Алевтина Незабудкина
Между прошлым и любовью

Глава 1. «Случайность или судьба?»

Марина не хотела идти на этот день рождения. Совсем не хотела. Но Дима, виновник торжества трижды позвонил, написал пять сообщений и даже прислал фото торта с подписью: «Он ждёт тебя, Марина. Как и я».

Чувство вины и долга перед Димой перемешались в ней и вынудили все-таки собраться на этот праздник. Она хорошо относилась к Диме, ведь он был мужем ее лучшей подруги Лены. Но также он был другом и ее бывшего, Андрея, о котором она старалась не вспоминать последние пять лет. Старалась, но не всегда успешно. И Дима, хоть был и не при чем во всей этой истории, одним только видом напоминал ей о несостоявшемся счастье. К тому же, посещение этого мероприятия создавало угрозу встречи с Андреем.

После разрыва Марина сознательно выстроила жизнь, где не было места болезненным воспоминаниям и рискованным экспериментам. Она жила одна в уютной квартире на пятом этаже старого дома у парка — с видом на клёны, которые осенью становились огненно-рыжими. Это был её личный остров стабильности: полки с книгами, аккуратно расставленными по алфавиту, чашка любимого зелёного чая по утрам и еженедельные вечера с сериалами.

Работа редактора в издательстве стала для неё не просто профессией, а настоящей отдушиной. Марина обожала копаться в текстах, чувствовать, как из разрозненных строк рождается история, помогать авторам раскрывать потенциал их произведений. Сейчас она как раз готовилась к выпуску дебютного романа молодой писательницы — выверяла каждую запятую, обсуждала с дизайнером обложку, продумывала маркетинговую стратегию. Дни были заполнены до отказа: встречи, правки, переговоры, — и именно поэтому Марина ценила своё одиночество. Оно давало ей возможность выдохнуть, перезагрузиться, остаться наедине с собой без необходимости оправдываться или что-то объяснять.

Предательство Андрея пять лет назад стало для неё тяжёлым уроком. Тогда она поняла: лучше быть одной, чем постоянно ждать удара в спину. С тех пор Марина сознательно избегала серьёзных отношений. Пару раз ходила на свидания, которые организовывала Лена, но быстро понимала — это не то. Не те глаза, не тот смех, не та глубина.

Зал ресторана встретил её приглушённым светом и мягким гулом голосов. Тёплые оттенки дерева на стенах, большие зеркала в позолоченных рамах, живые орхидеи в высоких вазах — всё создавало атмосферу уютного праздника. У окна расположилась группа гостей: кто-то оживлённо жестикулировал, рассказывая историю, кто-то смеялся, поднимая бокалы. В углу играл небольшой джаз-бэнд — негромко, чтобы не мешать разговорам.

Марина окинула взглядом помещение, ища Лену. Взгляд сразу зацепился за знакомые силуэты: подруга махала ей с дивана у окна, ее муж что-то оживлённо рассказывал группе гостей, а рядом…

Сердце кольнуло... Андрей…

Он стоял у бара, в своём неизменном тёмно-сером пиджаке, который так шёл к его глазам. Рука машинально поправила волосы — старая привычка, когда он нервничал. Марина замерла. Пять лет. Пять долгих лет с их последнего разговора.

Андрей почувствовал её взгляд раньше, чем увидел. Развернулся — и на мгновение весь мир сузился до этой точки: её глаза, чуть расширенные от неожиданности, губы, которые она машинально поджала, пряча волнение. Он улыбнулся — не широкой, самоуверенной улыбкой, а какой-то робкой, почти детской.

— Привет, — сказал он, подходя ближе. Голос чуть дрогнул.

— Привет, — Марина постаралась, чтобы это прозвучало нейтрально. Получилось не очень.

На секунду повисла неловкая пауза. Где-то за спиной Лена громко рассмеялась, Дима хлопнул кого-то по плечу, музыка играла что-то знакомое, но неуловимо чужое.

— Ты… хорошо выглядишь, — Андрей сделал ещё шаг вперёд. — Очень.

Марина фыркнула — не зло, а скорее удивлённо:

— Спасибо. Ты тоже не рассыпался.

— Да, работа, знаешь ли, не даёт расслабиться, — Андрей провёл рукой по пиджаку. — Сейчас такой проект запустили — дом на набережной, с панорамными окнами. Сроки жёсткие, заказчик придирчивый, но… в этом есть свой драйв.

— Звучит интересно, — Марина кивнула. — У нас тоже аврал: готовим дебютный роман, автор молодая, талантливая, но очень тревожная. Постоянно звонит с вопросами, даже ночью.

— Понимаю, — Андрей усмехнулся. — Архитекторы тоже порой как дети: «А вот тут я хочу башню квадратную».

— И вы строите? — Марина невольно улыбнулась.

