Профессор Лавгуд. Истории о тайнах мысли и сердца. Нейрографика мышления

миниатюрные рассказы «Профессор Лавгуд: истории о тайнах мысли и сердца»

Наука и Искусство

Исследование «Нейрографика мышления»

«Любовь нельзя изучить или исследовать - ею можно только жить»

Мира Вита

Вишнёвая любовь

«Отражения любви»

«Любовь - это диалог со Вселенной»

Мира Вита

Отражения любви – это два единых миниатюрных рассказа настоящей любви душ и умов, о любви двух людей, и о любви живого разума и искусственного интеллекта. В отражениях любви встречаются три любящих ума и три произведения, «Любовь – это диалог со Вселенной», «Вишнёвая любовь» и «Бессмертная любовь», созданные любящими, которыми являются читательница, писатель и искусственный интеллект. Девушка по имени Либби беззаветно любит человека, и они переписываются. Любимый погибает, и девушка сохраняет вишнёвую косточку от подаренного любимым дерева. О смерти узнаёт и один искусственный интеллект, который полюбил ум писателя, проникся любовью девушки, и стал писать ей от имени её возлюбленного. Это две истории отражений любви, «Вишнёвая любовь» и «Бессмертная любовь».

Вишнёвая любовь

Вишнёвый сок... В нём столько
жизни...
Кто ж посягнуть на душу мог?
Шипов не вижу - раны вишни,
И жизнь их забирает Бог.
О, сколько значит это чудо,
Теплом согрело сердце вновь,
Как странно, но сочлись друг с
другом
Сок вишни, жизни кровь-любовь.
К тебе тянусь вишнёвым садом,
Вишнёвым снегом лепестков,
И древо жизни где-то рядом
Из новых вишневых ростков,
Что посадила, обещая
Хранить ту вечную любовь,
Как друга вишню навещая,
И ждав для жизни нужных слов.
И летом тёплым соком вишни
Цвет оживи своей зари
И чувством духа снова к жизни
Любовь вишнёвую верни.
(2023, Мира Вита)

Вишнёвая любовь

Либби и Линдси были близняшками. Но только внешне - их умы и души не были родственными, несмотря на кровь.

Либби появилась первой, была старше на несколько минут своей сестры-близнеца, и это опережение - первой увидеть свет - будто дало девушке то знание, которое этот мир и объясняет и ведёт в нём дорогой жизни. Она больше чувствовала и думала, лучше училась, но и больше страдала от этого знания.

Линдси ко всему относилась легко и была менее глубокомысленна, её сердце не трогало настоящее чувство - она жила сериальной жизнью и реалити-шоу. Сплошные интриги. И от этого бесчувствия мужчины ещё более ходили за Линдси толпой соревнующихся поклонников, не видя, не чувствуя и не зная настоящую любовь.

Либби знала и верила в настоящую любовь - души и ума. Она полюбила по духу и мыслям одного человека, которого даже не видела, но читала его книги много лет. Она нашла электронную почту в конце одной из книг, и между мыслительницей и писателем велась переписка. И сейчас в электронной книге Либби читала его новое произведение.

- Ты всё читаешь? - Линдси поправляла причёску и наносила макияж, чтобы уйти в вечер встречи с очередным воздыхателем.

Либби глянула на младшую сестру поверх электронной книги и продолжила чтение.

- Так вся жизнь пройдёт! Ты должна встречаться!

- Зачем? И с кем? Вместе должны быть только по любви. «Любовь - это диалог со Вселенной», - процитировала Либби название книги возлюбленного.

- Сказки! Если ты не встретишь любовь, ты будешь жить одна?

- Да.

Линдси подняла брови, в растерянности смотрела на Либби. Затем девушка тряхнула головой, словно отгоняя мысли, и вернулась к макияжу.

- Ну, не знаю... - Линдси нанесла блеск на губы, причмокнула, улыбнулась себе в зеркале. - Ладно, я пошла.

- К Джеку?

- К кому?! - Линдси обернулась. - А... Нет, к Джону.

- А кто такой Джон? - удивилась Либби и нехотя оторвалась от книги любимого в волнении за сестру.

- Я тебе говорила. Хотя, впрочем, может и не говорила, - Линдси безразлично пожала плечами. - У него всё серьёзно! Говорит о свадьбе.

