Олег Уланов
Агентство нестандартного отдыха

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

«Агентство нестандартного отдыха»

* * *

«Красивая у нее все-таки фигура», – Сергей Александрович раздевающим взглядом проводил свою новую секретаршу до самой двери своего кабинета.

Оставшись снова один, шумно выдохнув, он поднял руки над высоким креслом, обитым дорогой новозеландской кожей, и с удовлетворением потянулся.

Сегодня он решил для себя проблему, которой жил и бредил несколько последних месяцев. Он спас свой бизнес, свою империю!

Через две недели он подписывает документы, и ВСЁ!!! Он больше не будет должен ни банкам, ни инвесторам!

Сколько нервов, сколько бессонных ночей он провел за эти два года, ведь если бы он потерял контроль над своими активами, то, скорее всего, застрелился бы, потому что просто не мог себе представить, как можно было начинать жизнь в сорок пять лет опять с нуля.

То, что он имел сейчас, было приобретено и построено им в смутное ельцинское безвременье, а приумножено и сохранено уже при нынешней власти.

О тех лихих временах Сергей Александрович Курилов вспоминать не любил. Уж слишком много страшных и черных тайн было связано с теми годами.

Многие считали его везунчиком, да и он иногда задумывался над тем, что в жизни для него слишком много случалось поддавков. Но все отдавали должное тому факту, что Сергей Курилов имел невероятное чутье на деньги. Он шел к своим деньгам одержимо и стремительно, теряя по жизни друзей и товарищей. И теперь, по прошествии сорока пяти лет, с того самого момента, как он появился на свет, все люди для него стали делиться только на две категории. К первой категории он относил тех, кому что-то было нужно от него, а ко второй – тех, от кого ему нужно было что-то самому. Других категорий людей для Сергея Курилова просто не существовало.

Это относилось и к его семье. Свою вторую жену, которая была значительно моложе его, он относил к первой категории, поскольку жене от него нужны были только деньги, а от жены он уже года два как ничего не хотел, ища любовные утехи в постелях своих многочисленных любовниц.

«Кстати, о любовницах, – эта мысль радостным лучиком мелькнула в голове Курилова: – Неплохо бы сегодня хорошенько разрядиться».

Взяв в руки дорогостоящую модель телефона Vertu, он нашел в записной книжке имя «Екатерина Васильевна» и нажал кнопку «вызов».

Вместо телефонного зуммера зазвучала приторная мелодия из популярного мыльного сериала.

Курилов поморщился и даже немного убрал телефонную трубку от уха.

– Алло, – мягкий женский голос прекратил этот приторный мотив.

– Привет, Катюша.

– Серж! Наконец-то. Я так по тебе соскучилась,– тембр голоса невидимой собеседницы сразу стал томным.

– Неужели? А я думал, ты меня уже забыла!

– Ты что? Как у тебя только язык поворачивается такое говорить? Я просто вся извелась, ожидая нашей очередной встречи. Ты мне даже в эротических снах снишься. Потому что ты не просто мужчина, ты зрелый, опытный самец, который знает, что нужно женщине.

При этих словах Курилов саркастично улыбнулся.

– Ты не преувеличиваешь?

– Думай как хочешь. Но я просто тащусь от тебя. Вот сейчас я с тобой по телефону говорю, а у самой уже трусы мокрые. Если ты сейчас же не приедешь, то я умру от перевозбуждения, – горячо прошептала в трубку Катерина.

– Ладно. Жди. Я буду минут через тридцать. Выключив телефон, Курилов небрежно бросил его на папку из крокодиловой кожи.

Трусы у нее мокрые… Как же!

Конечно, все, что она сейчас ему говорила, это была всего лишь игра с ее стороны. И от Курилова ей нужны были только его деньги и дорогие подарки. Но отрабатывала Катюша эти знаки внимания на все сто.

Телефон, лежащий на крокодиловом ложе, дал о себе знать красивой мелодией.

Взяв его в руки, Сергей посмотрел на номер абонента. Это который раз за день звонил его партнер по мясоперерабатывающему бизнесу Виктор Иванов.

Поморщившись, Курилов в нерешительности повертел телефонную трубку. Он не хотел сейчас разговаривать со своим партнером, тем более за сутки до окончания действия опции.

«Ведь просил же секретаршу сказать ему, что я в командировке в Москве», – Курилов недовольно бросил взгляд на дверь, куда несколько минут назад вышла секретарь.

Наконец, решившись ответить, Сергей нажал нужную кнопку.

– Слушаю.

– Сергей! Что происходит?! Почему ты не выходишь на связь?

– Во-первых, здравствуй. А во-вторых, я что, должен перед тобой отчитываться?

– Извини. Здравствуй. Просто я не мог до тебя дозвониться.

– Я сейчас в Москве. Прости, брат, но у меня мало времени. Давай поговорим послезавтра.

– Мне нужно поговорить прямо сейчас.

– Извини. У меня реально цейтнот.

Курилов отключил трубку.

«Вот достал», – про себя чертыхнулся он.

Хотя он знал Виктора еще со студенческой скамьи, их бизнес-интересы пересеклись только девять лет назад.

Тогда Иванов неожиданно позвонил ему и предложил встретиться. На этой встрече выяснилось, что Виктор является акционером крупнейшего в Нижегородской области мясокомбината. Правда, пакет принадлежащих ему акций был невелик, всего двенадцать процентов. Но, по словам Иванова, вдова недавно усопшего генерального директора, который владел тридцатью пятью процентами, готова была продать свои акции заместителям своего супруга, среди которых был и Виктор Иванов, работающий финансовым директором на этом предприятии.

Просьба, с которой приехал Иванов к Курилову, была вполне прогнозируема. Он попросил у своего студенческого друга денег на выкуп этого пакета акций.

Курилов быстро сообразил, что к чему, и уговорил Иванова помочь ему выкупить этот пакет на себя. Виктор, подумав немного, дал согласие, и именно его решение привело к тому, что Сергей Курилов в скором времени стал акционером крупного мясокомбината. Потом с помощью того же Иванова Сергею удалось докупить еще шестнадцать процентов акций, тем самым доведя свой пакет акций до контрольного. Именно Виктор Иванов уговаривал остальных акционеров продать акции Курилову.

И вот именно из-за продажи этого пакета финнам и мог сейчас разгореться весь сыр-бор.

Сергей снова взял телефон в руку и набрал ускоренным набором номер телефона своего водителя-телохранителя.

– Павлик, через пять минут выезжаем!

– Какую машину брать, Сергей Александрович?

– Поехали на «Порше Кайене».

– Понял, сейчас подгоню к подъезду. Курилов посмотрел еще раз на записи завтрашних встреч и, потянувшись, встал из-за стола.

Надев свой эксклюзивный пиджак, купленный пару месяцев назад в Милане, он вышел из кабинета.

* * *

Охранник, стоящий на первом рубеже у входа в офис, при виде спускавшегося Курилова подобострастно распахнул перед ним дверь.

– До свидания, Сергей Александрович.

Тот не ответил, лишь брезгливо кивнул головой, давая понять своему холую, что оценил его подобострастие.

Улица встретила Курилова уже изрядно надоевшим летним зноем, резко обозначив контраст между выстуженным японскими кондиционерами офисным чревом и теплой духотой июньского вечера.

У входа уже стоял черный Porsche Cayenne Turbo S. Глубоко вдохнув жаркий вечерний воздух, Курилов отправился к своей машине.

– Сергей!

От этого окрика Курилов даже съёжился.

– Сергей! Мне надо с тобой поговорить. Курилов повернулся и увидел перед собой

Виктора Иванова.

«Он что, меня тут специально караулил? Надо охранников вздрючить за то, что не смогли меня заранее предупредить».

– Сергей, мне надо с тобой переговорить, – в третий раз сказал Иванов.

Видя, что тот уже не отстанет, Курилов показал знаком Иванову на входную дверь в свой офис.

– Ну, пойдем.

Весь путь до кабинета Иванов молчал, быстро следуя за Куриловым.

Зайдя в кабинет, Сергей сразу прошел в комнату отдыха, которая располагалась, как и положено, сзади его рабочего места, и уже оттуда громко спросил:

– Выпить хочешь?

– Нет, я за рулем. Но от минералки не откажусь.

Выйдя из комнаты отдыха с двумя стаканами и бутылкой французской воды, Курилов присел рядом с Виктором за свой рабочий стол.

– Слушаю, – стараясь не смотреть на своего партнера, сказал он.

– Сергей, объясни мне, что происходит. Ты что, действительно дал согласие нашим конкурентам на продажу контрольного пакета акций?

«Я не только дал согласие, но и опцию уже подписал. А через две недели я подпишу и сам договор», – мысленно ответил Курилов.

Но вслух он произнес совершенно другое:

– Откуда у тебя такие сведения?

– Из надежных источников в кремле.

Поняв, что теперь запираться не имеет смысла, Сергей решил перейти от обороны к атаке.

– Ну, раз тебе все известно, то вопрос «почему я это сделал» сейчас просто неуместен. Это мой пакет акций, и я имею право им распоряжаться так, как сочту нужным.

– А ты не забыл, как этот пакет акций оказался в твоих руках?

– Почему же? Я, между прочим, за него деньги свои кровные отдавал.

– Только по цене в три раза ниже рыночной.

– Это сейчас не имеет значения.

– Нет, имеет! Сергей, ты что, забыл, что когда я акции для тебя выкупал, ты людям обещал, что мы наш мясокомбинат не только крупнейшим в области сделаем, но и на федеральный уровень выведем? А это, между прочим, новые рабочие места и постоянный доход, причем немаленький.

Курилов поморщился.

– Какой доход!? Это же копейки! Обороты в месяц миллионные, а прибыли кот наплакал. Не бизнес, а социалка какая-то. Полтысячи ртов кормим, только и всего.

– Между прочим, за каждым из них есть семья, а ты этих людей под откос пустить хочешь.

И насчет прибыли ты не лукавь. Ты прекрасно знаешь, что при высоком качестве мы сознательно отпускные цены ниже конкурентов держим, чтобы свою долю рынка сохранить. И пусть мы пока прибыль маленькую имеем, но зато своих покупателей в отличие от других не растеряли. Ты думаешь, я не знаю, для чего конкуренты на нас глаз положили? Это они сейчас клянутся, что все рабочие места сохранят, а через год нас набок положат и свою продукцию в нашу нишу запустят.

– Не придумывай. Они – профессионалы, и не будут останавливать то, что работает.

Виктор зло посмотрел на Сергея.

– Слушай, ты! Миллионер хренов! Ты что, думаешь, что ты самый хитрый? И что никто ничего не поймет? Да ты же этой сделкой просто хочешь все свои финансовые проблемы разом решить.

– Допустим, это так. И что? Я что-то нарушаю?

– Да. Ты нарушаешь то, что на нормальном языке называется «порядочность». Мне люди верили, когда я звал их переехать к нам в город из других регионов. Ты знаешь, о ком я. Ведь без этих технологов и других высококлассных специалистов мы бы не заняли такую большую долю рынка. А теперь что я должен им сказать? Что Курилов нас кидает на откуп конкурентам? Как я им в глаза смотреть после этого буду?

– Очень просто. Возьмешь и посмотришь, – холодно ответил Сергей.

– Это только ты так можешь. Потому что для тебя в жизни сейчас главное – только деньги.

Вот был бы ты прежним Серегой Куриловым, которого я знал ещё с институтской скамьи, ты бы плюнул на свои финансовые проблемы и отдал бы банкам и кредиторам свои заложенные- перезаложенные торговые комплексы и заправки, а сам бы на мясокомбинат полностью перешел, общероссийскую дистрибуцию развивать. И счастлив был бы, и в ладах с совестью жил.