— Иногда приходится, — он развёл руками. — Творчество, что поделать.

Разговор стих так же внезапно, как начался. Они стояли и смотрели друг на друга, а между ними повисло тяжёлое, ощутимое неловкое молчание. В нём смешались годы разлуки, невысказанные слова, старые обиды и — едва уловимо — то самое притяжение, которое когда-то свело их вместе.

— Помнишь, как мы здесь были в прошлый раз? — Андрей кивнул в сторону танцпола. — Ты тогда отказалась танцевать под «I Will Survive», сказала, что это песня для тех, кто ещё не пережил драму. А я тебя всё равно вытащил.

— И ты наступил мне на ногу три раза, — она невольно улыбнулась.

— Зато потом мы пили кофе в той кофейне у твоего дома и спорили о Хемингуэе. Ты утверждала, что «Праздник, который всегда с тобой» — это про одиночество, а я — что про радость.

Марина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она действительно сохранила ту книгу — она до сих пор стояла на полке, чуть потрёпанная, с закладкой на 87 й странице.

— Кофе там всё ещё хороший, — сказала она, сама не зная, зачем это говорит.

В этот момент к ним подскочила Лена:

— Марин, ты где пропадала? — она окинула их оценивающим взглядом. — Что, уже делите имущество или пока вспоминаете, кто кому больше должен?

Марина закатила глаза:

— Лен, ну серьёзно?

— Что? Я просто создаю непринуждённую атмосферу! — подруга подмигнула Андрею.

Андрей рассмеялся, и Марина поймала себя на мысли, что скучала по этому звуку — низкому, искреннему, без фальшивой бравады.

— Я могу принести тебе коктейль, — предложил он Марине. — Тот, что ты любила. Мартини с лаймом.

— Ты помнишь? — вырвалось у неё.

— Конечно, помню, — он улыбнулся чуть шире. — Я многое помню.

— Спасибо, но не стоит, — Марина мягко улыбнулась и повернулась к Лене. Кстати, ты вчера так и не прислала те фотографии с презентации издательства. Я обещала автору их показать, он очень ждёт.

— Ой, точно! — Лена хлопнула себя по лбу. — Совсем вылетело из головы. Сейчас, секунду… — она принялась рыться в телефоне, пролистывая папки. — Вот, нашла! Отправляю.

Марина достала свой телефон — на экране высветилось входящее сообщение с несколькими файлами. Она быстро пролистала снимки.

— Отлично, спасибо. Выглядят здорово, автор будет в восторге.

— Рада помочь, — Лена подмигнула. — А знаешь, что ещё будет здорово?

Марина насторожилась — она слишком хорошо знала этот тон подруги.

— Лен, не надо…

— Да послушай! — Лена понизила голос, но энтузиазма не убавила. — Я тут приготовила тебе Максима, он потрясающий: успешный, воспитанный, без тёмного прошлого и, что самое главное, он — не Андрей.

Марина вздохнула:

— Лен, я ценю твои старания, правда. Но я не в настроении знакомиться с кем-то. Особенно когда меня буквально подталкивают.

— Ну Марин, один разговор! Просто пообщайся с ним пять минут, как с обычным человеком. Он правда классный — работает в PR, недавно запустил кампанию для эко бренда, очень увлечённый…

Лена буквально развернула Марину в сторону мужчины, который стоял неподалёку, беседуя с парой гостей. Максим оказался высоким мужчиной с ухоженной бородой и в идеально сидящем костюме. Он вежливо улыбнулся, когда Лена энергично подвела к нему Марину.

— Макс, это Марина, лучшая подруга моей жизни и просто гений редактуры. Марина, это Максим, наш новый клиент из PR агентства.

Максим вежливо пожал Марине руку и начал рассказывать о продвижении эко бренда.

Марина кивала, вежливо беседовала и улыбалась, но мыслями то и дело возвращалась к Андрею. Краем глаза она замечала, как он отошёл к группе друзей Димы, что-то обсуждает, смеётся, но время от времени бросает взгляд в её сторону.

И каждый раз, когда их глаза случайно встречались, внутри у Марины что-то ёкало, будто время на мгновение замирало. В эти секунды весь зал словно растворялся, оставались только они двое и что-то неуловимое, почти забытое, но всё ещё живое между ними.

Максим говорил что-то про социальные сети и вовлечённость аудитории, но Марина едва ли слышала его. Она извинилась, сказав, что хочет взять кусочек торта, и отошла к столу с угощениями.

Там, разглядывая десерты, она почувствовала, как кто-то встал рядом.

— Тоже не фанат эко маркетинга? — тихо спросил Андрей.

Марина невольно рассмеялась:

— Не в этом дело. Просто…

— Просто не тот человек, — закончил он за неё.