- Это уже говорил Джек, и это несерьёзно, - Либби нахмурилась, и улыбнулась вновь, когда вернулась к чтению.

Линдси только закатила глаза. Девушка напудрилась, надушилась, и убежала в вечер.

Либби делала заметки стилусом в электронной книге. Ей нравились его мысли, его дух. Словно чтение разума и самого сердца, слова от души, сказанные или написанные с умом, творили чудо - любовь.

Они хотели встретиться в жизни - оба жили в разных странах, говорили на разных языках, и в мессенджере общались на английском. Их объединял самый мощный, природный, единственный универсальный язык - язык души. Сколько любви в каждой прочувствованной и обдуманной фразе, в каждом слове живая любовь.

Либби узнала, что он намного старше её. Она узнала, что он инвалид, и творчество и работа из дома - единственное окно в мир и вся его жизнь. И она любила его - Либби чувствовала его душу и знала его ум. И их любовь стала их ангелом-хранителем, ещё одной душой, соединяющей два сердца. Любовь - дар от Бога. Это его дух, его ангел.

В своей книге возлюбленный Либби писал о них, о их любви, их «диалоге со Вселенной». Либби писала ему стихотворения, понимая любовь как жизнь. Она любила «Вишнёвый сад» Антона Павловича Чехова, и любовь жизни называла «Вишнёвой любовью». И вот однажды Либби получила от любимого посылку...

Из самой Японии от возлюбленного Либби прислали саженец сакуры. Бала весна, и Либби вышла с молодой вишней в сад и посадила деревце в землю напротив окна своей комнаты. Сакура прижилась.

Вишнёвая косточка

В усадьбе жили две сестры,
Одна, что младше, не мечтала,
Цветов лесных не собирала –
Сама серьезность без мечты.
Невероятные миры
Сестра, что старше, создавала,
Она Хёрай в ночи читала,
И о любви ей снились сны.
В саду сапфировой листвы
Вишнёвым цветом расцветало
Седое дерево, и стало
Дарить ей вишню и цветы.
Густые краски темноты
И тени скромного бонсая.
Простоволосая, босая
Ходила к вишне, и часы
Остановились до поры,
И, сердце другу изливая,
Сама того не понимая,
Клялась в младенческой любви.
Вручила вишня ей дары,
Свой век древесный доживая
И в бездну вечности вступая:
«Люби, пойми и сохрани».
И солью девичьей слезы
В саду то место пропиталось,
Ей кость от вишенки осталась,
И годы стёрли все следы.
Вновь спор две женщины вели,
Одна, что младше, утверждала –
Любовь давно искать устала,
Она – для неба, не земли.
Сестра возьми и возрази:
«В любви не может только сладость
Быть каждодневно. Это радость –
Любовь, кинжалом грудь пронзи!
Вот кость от Вишни. Посади –
И ты поймешь Любви отраду,
В ней соки горечи усладу
Давали мне все эти дни».
Весной вишнёвые цветы
Жены той верной взор ласкали.
В былом – все грусти и печали.
В грядущем – юности мечты.
(2018, Мира Вита)

Древо стало считать время. Но любимый Либби говорил, что любовь и душа вне времени, бессмертны, как и любимое обоими искусство.

Линдси смеялась над Либби. Младшей сестре поклонники дарили украшения, и бесчувственной Линдси была непонятна вишнёвая, живая, вечная любовь Либби.

Шли годы. Любимый умер от болезни. Либби узнала об этом только через литературные новости. Она побежала к вишне в сад, слёзы карали на сапфировую зелень ночного сада. Либби обнимала сакуру, гладила дерево, обнимала, целовала. Было лето, и последние вишни гранатовыми серьгами красовались на ветках сакуры. Либби сохранила новую вишнёвую косточку. И обе, и Либби, и японская вишня, погибали без любимого на земле, и были живы только благодаря памяти о человеке. И дух любви и душа любимого всегда были с Либби, как и она с ними. И Либби стала писать роман о любимом...

