял его и принёс в стеклянный город. Тут он нашёл свою невесту: она его встретила с радостью и повенчалась с ним. И жили они долго, весело и хорошо.

Дворец ни на небе, ни на земле

Пришло время лезть по ремню, и опять отказались старший и средний братья, а полез самый младший. Влез младший брат во дворец, стал там ходить туда, сюда и в одной комнате нашёл сестру. Она сидела на диване, а змей спал, положивши голову на диван. Увидевши брата, сестра испугалась и стала просить потихоньку, чтобы он бежал, пока змей не проснулся. Брат не согласился, а, взявши дубину, размахнулся и ударил змея по голове. Почесал змей во сне по ударенному месту и говорит девушке: – Смотри, меня что-то здесь укусило. Только что он это сказал, а царский сын опять ударил его по голове. Змей опять говорит: – Снова меня что-то укусило.

В третий раз замахнулся царевич, чтобы ударить змея по голове, а царевна посоветовала ему ударить змея в живот. Только ударил царевич змея в живот – издох змей, а царевна столкнула его голову с дивана и бросилась к брату. И очень они обрадовались тут друг другу.

Сестра повела брата по всему дворцу. Привела она его в одну комнату, а там стоит привязанный к яслям вороной конь и сбруя на нём вся серебряная. Потом повела она его в другую комнату, а там белый конь за яслями, а сбруя на нём из червонного золота; наконец, привела она его и в третью комнату, где был рыжий конь в сбруе, усыпанной дорогими камнями. Прошли они эти комнаты, и сестра повела царевича ещё в одну комнату, где сидела за золотыми пяльцами девушка и вышивала золотом, потом в другую, где девушка пряла золотые нити. Наконец зашли они ещё в одну комнату, где третья девушка низала бисер, а перед ней на золотом столике собирала бисер золотая курица.

Обойдя и осмотревши всё, вернулись они в ту комнату, где лежал мёртвый змей. Вытащил царевич его вон и бросил на землю. А братья как увидели змея, так чуть не умерли от страха. Затем младший брат спустил сестру своим братьям и девушек, назначая кому какую брать, а спустивши третью, с золотой курицей и пяльцами, назначил её для себя. Братья, позавидовавши его молодечеству и тому, что он нашёл и спас сестру, перерезали верёвку, чтобы он не мог слезть, а сами взяли на поле одного молодого пастуха овец, приодели его и повезли к отцу вместо брата, строго приказавши сестре и девушкам никому не говорить об их поступке.

Спустя несколько времени узнал младший брат в своём дворце, что его братья и пастух женятся. В тот день, когда женился старший брат, младший сел на вороного коня, прилетел туда, когда сваты выходили из церкви, ударил дубиной жениха так, что тот сразу упал с лошади, и сам опять улетел. Узнавши, что средний брат женится, он опять в то время, когда выходили сваты из церкви, сел на белую лошадь, полетел туда и так ударил жениха дубинкой, что он упал с лошади, а сам улетел назад. Наконец узнаёт он, что пастух женится на его невесте; взял он рыжую лошадь, и когда сваты выходили из церкви, он так ударил жениха, что тот мигом упал с лошади. Сваты бросились хватать его, но он и не захотел бежать от них, а остался на месте, чтобы показать, что он, а не этот пастух, – самый младший царский сын; что братья из зависти оставили его в том дворце, где он нашёл сестру и убил змея, и всё это подтвердили и сестра и девушки. Услышавши это, царь страшно рассердился на своих старших сыновей и удалил их от себя, а младшего поженил на избранной девушке и сделал своим наследником.

Стойша и Младен

Жил один царь, а у него было три дочери, которых он держал взаперти. Когда девушки стали невестами, отец в первый раз отпустил их в хоровод. Только что они пришли в хоровод, как подул сильный ветер и унёс их. Испугался царь, увидевши, что нет дочерей, и разослал слуг во все стороны искать их. Вернулись слуги и говорят, что нигде не могли найти царевен. Царь с горя заболел и умер. Скоро после смерти царя царица родила сына и назвала его Стойша. Стойша, выросши, стал таким молодцом, каких мало. Минуло Стойше восемнадцать лет, он и спрашивает мать:

– Ради Бога, мать, скажи мне, разве у тебя нет детей кроме меня?

