Цзе Мо
Гениальная жена по ядам. Легенда о Юньси. Книга 2

Серия «Хиты Китая. Гениальная жена по ядам»

芸汐传奇

POISON GENIUS CONSORT

芥沫

JIE MO

This edition is published by AST Publishers Ltd. through the agency of Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co., Ltd.

Иллюстрация на обложке geene

В издание включены главы веб-версии романа с 93 по 165.

芸汐传奇

POISON GENIUS CONSORT

Copyright © Jie Mo

All rights reserved.

© Н. О. Лебедева, перевод на русский язык, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Глава 1
Веские причины

Госпожа Сюй, разочарованная поведением сына, решила воспользоваться моментом и загнать принцессу в ловушку. Злорадно улыбаясь, женщина бросила взгляд в ее сторону, надеясь, что в присутствии всех она начнет оправдываться. Жосюэ, будто разгадав намерения тетушки, внезапно сказала:

– О, госпожа Сюй, кого это так ругает молодой господин? Да так ужасно!

– Ругает вора, который, безусловно, этого заслуживает! – с готовностью ответила госпожа Сюй, в надежде, что кто-нибудь еще присоединится к обсуждению.

– Вора? Тогда он заслужил! Такие люди хуже крыс в канавах! Бесстыжие ничтожества! – поддакнула Жосюэ.

– Согласна! К сожалению, в наши дни все еще много тех, кто готов на все ради собственной выгоды!

Некоторое время госпожа Сюй и Жосюэ еще продолжали отпускать колкие замечания, надеясь вывести принцессу из равновесия. Но как они ни старались, та оставалась равнодушна к их пустым разговорам. Заметив это, женщины сконфуженно затихли.

Жосюэ собиралась еще что-то сказать, но Хань Юньси опередила ее:

– Вторая тетушка, вы пригласили всех сюда, чтобы послушать брань молодого господина? – Она передала Юньи его матери и продолжила: – Как у старшего сына семьи Хань может быть такой скверный характер и поведение? Словно у сварливой бабки.

Прежде чем госпожа Сюй успела ответить, из павильона вылетела ваза и с треском разбилась у ног собравшихся.

– Убирайся отсюда, ничтожество! Прочь! – кричал Хань Юйци.

В мгновение ока самодовольная улыбка сошла с лица второй наложницы. Она не могла понять причину гнева сына. Неужели он сошел с ума? Почему продолжает ругать всех подряд?

Хань Юньси, взглянув на осколки, усмехнулась, но ничего не сказала. И это не укрылось от внимания госпожи Сюй. Улыбка соперницы, словно игла, вонзилась в материнское сердце. Не в силах больше смотреть на безумство сына, вторая наложница задумалась о том, что делать дальше. Стоит ли приглашать всех в павильон Уединения? Одним Небесам известно, какой беспорядок мог устроить Юйци! Не усложнит ли это ситуацию, дав Хань Юньси лишний повод для отказа? Но ничего. Совсем скоро эта мерзавка сама станет посмешищем!

Увидев нерешительность второй госпожи, Жосюэ пришла ей на выручку:

– Госпожа Сюй, может, нам не стоит тревожить старшего господина? Ему требуется время, чтобы восстановить силы. Раз матушка не пришла, то как насчет того, чтобы обсудить все в нашем павильоне? Он совсем близко, всего в нескольких шагах.

Хань Жосюэ явно не собиралась упускать прекрасную возможность помочь. Ей не терпелось увидеть, как тетушка потребует ключ от склада. Оценив ее находчивость, госпожа Сюй посмотрела на девушку и несколько раз кивнула в знак одобрения:

– Хорошо!

– Принцесса, пойдемте, – с воодушевлением продолжила Хань Жосюэ, – у матушки есть великолепный весенний чай!

Это предложение озадачило Хань Юньси. Весенний чай? Но как? В Тяньнине стояла зима, до праздника Весны оставался ровно месяц. Откуда же у госпожи Ли мог взяться такой редкий сорт чая? Не выказав удивления, принцесса слабо улыбнулась:

– Какая отличная идея – выпить весенний чай холодной зимой! Мы обязательно должны пойти!

– Пусть третья тетушка и с севера, но она настоящая ценительница чая. Наверняка его купили в Южном Синьцзяне по баснословной цене! – поддержала госпожа Сюй.

Ах, вот оно что! Да, в Южном Синьцзяне действительно уже наступила весна. Хань Юньси внимательно слушала Жосюэ, без умолку рассказывавшую о тонкостях чайной церемонии. Принцесса и не догадывалась, что третья наложница с дочерью так хорошо разбираются в этом напитке!

Павильон Вечерней зари действительно находился в одном шаге от покоев госпожи Сюй – стоило пересечь небольшую лужайку, как гости оказались во владениях тетушки Ли. Хозяйка уже собиралась выходить, но, завидев их, поспешила навстречу и поклонилась:

– Приветствую принцессу! Моя фамилия Ли. Да здравствует принцесса!

Третья наложница понравилась Хань Юньси больше, чем излишне скромная и застенчивая Хэлянь Цзуйсян. Госпожа Ли не вела себя заносчиво или высокомерно, располагая к себе собеседников. К тому же принцесса не могла припомнить случаев, чтобы третью наложницу хотя бы раз заметили в скандалах и ссорах. Никто не осмеливался провоцировать госпожу Ли, и она всегда отвечала тем же. А еще слыла щедрой и справедливой. Репутация у нее была безупречная. Даже привлекая к себе всеобщее внимание, она, тем не менее, никогда не стремилась быть на виду. Возможно, если бы Жосюэ родилась мужчиной, именно эта ветвь клана могла возглавить семью после заточения Хань Цунъаня в темницу. Конечно, вторая госпожа планировала привести будущего супруга в семью и с его помощью усилить влияние, но, учитывая прямых наследников мужского пола, во всем этом было мало смысла.

– Поднимитесь, – махнула Хань Юньси.

Госпожа Ли незамедлительно подчинилась, а затем учтиво кивнула госпоже Сюй и Хэлянь Цзуйсян. Третья наложница была настолько вежлива, что не забыла и про маленького Юньи, путающегося в ногах матери. Этот жест не укрылся от глаз Хань Юньси.

Когда с приветственными речами было покончено, госпожа Сюй поведала хозяйке павильона о том, зачем все собрались, и та пригласила их во двор. Как только гости прошли внутрь, сразу же почувствовали витавший в воздухе аромат. Поговаривали, в покоях госпожи Ли всегда был самый свежий и изысканный чай. Гости заняли свои места, и хозяйка достала заветную баночку.

– Я получила его всего несколько дней назад и уже собиралась отправить вам, но раз мы сегодня собрались, давайте вместе отведаем этот замечательный напиток!

Госпожа Сюй неохотно согласилась и, выбитая из колеи предложением родственницы, быстро выпила несколько чашек, даже не заметив его особого аромата. В отличие от нее седьмая наложница, на лице которой читалась тревога, не могла думать ни о чем, кроме ключа от заветного склада. Однако она так и не решилась завести разговор с принцессой и только искоса посматривала в ее сторону. Хань Юньси, напротив, не спешила и неторопливо наслаждалась напитком, который оказался несравненно лучше всех сортов, что она использовала для экспериментов с ядом. Хотя ее чай собрали осенью, его цвет, аромат и вкус со временем ухудшились.

Принцесса продолжала смаковать напиток, рассуждая о его свойствах. «Весенний и осенний чаи, собранные с одного и того же чайного дерева, имеют совершенно разный вкус. Возможно, причина в листьях?»

На мгновение засомневавшись, она спросила:

– Третья тетушка, почему этот весенний чай лучше осеннего?

– Настоящий весенний чай – не тот, который произрастает весной. А тот, который приготовлен из почек и листьев, появившихся сразу после зимы. Весенние чайные листья плотные и ароматные, потому что содержат много разных веществ. От этого вкус ярче, чем у летних или осенних, – улыбнулась госпожа Ли.

Хань Юньси насторожилась. «Ароматные? Что именно имела в виду госпожа Ли? Может быть, она говорила о микроэлементах, содержащихся в чае? Но их начали изучать только в современном мире. В древности медицина лишь в общих чертах понимала лекарственные свойства растений и в рецептах делала акцент не на пользе, а на ценности ингредиентов». Принцесса никак не ожидала, что тетушка обладает такими широкими познаниями. Действительно ли она настолько хороша или это обычное дело?

– Получается, весенний чай сильно отличается от других, верно? – продолжала расспрашивать Хань Юньси.

С каждым ее вопросом в глазах госпожи Ли мелькала настороженность, но тетушка по-прежнему терпеливо отвечала.

– На самом деле невозможно собрать большой урожай такого чая, поэтому запасов едва ли хватает на месяц. А раз так, нет смысла тщательно хранить его в банках!

В ответах не прозвучало ничего тайного, все это Хань Юньси знала и раньше.

Выпив несколько чашек чая, госпожа Сюй наконец не выдержала и бросила взгляд на госпожу Ли. Заметив это, та больше не произнесла ни слова.

Довольная ее покорностью, вторая тетушка вздохнула и с улыбкой заговорила:

– Принцесса, после того как господина посадили в темницу, в нашей семье случилось много бед. Несколько наложниц забрали деньги и сбежали, оставив нас втроем на произвол судьбы.

Выдержав паузу и взглянув на других жен, она продолжила:

– Господина приговорили к пожизненному заключению. Даже запретили нам навещать его! Большая и могущественная семья Хань оказалась обезглавлена. Люди из многочисленных ветвей нашего клана жаждут заполучить власть. Вчера к нам наведался мой троюродный брат и словно невзначай заявил, что, если нового главу так и не назначат, ключ от склада и «Канон семьи Хань» следует передать ему. Немного раздражает, вам так не кажется?

Воцарилась тишина. Все знали, что символ власти находился в руках Хань Юньси, однако никто больше не посмел произнести ни слова. Третья тетушка занималась приготовлением чая, а седьмая наложница, потупившись, внимала монологу госпожи Сюй. Любой умный человек догадался бы, что слова второй наложницы, обезличенные и вполне нейтральные, были обращены не ко всем присутствующим, а только к принцессе.

Хань Юньси никак не отреагировала на долгий монолог. С таким видом, будто ничего не происходило, она одной рукой обнимала брата, а второй наливала чай, который никого не мог оставить равнодушным и пленял каждого своим превосходным ароматом. Все молчали. Только маленький Юньи, сосредоточенно нахмурившись, изо всех сил силился понять скрытый смысл слов госпожи Сюй.

Но тишина не сбила настрой второй наложницы. Как и предполагалось, другие жены Хань Цунъаня не поддержали ее, однако госпожа Сюй и не рассчитывала на их помощь. Главное, если все же удастся заполучить ключ от склада, они станут свидетельницами передачи власти. Не обращая внимания на гостей, госпожа Сюй с еще большим рвением продолжила:

– Вчера приходил троюродный брат, а сегодня утром – четвероюродный. Его намерения были очевидны. Вам не кажется, что они просто издеваются над нашей семьей, потому что в ней до сих пор нет нового главы?

