Саманта Джонс
Босс на майские. Встреча на грядках

Пролог

Май. Лучший месяц для всех офисных планктончиков вроде меня. Потому что почти две недели можно на любимую работу взять и не ходить. Мысленно я уже кайфовала на летней террасе какой-нибудь симпатичной кофейни, нежась на солнышке и попивая кофе с вишневым сиропом.

Шум на улице привлек мое внимание. Я выглянула из окна. Толпа студентов репетировала майский парад – девушки в легких платьях, симпатичные молодые парни, все смеются. Красота! Еще немного, еще денек – и я тоже вдохну свободу полной грудью!

Запищал телефон. Сообщение от бывшего мужа. Кольнуло нехорошее предчувствие. Впрочем, с бывшими мужьями иначе и не бывает, так ведь?

«Ленка, извини, с мелкими ничего не получится. У Альбины аллергия на березы. Так что на праздники они с тобой!»

Ну конечно! Альбина – очередная новая девушка Димы, молодая, модельной внешности, непатриотично нетерпимая к березам. И, как мне думается, чужим детям.

Вот и накрылась моя свобода и красота. Кофе с вишневым сиропом растаял, как несбыточная мечта.

Глава 1. Золотая клетка

Утро в нашем заведении… шучу. Но утро в нашей квартире точно начинается одинаково. Традиции и ритуалы мы соблюдаем неукоснительно, не столько потому, что хотим, сколько потому, что иначе не выходит. В 6.00 у меня звонит будильник. Еще один в 6.05, следующий в 6.15 и так до 6.30, когда я смиряюсь со своей участью и иду будить детей.

Сын Петя – человек ответственный и серьезный. Ему уже 10, он прошел стадии Лего и динозавров и теперь полностью поглощен наукой. Интересуется всем, что можно разобрать и собрать назад так, чтобы работало. Если бы у Пети был тайный гараж, я бы не удивилась. Он встает самостоятельно и, когда я захожу, дает понять, что я занимаюсь ерундой и у него все схвачено.

Шестилетняя Алиса, наоборот, принцесса сонного царства. Вся комната в радугах и единорогах – такой у нас сейчас период. Алису нужно будить раз 5 или 6, и не вестись на ее «Я уже почти встала», если нет желания получить от воспитательницы Лидии Аркадьевны втык за опоздание в сад.

Я ползу на кухню за кофе, как единственным вдохновением в этой ежедневной круговерти.

Ах, да. Я – Лена. Мне 34 года, я в разводе, работаю бухгалтером в крупном IT-холдинге. Работу свою люблю, в частности потому, что выплачиваю ипотеку. Щедрый муж оставил мне при разводе двоих детей и квартиру. И все бы ничего, если бы все расходы не легли на мои плечи – Дима ищет себя в бизнесе, но пока все никак не найдет. Зато уверенно и регулярно находит новых девушек неземной красоты, которые по самым разным причинам не позволяют ему активно участвовать в жизни детей, хотя он к этому стремится. По его словам.

Я успеваю заскочить в ванну между Петей и Алисой, чтобы в уединении почистить зубы и умыться, прежде чем возникнут новые задачи и вопросы – где учебники, плюшевый зайка, пластилин, чистая футболка…

В моем гардеробе большой выбор строгой офисной одежды, хотя, дай мне волю, я ходила бы, как современная молодежь, в одних спортивных штанах и худи. Увы. Наш Марк Евгеньевич – гений, миллиардер, плейбой, филантроп Марк Измайлов – абсолютно помешан на идеале во всем. Даже в одежде. Не дай Бог прийти в грязных туфлях или мятой рубашке. Можно вылететь с работы одним днем и ни одна трудовая инспекция не поможет. Характер у нашего босса не из легких. Поэтому я стараюсь и внешне соответствовать, и на глаза поменьше попадаться. К счастью, в основном на все вопросы по нашему департаменту отвечает моя начальница, дай ей Бог здоровья!

Так что же я надену?

- Мама! Выходи! – заканючила Алиса под дверью, прерывая мой внутренний монолог. – Я в туалет хочу!

