Николай Кун
Троянская война

© «Литрес», 2026

Илиада. Прекрасная Елена

Некогда славный герой Тиндарей был изгнан из своего царства Гиппокоонтом. После долгих скитаний нашел он приют у царя Этолии[1], Фестия. Полюбил царь Фестий героя и отдал ему в жены свою прекрасную, как богиня, дочь Леду. Когда великий сын Зевса Геракл победил Гиппокоонта и убил его и всех его сыновей, вернулся Тиндарей с прекрасной женой своей в Спарту[2] и стал там править.

Однажды увидел Зевс прекрасную Леду и пленился ее красотой. Решил громовержец сделать Леду своей женой, приняв вид лебедя.

Четверо детей было у Леды. Прекрасная Елена и Полидевк были детьми Леды и громовержца Зевса, а Клитемнестра и Кастор были детьми Леды и Тиндарея.

Прекрасна была Елена. Ни одна из смертных женщин не могла сравниться с ней красотой. Даже богини завидовали ей. По всей Греции гремела слава Елены. Зная о ее божественной красоте, ее похитил у Тиндарея великий герой Аттики Тесей, но братья Елены, Полидевк и Кастор, освободили сестру и вернули ее в дом отца. Один за другим приходили во дворец Тиндарея женихи свататься за прекрасную Елену, каждый хотел назвать ее, прекраснейшую из женщин, своей женой. Не решался Тиндарей отдать кому-нибудь из приходивших к нему героев в жены Елену, он боялся, что другие герои из зависти к счастливцу начнут с ним борьбу и возникнет великая распря. Наконец хитроумный герой Одиссей дал такой совет Тиндарею:

– Пусть прекрасная Елена решит сама, чьей женою хочет она стать. А все женихи пусть дадут клятву в том, что никогда не подымут они оружия против того, кого изберет Елена в мужья, а будут всеми силами помогать ему, если призовет он их в случае беды на помощь.

Послушался Тиндарей совета Одиссея. Все женихи дали клятву, а Елена выбрала из них одного, и этим избранным был прекрасный сын Атрея, Менелай.

Женился на прекрасной Елене Менелай. После смерти Тиндарея он стал царем Спарты. Спокойно жил он во дворце Тиндарея, не подозревая, сколько бед сулит ему брак с прекрасной Еленой.

Пелей и Фетида

Знаменитый герой Пелей был сыном мудрого Эака, сына Зевса и дочери речного бога Асопа, Эгины. Братом Пелея был герой Теламон, друг величайшего из героев Геракла. Пришлось бежать с родины Пелею и Теламону, так как они убили из зависти своего сводного брата. Пелей удалился в богатую Фтию[3]. Там принял его герой Эвритион и дал ему третью часть своих владений, а в жены дал ему свою дочь Антигону. Но недолго оставался во Фтии Пелей. Во время калидонской охоты он нечаянно убил Эвритиона. Опечаленный этим несчастьем, покинул Пелей Фтию и ушел в Иолк. И в Иолке ждало несчастье Пелея. В Иолке пленилась им жена царя Акаста и склоняла его забыть о дружбе к Акасту. Отверг Пелей жену своего друга, а она, мстя ему, оклеветала его перед мужем. Поверил жене Акаст и решил погубить Пелея. Однажды, во время охоты на лесистых склонах Пелиона, когда утомленный охотой Пелей уснул, Акаст спрятал чудесный меч Пелея, который подарили ему боги. Никто не мог противостоять Пелею, когда он сражался этим мечом. Акаст был уверен, что, лишившись своего чудесного меча, погибнет Пелей, растерзанный дикими кентаврами. Но на помощь Пелею пришел мудрый кентавр Хирон. Он помог герою найти чудесный меч. Кинулись на Пелея дикие кентавры, готовые растерзать его, но он легко отразил их своим чудесным мечом. Спасся Пелей от неминуемой гибели. Отомстил Пелей и предателю Акасту. Он с помощью Диоскуров, Кастора и Полидевка, взял богатый Иолк и убил Акаста и его жену.

Когда титан Прометей открыл великую тайну, что от брака Зевса с богиней Фетидой должен родиться сын, который будет могущественнее отца и свергнет его с престола, он посоветовал богам отдать Фетиду в жены Пелею, так как от этого брака родится великий герой. Так и решили поступить боги.

В обширной пещере кентавра Хирона отпраздновали боги свадьбу Пелея с Фетидой. Роскошен был свадебный пир. Все боги Олимпа участвовали в нем. Громко звучала золотая кифара Аполлона, под ее звуки пели музы о великой славе, которая будет уделом сына Пелея и богини Фетиды. Пировали боги. Оры и хариты водили под пение муз и игру Аполлона хоровод, а среди них выделялись своей величественной красотой богиня-воительница Афина и юная богиня Артемида, но всех богинь превосходила красой вечно юная богиня Афродита. Участвовали в хороводе и быстрый, как мысль, вестник богов Гермес, и неистовый бог войны Арес, забывший о кровавых битвах. Богато одарили боги новобрачных. Пелею подарил Хирон свое копье, древко которого было сделано из твердого, как железо, ясеня, выросшего на горе Пелионе; властитель морей Посейдон подарил ему коней, а остальные боги – чудесные доспехи.

Веселились боги. Одна лишь богиня раздора Эрида не участвовала в свадебном пире. Одиноко бродила она около пещеры Хирона, глубоко затаив в сердце обиду на то, что не позвали ее на пир. Придумала, наконец, богиня Эрида, как отомстить богам, как возбудить раздор между ними. Она взяла золотое яблоко из далеких садов гесперид; одно лишь слово написано было на этом яблоке – «Прекраснейшей». Тихо подошла Эрида к пиршественному столу и, для всех невидимая, бросила на стол золотое яблоко. Увидали боги яблоко, подняли и прочли на нем надпись. Но кто же из богинь прекраснейшая? Тотчас возник спор между тремя богинями: женой Зевса Герой, воительницей Афиной и богиней любви златой Афродитой. Каждая из них хотела получить это яблоко, ни одна из них не хотела уступить его другой. Обратились к царю богов и людей Зевсу богини и требовали решить их спор.

Отказался Зевс быть судьей. Он взял яблоко, отдал его Гермесу и велел ему вести богинь в окрестности Трои, на склоны высокой Иды. Там должен был решить прекрасный сын царя Трои Приама, Парис, которой из богинь должно принадлежать яблоко, которая из всех «прекраснейшая». Так кончился свадебный пир Пелея раздором богинь. Много бед должен был принести людям этот спор трех богинь.

Суд Париса

Быстро понеслись Гермес и три богини на склоны Иды к Парису. Парис, сын Приама, пас в это время стада. Перед рождением Париса мать его Гекаба видела страшный сон: она видела, как пожар грозил уничтожить всю Трою. Испугалась Гекаба, рассказала она свой сон мужу. Обратился Приам к прорицателю, а тот сказал ему, что у Гекабы родится сын, который будет виновником гибели Трои. Поэтому Приам, когда родился у Гекабы сын, велел своему слуге Агелаю отнести его на высокую Иду и бросить там, в лесной чаще. Но не погиб сын Приама – его вскормила медведица. Через год нашел его Агелай и воспитал, как родного сына, назвав Парисом. Вырос среди пастухов Парис и стал необычайно прекрасным юношей. Он выделялся среди своих сверстников силой. Часто спасал он не только стада, но и своих товарищей от нападений диких зверей и разбойников и так прославился среди них своей силой и храбростью, что они назвали его Александром (защитником мужей). Спокойно жил Парис среди лесов Иды. Он был вполне доволен своей судьбой.