Она подняла глаза и встретила его взгляд — серьёзный, внимательный, без тени насмешки. В этот момент оркестр заиграл знакомую мелодию, и Андрей протянул руку:

— Может, всё-таки потанцуем? Хотя бы один танец. Как тогда.

Марина помедлила мгновение, потом вложила свою ладонь в его.

— Ладно. Один танец.

Они вышли на танцпол, и когда Андрей обнял её за талию, а её рука легла ему на плечо, Марина вдруг поняла: как бы она ни старалась, эти пять лет не стёрли того, что было между ними. Что-то всё ещё связывало их — не обида, не привычка, а что-то более глубокое и настоящее.

Но тут в памяти всплыло: тот вечер, когда она узнала правду. Андрей даже не попытался извиниться — просто стоял и смотрел на нее, такой самоуверенный, равнодушный. Боль, которую она тогда испытала, была такой острой, что дышать стало трудно.

Марина замерла в танце. Контраст между тем Андреем — жестоким, равнодушным — и этим, внимательным и почти робким, ударил по нервам. Да, он сейчас другой: смотрит иначе, говорит мягче, но… разве можно стереть то, что уже случилось?

Она резко отстранилась, опустила руку с его плеча и сделала шаг назад.

— Прости, — голос чуть дрогнул, но она взяла себя в руки. — Я не могу.

Андрей растерялся:

— Марина, что случилось? Мы же просто…

— Всё в порядке, — она натянуто улыбнулась, стараясь не смотреть ему в глаза. — Просто я… мне нужно домой. Уже поздно.

Быстро поправив жакет, она огляделась в поисках Лены, но подруги нигде не было видно — вероятно, та увлеклась разговором с кем-то из гостей. Марина поправила волосы, глубоко вздохнула и направилась к выходу, лавируя между танцующими парами и группами беседующих гостей. Возле гардероба она торопливо взяла пальто, едва дождавшись, пока гардеробщик найдёт его. Пальцы слегка дрожали, когда она застёгивала пуговицы.

Выйдя на улицу, Марина вздрогнула — шёл дождь. Крупные капли падали на асфальт, создавая мелкую рябь в лужах. Она замерла на ступеньках ресторана, на мгновение застыв под струями воды.

Память услужливо подкинула картину: тот самый день, когда она собрала вещи и ушла от Андрея. Тогда тоже шёл дождь. Она шла по мокрому тротуару, а слёзы смешивались с каплями, стекавшими по лицу. В тот момент она поклялась себе больше никогда не позволять никому причинять ей такую боль.

Слезы навернулись на глаза, но Марина резко смахнула их тыльной стороной ладони. Нет. Больше никаких слёз из-за него.

Она подняла подбородок, расправила плечи и решительно шагнула вперёд, ступая по мокрому асфальту.

«Ни за что, — твёрдо сказала она себе. — Ни за что не позволю ещё раз предать себя. Тем более этому человеку».

Дождь продолжал лить, но она шла, не замечая его. Внутри всё ещё бушевали эмоции — притяжение, боль, сомнения, — но она усилием воли загнала их вглубь. Сейчас главное — сохранить себя. Не поддаться очарованию момента, не поверить слишком быстро.

Остановившись у обочины, Марина достала телефон, чтобы вызвать такси. Экран засветился в полутьме дождливого вечера, и она вбила адрес дома. Пока ждала машину, подняла лицо к небу — капли падали на щёки, смывая последние следы слабости.

«Я сильная, — повторила она про себя. — И я справлюсь».

Такси подъехало через пару минут. Марина села на сиденье, а в зеркале заднего вида мелькнул силуэт ресторана, из которого она только что вышла. Где-то там остался Андрей — тот, кто когда-то разбил её сердце. Пусть там и остается, в прошлом.

Глава 2. «Старые раны»

Марина проснулась от звука будильника — резкий, механический звон разорвал сон, в котором она снова танцевала с Андреем. Она резко села в постели, тяжело дыша. За окном серело раннее утро: октябрьское небо висело низко, обещая очередной хмурый день.

Комната встретила её привычной тишиной. На подоконнике — стопка книг, которые она планировала прочесть «когда-нибудь», рядом — чашка с остатками вчерашнего чая и пара ручек. Всё аккуратно, упорядоченно — как и вся её жизнь последние пять лет. Марина провела рукой по подушке, вспоминая ощущения вчерашнего вечера: тепло ладони Андрея, его взгляд, в котором впервые не было привычной самоуверенности, а что-то другое — робкое, почти уязвимое.

Она встала, накинула халат и прошла на кухню. Пока кофеварка гудела, заполняя пространство ароматом свежемолотых зёрен, Марина уставилась в окно. В голове крутились кадры вчерашнего вечера: их танец, его протянутая рука, тот момент, когда она почувствовала, что всё ещё что-то чувствует к нему.

