ЕЛЕНА АРС
Ты и я на малиновом облаке - 2

Глава 1 Холодное сердце

Тревога поселилась в ее душе еще во времена службы в полиции. Тогда она ловко справлялась с этой эмоцией через стремление к успеху, через достижения и победы. Соперничество и достигаторство давали ощущение безопасности. Теперь тревога мучила ее постоянно. Она боялась за детей, боялась лететь на самолете, ехать в общественном транспорте, особенно через тоннели. Ее тошнило, выворачивало наизнанку, возникала враждебность ко всему живому, все раздражало и вымораживало. Она перестала бывать на выставках, в клубах, избегала лишнего общения и часто без причины срывалась на окружающих.

Страх поселился в ней. В душе. В теле. В пространстве вокруг. Страх сделался плотным, вязким, ядовитым. Он не давал свободно дышать, мешал голосу звучать в полную силу. Ей хотелось сжаться, спрятаться от этого равнодушного жестокого мира без любви. От резкого звука, от внезапного обращения к ней на улице, от простого неожиданного «здрасьте» она вздрагивала.

Казалось, она растворяется среди толпы, среди кишащих вокруг нее людей. Казалось, люди знают ее мысли. Она раскрыта для всех в своих желаниях и порывах. Нет ни одного человека, не знающего ее тайны. Она как стекло. Хрупкое и холодное. Нот на самом деле у нее всего лишь две эмоции – страх и злость.

Умом она понимала, что ее гложет чувство вины. За него. Она предала его, предала их любовь. А это была любовь. Она тогда поняла сразу, что любовь. Могла узнать, где он, помочь ему. Испугалась. Придумала себе оправдания и залезла, как черепаха, в свой панцирь.

Жизнь взяла свое. Семья, дети, муж, новая работа. Все хорошо и жизнь прекрасна. Вот только мысли о нем не уходят. Пора забыть! А теперь он даже не снится ей. Что с ним? Как он? Где? Ей необходимо его прощение. Как оказалось, у них нет общих знакомых, нет вообще никаких точек пересечения. Две параллельных линии, которые тянуться каждая по своей траектории. Единственная ниточка – телефон. Но телефон молчит.

Она судорожно цеплялась за воспоминания. Близости с мужем она избегала. Она не делилась с ним чувствами, переживаниями и все больше отдалялась от него. Муж терпел ее холодность. Старался выманить ее из «домика», вызвать на откровенность, вытянуть хоть искорку тепла, но ничего не получалось. Подлинность и искренность их чувств друг к другу не исчезли, они стали «умственными» и рациональными.

Со временем муж ушел в работу с головой, радость общения ему дарили дети. Дети стали их единственной яркой точкой пересечения. Он свыкся и даже полюбил такие отношения без навязчивости и дикой страсти. В прохладных отношениях присутствовала ответственность, стабильность, понимание, мотивация и контроль. Жизнь правильно выстраивалась и предсказуемость становилась новым счастьем. Счастьем по привычке.

Сегодня муж приехал домой пораньше и застал ее с книжкой на диване. Он достал из холодильника пиво для нее и для себя. Они болтали о чепухе и его охватила нежность к ней. Желание близости проснулось и заявило о себе так остро, что он чуть не набросился на нее.

- О! Осторожно! Диван пивом зальем!

Мгновенная искра любви потухла. Чары любви пропали. Муж поставил пиво на столик, и они занялись… нет, не любовью, они занялись сексом.

Муж понимал ее и вопреки всему любил. А кроме того, он по своей сути привык быть верным и постоянным с самого детства. В нем жила доброта, тепло, понимание. Он любил людей и принимал их как есть. Муж считал ее жертвой воспитания. Он знал историю ее детства, ее «тараканов», но считал их самыми лучшими. С ее детскими травмами он старательно справлялся. Он так хотел разморозить свою любимую. Но она по-прежнему оставалась застывшей, будто каменной, неужели навсегда?

Муж ошибался. Каменным ее сердце стало после той далекой истории любви, закончившейся трагично. Она не хотела до сих пор верить в смерть любимого. Ей нравилось считать, что он жив, что у него все хорошо. Но в такие моменты вина накрывала ее волной страдания и раскаяния. Она не захотела тогда портить свою карьеру, а сейчас пыталась забыть, вычеркнуть из памяти его и то время. Не получалось. Она могла его спасти! Муж и детство не имели к этой истории никакого отношения. Муж слишком доверял ей и он не имел никакого отношения к истории ее любви.

Она любила совсем другого человека. Или уже призрака? В ее шкатулке до сих пор лежит хрустальный малюсенький фиолетовый флакончик из-под духов. Когда-то в порыве чувств они провели заговор на любовь. На крови. Каждый сделал разрез на ладони. Затем они крепко прижали руки ранками и прочитали заговор. Смешали струящуюся кровь во флакончик, прочитали заговор-усилитель и закупорили на вечную любовь.