– Ага. Разбежался. Чтобы у меня зарплата, как у тебя, сто тысяч в месяц была, а по итогам года дивиденды аж целых три миллиона рублей. Да у меня машина, на которой я сейчас езжу, в два раза больше стоит. Нет, Витек. Решение уже принято. И потом, я что, дурак, от пятисот лямов отказываться?

– Да, ты не дурак. Ты просто сука. Все, с этого момента, забудь меня и моё имя. Ты для меня больше никто, – Виктор брезгливо посмотрел на Сергея и, не попрощавшись, быстро вышел из кабинета.

– Сам ты сука, – зло крикнул вслед уже бывшему студенческому другу Курилов: – Все настроение испортил. Так хотел оттянуться, и на тебе!

Вытащив из кармана трубку, он набрал номер Катерины.

– Ты уже подъехал? – промурлыкала она.

– Извини. У меня срочные дела.

– Ну, котик! Пожалуйста, не бросай свою киску.

– Я сказал, не могу, значит, не могу, – сухо отрезал Сергей и выключил телефон.

Встав из-за стола, он несколько раз быстро прошелся взад-вперед по кабинету.

Надо же так испортить настроение!

Всё! Пора куда-нибудь вырваться отдохнуть, иначе «кондратий» дернет.

Вот только куда? За последние три года Сергей побывал везде, где только мог, ища острых ощущений. Он был и на африканском сафари, и на нескольких высоких пиках планеты. Прыгал с парашютом, нырял в самые опасные воды Индийского океана. Он даже неделю путешествовал по джунглям Амазонки, пытаясь найти такие острые ощущения, которые могли бы полностью вытеснить мысли о своем бизнесе.

Но где бы он ни был и где бы ни путешествовал, он никогда не мог полностью отключиться от мыслей о своем бизнесе и своих деньгах.

«Неужели нет такого вида отдыха, который мог бы хоть на день вытеснить из головы абсолютно все мысли?» – подумал Сергей.

Включив ноутбук, которым он пользовался крайне редко, Сергей вошел в Интернет и наобум набрал в поисковике словосочетание «нестандартный отдых».

Страница запестрела сообщениями о различных видах экстрима, таких как сафари, дайвинг, прыжки с парашютом, конные экспедиции и даже секстуризм. Но все это было не то. Прокручивая страницу за страницей, Сергей вдруг увидел странное объявление. Это объявление гласило: «АНО» – это то, что поможет вам забыть обо всех ваших проблемах».

Никаких разъяснений, о каком виде отдыха шла речь, тут не было. Не зная почему,

Курилов навел курсор на это объявление и кликнул «мышью».

Открывшийся сайт дал ответ на такую странную аббревиатуру. Слово «АНО» означало словосочетание «Агентство нестандартного отдыха». Далее шел только текст и никакой анимации или картинок.

«Мы гарантируем вам, что все время, проведенное на нашем отдыхе, вы не будете думать о своих делах и проблемах».

Далее следовал номер телефона. Судя по номеру, телефон был нижегородским.

Записав в ежедневник семь цифр, Курилов, не веря, что в такой поздний час кто-то мог быть в этом агентстве, все-таки набрал номер.

Каково же было его удивление, когда на том конце кто-то снял трубку и заученным голосом ответил:

– «Агентство нестандартного отдыха», слушаю вас.

Немного опешив от неожиданного ответа, Сергей наконец нашелся что спросить.

– Извините. А какой отдых вы предлагаете?

– Простите. Как вас зовут? – на вопрос вопросом ответил мужской голос.

– Сергей Александрович.

– Очень приятно. А меня Олег Владимирович. Так вот, Сергей Александрович. Наш отдых настолько нестандартен, что мы не говорим об этом по телефону. Если хотите, то приезжайте к нам, и мы вам всё расскажем.

– Это как-то связано с сексом?

– Что вы. Боже упаси.

– Так все-таки о чем идет речь?

– Сергей Александрович, приезжайте к нам прямо сейчас. Я вас уверяю, что вы не пожалеете. Как будто маленький чертик, неизвестно откуда-то появившийся, вдруг шепнул Сергею на ухо: «Ну что же ты ждешь? Это же то, что ты искал».

И, не смея сопротивляться этому голосу, он ответил:

– Хорошо. Я подъеду. Диктуйте адрес.

* * *

Офис «Агентства нестандартного отдыха» располагался на первом этаже обычной пятиэтажки по проспекту Ленина. Еще пару лет назад это была стандартная двухкомнатная квартира. Но поскольку ее окна выходили на центральную улицу Ленинского района, то она быстро попала в оборот шустрых риэлторов. И сейчас это был один из многочисленных офисов, находившихся на первом этаже жилого здания, на так называемой «красной линии».

Выйдя из прохладного салона дорогой немецкой машины, Сергей Курилов на мгновение остановился перед небольшим крыльцом, глядя на скромную вывеску этого агентства. Но, поборов нерешительность, он поднялся на несколько ступеней.

В офисе агентства, на удивление, было свежо. Пройдя к столу, за которым сидела не очень молодая женщина с короткой стрижкой, Курилов протянул ей визитку, на которой была выведена красивая надпись: «Президент группы компаний “Грааль инвест” Курилов Сергей Александрович».

Сотрудница агентства, взяв визитку, улыбнулась доброй улыбкой и показала на стул рядом с ее столом.

– Присядьте на секундочку!

Женщина быстро прошла в соседний кабинет и, скрывшись на мгновение, сразу же появилась вновь.

– Олег Владимирович ждет вас.

Курилов, шагнул в кабинет, надеясь увидеть лицо очередного шарлатана. Но человек, поднявшийся навстречу гостю, произвел совсем другое впечатление. Это был мужчина примерно его возраста с серыми проницательными глазами.

– Сергей Александрович, пожалуйста, присаживайтесь. Может быть, кофе или чай?

– Нет, спасибо. Давайте сразу по существу.

– Прекрасно вас понимаю. Вы человек дела. У вас наверняка крайне напряженный график? И у меня для того, чтобы вам все объяснить, есть ровно минута? Ведь так?

– Примерно да, – согласился Курилов, косясь на странные фотографии на стенах, где хозяин кабинета был запечатлен в обществе знаменитых, но уже покойных кумиров и политиков.

Видя интерес Курилова к фотографиям, хозяин кабинета загадочно улыбнулся.

– А ведь вы приехали к нам от безысходности. Вы просто не можете найти возможность отстраниться от проблем, которые вас мучают.

– Послушайте. Как вас?… Олег Владимирович!.. Не говорите мне прописных истин. Лучше скажите, о каком виде отдыха идет речь?

Хозяин кабинета снова загадочно улыбнулся.

– Скажите, у вас в жизни были счастливые дни?

– Вы это для чего спросили? – в голосе Курилова послышались раздраженные нотки.

– Сергей Александрович, пожалуйста, вспомните, когда вы в жизни чувствовали себя счастливо и беззаботно? – голос директора агентства, напротив, был спокойным и примирительным.

Курилов задумался, теребя переносицу.

– Даже не помню.

– Такого не может быть. Вы просто не замыкайтесь на ближайшем времени. Может, в детстве или в юности у вас были счастливые дни?

– В юности? – переспросил Курилов.

– Да.

– В юности, по-моему, все дни были прекрасны и беззаботны.

– Скажите, вы хотели бы опять попасть в такое же беззаботное время?

– В смысле?

Олег Владимирович встал из-за стола и, выразительно жестикулируя, начал объяснять.

– Представьте себе, что вы снова оказались в том времени, когда вы были молоды, счастливы и беззаботны. Вас окружают друзья, и жизнь кажется такой долгой и счастливой…

Курилов недоверчиво посмотрел на хозяина кабинета.

– Вы мне не верите, что такое возможно?

– Если только в фильмах, – Курилов попытался свести все к шутке.

Олег Владимирович снова вернулся на свое место и, пристально посмотрев на Сергея, серьезно произнес:

– А вы хотели бы хотя бы на день или на час вернуться в то время?

– Конечно. Но разве это осуществимо?

– Да. Потому, что наше агентство как раз и специализируется на подобном отдыхе.

Курилов недоверчиво посмотрел на директора.

– Вы мне не верите?

Сергей Александрович ничего не ответил, соображая, как поступить: сразу резко встать и уйти или дождаться полного фиаско этого новоявленного комбинатора. Выбрав второй вариант, он, фальшиво улыбнувшись, так же фальшиво ответил.

– Почему же? Верю.

– Нет. Вы определенно мне не верите, – спокойным голосом произнес Олег Владимирович.

Вынув из стола кожаную папку, он стал демонстративно перелистывать страницы.

– Простите, вы не могли бы мне помочь?

Возможно, вы знаете, чья это подпись?

Курилов перегнулся через стол и сразу же узнал в твердом автографе подпись вице- губернатора Петрова.

– Он что, у вас тоже бывал?

– Да. Можете посмотреть еще несколько отзывов, – с этими словами Олег Владимирович передал папку Курилову.

Тот недоверчиво взял её и не спеша стал просматривать дальше. Почти сразу он наткнулся на ещё одну знакомую фамилию.

– Что? И он здесь тоже был? – недоверчиво спросил Сергей Александрович, ткнув пальцем в листок со знакомой подписью.

– Как видите сами. Да.

Курилов вернул папку хозяину кабинета, отказываясь что-либо понимать.

– Хорошо. Я вижу, вы еще сомневаетесь.

Тогда, может, вас этот аргумент убедит?

Олег Владимирович вытащил из стола другую папку, протянул ее Курилову.

Это был договор агентства с очень крупной страховой компанией о страховке этого вида отдыха. Далее следовали условия предоставления подобной услуги и размеры выплат. Один пункт очень понравился Курилову.

В нем было записано, что страховая компания полностью возмещала стоимость оплаченного отдыха в случае отказа клиента подписать акт выполненных услуг.

– А сколько у вас стоит тур?

– Двести тысяч рублей на две недели.

– И в чем состоит суть этого отдыха?

– Все очень просто. Мы стопроцентно воссоздаем обстановку того времени, в которое вы хотите вернуться.

– Всего за двести тысяч? – недоверчиво переспросил Курилов.

Он слышал от одного своего знакомого, что еще до кризиса где-то в Крыму построили це- лый пионерский лагерь, воссоздав там полную атмосферу семидесятых. И стоимость отдыха там была в несколько раз выше.

– Да, – директор кивком головы подтвердил эту сумму.

«Ну, что же, в конце концов можно попробовать. А уж если это окажется лажей, то я про- сто сразу прерву этот отдых и верну свои деньги», – подумал Курилов.

– Хорошо. Я готов купить ваш тур. У вас есть договор? Я хочу его посмотреть.

– Разумеется. Вот, пожалуйста, – хозяин агентства протянул Сергею «болванку» договора. Прочитав весь текст, Курилов остался доволен условиями, изложенными в этом договоре.

– Так вы готовы отправиться в прошлое? – Олег Владимирович снова с улыбкой посмотрел на Курилова.

– Да.

– Тогда жду ваших пожеланий. В какое время вы хотели бы вернуться? Говорите, пожалуйста. И мы воссоздадим для вас именно ту атмосферу и обстановку, которая была присуща тем годам.

– Я думаю, меня вполне устроит середина восьмидесятых.

– Отлично. Тогда, пожалуйста, заполните анкету. Она нам будет нужна для составления нашего договора.

