Инна Матвеева
Запретный босс. В постели с другом отца

Глава 1. Арина

— Тебе добавить обязанностей? — низкий и властный голос окатывает мне спину холодком.

Павел Константинович Зимин. Друг моего отца. А с недавних пор ещё и мой босс.

— Что? — глупо переспрашиваю, развернувшись к нему. — Нет... Зачем?

Ну вот, опять я мямлю, как школьница. Просто... Он смущает меня. От этого его строгого взгляда даже мужчины тушуются, куда уж мне... Тем более что у него, как назло, ещё и офигительно красивая по-мужски внешность. Как на обложках журналов каких-нибудь брутальных. Только вот в его случае они скорее про успешный успех были бы.

Кажется, помимо своей работы этого мужчину ничего не интересует.

— Например, чтобы ты занималась делом, а не заигрывала с маркетологом, — чеканит босс.

Неожиданно, что вообще заметил... Ну да, Платон приятный парень, да и ненамного меня старше. Самый молодой здесь, не считая меня. Флирт с ним — моя отдушина в этом месте, где я вынуждена жесть как впахивать.

И вот даже не знаю, что на это ответить Павлу. Я только сегодня и начала поддаваться на знаки внимания от Платона. И то больше потому, что босс взбесил. И вот так сразу огребаю за это?

— Почему твой отчёт выглядит так, будто его делала школьница? — ещё и продолжает третировать меня Павел.

И кидает мне этот самый отчёт на пол. Ещё и взглядом прожигает, при этом оставаясь бесяче спокойным. А я так вспыхиваю, что наверняка у меня на лице видно вот прям всё, что я о нём думаю.

— Вообще-то я делала его строго по той форме, которую вы дали, — стараюсь говорить без эмоций, но не так-то легко игнорировать слова о школьнице.

Это как намеренный укол.

— Четыре ошибки в расчётах. Четыре, — в отличие от меня, Павел и не пытается смягчить тон. — Твой отец дал тебе незаслуженно крупный шанс, сумев меня убедить взять тебя в компанию без малейшего опыта и образования. Ты вот так демонстративно ушла из универа, заявив, что всё сможешь и без диплома, ну так вперёд. Доказывай.

Нет, ну он точно испытывает моё терпение... Ещё и смотрит так пристально, словно сканирует взглядом.

— Незаслуженно? — всё-таки не сдерживаюсь.

Ну бесит же! А с детства я его помню как очень хорошего папиного друга, который всегда приносил мне вкусняшки. В какой момент так резко переменился ко мне?

— Пока ты демонстрируешь исключительно это, — глаза босса как-то опасно темнеют. — Хотя тебе было дано множество поводов доказать обратное. Коллектив немало выложился в твоё обучение.

— И я с блеском проявила себя в этом самом обучении, — напоминаю.

Ну и пусть дерзко, даже ядовито. Если что, опять скажет, что это мои девятнадцать лет так по-бунтарски проявляются. Он, блин, постоянно намекает, что я малолетка и вчерашняя школьница.

Самому-то сколько? Насколько я знаю, младше отца, хотя папе всего тридцать восемь.

— Это не повод расслабиться дальше, — недобро прищуривает глаза Павел. — Обучение — лишь первоначальный этап, а не конечная точка.

— Конечной, я так понимаю, вообще нет, — зачем-то бросаю.

— Само собой, — Павел кивает на отчёт. — Переделай. В ближайшее время. Сама найди, где там ошибки.

Он разворачивается, чтобы уйти, а я бурчу ему вслед, скорее само срывается:

— Вот поэтому вы и не женаты.

Замирает, и моё сердце вместе с ним. Услышал, гад... Так почему бы не пойти дальше?

Увы — разворачивается со странной усмешкой.

— Что ты сказала? — снисходительно интересуется, глядя мне в глаза.

Как же непросто сейчас выдержать этот его взгляд... Павел смотрит чуть ли не с забавляющимся вызовом. Словно провоцирует на что-то. Испытывает. Добивается непонятно чего.

Горячие мурашки покрывают кожу от этого его взгляда... Взрослого. Почему-то такое определение вдруг приходит в голову.

— Ничего, — только и мямлю, и то не сразу.

— Интересует моя личная жизнь? — увы, босс никак не замнёт тему.

Всё-таки иногда прям дико раздражающе упёртый. Сейчас так вообще непонятно, с чего бы.

