Мифы и легенды ЩеньЯл, или Почему чуваши боятся белых ходоков
Артем Кируш

© Артем Кируш, 2026

ISBN 978-5-0069-5580-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Многие рекомендуют вести дневник или записывать события из своей жизни, чтобы не забывать о них спустя годы. Я и сам часто говорю об этом, поскольку даже самые яркие моменты со временем выпадают из нашей памяти или теряют важные детали. Хотя в тот момент нам кажется, что об этом мы никогда не забудем.

Я очень хорошо помню, как много сказок рассказывал мой дедушка. Мне кажется, многие из них он сочинял сам, поскольку одним из героев его бесчисленных историй был маленький мальчик с белоснежными волосами. Я всегда представлял себя на месте этого смелого мальчика, ведь у меня тоже были светлые волосы в детстве. Вот только я сейчас уже не вспомню ни одну его сказку. Потому что рассказаны они были мне еще в дошкольном возрасте, а потом уже и я не просил, и дед был не столь многословен.

Зато в моей памяти множество мифов и легенд от других жителей деревни, где я родился и вырос. Если верить всем рассказам, то у нас там нет практически ни одного озера или оврага, ни одного переулка или поляны, где бы не обитало какое-то загадочное существо или не происходили странные события.

Многие из них не поддаются никакой критике и не находили ни единого объективного подтверждения действительности, поэтому я не буду о них рассказывать в этой книге. Здесь я собрал исключительно те истории, которым я сам был свидетелем или находил хотя бы косвенные доказательства.

В то же время я не берусь утверждать, что эти существа обитали только в нашей деревне и эти мифические события происходили только у нас. Как точно так же я не гарантирую дословный пересказ, поскольку я опирался только на свою память. То есть это не научный труд на основе каких-то летописей и результатов опросов. Это результат рассказов моих родителей, бабушек и дедушек, местных жителей и моих личных наблюдений.

Ащтаха

В восьмидесяти километрах от города Уфы расположена деревня, которая на картах обозначена как Новофедоровка, однако чуваши ее знают под названием ҪӗньЯл [ЩеньЯл], что в переводе означает «новая деревня». Логически верным будет полагать, что была и старая деревня, что будет соответствовать и действительности. Жители Новофедоровки хорошо помнят, по какой причине и каким непростым путем их предки были вынуждены переселиться в эту местность между двумя оврагами, чтобы иметь возможность защищать свое имущество от набегов скотокрадов. Однако это совершенно другая и длинная история, которая уже разными людьми рассказывается по-разному, а эта книга посвящена совсем другой теме.

Как уже можно было догадаться по названию деревни, преимущественно ее населяли различные мифические существа и мистические животные, а вторыми по численности были чуваши, которые те еще выдумщики. Я понял это с малых лет, когда один раз поинтересовался, что это за глубокая впадина на пояснице у дедушки. Сейчас уже не помню, кто из родственников решил так по-доброму пошутить над трехлетним ребенком, но шрам от осколочного ранения, полученного дедом во время Великой Отечественной войны, был представлен как убежище фашиста, который может в любой момент оттуда выскочить.

Нельзя сказать, что меня это сильно напугало, ведь я точно знал, что мой дед Николай воевал как раз против фашистов, их на войне было огромное множество, поэтому уже с одним-то маленьким фашистом, который смог уместиться в этой глубокой ямке на пояснице, несмотря даже на свой возраст, дед бы точно справился. Настораживал только тот момент, что этот фашист мог быть вооружен. Хотя даже с любым оружием он не представлял угрозы для деда и для всех нас – в этом я был абсолютно уверен, но с тех пор на всякий случай я не подходил к деду сзади. Не то чтобы я сомневался в быстроте реакции деда, но от этих подлых фашистов можно было всего ожидать. Вдруг он даже полностью вылезать не станет, а только высунет дуло своей винтовки.

В общем, от дедушки меня этот факт не оттолкнул, и мы по-прежнему очень часто оставались с ним дома наедине, когда все остальные члены семьи разъезжались по своим делам. Я был вынужден оставаться дома в силу своего возраста, а дед из-за лишивших его прежней подвижности двух ранений, которые получил на войне. По той же причине дедушка не мог со мной играть в подвижные игры и поэтому очень часто рассказывал различные истории. Про эту он вспомнил как раз в то раннее утро, когда я проснулся от ярких вспышек зарницы. На улице было еще темно, но в старой деревянной избе кроме деда никого не оказалось, и я поспешил к его кровати, которая стояла рядом с печкой.