Когда ответа вновь не последовало, она добавила:

– В конце концов, наш Юйци уже взрослый молодой господин. Как они посмели намекнуть на нечто подобное?

В это время Жосюэ, сидевшая рядом с матерью, наконец, не удержалась и спросила:

– Отец уже долго сидит в темнице, почему они заявились в наш дом только сейчас?

Услышав нелепый вопрос, третья тетушка яростно наступила на ногу дочери, веля ей замолчать. Той ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Подавив вскрик, Жосюэ больше не проронила ни слова. Обрадованная хоть какой-то реакцией, госпожа Сюй вздохнула.

– Не знаю, откуда им стало известно, что ключ от склада в руках Хань Юньси. Говорят, мужчины в нашей семье, видимо, еще совсем несмышленые и не готовы взвалить на свои плечи тяготы управления, раз ключ достался принцессе. – Договорив, она наконец посмотрела прямо на Хань Юньси. – Ваше высочество, если об этом станет известно, нашей семье не укрыться от позора! Кроме того, это скажется и на вашей репутации. Когда императорская наложница И узнает, беды не миновать!

Это было правдой. Хотя семья Хань богата и могущественна, ей все равно не сравниться с придворной знатью. Как только это выйдет наружу, никто не станет разбираться, что на самом деле происходит. Того, что принцесса Цинь вернулась в родительский дом бороться за семейные реликвии, будет достаточно, чтобы вновь оказаться в центре внимания всей столицы. В итоге это станет настоящим позором для дворца Цинь.

Глава 2
Признания госпожи Ли

Титул принцессы Цинь налагал много различных ограничений, которые невозможно было игнорировать. Госпожа Сюй ошиблась и выбрала неверную тактику, пытаясь запугать Хань Юньси. Регулярно сталкиваясь с интригами во дворце, принцесса больше не видела в них опасности. Если вторая наложница решила сыграть с ней в кошки-мышки, то пусть попробует.

Хань Юньси слабо улыбнулась:

– Вторая тетушка, семья Хань сейчас действительно в непростом положении, а вы еще заботитесь о чувствах моей матушки… Я обязательно расскажу ей о вашей доброте.

Госпожа Сюй с недоумением взглянула на нее. Неужели Хань Юньси совершенно не видит опасности? И правда ли она настолько близка с императорской наложницей И, раз называет ее матушкой?

Тем временем принцесса неторопливо продолжила:

– Раз кузены настолько обеспокоены ключом от склада и вопросом преемственности, то в следующий раз, когда они вернутся, пожалуйста, скажите, что отец всего лишь в темнице, а не умер. Он сам прекрасно знает, кого выбрать в качестве нового главы. Тем, кто замышляет недоброе, не стоит проявлять излишнее беспокойство.

Вторая тетушка не готовилась к такому ответу, где каждое предложение касалось претендентов на главенство в семье. К тому же она не ожидала, что Хань Юньси упомянет и Хань Цунъаня. От негодования госпожа Сюй не могла усидеть на месте. Практически сразу она узнала причину заточения супруга – его дочь публично опровергла диагноз, поставленный принцу. Иначе говоря, именно она была виновата в незавидной судьбе отца. Еще и запретила навещать Хань Цунъаня! Что это, как не попытка завладеть семейной реликвией? И это после всего, что произошло! Как она только посмела, эта бесстыдница, упоминать его имя? От злости госпожа Сюй крепко сжала зубы. Нет, она не могла так просто сдаться!

– Принцесса, то, что вы сказали, имеет смысл. Но, по моему мнению, вы замужняя дама. Если ключ от семейного склада будет долго оставаться в ваших руках, это неизбежно породит сплетни.

Она многозначительно помолчала и продолжила:

– Думаю, супруг был в отчаянном положении, именно поэтому доверил вам такую вещь. И наверняка он попросил передать ее кому-то из семьи Хань, верно?

Как только эти слова сорвались с губ госпожи Сюй, все вокруг насторожились. Еще недавно непринужденная атмосфера стала удушающе тяжелой. Хань Юньси ничего не сказала, но, игриво приподняв брови, взглянула на тетушку. И хотя госпожа Сюй всего лишь говорила, что думала, но под пристальным взглядом принцессы она все-таки почувствовала себя неловко и, не выдержав затянувшейся тишины, поспешно продолжила:

– Третья и седьмая тетушки, пришло ваше время высказать свое мнение. Нас осталось трое, поэтому мы вместе должны сделать все, чтобы не позволить семье Хань потерять лицо!

Хэлянь Цзуйсян даже не осмелилась поднять глаза, не говоря уже о том, чтобы высказаться, а тетушка Ли продолжала делать вид, будто вовсе не имеет к происходящему отношения, и, как вежливая хозяйка, наливала всем чай. Снова воцарилась тишина, которую спустя мгновение неожиданно нарушило ворчание Хань Юйци:

– Вы обсуждаете ключ от склада? Я ведь старший сын в семье! Разве вы не должны прислушиваться к моему мнению? Где ключ? Отдайте его немедленно!

Сначала все услышали голос и только потом увидели появившегося в дверях юношу. Хань Юйци взволнованно оглядывался по сторонам. Одной рукой он опирался на костыль, а второй держался за опухшие от побоев ягодицы. Должно быть, только сейчас вероятный наследник догадался о том, что пыталась сделать мать. Если бы он узнал об этом раньше, то уже давным-давно присоединился бы к их компании. Бормоча что-то под нос, Хань Юйци продолжал топтаться в дверях.

Терпение Хань Юньси лопнуло, и она гневно проговорила:

– Ключ у меня, чем ты недоволен?

Услышав это, юноша стремительно рванулся вперед, но потерял равновесие и с грохотом повалился наземь.

– Ох! – выдохнул он, ударившись лицом о землю. Подняться не получилось.

Все потрясенно наблюдали за этой сценой, пока тишину не нарушил смех Юньи, а затем и Хань Юньси.

– Ха-ха, молодой господин, там нет грязи, чего же вы туда повалились?

– Сынок! – закричала госпожа Сюй и бросилась помогать Хань Юйци. – Сынок, с тобой все в порядке?

Она изо всех сил пыталась поднять сына, но могла лишь рассмотреть его исцарапанное лицо. Лоб, щеки и даже кончик носа юноши покраснели и выглядели крайне комично. Увидев это, все разразились смехом, и даже скромная Хэлянь Цзуйсян не сдержала улыбку. Наконец, второй тетушке удалось перевернуть сына на спину, но как только его ягодицы коснулись земли, он вскрикнул громче прежнего:

– Больно… Как же больно! – Не в силах терпеть, он перекатился на бок и в приступе ярости оттолкнул мать. – Ты смерти моей хочешь?

Увидев искаженное от боли лицо сына, госпожа Сюй огорченно пробормотала:

– Мама не хотела. Я просто волновалась. Ты в порядке? Все еще больно? Давай вернемся, и я дам тебе лекарство.

Хань Юйци ничего ей не ответил, только обернулся и обвел всех пристальным взглядом.

– Над чем вы смеетесь? Что веселого?

Гости притихли. Седьмая наложница подала знак сыну, и он послушно поджал губы. Только Хань Юньси не переставала улыбаться.

– Это было очень смешно! – внезапно ответила она. – Я так хохотала, что даже живот разболелся! Молодой господин, почему вы все еще слабы после нескольких ударов палками?

– Ты! Да как смеешь!

Хань Юйци разозлился и дернулся в ее сторону, но мать предусмотрительно удержала его.

– Не торопись, – прошептала она, помогая сыну подняться.

Одной рукой схватившись за госпожу Сюй, а второй – за ягодицы, юноша, наконец, встал на ноги. Наблюдая за его медленными и осторожными движениями, Хань Юньси не могла сдержать смех. Юньи, стоявший рядом, не смог больше оставаться серьезным и заливисто расхохотался. Увидев это, Хань Юйци грозно зыркнул на него.

– Как ты смеешь смеяться надо мной? Над старшим братом! Необразованное ничтожество!

Мальчик умолк, а Хэлянь Цзуйсян виновато опустила голову, не решаясь вымолвить ни слова.

Отчитывать ребенка за необразованность в присутствии матери – большое оскорбление. Хань Юньси не могла просто так спустить это с рук, и в ее глазах сверкнул праведный огонь. Принцесса обняла Юньи и презрительно усмехнулась.

– Юньи, смейся, если хочешь. Твой брат такой взрослый, а осмеливается грубить в присутствии старших, да еще пытается учить других хорошим манерам. Он даже ходить толком не может. Думаю, мать совершенно не объясняла ему, что значит быть мужчиной! Умора! Если бы я оказалась на его месте, давным-давно спряталась бы ото всех и носа не показывала! А он еще что-то бормочет!

Закончив говорить, она рассмеялась и обратилась к брату:

– Сяо И-эр, давай же, покажи мне зубки!

Чувствуя защиту сестры, мальчик перестал бояться и очаровательно улыбнулся.

– Правильно! – поддержала она. – Улыбайся! И станет лучше!

Лицо госпожи Сюй побагровело от злости. Не выдержав, она закричала:

– Принцесса Цинь, перестаньте говорить ерунду и немедленно отдайте ключ от склада! Он принадлежит семье Хань, а раз вы замужем, то не имеете к клану никакого отношения! Отдайте немедленно!

Наконец дело дошло до главного – все пришли сюда не ради семейных посиделок, а за ключом от склада. Хань Юньси спокойно обвела взглядом окружающих и, высоко подняв подбородок, сказала:

– У меня его нет!

– Ты! – сквозь зубы прошептал Хань Юйци и сжал кулаки. – Ничтожество, так и ждешь, чтобы тебя поколотили!

В отличие от сына госпожа Сюй оставалась спокойной. За всю жизнь она повидала немало трудностей и понимала, что таким способом нельзя ничего решить. Взяв Юйци за руку, она прошептала:

– Тебе мало досталось в прошлый раз? Почему ты такой импульсивный? Позволь мне показать, как я хочу справиться с этой девчонкой!

Вспомнив о пятидесяти ударах палками, Хань Юйци содрогнулся всем телом. Что ж, он потерпит еще чуть-чуть, а когда ключ будет в его руках, позаботится о Хань Юньси и ее любимчике Юньи. Они за все заплатят! Госпожа Сюй глубоко вздохнула и обхватила сына, а госпожа Ли скомандовала:

– Кто-нибудь, помогите молодому господину!

Двое слуг тут же подбежали к Хань Юйци и отвели его в сторону. Только тогда госпожа Сюй смогла вздохнуть с облегчением и сесть обратно за стол, повторив свой вопрос:

– Принцесса Цинь, полагаю, господин доверил вам ключ от склада и попросил передать его семье Хань? Наверняка он был в отчаянии, верно?

