Алекс Орлов
В трех шагах от бури. Механик

1

Заканчивалась первая неделя обкатки нового судна и за джойстиками управления Джек, как будто даже не уставал. И не только от того, что часть работы пилота брала на себя автоматика, но и потому, что он никак не мог нарадоваться такой обновке и поверить собственному счастью.

Ну, кому из стажеров могло так повезти, чтобы получить главный приз? Подарок о котором мечтали даже бывалые пилоты, а тут – стажер.

Несмотря на то, что согласно правилам, пилоту на новом судне полагалось отработать в тренировочном режиме пять смен Джек решил договориться с бригадой местных диспетчеров о том, чтобы ограничиться всего двумя.

Правда, получилось это не сразу и не так легко, как он ожидал.

Диспетчеров было четверо – трое мужчин и одна женщина. И если с мужиками можно было обойтись всего несколькими бутылками хорошей выпивки, ведь на базе Джека уже хорошо знали и не боялись, что подставит, то с женщиной, которую звали Герда Хольм, все было гораздо сложнее.

Она упорно отказывалась нарушать инструкции, стараясь даже не смотреть на просителя, чтобы не «поплыть» и не смягчиться, потому что высокий и симпатичный стажер постоянно привлекал внимание женской общественности базы.

Джек это понимал и старался пройти «по краю» – решить вопрос и не надавать обещаний по поводу неформальных отношений, например в отпускную неделю.

Герде было под сорок, за спиной пара неудачных браков, разочарование в мужчинах и от отчаяния – вербовка на станцию. Однако, выглядела она хорошо – развитые, заметные формы, черные искрящиеся глаза и милые ямочки на щеках. Но, наученный советами Марка Бачинского, к тому же не раз становившийся свидетелем актов мести наставнику со стороны бывших пассий, Джек понял, что амуры с местными красотками недопустимы ни в коем случае.

Получив окончательный и решительный отказ выпускать его в боевую смену раньше времени, Джек вышел в проходную комнату офиса и по его лицу, сидевший за столом бригадир диспетчеров по имени Фрэнк, понял, что дело не заладилось.

– Отфутболила?

– Именно так, – кивнул Джек почесывая макушку. – Как ее уговорить?

– Ну, тут имеется два способа… – издалека начал Фрэнк, крепкий парень с перебитым носом, сбежавший на орбиту, чтобы не платить букмекерам подпольных боев без правил.

Марк говорил, будто он оказался «лечь» в подставном бое и был приговорен местной мафией к показательному наказанию.

Парень обратился в полицию, но и там его не поддержали, поскольку крышевали эти самые подпольные бои, тогда Фрэнк, уже в последний момент ускользнул от карателей забежав в вербовочный пункт «Космического агентства». А те свои кадры не сдавали и если к ним попадал какой-то, слегка сбившийся с пути бедняга, они его гарантированно прикрывали.

А тягаться с ветеранами контрразведки никто не решался. Ни мафия, ни бизнесмены от полиции, поскольку были научены горьким опытом.

– Короче, она на тебя положила глаз и либо ты ее трахаешь, либо второй вариант…

Тут бригадир сделал паузу, пряча ухмылку.

– Ну, хватит, Фрэнк, давай говори уже! – возмутился Джек. – Твой-то интерес учтен!

– Второй вариант – Капиталина. Это она пристроила сюда Герду, они, то ли земляки, то ли дальние родственники.

– Вот, так бы и давно. Считай, что к своему кальвадосу ты выиграл еще и сливовое печенье, – сказал Джек направляясь к выходу.

– Эй, сливовое печенье было в самом начале моего райдера! – воскликнул Фрэнк вскакивая, но за Джеком уже закрылась дверь.

– Ох уж эти «мусорщики», – покачал головой диспетчер, возвращаясь к просмотру логов предыдущей смены, поскольку через полчаса ему предстояло заступать на смену после Герды.

Это он подговорил ее подороже продать разрешение молодому «мусорщику». Но похоже Герда включила в цену и личные интересы.

2

Капиталину Джек застал еще на рабочем месте, но она уже собиралась идти отдыхать и была без передника и накрахмаленной наколки.

– Ты чего сегодня один? – спросила она уступая коллеге место на раздаче.

– Так я уже – все, работаю самостоятельно.

– Ага, слышала. А где сам-то?

– На пару дней отпросился у начальства. По личному.

– Тоже слышала. К дочке генеральской укатил.

– А чего спрашиваешь, раз все знаешь?

– Разговор поддержать. Но вообще-то мне уже того… На боковую пора, – сказала Капиталина прикрывая зевок.

Не успел Джек приступить к рассказу о причине визита, как Капиталина воскликнула:

– Ну, куда ты этой поварешкой-то в бак лезешь!? Она для гарнира!

– Да у тебя тут все для гарнира… – огрызнулась коллега.

– Я насчет твоей землячки или кто она тебе – может родственница? – издалека начал Джек.

– О, приперся, – процедила Капиталина глядя из-за плеча Джека в зал. Он понял, что это предназначалась ее бывшему кавалеру, кажется электрику, с которым они расстались не слишком хорошо.

Джек робко огляделся. В столовой было полтора десятка посетителей и ему не хотелось во всеуслышание рассказывать о своем деле.

– Ну, говори, на кого ты там запал? – ничуть не сдерживая тона уточнила Капиталина, продолжая следить за электриком.

– Тише ты, это не для всех…

– Я поняла, – кивнул Капиталина. – Что передать хочешь? Устное послание, записку, может цветы и конфеты?

– Какие конфеты? – почти прошипел Джек. – Она меня на боевое не выпускает.

– Герда, что ли?

– Да тише ты, – снова одернул Капиталину Джек, невольно схватив за локоть.

– Ни хрена у тебя клешня! – удивилась та потирая руку. – От меня чего хочешь?

– Помощи, информации.

Капиталина вздохнула и поправив на голове отсутствующую наколку, сказала:

– Сливочный шоколад «Чичандрия», три плитки. А лучше – пять.

– И где его взять?