- Мы одной крови! Любовь на веки вне времени и пространства. Аминь.

Они торжественно произнесли слова клятвы и скрепили ее печатью поцелуя.

Годы шли. Флакончик то терялся, то обнаруживался в неожиданных местах. Она хотела вылить кровь, но крышечка не открывалась. Хотела выбросить. Но ее охватил страх – это же кровь. Она решилась закопать флакончик. Из этой затеи тоже ничего не вышло – собака откопала. Пришлось отмыть и спрятать. Иногда она доставала флакончик и смотрела на свет сквозь фиолетовое стекло, терла золотистую крышку и впадала в какой-то транс.

В такие минуты она видела его образ ясно, будто он находился рядом с ней. Это было так волшебно, так прекрасно! Последнее время она проводила этот ритуал все чаще. И начиналось чудо… Появлялся малиновый шар, медленно приближался к ней, превращался в облако. Облако становилось все теплее, ближе и появлялся он! Ее любимый!

Глава 2 Зазеркалье

Зазеркалье

Она приготовила вкуснейший обед, забрала детей из школы, проверила уроки. С дочкой и сыном она старалась быть веселой, понимающей, интересной. Она очень хотела дать им чувство защищенности и любви. Но равнодушие и тоска никуда не уходили, и она чувствовала себя прокаженной.

Пока ребятишки плещутся в бассейне спорткомплекса «Атмосфера», она отправилась в парикмахерскую на маникюр-педикюр, а заодно поменять имидж. Да, она решила обрезать волосы, сделать стрижку «как тогда». Новый-старый образ ей зашел, настроение взлетело вверх и остаток дня прошел «на ура».

Вечер прошел как обычно. Спокойно, за разговорами, играми и семейной комедией на ночь. Она слишком долго не выходила из душа, потом сидела у зеркала, разглядывала морщинки у глаз, расчесывала волосы, примеряла выражение лица, репетировала дежурную улыбку.

Муж тихо похрапывал, когда она зашла в спальню. А у нее ни в одном глазу, сна как не бывало. Достала флакончик, долго-долго смотрела сквозь него на свет настольной лампы. Неожиданно захотелось погадать. Взяла карты и передумала. Появилась идея получше. Вышла из спальни, тихонько притворила дверь, заглянула к детям, проверила, как посапывают малыши. Все хорошо.

Она поставила два зеркала одно напротив другого, перед собой и за спиной. Между зеркалами из свечей сделала коридор, зажгла их - получилось красиво. Коридор из маленьких огоньков уходил за спину, создавая бесконечность. Потом она долго сидела и ждала. Свечи горели ровным ярким пламенем, тихо потрескивали. Тишина щекотала нервы и немного пугала. Она удобнее устроилась в кресле. Ничего не происходило.

Потянуло холодом, пламя свечей задергалось, задрожало. Из рамы заклубился белый туман. В углу зеркала показалась маленькая зеленая маска, начала расти, становилась все больше и поползла медленно вверх. На маске стали заметны потертости, неровности, зеленый цвет усилился. Пустые глазницы маски замерцали.

Коридор за спиной раздался вширь. Через огоньки на нее надвигался темный силуэт. Все ближе и ближе. Из глазниц маски на нее кто-то смотрел. Она узнала его глаза и обездвиженная, зачарованная, не могла пошевелиться. Неожиданно во дворе залаяла собака. Она вскрикнула и включила настольную лампу. Свечи потухли и что-то промелькнуло вдоль стены.

Она сидела и смотрела на свое отражение в зеркале. Лицо бледное, глаза провалились, тело пробивала дрожь. Встала, сложила магические зеркала, собрала свечи, закрыла окно и, как мышь, тихо проскользнула в спальню, забралась под одеяло к мужу. Прижалась к нему, спящему, горячему, такому сильному и надежному. Муж в полусне обнял ее и поцеловал. Она почти вцепилась в него. Поцелуи стали горячее, объятия нежнее и до утра они не смыкали глаз. Им давно не было так хорошо вместе.

- Верни меня из мертвых, верни…

Что это? Сон или явь? Она открыла глаза. Утреннее солнце освещало спальню, в открытое окно пели птицы. Небрежно она набросила халат и отправилась в кухню. На столе ее ждал завтрак и записка: «Мы поехали в школу-на работу, тебя будить не стали. До вечера! Люблю, целую!»

Она подогрела остывшую еду, сварила кофе, бросила в чашку сахар. К ночному провидению остались вопросы и чувство страха, настолько мощное, что может отнять жизнь. Решительно надо прекратить это безрассудство. Сегодня у нее выходной день. Чем бы заняться? Она пойдет просто гулять.