Дедушка по своему обыкновению лежал на левом боку спиной к теплой печке и всматривался в окно, у которого стояла его кровать.

– Не бойся, – успокоил меня дедушка, помогая мне вскарабкаться на его кровать. – Здесь нечего бояться. Бог лишь гоняет всякую нечисть из леса.

Я тогда уже знал, что раскаты грома – это звуки кнута, которым Бог гоняет всяких чертей и других прислужников дьявола. Бог был очень сильным, поэтому мог так громко хлестать своим длинным кнутом, от кончика которого вырывались разряды молнии. Обычно ограничивалось все одиночными разрядами, направленными на конкретную нечисть, но когда слуг дьявола становилось слишком много в каком-нибудь лесу или овраге, Бог начинал гонять их маленькими, но частыми разрядами молний. Поэтому верующим и добрым людям действительно бояться было нечего, но после зарницы урожая орехов можно было не ждать.

– Главное, чтобы они его не разбудили, – немного поразмыслив, подытожил дедушка.

Кого именно, мне можно было не объяснять. Речь шла о драконе, который спал на дне озера в лесу. Называли его Аҫтаха [Ащтаха]. Я не знаю, какой именно это был дракон. Какой-то водный или обычный дракон, который решил спрятаться от всех на дне озера. Все в деревне знали о его существовании, а разнились их показания только в части конкретного озера. Некоторые были уверены, что дракон спал на дне Пиявочного озера, но дедушка приводил весомое доказательство того, что именно в лесу напротив нашего дома и спрятался дракон. По чувашским поверьям, дракон наказал своим младшим братьям – ужам защищать себя.

Доказательств родства драконов и ужей тоже было предостаточно. И те, и другие были покрыты чешуей и имели раздвоенный язык. Отсутствие яда ужей как раз и было связано с тем, что этого им не требовалось, когда те умели изрыгать пламя, как и любой дракон. Крыльев ужа лишил старший брат в наказание за трусость. Дело в том, что однажды на братьев драконов напал горный голем, который был размером с самую высокую гору. Старший из братьев бросился в бой, не раздумывая, а младший прижался к земле и ползал среди кустов и деревьев, пытаясь спрятаться. Сразу после того, как дракон одолел голема, он отыскал своего младшего брата и вырвал ему крылья и огненные железы в знак того, что тот все равно не пользуется ими в нужный час.

Так появились первые ужи, которые все это время мечтали вернуть свои крылья или хотя бы возможность изрыгать пламя и очень просили об этом драконов. Те пообещали им подумать над их просьбами, если ужи будут охранять их во время своего сна. Поэтому именно в озерах, где спят драконы, много ужей.

Кроме того что я родился и вырос в чувашской деревне, где магия окутывает все вокруг, я еще учился в школе, в которой нам преподавали в том числе физику и теорию Дарвина. Поэтому я всегда пытался найти логическое объяснение всем деревенским мифам и легендам. Однако могу назвать лишь совпадением, что ужи водились на берегу и плавали в этом озере как раз с той стороны, где, по рассказам, должен был лежать дракон.

Истории о том, что многие слышали, как порой по ночам воет дракон, я никогда не воспринимал на веру, ведь мне было непонятно, как его вой под водой можно услышать. Хотя даже дедушка говорил, что иногда дракон устает лежать на одном боку и переворачивается на другой. В этот момент все озеро начинает бурлить и волны на нем поднимаются.

Несмотря на то что это озеро было моим любимым местом для игр в детстве, а мои двоюродные сестры всегда ходили туда ополаскивать белье после стирки, мы ни разу не видели, чтобы озеро бурлило. В то же время на всякий случай не ходили на ту сторону озера, где водились ужи, а сестры мои ополаскивали одежду после стирки исключительно с безопасной стороны.

Так длилось ровно до тех пор, пока я не пришел в один из весенних дней навестить бабушку с дедушкой. К тому времени мы с родителями уже переехали в свой дом, но я практически ежедневно шел через глубокий овраг, чтобы помочь бабушке с дедушкой по хозяйству. В тот день дедушка сообщил мне, что дракон этой ночью был крайне беспокойным.