– Да у нас вон – полный холодильник. Никто не берет, – сказала Капиталина продолжая следить за электриком, который намеренно флиртовал с ее сменщицей, а та охотно ему подыгрывала. – Тварь двуличная.

– Я возьму пять, давай неси! Нет, давай десять, чтобы с гарантией!

Капиталина ушла и через пару минут вернулась с двумя упаковками по пять плиток.

– Вот, положи это перед ее носом и она сразу забудет обо всем.

– А если не забудет?

– Тогда передай этой сучке от меня привет.

– Понял, с меня будет чего полагается.

– Да ладно, – покровительственно отмахнулась Капиталина. – Вы с Марком у меня в любимчиках.

На том и расстались и Джек поспешил к Герде Хольм, чтобы наконец расставить все точки, где полагалось. В конце концов он уже боевой пилот, а не какой-то там ученик.

Однако, несмотря на то, что он спешил, застать Герду на рабочем месте не получилось.

– Она к себе ускакала! – сообщил Фрэнк привставая с кресла дежурного, чтобы напомнить насчет сливового печения, но Джек уже снова убежал.

Он знал, что Герда жила где-то на третьем ярусе в «женской бане», как местные мужики называли обиталище здешних красоток. И вероятно из-за того, что у себя на ярусе те порхали в чем придется, оставляя неизгладимое впечатление у случайно забредших туда представителей сильной половины.

– Ой, к кому этот красавчик? – защебетали девушки из отдыхающих смен, выглядывая из своих кают или сталкиваясь с неожиданным гостем в коридоре.

– Герда Хольм где живет? – строго спросил Джек хватая за руку какую-то рыжую особу, но тут же отпуская, чтобы не смотреть в каком она виде.

– В «три-двадцать один», а я в «три-восемь» и почти на десять лет моложе, – едва не пропела девушка.

– Я здесь по работе! – ответил Джек, чувствуя, как слабеют его принципы. Следовало поскорее отдать этот шоколад и возвращаться на нейтральную территорию.

Вот и нужная дверь. Джек решительно постучал, заранее приготавливаясь к каким угодно сюрпризом известного рода, но Герда открыла дверь в плотно запахнутом халате.

– Во, отлично! – почти выдохнул он. – Это для тебя!

– Что это? – сыграла непонимание Герда, а затем рывком втащила Джека в крохотную прихожую и захлопнула дверь.

– Зачем ты это сделала? – спросил он глядя, как Герда торопливо разрывала упаковку первой шоколадки.

– Чтобы все подумали, что у нас что-то было… – ответила та, набивая рот сладкими дольками.

– Но зачем?!

– В «женской бане» все имеет значение. Через десять минут выйдешь и пойдешь по своим делам, а у меня подрастет местный рейтинг.

– Какой еще рейтинг?

– Тебе не понять.

– Ладно. Так что, между нами теперь порядок?

– Порядок. Вали в свой «первые боевой», а мы запишем, как будто все еще учебный.

3

В каком бы качестве Джека не отмечали диспетчеры Восьмого сектора, в Центральном диспетчерском посту он встал на учет, как пилот «четвертого класса», словно выходил в очередной рутинный рейд, будто какой нибудь Марк Бачинский.

– Принято, – нейтрально произнес женский голос учитывая вышедшего на смену очередного пилота и Джек даже испытал чуточку разочарования от такой обыденной реакции. Зато пилоты-коллеги тотчас заметили новичка из-за появившегося в их партнерских списках незнакомого позывного «24–36–10» – очень длинного, из-за того, что Джек был пилотом самой начальной категории.

По мере продвижения по службе и согласно заслугам, количество цифр в номерном позывном сокращалось.

У Марка и других асов, в рамках своего сектора, их было всего по пять.

– Оп, а это кто у нас? Кажется свежий боец! Представься, коллега!

– Майкл Догерти, – сухо ответил Джек, хотя ему хотелось напомнить, что это он – тот самый и уже всем тут известный ученик Марка Бачинского.

Впрочем, пилоты Восьмого сектора и так это знали, но не упускали случая подколоть новичка, а может и раскрутить на проставку, если совпадут отпускные недели.

– Майкл Догерти? Нет, не слышал, – схохмил другой голос и на волне послышался смех двух его коллег, а на запасной – сквозь треск помех, еще чей-то. И оттуда же добавили:

– Тот самый «золотой мальчик» на новом папином лимузине! Ах, как мило!..

– Вильямс, на твоем треке два «невидимки» – не зевай! – одернула шутника диспетчер. – Добро пожаловать в штатный список, Майкл Догерти. На твоей орбите в крайнем треке сейчас «лаб» грохнется, у него в боку пробоина от метеорита.

– Люди?! – тотчас осведомился Джек, перестраивая свой «мусорщик» на указанный трек орбиты.

– Их спасатели уже эвакуировали, так что «сарай» теперь пустой.

Прежде орбитальное пространство Лимы-Красной разделялось лишь на орбиты, однако из-за увеличения количества спутников, было решено разделять орбиты на под-орбиты, которые назвали треками.

Разумеется, под эти изменения была подведена новая программная база всей околопланетной логистики, а также – материальное обеспечение.

Джек помнил, как им с Марком приходилось обходить огромные буксиры, доставлявшие грузы к диспетчерским станциям.

Некоторые из них попросту утаскивали на утилизацию, а на их координатные позиции водружали, куда более крупные объекты, однако с новыми, почти неисчерпаемыми возможностями.

Ходили слухи, что для этих станций не хватало диспетчеров и некоторые секторы оставались без должного контроля.

Другая часть слухов – напротив, сообщала, что автоматика полностью заменила диспетчеров и теперь они в ресторанах на Лиме скатерти меняют.

Впрочем, ни одна из этих версий подтверждения не нашла. Контроль над логистикой остался, голоса диспетчеров были знакомыми, но работать стало чуть сложнее, несмотря на то, что все суда обслуживания получили соответствующие программное и материальное обновление.

А вот и обещанная диспетчером мишень.

Масса – девяносто тонн. Расстреливать такую из «пушки» смысла не было, поэтому Джек решил попытаться спустить объект на «нулевую» орбиту, откуда битые спутники забирали переработчики, разрезая их ботами-сварщиками и спуская дальше на Лиму.

