Одиночество Афродиты
Мемуары. Художественное исследование механизмов памяти
Мальфа Васильвер

© Мальфа Васильвер, 2026

ISBN 978-5-0069-4570-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Прорисовывая прошлое

Однажды, я тогда училась в восьмом классе, учительница литературы, Любовь Михайловна, сказала мне:

– Тебе не хватает конкретики. Ты говоришь и пишешь очень расплывчато. Много воды, мало сути.

Меня больно кольнуло. Ведь мои сочинения считались лучшими в классе. Фраза «не хватает конкретики» засела во мне и стала моим внутренним критиком. Спустя десятилетия, я начала более глубоко понимать, что имела в виду Любовь Михайловна. Вязкость мысли, привычка прятать правду за тоннами словесного тумана – не просто «мой стиль», а моя привычка маскировать реальность. Это отражается не только в моём письме и общении с людьми, но и в способе вспоминать и осмыслять прошлое. Моя память так работает: стирает контуры. Прошлое видится мне как сквозь мутное стекло: размытая картина импрессиониста, ни одного чёткого силуэта.

И вот, я решила написать эту маленькую книжицу, чтобы войти в контакт с самой собой в прошлом. Чтобы стать яснее для самой себя и найти конкретные слова для моей истории.

Я беру тонкое чёрное перо. И начинаю прорисовывать силуэты поверх размытой живописи.

Я хочу, чтобы моя память из художника-импрессиониста превратилась в фотографа, не упускающего деталей.

Ласточки над пропастью

В моём дошкольном детстве мы жили в тени электростанции, где работал мой отец. Сейчас бы я сказала, что эта обстановка напоминала декорации из «Зоны» Тарковского. Бежевая пыль дорог, сетчатые заборы, штабеля бетонных плит. Повсюду валялись ржавые трубы – такие огромные, что мы забирались внутрь и могли стоять там почти в полный рост. Вдалеке маячила шея подъёмного крана. Но главными героями ландшафта были две гигантские полосатые башни, уходящие в небо. Из них валил пар: то белый, то чёрный. Башни издавали страшный гудящий звук, от которого становилось жутко, особенно, когда они гудели ночью.

Гулять мы ходили на песчаный карьер. Мы замирали на краю глинистого обрыва и смотрели вниз. Пропасть казалась оглушительно глубокой. Отвесные стены карьера были продырявлены сотнями круглых гнёзд-тоннелей: там жили ласточки. Они носились над обрывом, беззаботно и звонко, жизнь в этом мире бетона и ржавчины.

А ещё у нас было тёплое озеро – технический водоём для охлаждения турбин ТЭЦ. Туда бурным потоком лилась горячая вода с производства. Но для нас это было чудом: огромная ванна, которая никогда не остывала. Мы влетали в него с разбегу. Не нужно было привыкать, ёжиться, заходить по миллиметру. Мы просто плюхались в воду. Это был наш спа-бассейн. Я любила «идти» руками по дну, болтая ногами на поверхности. Ладони проваливались в мягкий, кисельный ил. Пальцы искали что-то в темноте и вдруг нащупывали твёрдое, гладкое. Серо-зелёная ракушка с запертым внутри моллюском! Продолговатый кусок жизни на дне промышленной ванны.

Одиночество Афродиты

Лето, солнечный вечер, безоблачное небо. Я сижу на большой водопроводной трубе, обмотанной серебристым материалом, похожим на фольгу. Поверхность трубы гладкая и тёплая, сидеть приятно. Мои голые икры касаются трубы – становится горячо. Обхватываю колени руками и смотрю вдаль. Впереди широкая пыльная дорога, ни единой травинки. Дорога поворачивает вправо и прячется вдали за деревьями. А за моей спиной – наш дом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.