Я уже учился в старших классах тогда, и моя вера в дедушкины рассказы угасала с каждым днем, но я решил сходить на озеро. Тем более, всю зиму из-за глубокого снега не ходил туда, да и смотреть там зимой было особо не на что.

Несмотря на начало весны, лес еще не собирался пробуждаться, но запах сырой земли и прелой листвы уже висел в воздухе плотно, осязаемо – его нельзя было не вдыхать. Холодок пробежал по спине, дыхание неожиданно сбилось, но я продолжал идти. Чего бояться? Даже если дракон перевернулся на другой бок, мне он не угрожает. По крайней мере, я сам в это пытался верить, но тяжелый погребной запах, казалось, сочился прямо из-под снега, обволакивал и не отпускал.

Подойдя к озеру, я замер в полном оцепенении. Вместо привычного небольшого углубления, заметенного снегом, на месте озера я увидел глубочайшую яму.

Объяснить с научной точки зрения это явление тоже не составляло труда. Видимо, из-за карстовых пустот под озером земля провалилась и вода вся ушла. Диаметр котлована стал существенно больше. Старый дуб, который рос прямо на краю озера, повалился набок и свисал теперь над пропастью, едва удерживаясь своими корнями.

А на самом дне озера я увидел алую кровь. Явно не чистую кровь, а вперемешку с остатками воды, поэтому она имела чуть более бледный оттенок. Спуститься вниз и все более детально рассмотреть, кончено же, я не решился, поскольку это было совершенно небезопасно. Как минимум, можно было провалиться куда-нибудь.

Поэтому я поспешил домой рассказать обо всем дедушке, который совершенно ничему не удивился.

Разумеется же, я до сих пор пытаюсь дать всему этому логическое объяснение.

Наверняка, на дне той ямы была не кровь поранившего себя дракона, который решил найти себе другое прибежище, а вода, перемешанная с глиной.

Ужи скорее всего любили ту часть озера, где было больше кустов, которая к тому же лучше освещалась солнцем, а значит, быстрее прогревалась.

Дедушка был уже очень стар, и его очередное воспоминание про дракона могло оказаться простым совпадением. Быть может, даже кто-то раньше обнаружил обвал на озере и успел до меня рассказать деду, хотя других следов на еще не растаявшем в лесу снеге я не видел.

Вуборло

Самым страшным из всех существ, с которыми я лично сталкивался в детстве, был вупăрлă [вубəрлə]¹. С ним так или иначе был знаком практически каждый житель деревни.

Во многих чувашских легендах встречается существо, которое питается человеческой энергией и умеет принимать облик различных животных и даже предметов. Имя ему вупăр.

Однако в Новофедоровке встречали только вупăрлă. Последний слог этого слова указывает на схожесть с чем-то, в данном случае с древним существом. Видимо, речь идет о последователях или существах второго уровня, получивших инициацию от первородного злого духа, созданного самим дьяволом по просьбе женщины, которая обратилась за собственным исцелением не к Богу, а к сатане. Затем она инициировала свою родную дочь из-за ее приставучих вопросов о том, где мать пропадает по ночам. Первый ритуал проводился в бане после полуночи. Поэтому и сейчас можно случайно стать вупăрлă, если пойти в баню после полуночи или не успеть вернуться оттуда до конца суток.

Очень часто человек может даже не подозревать, что в его теле поселился злой дух, который по ночам, пока носитель спит, посещает другие дома и высасывает энергию у других спящих людей. По рассказам, ощущения при нападении вупăрлă очень похожи на сонный паралич. Человек не может пошевелиться и даже открыть глаза. При этом чувствует, как его жизненная энергия высасывается из него. Есть поверье, что достаточно пошевелить мизинцем левой руки, чтобы отогнать злую сущность, но лично я не вспомнил об этом в нужный час.

Если же удается вырваться из-под вупăрлă, то нужно включить свет и внимательно осмотреть дом. Потому что злая сущность не успевает быстро найти выход из дома и принимает облик домашнего животного, но чаще какого-то предмета одежды. Найдя незнакомый платок или одиночный носок, нужно прикрепить к нему висячий амбарный замок, а ключ держать при себе, лучше даже из рук не выпускать.