– Я «24–36–10», для спуска буду крепить его палками, – сообщил он диспетчеру, проверяя отзывы приводных систем манипуляторов, которые на жаргоне назывались «палками».

– Принято. Освобождаю два трека, но ненадолго, а то они жалобами завалят, – отчиталась диспетчер.

– Да, я в курсе, – отозвался Джек, отмечая периферийное движение других обломков. Сегодня было относительно спокойно да и последние пару недели тоже.

Контрабандисты тоже перестраивались, приспосабливаясь к новшествам логистики планеты и также переписывали коды в своих программах-взломщиках. Поэтому пока на орбитах Лимы-Красной царили относительные тишина и покой.

Впрочем, кое какие пакости они еще подбрасывали, научившись прогонять через телепорты небольшие объекты-невидимки.

Обновленная аппаратура «мусорщиков» позволяла эти «невидимки» замечать, но проблема заключалась в том, что появлялись они не рядом со створами телепортов, а уже в глубине орбитальных порядков, повреждая не только статичные спутники, но и маневренные суда обслуживания.

Избежать столкновения с выскочившим из ниоткуда куском килограммов на сто было невозможно и в соседнем секторе уже были сходы «мусорщиков» с орбит после таких столкновений.

Пока все ограничивалось лишь ремонтом, но что может начаться, когда станут выпрыгивать куски покрупнее?

По мнению Джека, контрабандисты отрабатывали способ выбрасывать свои контейнеры поближе к «нулевым» орбитам, чтобы у служб не оставалось времени их перехватить. А может и вовсе перейдут на малогабаритные грузы.

Если выход большого контейнера сопровождался яркой экранной вспышкой телепорта, то проход небольшого объекта был едва заметен.

Так, небольшая искорка и все.

4

Новое судно Джека было оснащено четырьмя манипуляторами – немного, по сравнению с «шестипалочными» панелями, которыми в частном порядке оснащали свои суда Марк Бачинский и другие асы. Однако, на судне Джека они были почти в полтора раза длиннее и имели дополнительные межсекционные приводы, позволявшие держать добычу более цепко.

Ну, и материал исполнения – легчайший газометалл, готовый поспорить по прочности с дорогими сортами конструкционного пластика. Трудность была лишь в том, что эти манипуляторы Джек разворачивал только в неподгруженном состоянии и не знал, как они поведут себя под нагрузкой в реальной ситуации уже через десяток секунд.

Совсем не ко времени он начал волноваться и его прошибла нервная испарина, такая обильная, что показалось, будто с лица сползает маска панорамы. Однако, на этот уже знакомый «глюк» Джек не повелся.

В некоторых напряженных ситуациях начинало казаться очень многое. И даже зуд возникал во всяких неожиданных местах.

– Но ты не поддавайся, – учил его Бачинский. – Начнешь чухаться, эта нервная дрянь обрушится на тебя со всех сторон. Поэтому продолжай работать и все пройдет само. Проверено.

И Джек продолжил напряженно следить за метками совмещения контролируя работу автоматики, поскольку в последнее время в секторе участились случаи сбоев и даже внезапного отказа автоматических функций у «мусорщиков» и «спасателей».

Причины этого пока не определили и оставалось только продолжать слежение за процессами, хотя автоматика предполагала снятие с пилотов нагрузки.

Поскольку ситуация поджимала и следовало поскорее увести подбитый «лаб» с трека, пришлось контактировать с ним на сверхлимитной скорости.

На новом «мусорщике» имелись гравитационные компенсаторы, поэтому жертвовать парой манипуляторов для смягчения удара, как на старых моделях, не потребовалось. Однако, жесткое касание, таки заставило Джека «увидеть искры».

На экранах нагрузок, на мгновение, появились красные графики критических показателей, но потом все нормализовалось и Джек следил только за работой двигателей, которые, уперлись в подбитый «скайлаб» всей своей тягой, чтобы заставить его перейти на пониженную орбиту.

– Отлично, Догерти, двигай дальше – коридор для тебя освобожден до самого «нуля»… – услышал Джек голос диспетчера.

Ему показалось, что она не была уверена в способности новичка справится с этой работой, ведь задача увода с орбиты такого объекта для любого пилота являлась непростой.

Напрягая двигатели «мусорщик» продолжал гасить инерцию подбитого «скайлаба» и они вместе скользили вниз, а над ними тотчас смыкались потоки орбитального трафика восстанавливая прерванное движение.

На «нуле» свою добычу уже поджидали державшиеся кучкой боты-разборщики и отцепившись от объекта Джек сообщил диспетчеру о том, что свободен.

– Двигай на домашнюю орбиту. Тут пока тихо.

И Джек начал возвращаться, огибая уплотнившиеся потоки орбит разделенных на треки. Делал он это в ручном режиме, не желая попасть в неприятность из-за сбоя автоматики. А когда вернулся на свою орбиту, проверил под комбинезоном футболку и оказалось, что она сухая, а значит нервный жар и обильная испарина ему только показались.

В космосе многие кажущиеся вещи выглядели материально осязаемыми, это он заметил уже давно. Хотя, конечно, хватало ситуаций, когда они с Марком возвращались пропотевшие насквозь по-настоящему.

Такое тоже бывало.

5

Время до окончания смены пролетело как-то незаметно, возможно потому, что Джеку хотелось еще и еще раз испытать новое судно, но ничего серьезного, вроде срочного увода с орбиты «лаба» больше не попадалось. Только обычная текучка – обломки битых спутников и куски «метеоритных объектов», которые оставались после работы специальной противометеоритной службы.

Ее автоматизированные станции предварительного перехвата, находились от Лимы-Красной на большом удалении. Но они, разумеется, не образовывали сплошного фронта – на такое не хватило бы никаких ресурсов, а прикрывали только самые метеоритоопасные направления.

Эти направления, в свою очередь, определялись наложением множества факторов: гравитационными, магнитными и прочим линиям полевых сил планет и планетных образований, заставлявших метеориты «стекаться» в большие и предсказуемые потоки.