Она ходила безо всякой цели, сбрасывала через бродилки тревогу и страх. Асфальт плавился от жары. Воздух застыл. Духота, дорожная пыль, крики водителей в пробке. А совсем рядом тень парка, розовые цветы сакуры, фонтаны, блеск озера. Шум плотины и свежесть реки бодрил и возвращал в реальность. Ее занесло на торговую улицу. Огромные витражные окна манили новыми нарядами, товары из категории «дорого-богато» будто кричали: «Купи нас!»

В какой-то момент она посмотрела в зеркало витрины и обомлела. За ней шел он. Ее любимый. Мурашки побежали по телу, липкий пот покрыл кожу. Она побежала. Бежать тяжело, жара, горло сжимает судорога и ноги как ватные. И все-таки она, быстрее пули, заскочила в торговый центр. Ну все, здесь она не одна, вон охрана бродит, мается от скуки. Ну хоть какая-то безопасность.

Еще только апрель, а на улице пекло. В джинсах, свитере и косухе жарко. Может, порадовать себя обновкой? На душе кошкоскреб, а ей еще бабушка говорила: «Внученька, плохое настроение, день не задался, проблема какая-то – пойди и купи себе что угодно душеньке твоей. И сразу все повернется к лучшему».

Она перемеряла все, что смотрело на нее и выбрала шелковое голубое платье, синие туфли, белую сумочку. Здравствуй, женственность! А то еще и подстриглась под пацанку. Муж как увидел, промолчал, только поперхнулся от неожиданности. После говорил комплименты, но понятно, что ему не понравилось.

Настроение нулевое, но новый облик радовал. Она посмотрела в зеркало и увидела… его. Это не сон. И она не сошла с ума. Он медленно шел к ней. Может, он жив? И это правда он? Она зажмурилась и стояла какое-то время, пока не почувствовала ледяной холод. Открыла глаза. Он стоял рядом и криво улыбался ей в зеркале. От страха к горлу подкатила тошнота. Голова закружилась, и она начала терять сознание.

Очнулась она в машине скорой помощи. Он ласково смотрел на нее в зеркало заднего вида. Она снова лишилась чувств.

Глава 3 Сон – это маленькая смерть

Ее оставили в больнице на пару дней. Она не была против. От дел хоть отдохнет. Работа у нее теперь легкая и спокойная, но человек устает от всего. Пресыщение, рутина, однообразие утомляют не меньше, чем экстрим и постоянный выброс адреналина, когда не знаешь, чем закончится твое дежурство и где ты окажешься после трудового дня – дома или в черном пластиковом мешке.

Теперь она работала в туристической фирме. Это давало ей ощущение свободы, хороший заработок и энергию. Экскурсии по родному городу не представляли никакого труда. Они давали ей возможность и удовольствие рассказывать людям мифы и легенды, происшествия и события, истории улиц и площадей. С группой отдыхающих она каталась на теплоходе, трамвайчике и автобусе.

Иногда туры проходили в других городах. Бывали выезды и на природу. Она увлеченно рассказывала не просто информацию, а делилась с людьми. Радостью и любовью к родному краю. Ее вдохновенные истории слушатели принимали с благодарностью. Усталости от такой работы не возникало, утомляло лишь повторение, поэтому каждый раз она что-то меняла в своих рассказах и дополняла поездки музыкой.

Поваляться на больничной койке не болея, походить на процедуры, почувствовать внимание и заботу к себе медперсонала казалось заманчивым предложением судьбы. А дома пусть попереживают за нее, поскучают, почувствуют ее ценность. Здесь она почитает, выспится, насладится тишиной и полным ничегонеделанием. Будучи замужем, она не будет говорить присказку «на новом месте приснись жених невесте». Но уже сказала.

Теперь она обдумает, что произошло дома во время гадания, у витрин и зеркал торгового центра. Она в здравом уме и трезвой памяти, но не понимает случившегося бреда. Напряжение не уходило. Особенно беспокоила появившаяся в ту ночь тень. Что там выскочило из зеркала и карабкалось вдоль стены во время гадания? Сущность черной тени мужчины мелькала у двери, на диване, около стола, будто не могла найти себе места. В какое-то мгновение эта сущность оказалась у нее за спиной. Потянуло могильным холодом, сладковатым запахом тлена.

Из головы не уходила мольба «верни меня из мертвых, верни». Голос ее потерянной любви, его голос повторял эту фразу. Мольба звучала настойчиво, монотонно, без остановки. Будто капля за каплей все сильнее и чаще долбила мозг, прогоняя другие мысли. Трудно найти объяснение. Еще труднее оставаться спокойной. Что произошло? Причина в ней самой? Или она столкнулась с чем-то таинственным, необъяснимым, опасным. Ее беспокоил не только страх. Тело изнывало от непонятной боли.