Курилов бегло прочитал лист и, достав свою ручку, стал заполнять указанные в анкете графы.

– А зачем вам моя специальность, на которую я в институте учился?

– На всякий случай. Вдруг вам понадобится на работу устроиться.

– На какую работу? – не понял ответа Курилов.

– Это я так шучу. Просто мы вам сделаем копии документов, чтобы все выглядело натурально. Вы их потом и себе на память оставите.

Курилов не стал спорить. Заполнив все графы, он передал анкету директору агентства.

– Отлично. Если у вас есть какие-нибудь вопросы, то я готов на них ответить.

Курилов посмотрел на свои часы Patek Philippe и, прикинув, что у него есть еще целых полчаса, одобрительно кивнул головой.

– Вопросы есть. Я хочу более подробно узнать о том, как все будет происходить.

– Сколько времени у меня есть? – поинтересовался Олег Владимирович.

– Тридцать минут.

– Отлично. Тогда начну по порядку…

* * *

Весь следующий день Сергей Александрович посвятил подготовке к предстоящему незапланированному отдыху.

С утра он собрал совещание в центральном офисе и, передав полномочия своему заместителю, проехался с ним по филиалам компании. А после обеда, взяв с собой еще одного охранника, Курилов выехал на Заречный рынок.

По условиям договора с агентством Сергей Александрович должен был отправиться на отдых в одежде «простой и неброской», чтобы, по словам Олега Владимировича, не привлекать к своей персоне повышенного внимания. Ведь кроме самого Курилова там могли находиться и другие отдыхающие. И вид человека в современном спортивном костюме или другой яркой одежде мог нарушить целостность восприятия атмосферы восьмидесятых.

– Павлик, ты пока посиди, а мы с Игорем на рынок сходим.

Водитель кивнул и переключил магнитолу на свою любимую волну.

Выйдя из прохладного салона внедорожника в послеполуденный июньский зной, Курилов, поморщившись, нехотя двинулся в сторону Заречного рынка. Там, с задней стороны продуктовых павильонов, находились ряды челночников, торгующих разным китайским барахлом.

Лавируя между неряшливыми торговцами, Курилов прятал свои глаза за темными стеклами дорогих очков.

Остановившись возле палатки, торгующей джинсами, Сергей Александрович посмотрел на красномордую толстую бабу в обтягивающих шортах и небрежно сказал:

– Мадам, мне нужны джинсы. Самые простые и самые недорогие.

Торговка смерила удивленным взглядом странного покупателя и, поднявшись с маленького стульчика, повернулась к своему товару.

– Вот эти подойдут?

– И сколько стоит это… «чудо»? – Курилов протянул руку к китайским джинсам, на которых красовалась кожаная нашивка с металлической блямбой «Гуччи».

– Тысячу двести прошу, но вам за штуку уступлю.

Курилов достал бумажник и, вытащив хрустящую купюру, протянул даме.

– Надеюсь, это мой размер?

– Не волнуйтесь, я не первый год торгую, будут на вас сидеть, как влитые.

Кивнув охраннику, чтобы тот забрал покупку, Курилов отправился дальше.

Пройдя до самого конца торговых рядов, он разжился дешевыми спортивными штанами с белыми лампасами, двумя трикотажными майками и парой сатиновых трусов, которые он не носил уже лет двадцать.

Задержавшись у палатки, где висели спортивные сумки, Курилов, осмотрев весь товар, выбрал недорогой черный вариант, на котором полностью отсутствовали все наклейки.

Сложив в эту сумку все покупки, он передал ее охраннику.

– Всё! Давай на выход из этой помойки.

Сев в машину, он лаконично скомандовал.

– В «Агентство нестандартного отдыха».

И уже через десять минут он был на пороге кабинета директора агентства.

Обговорив с директором окончательные условия договора и подписав все необходимые бумаги, Курилов передал деньги сотруднице агентства, а сам вальяжно откинулся на спинку стула, приготовившись выслушать последние наставления директора.

Олег Владимирович, слегка усмехнувшись, смерил взглядом своего вальяжного клиента.

– Надеюсь, вы купили одежду и обувь, которая соответствует стилю восьмидесятых годов?

– Купил. Хотите, покажу?

– Да. Но чуть попозже. А сейчас давайте закончим небольшую формальность. Вот ваши новые документы, о которых я вам говорил на прошлой нашей встрече, – с этими словами Олег Владимирович достал из ящика стола папку с документами советского образца и положил их перед Куриловым.

– Что это?

– Это паспорт, – Олег Владимирович вынул из папки красный документ с позолоченным гербом СССР и положил его перед Куриловым.

– Это ваша трудовая книжка, а это ваш диплом об окончании техникума, – директор агентства выложил на стол остальные «корочки».

Сергей раскрыл паспорт старого образца, и на него сразу глянула его черно-белая физиономия.

– Он, что, настоящий?

– Нет, конечно, но сделан очень профессионально.

Просмотрев остальные документы, Курилов удивленно уставился на Олега Владимировича.

– А зачем мне все эти «ксивы»?

– Документы будут нужны для некоторых мизансцен с вашим участием. Вы ведь хотите, чтобы ваш отдых прошел хорошо?

– Да.

– Тогда берите их.

Курилов сложил все «ксивы» в пластиковую папку, любезно предоставленную хозяином агентства, и положил её перед собой.

Олег Владимирович снова открыл ящик стола и засунул туда руку.

– А теперь я должен вам выдать ваш обменный фонд.

– Не понял.

– Вы же в восьмидесятые годы отправляетесь, значит, и деньги советские вам должны понадобиться. Вот тут сто сорок рублей. Из расчета десять рублей в сутки.

Курилов невольно улыбнулся. Он в прошлом году, отдыхая в Подмосковье, побывал в одном ресторане, где при входе нужно было обменять деньги на советские дензнаки, которыми впоследствии нужно было расплачиваться по счету. Конечно, это была всего лишь игра, но Курилову понравилась такая идея.

– Они настоящие?

– Конечно.

Курилов взял деньги и, не пересчитывая, отправил их в карман.

– Ну и, наконец, вот вам наша инструкция. Внимательно её прочитайте, а то после окончания отдыха клиент возвращается и начинает предъявлять нам претензии, что его не предупредили о том, как вести себя на отдыхе. Так вот, чтобы этих вопросов ни возникало, обязательно прочтите ее.

– Хорошо. Это все или ещё что-то будет?

Олег Владимирович кивнул головой, что это еще не все.

– Завтра вы отправляетесь на отдых из нашего офиса. Перед отправлением я лично проверю ваши вещи. У вас не должно быть никаких предметов, которые могут не соответствовать эпохе, которую мы для вас будем воссоздавать.

– Почему такая строгость?

– Согласитесь, Сергей Александрович, что другим отдыхающим будет непросто отвлечься от своих проблем и окунуться в реальность восьмидесятых годов, если рядом с ними кто-то будет пользоваться вещами, которых в то время еще не существовало. Например, сотовым телефоном.

– Ну, а если мне срочно нужно будет связаться с женой или с моим помощником?

– Читайте инструкцию. Там все написано.

– Ладно, прочту сегодня. Но все же почему я должен отправляться на отдых из вашего офиса на вашем транспорте, а не из своего дома и не на своем автомобиле?

– По той же причине. Представьте себе, что там уже отдыхают такие же, как и вы, бизнесмены. Они полностью отвлеклись от суеты и ушли с головой в прошлое. И тут появляетесь вы на своем роскошном «Бентли» или «Порше». А это, между прочим, можно сразу отнести к страховому случаю.

– Ладно. С этим тоже ясно. А что вы мне вчера говорили про какие-то пилюли?

Олег Владимирович широко улыбнулся.

– Вы фильм «Матрица» смотрели?

– Да. А что?

Директор агентства достал из ящика стола черную коробочку. Открыв ее, он повернул её содержимым ближе к Сергею. Там в специаль- ных углублениях лежали две пилюли синего и красного цвета.

– Вот эта пилюля красного цвета будет нужна вам завтра. Вы ее выпьете и ляжете спать. Проспите вы долго. Около суток. А за это время наши статисты подготовят для вас плавный переход в восьмидесятые, сменив декорации и обстановку. А через две недели, когда закончится ваш отдых, вы выпьете синюю пилюлю и тоже заснете крепким сном. Пока вы будете спать, наши сотрудники проделают обратную процедуру.

Курилов недоверчиво взял в руки коробочку и повертел ее в пальцах.

– Я не траванусь?

– Нет. И потом, вы же вчера читали отзывы наших клиентов, а они, между прочим, точно такие же пилюли глотали.

Вспомнив фамилию вице-губернатора, Сергей немного успокоился.

– Ладно. Давайте ваши пилюли.

– Я вам передам их завтра.

В это мгновение дверь открылась, и в кабинет заглянула сотрудница агентства.

– Олег Владимирович. Я все оформила. Вот приходные документы.

– Отлично. Давай их сюда.

Она прошла к столу и передала бумаги Курилову. Директор, поднялся со своего кресла, давая понять, что разговор окончен, и протянул руку Курилову.

– Завтра в девять я жду вас в офисе. Уверяю вас, что за все время отдыха вы даже не вспомните о своих сегодняшних проблемах.

– Я на это очень надеюсь.

– Можете не сомневаться.

Глава вторая

Какая чудная игра…

* * *

– Вы что, меня на этом сарае повезете? – Курилов, выпучив глаза, уставился на видавший виды «пазик».

– А что, вам не нравится? Между прочим, этот вид транспорта был самым распространенным в восьмидесятые, – Олег Владимирович постарался успокоить таким образом Сергея.

– Хрен с ним, «пазик» так «пазик», – Курилов решил, что уж если он согласился на эту авантюру, то пусть уж сразу все будет так, как запланировали в этом агентстве.

Зайдя в автобус, он бросил сумку на переднее сиденье и, перегнувшись через капот двигателя, взглянул на водителя.

За рулем сидел мужичок лет пятидесяти в старомодной белой летней кепке с пластмассовым козырьком и выцветшей надписью «Анапа-82». Все его лицо было усыпано ярко- рыжими веснушками.

– Здорово, водила. Ты, надеюсь, не первый раз за рулем этого утюга?

– Не-е. Не первый, – шутливо ответил мужичок.

В салон поднялся Олег Владимирович и сразу же вклинился в их разговор.

– Николай, давай путевой лист.

Водитель потянулся на капот, укрытый каким-то дешевым ковриком и, вытащив из- под потрепанной кожаной папки путевой лист, передал его директору агентства.

Тот, черкнув на нем свою подпись, вернул его обратно.

– Как обычно, в дом отдыха «Маяк». Не забудь документы на прошлый заезд забрать.

– Не забуду.

Повернувшись к Курилову, директор агентства кивнул головой.

– Ну, удачного отдыха и счастливого пути.

– Спасибо, – Курилов нехотя пожал протянутую руку директора, который тут же спрыгнул и вышел на улицу.

Через мгновение водитель, которого директор назвал Колей, нажал кнопку на раздолбанной панели, и дверь, неприятно лязгнув, закрылась.

– С богом, – видимо, сам себе сказал Коля и, включив первую передачу, рывками тронулся с места.

От таких толчков при езде Курилов давно отвык, потому что лет пятнадцать не ездил на общественном транспорте.

Улыбнувшись самому себе, он оглядел салон потрепанного «пазика» и с ухмылкой подумал: «Еще бы музыку ретро и бутылочку красненького, как в студенческие годы».

Николай, как будто услышав это пожелание, нажал клавишу на старенькой автомагнитоле, и салон сразу наполнился мелодией группы «Синяя птица».