Метеоритной службе приходилось пользоваться стационарными лазерными пушками, разбивавшими объекты даже в десятки тонн. Реже, когда подходили совсем уж большие скопления их перехватывали ракетами большой мощности еще на самых дальних от станций подступах.

Разумеется, при таких объемах, образовывалось много «разлета», который частично попадал и на Лиму-Красную, однако главное, что делали станции предварительного перехвата – в разы гасили скорость прибывающих «гостей», иначе служба пилотов «мусорщиков» была бы куда труднее, если бы вообще на что-то годилась.

Единственное, в чем Джек продвинулся за первую боевую смену, так это в калибровке лазерного испарителя. Его мощность определялась бортовым компьютером, однако программа рассчитывала мощность по некоторому стандарту, а на каждой планете были свои особенности. И вот под эти особенности Джек и старался подгонять расход специального дорогостоящего топлива, разгонявшего генераторы «пушки».

Поначалу, конечно, были сложности – таблица тарировки казалось Джеку слишком сложной, а система внесения изменений – запутанной, однако он вспомнил, что подобная же программа использовалась в управлении автомобильными двигателями.

Бывало ему приходилось даже по ночам переставлять в таблицах коэффициенты, чтобы добиться нужного результата для особо требовательных клиентов. А поскольку, чаще всего, он поступал в мастерские в качестве молодого практиканта, все эти «новомодные прибамбасы» ремонтники более зрелого возраста сваливали именно на него.

Сваливали и уходили домой, а ему передавая ключи от мастерской и наилучшие пожелания.

А еще оставшиеся от обеда пирожки, но это в лучшем случае.

Обычно, где-то к двум-трем часам ночи Джек добивался нужного эффекта от старого раритетного движка и засыпал прямо в салоне дорогого авто.

Одним словом, с программой Джек разобрался и к концу смены добился экономии дорогостоящего топлива на пятнадцать процентов. Это был очень хороший результат и к своему причалу Джек вел судно полностью довольный выполненной работой.

А еще он пару раз забываясь, обращался к Марку, думая что тот все еще рядом. И не дождавшись ответа даже снимал панораму и оборачивался, но видел лишь просторную кабину нового «мусорщика» и пустое штурманское кресло.

И становилось немного грустно.

6

Во время парковки, следя по привычке за метками совмещения, Джек увидел на экране бегущую строку команд местных диспетчеров, фиксировавших возвращение судна на базу.

Прежде он этим не озадачивался, это была работа Марка, а теперь нельзя было упускать ни одной мелочи.

«Касание»…

«Блокировка… Подтягивание…»

«Герметизация переходного шлюза…»

«Переход на станцию свободен…»

Отследив последнюю строку Джек снял панораму и закрыв ладонями лицо посидел так с минуту.

Оказалось, что за эту свою первую самостоятельную смену он основательно выложился и даже сам не заметил – когда и как.

Ну, что же – пора подниматься из кресла и идти… Но куда?

Остановившись посреди кабины Джек стал раздумывать.

Если раньше, после трудной учебно-боевой смены под руководством Бачинского, ему хотелось сбежать от контролирующего ока наставника в общажную каюту, то теперь его никто не беспокоил. Хочешь – отдыхай сидя в кресле, хочешь спать – раскладывай спальный мешок и спи. Эй, так на борту же имелась даже комната отдыха, где спальный мешок можно было разложить на нормальной судовой койке!

– Делай, что хочешь, Майкл Догерти, ты же на своем судне полный хозяин, – вслух подбодрил себя Джек. Но…

Но чего-то ему теперь не хватало.

Решив, что следует прогуляться в столовую, а уже потом поспать, Джек умылся из крохотного умывальника в гальюне, сменил пижонский комбинезон на неброскую корпоративную робу с эмблемой «Космического агентства» и покинул судно.

Миновав короткий шлюзовой коридор, он вышел из него недалеко от ворот ремонтного цеха и это было непривычно, ведь прежде они с Марком прямо из шлюза сразу погружались в дым, треск сварочных аппаратов и грохот оборудования, а вместе с этим шумом слышали приветствия работяг. А теперь ничего это Джек не видел и даже лязг прессов высокого давления здесь был едва различим.

Обходиться без этого шума и копоти было, конечно, комфортнее, однако, теперь этого тоже немного не хватало.

Шагая по центральной галерее Джек обменивался приветствиями с хорошо знакомыми и не очень знакомыми людьми.

Ему задавали какие-то вопросы по пустяковым темам, он отвечал и двигался дальше.

В столовой не было ничего нового, а на месте Капиталины стояла другая раздатчица. Джек видел ее здесь и раньше, но сегодня он нуждался в большем количестве привычных деталей. А Капиталина была привычнее.

Набрав какой-то еды он занял место в дальнем углу зала и машинально съев свой обед или ужин, отнес посуду на утилизатор.

С недавнего времени здесь прекратился оборот многоразовой посуды, чтобы не тратиться на ее мытье и теперь ее пластиковые заменители вместе с остатками еды сразу шли в конвертер. А оттуда в виде двухкомпонентного газа – в местный электрогенератор, где дожигались все отработанные на очистном контуре отходы станции.

После столовой Джек посетил свою общажную каморку, откуда забрал тощую сумку с какими-то вещами, а его стянутые носовым платком сокровища по-прежнему оставались при нем и при каждом переодевании он уже машинально перекладывал их из кармана в карман.

– Здравствуйте, мистер Догерти! – поздоровался с ним какой-то парнишка лет двадцати в робе электрика.

– Привет, – ответил Джек, пытаясь вспомнить видел ли он этого парня прежде. Нет, не видел. Но слава и почет Марка Бачинского частично уже коснулась и его ученика.

Как долго и как много ему еще предстояло работать, чтобы стать самостоятельным Майклом Догерти?

Вернувшись на борт своего «мусорщика» Джек неожиданно почувствовал себя, почти как дома. Получалось, что он быстро привыкал.

С этим ощущением он постоял немного посреди просторной кабины, а потом вернулся в пилотское кресло и провел руками по рабочей панели, по всем этим окошкам датчиков, электромаркерам, большим и малым сигнальным экранам и… Стоп!