Вот к этому-то Парису и явились богини с Гермесом. Испугался Парис, увидав богинь и Гермеса. Он хотел бежать от них, но разве мог он спастись бегством от быстрого, как мысль, Гермеса? Остановил Париса Гермес и ласково заговорил с ним, протягивая ему яблоко:

– Возьми это яблоко, Парис, – сказал Гермес, – ты видишь, перед тобой стоят три богини. Отдай яблоко той из них, которая самая прекрасная. Зевс повелел тебе быть судьей в споре богинь.

Смутился Парис. Смотрит он на богинь и не может решить, которая из них прекраснее. Тогда стала каждая из богинь убеждать юношу отдать яблоко ей. Они обещали Парису великие награды. Гера обещала ему власть над всей Азией, Афина – военную славу и победы, Афродита же обещала ему в жены прекраснейшую из смертных женщин, Елену, дочь громовержца Зевса и Леды. Недолго думал Парис, услыхав обещание Афродиты: он отдал яблоко ей. Таким образом, прекраснейшей из богинь была признана Парисом Афродита. С тех пор Парис стал любимцем Афродиты, и она во всем стала ему помогать, что бы он ни предпринял. А Гера и Афина возненавидели Париса, возненавидели они и Трою и всех троянцев и решили погубить город и весь народ.

После встречи с богинями Парис недолго оставался в лесах Иды. Приам, видя, что жена его Гекаба не может утешиться и все горюет о потерянном сыне, устроил богатые игры в честь погибшего, как думал он, сына. В награду победителю назначен был лучший бык из стада царя Приама. Этот бык был как раз в стаде, которое пас Парис. Жаль было Парису расстаться с быком, которого он очень любил, и он сам повел его в город. В Трое увидел Парис состязания героев. Разгорелось в нем сердце жаждой победы. Он принял участие в состязаниях и победил всех, даже могучего Гектора.

Разгневались сыновья Приама на то, что их победил какой-то пастух. Сын Приама Деифоб выхватил меч и хотел убить Париса. В страхе Парис бросился к алтарю Зевса и у него искал спасения. Увидала его у алтаря вещая дочь Приама Кассандра. Сразу узнала она, кто этот пастух. Обрадовались Приам и Гекаба, что нашли утраченного сына, и с великим торжеством повели его во дворец. Напрасно Кассандра предостерегала Приама, напрасно напоминала она ему, что роком предопределено Парису быть причиной гибели Трои. Никто не внял словам вещей Кассандры. Ведь бог Аполлон обрек Кассандру на печальную участь: никто не верил ее предсказаниям, хотя сбывалось все, что она предсказывала.

Парис похищает прекрасную Елену

Прошло много дней, после того как вернулся Парис в дом своего отца Приама. Казалось, что та перемена, которая произошла в его жизни, заставила его позабыть о даре, обещанном ему Афродитой за золотое яблоко. Теперь он был царевичем, а не простым, никому не известным пастухом. Но Афродита сама напомнила ему о прекрасной Елене и помогла своему любимцу построить великолепный корабль, и он собрался уже отплыть в Спарту, где жила Елена. Напрасно стал предостерегать его вещий сын Приама Гелен. Он предсказал гибель Парису. Ничего не хотел слушать Парис. Он взошел на корабль и пустился в далекий путь по безбрежному морскому простору. Отчаяние овладело Кассандрой, когда увидала она, как удалялся быстроходный корабль Париса от родных берегов. Простерши к небу руки, воскликнула вещая Кассандра:

– О горе, горе великой Трое и всем нам! Вижу я: объят пламенем священный Илион, покрытые кровью, лежат поверженные в прах его сыны! Я вижу: ведут в рабство чужеземцы плачущих троянских жен и дев!

Так восклицала Кассандра, но никто не внял ее пророчеству. Никто не остановил Париса.

А он плыл все дальше и дальше. Поднялась на море страшная буря. Не остановила и она Париса. Миновал он богатую Фтию, Саламин и Микены, где жили будущие враги его, и прибыл наконец к берегам Лаконии. Причалил Парис в устье Эврота и вышел со своим другом Энеем на берег. С ним отправился он к царю, как гость, не замышляющий ничего злого.

Радушно принял Менелай Париса и Энея. В честь гостей приготовил он богатую трапезу. Во время этой трапезы впервые увидел Парис прекрасную Елену. Полный восторга, смотрел он на нее, любуясь ее неземной красотой.

Пленилась красотой Париса и Елена: он был прекрасен, как небожитель, в своих богатых восточных одеждах. Прошло несколько дней. Менелаю необходимо было ехать на Крит. Уезжая, просил он Елену заботиться о гостях, чтобы ни в чем не имели они недостатка. Не подозревал Менелай, какую обиду нанесут ему эти гости.

Когда Менелай уехал, Парис тотчас же решил воспользоваться его отъездом. С помощью Афродиты уговорил он нежными речами прекрасную Елену покинуть дом мужа и бежать с ним в Трою. Скоро уступила Елена просьбам Париса. Тайно увел Парис прекрасную Елену на свой корабль; похитил он у Менелая жену, а с ней и его сокровища. Все позабыла Елена – мужа и родную Спарту, она забыла и дочь свою Гермиону ради любви к Парису.

Покинул корабль Париса устье Эврота, увезя с собой богатую добычу. Быстро несся корабль по морским волнам назад к троянским берегам. Ликовал Парис, с ним была прекраснейшая из смертных женщин Елена. Вдруг, когда корабль плыл далеко от берегов в открытом море, остановил его могучий бог моря Нерей. Он всплыл из морской пучины и предсказал гибель и Парису и всей Трое. Смутились Парис и Елена. Но Афродита успокоила их и заставила забыть это грозное предсказание. Три дня плыл корабль, хранимый Афродитой, по спокойному морю. Быстро гнал его попутный ветер. Благополучно прибыл он к троянским берегам.

Менелай готовится к войне против Трои

Лишь только покинула прекрасная Елена с вероломным Парисом дворец Менелая, как боги послали вестницу богов Ириду к Менелаю на Крит. Быстро помчалась на своих радужных крыльях Ирида с Олимпа, в мгновение ока предстала она пред Менелаем и сообщила о постигшем его несчастье. Тотчас отправился в обратный путь Менелай. Быстро достиг он Спарты. В страшный гнев пришел он, увидав, что обманула его Елена и что сокровища его похищены. Тотчас поехал Менелай к своему брату Агамемнону, чтобы посоветоваться с ним, как отомстить Парису за его вероломство. Агамемнон с полным сочувствием принял своего брата и посоветовал ему тотчас же собрать всех тех героев, которые дали некогда клятву всеми силами помогать ему в несчастьи. С этими героями и их войсками советовал Агамемнон идти войной против Трои. Менелай принял совет Агамемнона и вместе с ним отправился прежде всего к престарелому царю Нестору в Пилос.

Одним из мудрейших греков был старец Нестор. Много видел он героев за свою долгую жизнь, во многих славных подвигах принимал он сам участие. Велика была опытность Нестора в военном деле. Уже третье поколение героев видел Нестор.

Радушно принял Нестор Менелая и Агамемнона. Страшно вознегодовал на Париса старый Нестор. Он сам решил участвовать в походе против Трои и решил взять с собой сыновей своих Фразимеда и Антилоха. Согласился Нестор объехать вместе с Атридами героев Греции, чтобы побудить их всех принять участие в походе.

