Заставь меня жить.

Книга первая из серии «Лёд и пламя»

Пролог

Кира

Три года назад

Запах операционной. Формалин, хлоргексидин, металл. Там, где пахнет стерильностью, смерть отступает. Так меня учили.

Павел Соболев. Двадцать шесть лет. Вратарь. Удаление грыжи диска – штатная операция. Утром он смеялся, показывал фото беременной жены.

В четыре утра я проверила сама – давление в норме, сатурация отличная.

В шесть его не стало.

Тромб. Редчайшее осложнение. Я забежала в палату, когда реанимация уже металась вокруг. Его лицо – синюшное, чужое. Руки врачей, ампулы, крики.

В семь пятнадцать – тишина.

Комиссия оправдала. «Невозможно предвидеть». Но в коридоре стояла его жена. Круглый живот, глаза пустые. Она смотрела на меня молча.

С тех пор я не плакала.

Я стала лучшей. Железной. Холодной.

Потому что если позволю себе чувствовать – убью еще кого-то.

Макс

Шесть месяцев назад

Плей-офф. Решающий период. Я лечу к воротам, шайба на крюке, трибуны ревут.

Защитник соперников врезается в меня плечом в плечо.

Дальше – тишина.

Лед. Софиты. Лица надо мной – рты открыты, но звука нет. Только пустота там, где было правое плечо. Как будто половина тела провалилась в черную дыру.

Потом скорая. Операционная. Диагноз: разрыв ротаторной манжеты, повреждение нервов, связки в клочья. Шанс вернуться – десять процентов.

Жена продержалась три месяца.

Алиса приходила каждый день. Потом через день. Потом раз в неделю. А потом сказала: «Я не знаю, кто ты теперь».

Она ушла к моему тренеру.

В ту ночь я разбил руку о стену. Врачи сказали: «Еще раз – забудь о хоккее».

С тех пор я не пью. Почти.

И не верю никому.

Мне нужна рука, а не жалость.

Глава 1. День 1. Контракт

Кира

– Я не буду с ним работать.

Михаил Борисович смотрел поверх очков.

– Будешь. Совет директоров готов на всё. Эксклюзивный контракт. Ты поселяешься у него на 90 дней. Полный контроль.

– Жить с Волковым? С этим…

– Либо ты, – перебил он, – либо мы закрываем реабилитацию.

Шантаж. Красивый, профессиональный.

Я думала секунду. Одна ошибка три года назад до сих пор стоит поперек горла. Имя, карьера, статус – всё, что я строила десять лет.

– 90 дней, – сказала я. – Я сама составляю контракт.

Он протянул адрес.

Пентхаус. Москва-Сити. Башня «Федерация».

Конечно.