Джек сел ровнее и повторил движение, прислушиваясь к ощущениями под пальцами. Да, слева у самого края было что-то такое, что выбивалось из ожидаемых ощущений.

Он дотронулся до отдельного сектора панельной отделки и кивнул, да, она была плохо закреплена.

Потянув за край пластины он ее и вовсе оторвал.

– Вот бракоделы, ну, как так-то!? – c чувством воскликнул Джек вертя в руках легко отошедшую панельку и заранее прикидывая, какой промышленный клей можно использовать, чтобы вернуть ее на место.

Впрочем, в конце-то концов, эти чудесные машины делали живые люди, а не бездушные манипуляторы, как на автомобильных фабриках, выпускавших настолько утилитарную продукцию, что даже при замене стекла на двери меняли всю дверь целиком.

Никакой сборки-разборки, автомобили штамповались и запаивались послойно, как и их компоненты. Даже смазывающие масла оставались лишь в классе дорогих авто, в дешевой же продукции обходились нанесением на трущиеся поверхности антифрикционных покрытий.

На время первичной гарантии этого хватало.

Вот почему в колледже Джек изучал именно «историческое автомобилестроение», чтобы потом зарабатывать нормальные деньги, поскольку на обслуживании утилитарных изделий много не заработаешь.

Попытавшись понять, как крепилась отошедшая панелька, Джек обнаружил на ее месте слой теплоизоляционного наполнителя, каким обычно заливали полости между конструкционными деталями судов.

В качестве клея этот материал годился мало, потому панелька и не удержалась. Джек поскреб теплоизолятор ногтем и тот стал отваливаться. Еще немного и под этим, наспех намазанным слоем, показалась какая-то кнопка.

– Это еще что такое? – задал вопрос Джек и чуть тронул кнопку, обычную пружинную с механическими электроконтактами, что говорило о высокой ответственности запускаемой ею команды.

Не критичные команды держались на сенсорных включениях, чтобы, если случайно нажать, ничего ужасного не случилось.

Система кондиционирования, например, запускалась от сенсорного включения, а вот стрельба лазерным испарителем – механической кнопкой.

Подумав пару секунд, Джек распахнул «бардачок», где лежала документация и достал толстый том «твердой копии», принявшись лихорадочно листать пластиковые страницы, но безрезультатно – ни про какую кнопку там ничего не говорилось.

– Так, понятно, – обронил он и бросив толстый справочник, перешел к электронной версии инструкций, однако и там о ней даже не упоминалось.

– Ну, разумеется! – произнес Джек, откидываясь в кресле.

Что же скрывали от него судостроители, запечатывая эту кнопку? Причем, делали это торопливо.

Еще немного подумав, анализирую один подход за другим, он все же решился нажать на эту кнопку, предварительно запустив на двух экранах тестовые программы оборудования.

Затаив дыхание, он готовился к чему угодно, но… ничего не произошло. Совсем ничего.

Тестовые программы не отследили даже самого нажатия и замыкания механического контакта на кнопке, не говоря уже о запуске какой-то системы. Значит кнопка была отключена.

Джек почувствовал, что начинает «заводиться», испытывая лихорадочное желание узнать всё и прямо сейчас, однако наученный мудрым Бачинским, уже испытавшим на себе все недостатки и последствия подобного подхода, погасил в себе этот исследовательский зуд.

– Просто выпей воды, – рекомендовал Марк и Джек именно так и поступил.

Пить ему не хотелось, к тому же вода была не из холодильного шкафа, но он покинул пилотское кресло и пройдя к стенной панели открыл ящик в котором хранилась вода в бутылках.

Честно выпив пол литра, Джек вернулся к своей проблеме и отметил, что начал думать более рационально.

7

Как у нового владельца судна Джеку хватало дел на борту своего судна, однако эта безымянная кнопка, которая ничего не включала не давала ему покоя.

Он посетил гальюн, выпил еще пол литра воды, перетащил спальник на койку в крохотную комнату отдыха, но эта неизвестность продолжал донимать его.

Эх, вот если бы Марк не уехал по своим личным делам. Ну, почему он уехал так не вовремя?

Сам того не заметив, Джек задремал в пилотском кресле и очнулся от какого-то звука. Открыл глаза, потянулся и снова услышал этот звук – кто-то бил железкой в наружную дверь «мусорщика».

– Кого там принесло? – пробурчал Джек и пошел открывать. Свернул за угол, с трудом повернул рычаг еще не разработанного стопора и сразу услышал знакомый голос:

– Ну, ничего себе ты тут забаррикадировался!

– Марк, ты вернулся?! А почему раньше времени?! – воскликнул обрадованный Джек, едва сдерживаясь, чтобы не кинуться обнимать наставника.

– Я дубль-ключ приложил, а он – не гугу! Чего заперся-то? – спросил Марк проходя мимо Джека и привнося в атмосферу красок и пластиков долю дорогого парфюма.

Несмотря на то, что Бачинский пришел уже в рабочем комбинезоне, запах «отпускной недели» все еще присутствовал в нем.

Пройдя через просторную кабину, Марк брякнулся в кресло и покрутившись в нем, признался:

– Знаешь, Майк, я так привык к тебе за время наших совместных приключений… Ну, короче, пока нам нужно будет какое-то время еще видеться. Ты не против?

– Старик, мне тоже не хватает твоего общества. Не с кем перемолвится словом и вообще – услышать окончательное и самое правильное мнение, – ответил Джек, занимая штурманское кресло.

– Как отработал смену?

– Ну, ты же наверняка уже знаешь.

– Знаю. Хорошо отработал. Как тачка?

– В порядке, нужно приноровиться, но в общем ничего, кроме…

– Что? – уточнил Марк.

– Там слева на панели, – пожаловался Джек вставая со штурманского кресла.

– Кнопочка… – произнес Марк как-то совсем без интонации. – Нажимал, поди?

– Было дело, начальник.

– Глупо, но, разумеется, ничего нигде не сработало, так?

– Так, – согласился Джек подходя к кокпиту и становясь позади Марка.

В этот момент в нем боролись два ощущения – собственника и «папиного сынка», точнее – ученика.

