Анастасия Радзиевская
Голодомор и сияние Том четвертый

Пролог

Рувим очень боялся встречи с членами секты. Но и готовился поэтому особенно тщательно. Помимо стандартного раскладного ножа и кинжала он взял у аптекаря ещё ампулу с ядом. На ухо себе повесил прослушивающее устройство. Обратная связь устройства была у капитана полиции. Этот капитан очень доверял Рувиму. И действительно считал, что уничтожение секты - это очень смелый, но нужный и весьма полезный шаг к справедливому обществу. Если что-то пойдет не по плану, на место приедет отряд полиции. Но Рувим надеялся, что их помощь вряд понадобится. Тем более, помощь может оказаться не совсем безвозмездной.

Рувим очень переживал, что будет дальше. Но по сути, терять ему было особо нечего. Все хорошее для него осталось в прошлом. А в будущем он видел лишь возможность сделать этот мир хорошим для всех окружающих его людей. Страх не довлел над ним. Однако он боялся. Но не смерти, а собственной ошибки. Боялся опять сделать неправильный ход и подвести других.

Глава 1

Он выдвинулся после заката. Времени на раздумья он себе решил не давать. Если он начнет думать, насколько это опасная идея - соваться к религиозным фанатикам, о которых он почти ничего не знает, то опять передумает туда идти. Единственное, что подстегивает его идти дальше по этому пути - это желание отомстить. Подстегивает жестко и больно, как кнутом. Каждый свой шаг он будет продумывать, когда окажется на месте. Здесь, в этот момент его жизни, ошибкам точно не место. Все ему доверяют сейчас. Он шёл к убежищу, и про себя читал молитвы, которым его учили в детстве. Надеюсь, они ему помогут, если ситуация зайдет в тупик. Ну или пронырливые и хитрые фанатики догадается, где у него спрятан навигатор. Но хотелось бы надеяться, что они будут благожелательно настроены. Хотя бы первое время.

Глава 2

Тем не менее, на прежнем месте адептов не оказалось. Дом пустовал, как пустовал и подвал дома. Во всем доме не было ни малейших признаков жизни. Даже обоев не было и мебели. Как будто бы здесь никто никогда не жил. И даже мимо не проходил, чтобы заглянуть.

Рувим бессмысленно осматривал стены глазами. И, когда он уже потерял надежду, его взгляд зацепился за неровность. И действительно, кирпич можно было сдвинуть. Внутри лежала записка. В ней был указан адрес. Но Рувиму был незнаком адрес. Благо, снизу была приписка.