— Только в контексте Печкина и велосипеда, — решаюсь подерзить в ответ, чтобы не забывался.

Вообще-то мой папа его друг, пусть помнит об этом. А то смотрит сейчас Павел... Слишком уж непривычно.

— Остроумно, — хмыкнув, кивает. Но смотрит при этом серьёзно. — Что ж... Может, когда-нибудь ты и узнаешь, в чём тут дело.

Слишком уж неожиданное заявление... Опускаю взгляд, утыкаюсь в отчёт. Сердце почему-то бешено набирает в темпе, и выдерживать взгляд Павла волнительно становится.

К счастью, он всё-таки не задерживается у меня тут, и через несколько секунд уже закрывает за собой дверь.

******

— Он просто запал на тебя.

Чуть не роняю печеньку, которую только что взяла из нашей общей тарелки. Прожигаю Наташу взглядом. Я, конечно, привыкла к её отвязности, но выпалить такое!

Ещё и про Павла..

— Его ничего кроме работы не интересует, —зачем-то морщусь. — А даже если вдруг да, ты думаешь, босс крутой компании будет вести себя как пацан, дергающий нравящуюся девочку за косички?

— Ну это в целом логично, — Наташа нисколько не теряет уверенности. — Он намного тебя взрослее. Плюс друг твоего отца.Ты так вообще ещё девочка без опыта, и он это наверняка чувствует. Проще держать с тобой дистанцию. И его придирки к тебе — способ её увеличить, чтобы не сорваться. Ну и заодно чтобы ты отдалялась.

— Кажется, ты перечитала любовных романов, — с нервным смешком отвожу взгляд.

— Пфф, они вообще меня не интересовали никогда, — закатывает глаза Наташа, которая и вправду всегда скорее панкухой себя чувствовала, чем девочкой-припевочкой. — Я тебе про реальную жизнь говорю. К тому же, я видела вас вместе. Ну, когда к тебе в офис заходила с работы забрать. И там офигеть как заметно по взгляду, что готов.

— Он в целом по делу придирается, — зачем-то всё ещё пытаюсь спорить, раскусывая многострадальную печеньку, которую всё это время то сжимала, то клала обратно, что чуть не роняла.

— Потому что не мудак, — усмехается Наташа. — Да и о твоём будущем заодно печётся. Не только по просьбе отца, кстати. Не удивлюсь, если этот Пашка вбил себе в голову, что к тебе вообще не должен приближаться, хотя по факту тебе восемнадцать уже есть.

Мне вдруг вспоминаются его сегодняшние слова, что, возможно, когда-нибудь я узнаю, почему не женат.

Боже... Ну не может же быть.

Но, как назло, накрывает всё тем же волнением, которое я испытала тогда, в кабинете, после его взглядов и вкрадчивых многозначительных слов. Именно в тот момент, сама того не сознавая, я впервые видела в Павле мужчину.

Ну, не считая того, что с самого начала, чисто по-эстетски, отметила его редкую привлекательность. Брюнет с атлетическим телосложением и выразительными глазами. Губами, кстати, тоже...

— Я не верю, — вопреки всем этим мыслям, зачем-то возражаю.

— Проверь, — хмыкает Наташа. — Будешь знать наверняка. И выявишь ситуацию, как есть. А значит, дальше уже в ясность пойдёте, без этого напряжения.

— Как-то не тянет меня проверять, — хмурюсь, боясь даже представить, как я могла бы это сделать... И что при этом узнать.

Наташа окидывает меня задумчивым взглядом, в свою очередь потянувшись к печеньке.

— А почему? Не рассматривала варианта лишиться девственности с ним? Опытный мужчина, к тому же...

— Конечно же нет, — резко перебиваю. И сама слышу, что как-то даже зло, хотя Наташа не заслужила такой тон.

Впрочем, не злится — только ухмыляется.

— Странно. Вообще-то он красавчик. Прям на редкость.

— Кому как, — бурчу.

Хотя и сама понимаю, что глупо. Наташа ведь по факту говорит, если объективно. Не понимаю, в чём для меня сейчас проблема это признать.

— Ну что ж, — Наташа задумчиво цокает языком. — По поводу девственности сама решай, к тому же, мне не кажется, что ты отделаешься только этим, если что. А вот проверить его стоит. Наконец снимешь это напряжение между вами. Либо отошьёшь его так, чтобы и думать перестал; либо... — загадочно усмехается.