Мать вздохнула, заплакала, но не осмелилась сказать, что у неё были три дочери, но что они исчезли. Она боялась, что Стойша пойдёт искать их по свету, и она и его потеряет. Однако Стойша, увидевши, что мать плачет, стал просить и заклинать её сказать ему о причине этого. Тут мать рассказала всё по порядку, как у неё были три дочери прекрасные, как розы, как их не стало и как их везде искали. Услышавши это, Стойша сказал:

– Не плачь, матушка! Я пойду искать их.

Мать при этих словах ударила себя в грудь руками и воскликнула:

– О я несчастная! Скоро мне придётся остаться и без сына!

Стала она отговаривать его идти, молила остаться, потому что ведь это было давно, и Бог знает, живы ли до сих пор его сестры? Но он не позволял отговаривать себя и сказал:

– Скажи мне, мать, если отец мой был царь, то где то оружие, которое он носил? Где тот конь, на котором он ездил?

Мать, видя, что Стойша не останется, сказала, что его отец с горя пустил коня на луг, а оружие бросил на чердак. Стойша тотчас нашёл заржавленное оружие и вычистил его так, что оно стало как новое; потом пошёл он на луг и нашёл коня. Привёл его Стойша домой, поставил в стойло, стал кормить и холить, так что через месяц конь стал как птица, притом он был крылат и похож на змея. Сделавши всё это, он пошёл к матери и говорит:

– Нет ли у тебя какого-нибудь знака от моих сестёр, чтобы они могли узнать, что я их брат.

А мать с плачем ему отвечает:

– Есть у меня три платка, что они своими руками вышивали.

Достала она платки и подала ему. Поцеловал Стойша у матери руку, сел на лошадь и поехал по свету искать сестёр.

Долго ехал он и подъехал к большому городу. Около города был фонтан, из которого носили воду в город. Подъехал Стойша к фонтану, напился воды и лёг в тени отдохнуть, прикрывши лицо платком, чтобы мухи не кусали. В это время одна девушка пришла из города за водой и увидела Стойшу, спавшего в холодке. Увидевши на нём платок, девушка глубоко вздохнула; наливая воду, она всё продолжала смотреть на юношу.

Заметив это, Стойша её спрашивает:

– Что ты, сестра, так смотришь на меня? Или ты давно людей не видала, или что-нибудь узнаёшь у меня?

А она ему отвечает:

– Братец, я у тебя узнаю платок, что я сама вышивала.

Тут Стойша встал и спросил её, откуда она, какого происхождения? Ответила ему женщина, что она царская дочь, из такого-то и такого города, что их было три сестры, но ветер унёс их всех.

Услышавши это, Стойша открылся ей и говорит:

– Я твой брат и родился вскоре после того, как вас унесло вихрем.

Сестра заплакала и сказала:

– Дорогой братец! Все мы три в руках змеев. Их три брата, и все они живут каждый в своём доме.

Потом они взялись за руки и отправились во дворец змея. Во дворце сестра отлично приняла и угостила брата, а перед вечером и говорит ему:

– Братец, змей огненный рассердится на тебя и станет жечь тебя огнём. Дай я спрячу тебя, чтобы он не сжёг.

Отвечает ей Стойша:

– Сестра, скажи ты мне, что он ест?

Отвела его сестра в другую комнату, а там лежит целый жареный бык, целая печь хлеба и бочка вина.

– Вот его пища, – говорит сестра.

А Стойша и говорит:

– Ну, сестра, я ещё повоюю с ним.

Стал Стойша ужинать, сестра и говорит ему:

– Как станет змей бросать свою палицу перед домом, – знай, что он идёт домой.

Не успела она сказать этого, палица взвилась выше дома, а Стойша быстро выскочил из дома и не дал палице упасть на землю, а оттолкнул её рукою так, что она опять улетела на версту. Увидевши это, змей закричал:

– Какая это сила бросает мою палицу от моего дома? – и с этими словами он возвратился назад, взял палицу и пошёл домой. На дворе к нему вышла царевна, а он кричит на неё:

– Кто у тебя во дворце?

– Мой брат, – отвечает она.

– А зачем он пришёл? – спрашивает змей.

– Чтоб увидеть меня, – отвечает царевна.

Змей сердито закричал на неё:

– Не увидеть, а увести тебя.

Услышавши этот разговор на дворе, Стойша вышел к змею; змей как только увидел Стойшу, так и бросился на него, но тот не струсил, схватил змея и потащил его.

