Александра и Владислав Соколенко
Приключения Пети и Волка. Дело о старинном сундуке

Серия «Приключения Пети и Волка»

Автор идеи, креативный и генеральный продюсер – Алексей Лебедев.

По лицензии ООО «Союзмультфильм» © ООО «Издательство АСТ», 2026

Персонажи из мультипликационного сериала «Приключения Пети и Волка», 2019–2022 гг., режиссер: А. Лебедев, автор сценария: А. Лебедев.

Петя

Городской мальчик. Любит технику, гаджеты и покой. Хотя после знакомства с Волком покой ему только снится. Петя – добрый и отзывчивый, слегка пугливый. У него хорошо развита смекалка, которая включается в критические моменты. Сказочный Волк постоянно втягивает Петю в приключения, и Пете приходится путешествовать через другие миры и решать проблемы существ, о которых он до этого читал в книгах. Ответственный: не бросает дело, за которое взялся.

Волк

Говорящий Волк. Возраст неизвестен. Волк часто позиционирует себя как уставшего от жизни профессионала. Спокойный, ироничный, редко теряет самообладание, эгоистичен. Волк легко помещается в различные небольшие замкнутые пространства – гардеробы, дупла деревьев и т. п. Через них он перемещается в параллельный мир, где занимается решением проблем самых необычных существ. В отношении Пети Волк нетерпелив и настойчив, не всегда понимает его обстоятельства и по наивности может отрывать Петю от учёбы и домашних дел.

Мама Варя

Хорошая хозяйка. Рациональна и практична. Любит Петю, мужа, своего папу, мир. Оптимистка. Верит, что всё всегда будет хорошо. Пытается всех успокоить и умиротворить, найти компромисс. В контактах со сверхъестественным поначалу пугается, но потом адаптируется и ведёт себя со сказочными существами так же, как с родными людьми.

Папа Витя

Считает себя главой семьи, несмотря на конкуренцию со стороны Дедушки, отца Мамы. Умён и начитан. Переживает за всё и за всех. Легко впадает в панику. Совестлив, эмоционален. Чрезмерно и комично изводит себя чувством вины.

Дедушка

Истинный глава семьи. Всё повидал, всё про всех знает. В бытовых условиях беспомощен.

Верит в себя, в хитрость, а также в силу житейского опыта. Легко сходится с незнакомцами. Дедушка тесно общается с Петей, поэтому становится основной «жертвой» визитов постоянных гостей из других миров.

Глава 1

Тёплое утро впустило в открытое окно десяток проказливых, золотистых солнечных зайчиков. Задорно перемигиваясь, зайчики разбежались по неосвоенной территории: кто примостился на пузатом боку кастрюли с овсяной кашей, кто плескался в чашках с горячим чаем, кто разглядывал своё искрящееся отражение в настенных часах, а кто знакомился с бликами в хрустальных подвесках люстры. Пара самых смешливых зайчат решила подружиться с веснушками на носу Варвары Николаевны, которая сосредоточенно помешивала кашу, то и дело поглядывая на часы. Варвара потёрла переносицу и смешно чихнула. Внезапно её охватило хулиганское настроение: захотелось смеяться, танцевать, проказничать. Солнечные зайчики, убедившись, что сумели заразить хозяйку авантюризмом, поскакали дальше искать приключений.

– Папа, Петя, Витенька! Завтрак на столе! – пропела в поварёшку Варвара, раскладывая по тарелкам дымящуюся кашу, и, поддавшись внезапному вдохновению, выложила сверху узоры из замороженных ягод. Николаю Семёновичу досталось смеющееся солнышко, Виктору – сердце, пробитое навылет стрелой, самой Варваре Николаевне улыбающийся осьминог, а Пете – якорь.

– Какая красота и вкуснота! Варенька, ты сегодня превзошла саму себя, – Виктор с наслаждением нахваливал завтрак. – Так романтично, так, м-м-м, вдохновляюще!

– Да, мам, такой завтрак и правда вдохновляет на приключения! – Петя ложкой собрал с поверхности овсянки левую половинку смородинового якоря и отправил её в рот. – Так и хочется бороздить морские просторы, искать сокровища, йо-хо-хо!