Во что бы то ни стало она добьется от нее ответа!

Однако Хань Юньси молчала. Ключ от склада оказался для брата проклятьем. Слишком рано было раскрывать все карты! Заметив нерешительность в ее взгляде, госпожа Сюй вновь спросила:

– Принцесса Цинь, пожалуйста, ответьте. Почему вы чувствуете себя виноватой?

Но и сейчас принцесса не проронила ни слова. Увидев это, Хань Юйци вновь вышел из себя. Наверняка она выкрала ключ! Юноша уже собирался накинуться на нее, но госпожа Ли внезапно сказала:

– Думаю, господин сам решил отдать ключ принцессе, верно?

Хань Юньси улыбнулась, по-прежнему храня молчание. Она ждала, когда третья наложница вновь заговорит. Раньше казалось, что в семье именно госпожа Сюй отличалась искусством убеждения, но принцесса наконец разглядела мастерство тетушки Ли. Эта женщина явно проверяла ее. Если Хань Цунъань по собственной воле отдал ключ дочери, то рассказал бы о его предназначении. Однако если ключ от склада украли, Хань Юньси едва ли могла знать, какие двери он открывает.

Третья наложница действительно оказалась не лишена талантов, однако слишком недооценила супруга, в сердце которого не было места для женщин. Семья Хань для него всегда оставалась превыше всего. Возможно, много лет назад ему не удалось разгадать тайну госпожи Тяньсинь, но он прекрасно знал нравы детей и мысли наложниц. Тогда, в темнице, Хань Цунъань не назвал будущего приемника и предоставил дочери самой сделать выбор. Иными словами, даже потеряв статус из-за Хань Юньси, он доверял ей больше, чем всем остальным в усадьбе.

Услышав слова госпожи Ли, госпожа Сюй обрадовалась и быстро добавила:

– Да, супруг, должно быть, что-то сказал вам, принцесса. Настало время. К тому же все как раз здесь, так поведайте это нам!

Теперь не только госпожа Сюй, но и третья наложница с нетерпением ждали ответа. Хань Юньси снова улыбнулась. Она не собиралась так быстро раскрывать свои планы. Сначала необходимо было разобраться с тем, что случилось в усадьбе генерала.

Глава 3
Внезапное обнаружение змеиного яда

Принцесса выпила чашку чая и только потом заговорила:

– Отец действительно кое-что мне рассказал…

После этих слов все пристально уставились на нее. Даже седьмая тетушка, понуро склонившая голову, встрепенулась и взглянула с тревогой. Больше всех был взволнован молодой господин, старавшийся не выдать себя расспросами.

– Нечто важное, – произнесла Хань Юньси, и ее внезапно окрепший голос поверг его в панику.

Не выдержав, он невольно наклонился и чуть слышно прошептал:

– Что же?

– Отец сказал, что временно передает ключ мне на хранение. Я должна буду отдать его новому главе семьи, как только увижу подходящего кандидата. Пока, надеюсь, уважаемые тетушки, молодые господа и барышни сосредоточатся на изучении медицины и не станут слишком много думать об этом.

– Невозможно! Ты лжешь! – в гневе крикнул Хань Юйци.

Конечно, он так и думал, что эта коварная девчонка попробует обвести всех вокруг пальца. Но она прогадала! Невозможно обмануть абсолютно всех! Да и отец не мог так поступить. Не говоря уже о том, что именно из-за Хань Юньси он оказался под стражей! Хань Цунъань никогда не считался с ней и тем более не любил. Даже если отец пока был не готов назначить преемника, он ни за что бы не стал доверять ключ от склада самой нелюбимой дочери в семье. Кем она себя возомнила?

– Принцесса, вы не можете говорить подобное без весомых доказательств. – Голос госпожи Сюй стал холодным.

Жосюэ не могла усидеть на месте. Слова Хань Юньси не укладывались в голове и звучали как нелепая шутка.

– Принцесса, это вовсе не смешно. Вам придется связаться с управлением наказаний, чтобы позволить нам увидеться с отцом. Он должен подтвердить все, что вы сейчас сказали. Не поймите превратно, мы верим вам, но другие могут посчитать, что это ложь.

Она уже не сдерживалась и открыто говорила то, что думала. И в отличие от предыдущих случаев, мать даже не попыталась помешать ей.

– Да! Мы должны переговорить с отцом! Иначе никогда не поверим тебе! – тут же поддакнул Хань Юйци.

– Верно, принцесса. Я слышала, что при пожизненном заключении не запрещено видеться с родными. Один или два раза в год разрешают встречаться с семьей. Но сейчас мы не можем прийти к господину, чтобы спросить о его воле. Возможно, кто-то сверху запретил это. Если попросите о снисхождении, никто не посмеет отказать вам, не так ли? – не удержалась госпожа Сюй.

– Принцесса, мы верим вам, однако выбор нового главы семьи – дело серьезное. Вы сами сказали, что господин просто заключен в тюрьму, а не умер, поэтому было бы справедливо позволить детям навестить его. К тому же этим вы сможете избежать осуждения, – деликатно добавила госпожа Ли.

Хань Юньси довольно кивнула. Что ж, теперь все карты были раскрыты, вторая и третья тетушки объединились. Все ждали, что принцесса откажет в просьбе, но вместо этого она одобрительно кивнула.

– Хорошо, постараюсь как можно скорее устроить вам встречу с отцом. – Тон голоса оставался небрежным, будто сейчас Хань Юньси рассуждала о чем-то незначительном.

На мгновение лица всех присутствующих вытянулись от изумления. Никто не ожидал такого непринужденного ответа. Даже седьмая тетушка, все время молчавшая, удивленно воззрилась на «заступницу». Они… они действительно правильно расслышали?

Хань Юньси ничего не знала о взаимоотношениях между наложницами и их детьми, именно поэтому не подпускала родственников к отцу, боясь, что они смогут повлиять на решение о преемнике. Однако теперь, когда Юньи доверял ей, принцесса больше не опасалась их встречи с Хань Цунъанем. Сейчас ей как никогда хотелось, чтобы эти алчные люди поскорее увиделись с отцом и в будущем больше не доставляли хлопот.

Она не планировала решать вопрос наследства сейчас, просто собиралась навестить брата. Кто же мог предположить, что госпожа Сюй будет так нетерпелива и открыто попросит передать ключ от склада? Что ж, больше медлить было нельзя, в противном случае у Хань Юньси не получится сконцентрироваться на поиске преступника.

Она неторопливо допила чай и, усадив брата рядом, медленно поднялась из-за стола. Теперь, когда все уладилось, пора было возвращаться во дворец. По дороге к выходу принцесса почувствовала сильный порыв ветра, за которым последовал тревожный сигнал системы: «Пип-пип-пип!» Без сомнения, рядом был яд! Как только ветер утих, звук прекратился. На мгновение Хань Юньси замерла, раздумывая. Судя по частоте сигнала, яд находился совсем рядом. Но где? Она долго сидела в павильоне третьей наложницы, так почему тревога сработала только сейчас, когда подул ветер? Получается, именно он принес токсины? Тогда каким же сильным должен быть яд, чтобы система нейтрализации сработала на таком расстоянии? Даже сейчас в воздухе едва уловимо чувствовался запах, а раз так – источник поблизости.

Как только Хань Юньси подумала об этом, она посмотрела в сторону и заметила небольшую деревянную постройку без окон, запертую снаружи на засов. Мог ли яд находиться внутри? Возможно, его настолько мало, что система сработала только при сильном ветре? В голове всплывали все новые вопросы: как во дворе госпожи Ли мог оказаться яд? Что это за токсин? И почему его так мало?

Хань Юньси сделала шаг в сторону странной постройки, и третья тетушка тут же окликнула ее:

– Принцесса, что с вами?

– Ничего, – придя в себя и чуть поколебавшись, вымолвила Юньси.

Не обращая внимания на окружающих, она быстро пересекла лужайку и остановилась у закрытых дверей. Все это время госпожа Ли напряженно следила за гостьей, но не препятствовала. Хань Юньси снова запустила сканирование. Удивлению не было предела! В этой невзрачной деревянной постройке действительно хранился змеиный яд! О Небеса… Она, наконец нашла его! Сердце готово было выпрыгнуть из груди… Тук-тук-тук!

Система нейтрализации показала, что за этой дверью хранились три вида токсинов, входившие в состав яда десяти тысяч змей. Но их количество было настолько незначительным, что они оставались невидимыми для невооруженного глаза. Неужели просто совпадение? Что скрывала третья наложница?

Если бы такое количество токсина попало в организм человека или в воду, оно могло остаться незамеченным и не представляло бы опасности для жизни. Но в состоянии порошка ему ни за что не ускользнуть от зоркого ока системы. Хань Юньси еще раз запустила сканирование. Результат остался прежним. Внезапная находка заставила ее совсем позабыть об окружающих. Родственники и слуги озадаченно наблюдали за неподвижной фигурой принцессы, молча разглядывавшей деревянную постройку, а госпожа Ли, с силой сжав спрятанные в рукава кулаки, следила за каждым ее шагом. Никто не подозревал, что именно здесь вечно скромная и тактичная тетушка готовила яды. Буквально несколько дней назад она приказала слугам избавиться от них. Почему же Хань Юньси так пристально смотрела на это место?

«Эта девчонка вылечила молодого генерала и доказала существование хронического яда. Должно быть, теперь все ищут предателя. Могла ли она принимать в этом участие? А если и так, способна ли дочь Хань Цунъаня обнаружить токсин? И какие у нее основания подозревать наложницу отца?» Думая об этом, госпожа Ли сильнее сжала кулаки. Она убеждала себя, что Юньси всего лишь маленькая девочка, которая просто заинтересовалась постройкой, и ничего более. В такой непростой момент нельзя было позволить себе потерять самообладание, которым тетушка славилась все время, проведенное ею в стенах поместья семьи Хань.

– Что вы делаете? – внезапно спросила Жосюэ.

В этой небольшой мастерской мать готовила лекарства, и она никак не могла понять, почему невзрачное здание привлекло внимание принцессы. Хань Юньси обернулась и, слабо улыбнувшись, посмотрела на третью тетушку.

– Эта деревянная постройка такая изящная… Мне нравится!

Услышав ответ, госпожа Ли с облегчением выдохнула. Она действительно слишком переживала по этому поводу. Жосюэ собиралась что-то сказать, но мать опередила ее:

– Принцесса, здесь разместилась моя аптека. Ее построили еще несколько лет назад.

«Вот оно что!» Это многое объясняло. Члены клана Хань – потомки известных врачей, поэтому все дети обязательно должны были изучать медицину. Жены и наложницы, вошедшие в семью, также приобщались к этим знаниям и помогали мужьям составлять и выписывать лекарства.

Голос третьей тетушки вывел Хань Юньси из раздумий.