Я распахнула дверь и широким приглашающим жестом предложила Алисе воспользоваться ванной. Никакого уединения, если ты мать двоих детей. Вздохнув, я отправилась готовить завтрак – омлет для Пети, французские тосты с сыром для Алисы, бутерброд с вареной колбасой и детским осуждением для меня. Что поделать, я немодная, упертая в своем желании придаваться простым радостям работница среднего звена. И если меня радует колбаса, от нее я не откажусь.

Параллельно я открыла ноутбук, чтобы проверить, не свалилось ли в почту чего срочного. В последний день перед майскими надо было закрыть все текущие дела, чтобы ничто не отвлекало в выходные. Сплавить детей не вышло, но я не собиралась отступать. Я все равно планировала взять от этого отпуска максимум – лежать… и еще лежать. А потом лежать!

После завтрака мы разошлись по своим комнатам, одеваться и собираться. Я выбрала строгую блузку синего цвета, черную юбку-карандаш и туфли-лодочки. Завязала волосы в аккуратный пучок и добавила элегантности парой простых, но дорогих сережек с бриллиантами – подарок родителей на 30-летний юбилей. Осмотрела себя в зеркале. Ну вот, совсем другое дело. Не мамаша-растеряша, а серьезная работающая мать двух ангелочков.

После короткого сражения с Алисой из-за платья – «Я хочу идти в платье феи!» - «А пойдешь в свитере и штанах!» - и изъятия у Пети трех каких-то сложных механизмов, из-за которых мы бы в школу дальше рамки не прошли, удалось весь наш небольшой и не слишком дружный коллектив вытолкать за порог.

Я посадила детей в свою старенькую, но любимую машину, и тронулась со двора. Хорошо, что не кукухой. Да, видавший виды «Логан» - не мечта любой уважающей себя дамы, зато ездит. Все не пешком ходить. В нынешних экономических условиях даже на среднего китайца мне пришлось бы копить, во всем себе отказывая, пару лет. А с двумя детьми, благодаря которым непредвиденные расходы сыпались, как из рога изобилия, перспектива делалась все более и более отдаленной. Так что я была более чем благодарна за то, что имею.

Солнце делало свою работу – активно светило, грело и создавало атмосферу предвкушения лета. Я опустила козырек, глянула на себя в зеркало, нежно погладила машину по рулю и отправилась на развозку наследников.

Такими были все мои утра до этого мая. Когда все внезапно изменилось.

Глава 2. Повелитель ада

Отправив детей познавать непознанное, я двинулась в офис. Строгость у нас на работе не только в одежде – за опоздание можно получить штраф, а заодно и выговор. Так что я заехала на корпоративную стоянку, подхватила сумку и, на ходу роясь в поисках смарт-карты, поспешила в офис.

- Лена! – возле самого турникета окрикнула меня Марина, секретарь нижнего ресепшна.

Да, мы такая богатая и модная контора, что одних ресепшнов у нас аж два! Завидуйте!

- Что случилось? Я на планерку опаздываю!

- А ее не будет! Светлана Сергеевна сегодня не приедет, у нее рейс в Эмираты пораньше перенесли, так что просила, чтобы ты ее корреспонденцию разобрала.

И она шлепнула на стол кучу писем и бумаг. Вот спасибо, дорогая начальница! Даже не предупредила! Хотя на рейс в Эмираты я и сама бы поторопилась. Что ж, чем сложнее испытания, тем сладостнее награда, решила я. Скинув в сумку бумаги, я пошла к лифту.

Поднимаясь в офис, я еще раз осмотрела себя в зеркало. В целом, вполне приемлемо. Прическа немного растрепалась, потому что в последний момент Алиса заартачилась и отказалась выходить из машины. Пришлось вытаскивать ее с боем, а потом заманивать в сад шоколадкой. И не надо меня осуждать – ипотеку закрыть захочешь, еще и не так выкручиваться будешь. Я пригладила волосы и приготовилась выйти к коллегам с высоко поднятой головой.