– Между прочим, – проговорил Николай Семёнович, неспешно прожевав кашу, – я вчера прогуливался со своим давним приятелем по Университетской набережной и видел, что там пришвартовался новый экскурсионный кораблик, точь-в-точь пиратская шхуна. Паруса, значит, чёрные, драные, Весёлый Роджер реет на мачте, пираты, все оборванные, шныряют по палубе. У одного, кажется, даже нога деревянная, с виду как настоящая. Туристы, чтобы прокатиться, в очередях стоят! Прямо как за колбасой в прежние времена…

Глаза у Виктора загорелись энтузиазмом, и он резко отодвинул от себя опустевшую тарелку.

– Варенька, а не хочешь ли ты увидеть своего любимого мужа в образе отважного флибустьера? Три тысячи дохлых медуз боцману в глотку! Свистать всех наверх! На абордаж! – Глава семьи подскочил и, едва не уронив с носа очки, принялся энергично фехтовать воображаемой саблей, лихо поражая невидимых соперников.

– Я думаю, Витя, тебе очень пойдёт капитанская треуголка, – ответила Варвара Николаевна, убирая посуду со стола. – И день такой чудесный… Давайте проведём выходной как дружная семья – выйдем сразу после завтрака и отправимся в кругосветное плавание на пиратском корабле. Чем мы хуже туристов?

* * *

– Уважаемая публика, «Весёлая Пегги» отчаливает! – Хриплый рык капитана, усиленный рупором, разносился далеко над рекой.

Рында на корме отбила три коротких отрывистых удара, и судно отчалило от набережной, рассекая чёрные воды Большой Невы острым носом. Николай Семёнович был прав: атмосфера на судёнышке и впрямь царила самая что ни на есть пиратская. Суровая команда из полудюжины морских разбойников так вжилась в образы, что туристам порой казалось, будто они не на прогулочном кораблике, а на борту настоящего пиратского корабля, пусть и небольшого.

– Горячий грог, магнитики, нюхательный табак, фото с попугаем! Выкладывай пиастры – будет тебе счастье! Треуголки, русалочья чешуя, трубки! Глазные повязки, деревянные ноги – берите про запас, никогда не знаешь, когда понадобятся! Заморские пряности, специи, драгоценные шелка, какао! Сушёная корюшка! У Маленького Джона есть сувениры на любой вкус и кошелёк! Подходи, не скупись, ну а скряга – утопись! – надрывал у трапа глотку огромный белозубый детина, увешанный с ног до головы сувенирами.

– Витенька, погляди, здесь есть треуголки! Дайте нам, пожалуйста, вот эту, с белыми пёрышками! – Радостная Варвара протянула деньги продавцу. – Как вы считаете, он будет похож в ней на настоящего пирата?

– Ар-р-р-р-р, да у этой красотки отличный вкус! – ответил Маленький Джон и согнулся в полупоклоне, отдавая шляпу покупателям. – Эта треуголка принадлежала самому Эдварду Тичу[1], грозе морей и океанов. А белоснежный плюмаж, который мадам изволила отметить, сделан из перьев райских птиц. Конечно, не таких прекрасных, как ваша спутница. – Верзила подмигнул Виктору. – В этой треуголке вы поразите её в самое сердце! – Виктор нацепил шляпу и приосанился, оскалившись на манер Маленького Джона. Тот показал ему большой палец вверх и в очередной раз подмигнул зардевшейся Варваре. Виктор схватил за руку смущённо хихикающую супругу и увёл её дальше по скрипучей палубе.

Из видавшего виды граммофона, водружённого на рассохшийся бочонок у борта, лилось старое танго.

– Ты гляди, как у них всё продумано! Экий раритет раздобыли! – подивился Николай Семёнович. – Не думал, что в наше время кто-то ещё слушает Вертинского[2].

Творчество шансонье не вызывало у Пети особенного интереса, поэтому, оставив дедушку наслаждаться звуками подпрыгивающей пластинки в одиночестве, мальчик отправился исследовать судно. Эх, вот бы облазить весь корабль от трюма до клотика[3]! Это и впрямь была бы интересная экскурсия, получше, чем по «Авроре»! А то всюду одно и то же, сплошная скука: посмотрите налево да поглядите направо…

Бродя по палубе и глазея по сторонам, Петя врезался плечом в туристку из экскурсионной группы, которая рассеянно слушала свирепого гида с золотой серьгой в правом ухе.

