Юра Тульский
Северное безмолвие

Он очнулся. То что он видел в этом сне, сне воспоминаний было где-то далеко, в далёком прошлом пролетевшем словно миг. Глаза боялись открываться в страхе увидеть иной мир. Мир в который люди не спешат, но все равно со временем уходят. И о них остаются одни воспоминания. Картина ранее происходивших событий менялась одна на другую, как горная река несла свои свободные воды через древние скалы. Они словно перекатывались через огромные валуны и замедлялись. В этот момент воспоминания с ещё большей силой возникали в его памяти . В его мозгу возникала картина из его детства. Он маленький мальчонка. Одетый в короткие штанишки с помочами, одна из которых слетела с его плечика и шапочку тюбетейку, бежит по улице где он родился. Бежит босиком. Его маленькие ножки шлёпая по лужам, от только что прошедшего ливня с грозой, создают множество брызг искрящихся в лучах появившегося солнца. Он бежит и поет:

-

Дождик, дождик посильней

-Разгони чужих гусей

-

А мои гуси дома, они боятся грома...

Поёт, а сам оглядывается по сторонам, ища взглядом соседский гусей. Злой гусак соседей очень больно щипал его за маленькие ножки. Но вдруг картина в мозгу меняется. Он оказывается в реке! Ему страшно! Погружается в глубину хочет крикнуть.

-

Мама!!!

Но из его рта вырываются только пузыри воздуха. Доходит до дна и отталкивается от него. Когда появляется на поверхности чьи то руки толкают его к берегу. И вот он совсем уже без сил, наглотавшийся речной воды, лежит на берегу. Но и эти воспоминания меняются. Он уже почти мужчина. Под носом и на подбородке появился лёгкий пушок. А с пушком пришла и первая любовь. Эх Танюшка! Эх подружка! Как он был в тебя влюблен! Но увы эта любовь была односторонней, как движение на некоторых улицах города. Эти воспоминания пролетели как быстрый джип. Армия! Смерть отца! Пустой, остывший без человеческого тепла дом! Всё смешалось в его голове. Не удачный брак! Работа! Работа! Работа! А где я сейчас? В каком мире? Эта мысль возникла в его голове и сразу же возникли новые воспоминания. Март месяц. Автовокзал посёлка Усть – Нера. Он в лёгких ботиночках и тоненьком пальтишко, прижался к одной единственной батарее в этом убогом помещении и кажется хочет вобрать в себя всё тепло исходящее из чугунного друга. На улице – 40. Зубы отбивают чечетку. Вскоре подъезжает тёплый автобус и везёт к другой жизни. Другой ещё им не изведанной. Жизни на государственных приисках по добыче драг металла. В старательских артелях, где зимой в мороз - 50° ложились спать в браке, собранном из тонкого листвяка. Сквозь щели между этих бревнышек можно было наблюдать ночное небо усыпанное звездами. А зайцы стояли в очереди возле входной двери в барак, чтобы зайти внутрь и чуть погреться. С вечера было хорошо! Закинув в сделанную из 200 литровой бочки печку несколько бревнышек, все ложились в пока ещё тёплые постели. Мирно засыпали после тяжёлого труда под треск горящих дровишек в печурке. Но наступало утро! И вот тут нарисовывалась такая картина. Из под горы одеял и верблюжьих сальников выползли сонные старатели. Им не нужно было одеваться, потому что они уже были одеты в ватные брюки и телогрейки. Все гуськом бежали в самое тёплое место в артели. Это столовая! Но это было зимой. Летом доставал другой холод. В его памяти всплыло. Он снимал золото с колоды, мат за матом смывал шлихи, руки от ледяной воды пухли от холода. Воспоминания менялись одно за другим! Вспомнилось бурение скважин зимой, для вскрыши грунта. Картины менялись. Вдруг появился Якутский посёлок Борогонцы. Новая, только что построенная сберкасса, новые дома. Он с напарником проводит в них электричество. Но какой ценой? Голодные! Без денег! В незнакомых местах и среди чужих людей. А всё это благодаря забывчивости начальства. В командировку послали, а командировочные не выдали, да вдобавок забыли выслать. Да тяжело было тогда вспомнил он. Рыба спасла и заведующая гостиницей. Они с напарником наловили рыбы в озере. В рационе появилась рыба вяленая и пряного посола, ешь сколько душа просит. А заведующая дала аж целых три рубля и сказала.