Алексей Перепутьев
Искупление

За необъятной колонной, более двух веков несгибаемо подпиравшей массивный арочный свод старинного храма, виднелся тёмный силуэт. Он бы мог запросто сойти за тень, отбрасываемую церковной утварью. Только это был человек, внутренний свет которого безнадёжно угас.

К тому моменту вечернее богослужение завершилось, и немногочисленные прихожане ожидали своей очереди, дабы исповедаться. Один за другим, повинившись и получив отпущение грехов, они с умиротворением возвращались к повседневному укладу, чтобы в следующий раз вновь быть здесь.

Когда тяжёлая дверь закрылась за последним исповедником, внутри остались двое – священнослужитель и, тот самый, малоприметный человек, предпочитавший держаться в стороне от событий и ярко освещённого алтаря. Чтобы не препятствовать его стремлению к уединению, батюшка завершал свои дела неспешно. Старенький священник, исцеливший за долгие годы службы немало терзающихся душ, остро чувствовал людские страдания. Вот и теперь он отчётливо ощущал личную драму, не позволявшую припозднившемуся посетителю замечать течение жизни.

***

Отцу Иоанну было далеко за восемьдесят. Когда-то давно он уже служил в этом приходе, но в смутные годы нещадной борьбы с религией стал невольным и бессильным свидетелем его увядания. За свою любовь к Богу священник был подвергнут суду, прошёл испытания лагерями, истязаниями, отчуждением. За попытки достучаться до сердец людей, превративших величественное строение в конюшню, был неоднократно бит и гоним. Но не пал духом и вновь вернулся сюда, положив силы, здоровье и годы на восстановление храма.

Вот только неумолимое время к тому моменту уже внесло свои коррективы, и численность его паствы после возрождения веры была далека от первоначальной. В основном, бабушки – те немногие жители села, что ещё оставались в нём и доживали тут свой век. Осознание трагизма ситуации тяжёлым грузом легло на сердце отца Иоанна. В произошедшем когда-то священник винил именно себя. Ведь кто, как ни он, обязан был уберечь прихожан от утраты многовековых традиций? Скольким людям он не сумел тогда помочь? Сколько заблудших душ не успел спасти? И сейчас, словно отрабатывая неисполненный долг, батюшка всю свою любовь без остатка отдавал тем немногим духовным чадам, которые остро в нём нуждались.

Его удивительная доброта и житейская мудрость порой привлекали в приход людей со стороны, прознавших о поразительном священнике от родственников, друзей или знакомых, и также желавших получить благословение и совет от отца Иоанна. Потому в этот вечер он не был ничуть смущён появлением на богослужении человека неместного.

***

– Прошу прощения за беспокойство. Могу ли я вам чем-то помочь?

Как при неожиданном пробуждении, озадаченный раздавшейся из ниоткуда речью, мужчина не сразу понял смысл прозвучавших слов. Растерянно пытаясь установить их источник, он оборачивался по сторонам. Вокруг не было никого. Лишь он, в полумраке и тишине пустого храма.

– Добрый вечер.

Перед ним, словно возникнув из света, появился священнослужитель в чёрной рясе с длинной седой бородой. Худощавый, маленького роста, батюшка медленно двигался и очень спокойно говорил. Он был немного сгорбленный. То ли от прожитых лет, то ли от тяжёлой ноши собственных терзаний и чужих откровений, с силой давивших на усталые плечи. Его приветливая улыбка, без сомнений, была способна расположить к доверительной беседе любого, даже самого скрытного человека.

Мужчина собрался с мыслями.

– Здравствуйте, отец…

– Иоанн.

– Здравствуйте, отец Иоанн!

– Здравствуйте. А как я могу к вам обращаться?

– Александр.

– Искренне рад нашему знакомству, Александр. В моих ли силах быть вам полезным?

– Вряд ли. Я вообще оказался здесь совершенно случайно, по странному совпадению. Вижу, храм уже закрывается, значит и мне пора уходить.