Теперь это было его и только его судно и никто не мог без разрешения занимать капитанское кресло. Никто!..

Кроме Марка.

Признав это Джек улыбнулся. Здесь на базе Бачинский был его семьей.

– Какие мысли, боец?

– Кнопка механическая, ее отключили и замазали. Чтобы узнать, что с ней и как, нужно смотреть магистраль, возможно это приведет к отключенному узлу.

– Толково излагаешь, – кивнул Бачинский и поднялся. – Ну что, будем откладывать на потом или сейчас разберемся?

Видно было, что и ему не терпелось выяснить тайну безымянной кнопки.

– Давай сейчас, а то потом дела навалятся… – предложил Джек, практически читая мысли самого Бачинского.

– А давай. Я, знаешь ли, натерпелся унижений там – на Лиме. Хочется уже почувствовать себя человеком.

– Так чего ты вернулся почти на сутки раньше? Отпрашивался же на двое. Все так хреново?

– Да нет, напротив, – ответил Марк прохаживаясь вдоль стеновой панели с выдвижными ящиками. – Надел костюм, побрился, подстригся и предстал перед папашей-генералом.

– Надеюсь он был не в лампасах?

– Нет, в гражданском. Посидели у них дома, покушали торт и кофе, поговорили за жизнь.

Марк остановился и повернувшись к Джеку, спросил:

– Что в инструкции?

– В книжке ничего нет и в электронике тоже.

– Значит что-то точно есть. Доставай ремонтный набор, будем прозванивать панель сканером.

– Сканером? Чего там прозванивать, Марк, тут же вся подводка в шинах?

– А вот мне, по виду этой кнопки и по той спешке с которой ее сюда врезали, а потом прятали, кажется, что делали это уже после основной сборки.

– Вон ты как завернул, – оценил идею Джек и склонился над кнопкой разглядывая ее с таким видом будто только что увидел. Потом распрямился и поспешил к ящику, где у него лежал один из ремонтных наборов, которыми комплектовалось новое судно.

Правда Джек все ЗИПы уже разворошил и рассортировал инструменты с принадлежностями так, как было принято у автомехаников.

Так ему было привычнее.

Вскоре они с Марком принялись за работу, стараясь выявить направление проводки, верхние концы которой вскоре нашлись возле самой кнопки. Однако, куда затем уходили эти провода было непонятно из-за того, что на показания сканера наводились помехи от множества других коротких проводок.

– Просто каша какая-то, – пожаловался Марк спустя четверть часа безуспешных попыток пробиться сквозь частокол помех.

– Так что с генералом? Ты на высоте или совсем никуда не годен? – уточнил Джек, когда они с наставником в который раз сделали перерыв, чтобы придумать новый метод поиска.

– И так, и эдак. Похоже я его разочаровал, но в том смысле, что он ожидал от меня чего-то плохого, однако не дождался. Это прямо у него на лице написано было. Типа: ты умеешь читать? О, неожиданно!

– А Инга?

– Она на работе. Папаша специально выбрал момент, когда она не может присутствовать и такой вариант меня тоже устраивал. Но после я перед ней сразу отчитался, что было и как. Слушай, а если мы… А – нет, так тоже не получится.

Марк поскреб в затылке и они какое-то время молчали.

– Слушай, а если зайти со стороны энергопитания? Если там в глубине стоит какой-то агрегат, ему нужна энергия.

– Молоток, Майки! Ты настоящий гений! – воскликнул Марк и так хлопнул Джека по спине, что тот закашлялся.

Впрочем, кажущаяся простота нового подхода требовала узнать, откуда на таинственный агрегат приходило энергопитание, поэтому побегав по узким коридорчиком со сканером, исследователи были вынуждены обратиться к инструкции.

– М-да, – произнес Марк, когда они после изучения наставлений забрались под стеновые панели со стороны крохотной комнаты отдыха. – Я, конечно, целиком и полностью за технический прогресс. Но агрегат должен выглядеть, как что-то, блин, осязаемое, а тут пуговицы какие-то. Ну, вот, как тут ориентироваться? Который тут разветвитель «А12–БСИ»?

Еще немного помучившись сводная исследовательская группа придумала примотать сканер к длинной рукоятке санитарной щетки и таким образом они сумели вычислить ту самую проводку, которая, минуя основные распределительные мощности судна, шла от какого-то другого энергоустройства, разумеется установленного в обход инструкций и правил.

– А вот и энергопорт… – произнес Марк торжественным шепотом, находясь в положении «вниз головой» и удерживаемый коллегой за ноги.

– Ну, что там?

– Есть выход на объект! Тяни меня обратно!..

Джек вытащил наставника и тот, отдышавшись, подтвердил:

– Есть выход на объект. От разделителя идут электро и позитронный каналы – прямо до потребителя. Но это не точно.

– Почему не точно-то? Вот же магистрали на экране имеются! – возразил Джек перелистывая на мониторчике сканера все снятые позиции.

– Пойдем в рубку, я тебе просто нарисую.

8

Вернувшись в пилотскую кабину они какое-то время отдыхали упав в кресла – Марк в капитанское, Джек в штурманское, как раньше.

Потом Марк достал из «бардачка» ситуационный блокнот и активировав одну из страниц взялся за стилус.

– Иди сюда, Майки, будем подводить промежуточные итоги.

Джек поднялся и подойдя к наставнику, стал следить за тем, как тот быстро рисовал непонятные постороннему схемы в разработанной лично Бачинским системе объемов и координат.

С виду это выглядело каким-то хаотичным нагромождением линий, стрелок и специальных обозначений, однако в рамках одного «мусорщика» система казалась самой подходящей.

– Понял? – уточнил Марк в конце своего пятиминутного повествования, измарав три листа электронного блокнота.

– Понял. Но тогда нам придется лезть к генераторно-накопительной системе «пушки», а для этого нужна спецзащита.

– Так в чем проблема? Вон в том нижнем ящике два комплекта, специально на такой случай. Ты что, не все ящики пролез?

Джек недоуменно пожал плечами. Похоже и правда не все.