Память унесла её в прошлое на пять лет назад. Они познакомились на вечеринке у общих друзей. Андрей тогда был в ударе: шутил, смешил всех вокруг, но когда их взгляды встретились, вдруг замолчал на полуслове и улыбнулся только ей. Через неделю он пригласил её в ту самую кофейню у её дома. Они проговорили четыре часа — о книгах, архитектуре, путешествиях, которые ещё только планировали.

Отношения развивались стремительно. Через три месяца они съехались — сначала на время, «чтобы сэкономить на аренде», а потом просто решили остаться вместе. Жили в квартире Андрея — светлой, просторной, с панорамным окном в гостиной. По выходным завтракали на балконе, строили планы. Он рисовал ей эскизы будущих зданий, она читала ему вслух отрывки из новых рукописей.

Всё было хорошо. Слишком хорошо.

А потом что-то изменилось. Андрей стал задерживаться на работе, отвечать на звонки в другой комнате, чаще встречаться с друзьями. Сначала Марина списывала это на загруженность — у него действительно был сложный проект. Но когда он начал пропадать сутками на работе, а от одежды пахло чужими духами, тревога стала невыносимой.

Подруга увидела его в ресторане с другой, прислала фото. В то время он уже взял привычку пропадать на несколько суток, ссылаясь, что его неожиданно отправили в командировку. И это при том, что она жила в его квартире.

Когда Марина спросила напрямую, Андрей не стал отпираться. Но самое обидное было, что не только не извинился, но и повел себя вызывающе. «Все правда, не нравится – вали!» - вот такая расплата была за годы отношений, любви, и ожиданий его «с работы». Ни раскаяния, ни просьбы о прощении — только жестокость и равнодушие. В тот вечер она собрала вещи. Дождь стучал в окно, как будто пытался её остановить. Но Марина знала: если останется, будет только хуже.

Сейчас, вспоминая всё это, Марина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Да, он предал её. Но вчера… Вчера он был другим. Более внимательным, более серьёзным. Не пытался очаровать всех вокруг, а смотрел только на неё. И помнил мелочи: её любимый коктейль, их споры о Хемингуэе, даже то, как она ненавидела навязчивый маркетинг.

Перед глазами всплыли хорошие моменты: как он учил её различать архитектурные стили во время прогулок, как они смеялись над глупыми мемами до слёз, как он держал её за руку, когда она боялась идти к стоматологу.

На секунду она замечталась. А что, если попробовать снова? Что, если он действительно изменился?

Но тут же одёрнула себя.

«Стоп. Это всё фантазии. Ты не знаешь, чего он хочет на самом деле. Может, ему просто скучно, или он хочет доказать что-то себе. А может, у него уже кто-то есть и это просто игра».

Марина вздохнула, допила остывший кофе и решительно взялась за дела. Рабочий график был плотным: правки по рукописи, созвон с автором, встреча с дизайнером обложки. День прошёл в привычной рутине, а за ним и ещё один. Время шло своим чередом, как будто и не было никаких Андреев в её жизни.

И вот наступил вечер пятницы, Марина со скучающим видом смотрела телевизор, когда раздался звонок с незнакомого номера. «Мошенники», — подумала она, но решила ответить, чтобы хотя бы так развлечься.

— Алло?

— Привет, Марина, — голос в трубке оказался до боли знакомым. — Это Андрей. Извини, что с другого номера — старый потерял.

Она невольно сжала трубку и подумала, что лучше бы это были мошенники.

— Как твои дела? — спросил он.

— Нормально, — коротко ответила Марина, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Всё по-старому.

— Рад это слышать, — в его голосе послышалась улыбка. — Слушай, может, ты помнишь… У тебя же был какой-то автомеханик, который тогда мне фары чинил? Тот, что недалеко от твоего дома, в маленьком гараже. Ты ещё говорила, что он берёт недорого и делает на совесть.

Марина на секунду замерла, удивлённая таким поворотом.

— Помню, — осторожно ответила она. — А что?

— Да машина сломалась, — Андрей вздохнул. — Представляешь, вчера еду на работу, всё нормально, и вдруг — бац! Двигатель заглох прямо посреди дороги. Благо, успел на обочину съехать. Вызвал эвакуатор, притащили в первый попавшийся сервис, а там… — он усмехнулся, — там мне назвали такую сумму за диагностику, что я чуть не упал. И сказали, что это только начало.

— Знакомая история, — не смогла сдержать улыбку Марина. — Значит, хочешь к тому мастеру?

— Очень хочу, — искренне ответил Андрей. — Я даже пытался сам найти, но тот гараж, кажется, закрылся. Или переехал. Ты случайно не знаешь, куда он делся?

— Знаю, — Марина невольно расслабилась, вспоминая, как сама когда-то благодарила того мастера за спасение её старенькой «Тойоты». — Он переехал на Индустриальную, в новый бокс. Я могу скинуть адрес в сообщении.