Артур Конан Дойль
Приключение в пустом доме

Весною 1894 года весь Лондон был взволнован, а свет глубоко потрясен убийством молодого барона Рональда Адэра, погибшего при чрезвычайно странных обстоятельствах и совершенно непонятным образом. Публика была информирована об этом преступлении лишь в общих чертах, так как полицейское расследование не имело успеха и, кроме того, в интересах дальнейших поисков, детали этого самого по себе необыкновенно трудного случая должны были храниться в тайне. И только теперь, спустя десять лет, я имею возможность дополнить недостающие звенья и познакомить читателя с окончательным результатом расследования. Хотя это было так давно, но и теперь я еще чувствую трепет, когда вспоминаю о страшном преступлении и его трагическом раскрытии, но вместе с тем меня снова охватывает радость и удивление, наполнившие мою душу, когда наконец кара постигла преступника. Пусть читатели, которые интересовались моими прежними рассказами о деятельности и характере одного замечательного человека, простят меня за то, что я тогда же не сообщил всего, что знаю об этом деле. Я не преминул бы это сделать, считая такие сообщения своим долгом; но этому препятствовало обещание, данное мною тому самому человеку, и только около двух месяцев тому я получил разрешение огласить эту историю.

Весьма понятно, что, благодаря тесной дружбе с Шерлоком Холмсом, я глубоко заинтересовался этим преступлением и так как его уже не было, то я сам тщательно изучил и исследовал вопросы, связанные с убийством Адэра. Для собственного успокоения я даже припомнил методы моего покойного друга, правда, с незначительным успехом. Прочитав результаты следствия по делу об убийстве Рональда Адэра, которое привело к обвинению «неизвестного» в преднамеренном убийстве, я больше чем когда-либо почувствовал, какую незаменимую утрату понесло общество в лице Шерлока Холмса. В этом загадочном деле было необходимо выяснить некоторые пункты, что было как раз ему по силам, и старания полиции были бы направлены на истинный путь, благодаря наблюдательности, ловкости и остроумию первого криминального агента в Европе. Каждый день, обходя своих пациентов, я раздумывал над этим случаем, не приходя, однако, к удовлетворительному объяснению.

Рискуя рассказать историю, которая уже некоторым известна, я все-таки напомню факты, поскольку они выяснились на предварительном следствии.

Рональд Адэр был вторым сыном графа Мэнутса, бывшего в то время губернатором одной их австралийских колоний. Мать Рональда приехала из Австралии в Англию, чтобы подвергнуться глазной операции, и поселилась с сыном Рональдом и дочерью Гильдой в доме № 427 на Парковой улице, в Лондоне. Молодой человек вращался в лучшем обществе, он не имел, насколько известно, врагов и никаких особенных пороков. Он был помолвлен с мисс Эдитой Вудлей из Карстэрса, но за несколько месяцев до его смерти брак расстроился по взаимному соглашению и не было никаких указаний на то, что этим было глубоко задето чувство молодых людей. Во всем остальном жизнь Адэра протекала в небольшом аристократическом кружке, так как он был человек спокойного характера и не любил излишеств. А между тем этот безобидный молодой человек погиб в ночь на 30 марта 1894 года между десятью и одиннадцатью часами и двадцатью минутами, погиб чрезвычайно странным и неожиданным образом.

Рональд Адэр любил поиграть в карты, но никогда не играл по-крупному, чтобы проигрыш мог его огорчить. Он был членом карточных клубов – Бальзвинского и Кавендишского, а также кружка Багатель, в котором, как было установлено в ходе дознания, играл в вист после ужина в роковой вечер. Днем он также там играл. По показаниям его партнеров – мистера Меррея, сэра Джона Гарди и полковника Морана – они играли в вист, и игра закончилась почти вничью. Адэр мог проиграть не более пяти фунтов, что, ввиду его значительного состояния, никоим образом не могло его расстроить. Он играл почти ежедневно в том или другом клубе, но играл осторожно и обыкновенно уходил с выигрышем. Свидетельскими показаниями установлено, что за несколько недель до того он вместе с полковником Мораном выиграл за один вечер у Годфрея Мильнера и лорда Бальмораля около 420 фунтов. Вот все, что выяснило следствие из его жизни.

В вечер совершения преступления он вернулся из клуба ровно в десять часов. Его мать и сестра были в гостях у родственницы. Служанка показала под присягой, что слышала, как он вошел в переднюю комнату второго этажа, где обыкновенно проводил время. Она затопила там камин и, так как он дымил, то открыла окно. Из комнаты не доносилось ни единого звука. Когда в двадцать минут двенадцатого вернулась графиня с дочерью, она захотела пожелать сыну покойной ночи. Но дверь оказалась запертой изнутри, а на ее зов и крик никто не откликался. Она подняла тревогу, прибежали люди и взломали дверь. Несчастный молодой человек лежал на полу, возле стола. Его голова была размозжена револьверной пулей, но в комнате не оказалось никакого оружия. На столе лежали две десятифунтовые бумажки и семнадцать фунтов, десять шиллингов золотом и серебром; деньги были разложены в несколько столбиков. Подле них лежал лист бумаги, на котором были написаны имена некоторых клубных приятелей, под каждой фамилией были проставлены числа, из чего заключили, что молодой человек хотел перед смертью свести баланс проигрышей и выигрышей.