– Если принцессе нравится, почему бы не зайти? Господин тоже любил это место.

– Тогда давайте и я взгляну, – спокойно ответила она.

Обнаружив следы яда, принцесса начала сомневаться в госпоже Ли. Однако та сохраняла внешнее спокойствие, словно ничего не произошло. Интересно…

Как только деревянные двери распахнулись, в нос ударил сильный запах лекарств. В небольшой комнате разместились печь и шкафы с ингредиентами, выстроившиеся по бокам от длинного стола. В аптеке госпожи Ли царил идеальный порядок.

Хань Юньси вошла и наугад открыла несколько ящичков. Внутри действительно лежали травы. Незаметно активировав систему сканирования, она попыталась найти источник яда. Остальные молча наблюдали за ее движениями с улицы: деревянная постройка была так мала, что едва вмещала двоих. Только третья наложница, последовавшая за непрошеной гостьей, с напускным равнодушием наблюдала за каждым ее шагом. Но когда Хань Юньси остановилась напротив очередного ящичка и открыла его, госпожа Ли испугалась: именно здесь раньше хранился змеиный яд. Конечно, сейчас там лежали абсолютно безобидные лекарственные растения, и все же сердце наложницы забилось быстрее.

Тем временем Хань Юньси раздумывала над увиденным. В ящике определенно хранили змеиный яд. Как же он превратился в травы от повседневных недугов? Но токсин точно был здесь! И если система сканирования смогла распознать его следы, значит, токсин убрали совсем недавно. Принцессе так и хотелось спросить хозяйку, но, поколебавшись, она решила промолчать о своих догадках.

Хань Юньси открыла очередной ящичек и заметила, как занервничала третья тетушка. Система нейтрализации в очередной подала сигнал о следах сильных токсинов, однако внутри снова оказались самые обыкновенные травы. Какое совпадение… Не оставалось сомнений – все в этом месте недавно подменили. Хань Юньси неожиданно повернулась, и застигнутая врасплох госпожа Ли дрожащим голосом спросила:

– Принцесса… Принцесса, что-то случилось?

Глава 4
Увидитесь через десять дней!

При виде испуганной третьей тетушки в душу Хань Юньси невольно закралось подозрение: почему родственница так нервничала? Ей было что скрывать? Или просто от того, что принцесса быстро повернулась?

– Все в порядке! У вас столько лекарственных трав! – непринужденно ответила она, изучающе взглянув на остальные ящики.

Стоило принцессе отвернуться, как госпожа Ли вздохнула с облегчением. От нее не укрылось, как медленно Хань Юньси открывала ящики, в которых когда-то лежал змеиный яд. Совпадение? Или эта девчонка действительно что-то подозревала? Не зря говорят, что тот, кто может исцелить отравление, прекрасно знает, как приготовить яд. «Нет!» – наложница покачала головой, будто прогоняя навязчивые мысли. Ведь яды уничтожены, и даже если принцесса станет открывать один ящик за другим, то все равно ничего не найдет. И если подозрение ляжет на госпожу Ли, то она будет все отрицать. Госпожа Ли всегда оставалась собой, сохраняя хладнокровие даже в критические моменты.

Пока третья тетушка размышляла над странным поведением родственницы, Хань Юньси продолжала исследовать стеллажи с лекарствами. Но теперь, чтобы не привлекать внимание, она не торопилась открывать ящики, где раньше хранились опасные яды. Сперва принцесса потянулась к двум соседним шкафам, и, неторопливо рассмотрев их содержимое, наконец открыла третий. Однако, как и прежде, вместо змеиного яда там лежали абсолютно безобидные растения.

– Тетушка, здесь собраны очень редкие травы! – шутливо отметила Хань Юньси.

– Вы шутите! Эти лекарства совсем недорогие, да и количество небольшое. В аптеке семьи Хань их гораздо больше, а на складе – тем более! Если интересно, могу проводить вас взглянуть! – как всегда деликатно ответила госпожа Ли.

Хань Юньси прекрасно знала то, о чем говорила тетушка. В аптеке семьи Хань хранилось множество трав и растений. Правда, большинство едва ли относилось к редким видам, поэтому они не вызывали никакого интереса. Увидев там редкие яды, принцесса не придала бы этому значения, поскольку их часто добавляли в рецепты самых простых лекарств. Другое дело – частная аптека третьей тетушки. Как такие сильные яды могли храниться и применяться тем, кто совсем в них не разбирается? Почему они внезапно исчезли? Почему их заменили обычными травами? Все это не могло произойти случайно!

Хань Юньси призадумалась: не слишком ли опрометчиво сейчас задавать вопросы о змеином яде? Решив все же повременить с расспросами, она доброжелательно улыбнулась.

– Сегодня у меня нет времени и сил, нужно возвращаться во дворец.

Устало потянувшись, принцесса покинула постройку. Снаружи госпожа Сюй с сыном и Хань Жосюэ не могли думать ни о чем, кроме ключа от склада. Напряжение на их лицах выдавало истинные намерения. Увидев принцессу, Хань Юйци скрипучим голосом обратился к ней:

– Принцесса, принцесса! – Казалось, каждое слово дается ему с усилием, но он продолжил: – Вы действительно собираетесь устроить нам встречу с отцом? Это не шутка?

– Почему молодой господин подвергает сомнению мои слова? – холодно осведомилась Хань Юньси.

– Я просто не могу поверить в это…

Госпожа Сюй прервала сына:

– Принцесса, думаю, будет лучше, если вы назначите время, чтобы мы могли подготовиться.

– Точно! – обеспокоенно согласилась Жосюэ.

Хань Юньси обвела всех взглядом и, сделав задумчивый вид, смущенно потупилась. Хань Юйци презрительно усмехнулся:

– Принцесса, вы же не пытаетесь сказать, что не можете изменить решение управления наказаний?

– Это и правда непросто. – Она наигранно вздохнула.

С одной стороны, все ждали ответа, с другой – вид принцессы, загнанной, как им казалось, в угол своим же обещанием, тайно радовал собравшихся.

– Через десять дней… через десять дней я организую вам встречу с отцом, – робко произнесла Хань Юньси.

На самом деле не было никакой нужды ждать столько времени: одного ее слова было бы достаточно, чтобы разрешить родственникам навестить Хань Цунъаня. Но раз эти стервятники так жаждали встречи с ним, она должна была заставить их немного подождать. Даже сейчас они упивались ее нерешительностью, будто не верили, что принцесса действительно способна повлиять на что-то. Сама Хань Юньси хотела посмотреть на их реакцию: лица госпожи Сюй и Жосюэ вытянулись от удивления, а Юйци, все еще не веря в происходящее, несколько раз переспросил:

– Вы нас не разыгрываете? Вы не откажетесь от своих слов? Вы уверены?

– Что, молодому господину недостаточно слов принцессы? Или он желает получить от меня расписку?

Ее ответ привел Хань Юйци в чувство. Стоило быть аккуратным в высказываниях, если он не хотел снова испытать на себе наказание палками. Гневно взглянув на Хань Юньси, он неохотно пробормотал:

– На этот раз поверю…

В отличие от остальных, седьмая тетушка не проронила ни слова, только с беспокойством глядела на Хань Юньси. Ей до сих пор не верилось, что супруг доверил нелюбимой дочери принять настолько важное решение. К тому же Хэлянь Цзуйсян боялась, что действия принцессы навредят не только ей, но и Юньи. После того как Юньси спасла жизнь молодому генералу и наследному принцу, она обрела определенный статус при дворе, но разве для кого-то оставалось секретом, что получить власть и удержать ее – не одно и то же? Если положение Хань Юньси в будущем пошатнется, как госпожа Сюй будет относиться к Хэлянь Цзуйсян и Юньи? Их жизнь станет еще тяжелее, чем прежде. Сейчас седьмая наложница могла уповать только на мудрость господина и надеяться, что он сможет защитить ее и их горячо любимого сына.

Хань Юньси погладила Юньи по голове:

– И-эр, учись хорошо. Не будь таким же невежественным, как некоторые, кто только и знает, что целыми днями бороться за власть. В будущем ты будешь лечить людей. Для этого сначала нужно стать хорошим человеком, а затем получить необходимые знания, понимаешь?

Мальчик, даже не взглянув на мать, кивнул и с серьезным видом ответил:

– Понял!

Улыбнувшись, принцесса обратилась к седьмой тетушке:

– Не держите все в себе. Если вас будет что-то гложить, сразу расскажите Сяо Чэньсян. Она – мое доверенное лицо. Встретиться с ней все равно что увидеть меня.

На самом деле эти слова обращались не к безропотной девушке напротив, а к госпоже Сюй, которая не отрываясь следила за каждым движением Хань Юньси. Довольная тем, как все сложилось, принцесса еще раз бросила взгляд на деревянную постройку во дворе третьей тетушки. Все мысли занимал змеиный яд. Надо было во что бы то ни стало раздобыть весенний чай для экспериментов, а также найти способ еще раз осмотреть павильон госпожи Ли. Вполне может быть, что следы сильных токсинов – не единственное, что удастся найти. Чем раньше Юньси сможет это сделать, тем лучше. В противном случае, если третья наложница проявит бдительность, найти улики не получится.

Зимой весенний чай был редким товаром, но если госпоже Ли удалось достать его, то и у принцессы Цинь получится.

По возвращении во дворец Хань Юньси отдала мешочек серебра управляющему Ся и приказала купить весеннего и летнего чая. История третьей наложницы вдохновила ее на новые эксперименты, и принцесса мечтала поскорее их начать.

Она не заметила, что из-за угла за ней все время наблюдала Мужун Ваньжу. С тех пор как Юньси побывала на ужине у вдовствующей императрицы, императорская наложница И не находила себе места от беспокойства, поэтому приказала приемной дочери следить за каждым шагом невестки. Та исправно выполняла поручения матери, однако, к ее удивлению, Хань Юньси практически не бывала во дворце. Зато оказалось, что в усадьбе Хань творились удивительные вещи: Хань Цунъань передал дочери ключ от склада, которым мог обладать только новый глава клана. А еще эта девчонка распорядилась побить молодого господина. Вмешательство замужней дочери в семейные дела, особенно в вопросы наследования власти, было недопустимым. Если бы стало известно, что Хань Юньси хранит у себя символ преемственности этой власти, ее подвергли бы жесточайшей критике.

Мужун Ваньжу не стала говорить о такой неоднозначной ситуации с названной матерью и предпочла подождать, пока клан Хань сам не объявит о происходящем. А если бы дело приняло более серьезный оборот, она бы не постеснялась оказать тайную помощь госпоже Сюй.

Очнувшись от раздумий, Мужун Ваньжу остановила управляющего Ся.

– Что тебя попросила сделать невестка? Кажется, дело срочное? – с улыбкой спросила она.