Впрочем, коллег моя голова волновала мало. В последний рабочий день, - который, кстати, мог бы быть и коротким, если бы в нашей компании продуктивность не ценилась превыше всего, - все торопились доделать свои дела и поскорее упорхнуть на майские. Так что я обменялась кивком головы только с соседями по опенспейсу, все остальные были погружены во что-то свое.

Опенспейс всегда был моей большой болью и большой гордостью нашего Марка Евгеньевича. Все уравнены в правах и столах, все работают, как большая дружная семья. Впрочем, у самого босса был большой отдельный кабинет с огромным столом для совещаний, диваном, баром и другими не семейными атрибутами роскоши. Да и у моей начальницы кабинет тоже имелся, пусть не такой роскошный, зато свой.

По нашим меркам место у меня было выгодное – в углу, возле окна в пол, где меня было практически не видно, что отвечало моим потребностям интроверта. Я тихонько делала свою работу, в активностях вроде обмена понедельничными сплетнями у кулера не участвовала, вовремя уходила на обед и возвращалась, чтобы трудиться до конца рабочего дня.

Этот предвыходной день я намеревалась прожить точно так же, но все пошло не по плану. Когда я вытаскивала из сумки и раскладывала бумаги, которые мне достались «по наследству» от начальницы, на пол выскользнул большой желтый конверт с красно-белой наклейкой «СРОЧНО». Ну вот кто так делает? Выходные же на носу! Эх…

Как ни хотелось мне сделать вид, что я ничего не видела, пришлось открывать и разбираться. Все оказалось, как я и ожидала: «Бла-бла-бла, уважаемая организация, мы допустили ошибку в документах, бла-бла-бла, возможно ли срочно исправить, бла-бла-бла». Вот день и стал полноценно рабочим, большое спасибо.

Я вздохнула, мысленно закатала рукава и уселась переделывать примерно все документы по проекту. «Ну вот почему так? – думала я, жалея себя любимую. – Вина не моя, а работа – моя?!»

И вот полдня пришлось посвятить работе над чужими ошибками. Ужасно ныли плечи. Я посмотрела на часы – вскоре маячил обед, можно будет хотя бы пройтись и подышать свежим воздухом. Только я размечталась о прогулке до кафе, как мигнул экран телефона. Писала Марина в общий чат: «В аду код красный!»

Ну почему именно сегодня?!

«Код красный» в нашем аду означал одно – повелитель изволит гневаться и сейчас гнев его огненной лавиной падет на головы несчастных его слуг. То есть наши.

Марк Измайлов не отличался сдержанностью.

Совсем.

И прежде, чем разобраться, кто прав, кто виноват, очень любил давать волю чувствам. В наступившей тревожной тишине звякнул лифт.

- Идиоты!

«Началось», - подумала я и спряталась за монитор.

- Кретины! Как можно быть такими дебилами, а?! Я вас всех зачем здесь держу?! Контракт с Китаем вам не нужен, правильно я понял?!

Я чуть-чуть выглянула из своего убежища. Марк стоял возле лифта. Дорогой синий костюм, но без галстука, белая рубашка расстегнута, идеальная стрижка растрепана, слегка небритое лицо раскраснелось. Высокий, стройный, красивый и в бешенстве. Проблема на 6 из 10. Но крик будет на 9 из 10.

Я легко могу определять такое – в нашем 10-летнем браке муж тоже не слишком сдерживался. Дима позволял себе орать на меня и Петю абсолютно по любому поводу, мог бросать посуду на пол или в стену, так что потом мне приходилось ползать по полу, собирая осколки, чтобы сын не поранился. Немытая чашка, недостаточно хорошо отглаженная рубашка, Петькины лего на ковре – что угодно могло вывести его из себя. Сын испуганно плакал. Я тоже. И только когда появилась Алиса и ей исполнилось три, я смогла взять себя в руки и дать ему отпор. Просто не могла смотреть, как плачет эта малышка, не понимая, почему любимый папа так себя ведет.

Но тело помнило ощущение опасности, страха и неспособности защитить себя. Поэтому, как назло, реакцией на любой крик в глазах тут же предательски собирались слезы.