– Это радио «Ретро»? – спросил Курилов.

– Не-а. Это диск играет. Его сегодня мне Владимирович утром выдал.

Выехав на проспект Ленина, «пазик», натужно воя, поехал в сторону Комсомольского шоссе. Там, развернувшись под мостом, он вырулил на шоссе, ведущее в Сормово. Этот путь Курилов знал как свои пять пальцев.

Еще раз оглядев салон, он решил открыть люки и окна, поскольку солнце уже поднялось достаточно высоко, раскалив асфальт.

– Тормозни где-нибудь, я минералочки холодной куплю, – Курилов встал со своего сиденья, вглядываясь на обочину через лобовое стекло автобуса.

– Не положено. Если вы пить хотите, то на последнем сиденье ящик с «Боржоми» стоит.

– Это почему не положено?

– У меня инструкция. Я вас должен на базу отдыха доставить не позже двенадцати часов.

Курилов, выругавшись про себя, решил все же не спорить с этим рыжим Колей.

«Ладно. Но этот прокол надо запомнить. Ког- да акт выполненных услуг буду подписывать, я ещё отыграюсь», – ехидно подумал Курилов.

Придерживаясь за поручни, он, широко расставив ноги, прошел в заднюю часть автобуса. Откинув какой-то рваный брезентовый полог, Курилов увидел стоящий на полу деревянный ящик, где рядами торчали запыленные зеленые бутылки. Вытащив одну из них, он с удивлением обнаружил, что она была неровной формы с криво наклеенной этикеткой советского образца, на которой красовались грузинские буквы, означающие «Боржоми».

«О! Это неплохое начало! Если еще и “Боржоми” натуральным окажется, то это пять с плюсом».

Вернувшись к водителю, Курилов вполне миролюбиво попросил:

– Открывалка есть?

– А как же, – Коля потянулся правой рукой к разбитой панели и вытащил торчащую там отвертку.

– Пожалуйста.

Курилов взял ее в руки и, вспоминая свои прежние навыки, ловко подцепил ржавую крышку.

Протерев носовым платком горлышко, он очистил его от ржавой полоски, оставленной крышкой, и, как горнист, опрокинул бутылку в рот.

Пузырьки приятно шибанули Курилову в нос. Отпив почти полбутылки, он с удовлетворением констатировал, что эта вода была действительно той, которую можно было купить во времена советского союза в любом универсаме.

Полностью расслабившись, Курилов стал наблюдать за медленно проплывавшими за окном пейзажами улиц родного города.

* * *

Конечной точкой маршрута, куда привезли Курилова, была база отдыха «Маяк», расположенная на берегу Горьковского водохранилища, которое в простонародье называли Горьковским морем или сокращенно «Горе-морем».

Сама база отдыха располагалась рядом с маленькой деревенькой Малый Суходол.

Основным занятием местных жителей, позволявшее им хоть как-то существовать, была сезонная работа в домах отдыха, расположенных рядом.

Хотя Курилов неоднократно отдыхал в элитных поселках на побережье Горьковского водохранилища, он впервые был в этом месте. А все потому, что основные курортные зоны и VIP-объекты располагались значительно ближе к плотине. Потому что там, у побережья, была достаточная глубина, которая позволяла владельцам этих коттеджей содержать яхты и моторные лодки с большой осадкой. А там, где располагалась база отдыха «Маяк», относительно большие глубины начинались в двухстах метрах от берега.

Высокие сосны, среди которых были отстроены летние деревянные корпуса, неожиданно напомнили ему некоторые старые поселки Подмосковья.

Вздохнув полной грудью, он сразу ощутил чистый воздух соснового бора. Зная, что такое большое количество кислорода может повлиять на его самочувствие, Курилов пожалел, что не взял хоть какие-нибудь таблетки от головной боли.

– Пойдемте, – Николай позвал за собой Курилова.

Пройдя вниз по склону несколько десятков метров, Коля зашел на небольшое крыльцо трехкомнатного корпуса.

Вынув из кармана простенький ключ, он всунул его в замочную скважину и, немного повозившись, распахнул дверь.

Курилов несмело переступил порог этого помещения.

– Да-а, – протянул он. – Это даже хуже, чем я думал.

Старые бежевые обои, засаленные в тех местах, где стояли койки с панцирной сеткой, две тумбочки, окрашенные какой-то дешевой эмалью салатного цвета, и маленький стол со стоящим на нем графином. Вот картина, которую увидел перед собой Курилов. А довершал этот натюрморт старый радиоприемник, висевший на стене прямо у входа.

Сев на панцирную койку и широко расставив в стороны руки, он погладил полосатый матрац. Сделав несколько поступательных движений торсом, Сергей раскачал пружины панцирной сетки, добившись характерного скрипа.

«Ну что, мудак, добился нестандартного отдыха?» – с издевкой сам себе задал вопрос Курилов.

Интересно, что он тут будет делать целых две недели? Смотреть, как перед ним будут дурачиться статисты, которых наняло «Агентство нестандартного отдыха»?

Курилов наконец, заметил, что Коля куда- то незаметно исчез. Окинув еще раз тоскливым взглядом эту убогую обстановку, он вышел на веранду. Послеполуденное солнце пробивалось сквозь кроны высоких сосен, высвечивая яркими пятнами всю территорию базы отдыха. Оглядевшись по сторонам, Курилов наконец разглядел, что сама база «Маяк» была расположена на пологом склоне, который спускался от большого поля прямо к самому срезу воды.

Спустившись с крыльца, он обошел здание своего небольшого корпуса и почти сразу же наткнулся на заросли разросшегося малинника. Остановившись у куста, он принялся рассматривать территорию.

«Странно. А где другие отдыхающие»?

– Нравится? – этот неожиданно заданный вопрос заставил Курилова невольно вздрогнуть и оглянуться.

Сзади него стояла симпатичная женщина лет тридцати в полупрозрачном белом халате.

– В общем, да, – не скрывая своего удивления от такого внезапного появления кого-то ещё, ответил Курилов.

– И мне здесь тоже нравится. Тихо, несуетливо.

– А где весь народ? – поинтересовался Курилов.

– Да кто где.

Сергей Александрович скользнул взглядом по округлым формам незнакомки, предательски проявляющимся сквозь полупрозрачную ткань легкого халатика.

«Интересно, она статист или такая же отдыхающая, как и я»? – подумал он.

– Сергей Александрович!

Курилов обернулся на голос водителя, который выглядывал из-за угла корпуса, держа в руках какой-то сверток.

– Извините, мне надо отойти. Я надеюсь, мы еще увидимся? – Курилов улыбнулся незнакомке.

– А я никуда не ухожу,– в ответ улыбнулась она.

Зайдя в комнату следом за Николаем, Курилов сразу же получил из его рук комплект постельных принадлежностей и какие-то бумаги.

– Что это?

– Талоны на питание, – спокойно проинформировал Коля.

Сергей Александрович взглянул на лист, который был весь синий от оттисков круглой печати «Маяка».

– Разрешите?

Курилов обернулся. В проеме двери стояла та самая незнакомка в белом халате.

– Извините, я не представилась. Меня зовут Светлана Михайловна. Я врач этой базы отдыха. Вы ведь по путевке от «Агентства нестандартного отдыха» приехали?

– Да.

– Тогда давайте снотворное, которое вам выдали.

Курилов вынул из своей сумки коробочку, которую ему сегодня утром передал Олег Владимирович.

Светлана Михайловна, открыв крышку, проверила её содержимое.

Затем она присела к столу и извлекла из кожаной сумочки тонометр.

– Сергей Александрович, садитесь, я вам давление померю.

Курилов послушно выполнил эту указание. Докторша ловко надела надувную манжету на его руку и включила прибор.

Сразу же послышался характерный звук компрессора.

– Ну что же. Давление у вас в норме. Можете принимать средство,– Светлана Михайловна снова открыла коробочку и протянула её Сер- гею Александровичу.

– Прямо сейчас? – недоверчиво спросил он.

– Да вы не беспокойтесь. Все будет хорошо.

Просто проспите двадцать четыре часа, и все.

– Может, лучше вечером? – не сдавался Курилов.

– Сергей Александрович, я должна как врач убедиться, что вы при мне приняли это средство, а затем я должна поставить подпись под актом, который водитель увезет в Нижний Новгород в агентство.

Курилову почему-то не хотелось спорить с этой милой незнакомкой.

Он, принимая из ее рук лекарство, слегка коснулся подушечек её пальцев и сразу же обратил внимание, что они были необычайно нежны.

– Ну, если что случится, грех на вашу душу ляжет, – с этими шутливыми словами Курилов проглотил красную пилюлю, запив её большим глотком воды из граненого стакана.

Привстав из-за стола, он сразу же ощутил, как все вокруг зашаталось, стены, кровать, водитель Коля и Светлана Миха-й-л-о-в-в-в-в-в…

– Николай! Поддержите его. Я пока постель для него застелю, – голос докторши теперь казался Курилову каким-то грубым и растянутым.

– Всё! Кладите его на кровать…

Это были последние слова, которые смог разобрать Курилов, потому что сознание покинуло его и наступила полная темнота.

* * *

Сквозь липкую дрему Курилов, наконец, разобрал, что где-то рядом играло радио. Это были старые позывные радио «Маяк».

Неожиданно громкий голос диктора окончательно вернул сознание в тяжелую голову Курилова.

– Передаем сигналы точного времени. Пик- пик-пик....

Курилов с трудом приоткрыл веки.

– Московское время восемнадцать часов! Оглядев одним приоткрытым глазом комнату, он увидел рядом с собой чью-то веселую физиономию.

Окончательно сбросив остатки сна, Курилов приподнял голову от подушки, которая была вся мокрая от пота.

– Я думал, ты никогда не проснешься, – голос незнакомца излучал сдержанный оптимизм.

– Ты кто? – хриплым от сна голосом спросил Курилов.

– Я Фёдор, твой сосед.

– Какой сосед? Я путевку только на себя брал. Курилов тяжело поднялся и присел на кровати.

– Сегодня действительно пятница?

– Я чувствую, ты тут хорошо отдохнул, – философски заметил Федор.

– Я тебя серьезно спрашиваю, – Курилова стала раздражать эта игра статиста.

– Конечно, пятница, – голос соседа зазвучал немного обиженно.

«Интересно, они уже успели сменить декорации?» – уже полностью проснувшись, поразмыслил Сергей Александрович.

– Через полчаса ужин начинается. Может, отметим заезд? – Фёдор хитро подмигнул Курилову. Курилов не успел даже возразить, как его сосед извлек из сумки бутылку какого-то красного вина и нехитрую снедь, состоящую из двух вареных яиц и плавленого сырка «Дружба».

«Представление начинается», – про себя подумал Курилов.

– Слушай, Федя, а где здесь умывальник?

Этот вопрос Курилова рассмешил соседа почти до слез.

– Ни хрена себе ты тут погулял. Ты даже забыл, где умывальник находится. Пойдем, покажу.

Выйдя на крыльцо, Федор махнул рукой в сторону предполагаемого общепита.

– Вон видишь напротив столовой под железным навесом?

– Спасибо.

Курилов, прихватив со спинки койки вафельное полотенце, отправился приводить себя в порядок после длительного сна.

Хотя сосны и деревянные корпуса были теми же, что и вчера, тем не менее в этом пейзаже чувствовались какие-то изменения.

«Вон там, по-моему, появились брезентовые палатки. А там, наоборот, куда-то целый корпус исчез», – мысленно констатировал про себя Курилов, спускаясь к умывальникам.