– Принцесса попросила купить чаю. Может быть, на кухню принесли недостаточно, – тут же ответил управляющий, доставая серебро, которое ему только что дала Хань Юньси.

– Ха-ха, – презрительно улыбнулась Ваньжу, – она еще и в чае разбирается?

Невольно засмотревшись на слитки в руках управляющего, девушка вспомнила подарки, которые по императорскому указу доставили во дворец Цинь. Такого богатства Хань Юньси хватило бы на всю оставшуюся жизнь! В отличие от принцессы, Мужун Ваньжу жила на средства, которые ежемесячно выдавали из казны. Их было не так и уж мало, но все равно она не могла позволить себе лишнего, а ближе к концу месяца и вовсе приходилось экономить. Эта мысль привела Ваньжу в ярость. Без колебаний она забрала половину серебра, выданного управляющему и, не сказав ни слова, ушла.

Управляющий молча смотрел на удаляющуюся фигуру госпожи. Он помнил, сколько раз та лишала его вознаграждения, которое выдавала слугам императорская наложница И. Ни для кого не секрет, что ее приемная дочь втайне была влюблена в великого князя. И, должно быть, именно поэтому Ваньжу с таким остервенением ненавидела принцессу. Кроме того, Хань Юньси никогда не скупилась и давала щедрые вознаграждения тем, кто этого заслуживал. А главное достоинство принцессы заключалось в том, что, в отличие от Мужун Ваньжу, она была доброй и не позволяла себе унижать слуг.

Если бы барышня не была названой дочерью императорской наложницы И, никто во дворце не считался бы с ней. Зная натуру хозяйки, управляющий Ся не рассказал ей подробностей просьбы принцессы, а всего лишь упомянул о чае, но ни словом не обмолвился о количестве или сорте. Слуге было невдомек, для чего госпоже понадобилось так много чая, но он чувствовал, что Мужун Ваньжу этого лучше не знать. К счастью, даже сейчас серебра, которого дала принцесса, было достаточно, чтобы выполнить ее просьбу.

В это время Хань Юньси уже вернулась в павильон великого князя и собиралась навести порядок в тереме Свободных облаков, как вдруг заметила у ворот женщину лет сорока. Добродушное выражение лица и простое платье подсказывали, что та, должно быть, умелая служанка, которая сейчас ловко выносила что-то из кабинета принцессы… Присмотревшись получше, принцесса замерла. В руках незнакомка держала огромную кучу мусора, которая осталась после экспериментов с чаем… «Кто это?»

Женщина, учтиво поклонившись, быстро представилась:

– Выражаю почтение принцессе, я – тетушка Чжао. Его высочество отправил меня к вам, чтобы помочь Сяо Чэньсян по хозяйству.

Хань Юньси наконец поняла. Она еще раз посмотрела на тетушку Чжао и невольно прикусила губу.

– О-о…

Звук получился таким протяжным и многозначительным, что служанка невольно занервничала, а потом, словно догадавшись о чем-то, взглянула на груду мусора и добавила:

– Госпожа, его высочество велел мне прибраться.

Глава 5
Если кажется, вам не кажется

Взгляд Хань Юньси снова упал на мусор в руках служанки. Почему Лун Фэйе внезапно направил кого-то помогать Сяо Чэньсян? Неужели потому, что узнал о событиях в усадьбе семьи Хань? Или, может быть, переживал, что из-за отсутствия служанки некому будет позаботиться о супруге? С чего вдруг эта непроницаемая ледяная глыба стала такой заботливой?

Заметив задумчивый вид госпожи, тетушка Чжао затараторила:

– Принцесса, без вашего дозволения я ничего не выкидывала! Все это по распоряжению великого князя!

Хань Юньси пришла в себя и, не обратив внимания на слова женщины, переспросила:

– Тетушка Чжао, верно?

– Да-да, – закивала служанка.

– Все в порядке. Будьте осторожны, – спокойно произнесла принцесса и направилась в терем Свободных облаков.

– Принцесса…

Служанка хотела что-то добавить, но увидела, с какой решимостью Хань Юньси пересекает лужайку, не стала ее останавливать. Лишь подумала, что девушка выглядела вполне красиво. Совсем не уродина, как о ней говорили. К тому же беспокоилась о слугах и, судя по всему, была хорошим человеком.

Пока Хань Юньси шагала к терему Свободных облаков, ее мысли занимал один вопрос: как эта ледышка узнала, что Чэньсян нет, и почему внезапно сменила гнев на милость? В любом случае так называемый супруг был весьма обходителен. Стоило ли поблагодарить его за жест доброй воли? Хань Юньси почти перешла на бег и уже собиралась отправиться в покои Лун Фэйе, когда из терема Свободных облаков неожиданно послышался знакомый голос:

– Ты же только вернулась. Куда направляешься теперь?

Холодный тон супруга заставил ее вздрогнуть. Зайдя внутрь, Хань Юньси увидела, что прямо в центре комнаты сидит великий князь Цинь. Сегодня он облачился в белый халат с широкими рукавами, по всей длине которых причудливыми узорами переплеталась золотая нить. Что бы ни надел этот парень, все было ему к лицу. Неважно, в простой одежде или нет, он производил на всех сильное впечатление, притягивая величием и властностью. Хань Юньси не могла разгадать природу этой магнетической привлекательности, но каждый раз, словно завороженная, едва могла совладать с желанием пристально разглядывать его.

Лун Фэйе ненавидел этот влюбленный взгляд…

– Так куда ты собиралась? – снова повторил великий князь.

Он прождал больше половины большого часа. Обе, и служанка, и ее госпожа, будто провалились сквозь землю. Никто не знал, куда они ушли и когда явятся обратно. Произойди с ними что-нибудь за пределами дворца – ни одна живая душа об этом не узнала бы.

Будто очнувшись ото сна, Хань Юньси прокляла себя за то, что вновь увлеклась созерцанием красоты великого князя. Заметив недовольное выражение его лица, принцесса поклонилась и прощебетала:

– Не знала, что его высочество здесь. Мне очень жаль. Только что я встретила тетушку Чжао и спешила к вам, чтобы поблагодарить. Вы так добры!

– В павильоне Лотосов нет места грязи. Отныне тетушка Чжао будет отвечать за чистоту в тереме Свободных облаков.

– Так вы считаете меня грязнулей? – выпалила Хань Юньси.

Лун Фэйе замер будто в нерешительности, затем уголки его губ поползли вверх, и он довольно ответил:

– Да.

Хань Юньси ахнула. Так вот оно что… Ему совершенно не было до нее дела! Все, что волновало великого князя, – порядок в своем павильоне. Мечты о заботливом отношении супруга рассеялись как дым. Этот парень… она с самого начала должна была понять, что у Лун Фэйе не было добрых намерений. Особенно когда он вмешивался в чужие дела!

– Спасибо за заботу, ваше высочество. Я запомню это!

Тон принцессы моментально стал ледяным, а слова «за заботу» прозвучали особенно многозначительно. Сначала казалось, что Лун Фэйе сразу уйдет, но он, будто не желая оправдывать ожидания, даже не шелохнулся. Взгляд Хань Юньси моментально изменился. Теперь она смотрела на великого князя так, словно хотела прожечь его насквозь.

– Если вам больше нечего мне сказать, я пойду отдыхать.

Каждый раз, стоило ей только встретить супруга, сердце начинало выскакивать из груди. Но как только Лун Фэйе начинал говорить, принцессе хотелось никогда больше его не видеть. Кажется, в первый раз Хань Юньси настолько разозлилась, что велела ему уйти. Девушки всего мира молили о его благосклонности и внимании, а она сама отвергала собственное счастье!

– Разве я пришел, чтобы о чем-то тебя спросить? – хладнокровно поинтересовался он.

«Этот парень что, любит создавать проблемы на пустом месте?»

– Тогда для чего вы здесь?

Все существо Хань Юньси кричало о другом: «Вы явились, чтобы портить мне жизнь?»

Когда принцесса спросила об этом, Лун Фэйе растерялся. Он не знал, как ответить. В холодных глазах мелькнула тень неудовольствия. Внезапно он встал и сказал резче, чем обычно:

– Ты должна мне помочь. Пойдем!

Хань Юньси оставалась в неведении относительно того, что предатели из Северного Ли отказывались признаваться, к каким бы страшным пыткам великий князь ни прибегал. Шпионки морили себя голодом, из всех пойманных осталось всего четверо – да и тех совсем недавно отравили. Несмотря на меры, лишавшие заключенных возможности покончить с собой, помощники Лун Фэйе не смогли остановить череду смертей. Подозрительным было и то, что женщин лишали жизни спустя месяц заключения. Чу Сифэн пригласил несколько мастеров по ядам, но даже они не смогли ничего выяснить. А сегодня утром еще одну заключенную нашли мертвой в камере. И шпионок осталось трое.

Должно быть, им было так сложно вынести допрос, что в критический момент они просто приняли яд. Но если все заключенные умрут, так и не поведав о предводителе, все усилия Лун Фэйе окажутся напрасными! И поскольку мастера ядов не смогли найти токсин в телах заключенных, великий князь обратился к Хань Юньси, вспомнив про ее знания.

Командный тон супруга расстроил принцессу. Вспомнив, что еще совсем недавно великий князь упрекал ее в нечистоплотности, Хань Юньси раздраженно ответила:

– Ваше высочество, я устала. Попросите помощи у кого-нибудь еще.

Лун Фэйе удивленно взглянул на нее и не двинулся с места. Презрительно усмехнувшись, он небрежно бросил мешочек, который с приглушенным стуком приземлился точно на столик рядом. Судя по звуку, в нем хранилось неприлично много серебра. Еще совсем недавно Хань Юньси с радостью приняла бы плату, но после подарков императора ей больше не нужно было заботиться о пропитании на всю оставшуюся жизнь. Теперь можно было с уверенностью заявить, что деньги перестали влиять на ее жизнь. Хань Юньси спокойно проговорила:

– Ваше высочество, за последние дни я очень устала. Это может повлиять на точность диагноза. Пожалуйста, обратитесь к кому-нибудь другому, чтобы избежать ошибок.

От этого ответа на лице великого князя заходили желваки. Про отказ он даже и не думал. Чувство вины закралось в душу Хань Юньси, но сегодня она была настроена сопротивляться любым попыткам переубеждения. Принцесса не хотела безропотно выполнять приказы супруга, ведь что он мог сделать, если она откажется? Между ними повисло неловкое молчание. Казалось, время остановилось и больше никогда не продолжит бег… Никто не решался нарушить эту гнетущую тишину.

Спустя какое-то время Хань Юньси невольно поджала губы, чувствуя, что нервы натянулись словно струны. Единственное, чего ей хотелось, – снова встретиться взглядом с этим холодным парнем. Но не будет ли ей страшно? Едва ли великий князь часто сталкивался с отказом…

И в тот самый момент, когда принцесса уже собиралась осторожно поднять глаза, Лун Фэйе внезапно холодно отвернулся и, так и не сказав ни слова, зашагал прочь. Хань Юньси, застигнутой врасплох, оставалось лишь наблюдать, как его силуэт стремительно исчезает вдалеке. Никто не нарушил тишину, а сейчас она вообще перестала иметь значение, потому что этот парень, холодный как лед, ушел.

