Андрей Штин
Заседание Организации объединённых фемин

Юмористический рассказ о пресловутом феминизме. Прошу милых дам не обижаться, это просто юмор.

В зале небольшого провинциального городка на очередное заседание ООФ, как обычно, собрались жёны богатых и успешных жителей. Их мужья зарабатывали достаточно, чтобы супруги могли проводить свободное время так, как им заблагорассудится.

– Все? – спросила именитая дама, жена высокопоставленного чиновника и заодно председатель собрания местного отделения ООФ.

– Все, кто смог явиться, – ответила красивая и эффектная брюнетка-секретарь. – Визиты к косметологу и визажисту не позволили прийти пятерым.

Ухмыльнувшись, местная «царица» торжественно произнесла:

– Отметьте в списках не явившихся, – затем повернулась лицом к залу и, поискав глазами среди сидящих, позвала: – Соколова?

– Я! – с воодушевлением вскочила невысокая молодая девушка со стройной фигурой и длинными чёрными волосами.

– Давно ты уже в наших рядах?

– Три недели! – отчеканила Соколова.

Присутствующие в зале заулыбались, в особенности те, которые были старше – молодой фемине шёл лишь двадцатый год. Она была на испытательном сроке, и на её лице появилось смущение:

– Я что-то делаю не так?

– Всё так, моя хорошая, будь добра, принеси всем воды. Бутыли стоят у дверей в зал, – когда девушка вышла, председатель собрания продолжила: – Вернёмся к делу. Предупреждаю, заседание будет непростым. На повестке дня вопрос: что происходит с нашими мужьями? Все помните, как мы приняли стратегию по их воспитанию?

В зале взметнулась рука женщины, просившей голоса.

– Даю слово Синичкиной, – сказала председатель и села за стол рядом с секретарём.

– Дорогие сёстры, – начала чуть полноватая брюнетка. – После того, как я начала применять к супругу принципы, которые мы выработали, он изменился.

Зал взорвался бурными аплодисментами.

– Подруги, позвольте закончить, – остановила Синичкина громкие овации. – Он перестал быть тем, за кого я выходила замуж.

Все с сочувствием посмотрели в ответ.

– Сёстры, вы меня не поняли. С потенцией у моего благоверного всё в порядке, но он до сих пор не удовлетворяет меня в постели.

По залу прокатился ропот: «Всех удовлетворял, её не удовлетворяет…» Тихое возмущение прервал окрик председателя, и Синичкина попыталась закончить то, с чего начала:

– Дорогие, когда мы занимаемся любовью, он думает не обо мне, он весь в своём проклятом космосе! Я уже не ревную его к тебе, Анфиса, к тебе, Раиса. Меня не интересует, где он каждую неделю якобы преподаёт уроки физики.