– А сейчас мы проплываем мимо Стрелков Васильева острова… Пав-ло-пет-ров-ская крепость… – старательно читал экскурсовод страницу потрёпанного туристического буклета, водя по строкам заскорузлым пальцем. – Дальше курс «Весёлой Пегги» лежит на Помойку… А сейчас я умолкаю, чтобы позволить вам самим составить впечатление о мощной и гордой Неве.

Чего-чего? Какие ещё стрелки? Какая-какая крепость?! Помойка?!! Чепуха какая-то! Да уж, и правда необычная экскурсия!

Туристы, впрочем, не особенно вслушивались в странную речь экскурсовода. Они любовались речными просторами и фотографировали друг друга на фоне штурвала со свирепого вида рулевым. Тот, перекинув через плечо длинную бороду, корчил ужасающие рожи, демонстрируя неполный комплект жёлтых зубов, чем вызывал у публики неподдельный восторг и взрывы смеха. А вот Петя, напротив, начал подозревать неладное и решил понаблюдать за командой корабля более пристально. Смешавшись с толпой, мальчик подкрался ближе к подозрительному гиду и, когда тот отвернулся, прошмыгнул за один из многочисленных бочонков, которыми была уставлена палуба. Пират стоял так близко, что Петя ощущал смрад его хриплого дыхания.

Убедившись, что никто из туристов не смотрит в его сторону, странный экскурсовод оттянул ворот потрёпанной тельняшки, заглянул внутрь и, хищно улыбнувшись, похлопал себя рукой по мощной груди. Воровато осмотревшись, капитан (Петя решил, что это именно он) отошёл к двери в кают-компанию и прислонился к ней плечом. Дыхнув на выпуклую линзу дверного иллюминатора, пират аккуратно протёр его рукавом поношенного сюртука с кружевными, некогда белыми манжетами. Стекло внезапно вспыхнуло золотистыми искрами – они почему-то напомнили Пете солнечных зайчиков, которые с утра хозяйничали на кухне у него дома. Пират ещё раз прижал ладонь к груди, ощупал ворот и, видимо убедившись, что всё в порядке, поковылял на корму.

Очень, очень подозрительная история!

Глава 2

– Когда воротимся мы в По-ортленд, клянусь, я сам взойду на пла-аху! – невпопад подпевал Николай Семёнович сменившейся пластинке, без особенного успеха пританцовывая. Покачивающаяся палуба судёнышка пляскам не способствовала, но, похоже, дедушка вжился в роль пирата и веселился вовсю: он раскачивался в такт кораблю и притопывал.

– Петя! – воскликнул дедушка, заметив внука. – Куда ты пропал? Нас тут угощали чудным грогом… хм-м-м… хотя, впрочем, грог юнгам по чину не положен, то ли дело старым морским волкам! – Николай Семёнович прищурился, разглядывая горизонт в воображаемую подзорную трубу. – Прямо по курсу акулы! Свистать всех наверх!!! На абордаж!!!

– Дедуль, абордаж – это когда нужно атаковать другое судно, а не отбиваться от акул! – Петя придержал чрезмерно расшалившегося деда за рукав, чтобы тот не отправился кормить рыбу прежде времени. Конечно, вряд ли в чёрных пучинах Невы водятся акулы, но кто знает, что там может обитать… Возможно, что-то ещё более человеколюбивое (в гастрономическом смысле). В любом случае купание в холодной воде вряд ли благотворно скажется на дедушкиной пояснице, а запах меновазина, которым пропитывалась вся квартира во время обострений его радикулита, Петя на дух не переносил.

– А юнга, как я погляжу, разбирается в морском деле! – На плечо Пете опустилась тяжёлая ладонь, перемотанная грязной тряпицей. На костяшках пальцев синели буквы, но Петя не успел их разобрать. – Хочешь поступить на судно учеником квартирмейстера? Собственно, квартирмейстер – это я. – Постукивая по палубе деревянной ногой (интересно, и как он умудряется так ловко маскировать настоящую? Ну точь-в-точь всамделишный пират!), квартирмейстер церемонно поклонился, сметая сор с палубы потрепанным плюмажем. – Абордаж – это моя специальность. Обращайтесь, если будет нужно захватить корабль с подходящим грузом в трюме. «Весёлая Пегги» любит приключения. Золото, пряности, ткани, живой товар – эта старушка знает толк во всякой добыче. – Расхохотавшись, пират нежно похлопал по стене каюты и удалился, не дожидаясь ответа.

