Александр Эрот
Укротительница мужчин. Только для взрослых 18+

Вступление.

Вы когда‑нибудь чувствовали, что жизнь проходит мимо? Что каждый день – как предыдущий: кофе, соцсети, салон красоты, встречи с одними и теми же людьми… И всё это – в золочёной клетке комфорта, где не хватает только одного – настоящего приключения?

Лиза знала это чувство слишком хорошо.

Ей было двадцать пять. У неё было всё, о чём многие только мечтают: просторная квартира в центре города, стильная машина, безлимитная карта, гардероб, который позавидовала бы звезда, и круг общения из «правильных» людей. Но за всем этим блеском скрывалась одна простая, мучительная правда: ей было скучно.

Не просто «почитать книжку вечером» скучно, а по‑настоящему, до дрожи в пальцах, до ощущения, что ты заперт в чьей‑то чужой жизни. Лиза ловила себя на мысли, что смотрит в зеркало и не узнаёт девушку с идеальной причёской и безупречным макияжем. Кто она? Дочь известного бизнесмена? Светская львица? Красивая кукла на вечеринке?

А где же настоящая Лиза?

Однажды утром, стоя у окна своей квартиры на двадцатом этаже и глядя на суетящийся город, она приняла решение. Резкое. Безрассудное. Но такое долгожданное.

– Хватит, – прошептала она, и в этом коротком слове было больше силы, чем во всех её прошлых годах. – Я хочу жить. По‑настоящему.

План был прост: знакомиться с разными мужчинами. Не ради любви, не ради брака, не ради статуса. А ради впечатлений. Ради того, чтобы почувствовать, как бьётся сердце, когда ты делаешь что‑то неожиданное. Ради смеха, страха, удивления – всего того, чего так не хватало в её безупречной, но пустой жизни.

И она начала.

Первое знакомство случилось в кафе – спонтанно, почти случайно. Лиза подсела к симпатичному незнакомцу и завела разговор. Он оказался учителем младших классов – добрым, немного рассеянным, с кучей забавных историй про детей, которые путали Африку с Австралией и пытались кормить рыбок конфетами. Вместо страстного романа Лиза получила лекцию о методике раннего развития и обещание прийти на утренник в школу. Курьёз? Ещё какой. Но впервые за долгое время она искренне смеялась.

Дальше – больше.

Экстремальное свидание на высоте, где вместо адреналина – смех из‑за почтительного инструктора, который обращался к ней «уважаемая Лиза» и боялся, что она сломает что‑нибудь (или он сам сломается от волнения). Кулинарный мастер‑класс, который превратился в хаос: подпалённое полотенце, перепутанные специи и случайно созданный «шедевр», который шеф‑повар тут же захотел включить в меню. Театральная репетиция, где Лиза, пытаясь изобразить драму, случайно опрокинула декорацию – и это приняли за гениальную импровизацию.

Каждое новое знакомство – новая история. Каждый шаг – новый курьёз. Но что, если за чередой забавных ситуаций скрывается что‑то большее?

Однажды Лиза начала получать анонимные подарки: редкие книги, билеты на закрытые выставки, букеты из полевых цветов посреди зимы. Кто‑то следил за ней. Наблюдал. Понимал её лучше, чем она сама. Она подозревала всех: учителя с его обезоруживающей улыбкой, шеф‑повара с его перфекционизмом, режиссёра с его безумными идеями…

А потом она случайно оказалась на фотовыставке.

На стенах висели портреты. Её портреты. В разных ситуациях: смеющаяся в кафе, испуганная на краю платформы для прыжка, сосредоточенная у плиты, растерянная на сцене. Каждая картина – момент её приключений, запечатлённый с удивительной точностью. Подписи гласили: «Лиза: хроника скуки».

Оказалось, художник, с которым она познакомилась несколько недель назад, не просто рисовал её. Он документировал её путь. Следил за её поисками, фиксировал её ошибки и победы, превращал её жизнь в искусство. И все те «случайные» встречи, странные разговоры, загадочные подарки – всё это было частью его замысла.