Много героев решили принять участие в походе. Одни из них приняли участие потому, что сделать это обязывала их данная клятва, другие участвовали потому, что велика была их жажда военных подвигов. Решили отправиться против Трои царь Аргоса Диомед, сын великого Тидея, равный силой богу Аресу; мудрый сын царя Эвбеи Паламед; могучий внук Миноса, царь Крита Идоменей; друг Геракла Филоктет; ему дал стрелы свои перед смертью Геракл. Без этих стрел, как предсказал оракул, нельзя было взять Трою. Приняли участие в походе и два Аякса: могучий сын друга Геракла, Теламона, Аякс, царь Саламина – равного ему силой не было никого среди героев – и сын героя Оилея, Аякс из Локриды[4]. Много и других героев приняли участие. Необходимо было заставить выступить в поход и царя Итаки[5], хитроумного Одиссея, сына Лаэрта. Не хотелось покидать Одиссею Итаку. Ведь он только недавно женился на прекрасной Пенелопе, и у него только что родился первый сын Телемах. Неужели же придется ему покинуть мирную жизнь и горячо любимых жену и сына и плыть далеко под стены Трои, может быть, даже для того, чтобы никогда не вернуться на родину? Поэтому, когда Одиссей узнал, что Менелай с Агамемноном, Нестором и Паламедом прибыли на Итаку, он решил обмануть их. Притворившись помешанным, он стал пахать свои поля, запрягши в плуг вола и осла, а засевал он поле солью. Первым понял хитрость Одиссея Паламед и решил заставить Одиссея признаться в ней. Он взял завернутого в пеленки Телемаха и положил его на борозду, по которой шел Одиссей. Остановился Одиссей. Как ни велико было его желание остаться на Итаке, не мог все-таки он ради этого погубить своего единственного сына. Так обнаружил Паламед притворство Одиссея, и пришлось Одиссею покинуть родную Итаку, жену и сына и идти на долгие годы под стены Трои. С той поры возненавидел Одиссей Паламеда и решил отомстить ему за то, что он заставил его принять участие в походе.

Ахилл

Еще одного героя должны были привлечь герои к участию в походе. Это был юный Ахилл, сын царя Пелея и богини Фетиды. Прорицатель Калхас предсказал Атридам, что только в том случае возьмут они великую Трою, если участвовать в походе будет Ахилл. Бессмертную славу сулил рок Ахиллу. Он должен был быть величайшим из героев, которые будут сражаться под Троей. Велики будут подвиги Ахилла, но не вернется он живым из-под стен Трои, погибнет он в цвете сил, пораженный стрелой. Знала богиня Фетида то, что сулил рок ее сыну. Всеми силами старалась она предотвратить грозную судьбу. Когда был еще младенцем Ахилл, она натирала тело его амврозией и держала его в огне, чтобы сделать сына неуязвимым и таким образом дать ему бессмертие. Но однажды ночью, когда Фетида положила младенца Ахилла в огонь, проснулся Пелей. Он ужаснулся, увидав своего сына в огне. Выхватив меч, бросился он к Фетиде. Испугалась богиня, убежала в страхе из дворца Пелея и скрылась в пучине моря в чертогах отца своего Нерея. Ахилла же Пелей отдал на воспитание своему другу, кентавру Хирону. Выкормил Хирон Ахилла мозгами медведей и печенью львов. Вырос могучим героем Ахилл. Будучи всего только шести лет от роду, он убивал свирепых львов и кабанов и без собак настигал оленей, – так быстр и легок был бег Ахилла. Не было равного Ахиллу в умении владеть оружием. Научил его также Хирон играть на сладкозвучной кифаре и петь. Не забывала и Фетида своего сына, часто всплывала она из морской пучины, чтобы повидаться с сыном. Всюду всегда заботилась Фетида о своем сыне.

Когда Ахилл вырос и стал прекрасным юношей, по всей Греции разнеслась весть, что собирает героев Менелай в поход против Трои. Фетида, зная, какая судьба грозит Ахиллу, укрыла его на острове Скиросе[6], во дворце царя Ликомеда. Там жил среди царских дочерей Ахилл, одетый в женские одежды. Никто не знал, где скрыт Ахилл. Но прорицатель Калхас открыл Менелаю его убежище. Тотчас собрались в путь Одиссей с Диомедом. Одиссей же придумал следующую хитрость. Под видом купцов прибыли на Скирос Диомед и Одиссей и пошли во дворец Ликомеда. Они разложили перед царевнами свои товары: роскошные материи, золотые ожерелья, запястья, серьги, затканные золотом покрывала, а между ними положили они меч, шлем, щит, по2ножи и панцирь. Царевны с восторгом рассматривали золотые украшения и богатые ткани, а Ахилл, стоявший среди них, смотрел лишь на оружие. Вдруг у дворца раздались военные клики, зазвучали трубы и загремело оружие. Это спутники Диомеда и Одиссея ударили мечами в щиты и издали военный клич. В страхе разбежались царевны, а Ахилл, схватив меч и щит, бросился навстречу врагам. Он думал, что совершено нападение на дворец Ликомеда. Так узнали Ахилла Одиссей и Диомед. С великой радостью согласился Ахилл участвовать в походе против Трои. С ним отправились и его верный друг Патрокл и мудрый старец Феникс. Пелей же дал своему сыну те доспехи, которые получил он некогда в подарок от богов на свадьбе своей с богиней Фетидой, дал ему и копье, подаренное ему Хироном, и коней, полученных от Посейдона.

Троя

Велика и могущественна была Троя, против которой собрались выступить герои Греции. Основал Трою Ил, правнук героя Дардана, сына Зевса и плеяды[7] Электры, который пришел из Аркадии к царю Тевкру. Тевкр отдал Дардану в жены дочь свою, а в приданое дал ему часть своей земли, на которой и был основан город Дардания. Внуком Дардана был Трос, а его-то сыном и был Ил. Он во Фригии принял однажды участие в состязании героев и вскоре победил их одного за другим. В награду за эту победу получил он пятьдесят дев и пятьдесят юношей. Дал ему царь Фригии также пеструю корову и сказал, чтобы он шел за коровой, и там, где остановится корова, основал бы город. Великую славу обещал оракул, по словам царя Фригии, этому городу. Ил поступил так, как сказал ему царь Фригии. Пошел он за коровой, а она остановилась как раз на холме богини Атэ. На этом-то холме и начал Ил постройку города. Он поднял руки к небу и молил Зевса послать ему знамение того, что благословил громовержец его дело. Утром, выйдя из своего шатра, Ил увидал пред ним вырезанное из дерева изображение Афины-Паллады; это и был тот палладий, который должен был охранять новый город. Во время царствования Ила только та часть Трои была окружена стеной, которая находилась на холме, часть же города у подошвы холма была не защищена. Стену вокруг этой части города построили Посейдон и Аполлон, которые, по повелению богов, должны были служить у царя Трои Лаомедонта, сына Ила. Несокрушимую стену построили Посейдон и Аполлон вокруг Трои. Только в одном месте можно было разрушить стену – там, где работал герой Эак, помогавший богам в труде.

В то время, когда герои Греции собирались в поход против Трои, в ней правил внук Ила Приам; один только он остался в живых из детей царя Лаомедонта после того, как взял Трою сын Зевса Геракл. Богат был Приам. Роскошен и величествен был дворец его, в котором жил он со своей женой Гекубой. Вместе с Приамом жили и пятьдесят его сыновей и дочерей. Среди сыновей Приама особенно славился своей храбростью и силой благородный Гектор.

Могущественна была Троя. Великие трудности предстояли греческим героям в их борьбе с воинственными троянцами, но зато и великая слава, и богатейшая добыча ожидала тех, кто победит троянцев и овладеет Троей.