– Странный он какой-то. – Петя с сомнением посмотрел вслед весельчаку. – Слегка переигрывает, тебе не кажется?

Дедушка, больше увлечённый попытками удержать равновесие, чем речами корабельного персонала, лишь отмахнулся:

– Выигрывает, недоигрывает… думаешь, этих самых пиратов в Мариинский театр готовили или в прима-балерины? В образе, да и ладно. Старается человек, как умеет. Или, по-твоему, легко этак на деревяшке целый день по палубе скакать? Тут на двух ногах попробуй удержись… Переигрывает, ишь… – Ворча, Николай Семёнович осторожно двинулся сквозь группу туристов в сторону продавца сувениров.

Петя представил, как бы одноногий квартирмейстер в балетной пачке исполнял танец маленьких лебедей, и невольно засмеялся. А что, это идея! Надо предложить команде, выйдет забавно. Но мальчика всё равно не оставляло чувство какой-то… неправильности.

Пете доводилось видеть на улицах актёров в костюмах – и те, несмотря на тщательно подобранные наряды и старательный отыгрыш, были именно, как сказал дедушка, в образе, играли роль. А эти пираты… Слишком уж натуральные. И все эти деревянные ноги, недостающие зубы, грязные ногти, запахи… Точно. Запахи. Вот что не давало Пете покоя! Ну не может от аниматора разить как от морского разбойника, который проплыл по всем морям, ни разу не сменив сюртука и подштанников. Или может? Мало ли, вдруг набрали по объявлению кого попало… Посоветоваться бы с Волком, но он, как нарочно, именно сейчас болтается где-то по другим мирам. Дед ничего подозрительного не заметил. Оставались родители.

* * *

– Витенька, у тебя недостаточно свирепое лицо! Нужно показать зубы, как во-он тот пират у штурвала, погляди! – Варвара Николаевна указала на рулевого, который, свирепо оскалившись, обнимал за талию пожилую даму с сиреневыми кудряшками. Дама заливалась смехом и пыталась ущипнуть пирата за впалую щёку. Её подруга с такими же кудряшками что-то со смехом кричала не то на французском, не то на немецком и спешно щёлкала затвором плёночного фотоаппарата.

– Мы же хотим сделать фото настоящего флибустьера, а не скучного научного сотрудника в треуголке. Представь, что морской бриз, овевающий твоё мужественное лицо, сулит тебе романтические приключения, полные опасностей и обещающие славу. Сражения, плавания в чужие края, таинственные сокровища и, конечно, любовь роковой женщины, – объясняла Варвара, подмигивая супругу.

– Так? – проскрежетал Виктор сквозь отчаянно стиснутые челюсти. Как оказалось, с непривычки мужественность не так-то просто держать на лице, она то и дело норовит ускользнуть.

Варвара сделала несколько кадров, оценила фото и поморщилась.

– Ну посмотри сам, дорогой. Такое ощущение, что ты наелся незрелой хурмы и тебе вяжет рот.

Виктор пролистал фотографии и помрачнел. Оскал, вопреки надеждам главы семейства, не придавал его интеллигентному лицу должной удали. К тому же от этой проклятой треуголки у него начали немилосердно чесаться уши. Похоже, предыдущий владелец отправил её на продажу, не озаботившись тем, чтобы предварительно сдать головной убор в химчистку. Что за дикость, право слово! Вроде бы не блошиный рынок, не секонд-хенд, а приличное экскурсионное судно…

– Давайте я вас вместе сфотографирую, на память, – предложил Петя, вынырнув из весёлой туристической толпы. – Всегда только мама всех снимает, а у неё и фотографий почти нет, несправедливо получается. Пап, а возьми маму на руки, как невесту? Тут рядом с бочонком как раз место есть, красиво получится. Давайте, тряхните стариной!

Виктор выдохнул, поплотнее нахлобучил треуголку, которая ему уже осточертела за время внезапной фотосессии (как и многие мужчины, он не особенно любил фотографироваться), и, решительно запыхтев, подхватил супругу под колени. Та завизжала, как девчонка, и обхватила мужа за плечи.