Если удастся все это сделать, то эта сущность к утру доберется до своего носителя и амбарный замок материализуется на его носу. Так можно выяснить, кто в деревне является носителем злой сущности. Этот вариант был проверен прямо в нашей деревне одним колдуном в конце девятнадцатого века – он, скинув с себя вупăрлă, нашел варежку. Колдун продел сквозь нее амбарный замок и закрыл на ключ. Через несколько дней местная жительница сама пришла к нему с просьбой отпереть замок. Правда, замок висел на ее бедре, а не носу, как гласят предания.

Сам колдун был достаточно могущественным. Он даже умел летать по ночам. Многие местные жители видели его в сумерках над деревней. Также заметили они, как перед ночными полетами колдун оставляет на столбе над калиткой ковш с водой, которой он омывал себя по возвращению. И как часто бывает в таких случаях, один раз кто-то из местных жителей вылил воду из ковша. После этого колдун захворал и уже не смог излечиться.

По другой версии борьбы с вупăрлă, после нахождения вещи, в которую оно перевоплотилось, можно сжечь незнакомый предмет, но этот вариант крайне неэффективен, поскольку для этого придется открыть все дымоходные задвижки, а значит вупăрлă может быстро вылететь в трубу. В лучшем случае, можно будет увидеть следы ожогов на носителе. По этой же причине, что вупăрлă чаще всего проникает в дома через дымоходы, нельзя ложиться спать, пока угли в печи не погаснут и все задвижки не будут закрыты. И закрывать их стоит сразу же после того, как угли погасли, ведь вупăрлă может проникнуть в дом и до того, как хозяева лягут спать, дождавшись, пока в печи огонь погаснет и угли потухнут. Затем ему остается только спрятаться где-то и дождаться, пока все уснут, чтобы напасть на свою жертву.

Это все в теории, но на практике все намного сложнее. Так, один мой дядя после нападения вупăрлă сумел сбросить его с себя, включить свет и даже обнаружить незнакомый шерстяной носок. Вот только амбарного замка под рукой у него не оказалось, поэтому он сложил этот носок пополам и зашил его обычными нитками. Результат своих коротких занятий кройки и шитья он выкинул в сени. Объяснил он это тем, что оставлять в доме страшную сущность, пусть даже зашитую нитками, он побоялся.

К утру этот носок пропал.

Несмотря на то что мы были детьми, его рассказу мы не очень-то и поверили. Что же он не потрудился выйти темной ночью во двор и снять ради такого дела амбарный замок с какой-нибудь двери? Почему не удосужился найти нитки покрепче и пришить этот носок к ковру, например?

Однако по какому-то непонятному совпадению через пару дней его соседка сама показала нам на свои болячки на ногах, из-за которых даже несколько дней на улицу не могла выйти. Она была уверена, что на нее наслали порчу злые соседи, потому что спать она легла в полном здравии, а поутру не могла встать, словно невидимая сила скрутила ее. При этом на одном боку и на ноге появились странные глубокие и кровоточащие болячки, в которых мы отчетливо разглядели следы от иглы и синяки от нитки.

В целом и раньше соседи думали на нее и даже старались ее не пускать домой, хотя эта была очень добрая женщина. В детстве я боялся ее, но исключительно из-за не очень опрятного вида этой дамы. Однако я не припомню ни единого случая, чтобы она когда-то хоть с кем-то конфликтовала или ругалась.

Люди не хотели пускать ее к себе домой, потому что считалось, что вупăрлă не сможет проникнуть в дом, где ни разу не был его носитель.

Мои бабушка с дедушкой были очень добрыми и гостеприимными людьми, поэтому соседка у нас бывала часто, однако причин опасаться ее все равно не было. Потому что в нашем доме нас защищала магия нашей бабушки Евдокии. Это всегда чувствовалось, пусть она прямо и не говорила нам об этом. Вот только я не подозревал даже, что магия бабушки распространяется только на дом, а сени, где тоже стояла кровать, остаются без ее защиты.

Как бы мы дети ни хотели спать в сенях, это место всегда оставалось за моей родной тетей с ее мужем, которые жили на севере и практически на все лето всегда приезжали в деревню, но в один год уехали к себе домой еще в июле. Ночи были еще теплыми. Заветная с детства кровать освободилась. Мне уже было двенадцать лет, поэтому, оставшись на ночь у бабушки с дедушкой, я мог, не спрашивая разрешения, пойти лечь спать в сени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Чувашская буква «ӑ» обозначает звук [ə], который близок к русскому «о» или «а» в послеударном слоге. Например, последний звук в слове «красиво».

Вернуться