Но на работе я реветь не буду точно! Что бы там о себе не думал этот Марк!

Глава 3. 30 апреля, 18.00

- Найдите мне идиота, который писал это предложение! – продолжал бушевать Измайлов. – И того, кто это пропустил!

- Марк Евгеньевич, вы же сами - из воздуха материализовался первый зам Владимир Суворов.

Около сорока, высокий, худой, с аккуратной короткой прической, в очках, всегда невозмутимый, он больше походил на профессора, чем на бизнесмена, и был полной противоположностью Марка.

- Я?! Я, по-твоему, эту бредятину придумал?! Мне это надо?! – Марк тряс бумагами у него перед носом, но на Суворова, как и на его легендарного однофамильца-полководца, это никакого впечатления не произвело.

- Нет, конечно. Но пойдемте в кабинет, я вам кое-что покажу.

Он взял брыкающегося шефа под локоть и утащил в кабинет.

Все облегченно вздохнули.

История была не нова – проектов у нашей конторы было много, времени в сутках мало. Поэтому Измайлов часто давал отмашку бумагам, которые даже бегло не просматривал. Потом это вскрывалось, все шло наперекосяк и начинался активный поиск виноватых с криками и публичной поркой. Терпеть это не могу.

Но, каким бы дурным не был характер нашего бессменного руководителя, холдинг рос и расширялся, вместе с ним росли наши зарплаты. В нынешней экономической ситуации разбрасываться стабильными работами из-за эмоциональной несовместимости с боссом было бы не слишком мудро и уж совсем не расчетливо. Так что я напомнила себе про ежемесячный платеж, мысленно поблагодарила Суворова, который не дал пролиться рекам крови в этот чудесный весенний день – и продолжила работать.

Снова загорелся экран телефона.

«Как там обстановка?», - написала мне в личку Маринка.

«Ужас. Орал как ненормальный»

«Еще орет?»

«Нет. Суворов его увел. Дай ему Бог здоровья и жену хорошую!»

«Согласна! Я бы ему подошла!»

В то время, как все девочки в офисе вздыхали по Марку и мечтали хоть на секунду попасть в зону его внимания, прагматичная Маринка давно положила глаз на Суворова и строила планы по покорению этой непреступной и холодной вершины. Я лайкнула ее сообщение, намекая на конец разговора, – документы ведь сами себя не проверят – но не тут-то было.

«Измайлов с самого утра злой! Поездку на майские в Европу сказал отменить и билеты не перезаказывать! Хочешь узнать, с кем лететь собирался?»

«Не особо»

«С Ариной Косс!»

Неплохо! Даже я, человек далекий от моды и шоу-бизнеса, знала, кто такая Арина Косс. Модель с русскими корнями, в прошлом году покорившая все европейские подиумы и смотревшая с доброй половины глянцевых обложек. Такие вот и говорят потом: «Мне Париж стоя аплодировал!» - и я его понимаю. Было в ней что-то неземное. Не обычная модельная красота, а что-то инопланетное, что заставляло долго всматриваться в льдисто-голубые глаза, обрамленные пушистыми светлыми ресницами. Конечно, роскошная фигура, длинные ноги, высокие скулы, аккуратный нос и шикарные блестящие пепельные волосы до талии тоже имели место, но эти глаза... Я почему-то подумала, осмелился бы Марк орать на Арину Косс? И чтобы она стала делать, если вдруг да? Наверно, просто посмотрела бы презрительно своими инопланетными глазами, развернулась и ушла. Уж слушать и плакать точно не стала бы. Не то, что я.

Ну, с другой стороны, мне никто каникул в Европе и не предлагал. Мои каникулы будут полны детских криков, споров и попыток побыть в одиночестве больше трех минут. По большей части провальных. Зато я буду на любимой даче с любимыми дочкой и сыном. Никакой работы. На речку схожу. В гамаке полежу. Вечером разведем с детьми костер и будем жарить сосиски на палочках и запекать картошку в фольге Сосиски я как раз купила, когда выходила на обед и переживала, как бы они в сумке не испортились. Теперь надо скорее расправиться с документами и выезжать.