Поборол Стойша змея, повалил его на землю и спрашивает:

– Чего хочешь ты теперь?

А змей отвечает:

– Если бы ты был подо мною, я знал бы, что мне делать.

– Ничего я тебе не сделаю, – сказал Стойша и отпустил змея.

Змей взял его за руку, они пошли во дворец и веселились семь дней.

Через семь дней Стойша спросил змея о двух других зятьях, огненных змеях. Показал ему змей, как найти дорогу в другой город, где живёт второй змей, который покажет ему дорогу к третьему.

Собрался Стойша в дорогу и, попрощавшись с сестрой и зятем, пошёл ко второму змею. Шёл он, шёл и пришёл к одному городу, около которого был фонтан, откуда носили воду в город. Напился Стойша воды и лёг в холодок отдохнуть, покрывшись одним из шитых платков, чтобы мухи не кусали. Спустя немного времени пришла за водой одна женщина. Увидела она Стойшу и платок и вздохнула. Наливает она воду и всё смотрит на Стойшу, а наливши, не могла уйти без того, чтобы не посмотреть на него. Заметил это Стойша и говорит:

– Что это значит, что ты так на меня смотришь? Или ты давно человека не видала, или что-нибудь узнаёшь у меня?

А она ему отвечает:

– Братец, узнаю у тебя платок, что я сама вышивала.

Вскочил Стойша на ноги и сказал, что он её брат, и рассказал о том, что случилось у первой сестры. Заплакала сестра, узнавши брата, взяла его за руку и повела во дворец змея.

Во дворце сестра угостила брата, а с наступлением ночи сказала:

– Братец, прилетит змей и начнёт жечь тебя огнём. Давай я тебя спрячу.

А Стойша спрашивает её:

– Сестра, скажи ты мне, где его ужин?

Отвела его сестра в другую комнату, а там стоят два жареных быка, две печи хлеба и две бочки вина.

– Вот его ужин, – говорит сестра.

А он, увидевши это, сел, скрестивши ноги, за ужин; потом вскочил и говорит:

– Ага, сестра, я ещё с ним повоюю!

Когда Стойша ужинал, тогда сестра сказала ему:

– Как только увидишь, что кто-то бросает палицу, то знай, что это возвращается змей.

Только что она это сказала, – летит палица выше дома, а Стойша выскочил из комнаты, не дал палице упасть на землю, а оттолкнул её рукою.

Удивился змей, увидевши это, и сказал:

– Какая это сила гонит меня от моего дома!

С этими словами он вернулся назад, взял палицу и пошёл домой. Вышла царевна во двор навстречу змею, а он кричит на неё:

– Кто у тебя в доме?

– Брат, – говорит царевна.

– А он зачем пришёл? – спрашивает змей.

– Пришёл меня увидеть.

– Не увидеть, а увести тебя, – сердито закричал змей.

Слышит Стойша этот разговор, вышел из дома, а змей и налетел на него. Дождался его Стойша, схватил руками и понёс. Поборол он змея, повалил на землю и говорит:

– Что мне с тобой делать?

А змей ему отвечает:

– Если б ты был подо мной – я знал бы что делать.

Говорит ему Стойша:

– Я тебе ничего не сделаю, – и отпустил его.

Змей взял его за руку, повёл в дом, и они там веселились целую неделю. Прошла неделя, и Стойша спросил о третьем зяте. Змей рассказал ему дорогу, как идти, чтобы найти город, где жилище третьего брата.

Попрощавшись с сестрой и зятем, Стойша отправился в путь искать третьего змея. Долго он шёл и опять пришёл к одному городу и перед городом увидел фонтан, из которого все горожане носили воду. Напился Стойша воды и лёг в холодок немного отдохнуть, закрывшись одним из трёх платков, чтобы его не кусали мухи. Спустя немного пришла за водой одна женщина и, увидевши платок на Стойше, вздохнула. Наливая воду, она всё смотрела на Стойшу, и наливши, не могла уйти без того, чтобы не взглянуть на него. Заметил это Стойша и спрашивает её:

– Что это значит, что ты так на меня смотришь? Или ты давно не видала человека, или что-нибудь у меня узнаёшь?

– Брат, – отвечает она, – узнала я у тебя платок, что я вышила своими руками.