В один миг необъяснимое чувство одиночества заполнило сердце. С самого начала Хань Юньси не собиралась уступать ему, так почему же сейчас, добившись своего, она была полна сожаления и грусти? Кто знал, что все может так обернуться… Учитывая характер Лун Фэйе, он больше никогда не попросит ее о помощи, так ведь? Что ж, она должна быть счастлива. Тогда почему же принцесса не чувствовала облегчения?

Хань Юньси вздохнула и пожала плечами. Было бы хорошо, если бы она могла держаться подальше от дел этого парня и не ввязываться в сомнительные истории. Подумав об этом, принцесса налила себе воды и оглянулась. Не сказать, что в тереме Свободных облаков что-то изменилось, но он стал намного аккуратнее и чище. Пол, столы и стулья натерты до такого блеска, что в них можно было увидеть собственное отражение. Неприятный запах, оставшийся после экспериментов, давно исчез, но в воздухе по-прежнему витал слабый аромат трав.

– Слишком чисто! Неужели у тетушки Чжао тоже мизофобия? – пробормотала Хань Юньси, направляясь в кабинет.

Эта часть терема также блистала чистотой. Лекарственные травы и баночки с ядами, раньше в беспорядке сваленные на столе, теперь аккуратно стояли на полках. Но каким бы идеальным ни был порядок, принцесса все равно чувствовала раздражение от того, что кто-то чужой дотрагивался до ее вещей. Придирчиво оглядевшись, она обнаружила, что все ненужное выкинули, а то, что действительно заслуживало внимания, расставили в определенном порядке. Кроме того, в центре кабинета появился горшок с растениями, разбавлявший аскетичную атмосферу личных владений принцессы.

Такой тщательный подход не оставил ее равнодушной. Что ж, она не будет возражать, если новая служанка и дальше продолжит отвечать за чистоту. Только Хань Юньси подумала об этом, как тетушка Чжао внезапно возникла на пороге терема. Растерянно посмотрев на принцессу, она торопливо спросила:

– Его высочество ушел?

– Да, – отмахнулась Хань Юньси. – В следующий раз сообщай мне о его приходе. И не трогай мои вещи без разрешения, я могу прибраться сама.

Служанка, еще мгновение назад собиравшаяся спросить, не останется ли великий князь на ужин, кротко кивнула.

– Что бы принцесса хотела отведать? Я попрошу поваров приготовить.

Хань Юньси хотела ответить, но внезапно вспомнила слова Лун Фэйе и, посмотрев на тетушку Чжао, улыбнулась:

– Разве ты не отвечаешь только за уборку терема Свободных облаков?

Глава 6
Не ведать своего счастья

Тетушка Чжао непонимающе взглянула на принцессу. Великий князь не ограничивал ее обязанности в павильоне Лотосов. Немного помедлив, служанка медленно произнесла:

– Госпожа, что вы имеете в виду?

Теперь уже принцесса удивленно смотрела на нее.

– Что конкретно его высочество попросил делать?

В растерянности от такого странного вопроса тетушка Чжао повторила то, что уже сказала, встретив госпожу у входа во двор:

– Принцесса, его высочество попросил меня явиться в павильон Лотосов и служить вам. Я готова выполнить любое ваше поручение.

Удивлению Хань Юньси не было предела. Этот парень солгал ей… Нет! Он не просто солгал, воспользовавшись случаем, но еще и назвал ее грязнулей! В конце концов, они даже не были настоящей парой. Ее чистоплотность и привычки ни в коем случае не должны были волновать Лун Фэйе! Вот ведь зануда…

Хань Юньси скривила губы и уже собиралась что-то сказать, но тетушка Чжао опередила ее:

– Принцесса, не волнуйтесь. Я немолода, но многое знаю, потому что служу во дворце с тех самых пор, как он был построен.

– Ого, так долго! Настоящий старожил!

Принцесса по-новому взглянула на служанку. Сяо Чэньсян только-только начала работать во дворце, и ее еще не успели избаловать местные порядки – именно поэтому Хань Юньси не боялась поручать ей дела, о которых требовалось молчать. У тетушки Чжао за спиной многолетний, порой непростой и тернистый опыт. Что, если она была связана с императорской наложницей И?

Из раздумий Хань Юньси вывел голос служанки.

– Да, можно сказать и так, – засмеялась она. – Я наблюдала за тем, как рос его высочество. Он всегда доверял мне и после того, как стал великим князем, забрал к себе. С тех самых пор я отвечаю за все дела в павильоне Лотосов.

Услышав это, Хань Юньси удивилась еще больше: она никогда не видела слуг во владениях Лун Фэйе. С другой стороны, если бы их не было, то кто тогда наводил бы порядок?

– А почему я раньше тебя не видела? – недоуменно спросила принцесса.

– Несколько месяцев назад мне пришлось поехать в родной город, на юг страны. И только сегодня удалось вернуться во дворец. Его высочество сразу направил меня к вам.

Опасаясь, что ей не поверят, служанка быстро добавила:

– Принцесса, я знаю всех стражников здесь. Если не верите мне, спросите у них.

По возвращении с родины тетушка Чжао сразу получила распоряжение от великого князя. Ей велели прибраться в тереме Свободных облаков и особенно – в кабинете принцессы. Служанка не могла поверить, что господин разрешил женщине жить рядом. Разве он не был против этого брака? Когда же тетушка Чжао увидела покои Хань Юньси, то была поражена беспорядком. Его высочество страдал от мизофобии и на дух не переносил грязь. Как принцессе удалось устроить такой бардак?

После того как тетушка Чжао, наконец, закончила с уборкой, Лун Фэйе зашел в терем Свободных облаков и какое-то время просто сидел в центре комнаты, оглядываясь по сторонам. А потом произнес:

– Отныне ты останешься здесь и будешь присматривать за этим местом.

Тетушка Чжао, взглянув на господина, осторожно спросила:

– Слышала, что принцесса очень красива…

Однако его высочество ничего не ответил, даже не взглянул на женщину. Служанка не осмеливалась больше задавать вопросы, но в душе зародилось сомнение: действительно ли великий князь принял новоиспеченную невесту?

Любопытная от природы тетушка Чжао пыталась выведать хоть что-то у охранников в павильоне Лотосов, но те тоже ничего не знали. Вконец озадачившись, она все же подумала, что если господин разрешил этой девушке остаться подле себя, значит, нашел для нее место в сердце. А раз так, служанка тоже должна сделать все ради избранницы его высочества.

Выслушав женщину, Хань Юньси спокойно спросила:

– Так ты практически всю жизнь провела во дворце?

Тетушка Чжао улыбнулась:

– Верно. За годы его высочество уже привык к старой служанке. Я знаю великого князя лучше, чем сама императорская наложница И.

– Но раз ты здесь, кто же позаботится о великом князе?

– Принцесса, вы же живете в одном дворе. Не волнуйтесь, я не буду лениться!

После недолгого молчания Хань Юньси сдалась.

– Ну ладно, ступай заниматься своими делами.

– Что бы вы хотели на ужин? Я сейчас же пойду на кухню и распоряжусь, чтобы все подготовили, – заботливо продолжала служанка.

– На твое усмотрение, – отмахнулась принцесса, поглощенная своими мыслями.

Хань Юньси совершенно некогда было раздумывать над такими пустяками. Когда тетушка Чжао ушла, принцесса осталась сидеть неподвижно. Почему Лун Фэйе направил ей такую опытную служанку? Крылось ли за этим поступком что-то еще? Может, он просил следить за супругой? Кошмар… Чего же, о Небеса, добивался этот парень?

На ужин тетушка Чжао распорядилась приготовить для принцессы несколько блюд, в том числе суп из женьшеня, который во все времена славился способностью восстанавливать силы. Хань Юньси отметила, что старая служанка была намного опытнее и предусмотрительнее Сяо Чэньсян, мало разговаривала в присутствии принцессы, а закончив дела, тихо удалялась восвояси, не беспокоя ее по пустякам.

Хань Юньси и не подозревала, что тетушка Чжао тайком наблюдала за новой госпожой. На служанку та производила впечатление доброго и отзывчивого человека, однако тетушка Чжао никак не могла понять, за что его высочество полюбил Хань Юньси. Когда-то тетушка заключила пари с Чу Сифэном, заявив, что господин никогда не будет интересоваться женщинами. Начальник стражи не был столь категоричен, ограничившись сроком до тридцати лет. Но даже если служанка и проиграла давний спор, то все равно была безгранично рада, что в павильоне Лотосов, наконец, появилась хозяйка. По крайней мере, его высочество не проживет всю жизнь в одиночестве. А со временем тетушке Чжао удастся научить молодую принцессу хорошенько заботиться о господине.

Завершив дела в кабинете, Хань Юньси вышла во двор и устроилась в беседке с чашкой чая. Заметив приближающуюся служанку, она помахала ей, приглашая подойти.

– Что желает госпожа?

– Не нужно формальностей! Обойдемся без сложностей, пожалуйста, присядь.

Она похлопала по сиденью рядом с собой.

– Принцесса, существует разница между слугой и госпожой. Я не могу сесть рядом с вами, – серьезно ответила тетушка Чжао.

Хань Юньси вздохнула. Как и ожидалось, эта женщина, проведя почти всю жизнь во дворце, была совершенно не похожа на простодушную Чэньсян.

– Тогда сядь на табурет.

– Спасибо, принцесса.

С этими словами служанка поклонилась и села поодаль. Хань Юньси, на мгновение заколебавшись, тихо спросила:

– У его высочества есть младшая сестра, ты знала об этом?

Услышав вопрос, тетушка Чжао заулыбалась.

– Знаю. Принцесса Чанлэ из династии Западного Чжоу, Дуаньму Яо.

На самом деле Хань Юньси испытывала новую служанку, но не ожидала, что та действительно знает ответ.

– Тогда из какого она клана?

– Из клана Мечей небесных гор, – без раздумий ответила тетушка.

Хань Юньси потрясла ее осведомленность. Этот клан входил в тройку самых сильных школ в мире боевых искусств. Ежегодный отбор был настолько строгим, что из всех желающих поступал только один. Неудивительно, что Лун Фэйе, с его незаурядными качествами и упорством, смог пробиться туда. Но раз Дуаньму Яо тоже входила в число последователей, значит, у нее были необычные таланты.

Принцесса помотала головой, отвлекаясь от мыслей. Сейчас некогда было думать об этом. Хань Юньси хотела во что бы то ни стало вывести служанку на чистую воду и поэтому, лукаво улыбнувшись, снова спросила:

– Тетушка Чжао, его высочество часто ночует вне дома. Должно быть, у него есть еще один дворец?