Но что, если и сама Лиза – не просто модель? Что, если её стремление к приключениям – это не побег от скуки, а путь к самой себе?

В погоне за острыми ощущениями она нашла нечто неожиданное: дружбу с учителем, который научил её радоваться мелочам; вдохновение от шефа‑повара, показавшего, что ошибки могут стать открытиями; смелость от режиссёра, заставившего её выйти на сцену и не бояться выглядеть нелепо. А художник… он помог ей увидеть себя со стороны – не как красивую картинку, а как живого человека, способного чувствовать, ошибаться и смеяться над собой.

Финал этой истории – не точка, а многоточие.

Лиза поняла, что настоящая жизнь – не в погоне за приключениями, а в том, как ты их проживаешь. И теперь она готова поделиться этим открытием с другими. Она открывает клуб для тех, кто, как и она когда‑то, чувствует, что застрял в рутине. Клуб, где учат находить радость в мелочах, видеть необычное в привычном, смеяться над своими промахами и ценить моменты, которые делают нас живыми.

Хотите узнать, как всё начиналось? Как Лиза шаг за шагом превращала свою скучную жизнь в череду курьёзных приключений? Как она училась быть настоящей – не по чьим‑то правилам, а по своим собственным?

Тогда добро пожаловать в мир Лизы – мир, где каждое знакомство может стать началом чего‑то невероятного. Где скука – это не приговор, а отправная точка. И где даже самая красивая девушка на свете может найти себя, только перестав бояться выглядеть смешной.

Готовы к приключениям?

Часть 1. «Начало скуки»

Знакомство с Лизой

Лиза проснулась в десять утра – как всегда. Солнечный свет мягко струился сквозь шелковые шторы её спальни в парижской квартире на улице Сен-Жермен. Двадцать четыре года, стройная фигура, которую поддерживали личный тренер и диетолог, лицо, за которым ухаживали лучшие косметологи Парижа, и банковский счёт, который никогда не опускался ниже определённой, весьма комфортной суммы.

У неё было всё. И именно это «всё» начало её душить.

Она потянулась, чувствуя, как шелковистая простыня скользит по её обнажённой коже. Ещё вчера это ощущение доставляло удовольствие, сегодня – лишь напоминало о монотонности. Каждый день начинался одинаково: пробежка в Люксембургском саду, салон красоты в одиннадцать, ланч с подругами в полдень, шопинг или выставка днём, ужин в модном ресторане вечером.

Лиза встала с кровати и подошла к зеркалу во весь рост. Её отражение было безупречным: длинные каштановые волосы, большие зелёные глаза, губы, которым позавидовала бы любая модель. Но в этих глазах она видела пустоту – ту самую пустоту, которая заполняла её жизнь уже несколько месяцев.

Монотонная жизнь

Утренняя пробежка прошла, как всегда. Она механически переставляла ноги по аллеям сада, почти не замечая цветущих каштанов. В салоне красоты её встретили улыбками, сделали массаж лица, маникюр, педикюр. Руки косметолога скользили по её коже с профессиональной точностью, но без страсти. Всё было стерильно, правильно, скучно.

Ланч с Софи и Камиллой в Café de Flore. Они обсуждали последние сплетни, новых любовников, покупки. Лиза кивала, улыбалась, изредка вставляла реплики, но её мысли были где-то далеко. Она смотрела на подруг и видела в них своё отражение – красивых, ухоженных, пустых кукол.

«Мы как птицы в золотой клетке, – думала она, – у нас есть всё, кроме свободы. Свободы чувствовать, желать, жить по-настоящему».

Внутренний монолог

Вечером, вернувшись в квартиру, Лиза налила себе бокал красного вина и подошла к окну. Париж зажигал огни, город начинал свою ночную жизнь. Она чувствовала, как что-то внутри неё просыпается – давно забытое, дикое, жаждущее.

«Мне двадцать четыре года, – думала она, глядя на своё отражение в тёмном стекле. – У меня есть деньги, красота, образование. Но что я делаю со своей жизнью? Жду, когда появится подходящий мужчина, выйду замуж, рожу детей и продолжу эту бесконечную череду салонов и обедов?»