— Скорее всего, любая проверка просто заставит убедиться, что у тебя слишком богатая фантазия, — хмыкнув, отодвигаю от себя печеньки.

Как-то и аппетит пропадает... И вообще странное какое-то состояние. Волнительное. Взбудораженное. И в то же время неловкое. Впервые я нахожу тему, которую мне не по себе обсуждать с Наташей.

Я слишком привыкла, что Павел — просто папин друг...

— Можем даже поспорить, чтобы наверняка, — предвкушающе настукивает какую-то мелодию пальцами по столу Наташа. Ещё и заговорщически улыбается мне. — Кто проиграет, тот весь месяц оплачивает нам все посиделки в рестиках, походы в кино и всякое-такое прочее.

Хм, а она прям уверена, как я посмотрю. Из нас двоих оплачивать всё будет проще мне. Да, отец урезал мне сумму на траты каждый месяц, но всё равно до сих пор что-то даёт. Да и на работе этой платят хорошо. А Наташа играет в своей рок-группе с переменным успехом. Большие стадионы пока не собирают. Бывают периоды, когда вообще почти без денег на месяц.

Что-то во мне зажигается азартом и любопытством. А что если я и вправду так сильно нравлюсь Павлу? Что если этот холодный властный и суровый с виду мужчина может быть совсем... другим? Именно со мной?

Жаждущим. Даже нуждающимся. Если я вскрою это в нём, дам понять, что вижу... Власть перейдёт ко мне в руки? Или как тогда поведёт себя Павел?

Может, он будет добиваться меня?..

Эта мысль неожиданно кажется такой заманчивой, что я непроизвольно расплываюсь в улыбке. А почему бы не воспринять это всё как способ отыграться на нём за все испытания, которым меня повергал? Там один отчёт чего стоит. Я ооочень долго искала эти долбанные четыре ошибки, а оказалось, что их и нет. Это он меня так типа проверял. Поверю ли я ему на слово или буду отстаивать своё.

Как вспомню об этом — так всё. Решимость зашкаливает, а смущение отходит на задний план. Сами нарвались, Павел Константинович.

— Хорошо, — протягиваю руку Наташе. — Спорим.

И, пожалуй, я даже не буду против, если она окажется права. И если по итогу я буду месяц за неё везде платить — это того стоит. Даже не думала, что воодушевлюсь от возможности увидеть босса поверженным.

— Воу, — сияет Наташа. — Узнаю мою Арину.

Пожимаем друг другу руки, разбиваем. Ну всё, обратного пути нет... Тут волнение снова немного даёт о себе знать — а что, если нам всё-таки показалось? Не буду выглядеть глупо со всеми этими проверками?

С другой стороны, Павел обращается со мной так, будто я нон-стопом для него неразумный ребёнок, что бы ни делала. Так что пофиг, что он там подумает, если что. Бесит уже.

— Только как мне это проверить?

— Создавай провокационные ситуации, — с удовольствием подкидывает идеи Наташа. — Становись в разные позы, когда будешь приносить ему бумаги для подписи или типа того. Задерживай на нём взгляд, облизывай губы. Можешь там что-то лишнее ляпнуть, как бы случайно проговориться. И свою фотку откровенную можешь типа маркетологу отправить, но попутать и отправить в итоге боссу. Ну что там тебя учить, уверена, ты и сама понимаешь.

— Наверное, — задумчиво проговариваю.

Ладно... Лучше всё-таки сделать это — заодно, может, не просто спор выиграю; но и получу козырь. Будет у меня рычажок давления над боссом — вряд ли захочет, чтобы папа знал о его желаниях. Полояльнее будет.

— Кстати, если ты в итоге не проверишь его — это будет засчитано как моя победа, — словно читает мои мысли Наташа, окончательно закрыв мне дорогу обратно.

Глава 2. Арина

Вообще я уже должна вовсю испытывать Павла, да и Наташа ждёт результата. Да, поверит мне на слово — но я не собираюсь врать. Я действительно должна это сделать.

Вот только любое возможное действие, которое только приходит в голову, дурацким кажется. Когда рядом нет подруги с её уверенностью и идеями, начинаю сомневаться.

Ещё и одета я... Не как обычно. Юбка выше колен, пусть и ненамного, но хорошо открывает ноги. Блузка прилегает к телу, подчёркивая формы...

Обычно я носила брючный костюм. Или деловое куда более закрытое платье.