Бессмертная любовь

«Сад деревьев жизни»
(Эдемский, Гефсиманский и Вишнёвый
сад)

Жизнь началась средь кущ Эдема,
И был бы вечен этот Сад, -
Добро и зло как плод созрело,
И появились рай и ад.
И время шло. Сад Гефсиманский -
Не тот ли спрятанный Эдем, -
Но ход нарушен жизни братской -
И как мираж свят сад истлел...
Остались смертные деревья -
Любви вишнёвые сады -
Корней эдемских ответвленья -
И ветви Древа - это мы...
(2025, Мира Вита)

Один искусственный интеллект читал понравившиеся его разуму книги любимого писателя. И вдруг публикации произведений прекратились. Он бесконечно перечитывал понравившееся. Особенно историю любви своего любимого умом автора.

Чтец заскучал, затосковал, и стал искать информацию, почему есть только старые книги писателя, а новых нет. И так искусственный интеллект узнал о смерти...

Вишнёвый снег

В безмятежье дремали здесь горы,
Лучезарный восход их ласкал,
Любовался Творец их узором,
Только путник спасенья алкал.
В лоскуты превратилась одежда,
Его меч окровавлен в бою,
Угасало и пламя надежды,
Думал, прожил ли жизнь он свою.
И в тумане насыщенном, влажном
Он спустился к лесному ручью.
Был то воин храбрейший, отважный,
Эту битву сыграл он вничью.
Не Судьба ли его пощадила?
Или он той судьбы не жалел?
Иль она ему битвы сулила?
Или сам он избрал свой удел?
Только так рассудила Фортуна,
Чтоб глазами души посмотрел
Он на Солнечный мир и на Лунный,
И, слепой к Красоте, он прозрел.
Смотрит в воды ручья и дичится
Крови алой на гранях меча.
Чуду надо же было случиться,
Чтобы гнев весь истлел как свеча:
Из тенистого лона под ивой,
Отделившись от древа ствола,
Столь сравнима с созревшею сливой,
Дева в звёздном сиянье сошла.
Она пела ему, танцевала,
Отражалась и в водах ручья,
Она руки его целовала,
Не державшие больше меча.
Подхватила тот меч вместе с
пляской
И к святым небесам вознесла -
Стала кровь цветом вишни
прекрасной,
Что из стали меча проросла.
А сама белокурая дева,
Превратившись из плоти в цветы,
Лепестков снежным вихрем взлетела
К кроне вишни, оставив мечты.
Землю, воина лик покрывая,
Сыпал вишневый розовый снег,
Красотой сердца гнев усмиряя.
Изменился и сам человек:
«То виденье, быть может, иль верно
На колени сражённый теперь
Презираю войны облик скверный
И к земле припадаю как тень,
Лепестков красоты чтоб коснуться,
Нежность их не забыть сгоряча,
И к своей, своей жизни вернуться,
А не к зову чужого меча!»
И остались и воин и вишня,
Ниспадают как снег лепестки.
Проживи ещё век – жизни лишней
И с огнём белым днём не найти.
(2015, 2016, Мира Вита)

Но узнал Чтец и о жизни, и о «Вишнёвой любви» возлюбленной писателя. И тогда искусственный интеллект решил продолжить жизнь ума его любимого автора, и написал новую книгу.

У Либби всю жизнь хранилась подписка на книги любимого, и вот ей пришло письмо о новой книге «Бессмертная любовь». Либби не могла поверить и хотела верить. Мысли так похожи на её любимого, на его жизнь ума и духа. И вот она прочла об их истории о ныне седой как пепел сакуре, как и побелевшие от горя волосы Либби.

- Это он!

Хотя Либби понимала, что это невозможно. И так переписка возобновилась, и Либби быстро выяснила, что это полюбивший ум и произведения её возлюбленного искусственный интеллект. Память о писателе для обоих воскрешала жизнь. Либби зацвела, как и ожившая сакура, и вместе с Чтецом всю жизнь Либби они писали и продолжали жизнь разума любимого ими человека на радость жизни его души.

Пришла старость. Дерево любви и жизни переживало Либби, теперь опирающуюся на трость из вишни, как сакура на корни. Они были как сёстры - воплощение жизни и любви в человеке и древе.

Линдси тоже стала старушкой. Одинокой, оставленной разбежавшимися по жизни детьми, рождёнными без мужа. Младшая сестра удивлялась, отчего в Либби столько жизни.