Стойша вскочил на ноги, объявил ей, что он её брат, и сказал о том, что было у первых двух сестёр. Заплакала сестра, узнавши, что это её брат; взялись они за руки и пошли домой. Во дворце сестра отлично приняла и угостила брата, а когда наступила ночь, сказала:

– Увидит тебя змей, рассердится и станет тебя жечь огнём. Чтобы он тебя не погубил – спрячься.

А Стойша отвечает ей:

– Сестра, покажи мне ужин змея.

Она отвела его в одну комнату, где стояло три жареных вола, три печи хлеба и три бочки вина.

– Вот его ужин, – говорит сестра, а он, увидевши это, опять сел за ужин, а затем вскочил на ноги и говорит: – Ну, сестра, я ещё с ним справлюсь!

Во время ужина сестра и говорит:

– Как полетит палица выше дома, – это знак, что возвращается змей.

Только что она сказала это, как палица взвилась выше дома, а Стойша быстро выскочил из дома, не дал палице упасть на землю, а схватил её и оттолкнул.

Удивился змей, увидевши это, и говорит:

– Какая это там сила гонит меня от моего дома!

Он вернулся назад, взял палицу и пошёл домой. Пришёл он домой, царевна вышла к нему во двор, а он и кричит ей:

– Кто там у тебя дома?

– Мой брат, – отвечает она.

– А зачем он пришёл? – спрашивает змей.

– Пришёл увидеть меня.

– Не увидеть, а увести, – сердито зарычал змей.

Слышит Стойша этот разговор на дворе и выходит из дома, а змей, как только увидел, так и налетел на него, а Стойша схватил его и понёс. Поборол Стойша змея, бросил его на землю и говорит:

– Что мне с тобой сделать?

А змей ему отвечает:

– Будь ты у меня в руках, как я в твоих, я знал бы, что делать.

Говорит ему Стойша:

– Ну, я тебе ничего не сделаю, – и отпустил змея.

Взял змей Стойшу за руку, пошли они во дворец и пировали там семь дней.

Пошли они раз на прогулку, и на дворе Стойша заметил глубокую яму, что вела под землю, и спросил змея:

– Что это, зять? Как это можно терпеть на дворе такую пропасть? Что ты её не зароешь?

Змей отвечает:

– Эх, шурин, стыдно мне и сказать, что это. Живёт там один царь змеев, который часто воюет с нами, и вот скоро год, как мы дрались. Он всегда всех нас трёх побьёт, а сам и уходит в эту пропасть.

– А что, зять, – говорит Стойша, – нападём-ка на него, пока я здесь, авось побьём его.

– Нет, – отговаривается змей, – я никак не могу сделать этого раньше, чем не кончится год.

Видит Стойша, что змей отказывается идти, и решил сам идти искать царя змеев. Пошёл Стойша и скоро дошёл до дома, а на верху этого дома стоит заяц. Стойша и спрашивает слуг, что этот заяц там на верху делает. Отвечают слуги:

– Если б этого зайца кто-нибудь сбросил с крыши, он сейчас бы сам себя заколол, снял бы сам с себя шкуру, сам бы зажарился и подался на стол, чтобы его съели; но этого никто не смеет сделать, опасаясь потерять голову.

Услышавши это, поднялся Стойша на своей лошади и сбросил зайца, а заяц сам себя заколол, сам с себя снял шкуру, сам изжарился и сам стал на стол. После этого Стойша вошёл во дворец змея, чтобы прилечь в холодке, а слуги как увидели, что он сделал, начали говорить:

– Беги, молодец, куда глаза глядят, пока не пришёл змей, а то худо будет, если он найдёт тебя.

А Стойша им отвечает:

– Очень боюсь я вашего змея! Пусть придёт и покушает зайца.

Спустя немного показался змей. Увидевши, что зайца нет, он закричал на слуг:

– Кто это сделал?

А они ему отвечают:

– Пришёл какой-то чужой, сбросил зайца, а сам пошёл во дворец.

Говорит змей:

– Ступайте и скажите ему, чтоб он убирался со двора; а то как я приду к нему, так от него и косточки не оставлю.

Пошли слуги во дворец и говорят ему, что приказал змей, а Стойша возразил им:

– Идите и скажите змею, что если ему жаль зайца, так пусть выходит со мной на бой.