Я снова лайкнула Маринкино сообщение, и на этот раз она намек поняла.

Постепенно народ стал расходиться из офиса. Мне оставалось доделать всего пару страниц – и долгожданная свобода в кармане. Опаздывать к началу майских каникул мне по ряду причин не хотелось. Наконец, я поставила финальную точку, еще раз перепроверила наличие всех документов, сложила все в отдельную папку и отправила на печать в «нижний офис». Там бумаги подхватит Марина, запечатает в конверт, курьер отвезет партнерам – и все будут счастливы, а я – свободна! Ура! Я выключила компьютер и потянулась за сумкой.

Внезапно дверь кабинета Измайлова с грохотом распахнулась. Я замерла за монитором, нервно озираясь по сторонам. Я так погрузилась в работу и мечты о каникулах, что даже не заметила, как осталась одна в офисе.

- Вы! – слово как пуля пролетело через весь офис и практически врезалось в мой «защитный» монитор.

Я выглянула, чтобы убедиться, что ему нужна именно я, а не какой-то другой «счастливец».

- Я?

-Вы тут видите еще кого-то, Е-ле-на? – имя мое он произнес по слогам, как бы намекая, что ни с кем меня не перепутал.

Я никого не видела.

- Зайдите ко мне.

Чего ему еще надо?

Но деваться было некуда. На негнущихся ногах я пересекла офис и вошла в его кабинет.

Дверь за мной захлопнулась, как капкан.

Глава 4. Кофейная война

- Присаживайтесь! – Марк махнул рукой на один из стульев возле стола, а сам уселся в свое огромное начальственное кресло.

Приглашение звучало как приказ, так что я села, сложив руки на коленях и мучительно пытаясь сообразить, чего он от меня хочет. Я перебирала в голове все проекты, которые веду, но никаких серьезных проблем вспомнить не могла. Тогда зачем вызывать меня на ковер в последний день перед майскими?!

- Хотите кофе? – неожиданно предложил шеф.

- Хочу.

Я не хотела, но зачем-то попыталась потянуть время. В любой непонятной ситуации я всегда старалась как можно дольше избегать неприятных разговоров. То ли потому, что они неизбежно перетекали в скандал, то ли потому, что не хотелось слышать что-то огорчительное. Ведь не хвалить же он меня вызвал?

Марк нажал кнопку селектора.

- Марина, принесите два кофе.

«Пожалуйста!» - мысленно добавила я. Ну что за хам! А еще начальник!

Мы ждали кофе в тишине, так что я крутила головой, разглядывая кабинет. На столе у него было пусто. Только открытый ноутбук и телефон, даже стаканчика с ручками и того не наблюдалось. Стены тоже абсолютно голые: ни картин, ни фотографий, ни благодарственных писем. Кабинет был какой-то холодный и как будто необжитой. Словно его хозяин был готов в любую минуту исчезнуть. Странное чувство.

Я уже была здесь пару раз, но со своей начальницей и, в основном для того, чтобы фиксировать, что говорилось на совещаниях, по сторонам смотреть было некогда.

Лично меня Марк Евгеньевич к себе вызвал первый раз, и я терялась в догадках, что стряслось. А что, если он решил меня уволить? Нет, нереально. Светлане Сергеевне я нравилась, она меня лично нанимала и обучала, работу свою я делала хорошо, да и вообще претензий ко мне ни разу не было с самого первого дня!

Наконец, открылась дверь, и вошла Марина с двумя чашками и вазочкой с конфетами на подносе. Я обернулась к ней и сделала большие глаза – «Что это значит?!», но она только незаметно пожала плечами. Значит, тоже без понятия.

Когда за Мариной закрылась дверь, Марк отпил кофе, поставил чашку и перевел тяжелый взгляд на меня.

- Елена, вам придется завтра выйти на работу. И послезавтра тоже. Для вас в майские праздники сохранится обычный рабочий график.

