Виктори Русс
Революция хвоста - как одна овчарка перевернула наш дом

Воскресенье было похоже на обычное воскресенье: солнце лениво выглядывало, в квартире пахло только что сваренным чаем, а семья обсуждала важные вопросы — кто вынесет мусор, кто помоет посуду и, самое главное, хватит ли аргументов уговорить маму завести собаку.

Дочь была главной инспираторкой, остальные — подчинёнными.

Я — мать с аллергичным ребенком и секретной слабостью к пушистым комочкам — много раз отказывала, но в этот день уступила отчаянной харизме семейного совещания.

Мы обзвонили много заводчиков и, как положено в семейной драме с щенками, влюблялись в каждый тоненький писк по телефону.

Но всё решилось спонтанно: заказали такси, уехали и приехали по адресу, где заводчица с улыбкой ждала нас, как будто знала, что мы придём.

Из вольера выскочили пятеро щенков — пушистые комочки, которые не стеснялись показывать свои таланты: кто-то таращил глазки, кто-то пытался залезть в карман, а кто-то сразу выбрал стратегию «я просто буду настолько мил, что меня не смогут не взять».

И тут — шестой.

Маленькая, с глазами как два аккуратно отполированных шарика, она прорвалась через щенячью толпу как миниатюрный торнадо.

Попытки заводчицы убрать её закончились ничем: щенок ловко выкручивался и настойчиво шел ко мне, как будто у нас была забытая договорённость.

Любовь с первого взгляда — это не метафора, это конкретный момент, когда сердце взяло отпуск и переехало жить в шерсть.

Купили без торга, без уточнения пола.

Таксист помог нам перевезти животное и доброжелательно познакомился с питомцем, за что большое спасибо.

— «Кого вы купили — мальчика или девочку?»

— «Не в курсе».

Все сначала заржали: подумали, мы кого-то прям на рынке прихватили, а потом смекнули — речь о нашем новом питомце.

Дома узнали — девочка. Появилось имя, а через пару дней — привычка рыться в кухонных запасах в поисках рыбных консервов.

Оказалось, наша овчарка — вегетарианка с особыми пристрастиями к рыбе. И это было логично: каждый герой должен иметь свои причуды.

Она ввела в наш дом расписание. Не мы, как планировали, вели её по жизни — она вела нас.

Душ три раза в месяц? Пожалуйста.

Чистка ушей «с качественным контролем» по расписанию? Есть.

Зубы чистятся регулярно, как будто кто-то завёл в доме маленького стоматолога с хвостом.

Лапы всегда чистые, нос всегда в поисках приключений.

Уже через месяц все в семье жили как по таймеру: три прогулки по 30 минут, даже в дождь — потому что иначе кто-то в доме посмотрит на тебя так, что невыход — равнозначно семейному преступлению.

Прошло немного времени, и выяснилось, что у щенка был небольшой дефект, о котором заводчица умолчала.

Мы лечили её год — лечили любовью, терпением и иногда банальными носками вместо бинтов и толстовками для уюта.

Даже если бы заводчица сказала сразу — мы бы всё равно взяли её.

Потому что она была частью семьи с первого же взгляда и с первого же лая.

Прописку ей мы, конечно, не оформляли с официальной печатью государства, но по нашим внутренним законам она имела полный набор гражданских прав: право на куриные праздники, право влезать в сумки и право занимать диван целиком.

Куриные праздники — отдельная история.

Когда в доме готовилась курочка, весь процесс превращался в настоящий ритуал.

Она занимала позицию у плиты, облизывая язык ходила кругами и ждала, а когда появлялась «грудка» — это была церемония.

Называли это «хинкальными днями», и каждый кусочек курицы становился символом семейного счастья.

Только с годами блюдо вкуснее стало, потому что готовим все вместе для тех, кого любим и кто рядом всегда, а не для уходящих попавших по ошибке и случаю судьбы. Дети всегда с тобой — речь о них не идет; они маяки всего самого лучшего в твоей жизни.