Она сделала глоток вина, чувствуя, как тёплая жидкость разливается по телу.

«Нет. Хватит. Мне нужны впечатления. Настоящие, острые, опасные. Мне нужно почувствовать себя живой».

Идея пришла внезапно, как вспышка молнии. Она не будет искать любви или серьёзных отношений. Она будет искать… приключений. Знакомств с разными мужчинами – не для брака, не для статуса, а ради самих встреч, ради новых ощущений, ради той самой жизни, которую она так отчаянно искала.

Первое спонтанное знакомство

На следующий день Лиза сознательно пропустила салон красоты. Вместо этого она надела простые джинсы, белую футболку и косуху, собрала волосы в небрежный хвост и отправилась в маленькое кафе в Латинском квартале – то самое, куда никогда не заходили её подруги.

Она заняла столик у окна, заказала кофе и стала наблюдать за прохожими. Мимо шли студенты с книгами, туристы с картами, пожилые пары, держась за руки. И тогда она заметила его.

Мужчина лет тридцати, в очках, с мягкими чертами лица и добрыми глазами. Он сидел за соседним столиком, читая книгу, и время от времени улыбался, как будто делясь с кем-то шуткой. В его движениях была какая-то особая, почти детская непосредственность.

Лиза глубоко вздохнула. «Пора начинать», – подумала она.

– Извините, – сказала она, повернувшись к нему. – Вы не подскажете, который час?

Мужчина взглянул на часы и улыбнулся.

– Без пятнадцати три. Вы, наверное, ждёте кого-то?

– Нет, – ответила Лиза, поймав себя на том, что её голос звучит более уверенно, чем она ожидала. – Просто решила передохнуть. А вы? Читаете что-то интересное?

Он показал обложку – это была книга о педагогике.

– Я учитель, – объяснил он. – Младшие классы. Всегда ищу что-то новое для работы.

– Учитель? – Лиза приподняла бровь. – Должно быть, у вас много интересных историй.

Учитель и его истории

Его звали Антуан. Он оказался удивительно открытым и рассказывал о своих учениках с такой любовью и юмором, что Лиза не могла не смеяться.

– Представьте, – говорил он, – вчера один из моих второклассников принёс в школу хомяка. В кармане. И выпустил его прямо на уроке математики. Весь класс полчаса гонялся за бедным зверьком, а я пытался объяснить, что два плюс два всё-таки четыре, а не «столько, сколько ног у хомяка».

Лиза смеялась, чувствуя, как что-то внутри неё оттаивает. Антуан был не похож на мужчин из её круга – он был искренним, простым, настоящим.

Они разговаривали больше часа. Кофе сменился ещё одним кофе, потом пирожным. Антуан рассказывал о детях, о школе, о своих мечтах стать не просто учителем, а тем, кто действительно меняет жизни.

И тогда, в паузе между рассказами о школьных спектаклях и родительских собраниях, он вдруг замолчал и посмотрел на Лизу иначе. Его взгляд стал более пристальным, более… взрослым.

– Знаете, – тихо сказал он, играя ложкой в пустой кофейной чашке, – иногда, после долгого дня, когда все дети уже разошлись по домам, а классная комната пуста… у меня бывают странные мысли.

Лиза почувствовала, как по её спине пробежали мурашки.

– Какие же? – спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Антуан улыбнулся – на этот раз улыбка была другой, более таинственной.

– Я представляю, что я не учитель, а… ученик. Непослушный ученик, который остался после уроков для наказания. А передо мной – строгая учительница. В очках, с указкой в руках, с холодным, бескомпромиссным взглядом.

Он сделал паузу, наблюдая за реакцией Лизы.

– Она говорит мне, что я плохо себя вёл, что не выполнил домашнее задание, что мешал на уроке. И что теперь мне придётся… исправляться. Под её чутким руководством.

Лиза чувствовала, как её сердце бьётся быстрее. В её воображении уже возникали образы: пустой класс, запах мела и старого дерева, строгая женщина в деловом костюме, и он – смущённый, покорный, готовый к любому наказанию.

– И что же происходит дальше? – прошептала она.