Герои Греции в Мизии

Все герои и их войска собрались в гавани Авлиде, чтобы плыть оттуда к берегам Трои. Громадное войско собралось на морском берегу. Сто тысяч вооруженных воинов было в этом войске. На 1186 кораблях оно должно было плыть под Трою. Перед отъездом собрались все предводители войск, великие герои, под сенью столетнего платана[8] у алтарей, чтобы принести жертвы богам и молить их о счастливом плавании. Вдруг из-под одного из алтарей выполз ужасный змей, красный, как кровь. Извивая кольцами громадное тело, быстро всполз он на платан до самой почти вершины. Там было гнездо с восемью птенцами и самкой. Красный дракон проглотил и самку и птенцов, а сам превратился в камень. Пораженные, стояли герои под платаном; они не могли понять, что значит это знамение богов. Но вещий прорицатель Калхас открыл им смысл этого знамения. Он сказал героям, что девять лет придется им осаждать Трою, так как девять птиц поглотил дракон, лишь на десятый год после тяжких трудов возьмут они великую Трою. Обрадовали греков слова Калхаса. Полные надежды на благополучный исход предпринятого ими похода, спустили они свои корабли. Один за другим отплывали корабли из гавани Авлиды. Налегли гребцы дружно на весла, и быстро поплыл громадный флот греков к берегам Азии.

После недолгого плавания пристали греки к берегам Мизии. Здесь правил сын Геракла, герой Телеф. Мать его Авгэ некогда бросила его в лесу, боясь гнева своего отца. Маленького Телефа вскормила лань своим молоком. Нашли Телефа в лесу пастухи и воспитали его. Когда же Телеф вырос и стал сильным юношей, он отправился в священные Дельфы к оракулу Аполлона, чтобы вопросить бога о том, кто его родители. Пифия повелела Телефу отправиться в Мизию к царю Тевфру; у него, по ее словам, должен был Телеф найти свою мать, которая, бежав из Тегеи, нашла пристанище у царя Мизии. Отправился Телеф в Мизию, нашел там свою мать и остался жить у царя Тевфра. Царь Тевфр усыновил Телефа и назначил его своим наследником. После смерти Тефвра стал Телеф царем Мизии. К его владениям и пристали греки. Они были уверены, что достигли берегов Трои, и начали опустошать владения Телефа. Собрал войско Телеф и двинулся во главе его на защиту своих владений. Начался кровопролитный бой. Могучий сын Геракла Телеф насмерть поразил своим тяжелым копьем сына Полиника, Ферсандра, и вскоре оттеснил греков к их кораблям. Тогда в бой вступил Ахилл со своим верным другом Патроклом. Но опять отразил их Телеф со своими воинственными мизийцами и отогнал к кораблям, несмотря на храбрость могучего Ахилла и его друга Патрокла, который, не обращая внимания на рану, мужественно бился рядом с Ахиллом. Но в конце концов Ахилл с великим трудом все-таки обратил в бегство Телефа. Во время этого бегства Телеф запутался в виноградных лозах. Ахилл, настигнув Телефа, наверное убил бы его, если бы не спасли своего царя верные мизийцы. Все же ранил Телефа своим копьем Ахилл.

Наступившая ночь дала возможность Телефу бежать в свой город и запереться в нем. Рано утром стали собирать греки тела павших воинов и тут вдруг узнали, что не с троянцами бились они, а с мизийцами и их царем Телефом, сыном Геракла. Опечалились греки: они бились со своим союзником, а не с врагом. Заключили греки мир с Телефом, Ион обещал во всем помогать им. Только отправиться с ними в поход против Трои отказался Телеф: он был женат на дочери Приама и не хотел воевать против отца своей жены.

Похоронив павших в бою, греки покинули Мизию и поплыли дальше к берегам Трои. В открытом море застигла флот греков страшная буря. Подобно горам, вздымались на море грозные волны. Как легкие щепки, раскидала буря корабли греков. Сбились они с пути. Долго блуждали греки по морю и наконец вернулись в Авлиду. Один за другим приплывали корабли греков в ту гавань, которую еще так недавно покинули, чтобы плыть к великой Трое. Неудачей кончилось первое выступление их в поход.

Греки в Авлиде[9]

Когда все корабли греков собрались вновь в Авлиде, греки вытащили свои корабли на берег. На берегу образовался огромный военный лагерь. Многие герои не остались в Авлиде. Они вернулись домой. Покинул Авлиду и предводитель всего войска царь Агамемнон. Никто не знал, когда же можно будет опять выступить в поход против Трои. Но как быть грекам? Нужен проводник, который указал бы им путь к берегам Трои. Этот путь мог указать им лишь Телеф, с которым только недавно бились греки. Во время битвы был ранен Телеф Ахиллом в бедро. Как ни лечил Телеф свою рану, – ничто не помогало. Рана болела все сильнее и сильнее, боль становилась невыносимой. Наконец, измученный страданиями Телеф отправился в Дельфы и там вопросил Аполлона, как излечить ему рану. Пифия дала ответ, что исцелить Телефа может лишь тот, кто ранил его. Одетый в лохмотья, на костылях, под видом нищего пришел Телеф в Микены ко дворцу Агамемнона; он решил просить царя Микен, чтобы он уговорил Ахилла исцелить рану. Первая увидела Телефа жена Агамемнона, Клитемнестра. Он открыл ей, кто он, Клитемнестра же дала совет Телефу, когда войдет Агамемнон, вынуть из колыбели младенца Ореста, сына Агамемнона, подбежать к жертвеннику и грозить, что он размозжит о жертвенник голову Ореста, если Агамемнон откажется помочь ему исцелиться от раны. Телеф поступил, как велела ему Клитемнестра. Испугался Агамемнон, что убьет его сына Телеф. Он согласился помочь ему и сделал это охотно, зная, что лишь Телеф может указать грекам путь в Трою. Послал Агамемнон послов за Ахиллом. Удивлен был Ахилл, он не мог понять, как может он, не зная врачебного искусства, исцелить рану Телефа. Но мудрейший из героев Одиссей сказал Ахиллу, что не нужно Ахиллу быть врачом, что железом с острия копья, которым нанесена рана Телефу, исцелит Ахилл рану. Тотчас соскоблили железо с копья Ахилла, посыпали рану Телефа, и рана зажила. Обрадовался Телеф. Он согласился в награду за исцеление вести флот греков к троянским берегам, от чего раньше так упорно отказывался.

Найден был теперь проводник, но отплыть все же не могли греки из Авлиды: на море все время был противный ветер. Этот ветер послала богиня Артемида, разгневавшаяся за то на Агамемнона, что убил он ее священную лань. Напрасно ждали герои, что ветер переменится, – он, не ослабевая, дул все время в прежнем направлении. Скучали в бездействии собравшиеся герои. Начались в стане болезни, ропот поднялся среди воинов. Боялись даже их восстания. Наконец прорицатель Калхас объявил вождям греков:

– Лишь тогда смилостивится богиня Артемида над греками, когда принесут ей в жертву прекрасную дочь Агамемнона Ифигению.