В отличие от вчерашнего дня отдыхающих действительно стало много. То и дело навстречу попадались то мужчины, то женщины, которые вели себя абсолютно естественно. Причем их прически, одежда и стиль поведения были действительно «совковыми».

«Хорошая игра», – с удовлетворением подумал Курилов.

Умывшись, он вернулся в свой корпус. Там, за столом, на котором уже стояли наполненные до краев стаканы, сидел Федор и с нетерпением поджидал своего соседа.

– Это что за вино? – поинтересовался Курилов.

– Портвейн «Три семерки».

– Давненько я не пил такого. Лет двадцать, не меньше.

Фёдор, услышав эту фразу, ехидно улыбнулся.

– Ты что, с пионерского возраста пьешь? Курилов не стал отвечать, сочтя это неудачной шуткой своего нового соседа.

– Ну, давай за знакомство. Ведь мы уже полчаса как общаемся, а ты мне даже имя своё не сказал. Курилов хотел сразу же поставить на место этого Федю, но, вспомнив, что это всего лишь игра, решил сам в неё включиться.

– Извини. Я Сергей Александрович.

– Значит, Серега. Ну, за знакомство, – с этими словами Фёдор большими глотками осушил свой стакан.

Курилов не стал привередничать, тем более ему самому хотелось попробовать, что за напиток сейчас выпил Федор.

Он поднес свой стакан ближе и втянул воздух через ноздри. Запах этого портвейна сразу же открыл клапан воспоминаний о прошлой жизни, когда он был ещё совсем молодым человеком. Этот запах был спрятан где-то глубоко внутри, возможно, что даже на подсознательном уровне. Как только рецепторы уловили этот характерный аромат, в памяти сразу всплыло все. И стройотряд, и первая любовь, и первое предательство…

Медленно выпив портвейн и приняв из рук Фёдора очищенное яйцо, Курилов макнул его в соль, лежащую горкой на клочке газеты. Отправив эту нехитрую закуску в рот, он, неспешно пережевывая, откинулся на спинку своего стула.

В голове приятно зашумело.

«Ну что, Сергей Александрович? Пока всё идет хорошо. Никто не достает. Природа, сосны, портвейн “Три семерки”».

Федор достал пачку советских сигарет «Астра» и, вытащив одну, вопросительно посмотрел на Курилова.

– Не возражаешь, если я здесь покурю?

Сергей, размякший от быстрого действия портвейна, благодушно махнул рукой.

– Валяй.

– Серега, а ты в каком цехе работаешь? – выпустив кольцо терпкого дыма, спросил Федор.

– Не понял?

– Ну, ты же на «Нормали» работаешь?

– Ты имеешь в виду завод «Нормаль», – Курилов вспомнил это название, потому что часто проезжал мимо этого предприятия, которое располагалось в районе старого Канавино.

– Конечно. Ведь это же ведомственная турбаза от «Нормали».

До Курилова наконец дошло, что Федор сейчас играл перед ним свою прописанную роль. Причем делал он это очень профессионально.

Сергей, решив снова подыграть Федору, тоже включился в этот спектакль.

– Нет. Я пока нигде не работаю.

– Значит, у тебя связи в профкоме?

– В смысле?

– В том смысле, что профком путевки распределяет.

– Да? Ну, тогда признаюсь, что связи есть, – снова благодушно солгал Курилов.

Ему нравилось, как естественно и не наигранно вел свою роль его новый сосед.

– Давай еще накатим, и на ужин, – предложил Федор.

– Давай, – согласился Курилов.

Налив еще по полстакана портвейна, они, не чокаясь, опрокинули в рот восемнадцатиградусную жидкость.

От второй дозы портвейна у Курилова сразу разыгрался зверский аппетит.

– Ну что, Федя, пойдем, посмотрим, чем ваш директор нас на ужин попотчует.

– Пошли.

Поднявшись из-за стола, они вышли на веранду.

Теплый июньский вечер был абсолютно безветренным. Где-то вдалеке слышалось соло электрогитары.

– Слышишь? – остановившись и подняв указательный палец вверх, спросил Курилов.

– Это на соседней турбазе к танцам готовятся.

– Сходим? – полностью войдя в свою новую роль, бесшабашно спросил Курилов.

– А куда мы денемся!

* * *

Турбаза «Локомотив», откуда доносились звуки гитары, находилась в трехстах метрах левее, на берегу небольшого мелкого залива. Она была гораздо крупнее базы отдыха «Маяк». Статистов, играющих роль советских отдыхающих, как показалось Сергею, на «Локомотиве» было несколько десятков, а может, даже больше. Если бы Сергей был не настолько пьян, то он обязательно обратил бы на этот факт внимание, но портвейн стер всякую грань между реальностью и игрой, и теперь ему казалось, что он на самом деле вернулся в прошлое и его окружают люди, не испорченные миром чистогана. Пройдя через всю территорию турбазы «Локомотив», он и Федор вышли прямо к большой деревянной танцплощадке, расположенной в десяти метрах от среза воды.

Там, на небольшой импровизированной сцене, за барабанной установкой сидел длинноволосый парень лет тридцати, который что-то делал с электрогитарой. Видимо, именно он был виновником тех звуков, которые услышал полчаса назад Курилов.

Подойдя нетвердой походкой к сцене, Сергей спросил длинноволосого:

– Уважаемый! А танцы будут?

– Будут, – добродушно улыбнувшись, ответил музыкант.

– Серега, пойдем пока на пирс сходим. Чуть- чуть освежимся. А? – предложил Федор.

– Пошли, – интонация, голос и выражение лица у Курилова при этом получились точь-в- точь, как у Петрухи из фильма «Белое солнце пустыни».

Обогнув танцплощадку, новоиспеченные друзья, чья дружба в данный момент была крепко спаяна восемнадцатиградусным портвейном, отправились на небольшой деревянный пирс, выходящий в мелкий залив.

Пройдя по скрипучим доскам до середины этого хлипкого сооружения, Курилов остановился и, опершись на деревянный поручень, глубоко и смачно вдохнул свежий речной воздух.

– Хорошо-то как!

Федя, следуя примеру Сергея, тоже громко втянул воздух, но, видимо, перенапрягся, отчего нижняя часть его туловища издала характерный трескучий звук.

Курилов не смог сдержать хохота. Впрочем, и виновник этого непроизвольного звука тоже перешел на идиотский смех.

Просмеявшись, Сергей положил руку на плечо Федора и, продолжая глупо улыбаться, посмотрел на него пьяными глазами.

– Хороший ты парень, Федя. Ты мне свой телефон обязательно оставь. Я с тобой хочу ещё в городе встретиться и так же, как и сегодня, напиться. Только уж в городе я тебя сам угощу. И не портвейном, а вискарем элитным, а то все время приходится с какими-то козлами пить…

Федя растроганно посмотрел на Сергея.

– Ты вот такой парень! Понял? Ты вот такой парень! – при этом, сжав кулак, он поднял вверх свой большой палец.

Обнявшись за плечи, они ещё долго выражали друг другу свои искренние симпатии.

* * *

Вечер незаметно сожрал остывшее солнце, которое, скатившись за линию горизонта, утонуло в Горьковском море.

Пока на сцене музыканты заканчивали настраивать свои инструменты, вокруг танцплощадки уже собралась местная молодежь, готовясь к веселому вечеру. Наконец один из музыкантов подошел к микрофону.

– Уважаемые отдыхающие и гости турбазы

«Локомотив», приглашаем вас на летнюю танцплощадку. Сегодня для вас играет ВИА «Второе дыхание»!

После этих слов барабанщик, отбив короткую дробь, сильно стукнул своей палочкой по латунной тарелке.

Молодежь шумно зааплодировала, предвкушая начало танцевального вечера.

Сергей с Федором тоже подошли ближе к площадке, ожидая, когда наконец начнется это шоу.

И первая мелодия, зазвучавшая со сцены, вдруг как бритвой полоснула распахнутую портвейном душу Сергея.

Музыканты запели композицию «Синей птицы». Это была песня «От крутого бережка», с пластинки, которую он слышал сотни раз, потому что под эти мелодии популярной группы Сергей встречался со своей первой и самой большой любовью в своей жизни – Ольгой Журавлевой.

– Ты чего? – Федя растерянно смотрел на своего друга, у которого от близких слез заблестели глаза.

– У тебя еще выпить есть? – Курилов быстро смахнул нечаянную каплю.

– Ещё два пузыря осталось.

– Пойдем, врежем.

– Пошли. Все равно тут одна мелкота собралась. А пока ходим, более крупные экземпляры подойдут.

– Ты это о ком?

– О бабах.

Покинув освещенную территорию «Локо- мотива», они вышли на широкую лесную тропинку, ведущую на турбазу «Маяк».

Весь путь занимал метров триста. Но полное отсутствие освещения сильно замедляло движение двух нетрезвых мужчин. Протискиваясь почти на ощупь между стволами сосен, Курилов вдруг понял, как нужно было идти, не сбиваясь с тропы.

– Федя, иди за мной.

Федор, не скрывая удивления, спросил:

– У тебя что, ночное зрение?

Курилов кивнул головой, хотя всё было гораздо проще. На широкой тропе полностью отсутствовали сосновые шишки, но стоило отклониться в сторону, как стопа сразу начинала чувствовать их наличие.

Прикончив еще одну бутылку портвейна, они не без труда вернулись к танцплощадке, где веселье уже шло полным ходом.

Действие последней дозы портвейна полностью раскрепостило Курилова, и он, ринувшись в самую гущу танцующих тел, с головой окунулся в безудержное веселье.

* * *

Во рту было сухо и противно.

«Неужели вчера опять с кем-то пил»? – липкая, как слюна, мысль, растеклась в больной голове.

Не открывая глаз, Курилов негромко позвал свою жену.

– Люда!

С трудом повернувшись набок, он услышал под собой характерный скрип панцирной сетки.

«Где я?» – эта мысль отозвалась в затылке тупой болью.

Буквально разодрав слипшиеся веки, он увидел перед собой пустую соседнюю койку, стол с графином и грязные обои.

«Ё-моё. Я же на турбазе!»

Память начала по крупицам восстанавливать события вчерашнего дня и вечера.

Если события дня он вспомнил легко, то события вечера давались ему с трудом.

Было ощущение какого-то праздника и суматохи, но конкретной картины, что происходило вчера на танцах, воссоздать никак не получалось.

«Так… Феди нет…», – посмотрев на пустую соседнюю койку, констатировал Курилов.

Приподняв простыню, которой он был накрыт, Сергей увидел, что из всей одежды на нем были только носки.

«Не понял, а где трусы-то?»

Не найдя на этот простой вопрос никакого ответа, он решил не утруждать себя более никакими вопросами, а ещё чуточку поспать.

Повернувшись на другой бок, он вдруг ощутил неудобство от свернувшейся в жгут простыни. Засунув руку под бок, он попытался расправить ткань, но сразу понял, что мешала ему не простыня, а нечто, лежащее под ней.

– Вот они где, родимые, – вслух произнес Курилов, имея в виду свои трусы.

Засунув руку под простыню, он попытался вытащить их, но сразу понял, что это были не его трусы.

Приподнявшись на постели к железной спинке, Сергей, как факир, стал медленно вытягивать из-под простыни то, что там лежало.

Когда появился краешек бежевой атласной ткани, в голове Курилова озорно вспыхнула мысль.

«Женские трусики!!! Неужели я с кем-то вчера вечером грешил?»

Он попытался представить себе эту таинственную незнакомку, но память, стертая алкоголем, так и не смогла нарисовать этот образ.