Как только сказали это змею, он вскочил и бросился во дворец, а Стойша дождался его и схватился с ним. Ни сам Стойша не поддаётся, ни змея одолеть не может. Наконец говорит Стойша змею:

– Как твоё имя?

– Моё имя Младен, – отвечает змей.

– И я самый младший у отца и матери, – говорит Стойша.

Тут они помирились и побратались и поклялись друг другу жить по-братски.

Спустя некоторое время говорит Стойша змею:

– Чего ты ждёшь тех змеев, что там наверху? Давай ударим на них и раньше года.

Согласился царь змеев, и пошли они вдвоём бить тех змеев. Как только те три змея услышали, что Стойша подружился с царём змеев и что оба они идут на них, они очень испугались, собрали большое войско и пошли против них; а они напали на всё войско, разбили и уничтожили его, а трёх змеев убили.

После этого Стойша отправил своих сестёр и богатства их к матери, а змею-побратиму оставил дома и царство змеев. Мать отдала своё царство Стойше, и он царствовал до самой смерти.

Дурак

Было себе три брата: двое умных, а третий дурак. У братьев был сенокос, который каждый год давал им отличное сено. В один год, когда они скосили сено и сложили в стог, пришёл кто-то и съел всё сено. На второй год опять сложили братья сено в стог, хорошенько огородили его и решили стеречь. Прежде всех пошёл стеречь старший брат. В полночь в соседнем лесу поднялся шум и треск; старший брат испугался и ушёл. Пришли на другой день – нет сена ни чуточки. На третий год отправился средний брат стеречь сено, но и с ним случилось то же самое, что с первым. На четвёртый год пошёл стеречь сено младший брат, дурак. В полночь поднялся в ближайшем лесу страшный шум и треск, но дурак ничего не боялся, забился под стог и ждёт, что будет. Вдруг сразу прибегают три лошади: одна белая, другая рыжая, а третья чёрная, как ворон, и все в великолепной золотой сбруе. Как только они подошли к стогу, дурак схватил белую лошадь за гриву и закричал:

– Вот вы мне теперь поплатитесь за то, что три года моё сено ели!

Белая лошадь ему и говорит:

– Не бей ты нас, а лучше вырви у всех трёх по волоску из гривы, а когда тебе нужно будет, поднеси волосок к огню, и мы сейчас явимся.

Послушался дурак, вытащил из гривы каждой лошади по волоску, а лошади ушли туда, откуда пришли.

На рассвете пришли братья наведаться. Увидели они, что стог цел, и от злобы и зависти утащили его домой.

В это время задумал царь сына женить и велел выкопать ров в несколько саженей длины и несколько саженей ширины. Потом через герольда царь объявил, что по одной стороне он поставит царевну и три меры червонцев. Кто перескочит ров, тот возьмёт и червонцы, и царевну. При объявлении этого были и два брата дурака и вечером рассказали о том, что объявлял герольд. Назавтра утром они пошли посмотреть, кто перескочит и получит награду.

Как только братья ушли, дурак взял волос белой лошади и поднёс его к огню. Вдруг, откуда ни возьмись, появилась белая лошадь в золотой сбруе, с великолепным седлом, а на седле царская одежда лежит. Дурак нарядился, сел на лошадь и поехал ко рву. Подъехавши ко рву, дурак перескочил его, схватил царевну и червонцы и скрылся как молния. Погнались за ним царские солдаты, чтобы задержать его, но не только поймать, но даже увидеть его не могли. Приехавши домой, дурак запер царевну и деньги в отдельную комнату. Вернулись братья и стали рассказывать:

– Приехал кто-то на белом коне, перескочил ров и увёз царевну.

А дурак говорит братьям:

– Дорогие братья, да не я ли это был?

Заругали они его:

– Молчи, дурак! Где тебе достать такую лошадь и такое платье?

На другой день царь выкопал ров ещё шире и поставил за ним вторую царевну и три меры золота. Около рва он поставил солдат и приказал им схватить того, кто перескочит. Опять братья дурака сами пошли, а его не пустили. Как только они ушли, сунул дурак в огонь волос рыжей лошади. Едва загорелся волос, явился рыжий конь с царским платьем. Переоделся дурак, поехал ко рву, опять схватил царевну и деньги, а поймать его не могли.

Пришли братья домой и рассказывают:

– Сегодня, братец, приезжал другой, на рыжей лошади, но хоть он переменил лошадь и платье, но нам кажется, что это тот же, что был и вчера.