Антуан наклонился ближе, и его голос стал почти шёпотом:

– Она подходит ко мне. Близко-близко. Я чувствую запах её духов – что-то резкое, властное. Она снимает очки, и её взгляд уже не такой строгий. В нём появляется что-то другое… любопытство, интерес. Она говорит: «Ты должен научиться дисциплине, Антуан. И я научу тебя. Но урок будет… особенным».

Лиза закрыла глаза на мгновение, представляя эту сцену. Она видела себя на месте той учительницы – властной, контролирующей, решающей, что и как будет происходить.

– Мне нравится эта идея, – сказала она, открывая глаза и встречая его взгляд. – Быть… строгой учительницей.

В её голосе появились новые нотки – низкие, властные, обещающие. Антуан вздрогнул, и в его глазах вспыхнул огонёк – смесь удивления, желания и готовности к игре.

Они сидели молча несколько секунд, глядя друг на друга через стол. Вокруг них продолжалась обычная жизнь кафе: звенели чашки, разговаривали люди, за окном шумел Париж. Но между ними уже возникло что-то новое – невидимая нить, соединяющая фантазию и реальность.

Лиза почувствовала, как по её телу разливается тёплая волна возбуждения. Это было то самое чувство – острое, живое, опасное. То, чего она так жаждала.

Она улыбнулась – медленно, загадочно, как та самая строгая учительница из фантазии Антуана.

– Может быть, – сказала она, – нам стоит продолжить этот… урок в более подходящем месте?

Они поехали в мотель, но Лизе быстро надоела, эта игра. Оказывается, учитель был женат и изменять жене не планировал.

Часть 2. «Экстремальное свидание»

Поиск новых ощущений

После встречи с Антуаном Лиза провела несколько дней в странном состоянии – смеси возбуждения и неудовлетворённости. Их «урок» в отеле был… интересным. Она действительно почувствовала вкус власти, контроля, возможности диктовать правила игры. Но чего-то не хватало. Остроты. Опасности. Адреналина.

«Нужно что-то поярче», – думала она, разглядывая себя в зеркале спортзала. Сегодня она надела обтягивающие легинсы и спортивный топ, которые подчёркивали каждую линию её тела. Не для кого-то конкретного – просто для себя. Чтобы чувствовать себя сильной, желанной, живой.

Именно тогда она заметила его. Мужчина лет тридцати, с рельефными мышцами, которые говорили о часах, проведённых в зале. Он работал со штангой, и каждое его движение было наполнено грацией и силой. Но не это привлекло Лизу. В его глазах она увидела то же, что искала сама – жажду приключений, готовность к риску.

Она подошла к беговой дорожке рядом с ним и начала бежать. Через несколько минут почувствовала его взгляд.

– Отличный темп, – сказал он, улыбаясь. – Видно, что ты не новичок.

– Спасибо, – ответила Лиза, не сбавляя скорости. – А ты, кажется, живёшь здесь.

Он рассмеялся.

– Почти. Меня зовут Марк. А тебя?

– Лиза.

Они разговорились. Марк оказался инструктором по экстремальным видам спорта. Парашютист, альпинист, дайвер. Его жизнь была полна адреналина – именно того, чего так не хватало Лизе.

– Завтра у нас роупджампинг под Парижем, – сказал он в конце разговора. – Хочешь попробовать? Прыжок с моста, высота семьдесят метров.

Лиза почувствовала, как у неё похолодели руки. Она боялась высоты. В детстве не могла даже на качели сесть без страха. Но именно это и привлекло её – возможность победить свой страх, почувствовать что-то настоящее.

– Да, – ответила она, не раздумывая. – Я хочу.

Прыжок в неизвестность

На следующий день они ехали за город. Марк за рулём своего джипа рассказывал о разных прыжках, о чувстве свободного падения, о том моменте, когда страх превращается в эйфорию.

– Главное – довериться, – говорил он. – Довериться снаряжению, инструктору, себе.

Лиза кивала, но внутри всё сжималось. Когда они подъехали к месту, её охватила настоящая паника. Мост действительно был высоким – с него открывался вид на всю долину, реку внизу казалась тонкой ленточкой.