Опечалился Агамемнон, когда узнал об этом, вернувшись в Авлиду. Он готов был даже совсем отказаться от похода под Трою, лишь бы сохранить жизнь своей дочери. Долго убеждал его Менелай подчиниться воле Артемиды; наконец уступил Агамемнон просьбам брата и послал в Микены к Клитемнестре гонца, который должен был сообщить ей, скрыв настоящую причину, повеление Агамемнона привести Ифигению в Авлиду, – Ахилл якобы хочет, прежде чем выступить в поход, обручиться с Ифигенией. Послал гонца в Микены Агамемнон, и еще сильнее овладела им жалость к дочери. Тайно от всех послал он другого гонца, которому велел сообщить Клитемнестре, чтобы не везла она в Авлиду Ифигению. Но этого второго гонца перехватил Менелай. В гневе упрекал он Агамемнона за то, что он поступает так, как может поступать лишь тот, кто изменяет общему делу. Долго укорял Агамемнона Менелай. Возник горячий спор между братьями. Этот спор прервал пришедший вестник, объявивший, что только что прибыла к стану греков Клитемнестра с Ифигенией и маленьким Орестом и остановилась около источника у самого стана. В отчаяние пришел Агамемнон. Неужели суждено ему судьбой потерять нежно любимую дочь Ифигению, неужели сам он должен будет вести ее на смерть, на заклание у жертвенника Артемиды? Видя горе своего брата, готов даже и Менелай отказаться от такой жертвы со стороны брата. Но Агамемнон знает, что Калхас объявит волю богини Артемиды всему войску, и тогда заставят его принести в жертву Ифигению. Даже если Калхас не объявит о воле богини, скажет всем об этом Одиссей, ведь и он знает волю богини.

Полный глубокой скорби, пошел Агамемнон навстречу жене и дочери. Он старался казаться спокойным и веселым. Но это не удалось ему. Сразу увидела Ифигения, что отец ее чем-то глубоко опечален. Стала она расспрашивать отца, но ничего не сказал он ей. Ничего не сказал и жене своей Агамемнон, он только уговаривал ее уехать в Микены: не хотел Агамемнон, чтобы Клитемнестра была свидетельницей смерти дочери. Наконец покинул Агамемнон жену и дочь и пошел к Калхасу; он хотел спросить его, нельзя ли как-нибудь спасти дочь.

Едва только ушел из шатра Агамемнон, как пришел Ахилл. Он хотел видеть царя Микен, чтобы потребовать от него немедленного выступления против Трои. Надоело Ахиллу сидеть без дела в Авлиде, да и его мирмидоняне волновались и требовали, чтобы их либо вели в поход, либо отпустили домой. Когда Клитемнестра узнала, кто этот герой, спрашивающий Агамемнона, она обратилась к Ахиллу и приветствовала его как жениха своей дочери. Удивился Ахилл. Ведь он никогда не говорил Агамемнону о том, что хочет взять в жены его дочь. Смутилась Клитемнестра, узнав, что Ахилл никогда не помышлял о женитьбе на Ифигении, и не знала, что сказать Ахиллу. Но тут пришел тот самый раб, которого посылал Агамемнон со вторым известием в Микены. Открыл он Клитемнестре, зачем вызвал ее с Ифигенией в Авлиду Агамемнон. В ужас пришла Клитемнестра. Ей предстояло потерять дочь. У кого искать ей защиты? Упала она на колени перед Ахиллом, рыдая, обняла она его колени и молила его о защите, заклиная матерью его, великой дочерью Нерея, Фетидой. Поклялся Ахилл, видя отчаяние Клитемнестры, вещим морским старцем, богом Нереем, помочь ей. Он клялся, что не даст никому даже коснуться Ифигении. Быстро ушел Ахилл из шатра Агамемнона, чтобы облечься в доспехи. Когда вернулся в шатер Агамемнон, Клитемнестра стала с гневом упрекать его за то, что он решился погубить собственную дочь.

Что мог ответить ей несчастный Агамемнон? Ведь не по своей воле решился он принести в жертву богине Артемиде свою родную дочь. Не в силах был он поступить иначе. Он мог лишь сказать, что если бы даже и уступил он мольбам жены и дочери, то разгневанные греки убили бы и его, и всех его близких, так как для блага всей Греции приносят в жертву Ифигению.

В стане началось уже сильное волнение. Мирмидоняне чуть не побили камнями Ахилла, когда объявил он, что не даст принести в жертву ту, кто обещана ему в супруги. Все воины, предводимые Одиссеем, с оружием в руках бросились к шатру Агамемнона. Ахилл с мечом в руках, прикрывшись щитом, встал у входа в шатер, готовый до последней капли крови защищать Ифигению.

Но тут остановила всех, готовых уже начать кровавый бой, Ифигения. Громко объявила она, что готова сама добровольно идти под жертвенный нож ради общего дела. Не хочет она противиться воле великой дочери Зевса, Артемиды. Пусть принесут ее в жертву, ей вечным памятником будут развалины Трои, когда возьмут ее греки. Убедила она героя Ахилла не защищать ее, не начинать междоусобной битвы. Покорился воле Ифигении Ахилл, хотя жаль было ему прекрасную деву, которую он полюбил за ее великую решимость жертвовать собой ради общего блага.

Спокойно пошла Ифигения туда, где сооружен был жертвенник в честь богини Артемиды. Прекрасная и величественная, прошла среди несметных рядов воинов Ифигения и встала около жертвенника. Заплакал Агамемнон, взглянув на свою юную дочь, и, чтобы не видеть ее смерти, закрыл голову своим широким плащом. Спокойно стояла у жертвенника Ифигения. Все хранили, по повелению глашатая Тальфибия, глубокое молчание. Вещий Калхас вынул из ножен жертвенный нож и положил его в золотую корзину. На голову девы надел он венок, как на жертву, которую ведут к алтарю. Вышел из рядов воинов Ахилл. Он взял сосуд со священной водой и жертвенную муку с солью, окропил водой Ифигению и жертвенник, посыпал мукой голову девы и громко воззвал к богине Артемиде, моля ее послать войску благополучное плавание к троянским берегам и победу над врагами. Взял Калхас в руку жертвенный нож. Все замерли. Вот занес он нож, чтобы поразить им Ифигению. Вот коснулся уже нож девы. Но не упала с предсмертным стоном у жертвенника Ифигения. Совершилось великое чудо. Богиня Артемида похитила Ифигению, и вместо нее у алтаря, обагряя его кровью, билась в предсмертных судорогах лань, сраженная ножом Калхаса. Пораженные чудом, как один человек, вскрикнули все воины. Громко и радостно вскрикнул и вещий Калхас:

– Вот та жертва, которую требовала великая дочь громовержца Зевса – Артемида! Радуйтесь, греки, нам сулит богиня счастливое плавание и победу над Троей.

И действительно, не была еще на жертвеннике сожжена лань, посланная Артемидой, как уже переменился ветер и стал попутным. Поспешно стали собираться греки в далекий поход. Все в стане ликовало. Агамемнон же поспешил в свой шатер сообщить Клитемнестре о том, что произошло у жертвенника, и торопить ее возвратиться в Микены.

Богиня Артемида, похитив у жертвенника Ифигению, перенесла ее на берега Эвксинского Понта, в далекую Тавриду[10]. Там стала жрицей богини прекрасная дочь Агамемнона Ифигения.