«Чего?! - завопила я в своей голове. - Вот уж нет. Обойдетесь, гражданин начальник, не бывать такому! Я эти выходные с января ждала!». Я пыталась переформулировать это все в приемлемый текст, но получалось плохо.

Тем временем Измайлов считал мое молчание как согласие и продолжил.

- До Светланы я дозвониться не смог, она сейчас в самолете, да и на месте у нее не будет хорошего интернета и доступа к нашей сети, а действовать надо быстро. Мне нужно поднять всю отчетность за прошлый квартал, я объясню, что именно надо найти, займетесь этим завтра прямо с утра. Меня не будет, я срочно улетаю на встречу… во Владивосток.

- С китайцами? – почему-то уточнила я.

Вот какая мне разница?

- Да, именно с китайцами, - невозмутимо кивнул он. - Так вот документы мне понадобятся в конце недели. Вы запишете или рассчитываете на хорошую память?

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

- Послушайте. Я не могу.

- Записать? Ну сходите за бумагой или блокнотом. В телефон в конце концов запишите.

- Я не могу завтра выйти.

- Почему? – холодно спросил он.

«Ну потому, что у всех выходные! Законные! Потому что отменили крепостное право! Потому что я не раб на галерах, и у меня есть права!» - хотела бы я сказать, но…

- У меня двое детей, и мы с ними… - залепетала я. – Это единственный отдых, понимаете…

- Нет, не понимаю, - оборвал он меня. – У меня нет детей, но я не считаю, что это серьезная проблема. Пусть детьми займется кто-то другой.

- Но кто-то другой не смог их забрать, и они остались со мной… Мне просто некуда…

- Найдите няню. Да почему я вообще должен об этом думать?! – взорвался он. – Мне плевать, что вы будете делать! Меня не волнуют ваши дурацкие дети! Вы должны быть на работе завтра, делать то, что я вам сказал! Ясно?!

Он встал, нависая надо мной, и стукнул ладонью по столу.

Сделал он это зря. У меня разблокировалось воспоминание. Муж Дима орет на меня из-за недостаточно разогретого супа и точно так же стучит по столу. Падает ложка, тарелка летит на пол и разбивается, суп разливается по полу… Но я такое больше терпеть не намерена. Ни от мужа, ни от кого-либо еще! Я резко поднялась, стул отъехал назад с противным визжащим звуком.

- Я ваш сотрудник, а не ваша прислуга. У меня есть права согласно трудовому кодексу. И если вся страна отдыхает, я буду отдыхать вместе с ней! А вы можете отправляться к китайцам или еще куда подальше – и орать там! На меня голос повышать не надо, я не глухая! – он смотрел на меня так, будто я была только что высадившимся на Землю марсианином, но я уже не могла остановиться. – И от того, что вы будете кричать и вести себя как бесчувственный чурбан, ничего не поменяется! Я займусь тем, что запланировала! Ясно?!

Того, что случилось дальше, не было в плане. Я просто подняла чашку, отпила глоток кофе и уже собиралась поставить ее на место и с достоинством выйти, как она случайно – клянусь – выскользнула из моей руки, опрокинулась и… кофе оказался на рубашке моего босса.

Глава 5. Побег

Марк как в замедленной съемке опустил глаза и посмотрел на расплывавшееся на рубашке пятно. Потом перевел взгляд на меня. Я замерла, пытаясь понять, что произошло. Я этого определенно не хотела. Но это определенно случилось. И что теперь делать?

Выход был один.

- Я думаю, мы закончили! Хорошей поездки! – выпалила я, воспользовавшись растерянностью Измайлова, и пулей вылетела из кабинета.

Я метеором оказалась на своем рабочем месте, подхватила сумку и рванула из офиса так, словно за мной гналась стая разъяренных чертей. Впрочем, примерно так оно и было. Когда я уже была у лифта и нервно тыкала кнопку, дверь кабинета с грохотом распахнулась. Видимо, начальник «отвис» и планирует меня придушить. Или, что еще хуже, уволить.

«Ну давай же!» - мысленно взмолилась я.