– Эх ты, исследователь! – воскликнул Бачинский и вскочив из пилотского кресла подбежал к нужному ящику. – У дяди Марка все позиции прописаны, так-то вот!

С этими словами он выдвинул пропущенный Джеком ящик и достал два сплющенных в вакуумной упаковке комплекта радиационной защиты.

– Так ты что, уже забирался в запрещенный отсек своего «мусорщика»?

– Нет, не забирался. В этом не было необходимости. А вот теперь такая необходимость появилась.

Джек помял в руках жесткую упаковку противорадиационного комбинезона и вздохнул. Ему начинало казаться, что ситуация выходит из под контроля.

Впрочем, Марк был значительно опытнее, соответствующая защита у них имелась и на упаковках стояла печать «Космического агентства», а значит отступать было поздно. Джек решительно потянул за шнурок пломбы, после чего комплект зашипел, зашелестел и под давлением газового наполнителя стал вылезать из тесной упаковки.

Когда они с Марком уже застегивали последние молнии на комбинезонах, Джек заметил, что в комплекте отсутствовали специальные стойкие к радиации переговорные устройства.

– Марк, а как мы будем переговариваться?

– Знаками объяснимся, мы же понимаем друг-друга с полуслова и с… полужеста. Ах ты, зараза, не застегивается…

– А сканер там не загнется, в этой среде?

– Загнется, конечно, но не сразу. Нужную информацию мы успеем получить.

– Но как я потом без сканера? – спросил Джек разведя руками.

– Ой, нашел о чем беспокоиться. У меня этих сканеров куча. Один тебе подарю.

Джек вздохнул и последовал за наставником у которого на все имелся ответ.

Они вышли за угол в коридорчик и принялись снимать стеновую панель, такую узенькую, что Джек засомневался, сумеют ли они пролезть в такой проем. Однако, озвучивать свои опасения не стал, потому что Марк бы этого не одобрил.

Он предпочитал начинать устранение проблем решительно, сразу и в полном объеме, а не трусить и сомневаться без повода.

– Когда наступит реальность, она все равно будет другой, каких бы ты себе вариантов не напридумывал, – говорил он. И тут Джек был с ним согласен, но только в плане теории. А на практике почти всегда опасался заранее.

– Эй, Марк, а как мы будем дегазироваться?

– Дезактивироваться, ты хотел сказать? – переспросил Бачинской уже наполовину пролезший в технологический проем и светивший себе там фонариком.

– Ну да!

– Сбегай к тому же ящику, там аэрозоль лежит. Здоровый такой баллончик.

– Ага! – кивнул Джек и убежал шелестя костюмом, а затем вернулся с аэрозолем на ходу читая пропечатанные на нем инструкции.

– Тут написано – «применять только специалистами ГИАГ не ниже первого разряда», Марк.

– И что? – спросил Бачинский уже почти целиком забравшийся в технологическую полость.

– Ничего. Мне баллончик с собой брать?

– Не нужно, оставь снаружи, внутри он нам уже ничем не поможет.

– Что!?

– Шутка. Застегивайся, я сейчас защитную мембрану снимать буду…

– Шутник, блин, – пробурчал Джек опуская тонкий пластик маски и застегивая последнюю молнию.

Все, теперь он был в полной изоляции и герметизации с запасом кислорода на пять минут.

– Готов?

– Готов! – отчитался Джек и удивился тому, что хорошо слышит наставника, правда голоса звучали как-то неестественно.

– Марк, похоже радио тут работает!

– Да, только хреновенько…

– Но это лучше, чем жесты!

– Значительно, – согласился Марк, поскольку внутри технологического объема было очень темно и тесно. Какие уж тут жесты?

Когда Бачинский снял последнюю защиту запрещенного отсека, Джек в своем радио услышал легкий треск и внутренне напрягся, поскольку теперь тут повсюду летали те самые штуки, которые он более предметно изучал в учебном центре агентства. И прямо сейчас эти вредные штуки за ним охотились.

– Просто бред какой-то… – вслух произнес Джек.

– Чего?

– Ничего, это я сам с собой разговариваю, – ответил ученик делая за своим учителем еще парочку шагов. А потом еще парочку, отчетливо слыша стук собственного сердца.

Сколько времени прошло? Хватит ли им кислорода?

– Так, похоже у меня тут проблемы… – сообщил Марк.

– Из-за радиации?!

– Да не трясись ты, мы хорошо упакованы и у нас есть связь. Тут другого рода проблема – я нашел канал дополнительного питания, но он опять промежуточный. Какой-то блин, преобразователь энергии и без какой либо маркировки. От него идут проводники за пределы радиации, но они в защите – как положено.

– И что, непонятно куда идут?

– Да понятно целиком и полностью, во только маркировки нет и выглядит эта штука как-то странно. Ладно, выбираемся, все необходимые сканы на приборе уже имеются.

– Ага! Понял!.. – радостно отозвался Джек и попытался повернуться, чтобы выскочить «на воздух», однако теснота не позволяла ему сделать этого и тогда он начал пятиться, с ужасом замечая, что его защитный костюм в узком канале задевал торчащие наружу острые концы крепежных деталей.

Джек опасался, что сверхпрочный пластик вот-вот прорвется, но обошлось и они с Марком благополучно выбрались в коридорчик.

Ученик тотчас потянулся к маске, чтобы наконец вдохнуть «чистого воздуха», но Бачинский его остановил:

– Стоять! Ты что делаешь?! – воскликнул он сильно искаженным голосом, поскольку одноразовое радио было уже сильно повреждено излучением.

– А, извини! – так же невнятно проблеял Джек, который боролся с приступом паники, начавшимся еще там – в агрессивной среде тесного и темного отсека.

Теперь он вспомнил, что следовало посмотреть на огоньки индикаторов, планки с которыми имелись на предплечьях костюмов. У Марка вся эта планка горела ярко оранжевым цветом, а у Джека оранжевыми были только два огонька, а остальные всего лишь красными.

Вспомнив полученные в учебном центре навыки Джек схватил дегазационный баллончик и сорвав на нем стопорное кольцо принялся поливать Бачинского очистительным аэрозолем.