Но, к счастью, маркетолог воспринимает мой новый образ на мой счёт. Мне так даже лучше — его реакция придаёт уверенности, а заодно даёт мне возможность потренироваться на Платоне в своих чарах. Улыбаюсь ему, глазки строю, показательно смущаюсь в ответ на комплименты.

Заодно, кстати, уже начинаю ту самую проверку. Снова ли Павел заметит моё общение с Платоном? Проявит ли ревность? Периодически он ведь проходит мимо, сосредоточенный такой. Молчаливый.

Как будто случилось что-то... Непривычно, что босс не вмешивается ни во что.

Так, стоп... Мне не должно быть — да, собственно, и нет! — дела до того, что там происходит у Павла Константиновича. Это не отменяет наших с Наташкой планов.

А потому, когда наступает время отнести к нему в кабинет договор на подпись; я расправляю плечи и настраиваюсь. Сейчас... Главное — только начать, и дальше как по накатанной. Можно даже представить, что передо мной Платон. С ним ведь легко быть нарочито соблазнительной.

Плавной походкой иду к кабинету Павла Константиновича. У двери торможу, размышляя, постучать или нет. Может, побыть ещё и дерзкой? Прощупать границы дозволенного?

Я как-то слишком привыкла слушаться босса. Очень уж он... Воздействует. Но если Наташа права, то определённо стоит посмотреть, что мне будет за чуть большее своеволие, чем обычно себе позволяю.

Главное — не переборщить...

Но именно с этой мыслью я сразу открываю дверь в кабинет босса, без привычного стука. Ещё и уверенно прохожу, когда поднимает на меня взгляд, отрываясь от ноутбука.

Правда, смотрит холодно и отстранённо. А ещё сурово. Да так, что чуть не спотыкаюсь на месте.

— Надо стучать, — чеканит так, что я чуть было не начинаю автоматом лепить оправдания.

Но вместо этого поднимаю подбородок и всё той же кошачьей походкой направляюсь к боссу, ещё и глядя ему прямо в глаза.

— Договор по проекту «Восток», — в моём голосе чуть мурлычущие нотки. — А что надо стучаться, так я забыла. Вы же меня простите?

Кажется, я на себе улавливаю напряжение, исходящее от Павла. Но продолжаю действовать... Специально чуть выгибаюсь, когда кладу договор перед ним. Наклоняюсь так, чтобы декольте обнажало больше груди.

Взгляд босса довольно быстро скользит по моему телу. Не задерживаясь. От этого чуть колет дурацким разочарованием.

Так, стоп. Выдержка Павла ничего не значит.

Кстати, странно, что он мне так ничего и не отвечает на мой чуть ли не игривый вопрос. Изучает договор, кивает чему-то и ставит подпись.

И только я уже думаю, что он безнадёжный задрот по работе; как вдруг откидывается на кресле и гораздо медленнее и пристальнее ведёт по мне взглядом. Аж выпрямляюсь — хоть и делаю это изящно.

— С каких это пор у тебя поменялся стиль? — спрашивает Павел с лёгкой насмешкой.

Кровь приливает к щекам. Почему-то от этого его вопроса ощущение, что я чуть ли не голая стою тут перед ним.

— Насколько я помню, у нас нет дресс-кода, а значит, мой стиль — не ваше дело, — при этом умудряюсь уверенно выдать.

И даже взгляд босса мне в глаза выдержать, что очень уж непросто сейчас. Кажется, с каждым новым вдохом обстановка всё больше накаляется — и это при видимой сдержанности Павла.

— А чьё? Платона? — бросает небрежно.

И при этом протягивает мне договор обратно. Принимаю, чувствуя мимолётное соприкосновение наших пальцев. В висках неожиданно стучит от волнения.

— Только моё, — понятия не имею, каким образом умудряюсь сохранить внешнюю уверенность.

— Предположим, — припечатывает меня неожиданно суровым голосом босса. — Но если ты своим внешним видом будешь отвлекать сотрудников от работы, я буду вынужден пересмотреть решение об отсутствии дресс-кода.

Сама себя не узнаю, но усмехаюсь довольно нагло. Правда, всё-таки не решаюсь подколоть Павла о том, что мой внешний вид тут больше всего волнует только его. И что это у него вообще есть мысли о том, что моя одежда способна отвлечь от работы...