Плавание греков к берегам Трои. Филоктет

Спокойно было плавание греков к берегам Трои. Все время дул попутный ветер. Быстро рассекали морские волны корабли. Уже видны были берега острова Лемноса. Здесь недалеко от Лемноса[11] находился пустынный остров Хриса. На нем был жертвенник, поставленный в честь покровительницы острова, нимфы Хрисы. Греки должны были найти этот жертвенник и принести на нем жертву нимфе, так как предсказано было им, что только в том случае возьмут они Трою, если по пути пристанут к берегу Хрисы и принесут на нем жертву. Жертвенник на этом острове поставил еще великий герой Ясон, когда плыл он со своими спутниками-аргонавтами в далекую Колхиду за золотым руном. На этом жертвеннике принес жертву и великий сын Зевса, Геракл, когда он предпринял поход против Трои, чтобы отомстить за оскорбление царю Лаомедонту. Друг Геракла, Филоктет знал, где находится жертвенник. Он вызвался показать его героям. Пошли за Филоктетом вожди греков. Безлюден был остров. Весь зарос он низким кустарником. Вот, наконец, виден и жертвенник, уже наполовину развалившийся. Приблизились к нему герои. Вдруг выползла из кустов большая змея, охранявшая жертвенник, и ужалила героя Филоктета в ногу. Вскрикнул Филоктет и упал на землю. Подбежали к нему герои, но было уже поздно. Яд змеи проник в рану. Страшно стала болеть она. Обильный гной вытекал из раны, заражая воздух страшным зловонием. Невыносимы были страдания Филоктета. Не переставая, стонал он и днем и ночью. Стоны несчастного Филоктета не давали покоя грекам. Воины начали роптать. Они не могли выносить зловония, которое распространяла рана Филоктета. Наконец, вожди греков решили, по совету Одиссея, покинуть несчастного друга Геракла где-нибудь на берегу. Во время плавания мимо острова Лемноса вожди велели снести уснувшего Филоктета на пустынный берег. Там, среди скал, положили его, оставив ему его лук и стрелы, одежду и пищу. Так покинули греки того героя, без стрел которого не суждено было им взять Трою. Девять лет пришлось томиться Филоктету на пустынном берегу. Но настало время, когда пришлось грекам самим послать за Филоктетом и просить у него помощи. Это случилось на десятом году осады Трои.

Покинув Филоктета, греки отправились в дальнейший путь и наконец пристали к троянским берегам, где ждало их столько трудов, опасностей и великих подвигов.

Первые девять лет осады Трои

Обрадовались греки, что окончено их долгое плавание. Но когда приблизились они к берегам, то увидели, что их ждало уже сильное войско троянцев под предводительством Гектора, могучего сына престарелого царя Трои Приама. Как было пристать грекам к берегу? Как высадиться? Видели все герои, что погибнет тот, кто первым ступит на троянский берег. Долго колебались греки. Наконец юный герой Протесилай, полный решимости пожертвовать собой ради общего блага, решил первым броситься на врага, хотя знал, что гибель грозит ему. Решив пожертвовать собой, все забыл Протесилай; забыл он о родине, забыл и о прекрасной жене своей, юной Лаодамии. Соскочил с корабля на берег Протесилай и с обнаженным мечом бросился на врагов. Потряс своим тяжелым копьем великий Гектор и насмерть поразил он юного Протесилая. Мертвым упал тот на берег. Он первый обагрил своей кровью троянскую землю.

Лишь только пал Протесилай, как греки дружно бросились с кораблей на врагов. Закипел кровавый бой. Со стоном падали в прах воины, пораженные насмерть. Грудь с грудью бьются герои. Со стороны троянцев сражался герой Кикн, сын владыки морей Посейдона. Все тело его было белое, как перья лебедя, и твердое, как сталь, ничем нельзя было нанести рану Кикну. Исполин ростом, могучий, как титан, одного за другим поражал Кикн греков, производя сильное замешательство в их рядах. Наконец выступил против Кикна могущественнейший из греческих героев Ахилл. Потрясая своим копьем, бросился он на Кикна. Взмахнув могучей рукой, бросил копье Ахилл прямо в грудь Кикну, крикнув:

– Не знаю, кто ты, троянец, но ты можешь гордиться, что сразил тебя копьем Ахилл, сын богини Фетиды.

Но копье Ахилла отскочило от груди Кикна, как от стали, и Кикн ответил сыну Пелея:

– Ты дивишься, Ахилл, что твое копье отскочило от моей груди. Знай, что броня не нужна мне, ты не нанесешь мне раны, если я буду стоять пред тобой даже без доспехов. Я не сын, подобно тебе, какой-то там нереиды, я сын великого повелителя морей и всех морских божеств, Посейдона.

Взмахнул копьем Кикн и пустил им в щит Ахилла. Пробило копье девять бычачьих кож, которым покрыт был щит, и застряло в десятой. Опять пустил копьем в Кикна Ахилл, и опять оно отскочило. Пустил он в третий раз копье в Кикна, но невредимым стоял перед ним сын Посейдона.

– Не ослабела ли рука моя, – в гневе воскликнул Ахилл, – или притупилось копье Хирона?

Попробовал острие копья сын Пелея и метнул его с невероятной силой в грудь ликийского героя Менойта. Со стоном упал Менойт, и отлетела душа его в царство мрачного Аида. Вырвал Ахилл копье из кровавой раны ликийца и ударил им Кикна, но опять, словно незыблемая скала, стоял пред ним Кикн. Взмахнул тяжелым щитом своим Ахилл и три раза ударил с ужасной силой Кикна по лицу, а рукоятью меча поразил его в висок. Дрогнул Кикн и обратился в бегство. Настиг его быстроногий Ахилл. В изнеможении упал Кикн на землю. Придавил его щитом сын Фетиды, наступив на грудь, задушил ремнями его же шлема, стянув их вокруг белоснежной шеи Кикна. Увидав гибель Кикна, дрогнули троянцы, обратились в бегство и укрылись за неприступными стенами Трои. На следующий день было заключено между греками и троянцами перемирие, чтобы подобрать павших воинов и предать их погребению.

Предав земле всех убитых, греки приступили к устройству укрепленного лагеря. Вытащили они свои корабли на берег и расположились большим станом вдоль берега моря от гор Сигейона до гор Ройтейона. Со стороны Трои они защитили свой лагерь высоким валом и рвом. На двух противоположных концах лагеря разбили свои шатры Ахилл и Аякс Теламонид, чтобы наблюдать за троянцами и не дать им напасть неожиданно на греков. В середине лагеря возвышался роскошный шатер царя Агамемнона, выбранного греками предводителем всего войска. Здесь около шатра Агамемнона была и площадь для народных собраний. Мудрый Одиссей поставил свой шатер около площади народных собраний, чтобы во всякое время быть в состоянии выйти к собравшимся и чтоб всегда знать, что происходит в стане. Он, несмотря на то, что раньше так не желал участвовать в походе, теперь стал ярым врагом троянцев и требовал, чтобы греки во что бы то ни стало взяли и разрушили Трою.

Когда лагерь греков был устроен и укреплен, греки послали в Трою царя Менелая и хитроумного Одиссея для переговоров с троянцами. Греческих послов принял в своем доме мудрый Антенор и устроил для них роскошный пир. Всей душой желал Антенор, чтобы заключен был мир и удовлетворены были законные требования Менелая. Узнав о прибытии послов, Приам созвал народное собрание, чтобы обсудить требование Менелая. Явились в собрание все троянцы и Менелай с Одиссеем. Менелай в краткой, сильной речи потребовал, чтобы вернули троянцы ему жену его Елену и все сокровища, похищенные Парисом. После Менелая говорил Одиссей. Заслушались троянцы дивной речи мудрого царя Итаки. Он убеждал троянцев удовлетворить требования Менелая. Народ троянский готов был уже согласиться на все требования Менелая. Ведь уже сама прекрасная Елена раскаялась в своем опрометчивом поступке и жалела, что покинула дом героя-мужа ради Париса. И Антенор убеждал народ исполнить требования Менелая. Он видел, сколько бед повлечет за собой война троянцев и греков. Но не желали мира с греками сыновья Приама, и прежде всего, конечно, Парис. Неужели заставят его выдать Елену? Неужели отнимут у него всю его добычу? Он не хотел подчиниться народному решению, а его поддерживали в этом братья. Подкупленный Парисом Антимах требовал даже, чтобы троянцы схватили царя Менелая и убили его. Но этого не допустили Приам и Гектор, они не позволили оскорбить послов, находящихся под защитой громовержца Зевса. Колебалось народное собрание, не знало, какое принять окончательное решение. Тут встал троянский прорицатель Гелен, сын Приама, и сказал, чтобы не боялись троянцы войны с греками, – боги обещают Трое свою помощь. Поверили троянцы Гелену. Они отказались удовлетворить требование Менелая. Послы греков принуждены были ни с чем покинуть Трою. Теперь должна была начаться кровопролитная борьба троянцев с греками.