– Вот, отлично! Смотрите, какие живые эмоции получаются: папа сильный и суровый, как настоящий капитан корабля, а мама такая весёлая, смешная, – радостно проговорил Петя и быстро сделал несколько кадров.

– Действительно, Витенька, погляди, как чудесно Петя придумал! – восхитилась Варвара. – И ты тут совсем не деревянный, а самый что ни на есть отважный флибустьер! То, что нужно! – Довольная фотографиями, она чмокнула запыхавшегося мужа в щёку. – Давай, пока мы поймали нужное настроение, всё же сделаем твой портрет. Тебе так идёт эта потрясающая шляпа! Именно так я в юности и воображала всех пиратов из книжек!

– Правда? – с недоверием промычал Виктор, всё ещё пытаясь отдышаться.

– Разумеется, дорогой! Ты – моя ожившая мечта! Ну-ка, становись к борту, чтобы у тебя за спиной была вода, и делай пиратское лицо!

– А вот скажите… вам не кажется, что с этим кораблём что-то не так? – спросил Петя родителей. – Может, костюмы странные, или запахи, или ещё что-нибудь? Да и экскурсовод подозрительный, всё путает…

– Витенька, ты снова как будто хурму жуёшь! Попробуй одновременно расслабить лицевые мышцы и продемонстрировать суровый оскал! – руководила замученной фотомоделью Варвара. – Нет, нам ничего не кажется. Правда, дорогой? Такое чудесное приключение! Всё как настоящее, и нам очень нравится, да, Витя?

Виктор, отчаянно воюя с выражением собственного лица, согласно закивал.

– Пётр, ты же понимаешь: весь этот антураж для того и создан, чтобы привлекать туристов. Даже мы, коренные жители, и то соблазнились путешествием. И я считаю, что команда отлично справляется. Пиратский корабль вышел очень натурально.

– Петя, не отвлекай папу, а то у нас снова не получится портрет флибустьера! А ты, Витя, не отвлекайся, делай суровый вид! И сдвинь треуголку ближе к затылку! Да не так сильно, а то её ветром унесёт! И взгляд, изобрази взгляд морского волка, который бесстрашно смотрит в лицо своей судьбе!

Что ж, этого следовало ожидать. Взрослые иногда такие… такие взрослые. Видимо, придётся разбираться самому.

Что делает настоящий сыщик, когда необходимо стать незаметным как тень? Правильно: маскируется. Жаль, конечно, что все накладные усы остались дома, но, увы, всё предусмотреть невозможно. Может быть, купить у Маленького Джона повязку на глаз и тельняшку и притвориться юнгой, как и советовал квартирмейстер? Тогда можно будет спокойно оглядеть все уголки «Весёлой Пегги» и разведать, какие секреты она скрывает. Петя побренчал мелочью в карманах. На повязку, может быть, и хватит, а вот тельняшку уже не купить.

Поразмыслив, Петя решил, что из затеи с маскировкой всё равно ничего толкового не выйдет: судёнышко невелико, и вся команда знает друг друга как облупленных. Новый член экипажа наверняка привлечёт лишнее внимание. Было бы дело на круизном лайнере… Однозначно нужно вернуться сюда вместе с Волком: он, с его звериным нюхом на приключения, сразу всё разнюхает! С чего же тогда начать? Петя в раздумьях побрёл вдоль борта, подставляя лицо свежему речному бризу. Может, у него просто разыгралось воображение? Ну, подумаешь, пираты – эка невидаль! Да даже если бы и настоящие – что с того? Экскурсию проводят, стараются, как могут, честно трудятся, никого не грабят… Может, капитан просто по-русски не очень хорошо читает – такое случается с иностранными специалистами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Э́двард Тич по прозвищу Чёрная Борода (около 1680, Бристоль, Королевство Англия, – 22 ноября 1718 года, о. Окракок, Северная Каролина, Британская Америка) – английский пират, действовавший в Вест-Индии и на Восточном побережье североамериканских колоний Великобритании.

Вернуться

2

Алекса́ндр Никола́евич Верти́нский – российский и советский эстрадный артист, киноактёр, композитор, поэт и певец, звезда эстрады первой половины XX века.

Вернуться

3

Кло́тик – точёный кружок или набалдашник закруглённой формы с выступающими краями, который надевается на вершину мачты или флагштока. Фактически самая верхняя точка на корабле.

Вернуться