Вытягивая из-под простыни этот предмет женского туалета, он все больше и больше удивлялся его большим размерам.

«Это же не трусики! Это даже не трусы! Это парашют какой-то…»

Когда же он полностью извлек из-под простыни этот утерянный кем-то предмет туалета, то, растянув его между своих рук, он с ужасом постарался представить себе обладательницу таких неимоверных форм.

На крыльце послышались чьи-то шаги, и звонкий женский голос оповестил Сергея о том, что это, по всей видимости, как раз и была та таинственная обладательница утерянного предмета.

– Сережка! Просыпайся!

В дверь слегка ударили ногой.

От смущения Курилов быстро натянул на голову простыню.

Он слышал, как открылась дверь и незнакомка, пройдя в комнату, что-то положила на стол.

Затем шаги стали приближаться, отчего Курилов интуитивно сжался, держа в руках атласную материю.

Простыня поползла вниз, и он увидел перед собой круглое симпатичное женское лицо, обрамленное белокурыми волосами.

– Ой, нашлись! А я их всё утро искала, – она быстро выхватила из рук Курилова свои трусики и, отвернувшись от него, натянула их, при этом задрав свое цветастое платье и широко расставив ноги.

Курилов не стал отворачиваться, ему хотелось увидеть тело незнакомки. Хотя все произошло быстро, тем не менее он успел разглядеть, что при таких огромных габаритах оно не выглядело рыхлым, а, напротив, казалось упругим и налитым.

Повернувшись к Курилову, она улыбнулась, обнажив при этом ровный ряд хороших зубов.

– Я тебе завтрак принесла. Давай, вставай, пока каша не остыла.

Сергей, абсолютно не помня всех обстоятельств вчерашнего вечера, не знал, как себя вести.

– Извини, а мы что, вчера действительно… с тобой?.. – Курилов запнулся, так и не решив произнести слово «трахались», поскольку пока не знал, что за особа сейчас стояла перед ним.

Она добродушно рассмеялась.

– Какие кавалеры пошли! Вчера вечером на мне готов был жениться. Шубу обещал подарить, а сегодня даже не помнит, было что или не было. Курилов снова приподнялся к спинке кровати и хрипло спросил.

– Ты не знаешь, где мое белье?

– Трусы свои ищешь?

– Ага, – кивнул головой Курилов.

– Так ты же сам их вчера выкинул, когда мы купаться ходили. Ты еще кричал, что в таких трусах тебе стыдно передо мной показываться и что ты эти трусы специально купил, чтобы не выделяться среди других.

Сергей удивленно уставился на белокурую незнакомку.

– Мы что, еще ночью купаться ходили?

– Так ты действительно ничего не помнишь? – она хитро посмотрела на Сергея.

– Ничего, – честно признался он.

– Меня-то хоть помнишь, как зовут?

– Если честно, то нет.

– Тогда давай снова знакомиться! Я Светлана, – она присела рядом с ним на койку, отчего пружинная сетка громко заскрипела.

– А я Сергей.

– Я догадалась, – засмеялась она. – У тебя запасное белье осталось какое-нибудь?

– Да. В сумке.

Светлана встала с койки и, отыскав под столом сумку Курилова, открыла её. Порывшись, она вытащила трусы и кинула их ему.

– На, держи.

Тот смущенно натянул их на себя под простынею и, стараясь не смотреть на Светлану, встал с койки. Подняв джинсы, он, путаясь в штанинах, попытался сразу натянуть их. Это удалось ему только с третьей попытки.

«Не хватало, чтобы потом она в городе кому- то рассказывала о моих похождениях», – украдкой поглядывая на новую знакомую, думал он.

Но добродушный вид Светланы не предвещал какого-либо подвоха с её стороны.

Подойдя к столу, Курилов присел рядом со своим ещё не остывшим завтраком.

– А Федор где?

– Он с Маринкой в нашей комнате остался.

«Значит, была ещё и Маринка», – Курилов мысленно представил себе её образ.

В отличие от Светланы она почему-то нарисовалась в его воображении худой и темноволосой.

Присев за стол, он еле-еле затолкал в себя уже остывшую овсяную кашу. Позавтракав, он пошел умываться.

* * *

Да! Такого экстрима у него не было давно. За прошедшие сутки он действительно не вспомнил ни разу о своем бизнесе. Мало того что он, как последний опойка, пил дешевый портвейн, так он ещё и переспал со статисткой агентства.

То, что Светлана была статистом на этой турбазе, Курилов не сомневался, хотя в голову упрямо лезла одна и та же мысль: «А кто, собственно, оплатил весь этот масштабный спектакль с отдыхающим, танцами и всеми атрибутами восьмидесятых?»

То, что это было не дешевое удовольствие, Сергей прекрасно понимал. Любой реквизит и работа актеров должны были стоить приличных денег. И той суммы, которую Курилов оставил в «Агентстве нестандартного отдыха», явно не хватило бы для оплаты всей этой массовки.

Ответ напрашивался один. В этой толпе псевдоотдыхающих должны были быть такие же, как и он, реальные люди, которые и оплатили весь этот балаган…

Подойдя к умывальнику, Сергей перекинул вафельное полотенце через плечо. Увидев на полке бесхозно лежащую зубную пасту «Жемчуг», Сергей бесцеремонно взял ее и выдавил в свой рот белую колбаску.

«И что дальше? Опять весь день пить советскую бормотуху? А вечером после танцев кувыркаться с этой Светой?» – размышлял Курилов.

А почему, собственно, нет? Ведь он ради этого и приехал сюда. И ему надо всего лишь постараться поверить, что он действительно попал в прошлое и, расслабившись, плыть по течению того сценария, который для него подготовили в «Агентстве нестандартного отдыха».

– Привет! – кто-то слегка хлопнул Сергея по плечу.

Курилов обернулся и увидел перед собой оплывшее лицо Феди.

– А, пропащий!..

Федор подставил под струю холодной воды голову и, громко фыркая, стал массировать лицо и шею.

Торопливо завершив водную процедуру, Федор интенсивно растерся.

– Серега, у нас там ничего не осталось на опохмелку?

Курилов лишь пожал в ответ плечами.

– Слушай, а у тебя бабки есть?

– Ты это о чем? – Сергей не понял вопроса.

– Ну что ты придуриваешься? Я тебя вчера угощал, а сегодня твоя очередь! Тем более ты мне обещал, что в городе со мной напьешься.

Курилов вдруг переменился в лице и, подойдя к Федору ближе, заговорщицки шепнул ему на ухо:

– Слушай. Мне телефон на пару минут нужен. Я только своему водителю звякну, и он через пару часов нам нормального вискаря привезет.

Федя уставился на Курилова.

– А на нашей турбазе телефона нет. Насколько я знаю, телефон только на «Локомотиве» имеется.

– Ты что, не понял? Мне сотовый телефон нужен, – Сергей начинал выходить из себя.

– Какой? – наивно переспросил Федор.

– Слушай, Федя! Я понимаю, что вам за вашу работу платят, но переигрывать тоже не надо, – Курилов не смог скрыть раздражения.

– Серега! Ты не обижайся, но я, правда, не знаю, чего ты от меня хочешь.

– Да иди ты… – Курилов обреченно махнул рукой, осознав, что Федор будет играть свою роль до конца во что бы то ни стало.

Федор растерянно уставился на своего нового друга, не понимая его реакции.

– Серега, так ты сегодня угощаешь?

Курилов вдруг вспомнил разговор с директором агентства насчет обменного фонда, состоящего из советских дензнаков.

«Ах, вот они для чего нужны. Сейчас, наверное, Федор меня втягивает в какую-нибудь мизансцену, где мне придется что-нибудь купить на советские деньги», – эта мысль озарила Сергея.

– Конечно, угощаю, – уже наигранно- добродушно ответил Курилов.

– Вот это другое дело.

* * *

Как оказалось, менять советские деньги на советские продукты и вино нужно было в близлежащей большой деревне, которая носила название Федурино.

Оставив своих пассий на турбазе, Сергей с Федором вышли в этот населенный пункт ровно в десять пятнадцать, поскольку продажа спиртного, как и предполагал Сергей, в восьмидесятые годы должна была начинаться с одиннадцати часов.

До Федурино было всего три километра, причем первая половина пути проходила по полю, засеянному рожью, а вторая – через сосновый бор.

Курилов решил воспользоваться этим моментом, чтобы еще раз попытать Федора и разузнать у него о том, кто еще, кроме него самого, сейчас отдыхал от «Агентства нестандартного отдыха» на этой турбазе. Памятуя о прошлом разговоре и скрытности актера, Сергей свои расспросы начал издалека.

– Федь, а сколько тебе ваш директор платит?

– По-разному. Месяц на месяц не приходится. Ну, если все вместе считать, с премиями и прогрессивками, то в среднем двести пятьдесят чистыми выходит.

– Это в день или в неделю? – переспросил Курилов, мысленно перемножив доллары на рубли.

– Ты что, смеёшься? Где ты такие зарплаты видел?

– Что, в месяц, что ли?

– Конечно.

– Да он тебя в черном теле держит, – прокомментировал эту цифру Курилов.

– И не меня одного. Нас всех уже давно в черном теле держат. Как я пыряю, так мне должны в десять раз больше платить. Вон на Западе! За такую же работу люди по две тысячи долларов в месяц получают.

– Если честно, то мне нравится, как ты играешь, – Сергей слегка хлопнул по плечу Федора.

– Ты имеешь в виду гитару?

Курилов рассмеялся в ответ.

– Понимаю. У вас наверняка тоже жесткие условия прописаны. Вам ни при каких обстоятельствах нельзя раскрываться и рассказывать, кто вы на самом деле?

Федя подозрительно посмотрел на Курилова.

– Вообще-то у нас такими вопросами замдиректора по режиму и кадрам занимается. Ты что, из органов, что ли?

– Почему сразу из органов? Просто я немаленькие деньги заплатил, чтобы на этой турбазе отдохнуть и от суеты отвлечься.

– Я почему-то так и понял, что ты здесь по блату. Да и одет ты фирмово. Вон джинсы клевые, кроссовки импортные и сумка твоя наверняка из «Березки»?

Курилов расхохотался, от души аплодируя такой искренней игре Фёдора.

– Ты чего? – Федя явно не понимал причину этого безудержного веселья своего нового друга.

Курилов не ответил, переведя разговор на другую тему, и весь оставшийся путь до магазина они уже говорили о своих новых знакомых, которые остались ждать их на турбазе.

* * *

Сельский магазин располагался рядом с местным почтовым отделением. Судя по кучке мужиков, дежуривших в тени большого крыльца, одиннадцати часов ещё не было.

– Мужики, кто крайний? – деловито поинтересовался Федя.

– За мной будешь, – прищурившись, ответил замухрышка в серой засаленной кепке.

– А магазин закрыт еще что ли? – также деловито спросил Курилов.

– Открыт, – отозвался этот же мужичок, – Только Дуська тебя все равно раньше одиннадцати не отоварит.

– Я просто так пока загляну, – Курилов поднялся на ступеньки крыльца.

Ему не терпелось посмотреть, что же там внутри.

Декорации на прилавках приятно поразили его воображение. Если бы он точно не знал, что это была всего лишь искусная инсценировка, то он наверняка бы поверил, что попал в прошлое. Ровные ряды бутылок с уксусом, пирамидки консервов «Завтрак туриста», стеклянные трехлитровые банки с березовым соком, пластиковые вазочки с дешевыми конфетами без обертки и никаких холодильников… На прилавке возвышались красные стрелочные весы, на которых с помощью гирек молоденькая рыжая продавщица отвешивала какой-то бабке гречневую крупу.