На мосту уже собралась группа – несколько человек в снаряжении, инструкторы. Марк подвёл Лизу к высокому мужчине с короткой стрижкой и уверенными движениями.

– Это Пьер, наш лучший инструктор. Он тебя обвяжет.

Пьер повернулся, и его лицо вдруг изменилось. Из уверенного и профессионального оно стало… почтительным. Слишком почтительным.

– Лиза? – произнёс он, и в его голосе прозвучало удивление. – Лиза Морен?

Она кивнула, не понимая.

– Я видел ваше фото в журнале, – продолжал Пьер, и его тон стал ещё более почтительным. – Вы дочь Жана Морена, верно? Основателя «Морен Групп».

Лиза почувствовала раздражение. Опять это. Её личность, сводимая к отцу и его деньгам.

– Да, – коротко ответила она. – Но сегодня я здесь просто как участница.

Пьер кивнул, но его поведение не изменилось. Вместо того чтобы общаться с ней как с обычным клиентом, он начал вести себя как слуга перед госпожой.

– Уважаемая Лиза, позвольте помочь вам с жилетом. – Будьте осторожны, госпожа Морен, здесь скользко. – Вы уверены, что хотите прыгать? Может, лучше понаблюдаете?

Лиза пыталась сохранять спокойствие, но внутри закипала. Этот человек, который должен был дарить адреналин и свободу, превратил всё в церемонию. Даже другие участники начали смотреть на неё иначе – не как на смелую девушку, решившуюся на прыжок, а как на «ту богатую наследницу».

Когда подошла её очередь прыгать, Пьер снова засуетился:

– Госпожа, позвольте проверить карабины ещё раз. Для вашей безопасности.

Лиза взглянула на Марка, но тот только пожал плечами – видимо, тоже был смущён поведением инструктора.

Прыжок оказался… разочаровывающим. Да, был страх. Да, был адреналин. Но всё было испорчено этой фальшивой почтительностью, этим ощущением, что с ней обращаются не как с человеком, а как с драгоценной вазой, которую могут разбить.

Возвращение контроля

После прыжка, когда все собирались разъезжаться, Пьер подошёл к Лизе:

– Госпожа Морен, могу я предложить вас подвезти? У меня машина здесь, недалеко.

Лиза собиралась отказаться, но потом что-то щёлкнуло в её голове. Взгляд Пьера – в нём была не только почтительность. Было что-то ещё… подобострастие, смешанное с желанием. Он смотрел на неё не просто как на богатую клиентку, а как на женщину, которая недоступна для таких, как он.

«Хорошо, – подумала она. – Если ты хочешь играть в слугу и госпожу… давай сыграем».

– Да, – сказала она холодно. – Отвезите меня в отель. «Риц».

По дороге Пьер продолжал свою игру:

– Вы были очень смелы сегодня, госпожа. Не многие решаются на такой прыжок. – Ваш отец, должно быть, гордился бы вами. – Если что-то не так с кондиционером, скажите…

Лиза молчала, глядя в окно. Но внутри уже зрела идея. Та самая идея, которая пришла к ней после встречи с Антуаном, но теперь – более отточенная, более властная.

Когда они подъехали к отелю, она не вышла сразу.

– Зайдите со мной, – сказала она, не глядя на него. – Мне нужно кое-что обсудить.

Пьер замер, потом кивнул:

– Конечно, госпожа.

Номер в «Рице» был роскошным – большая гостиная, спальня с кроватью размера «king-size», ванная с мрамором. Лиза прошла в центр комнаты и повернулась к Пьеру.

– Закройте дверь, – приказала она.

Он послушно выполнил.

– Теперь снимите куртку.

Пьер медленно снял спортивную куртку, его движения стали неуверенными.

– Вы сегодня вели себя неподобающе, – сказала Лиза, её голос стал низким, властным. – Вы обращались со мной не как с клиентом, а как с… иконой. Это непрофессионально.

– Простите, госпожа, я…

– Молчать! – резко оборвала она. – Когда я говорю, вы не перебиваете. Понятно?

Он кивнул, глаза его расширились.