Тетушка заколебалась. Неужели принцесса правильно поступила, решившись расспросить ее? Но реакция служанки превзошла все ожидания. Оглядевшись по сторонам, она тихо проговорила:

– Принцесса, это личное дело его высочества. Скажу только вам, но, пожалуйста, больше никому не говорите…

Она собиралась продолжить, но Хань Юньси, застигнутая врасплох, жестом попросила женщину замолчать.

– Подожди, почему ты рассказываешь это?

– Принцесса, вы же сами меня спросили…

– Что ж, тогда говори.

Служанка замолчала, а потом внезапно рассмеялась, словно озорной ребенок.

– Госпожа испытывала меня!

На щеках Хань Юньси выступил легкий румянец. Осознав, что ее план был раскрыт, принцесса слегка улыбнулась и спокойно произнесла:

– Тетушка, не выдумывай. Можешь идти.

Служанка не сдвинулась с места.

– Для принцессы вполне естественно подозревать окружающих. В конце концов, это дворец великого князя, и его супруге здесь не рады.

Хань Юньси прищурилась. Тетушка Чжао оказалась не так проста. Неужели и она хотела противостоять ей?

– Ты еще что-то хочешь сказать? – холодно спросила принцесса, готовясь к новым нападкам.

Однако ответ женщины вновь удивил ее.

– Принцесса, можете быть уверены. Я абсолютно верна его высочеству. Покойный император когда-то передал меня в его распоряжение. Я не имею никакого отношения к императорской наложнице И, моя преданность принадлежит исключительно великому князю!

На серьезном лице служанки отчетливо проступили глубокие морщины. Хань Юньси не ждала подобной откровенности…

– Но разве по-настоящему верный слуга выдаст секрет господина?

– Принцесса – законная жена его высочества. Как я могу предать великого князя, если отвечу на несколько ваших вопросов?

Слова тетушки Чжао лишили Хань Юньси дара речи.

– Ты говоришь правду или притворяешься? Неужели воспринимаешь меня всерьез? Ты служила его высочеству много лет и должна знать, что он женился на мне не по своей воле.

«Законная жена? Что за ирония!»

Она знала этого человека хуже, чем его слуги или сослуживцы. Хань Юньси и Лун Фэйе даже не друзья, а просто незнакомцы, которые несколько раз оказали друг другу услугу. Сколько неприятностей принесло девушке звание его супруги? Подумав об этом, принцесса пришла в ярость и, не сдержавшись, выпалила:

– Тетушка Чжао, я благодарна, что его высочество не доставляет мне хлопот. Касательно «законной жены»… Он может жениться на ком хочет. Я готова отказаться от титула в любое время!

Служанка никогда не видела женщин, которые бы осмеливались так относиться к великому князю… Многие желали войти во дворец Цинь, а эта девушка не понимала своего счастья! Тетушка Чжао не на шутку рассердилась.

– Принцесса, его высочество разрешил вам жить в павильоне Лотосов и даже попросил меня прислуживать. Разве вы еще можете сомневаться в искренности его намерений? К тому же как-то императорская наложница И хотела выгнать меня из дворца, но господин не позволил. Будьте благодарны за то, что у вас есть!

Услышав ее слова, Хань Юньси нахмурилась, а служанка, осознав, что наговорила, в страхе опустилась на колени.

– Ваша служанка совсем бестолковая! Я повела себя необдуманно и наговорила лишнего, оскорбив ваше высочество! Я заслуживаю наказания!

Уголки рта принцессы дернулись, и по необъяснимой причине сердце забилось быстрее.

Глава 7
Подожди! Давай заключим сделку!

Тетушка Чжао, упав на колени, виновато склонила голову, не смея встретиться взглядом с принцессой. Неважно, что служанка принадлежала великому князю, – никому не позволялось оскорблять членов императорской семьи, а она, дурья голова, в первый же день наговорила принцессе лишнего! Как теперь быть? Что, если принцесса пожалуется его высочеству? Стерпит ли он такое оскорбление, даже если тетушка Чжао прислуживала ему с ранних лет?

Женщина никак не могла унять страх в сердце и, уставившись в пол, не замечала легкую улыбку на лице Хань Юньси. Видимо, служанка, только-только вернувшаяся во дворец, еще не знала о непростых отношениях супругов. Принцесса откашлялась и непринужденно сказала:

– Тетушка, не стоит принимать все так близко к сердцу. Забудем о том, что сегодня произошло. А насчет меня с его высочеством… – Она остановилась и, не сдержав смеха, похлопала служанку по плечу. – Ха-ха, скоро сама все поймешь.

После этого Хань Юньси стремительно поднялась и направилась в терем Свободных облаков. Тетушке Чжао оставалось лишь смотреть вслед. Размышляя над услышанным, она гадала, что же имела в виду загадочная хозяйка. Какие отношения связывали принцессу и великого князя? Кажется, самое время расспросить обо всем Чу Сифэна…

Стояла поздняя ночь, а в спальне Лун Фэйе еще горел свет. Внезапно к дверям его покоев приблизилась чья-то фигура. Стражники, охранявшие командира, собирались атаковать пришедшего. Но, в последний момент присмотревшись к нему, они узнали Хань Юньси, супругу правителя Цинь, и не решились сдвинуться с места.

Увидев свет в окнах, Хань Юньси замешкалась и уже собиралась повернуться, чтобы уйти, но именно в этот момент лязгнул засов. Вздрогнув от неожиданности, она попятилась и, оступившись на лестнице, упала.

– Ай! – вскрикнула принцесса, страдальчески поморщившись, и поспешно прижала ладонь к губам.

Дверь отворилась. Подняв глаза, Хань Юньси увидела Лун Фэйе. Одетый в черное, он напоминал бога ночи, небрежно смотрящего на простолюдина у своих ног.

– Что ты тут делаешь? – Его голос был студенее ветра в зимнюю ночь.

– Я… я…

Нервничая, Хань Юньси не могла выдавить из себя ни одного внятного слова. Великий князь медленно, будто ничего не случилось, прошел мимо, не удостоив ее даже взглядом.

– Я помогу, – наконец произнесла она и поднялась.

После разговора со служанкой Хань Юньси охватило чувство вины. Поборов сопротивление в душе и не в силах осознать, почему переживает, она все-таки пришла к Лун Фэйе. Решила помочь тому, кто принял ее и позволил остаться подле себя.

Лун Фэйе остановился и после долгого молчания спросил:

– Почему передумала?

– Просто… просто я немного отдохнула и теперь могу отправиться с его высочеством. Сейчас у меня есть силы, чтобы поставить точный диагноз.

– Что ж, к сожалению, мне больше не требуется твоя помощь.

Губы Лун Фэйе искривились в едва заметной усмешке. Удивленная, Хань Юньси смотрела, как уходит супруг, и поспешила за ним. Резкое движение отозвалось болью в лодыжке, и от неожиданности принцесса вскрикнула, осев наземь. Всего на миг Лун Фэйе остановился, а затем вновь продолжил идти.

– Постой! Я пришла, чтобы договориться! – закричала она ему вслед.

Великий князь оглянулся и бросил на нее непонимающий взгляд.

– В конце концов, я дважды помогла вам. Могли бы хоть раз проявить ко мне снисходительность, – поспешно добавила Хань Юньси.

– Если правильно помню, то оба раза я щедро заплатил за твою помощь, – бесцветным голосом ответил он.

– Поэтому я больше не буду несправедлива по отношению к вашему высочеству. Я помогу вам, а вы – мне. Мы оба получим то, что нам нужно, – улыбнулась принцесса.

Спустя некоторое время Лун Фэйе, наконец, спросил:

– Чего ты хочешь?

Тяжелый груз упал с плеч девушки. До последнего момента она не была уверена в том, что этот холодный нелюдимый человек примет ее предложение. Вероятно, ему так и не удалось найти хорошего мастера по ядам, иначе не просил бы о помощи и уж тем более не стал терять время на ожидание. Должно быть, великий князь столкнулся с очень сложным случаем. Что же до сделки, то она была лишь предлогом, первым делом пришедшим на ум.

Великий князь смотрел на принцессу немигающим взглядом, тем самым, который приводил окружающих в ужас. Но, в отличие от них, принцесса его не боялась. Улыбнувшись, Хань Юньси жестом подозвала Лун Фэйе к себе. Уголки его губ дернулись от нетерпения, однако он все же подошел и присел рядом.

– Слушаю тебя.

– Я помогу нейтрализовать яд, а вы поможете мне тайком пробраться в павильон третьей наложницы моего отца. Хочу проверить кое-что.

– Украсть? – Брови великого князя взметнулись вверх.

– Нет! – возмутилась она и, понизив голос, продолжила: – Я расследую дело Му Цину и ищу источник яда, которым его отравили.

Лун Фэйе знал о поисках Хань Юньси, а она даже не подозревала об этом.

– Ты думаешь, это кто-то из семьи Хань? – удивился он.

– Пока не совсем. Но есть зацепки, которые надо проверить, – серьезно ответила девушка.

В конце концов, Хань Юньси не просила его о помощи, это была сделка. Хотя, если бы Лун Фэйе действительно вздумал помочь, она не стала бы возражать. После короткой паузы он проговорил с властностью, не терпящей возражений:

– Сначала нейтрализуй яд.

– Великий князь согласен?

Радости Хань Юньси не было предела. Не выказав особых эмоций, Лун Фэйе поднялся и сухо ответил:

– Да.

Девушка хотела последовать его примеру, но лодыжка предательски заболела. Только опершись руками о землю, принцесса смогла встать на одну ногу. Конечно, Хань Юньси не была специалистом, но здравый смысл подсказывал, что кости остались целыми, а от растяжения не умирают, поэтому через боль она вполне могла передвигаться. Дохромав до Лун Фэйе и выдохнув, она, наконец, произнесла:

– Ваше высочество, показывайте дорогу.

Великий князь ускорил шаг. И спустя мгновение принцессе пришлось снова окликнуть его. Острая боль отзывалась во всем теле при каждом шаге.

– Ваше высочество, подождите немного. Мои ноги, наверное…

Лун Фэйе одарил ее строгим взглядом и остановился.

– Думал, что ты не настолько хрупкая. Кажется, я снова тебя переоценил.

Ну вот, опять он смеялся над ней! Готовясь к новой порции издевок, принцесса закатила глаза. Как раз в этот момент Лун Фэйе решительно подошел и обнял ее. Руки Хань Юньси привычно обвили шею великого князя, а кончик носа случайно коснулся его лица. Сердце девушки пропустило удар, а затем еще один… Холодный! Какой же этот парень был холодный… и такой прекрасный! Но что он собирался делать? К чему вдруг эти внезапные объятия?