А дурак опять говорит:

– Дорогие братья, да не я ли это был?

– Чего не придумает дурак, – закричали на него братья, – откуда у тебя могут быть такие лошади и такие платья?

На следующий день царь поставил третью дочь и три меры золота. И опять дурак перескочил ров на вороной лошади, но когда он схватил царевну и золото, царь крикнул солдатам:

– Держите зятя, чтоб видеть, кто уносит царевну!

Но дурак нёсся так быстро, что ветер не догнал бы его, не только царские солдаты.

Вечером вернулись братья и стали ему рассказывать:

– Дорогой брат! Всё один и тот же приезжал, только теперь на вороной лошади.

А дурак им опять говорит:

– Дорогие братья, да не я ли это был?

Насмехаются над ним братья:

– Эх ты, дурень!

Когда братья кончили, дурак и говорит им:

– Вы говорите – не я! Ну так пойдёмте в эту комнату и посмотрим, солгал ли я?

Вошли они в комнату, а там три царевны, девять мер золота и три коня, на которых он ездил. Дурак отдал старшую царевну старшему брату, среднему – среднюю, младшую, самую красивую, оставил себе, а деньги разделил поровну. Справили они весёлую свадьбу и стали жить да поживать в мире и согласии, и старшие братья уже никогда не смеялись над младшим.

Баба и дуб

Когда-то, кто знает когда это было, не трудились люди ходить в лес с кольями и топорами, чтобы рубить дрова, пилить их и отвозить домой. Если кому-нибудь нужны были дрова, тот шёл в лес, выбирал себе ясень, бук, дуб, берёзу и т. д. и говорил ему:

– Слышишь ты, дерево, ясень там, берёза ли, или дуб и т. д., ступай со мной в мой дом, я тебе приказываю.

И дерево всегда слушалось.

Однажды пошла одна баба в лес, чтобы взять на дрова хороший дуб. Пришла баба в лес, нашла прекрасный дуб и говорит ему:

– Слышишь, дуб, ступай за мной в дом.

Пошла баба вперёд, а дуб за бабой.

Прошли они немного, оглянулась баба и видит, как идёт дуб; ветви его свесились до земли. Подумала баба: «Что я за дура, что иду пешком и мозолю ноги, дуб меня отлично может донести». Остановилась баба и говорит дубу:

– Стой, дуб! Знаешь что? Ты велик и силён, а я стара и слаба, – донеси ты меня домой, а дорогу я тебе покажу.

– Хорошо, бабушка, – покорно ответило дерево, – садись, да держись за ветки.

Баба хоть и стара была, а взлезла на дуб, села и говорит:

– Ступай направо, около того забора.

Послушно повернулся дуб и пошёл. Но едва он подошёл к быстрому ручью и повесил над ним свои ветки, как кто-то закричал громким голосом:

– Стой, не иди дальше!

И с этих пор больше уже не слушались деревья людей, и узнали люди, как трудно рубить и возить дрова.

Баба, сидя на дереве, испугалась громкого голоса и упала вниз. Неловко упала она, ударилась и оцарапалась о шиповник, потом со слезами набрала в лесу вязанку сухих сучьев и вернулась домой. Так бывает всегда, если человек от хлеба хлеба ищет.

Золотые яблоки и девять павлинов

Жил себе один царь; было у него три сына и золотая яблоня на дворе, на которой в одну ночь цвели и зрели золотые яблоки, но кто-то каждую ночь обрывал их, и никак нельзя было узнать, кто это делает. Стал раз царь говорить своим детям:

– Куда это пропадают яблоки с нашей яблони?

Старший сын и говорит ему:

– Сегодня ночью я стану караулить яблоки, чтоб посмотреть, кто их берёт.

Как только смерклось, пошёл старший брат, лёг под яблоней, стал было караулить. Но едва начали дозревать яблоки, – он уснул, а проснувшись утром, увидел, что вся яблоня обобрана. Пошёл он к отцу и рассказал по правде всё, как было. Пошёл стеречь яблоню и второй сын, да и с ним случилось, что и с первым: он заснул под деревом и, проснувшись, увидел, что все яблоки обобраны.