Заперлись троянцы в неприступной Трое; даже Гектор не осмелился покидать Трою. Греки же начали осаду. Они три раза пытались взять штурмом Трою, но это им не удавалось. Тогда греки начали разорять окрестности Трои и завоевывать все города, которые находились в союзе с Троей. Греки предпринимали против них походы по суше и по морю. Во всех этих походах особенно отличался великий Ахилл. Греки завладели островами Тенедосом, Лесбосом, городами Педасом, Лирнессом и другими. Много городов разрушили они внутри страны. Овладели и городом Фивами[12], где правил отец жены Гектора Андромахи, Эстион. В один день убил Ахилл семь братьев Андромахи. Погиб и отец ее. Но не предал труп Эстиона поруганию Ахилл, – боясь гнева богов, он предал его погребению[13]. Мать же Андромахи была уведена пленницей в стан греков. Богатую добычу захватил Ахилл в Фивах. Он захватил в плен и прекрасную дочь жреца Аполлона Хриса, Хрисеиду, и прекрасную Брисеиду. Хрисеида была отдана греками царю Агамемнону.

Все кругом Трои опустошали греки. Троянцы не смели показываться за стенами Трои, так как каждому грозила смерть или жестокий плен и продажа в рабство. Так, когда застиг Ахилл двух сыновей Приама, Иса и Антифа, на лесистых склонах Иды, пасших овец, он схватил обоих и, связав гибкими прутьями ивы, привел в стан. Только за богатый выкуп вернул он их отцу. Захватил в плен Ахилл и другого сына Приама, Ликаона, напав на него ночью в винограднике. Его продал в рабство Ахилл на остров Имброс[14]. Там купил его царь Лесбоса и увел в священную Арисбу[15].

Тайно бежал из Арисбы Ликаон, вернулся в родную Трою, не ведая, что сулил ему рок погибнуть от руки Ахилла. Пал сраженный копьем Ахилла и младший сын Приама, Троил. Он беспечно выехал на своей колеснице из ворот Трои. Хотел Троил испытать быстроту бега своих коней на ровном поле перед Троей. Быстро погнал он коней и несколько раз промчался по полю. Наконец, подъехал Троил к колодцу, густо заросшему кустарником и высокими платанами. Слез с колесницы сын Приама и стал поить своих разгоряченных коней, как вдруг бросился на него из кустов Ахилл, потрясая своим тяжелым копьем. Вскочил на колесницу Троил и погнал во всю прыть коней к жертвеннику Аполлона: он думал, что там, у жертвенника, найдет он защиту. Настиг Троила Ахилл у самого жертвенника Аполлона. Он схватил юношу за пышные кудри, свалил с колесницы на землю и пронзил ему грудь острым мечом. Бездыханным лежал Троил на земле у жертвенника Аполлона. Не поспели ему на помощь его братья Гектор, Полит и Деифоб. Но не выдали они Ахиллу труп Троила. Они напали на непобедимого сына Фетиды и завладели трупом брата. Поднял труп Троила Гектор и понес его в Трою. Горько заплакал старец Приам, увидав с высоких стен Трои труп так безвременно погибшего сына.

Много горя пришлось перенести жителям Трои за девять лет осады Трои. Многих героев, павших в битве, пришлось им оплакивать. Но самый тяжелый десятый год был впереди. Впереди было и величайшее горе – падение Трои.

Много претерпели и греки за девять лет войны. Много и у них было убитых. Многие герои погибли от руки врагов. Погиб и мудрый герой Паламед, но не от руки врага. Из ненависти и зависти погубил его хитроумный Одиссей.

Много разумных советов давал грекам Паламед, не раз оказывал он им неоценимые услуги. Целебными травами излечивал он раны и болезни; он устроил маяк для греков, чтобы знали отплывшие из стана, куда пристать темной ночью. Чтили героя Паламеда греки и охотно слушались его советов. За это возненавидел его Одиссей. Он видел, что Паламеда слушают греки охотнее, чем его. Вспомнил Одиссей и то, как раскрыл Паламед его хитрость, когда притворился он помешанным, чтобы не идти под Трою; это воспоминание еще более усилило его ненависть к Паламеду. Долго размышлял Одиссей, как погубить ему Паламеда. Наконец воспользовался он тем, что Паламед стал советовать грекам кончить войну и вернуться на родину. Одиссей придумал коварный план. Ночью он спрятал в шатре Паламеда мешок с золотом и стал уверять всех, что недаром советует Паламед прекратить осаду Трои, что эти советы дает он грекам лишь потому, что подкуплен Приамом. Немало было недовольных Паламедом и среди греков. Ведь если бы послушались греки советов Паламеда, то лишились бы они богатой добычи, которой завладели бы они, взяв Трою. Все эти недовольные охотно поверили клевете Одиссея. Видя, что уже многие греки начинают верить в измену Паламеда, Одиссей, чтобы убедить всех в том, что действительно подкупил Приам Паламеда, сообщил Агамемнону, что Паламед сносится с Приамом через пленного фригийца и что этого фригийца, когда он пытался уйти из лагеря греков в Трою, схватили и убили слуги Одиссея. Написал также Одиссей письмо от имени Приама к Паламеду. В этом письме было сказано о золоте, посланном царем Приамом к Паламеду в уплату за то, что он уговорит греков снять осаду и уехать на родину. Это письмо Одиссей передал пленному фригийцу и велел отнести его к Приаму. Лишь только фригиец вышел из лагеря греков, как напали на него слуги Одиссея, убили его, а письмо принесли к своему царю. С этим письмом Одиссей поспешил в шатер Агамемнона. Получив это сообщение, Агамемнон тотчас созвал в свой шатер всех вождей греков. Призвал он и Паламеда, который не подозревал, какая опасность ему угрожает. Здесь обвинил Одиссей Паламеда в измене. Напрасно уверял Паламед вождей, что и не думал он об измене. Одиссей же, чтобы уличить Паламеда, посоветовал обыскать шатер его. Послали в шатер и действительно там нашли мешок с золотом. Теперь ясно стало всем, что Паламед – изменник. Нарядили суд над Паламедом, и он был приговорен к смерти. Его решили побить камнями. Заковали невинного Паламеда в тяжелые цепи и привели на берег моря. Напрасно заклинал Паламед греков не убивать его, не предавать такой лютой казни невинного. Никто не хотел слушать изменника. Приступили к казни. Ни единого стона, ни единой жалобы не вырвалось из груди Паламеда. Пред смертью сказал он тихо лишь эти слова:

– О истина, мне жаль тебя, ты умерла раньше меня.

С этими словами умер благороднейший и мудрейший из греческих героев; не спасли его все те услуги, которые оказал он грекам. Впоследствии жестоко поплатились греки за убийство Паламеда. Им отомстил за смерть сына Навпилий, царь Эвбеи, отец Паламеда.

