Коленька Сергей Дубовик Судьба воедино сплела целый клубок неразрешимых, трагический обстоятельств в одном дне детского врача. Коленька Родион Николаевич проснулся около шести часов утра. Привычно выпив кофе, он накинул тёплую куртку прямо на майку и вышел на балкон. Закурив, он рассматривал просыпающуюся холодным февральским утром столицу — неопрятную, заваленную грязным снегом. Впереди ждал тяжёлый день: морг, кладбище, поминки. Слёзы наполнили его глаза. Горечь утраты и почти бессонная ночь, которую он провёл над альбомом с семейными фотографиями, лишили его душевных и физических сил. Вернувшись в комнату, он подошёл к дивану, где лежали костюм и чёрная рубашка, купленная женой два дня назад. Родион тяжело взглядом окинул этот траурный «наряд» и перевёл взгляд на стену, где висела фотография улыбающейся матери, скончавшейся три дня назад. Он отвернулся от фотографии, вытирая горячие слёзы, как в это самое мгновение неуместно «заголосил» мобильный телефон. — Да, слушаю, — ответил Родион. — Родион Николаевич, здравствуйте! В пять утра привезли совсем плохого ребёночка, - возбуждённо говорила дежурная сестра. — Похоже на менингит. — Почему его в «инфекцию» не положили? Нина! Зачем вы приняли его?! — резко спросил Родион. — Кто дал такое указание? — Аркадий Степанович приказал принять в наше отделение. Что я могла сделать? Он же главврач, — оправдывалась Нина. — Этот старый идиот уже ничего не соображает, — возмутился Родион. — Как можно в ЛОР-отделение такого ребёнка класть? — Я им то же самое говорила. Мальчишку привезли по «скорой» и сразу после приёмного к нам направили. Это я потом узнала, что Верниковский распорядился... — Почему в Морозовскую не повезли? Что они к нам-то всех тащат! У нас же в отделении вообще карантин! Что за бред, Нина, что там у вас происходит?! — негодовал Родион. — С кем он сейчас? — С мамой. Мамаша его в приёмном отделении истерику закатила, сказала, что вы раньше мальчика смотрели и что вы... в общем, что вы близкие знакомые. Может, его поэтому привезли к нам и Верниковский возражать не стал. — Как фамилия мамаши? — Родион присел на диван, чувствуя усталость и нервное напряжение. — Ларина, — Нина отвлеклась от беседы, рассматривая запись в журнале. — Мария Ларина, а мальчик Коля Ларин три года. Родион Николаевич, что ж делать-то? Мальчишка-то какой красивенький, Господи... весь «горит». — Ну, хватит! Нина, давайте без соплей, — Родион замолчал и потёр большим и указательным пальцем брови, пытаясь собраться с мыслями. — Что-нибудь придумаем... — Вы сегодня будете? — Нет, — Родион выдержал тяжелую паузу. — Я сегодня мать хороню, вы же знаете об этом, Нина. Зачем спрашивать? У меня одна мать и... могу я её похоронить по-человечески или нет? - Я знаю... просто я думала... Извините меня, Родион Николаевич, мы тут как-нибудь справимся. Примите мои соболезнования. Извините ещё раз. - Нина, держите меня в курсе по этому ребёнку, — твёрдо ответил Родион. — Да, и самое важное: когда придёт Михалёв, пусть переводит его в «инфекцию» как хочет. Мы никак не сможем мальчишке помочь, и не дай Бог остальные дети... В общем, вы понимаете. Я Михалёву ещё позвоню. Всё, пока. Отложив телефон, Родион взял свои чёрные одеяния в руки и задумался о Марии, но звонить ей не решился. Его охватил невероятный гнев от её поведения в приёмном отделении. «Что она могла там наговорить? — он подошёл к зеркалу и начал одеваться, зло натягивая рубашку и шипя сквозь зубы. — Кончилось всё уже. Сколько можно меня доставать! Три года уже прошло...» Родион на мгновение замер от посетившей его догадки. Ужас и ледяной страх сковали его. Он посмотрел на свой беспомощный вид в зеркале и замер, рассматривая отражающийся портрет матери, которая мечтала видеть Марию своей невесткой. Отведя вновь наполнившиеся слезами глаза, Родион откинул голову и, глубоко вздохнув, попытался успокоиться и отогнать от себя столь неуместные в данный момент мысли о Марии. Застегнув последнюю пуговицу на рубашке, он услышал, как дверь в спальню открылась. — Кто звонил? — тихо спросила заспанная Екатерина, проходя в комнату. — Нина, — сухо ответил Родион, не желая развивать беседу и пытаясь незаметно вытереть слёзы. — Небольшие проблемы в больнице. — Что-то серьёзное? — Да нет. Аркаша ко мне в отделение ребёнка с менингитом положил. Совсем уже... — глухо отозвался Родион. — В «инфекции» все койки продали, а теперь детей девать некуда. Ну ладно, хватит об этом... Родион подошел к жене, нежно обнял её и ласково погладилпо округлившемуся животу. — Малыш, ты точно решила ехать на кладбище? Ты уверена? — Родион вопросительно посмотрел на жену. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «Литрес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/sergey-dubovik-33905233/kolenka-73900228/) на Литрес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.