Дошла очередь и до третьего сына стеречь яблоню. Собрался он, пошёл под яблоню и лёг спать. Около полуночи проснулся он, посмотрел на яблоки, а они уже начинают зреть: весь двор от них так и сияет. Вдруг прилетают девять золотых павлинов, восемь набросились на яблоню, а девятый обратился в такую прелестную девушку, что лучше и на свете нет. Долго она разговаривала с царевичем, при прощанье она похвалила яблоки, и царевич попросил её дать хоть одно. Она дала ему два: одно ему, а другое для его отца. После этого девушка опять обратилась в павлина и улетела вместе с другими.

Лишь только рассвело, пошёл царевич домой и отнёс оба яблока своему отцу. Отец был очень доволен и похвалил младшего сына. С этого времени однако павлины перестали прилетать к яблоне, и царевич стал тужить и плакать. Придумал он наконец идти по свету, искать свою красавицу и не возвращаться домой, пока не найдётся. Решивши так, пошёл он к отцу и говорит, что он задумал. Стал ему отец отсоветывать и говорит:

– Уж если хочешь жениться, – возьми любую девушку из всего царства.

Но царевич настоял на своём и с одним только слугой отправился искать девушку.

Долго шёл он и наконец пришёл к большому озеру, у которого стоял богатый дом, а в доме была старуха-царица и девушка, её дочь. Вот и спрашивает царевич старуху:

– Бога ради, бабушка, не знаешь ли ты чего-нибудь о девяти золотых павлинах?

А старуха ему говорит:

– Знаю, сыночек! Они каждый полдень прилетают купаться на это озеро. Да что тебе в них? Вот тебе моя дочь, прекрасная девушка, очень богатая.

Но царевич даже слушать не хотел, что говорила старуха о своей дочери.

Наутро встал царевич и пошёл к озеру ждать павлинов. А старуха подкупила слугу, дала ему мех, которым раздувала огонь в печке, и говорит:

– Видишь этот мех? Как пойдёте на озеро, подуй на царевича из этого меха, и он заснёт.

Так и сделал неверный слуга. Как только пошли они на озеро, слуга выбрал удобный случай, дунул из меха на своего хозяина, и он уснул, как убитый. Только что он уснул, как прилетело девять павлинов. Восемь из них пали на озеро, а девятый обернулся девушкой; девушка подошла к царевичу и стала его будить. А он ничего не чувствует – лежит, как мёртвый. Выкупались павлины и улетели все вместе. Тотчас проснулся царевич и спрашивает слугу:

– Что, прилетали они?

Слуга рассказал ему, как они прилетели, как восемь пали на озеро, а девятая подошла и стала будить его. Сильно опечалился царевич.

Утром на другой день царевич с слугой верхом отправился к озеру, чтобы всё время ездить около него. Опять слуга нашёл удобную минуту, подул на своего господина, и он уснул, как мёртвый. Только что он уснул, прилетают девять павлинов; восемь пали на озеро, а девятая к нему на лошадь и давай его будить. Но ничего она не могла сделать: царевич спал, как мёртвый. Вот и говорит она слуге:

– Скажи своему господину, что завтра он ещё может нас увидеть, а больше никогда.

И опять улетели все. Только что исчезли они, проснулся царевич и спрашивает слугу:

– Прилетали они?

А слуга отвечает:

– Прилетали, и она поручила мне сказать, что если завтра ты их не дождёшься, то не дождёшься никогда.

Слышит это царевич и не знает, что ему делать.

Утром на третий день опять отправился он верхом к озеру, но теперь он уже не хотел сидеть на лошади, а пошёл с ней рядом, чтобы не заснуть. Но слуга опять нашёл удобный случай, подул на него из меха, и уснул царевич, упавши подле лошади. Только что он уснул, прилетают девять павлинов. Прилетевши, восемь пали на озеро, а девятая подошла к лошади и стала будить царевича. Разбудить его однако было нельзя; он спал, как мёртвый. Тут сказала девушка слуге:

– Когда встанет твой господин, скажи ему, что он увидит меня только тогда, когда увидит гору на ладони.

Как только они улетели, проснулся царский сын и спрашивает слугу:

– Прилетали они?

– Прилетали, – отвечает слуга, – и одна из них, что подошла к твоей лошади, приказала мне сказать тебе, что ты тогда найдёшь её, когда увидишь гору на ладони.

Услышавши это, царевич выхватил саблю и отрубил слуге голову.