– Дусь, ты мне еще спички посчитай, – прошепелявила старушка.

– Я уже посчитала. С тебя рубль сорок три, – громко ответила продавщица глуховатой покупательнице.

Старушка извлекла откуда-то из-за пазухи белый носовой платочек, связанный узелком, и, вытащив из него две мятые рублевые бумажки, протянула их Дусе.

Отсчитав полагающуюся сдачу, продавщица ссыпала медяки в сморщенную ладошку старушки.

«Классная игра! – подумал Курилов. – Чтобы так сыграть, нужно быть артистом от бога».

– Мужчина, а вам что? – Дуся полностью переключилась на Сергея.

Курилов, немного перегнувшись через прилавок, вполголоса задал вопрос:

– Это настоящие продукты или бутафория?

Дуся, ехидно прищурившись, ответила едко, и даже язвительно:

– Ну, мужики! На что только не идут. Даже цветы с клумбы рвут. Лишь бы бутылку раньше одиннадцати купить. Я сказала, раньше времени не продам, значит, не продам! И собутыльникам своим скажи, что Дуська закон не нарушает. Э-э-эх, а ещё одет прилично!

Опешив от такого пассажа, Курилов захотел сразу поставить эту рыжую статистку на место. Он, что ей, «хрен с горы», что ли? Игра игрой, а палку-то перегибать зачем? Он все-таки деньги за все это заплатил! Но, увидев глаза старушки, которая сокрушенно закачала головой, он вдруг осознал, что это, может быть, была их единственная работа в этой глуши – играть роль статистов, которую им прописали в «Агентстве нестандартного отдыха». И уж если Федя получал только двести пятьдесят долларов в месяц за свою роль, то сколько же платили этой Дусе или этой бабуле, которая минуту назад так талантливо сыграла перед ним роль покупательницы?

Сергей решил не выяснять отношения, а, наоборот, войти в роль покупателя.

– У тебя что-нибудь на закуску есть?

– Есть сырки «Дружба». Или вон «Завтрак туриста» возьмите.

– А сколько «Дружба» стоит? – поинтересовался Курилов.

– Ты что, с луны свалился? Как стоил пятнадцать копеек, так и стоит.

– Тогда давай два, – Сергей оглядел весь прилавок и не найдя ничего стоящего, ткнул пальцем в вазочку, где лежала карамель без обертки. – А конфеты только такие?

– Других нет. Это тебе не универсам, а сельмаг, – отрезала Дуська.

– Тогда давай полкило, – на этот раз Курилов не стал спрашивать о стоимости конфет.

Дуся, ловко скрутив из серой упаковочной бумаги большой кулек, стала сыпать в него из алюминиевого совка конфеты.

Звук конфет, падающих на металлическую площадку весов, вдруг ярко и сильно напомнил ему о его детстве, когда он, получив от родителей двадцать копеек, бежал в «стекляшку», чтобы купить пломбир. Там, ожидая своей очереди у прилавка, он сотни раз слышал этот звук…

– Всё? Или еще что-нибудь будете брать?

Сергей, очнувшись от воспоминаний, растерянно поглядел на Дусю:

– А чай есть?

– Может, тебе ещё и кофе подать?

– Так есть или нет?

– Ты что, не от мира сего или из-за границы приехал?

До Курилова в который раз дошло, что таким образом он все равно ничего не добьется.

«Может, реквизит тогда поближе рассмотреть?» – мелькнуло у него в голове.

– Можно баночку «Завтрак туриста»?

– Пожалуйста, – Дуся, отвернувшись к полке, взяла верхнюю банку и поставила ее перед Куриловым.

На крышке он заметил несколько цифр. Последние две из них были «83».

– Вы не беспокойтесь. Если вы насчет годности, то еще полтора года осталось.

Сергей, повернув банку, разглядел фразу, написанную мелким шрифтом: «Срок годности два года».

– Значит, агентство имитирует восемьдесят третий год. – себе под нос пробубнил Курилов.

– Вам «Завтрак туриста» считать? – Дуся уперла руки в бока.

– Нет, спасибо.

– Тогда с вас восемьдесят копеек.

Курилов вытащил свой обменный фонд и, перелистав купюры, небрежно кинул бумажный рубль.

– Сдачи не надо.

– И мне твоя сдача не нужна, – Дуся тоже небрежно кинула на металлическую тарелку две монетки: пятнадцатикопеечную и медный пятачок.

В это время в проеме магазина появился первый из мужиков, дежуривших у крыльца.

– Дусь, там время ещё не подошло? А то душа горит.

– У вас каждое утро душа горит, – строго парировала продавщица и, опустив взгляд на свои наручные часики, благодушно разрешила. – Ладно. Можете заходить.

* * *

Вечером в комнате за маленьким столом, на котором стояла пара бутылок «Агдама», собрались две пары – Сергей со Светланой и Федор с Мариной.

Уже изрядно захмелевший Курилов по- барски давал оценку каждому из них.

– Вот ты, Светка, правильно свою роль ведешь. Не надо переигрывать с клиентами. Они ведь тоже не дураки и сразу фальшь чувствуют.

– Ты о чем, Сереж?

Курилов поднял большой палец, показывая, как здорово играет свою роль Светлана.

– Молодец. Это здорово, что в агентстве именно вас ко мне прикрепили. Вот я вас второй день знаю, а вы мне еще не надоели. Так что за две недели мы тут еще так оттопыримся…

Федор переглянулся со Светланой.

– Серега, мы же завтра все уезжаем.

– Как уезжаете?

– Так у нас путевки только на два дня были.

Курилов замахал рукою.

– Нет. Так дело не пойдет. Я к вам только- только привык, а вас уже меняют.

Федор снова переглянулся с Мариной и Светланой.

Курилов не заметил этих странных переглядываний.

– Слушай, Федь, давай я с директором договорюсь, чтобы он вас здесь еще на недельку оставил.

– Серег, не надо нас в ваши отношения впутывать. Ты отдохнешь и уедешь, а мне еще работать и работать на этом предприятии.

Курилов пьяным взглядом посмотрел на Федора.

– Не хочешь, как хочешь. Но ты мне все равно свой сотовый оставь.

– Чего оставить?

– Ну хватит уже. Я понимаю, у вас контракт. Но исключение-то можно для меня сделать?

– Серега, я, правда, не пойму, что ты от меня хочешь.

Курилов обреченно махнул рукой на своего новоиспеченного друга.

– Ладно. Не хочешь давать свой сотовый, тогда я тебе завтра свое «мыло» оставлю. Черкнешь мне со своего «емэйла» потом, где и как мы с тобой сможем в городе пересечься.

Курилов направился к выходу.

– Ты куда? – в глазах Светланы читалось удивление.

– Пойду коня привяжу, – Курилов открыл дверь на веранду и растворился в темноте.

Федор, Светлана и Марина переглянулись между собой.

– Федь, что это он нам тут нес? Какое-то мыло тебе хочет оставить, чтобы ты на нем ему чего-то начеркал?

Федор многозначительно кивнул головой:

– Если честно, то у него иногда бывают такие заскоки.

– Может, ему больше не наливать? – Светлана покосилась на две бутылки «Агдама».

Федор не успел ответить, потому что в комнату вернулся Курилов.

– А вот и я.

Сергей прошел к столу и, присев рядом со Светланой, потянулся к бутылке. Света сразу же повисла на его руке.

– Сереж, может, не надо больше пить? Пойдем лучше потанцуем.

Курилов глянул на крутую грудь Светланы и, пьяно улыбнувшись, согласился:

– Пойдем… П-пот-т-танцуем.

Глава третья

Жизнь по инструкции

* * *

Воскресное утро началось для Сергея практически так же, как и субботнее, то есть полной амнезией.

Курилов долго не мог проснуться, пытаясь сообразить, где он, а когда сознание наконец вернулось в его измученное алкоголем тело, он с ужасом пришел к выводу, что ещё один такой день он уже не переживет.

Приоткрыв глаза, Курилов увидел Федора, распластавшегося на своей кровати.

«Слава богу, что это не Светка», – эта мысль тупой болью отозвалась в голове Курилова.

Вообще-то Светлана была приятная дама и два дня, проведенных с ней, внесли свежую струю в его сексуальные отношения. Но в иных условиях, то бишь, в городе, когда он был бы в своей среде, этот сексуальный контакт вряд ли мог бы состояться. Габариты Светланы явно не укладывались в рамки его представлений о женской красоте. Все его любовницы в основном имели стандартные 90–60–90 или ближе к этому. Поэтому обладание рельефами 120– 100–130 для Курилова было воспринято как участие в некоем экстремальном виде спорта. Зато теперь Сергей мог с полной уверенностью утверждать, что знает, какие чувства должен испытывать мужчина во время секса с такой вот женщиной, пытаясь объять необъятное…

Решив не идти на завтрак, он снова провалился в сон. И только к обеду его разбудил громкий стук в дверь.

– Вы белье собираетесь сдавать? Через два часа отъезд, а я у вас еще комнату не приняла, – из-за двери раздался сердитый голос кастелянши.

– Серега! Просыпайся! Через полчаса нам комнату сдавать, – Федор быстро вскочил с кровати и, схватив полотенце, выскочил на улицу.

Сергей тоже встал и, нехотя натянув джинсы, отправился следом за Федором умываться.

Вернувшись к своему корпусу, он столкнулся с кастеляншей, которая уже выходила из их комнаты с тюком постельного белья.

– Ключ давайте, – обратилась она к Федору.

Курилов, не понимая, почему кастелянша потребовала ключ от его комнаты, решил поставить ее на место.

– Уважаемая, почему вы забираете ключ от моего номера? Я путевку на две недели оплачивал.

– Ничего не знаю. У меня комната числится с этого дня как освобожденная.

Этот ответ вывел Курилова из себя.

– Вы что тут, вообще охренели? Игра игрой, а к клиенту надо с уважением относиться.

– Ты на меня не кричи. Таких, как ты, тут знаешь, сколько перебывало? А если шуметь будешь, то я в администрацию сообщу, и тогда тебе вообще никогда путевку не дадут.

– Ты что, мне угрожаешь, халдейка гребаная? Да я сейчас позвоню в город своему начальнику службы безопасности, и вашу турбазу вместе с вашим агентством кверху мехом вывернут.

Федор взял за руку Курилова и с силой вытянул его на улицу.

– Серега, остынь. Ты что, не понимаешь, что она ничего не решает? Хрен ли с ней спорить? Сходи в администрацию турбазы и там разберись. Курилов, немного придя в себя, мысленно согласился с доводами Федора. Тем более он рассчитывал, что Федя действительно знает всю подноготную происходящего.

– Где тут администрация?

– Вон видишь тот корпус, где радиоузел?

– Вижу. Ты пока посмотри за вещами, а я сейчас схожу, разберусь.

* * *

– Как, говорите, ваша фамилия? – седой мужчина в рубашке с коротким рукавом снова провел ручкой по списку фамилий в журнале учета.

– Курилов.

– Слушайте, а такой фамилии вообще в списке нет.

– Что значит нет? – теряя терпение, почти прокричал Сергей.

– Извините, а вам путевку на нашу турбазу кто давал? – мужчина снял с переносицы очки и внимательно посмотрел на Курилова.

– Мне ее лично ваш директор оформил.

– Сам? – удивился седоволосый.

– Да.

– Ну, тогда понятно. А что вы, собственно, от меня хотите?

– Как что? Я оплатил за две недели отдыха, а меня из номера выселяют.