Мужчина поспешил в сторону выхода, поклонившись батюшке на прощание.

– Храм всегда открыт для нуждающихся. Не спешите убегать. Мне кажется, вам необходимо с кем-нибудь поговорить. Глаза человека рассказывают о тяготах гораздо правдивее, чем его уста. Вы не против, если мы присядем?

Батюшка пригласил Александра на узкую скамью, стоявшую вдоль стены специально для пожилых и немощных людей, которым было нелегко выдерживать всю службу на ногах.

– Так вы говорите, что оказались здесь сегодня совершенно случайно? Если вас не затруднит, расскажите, пожалуйста, как такое могло произойти? Неужели случайности в жизни всё-таки существуют?

– Существуют? Разве наша жизнь не череда сплошных случайностей?

На лице отца Иоанна проявилась еле заметная улыбка. Прикоснувшись своей тёплой ладонью к руке собеседника, он попросил его продолжить повествование.

– Знаете, батюшка, у меня сейчас очень непростой период. Нет, не верно! У меня сейчас самый сложный период в жизни! Иногда я просто вынужден спешно вставать и идти, бежать, ехать, лететь, куда глядят глаза. Только для того, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями. Без цели, без причин, без объяснений! Просто двигаться вперёд! Именно такая история и произошла сегодня. Я вышел из дома, сел в машину и поехал подальше от неугомонного шума и неугасающих огней опостылевшего города. Сколько я был в пути – не знаю. Как далеко забрался в своём порыве – не представляю. Меня остановили только купола вашего храма, лёгшие светлыми пятнами на тёмный холст вечернего неба. Именно так, совершенно незапланированно, я тут и оказался. А дальше, как в тумане. Тишина, полумрак и ваш голос…

– Удивительная история! Вы упомянули, что приехали из города? Получается, преодолели более ста километров, чтобы появиться тут – в стороне от главных магистралей…

Батюшка на мгновение прервался. Он думал о том, что этот человек ни за что не очутился бы здесь, не будь у судьбы на него каких-то особых планов.

– А чем вы занимаетесь в жизни, Александр? В чём заключается ваша работа?

– Когда-то я был писателем. Если только тот, кто не написал в своей жизни ничего сто́ящего, имеет право так себя называть! Но мне всегда безумно хотелось им стать! Хотя бы ради того, чтобы создать что-то по-настоящему значимое, способное затрагивать человеческие души, заставлять людей переосмысливать собственные поступки!

Справедливости ради стоит сказать, что уже первые произведения принесли мне известность, восторженные отзывы читателей и интерес издателей. Но те, кто столкнулся со стремительным успехом лицом к лицу, не понаслышке знают, насколько коварным он способен быть. Успех может запросто вскружить голову и заставить человека забыть о прежних ценностях и мечтах.

Тогда я ещё не отказался от своей идеи фикс. Но чем больше моих книг видело свет, тем понятнее становилось, что читателю нужно совсем иное! Он жаждал красивой жизни, лёгких денег, неминуемого возмездия. Люди были готовы платить именно за это. Этого от меня требовали и редакторы. Их не сильно интересовали малорентабельные поучительные истории о бескорыстии или сострадании.

Постепенно моя грёза за своей неактуальностью ушла в тень, безоговорочно уступив место повестям, тиражируемым мной как под копирку. Нет, пожалуй, отличия в них всё же были! Чем больше с каждой новой книгой росли аппетиты героев, тем меньше места в них отводилось душе.

В отсутствие возможности в полной мере реализовывать свой потенциал, моё вдохновение стало постепенно угасать. Вскоре я с трудом мог писать даже шаблонные истории, что неминуемо сказалось на качестве произведений и, как следствие, интересе ко мне со стороны поклонников. Тогда-то и пришло горькое осознание, что у меня остался единственный шанс, который либо позволит триумфально вернуться на вершину популярности, либо навсегда поставит крест на моём творчестве. И шанс этот кроется в том самом, убитом ещё до его рождения произведении, удалённом мной из списка планов на жизнь за бесперспективность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.