Заметив ее растерянность, Лун Фэйе улыбнулся. Если бы кто-то увидел его сейчас, то вряд ли смог бы понять, что чувствовал этот суровый и решительный человек. Слегка присев, великий князь оттолкнулся от земли и в мгновение ока растворился в ночи вместе с принцессой.

В это время Чу Сифэн и тетушка Чжао осторожно вышли из-за кустов, прячась за которыми пристально наблюдали за происходящим. Они недоверчиво посмотрели друг на друга.

– Сяо Чу, разве ты не говорил, что у них все в порядке? Что вообще происходит? – Служанка была в замешательстве.

– Я не знаю. В любом случае принцессе разрешили остаться, а потом… – беспомощно промямлил стражник и умолк.

– Это не… они… Его высочество относится к ней…

Тетушка Чжао никак не могла описать то, что увидела. Если бы господин не признал эту девушку женой и не проникся к ней симпатией, с чего бы ему оставлять ее здесь и уж тем более обнимать! Его высочество особенно щепетильно относился к чистоте, не испытывал радости от прикосновения к другим, неохотно пожимал руки чиновникам, не говоря уже о том, чтобы кого-то обнимать! Чу Сифэн и тетушка Чжао, впервые увидев господина, прикасающегося к женщине, онемели.

– Сяо Чу, я не знаю, что и думать!

Тетушка Чжао нахмурилась, морщины на ее лице стали еще заметнее. Стражник махнул рукой:

– Не беспокойтесь о делах его высочества. Ступайте, но впредь будьте осторожны и не проявляйте непочтительности к принцессе! – Немного помедлив, он добавил: – Но и не обращайтесь с ней как с хозяйкой дворца.

Служанка беспомощно покачала головой.

– Мне сложно понять, о чем думают молодые люди в наше время…

Конечно, сказанного не воротишь, и эта мысль раздражала тетушку Чжао. Должно быть, принцесса в глубине души смеялась над ней, но сожалеть было поздно…

Пока стражник и служанка рассуждали об отношениях великого князя с новоиспеченной супругой, Лун Фэйе принес Хань Юньси к небольшому домику, укромно спрятанному на окраине города, который в полной мере соответствовал своему названию – «Двор уединенности».

Как только они зашли внутрь, Лун Фэйе усадил принцессу на стол. Всю дорогу ей не удавалось унять колотящееся сердце. Сейчас, расположившись напротив великого князя, девушка в очередной раз отметила его внушительный рост. Этот парень, словно великан, возвышался над ней. Пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей, Хань Юньси решительно спросила:

– Отравленный здесь?

– Да.

Лун Фэйе отвернулся, чтобы достать лекарство от растяжения. Хань Юньси узнала его сразу, стоило только услышать знакомый запах. Удивительно, насколько добрым мог быть великий князь, раз первым делом решил позаботиться о ней. Хань Юньси поспешно сняла туфли и носки, обнажив изящные, словно из белого нефрита, ступни. Лун Фэйе растерянно посмотрел на нее, но спустя мгновение взгляд, полный нерешительности, стал жестче. В душе великий князь не мог понять супругу: неужели она совершенно лишена такта? Неужели такая же, как все, кто тайно вздыхал о нем?

Уловив перемену в его настроении, Хань Юньси вздрогнула. Что произошло? Не понимая причину раздражения, она, потянувшись за лекарством, произнесла:

– Пожалуйста, дайте мне мазь.

Однако Лун Фэйе не шелохнулся, только медленно посмотрел на ее босые стройные ноги. Принцесса непонимающе уставилась на великого князя. Да что же было не так? Что такого в том, чтобы обработать опухшую лодыжку? Только потом, проследив за его взглядом, Хань Юньси догадалась… И от внезапно настигшего понимания глаза девушки округлились, а сердце ускорило бег. Небеса! Она совершенно забыла о том, что в древние времена, если мужчина видел обнаженные ноги или руки девушки, то должен был взять ее в жены!

Глава 8
Под покровительством властного господина

Оправившись от шока, Хань Юньси, быстро втянула ноги под юбку. Все тело будто пронзило током. Неужели этот парень теперь считал ее ветреной? Или еще хуже – что она пыталась соблазнить его? О Небеса, какой позор! От этих мыслей лицо принцессы вспыхнуло.

– Ваше высочество, я сама нанесу лекарство, не ждите меня, – проговорила она с напускным спокойствием.

Однако Лун Фэйе никуда не ушел. Наоборот, придвинул стул и сел прямо перед ней. Потом ловкими движениями открыл баночку с мазью… В этот момент Хань Юньси занервничала: неужели великий князь действительно собирался коснуться ее? Выдавив улыбку, девушка неловко произнесла:

– Ваше высочество, я… могу сделать это сама.

– Раз принцесса сняла туфли и носки, то естественно, что я должен ей помочь, – ледяным тоном ответил Лун Фэйе.

В этих словах слышался неприкрытый сарказм, который не укрылся от внимания Хань Юньси. Что-то странное сквозило в них, не позволяя ей поверить в искренность намерений Лун Фэйе. В конце концов, именно по его милости она была вынуждена терпеть эту ужасную боль!

– Ваше высочество, хотя мы муж и жена, но… но… – На мгновение принцесса заколебалась. – Мужчины и женщины не должны прикасаться друг к другу, поэтому ступайте.

Губы Лун Фэйе растянулись в зловещей улыбке. Оглядев Хань Юньси с ног до головы, он, наконец, ответил:

– Принцесса, вы уверены, что хотите обсуждать со мной приличия?

Она почувствовала себя неловко.

– Ваше высочество, мы ненастоящая пара, я принцесса лишь номинально. Так почему же не могу сказать вам подобные слова? Пожалуйста, будьте серьезны!

– Хань Юньси, когда я говорил, что ты ненастоящая принцесса? Как только ты переступила порог дворца, то стала моей женой, – удивился он и, бросив взгляд на снятые туфли, продолжил, – поэтому помни, отныне ты замужняя женщина и должна вести себя соответствующе.

– Ах ты! – только и смогла выдавить девушка.

Лун Фэйе явно издевался над ней… Она лишь сняла туфли и носки из-за нестерпимой боли. Никто не виноват, что он напридумывал себе непонятно что! Принцесса была вне себя от злости и, глядя в его холодные глаза, резко вытянула ногу вперед, едва не коснувшись лица великого князя.

– Прошу прощения за беспокойство, ваше высочество! – стиснув зубы, произнесла она.

Сидевший до того неподвижно Лун Фэйе поднял руку, схватил маленькую ножку Хань Юньси и с силой потянул вниз. Она вскрикнула от боли:

– Ай!

Рука великого князя обхватывала распухшую лодыжку. Невзирая на боль, принцесса, словно солдат, даже бровью не повела. Приходилось терпеть вещи страшнее! Не увидев желаемой реакции, Лун Фэйе протянул вторую руку и, проведя ею по ноге Хань Юньси, надавил на сухожилие.

«Ах ты урод!» – подумала девушка. Сопротивляясь накатившей боли, она следила, как Лун Фэйе достает лекарство и небрежно размазывает по коже. Спасительная прохлада мигом растеклась по телу, и на мгновение Хань Юньси показалось, что худшее позади, но как только напряжение спало, Лун Фэйе с удвоенным усердием принялся втирать мазь. Все сильнее и сильнее. Хань Юньси не сомневалась, что великий князь специально причинял ей боль. Как только лекарство впитывалось в кожу, приходило жгучее нестерпимое чувство, словно кто-то бередил рану, которая никак не могла затянуться. Невыносимо… Через некоторое время спина Хань Юньси взмокла, а на висках выступили капельки пота, но она еще крепче сжимала зубы и, опустив голову, неподвижно смотрела на искалеченную ногу.

Лун Фэйе думал, что принцесса начнет молить о пощаде. Кто же знал, что, даже когда его руки начнут болеть от усилий, упрямица не произнесет ни слова? Он, наконец, отвлекся и взглянул на Хань Юньси. Как оказалось, девушка все еще была в порядке и даже не лишилась чувств. Только потом великий князь заметил странную позу супруги и ее вспотевшую спину. «Почему она такая упрямая?» Как только эта мысль пронеслась в его голове, принцесса встретилась с ним глазами. Бесстрашный взгляд девушки словно испытывал его на прочность. Пораженный стойкостью Хань Юньси, Лун Фэйе нахмурился, но не отвернулся. Какое-то время они так и смотрели друг на друга, не желая уступать. Мир погрузился в тишину. Лун Фэйе не понял, когда прекратил причинять ей боль, а Хань Юньси – когда нога перестала беспокоить. Если бы не стук в дверь, никто из них не отступил бы.

– Ваше высочество, еще один пленник только что умер! – раздался встревоженный голос стражника.

Его слова вывели их из оцепенения. Великий князь и принцесса в последний раз пристально посмотрели друг другу в глаза и в следующий миг отвернулись. Не в силах понять, что произошло, Хань Юньси опустила голову. Почему она так себя вела?

Еще более мрачный, чем обычно, Лун Фэйе оставался спокойным. Скривив губы в легкой усмешке, он поставил баночку с мазью на стол.

– Я подожду снаружи. Выходи, как закончишь.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и быстро пошел к выходу. Хань Юньси оставалось только гадать, спешил ли он из-за срочного дела или просто бежал от нее. Как только дверь комнаты закрылась, принцесса смогла вздохнуть с облегчением.

«Сволочь!» – выругалась она про себя.

– Тебе стоит поторопиться! – донеслось из-за двери.

– Сволочь, – еле слышно повторила Хань Юньси и аккуратно приложила лекарство.

Обернув лодыжку марлей, она собиралась надеть носок и обувь, но обнаружила, что они едва ли налезут на израненную ногу. Мгновение поколебавшись, Хань Юньси сделала повязку плотнее, прикрыв оголенные места. «Это же не считается обнажением?» – подумалось ей. Взглянув на результаты своего труда, девушка снова взглянула на баночку с мазью. На самом деле та вполне неплохо спасала от синяков и ран, охлаждала кожу и снимала боль. Однако после того, что учудил так называемый супруг, принцессе совершенно не хотелось благодарить его и уж тем более принимать от него помощь. Оставив мазь на столе, Хань Юньси проворно спрыгнула на пол и похромала в сторону выхода.

Столкнувшись с Лун Фэйе, она коротко спросила:

– Шпион умер?

– Один из них, – отстраненно ответил он и мельком взглянул на ноги Хань Юньси, которые полностью прикрывала юбка. А потом, присев на корточки, нетерпеливо скомандовал: – Залезай!

Хань Юньси замешкалась, но вновь услышала раздраженный голос:

– Скорее, яд уже начал действовать!

Только тогда принцесса поняла, что великий князь не шутит. У них совершенно не оставалось времени. Девушка неуклюже забралась на его спину и, обхватив за шею, согнула ноги. Лун Фэйе моментально выпрямился и устремился вперед по темным коридорам с такой скоростью, словно принцесса на спине была невесомой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.