Тень до тени: исповедь юриста

Глава

КНИГА ВТОРАЯ

(Хроники угасания)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вы держите в руках вторую книгу цикла «Путь от Майи к Свету», но хронологически это — начало пути.

Если вы уже прочитали первую книгу, «Тень красной шапки», вы знаете, чем заканчивается эта история. Вы видели Алексея в лесу, лицом к лицу с собственной Тенью. Вы видели чёрный пиксель смерти и возрождение. Вы видели, как он вышел из метро живым, несмотря на ад внутри.

Но чтобы понять цену этой трансформации, нужно увидеть, от чего он бежал.

Нельзя оценить свет, не зная глубины тьмы. Нельзя понять ценность воздуха, не побывав под водой. Эта книга — не продолжение. Это предыстория. Это хроника падения, которая делает возрождение в первой книге осмысленным.

Почему важно читать именно в таком порядке?

Сначала исцеление (Книга 1) — вы видите свет в конце туннеля. Вы верите, что выход есть.

Потом падение (Книга 2) — вы понимаете, насколько глубоким был туннель. Вы чувствуете стены на ощупь.

Затем пробуждение (Книга 3) — вы увидите, что туннель был иллюзией.

И наконец просветление (Книга 4) — вы поймёте, что не было ни туннеля, ни света, ни того, кто шёл.

Эта книга отвечает на вопрос: «Как человек теряет себя?» Следующие две книги ответят на вопрос: «А существовал ли он вообще?»

Приятного чтения. И помните: Тень всегда там, где есть свет. Но что, если свет — тоже часть тени?

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА

15 июня 2015 года.

Время: 23:40 Место: Общежитие, комната 305

Диплом лежит на столе. Красная обложка. Золотое тиснение: «Московский Государственный Юридический Университет». В коридоре орут пьяные одногруппники. Кто-то бьет бутылку об стену. Праздник свободы. Звук бьющегося стекла режет слух, но никто не обращает внимания. Так принято. Так нужно.

А я сижу и чувствую, как на шею затягивается петля. Отец звонил час назад. Голос был сухим, без эмоций. Как приговор суда. — Поздравляю, сын. Теперь ты человек. Диплом — это паспорт в жизнь. Но помни: мы вложили в тебя деньги. Квартиру мы тебе купим, но ипотеку платить тебе. Ты должен стать партнером в фирме за пять лет. Не подведи.

«Не подведи». Эти слова звучат как статья уголовного кодекса. Нарушение карается отчуждением. Я открываю бутылку дешевого шампанского. Наливаю в граненый стакан. Посуда чужая, оставленная предыдущими жильцами. Выпиваю. Пузырьки бьют в нос. Голова кружится. На секунду становится легче. Голос отца в голове затихает, заглушенный алкогольным шумом.

Я смотрю на свои руки. Они чистые, ухоженные. Руки юриста. Маникюр, нет грязи под ногтями. Но внутри я чувствую себя самозванцем. Я учился пять лет защищать законы. Я знаю кодексы наизусть. Я могу цитировать статьи через одну. Но кто защитит меня от ожиданий? Где статья за эмоциональное насилие отца? Где прецедент по делу о потерянной жизни?

Завтра я выхожу на работу в крупную фирму. Белый воротничок. Офис в центре. Москва-Сити видно из окна. Я знаю, что это начало конца. Почему-то я знаю это точно. Как будто я уже прочитал сценарий своей жизни и знаю, что в третьем акте будет трагедия.

Закуриваю первую за вечер сигарету. Дым кажется сладким. Он заполняет легкие, вытесняя кислород. Красный диплом. Серый костюм. Черная пустота. Добро пожаловать во взрослую жизнь, Алексей. Ты только что подписал контракт, который нельзя расторгнуть.

Размышление: Почему успех ощущается как поражение? Потому что это не мой успех. Это успех отца. Я лишь инструмент для реализации его амбиций. Инструмент не имеет права на усталость.

20 августа 2015 года.

Время: 20:30 Место: Офис, кабинет 404

Первые два месяца. Я сижу до десяти вечера. Каждый день. Начальник, Виктор Павлович, ходит за спиной. Как надзиратель. — Вольский, здесь ошибка. Вольский, здесь срок пропущен. Вольский, ты думаешь головой или чем-то другим? Я киваю. Извиняюсь. Внутри все сжимается. Ком в горле, который не проходит даже дома. Я открываю нижний ящик стола. Там стоит маленькая плоская бутылочка. Коньяк. Никто не видит. Я делаю глоток. Прямо из горла. Жжение. Тепло. Руки перестают дрожать. Я снова могу печатать. Это становится ритуалом. 18:00 — усталость. 18:15 — спасение. Я не считаю это проблемой. Это топливо. Высокооктановое. Разве все не так живут?

Наблюдение: Зависимость не начинается с пьянства под забором. Она начинается с желания быть эффективным. Быть удобным. Быть тем, кого хотят видеть.

10 сентября 2016 года.

Время: 19:15 Место: Ресторан «Пушкинъ»

Сегодня мы подписали главный контракт. Не бумажный. Свадьба. Елена красивая. Идеальная. Платье стоит как моя годовая зарплата. Гости — партнеры отца, коллеги, важные люди. Все говорят: «Идеальная пара». «Юрист и Дизайнер». «Успех и Эстетика». Фотографы щелкают затворами. Вспышки слепят. Но я чувствую себя экспонатом на витрине. Музейным манекеном в дорогом костюме.

За столом, когда гости отошли фотографироваться, она наклонилась ко мне. Поправила галстук. Резко. Дернула ткань. — Ты сегодня много нервничал, — шепнула она. — Твои руки потели. Когда ты подписывал книгу бракосочетания, рука дрожала. Это выглядит непрофессионально.

Непрофессионально. На собственной свадьбе. Я улыбнулся. Улыбка номер три — «Уверенность и спокойствие». Я отработал её в суде. Маска приросла к лицу. — Волнение, Лен. Все же волнуются. — Я вышла за уверенного человека. Не забывай. Я не люблю слабых.

Она откинулась на спинку стула. В ее глазах не было любви. Там был расчет. И требование. Я почувствовал ком в горле. Тот самый, который бывает перед выступлением. Встал, извинился, пошел в туалет. Заперся в кабинке. Достал из кармана пиджака плоскую фляжку. Коньяк. Выпил залпом. Огонь прошел по пищеводу. Дрожь в руках прекратилась. Сердце выровнялось. Я посмотрел в зеркало. Кто ты? Муж? Любимый? Или просто функциональная единица для создания благополучного вида?

Алкоголь помог сегодня. Он выключил чувство вины за то, что я недостаточно хорош. Я запомню это. Это опасное знание. Когда лекарство работает слишком хорошо, оно становится ядом.

Размышление: Брак как сделка. Я продаю стабильность, она покупает статус. Но кто платит за мою душу? Похоже, я расплачиваюсь собой.

14 февраля 2017 года.

Время: 23:00 Место: Квартира, кухня

Год вместе. Елена подарила мне часы. Дорогие. Гравировка: «Лучшему». Я подарил ей путешествие. Она сказала: «Мне нужно было согласовать даты». Мы ужинали молча. Только стук приборов о фарфор. — Ты опять пил сегодня? — спросила она вдруг. Я замер. Вилка зависла. — Нет. Почему? — Пахнет. — Конфеты с ликером, — соврал я быстро. Юридическая практика пригодилась. Ложь должна быть уверенной. Она посмотрела долго. Не поверила. Но промолчала. — Просто не при людях, — сказала она. — Это неприлично.