Яркие огоньки на сигнальной планке сразу потускнели и стали менять цвет.

– Хватит, давай теперь я, – сказал Марк и взяв у Джека баллон принялся обеззараживать костюм ученика, заставляя того поворачиваться, как на примерке или даже – стрижке.

Неожиданно Джеку припомнились его походы с отцом к парикмахеру – мистеру Томпсону-Жаклиди, который после каждого действия поворачивал клиента на вращающемся стуле и под светом жарких ламп делал своими ножницами очередное «чик-чик». А потом снова вращал клиента, вглядываясь в него, словно в какой-то микроскоп.

Очень утомительное было мероприятие и у Джека оно стояло на втором месте после стоматолога.

Наконец, когда баллон был почти пуст, сигнальные огоньки на панелях изменились до синего, а некоторые даже до зеленого цвета, что, согласно инструкциям, было достаточным уровнем безопасности и Джек, наконец, получил возможность расстегнуть маску.

Впрочем, к этому времени он уже успокоился и это было для него не так критично.

9

Избавившись, наконец, от шелестящего костюма Джек занял место штурмана и с облегчением вытянул ноги, ожидая новостей от наставника, который с задумчивым видом маршировал вдоль стенового шкафа – из одного конца кабины в другой.

Время от времени, у Джека проскакивала предательская мысль – сбежать в свою общажную комнатку, однако вспоминая, что его новое «место прописки» теперь на собственном судне, он вздыхал, понимая что такой путь отступления для него уже закрыт.

– Может сбегаем в столовку, а то у тебя, я гляжу, теоретический затык… – предложил Джек.

После этих слов Марк остановился и как-то странно посмотрел на ученика.

– Затык – это тупик, – произнес он акцентируя сказанное поднятым кверху пальцем.

Джек невольно посмотрел на потолок, но там был порядок.

– Так что, идем? – спросил он поднимаясь.

– Идем-то идем, но не спеши, я должен додумать мысль до конца.

Джек так и остался в полусогнутой позе опершись на подлокотники кресла и боясь спугнуть мысль Марка, поскольку вся информация осталась лишь в памяти наставника, ведь сканер задымился уже через полминуты после их выхода из запрещенного отсека.

И все, больше никаких результатов рискованного похода не осталось.

– Короче, твоя идея насчет тупика – правильная. Единственно место, весьма ограниченное, куда мог прийти канал питания, это та самая ниша, которую сканер взять не смог. Тот самый тупик. Там наш агрегат и прячется! Все, господин пилот, разгибайся уже и пойдем брюхо набивать. И сумочку прихвати, скинем в деактиваторный бокс. Такой мусор в обычный накопитель бросать нельзя.

Джек с готовностью подхватил туго затянутый пакет для химически активного мусора, которого на судах у инициативных пилотов хватало.

Нормальные пилоты в такой упаковке не нуждались, отходы техобслуживания с их судов оставались в ремонтном цехе. Но только не у Марка Бачинского, а теперь, разумеется, и у Джека, поскольку, во-первых, он являлся последователем своего учителя, а во-вторых, и сам был не прочь повыяснять «как это все работает» и «как оно устроено».

Теперь в особом пакете лежали два использованных костюма и сгоревший сканер, но еще целая стопка спецупаковки находилась в одном из выдвижных ящиков, поскольку перед выпуском Марк щедро снабдил ученика всем, что имел сам.

Едва эти двое выбрались в главную галерею, началась череда бесконечных приветствий и радостных возгласов.

Как и предполагал Джек, рядом с Марком теперь и его уже начали воспринимать, как «звезду». Помельче, чем Бачинский, но все же. И ту часть славы, что Джек еще не добрал в профессиональном смысле, дополняла новость о том, что во всем Восьмом секторе он являлся одним из двух владельцев новейших судов, а уж учеником с таким бонусом и вовсе единственным в истории космической логистики Лимы-Красной.

Уже на подходе к столовой Марка с Джеком перехватила парочка стажеров в новеньких комбинезонах ремонтного персонала.

– Мистер Бачинский, пожалуйста, дайте ваш автограф! – стали просить они, по-собачьи склоняя головы. И поскольку такая практика была для Марка внове, он покорно взял фломастер и поставил росписи на подставленных блокнотах.

– И вы тоже, мистер Догерти! – попросили эти двое, выглядевшие, едва ли не старше самого Джека.

Тот, пожав плечами, тоже поставил свой автограф, после чего спросил:

– А вы что, ребята, к нам в ремонтники поступили?

– Нет, сэр, мы будущие пилоты «спасателей» и нам положен месяц ремонтной практики, – пояснил парень с подкрашенной челкой.

– Да, сэр, это необходимое условие, – поддакнул второй, чуть пониже ростом и пошире в плечах.

– Странные какие-то ребята, – высказал мнение Бачинский, когда освободившийся от неожиданных поклонников Джек догнал его у двери столовой.

– Похожи на профессиональных спортсменов решивших изменить свою жизнь.

– Возможно. У них переносицы набитые и скулы. А еще – шрамы.

– Боксеры наверное или «бойцы без правил», – предположил Джек оглядывая зал.

– А вот и Капиталина, – заметил Бачинский. – Не люблю слушать ее болтовню, но всегда рад видеть ее на этом месте.

– Я тоже, – согласился Джек, готовясь к череде вопросов от главной раздатчицы.

– Ну что, поганцы, снова вместе? – поприветствовал их Капиталина.

– Родственников не выбирают, – ответил Бачинский.

– Что будете лопать сегодня? Только кашу?

– Не только. Мясо давай.

– Котлетки есть и отбивные. Из ресторана, между прочим, – похвасталась Капиталина, окидывая взглядом зал в ожидании появления своего бывшего парня.

– И где же у вас тут ресторан? – уточнил Джек.

– В мейдере, юморист. Так что, котлеты или отбивные?

– Давай того и другого, – махнул рукой Бачинский.

– А гарнир?

– Кашей обойдемся.

Вскоре Джек с Марком привычно заняли один из самых дальних столиков в углу зала и принялись за еду.

– Чем, кстати, тебя генерал угощал? Или вы только чай пили?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.