Татьяна Кузнецова
Путешествие Луны к звезде

Автор:Кузнецова Татьяна

Путешествие к звезде

Глава 1.

Маленький домик на холме всегда казался Луне слишком тесным. Пока другие дети играли в прятки в высокой траве, Луна смотрела вверх,на небо.

В её альбоме жили чертежи. Сначала ракета была похожа на неуклюжую морковку, потом на перевёрнутый табурет, и наконец — на тонкую серебряную иглу, готовую прошить небо.

— Это невозможно, — качали головами взрослые.

Когда первое испытание закончилось грохотом и облаком пыли, ракета замерла на траве грудой бесполезного железа. Даже мама, чья вера всегда была крепче стали, тихо присела рядом:

— Милая… может быть, небо просто слишком высокое? Может быть, не надо?

Луна не ответила.

Глава 2.

Луна заперлась в комнате, и её слёзы капали прямо на чертежи, размывая звёзды, которые она так старательно рисовала. В ту ночь ей казалось, что мир взрослых прав: мечты — это просто картинки, которые рвутся, если их потрогать.

Из лунного света и пыли в углу комнаты соткалась фигура. Это был Ключник — странник из Страны забытых мечт. Он не стал утешать Луну, он просто положил на край её кровати три камня.

— Ты почти сдалась, — его голос звучал как шорох старых страниц. — Но мечта не умирает сама. Её убивает бездействие и страх. Возьми это.

Он протянул ей три камня-напоминания:

Камень Упорства: он теплеет, когда твои руки опускаются.

Камень Смелости: он не прогоняет страх, он учит идти вместе с ним.

Камень Цели: он светит только тогда, когда ты смотришь вперёд.

— Лети, Луна, — сказал Ключник. — У тебя всё получится, потому что того, кто отказался от своей мечты, будет преследовать тень сожаления всю жизнь.

Глава 3.

Всю ночь Луна не спала. Она сидела на полу среди старых чертежей, сжимая в ладонях три камня-напоминания. Камень Упорства тихо грел пальцы. Камень Смелости чуть покалывал кожу — словно спрашивал: «Ну что, идёшь?» А Камень Цели… он слабо светился каждый раз, когда Луна смотрела на окно, за которым висела самая яркая звезда.

На рассвете она вышла во двор.

Разбитая ракета всё ещё лежала на траве — груда помятого железа, лопнувших трубок и съехавших набок крыльев. Соседи уже не шептались. Они просто проходили мимо, качая головами.