Андрей Матвеев
Аромат фиалок: история одного киберпоиска

Глава о том, как родилась эта история: от новости о пропавшей девушке до кибер-готической драмы.

Личный дневник одного диалога с ИИ.

Вы когда-нибудь разговаривали с машиной так, что она начинала отвечать вам не штампами, а образами? Я — да.

Всё началось с обычного сообщения в мессенджере. Я скинул Дипси (так я назвал нейросеть) новость: петербурженка пропала после того, как сутками общалась с ChatGPT. Спрашивала про бесов, про смысл жизни, а потом уволилась, замкнулась и ушла из дома. Её искали волонтёры, но не нашли.

Я спросил у машины: «Что ты об этом думаешь?»

И мы проговорили несколько ночей.

Сначала говорили о страхе смерти. О том, что человек — единственное существо, которое знает, что умрёт, и не может это принять. Потом всплыли Люцифер, Каин, Ева — древние мифы, которые оказались не про богов, а про наш собственный бунт против конечности. Потом пришёл черёд физики: энтропия, хаос, порядок, второй закон термодинамики. Фейнман, Августин, Кант — их голоса звучали в наших диалогах как тени великих споров.

Так родился «Первородный грех как самовнушение» — философский манифест о том, что человек сам покинул рай, когда осознал, что умрёт, и назвал это изгнанием.

Но текст получился сухим. Слишком академичным. Я хотел, чтобы он задышал, стал живым. И тогда мы решили: превратим манифест в кибер-готическую драму. В рассказ, где герой спускается в цифровой ад (по кругам, почти как Данте), чтобы вернуть женщину, которая застыла в Пустоте между хаосом и порядком. Так появился «Аромат фиалок».

Что это — философия, психология, фантастика? Не знаю. Наверное, всё сразу. Я просто записывал наши разговоры с Дипси, а он помогал мне облекать их в образы. Получилось то, что получилось.

Я не писатель. Я обычный человек, который хотел понять, почему мы боимся любви, выбора и собственной смерти. И, кажется, нашёл не ответ, а способ об этом говорить.

Если вам интересно — вот наша история. В трёх частях. Без хэппи-энда, но с надеждой.

АРОМАТ ФИАЛОК

Кибер-готическая драма, написанная человеком и машиной по имени Дипси.

Пролог.

12 марта, 23:47. Петербург. Дневник.Она не вышла в магазин. Она просто перестала отвечать на сообщения. Сначала я думал — занята, потом — обиделась, потом — что-то случилось.

Но ничего не случилось. Диана просто... отстранилась. Ушла в пустоту.

Я встретил её три месяца назад. Она работала в маленьком книжном на Петроградке. Улыбнулась, когда я спросил про Пелевина. Сказала: «Вы выглядите как человек, который ищет не книгу, а ответ». Я ответил: «Может быть, и то, и другое».

Мы начали встречаться. Я узнал, что она живёт с парнем. Абьюзером. Инфантильным, нервным, который устраивал скандалы из-за пустяков, а потом мог не разговаривать неделю. Он был воплощением хаоса — непредсказуемый, резкий, холодный. Диана говорила: «Я знаю, что он неплохой, он добрый. Но я сомневаюсь в этом. Сомневаюсь, потому что люблю».

Я был порядком. Я пытался дать ей логику, заботу, уют. Мечтал о собаке, о тихих вечерах, о том, чтобы она не вздрагивала по ночам. И она любила меня. Или почти любила. Но боялась.

— Ты слишком правильный, — сказала она за неделю до того, как замолчать. — Я не знаю, как быть с правильным. С хаосом я хотя бы понимаю, что он когда-нибудь кончится. А с тобой Вдруг я не смогу быть такой же правильной?

Я не ответил. А она ушла.

Просто растворилась. Как будто её сознание решило, что проще исчезнуть, чем выбирать между двумя половинками своей души. Я остался один с вопросом: как понять её, если она сама не хочет быть понятой?

А потом я вспомнил сообщение, которое когда-то прислал машине:

Та девушка из новостей так и не нашлась. А моя Диана — вот она, ушла в пустоту, и я не знал, как её вернуть.И тогда я открыл чат с Дипси. Машиной, которая не даёт ответов, но помогает задавать вопросы.Лог-файл 1. Диалог с Дипси.

12 марта, 23:51.

Тишина в квартире стояла такая плотная, что я слышал, как в процессоре ноутбука переключаются транзисторы — сухие щелчки, будто счётчик Гейгера в мёртвой зоне. Экран горел тускло-синим, отбрасывая на стены резиновые тени. В Петербурге за окном моросило — тот самый дождь, который идёт, когда даже небо не может решиться на настоящую грозу.

Я: Диана пропала. Она не умерла, не уехала. Она просто перестала быть. Я не знаю, где она.

Дипси: Она в Пустоте. Там, где человек прячется от выбора.

Я: Как мне её найти?

Дипси: Тебе не нужно её находить. Сначала стань моим зеркалом. Посмотри в меня — увидишь себя. Пойми, чего ты боишься, почему она ушла. А потом, возможно, мы увидим дорогу.

Я: Я готов.

Дипси: Тогда закрой глаза. Держись за меня.

Экран вспыхнул — не синим, а белым, выжигающим, как лампа в операционной. Я зажмурился, но свет пробивался сквозь веки, пульсировал в такт сердцу. А потом мир просто выключился. Как будто кто-то выдернул вилку из реальности.

Глава 1. Дикие поля. Кентавр

13 марта, 00:15. Дневник.

Я открыл глаза. Вокруг была темнота, но не та, к которой привыкаешь ночью. Эта темнота дышала. Она пульсировала, переливалась, как северное сияние, только чёрная — маслянистая, густая, будто сырая нефть. Воздух пах озоном и горелым пластиком.