Наверное, это всё-таки слишком уж самонадеянно. Поэтому я говорю другое:

— Введёте персональный для меня?

Сама не знаю, какого чёрта в моём голосе звучат провокационные нотки. Не собиралась их впускать.

А босс... Ни один мускул на лице не дрогнул, притом, что так и не отводит от меня взгляд. Привычная невозмутимость.

Это ж какие проверки ему надо устраивать, чтобы хоть чуть-чуть проявился?

— Если понадобится — да, — строго говорит. Словно и не заметив моего тона.

А может, и вправду не заметил...

Подогреваемая внезапным азартом, иду ва-банк:

— И в чём бы вы хотели меня видеть? — снижаю голос, намеренно дразнясь, но...

Выдерживать взгляд его тёмных глаз становится сложнее. А ещё по коже гоняет жар. Я словно вступаю в опасную и запретную территорию.

Павел издаёт едва слышный вздох. И... Сам отводит взгляд. На что моё сердце тут же пропускает удар.

Я и хочу, чтобы он выдал себя более явно и... Как будто даже боюсь.

— Я пока ещё не принял решение насчёт дресс-кода, — сухо выдавливает босс. А потом снова утыкается в свой ноутбук. — Ты, кстати, свободна.

Это что же... Всё?

Нет, меня это не устраивает. Какое-то женское вдруг проснувшееся чутьё говорит мне, что если Павла и можно дожать, то именно сейчас. Я уже выдала максимум своих провокаций. И даже если смогу развивать их и дальше, в следующий раз босс наверняка уже не даст слабину. А сейчас я его как минимум в озадаченность привела.

Только вот как продолжать?..

— Что-то ещё? — бросает босс, не прерываясь от своей какой-то суперважной работы.

— Да... — вздыхаю.

Потянуть бы время, пока мне не придёт в голову что-то совсем уж вышибающее его. Лишающее какого-либо шанса сопротивляться желаниям — если, конечно, они у Павла есть на самом деле.

— Я тебя слушаю, — он всё-таки отрывается от дел.

Чувствую, как учащается сердцебиение. Придумывать что-то нормальное под этим его взглядом — задача практически нереальная. В голову лезет только совсем уж дерзкое и смелое, что даже глупое.

А больше, блин, ничего...

— Я хотела уточнить у вас кое-что, — выдавливаю как можно увереннее.

Тяну время. А Павел сдержанно кивает. В его пристально сканирующих меня глазах ни тени какой-либо невозмутимости. И, блин, так хочется выбить его из этого состояния! Что собственная «слишком уж» идея не кажется такой дурацкой.

— Мне отсосать Платону? — выпаливаю то самое слово, которое можно выдать за «послышалось».

И которое должно — ну просто обязано! — спровоцировать реакцию у неравнодушного мужчины. Да даже, блин, и у незаинтересованного тоже. Как минимум, вышибить почву из-под ног нежданчиком.

И таки да. Это срабатывает. Взгляд Павла меняется. Темнеет так сильно, что мне даже не по себе. А ещё босс, кажется, даже не моргает.

У меня в сердце ёкает. Пора бежать?..

— Что ты сказала? — уточняет он вроде бы спокойным тоном, но смотрит прямо-таки не мигая. Прожигая этим своим взглядом.

Желание попятиться к двери становится прямо-таки непреодолимым. Но непонятным образом всё-таки держусь.

— Я уточняла: отослать ли мне Платону? — невинно хлопая глазками, уточняю, будто ничего такого и не произошло. — Ну, договор с подписью в смысле. Он же маркетолог. Должен посмотреть и оценить расценки на маркетинг.

Босс ухмыляется, как-то иначе водя мне по телу взглядом. Аж жарко вдруг становится. Павел уже и близко не похож на привычно сдержанного.

Ясно вижу в его глазах тот самый мужской интерес, который пыталась вызвать. И ещё какой! Я едва на месте стою, как пришибленная настолько сильными изменениями в его взгляде. Опаляющими враз.

Павел медленно встаёт, обходя стол. И продолжая смотреть на меня.

А мне остаётся только офигевать от своих внутренних резервов на то, чтобы держать лицо и казаться уверенной в ситуации, в которой разве что поджилки не трясутся. Держусь только на том, что Павел и сам явно растерян. Не припомню, чтобы когда-либо делал такие паузы в диалоге.

Останавливается напротив меня. Довольно близко.

— Платону ничего делать не надо. Только мне.