- Как себя чувствуете? Примем таблеточки, поставим укольчик и спатки!

Размышления прервала вошедшая в палату медсестра. Девушка мастерски проделала свою работу, пожелала спокойной ночи и вышла. Устроившись поудобнее на мягком матрасе, она уткнулась в подушку и с удовольствием вдыхала запах свежести чистых простыней. В окно заглядывала желтая луна, похожая на кусок сыра. Она смотрела на луну и все глубже проваливалась в сон. В полудреме она переживала за домашних. Как они там справляются без нее? Сон одолевал, невозможно сопротивляться, да и зачем?

Она провалилась в какую-то плотную черноту, которая затягивала все сильнее. Хотелось вырваться из этой вязкой болотины. Снотворное уже подействовало и не давало возможности проснуться. Ее все больше затягивало куда-то вниз.

Сильная боль пронзила тело. Ее охватил дикий страх. Она из последних сил пыталась подняться вверх. Вокруг пустое пространство и не за что ухватиться, чтобы карабкаться - не важно куда, лишь бы вверх. Все-таки ей немного удалось подняться. Вскоре она почувствовала, как неведомая сила подбросила ее вверх. Наступила полная тьма.

Страх отпустил, боль в одно мгновение утихла, пришло полное освобождение от сомнений и мыслей. Ее буквально охватило чувство счастья, умиротворения и неземной любви. Она слышала голоса мужа, детей откуда-то издалека. Они звали ее отчаянными криками и плачем. Она любила их, но это стало чем-то неважным. Исчезло все: город, дома, люди. Она словно растворилась в этой черноте. Она осталась совершенно одна.

Неожиданно перед ней вспыхнул свет. Совершенно неземной. Он разливался вокруг и мешал сосредоточиться. Напротив нее появился туннель. Именно из него струился свет, который неумолимо затягивал в неизвестность. Сопротивляться она не могла. Силы покидали ее. Тело стало легким, почти невесомым и притягивающий свет поглотил ее целиком.

Перед ней открылся прекрасный вид. Вдали возвышались холмы, простирались бескрайние зеленые поля. А она стояла в чудесном цветущем саду под теплым солнцем. Сад окружала живая изгородь из высоких деревьев. Небо над головой отсутствовало, его заменял все тот же волшебный свет. Ей послышался смех и веселые голоса по другую сторону живой изгороди.

К ней подошел ее любимый. Он взял ее за руку и повел. Чувство спокойствия и умиротворения сменили страх и боль. Она находилась с ним рядом! Счастливая и довольная.

Вот они около белоснежного лайнера. Держась за руки, поднимаются по трапу и заходят внутрь самолета. Салон заполнен людьми и только несколько мест свободны. К ним подошла стюардесса, пригласила пройти и сесть. Не размыкая рук, они устроились в мягких креслах. Она села у окна. Послышался рокот турбин, двигатели заработали и самолет начал набирать высоту.

Внезапно ей стало грустно. Она выглянула в иллюминатор и увидела удаляющуюся землю. Малюсенькие домики, извилистые линии рек, кружочки озер и морей постепенно утрачивали свои очертания и исчезали из виду. Она перевела взгляд на него. Он смотрел вперед, по-прежнему не отпуская ее руку. Она позвала его, но он не ответил, будто не слышал.

Она снова выглянула в окошко и увидела совсем другую картину. Огромные горы, покрытые снегом, почти царапали корпус самолета. Яркое солнце освещало зеленую траву. Люди выстроились в бесконечную очередь, которой не видно конца и края. Все они ждали входа в маленькую обтрепанную палатку. Ее удивила тишина. Ни звука не раздавалось в воздухе. Самолет медленно начал спускаться вниз.

Он, по-прежнему не глядя на нее, подвел к палатке.

- Мы на месте. Заходи, моя хорошая!

Они вошли внутрь. Ничего особенного там не оказалось. Прямо на земле стояли напольные весы. И больше ничего. И все-таки одна странность была. На весах проявились очертания рук, к которым нужно приложить ладони. Она опустилась на колени, опустила на весы руки. Его голос горячо зашептал ей прямо в ухо:

- Свершилось! Ты прошла посвящение. У тебя есть инициация. Мы вместе. Твоя душа со мной. Я тебя никому не отдам. Ты мое спасение! Верни меня из мертвых! Верни!

Раздался щелчок. Вспыхнул огонь и бесшумно заструился по стенам палатки, мгновенно распространился на потолок и вскоре охватил все пространство. Ее любимого нигде рядом не видно. Он исчез. Страх и боль вернулись к ней с новой силой. В глазах потемнело. Шум и звон в ушах разрывал мозг. Она ощутила холод. Ветер свистел и гудел в невидимых трубах. Она почувствовала обреченность свободного падения.