Лиза медленно прошлась по комнате, чувствуя, как власть наполняет её. Это было иное, чем с Антуаном. Там была игра, фантазия. Здесь – реальность. Этот мужчина действительно видел в ней недоступную госпожу, и она могла использовать это.

– Вы хотели услужить, – продолжала она. – Хотели показать своё почтение. Хорошо. Сейчас вы получите возможность… услужить по-настоящему.

Она подошла к креслу и села, скрестив ноги.

– Подойдите.

Пьер подошёл, его дыхание участилось.

– На колени.

Он опустился на колени перед ней, и в его глазах Лиза увидела смесь страха, возбуждения и полной покорности. Именно то, что ей было нужно.

– Вы сегодня лишили меня удовольствия, – сказала она, глядя на него сверху вниз. – Вместо адреналина прыжка я получила вашу фальшивую почтительность. За это нужно… наказать.

Она протянула руку и провела пальцами по его щеке. Он вздрогнул.

– Но я могу быть милосердной. Если вы исправитесь. Если выполните всё, что я скажу.

– Что… что я должен сделать, госпожа? – прошептал он.

Лиза улыбнулась – холодно, без тепла.

– Сначала снимите с меня обувь.

Его руки дрожали, когда он расстёгивал пряжки её туфель. Когда он снял второй туфль, она поставила босую ногу ему на плечо.

– Теперь… целуйте.

Он наклонился и начал целовать её ступню – сначала неуверенно, потом с большей страстью. Лиза закрыла глаза, чувствуя, как волны удовольствия начинают разливаться по её телу. Но это было только начало.

– Достаточно, – сказала она через несколько минут. – Теперь встаньте и разденьтесь.

Пьер послушно встал и начал снимать одежду. Лиза наблюдала, как его уверенность инструктора по экстремальным видам спорта тает, уступая место покорности. Когда он остался в одних боксёрах, она кивнула:

– И их тоже.

Он снял.

– Теперь подойдите ко мне.

Когда он подошёл, она не встала с кресла. Просто протянула руку и коснулась его. Он застонал.

– Тише, – приказала она. – Вы здесь не для того, чтобы издавать звуки. Вы здесь для того, чтобы служить. Понятно?

Он кивнул, сжав губы.

Несколько оргазмов

То, что произошло дальше, было не просто занятие любовью. Это был ритуал. Лиза диктовала каждое движение, каждый жест, каждый вздох. Она приказывала, а он подчинялся. Она контролировала темп, интенсивность, даже дыхание.

– Медленнее, – говорила она, когда он пытался ускориться. – Не там, – поправляла она, направляя его руку. – Сильнее, – требовала она, и он подчинялся.

И с каждым её приказом, с каждым проявлением её власти, её собственное возбуждение росло. Она чувствовала, как что-то внутри неё раскрывается – тёмное, властное, жаждущее контроля. Это было сильнее, чем с Антуаном. Сильнее, чем она могла представить.

Когда она почувствовала приближение пика удовольствия, то не просто позволила ему случиться. Она приказала:

– Сейчас. Доведи меня.

И он подчинился. Волна накрыла её с такой силой, что она вскрикнула – первый раз за весь вечер позволив себе потерять контроль. Но даже в этом крике была власть – потому что это был крик триумфа, победы, обладания.

Когда отголоски первого раза утихли, она открыла глаза и увидела его лицо – покорное, ожидающее дальнейших указаний.

– Хорошо, – сказала она, и в её голосе появилась новая нота – почти ласковая, но всё так же властная. – Но одного раза недостаточно. Я хочу ещё.

И она получила. Второй раз. Потом третий. Каждый раз она приказывала, контролировала, требовала. Каждый раз её оргазм был сильнее, глубже, полнее. Она не просто получала удовольствие – она брала его. Забирала силой, властью, правом госпожи.

Когда наступил четвёртый раз, она уже почти теряла счёт. Её тело дрожало от напряжения, от переполнявших её ощущений. Она схватила Пьера за волосы и притянула к себе:

– Последний раз. Сделай это так, чтобы я запомнила.

И он сделал.

После