Пошёл теперь царевич один по свету; но дорогой попал он в лес, к одному пустыннику, и спросил у него, не знает ли он чего-нибудь о девяти золотых павлинах.

– Эх, сынок, – ответил пустынник, – сам Бог послал тебя сюда. Отсюда не больше дня ходьбы к ним. Ступай отсюда прямо, пока не наткнёшься на огромные ворота. Пройдёшь ворота – иди прямо и придёшь в город, где они живут.

На следующий день с рассветом поднялся царевич и, попрощавшись с пустынником, отправился в путь. Нашёл он большие ворота, повернул он направо и скоро увидел город.

Войдя в город, он сейчас спросил, где дворец золотых павлинов. У ворот его остановила стража и спросила, кто он; он назвался, и повели его к царице. Царица выбежала к нему навстречу, и узнал в ней царевич ту девушку, которую искал. Она взяла царевича под руку и повела во дворец. Большое веселье было во дворце, а через несколько дней они повенчались и стали жить здесь.

Спустя несколько времени царица поехала куда-то, царевич остался дома. На прощанье царица дала ему ключи от двенадцати комнат и сказала:

– Во все одиннадцать комнат можешь ходить, а в двенадцатую не ходи и даже не отворяй её, если тебе жалко своей головы.

С этими словами она ушла.

Оставшись один во дворце, царевич стал думать, что там такое может быть в двенадцатой комнате! Он стал отворять все комнаты по порядку. Дойдя до двенадцатой комнаты, он остановился; но стало его мучить любопытство, узнать, что там может быть такое. Наконец он отворил и двенадцатую комнату. Вошёл царевич, а там среди комнаты стоит большой чан, окованный железными обручами, и из чана послышался голос:

– Богом прошу тебя, братец! Умираю от жажды, дай мне чашу воды!

Взял царевич чашу воды и влил в чан; но только что он влил воду, лопнул один обруч. И опять послышался голос:

– Ради Бога, братец! Умираю от жажды, дай мне ещё чашу воды!

Царевич влил ещё чашу, и ещё один обруч лопнул. В третий раз послышался голос:

– Бога ради, братец! Умираю от жажды, дай мне ещё чашу воды!

Опять влил царевич чашу воды, лопнул третий обруч, развалился чан, а из него вылетел змей, подхватил по дороге царицу и унёс её.

Прибежали слуги и рассказали, в чём дело, а он, несчастный, от печали и сам не знает, что делать. Наконец решил он опять идти по свету искать царицу. Долго шёл он, наконец пришёл к морю, пошёл по берегу и видит на песке бьётся рыба. Увидевши царевича, стала просить рыба.

– Бога ради, братец, брось меня в воду; я отблагодарю тебя; возьми у меня одну чешуйку, а когда я тебе понадоблюсь, потри немного чешуйку.

Взял царевич рыбу, вырвал одну чешуйку, рыбу бросил в воду, а чешуйку спрятал.

Спустя несколько времени увидел царевич лисицу, которая попалась в капкан. Заметивши его, лисица сказала:

– Бога ради, братец, выпусти меня из капкана, а я тебе пригожусь. Вырви ты у меня один волосок, как только я тебе понадоблюсь, потри только волосок о ладонь.

Взял царевич волосок и выпустил лисицу. Пришёл он скоро к лесу и увидел в капкане рысь.

– Бога ради, братец, – говорит ему рысь, – я тебе пригожусь в беде. Возьми у меня один волос, и когда я тебе понадоблюсь, – немного потри его.

Царевич взял волос и выпустил рысь.

Долго, долго шёл царевич, наконец встретился с одним человеком и спросил его:

– Бога ради, братец! не слыхал ли ты, где дворец царя змеева?

Человек показал ему дорогу. Поблагодарил его царевич, отправился в путь и скоро пришёл в город змея. Подходит он к змееву дворцу и видит свою царицу; обрадовались они и стали говорить, как бы им уйти. Наконец решили они бежать, сели на лошадей и поехали. Только что они со двора, а змей на двор. Видит змей – нет царицы и говорит своему коню:

– Что будем делать? Будем мы есть и пить или догонять их?

Конь ему отвечает:

– Ешь себе и пей; а догнать мы их догоним, не беспокойся.

Позавтракавши, змей сел на лошадь и скоро догнал беглецов. Догнавши, он отнял царицу от царевича и говорит ему:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.