Мужчина почесал висок и неуверенным голосом ответил:

– То, что вы тут отдыхали по блату, многое объясняет, но у меня, к сожалению, на ваш счет нет никаких указаний из профкома. Возможно, их мне просто забыли передать.

– Какого ещё профкома? Вы что тут мне лапшу на уши вешаете? – окончательно вышел из себя Курилов.

– Пожалуйста, не волнуйтесь. Сегодня, так и быть, я разрешу вам одну ночь провести в том же номере, а завтра вы уж сходите в Федурино и свяжитесь по телефону с профкомом, чтобы они путевку на вас выписали.

Курилов зло посмотрел на мужчину:

– Да-а! Хотел отдохнуть нестандартно, но, видимо, не судьба. Всё! Я уезжаю в город. Завтра будем с вашим директором разбираться.

Седовласый извиняющимся голосом попросил:

– Только вы уж меня в это дело не впутывайте пожалуйста. Я человек маленький. Меня ведь никто о вас не предупредил.

Курилов ничего не ответил. Широко шагая, он отправился к своему корпусу, где на крыльце его ожидал Федор.

– Ну как, разобрался?

– Нет! Я в город еду. Всё, мой отдых закончился. Буду завтра вашего директора дрючить.

Федор искренне округлил глаза.

– У тебя что, есть связи в министерстве?

– У меня везде есть, – отрезал Курилов.

Федя понимающе кивнул головой и засеменил за Куриловым, стараясь не обгонять его. Шутка ли, ведь он двое суток жил в одной комнате с человеком, имеющим связи в Министерстве авиационной промышленности СССР.

* * *

Чем ближе подъезжал автобус к городу, тем Курилову все больше и больше начинало казаться, что он действительно попал в прошлое.

По дороге в Нижний Новгород навстречу почему-то попадались только отечественные машины, причем, исключительно старых моделей, а вдоль трассы странным образом вдруг исчезли многочисленные кафе и магазины.

Тревога в его душе росла с каждой минутой, а когда в районе поселка Дубравный Сергей вдруг увидел большую стелу «ГОРЬКИЙ», то у него просто оборвалось сердце. Он повернулся к Федору и, еле сдерживая эмоции, спросил:

– Федь, скажи мне, сейчас действительно восемьдесят третий год?

– Серега, ты что? Опять шутишь? – Федя явно не понимал смысла этого вопроса.

Курилов вдруг сообразил, что сейчас надо действовать по-другому.

– Я видел, у тебя газета в сумке была.

– Да, но она старая, от пятницы.

– Дай, пожалуйста. Федор достал газету.

Сергей взял «Комсомольскую правду». На ней стояла дата выхода номера – «17 июня 1983 года, пятница».

«Значит, сегодня девятнадцатое июня восемьдесят третьего года! – с ужасом подумал Курилов. – Так, спокойно. Всё под контролем. Сейчас приезжаем в Нижний Новгород, я звоню в агентство, и меня возвращают обратно, – Сергей постарался мысленно успокоить себя. – Какое к черту агентство! Сейчас же восемьдесят третий год! Сейчас вообще нет никаких агентств, только госпредприятия», – эта мысль снова ввергла его в панику.

– Серега! С тобой всё нормально? – Федор тронул за руку Курилова.

– Да, – выдохнув, ответил он.

– А то ты так покраснел!

Сергей не ответил. Он вдруг совершенно ясно осознал, что ему сейчас абсолютно некуда идти. Не пойдешь же сейчас к самому себе домой. Да и страх встречи с самим собой, только молодым, делал этот шаг невозможным.

«А родители вообще могут с ума сойти, увидев меня такого», – подумал Сергей, при этом вспомнив сюжеты из фильма «Назад в будущее», где герой тоже попал в подобную ситуацию.

Повернувшись к Федору, он вдруг понял, кто ему мог предоставить кров.

– Федь, а ты один живешь?

– Да, в коммуналке на проспекте Ленина, – бесхитростно ответил тот.

– Слушай, можно я у тебя пару дней перекантуюсь? А то я со своей поссорился вдрызг, – соврал Сергей.

– Да ради бога. Только тебе придется на раскладушке кантоваться.

– Не вопрос! Спасибо, Федя, – искренне поблагодарил его Сергей.

Как только он решил проблему со своим ночлегом, нервы немного успокоились.

«Сейчас главное – не паниковать. Нужно спокойно разобраться во всем. Ведь есть же какой-то выход из этой ситуации. Сейчас приедем к Федору, и я что-нибудь придумаю», – продолжал себя мысленно успокаивать Курилов.

Он уже почти нашел внутреннее равновесие, как новая волна паники снова накрыла его с головой.

«А где вторая пилюля?! Ведь когда я выпил красную пилюлю, вторая, неиспользованная, осталась у врачихи», – эти мысли, как волны, накрывали его снова и снова.

– Московский вокзал. Нам лучше здесь сойти, – голос Федора отвлек Сергея от лихорадочных мысленных метаний.

Автобус притормозил около центрального входа в железнодорожный вокзал, и почти все, кто в нем сидел, быстро покинули салон.

– А теперь куда? – Курилов растерянно уставился на Федора.

– Пойдем на остановку. Нам сороковой автобус нужен.

– Ты в каком месте на проспекте Ленина живешь? – на всякий случай спросил Курилов.

– У «Новости».

Курилов непроизвольно остановился.

– Ты чего? – Федя не понял, почему тот затормозил.

– Да так. Просто у меня там когда-то знакомая девушка жила.

Сергей не стал рассказывать Федору о том, что рядом с магазином «Новость» когда-то жила его первая любовь Ольга Журавлева.

* * *

Квартира, в которой проживал Федор, располагалась в старом пятиэтажном доме сталинской постройки. Про такие дома раньше говорили «народная стройка».

Длинный темный коридор начинался прямо от входной двери и заканчивался маленькой кухней с двухкомфорочной плитой и газовой колонкой.

В квартире было всего две комнаты. Одну из них, меньшую, что располагалась ближе к кухне, занимал Федор, а в другой комнате, которая была больше, проживала пожилая супружеская пара.

Федор вышел на кухню, чтобы что-нибудь сообразить на ужин. А Сергей присел на потрепанный скрипучий диван и, обхватив голову руками, крепко задумался над той участью, которая свалилась на его непутевую голову.

Еще пару дней назад он был олигархом местного масштаба. Ездил на шикарной машине, спал на испанской кровати ручной работы, носил часы за двадцать тысяч евро и питался в лучших ресторанах Нижнего Новгорода. А сейчас он сидел в зачуханной комнатушке коммунальной квартиры и ждал ужина, состоящего из жареного яйца, пучка зеленого лука и куска ржаного хлеба.

Но самое главное – он не знал, как вернуться снова в свое время.

«Ну что, мудак? Отдохнул на халяву? Не ехалось тебе на Мальдивы? Нестандартного отдыха тебе подавай», – Сергей с мазохистским наслаждением бичевал свое эго. Вскочив с дивана, он нервно прошелся по комнате. – Но ведь должен же быть хоть какой-нибудь выход».

Сергей попытался вспомнить, что ему говорил директор агентства относительно двух пилюль. Но, как ни напрягал Курилов память, всплыли лишь слова директора о том, что вторая пилюля понадобится, чтобы снова проснуться в привычной для себя обстановке. Только вот где эта вторая пилюля?

– Серега, – в комнату заглянул Федор, – ты чай будешь или квас?

Курилов посмотрел с надеждой на своего гостеприимного друга.

– Федя! А когда я в пятницу долго не просыпался, рядом со мной не было такой маленькой черной коробочки?

– Не. Не видел. Так ты чай или квас будешь?

– Теперь уж все равно, – обреченно махнул рукой Курилов.

Федор снова ушел на кухню, а Сергей присел на диван, размышляя о том, что ему делать дальше.

«Стоп! А может, врачиха мне эту коробочку, пока я спал, в сумку положила?» – озарила его мысль.

Он вскочил с дивана и кинулся к своей сумке. Вытряхнув все содержимое на диван, он проверил в ней все карманы и прощупал всю свою одежду. Коробочки нигде не было.

«Так, а это что»? – из груды одежды Курилов извлек пластиковую папку.

Только когда он открыл клапан, до него вдруг дошло, что в папке лежали липовые документы, которые ему изготовили в «Агентстве нестандартного отдыха».

Сергей вывалил все содержимое папки на диван. Вот паспорт, диплом об окончании авиационного техникума, трудовая книжка, какая-то бумажка… Стоп! Это же инструкция!

В ней же должно быть написано, как можно вернуться назад!

Он нетерпеливо развернул листок и сразу в первом же параграфе нашел ответ на свой вопрос.

«§1. Если вы будете внимательно следовать пунктам данной инструкции, то возвращение обратно состоится в день, означенный договором об оказании услуг, который был заключен между Клиентом и “Агентством нестандартного отдыха”, далее по тексту “АНО”, в городе Нижнем Новгороде, 17.06.2009 года».

«Вот оно что! Надо только внимательно прочитать эту инструкцию», – эта мысль подарила очередную надежду.

Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился Федор со шкворчащей на сковородке яичницей.

– Газетку подстели, – попросил он Курилова. Тот быстро убрал инструкцию в сумку и, схватив первую попавшуюся газету, положил ее на стол, стоящий у стены, куда Федор сразу же поставил сковородку.

– Давай садись, пока горячее.

Сергей присел рядом. Пытаясь поднять вилкой со сковородки растекающийся желток, Сергей вдруг поймал себя на мысли, что у него сейчас начинается дежавю и он уже где-то это всё видел. И с Федором он как будто знаком уже тысячу лет.

«Может, это всего лишь сон? И сейчас я проснусь в своей квартире?» – неожиданно подумал Курилов.

«Если мне это снится, то почему все выглядит так реально?» – мысли, снова как мухи, начали роиться в его голове.

«Может, спросить об этом Федора прямо в лоб? Кстати, я ведь даже не знаю, как его фамилия»,– Сергей, проглотив желток, посмотрел на хозяина квартиры, который с аппетитом жевал пучок зеленого лука.

– Федя, а как твоя фамилия?

– Скворцов.

– А моя Курилов.

– Вот и познакомились.

* * *

Утро следующего дня для Курилова началось ровно в шесть часов утра громкой трелью механического будильника. Федя сразу же вскочил с дивана и убежал на кухню ставить чайник. Заглянув через пару минут в комнату, он спросил Сергея, остается ли тот дома или пойдет куда-нибудь по своим делам, но, не дождавшись внятного ответа, снова убежал на кухню.

Курилов долго не мог понять, где он сейчас находился. Когда же он, окончательно проснувшись, поднялся со своей раскладушки и осмотрелся вокруг, то с горечью осознал, что это никакой не сон, а настоящая реальность.

В комнату заскочил уже полностью одетый Федор:

– Завтрак на кухне, я на работу. Если будешь уходить, то ключ от комнаты прямо в двери оставь. Я соседей предупредил, что ты у меня гостить будешь.

Напоследок, вылив на свою ладонь приличную дозу рижского одеколона «Дзинтарс», он энергично растер его по чисто выбритым щекам, отчего комната сразу же наполнилась резким запахом дешевого парфюма.

– Ты во сколько вернешься? – на всякий случай Сергей поинтересовался у Скворцова.

– В четыре, – на ходу бросил Федор и быстро выскочил из комнаты.

Курилов не спеша подошел к окну и, отдернув дешевые цветастые занавески, посмотрел вниз. С четвертого этажа, где располагалась коммунальная квартира, открывался вид на внутренний двор дома, за которым виднелось зеркало Силикатного озера, которое в простонародье звалось Силикатка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.