Не только на смерть осудил Агамемнон Паламеда, но и его душу обрек он на вечные скитания. Не позволил Агамемнон предать тело Паламеда погребению, оно оставлено было на берегу моря, чтобы растерзали его дикие звери и хищные птицы. Но не допустил этого могучий Аякс Теламонид. Он совершил погребальные обряды над телом Паламеда и с честью похоронил его. Не верил Аякс, что изменил Паламед грекам.

Ссора Ахилла с Агамемноном

Уже девять лет осаждали греки Трою. Настал десятый год великой борьбы. В начале этого года прибыл в стан греков жрец стреловержца Аполлона, Хрис. Он молил всех греков и прежде всего их вождей вернуть ему за богатый выкуп дочь Хрисеиду. Выслушав Хриса, все согласились принять за Хрисеиду богатый выкуп и отдать ее отцу. Но разгневался могучий царь Агамемнон и сказал Хрису:

– Старик, уходи и никогда не смей показываться здесь у наших кораблей, иначе не спасет тебя, что ты жрец бога Аполлона. Не верну я тебе Хрисеиды. Нет, всю жизнь будет она томиться в неволе. Остерегайся сердить меня, если хочешь невредимым вернуться домой.

В страхе покинул Хрис стан греков и пошел, опечаленный, на берег моря. Там, воздев к небу руки, так взмолился он великому сыну Латоны, богу Аполлону:

– О сребролукий бог! Внемли мне, твоему верному служителю! Отомсти твоими стрелами грекам за мою скорбь и обиду.

Услышал Аполлон жалобу своего жреца Хриса. Быстро помчался он со светлого Олимпа с луком и колчаном за плечами. Грозно гремели в колчане золотые стрелы. Мчался Аполлон к стану греков, пылая гневом; мрачней ночи было лицо его. Примчавшись к стану ахейцев, он вынул из колчана стрелу и послал ее в стан. Грозно зазвенела тетива лука Аполлона. За первой стрелой послал Аполлон вторую, третью, – градом посыпались стрелы в стан греков, неся с собой смерть. Страшный мор поразил греков. Множество греков гибло. Всюду пылали погребальные костры. Казалось, настал для греков час гибели.

Девять дней свирепствовал уже мор. На десятый день по совету, данному Герой, созвал великий герой Ахилл на народное собрание всех греков, чтобы решить, как быть им, как умилостивить богов. Когда собрались все воины, первым обратился к Агамемнону с речью Ахилл:

– Придется плыть нам обратно на родину, сын Атрея, – сказал Ахилл, – ты видишь, что гибнут воины и в боях, и от мора. Но, может быть, мы прежде спросим гадателей: они скажут нам, чем прогневали мы сребролукого Аполлона, за что послал он гибельный мор на наше войско.

Лишь только сказал это Ахилл, как поднялся прорицатель Калхас, уже много раз открывавший грекам волю богов. Он сказал, что готов открыть, чем прогневан далеко разящий бог, но откроет он это лишь в том случае, если Ахилл защитит его от гнева царя Агамемнона. Ахилл обещал свою защиту Калхасу и поклялся в этом Аполлоном. Тогда только сказал Калхас:

– Гневается великий сын Латоны за то, что обесчестил царь Агамемнон жреца его Хриса, прогнал его из стана, не приняв от него богатого выкупа за дочь. Умилостивить можем мы бога лишь тем, что вернем отцу черноокую Хрисеиду и принесем в жертву богу сто тельцов.

Услыхав, что сказал Калхас, воспылал страшным гневом на него и Ахилла Агамемнон, но видя, что ему придется вернуть Хрисеиду отцу, согласился. Требовал только Атрид себе награды за ее возвращение. Упрекнул в корыстолюбии Агамемнона Ахилл. Это еще больше рассердило Агамемнона. Он стал грозить, что своей властью возьмет себе награду за Хрисеиду из того, что досталось на долю Ахиллу или Аяксу, или Одиссею.

– Бесстыдный, коварный корыстолюбец! – вскрикнул Ахилл, – ты грозишь нам, что отымешь у нас наши награды, хотя никто из нас никогда не имел равной с тобой доли в наградах. А мы ведь пришли сражаться не за свое дело; мы пришли сюда ради помощи Менелаю и тебе. Ты хочешь отнять у меня часть той добычи, которая досталась мне за великие подвиги, совершенные мной. Так лучше вернуться мне назад в родную Фтию, я не хочу увеличивать твою добычу и сокровища.

– Что же, беги в Фтию! – крикнул в ответ Ахиллу Агамемнон, – больше всех царей ненавижу я тебя. Ты один затеваешь раздоры. Не страшен мне твой гнев. Вот что скажу я тебе! Хрисеиду верну я отцу, раз это – желание бога Аполлона, но за это отниму я у тебя пленницу Брисеиду. Ты узнаешь, насколько больше у меня власти! Пусть каждый опасается считать себя равным по власти мне!

Страшный гнев овладел Ахиллом, когда он услышал эту угрозу Агамемнона. Схватился за свой меч сын Фетиды; он уже извлек его наполовину из ножен и готов был броситься на Агамемнона. Вдруг почувствовал Ахилл легкое прикосновение к волосам. Обернулся он и в ужасе отшатнулся. Пред ним, незримая для других, стояла великая дочь громовержца, Афина-Паллада. Гера послала Афину. Жена Зевса не желала гибели ни того, ни другого из героев, оба они – и Ахилл и Агамемнон – были ей одинаково дороги. С трепетом спросил Ахилл богиню Афину:

– О дочь громовержца Зевса, зачем опустилась ты с высокого Олимпа? Неужели пришла ты сюда, чтобы видеть, как неистовствует Агамемнон? О, скоро погубит он себя своей гордостью!

– Нет, могучий Ахилл, – ответила светлоокая Паллада, – не затем пришла я. Пришла я укротить твой гнев, если только ты повинуешься воле богов-олимпийцев. Не обнажай меча, удовольствуйся лишь словами, ими бичуй Агамемнона. Верь мне! Скоро здесь, на этом же месте заплатят тебе за обиду дарами, которые будут во много раз богаче. Смирись и подчинись воле бессмертных богов.

Покорился воле богов Ахилл; он вложил свой меч и ножны, и Афина опять вознеслась на светлый Олимп в сонм богов.

Много гневных слов сказал еще Ахилл Агамемнону, называя его пожирателем народа, пьяницей, трусом, собакой. Бросил свой скипетр на землю Ахилл и поклялся им, что настанет время, когда нужна будет его помощь против троянцев, но напрасно будет молить о ней Агамемнон, раз так тяжело оскорбил он его. Напрасно мудрый царь Пилоса, старец Нестор, старался примирить враждующих. Не послушался Агамемнон Нестора, не смирился и Ахилл. Гневный ушел великий сын Пелея со своим другом Патроклом и храбрыми мирмидонянами к своим шатрам. Неистово бушевала в его груди злоба на оскорбившего его Агамемнона.

Между тем царь Агамемнон велел спустить быстроходный корабль на море, отнести на него жертвы богу Аполлону и отвести прекрасную дочь жреца Хриса. Корабль этот должен был плыть под начальством хитроумного Одиссея в Фивы, город Эстиона. А греки в стане, по поведению Агамемнона, должны были принести богатые жертвы Аполлону, чтобы умилостивить его.

Быстро несся посланный Агамемноном корабль по волнам безбрежного моря. Наконец вошел корабль в гавань Фив. Спустили паруса греки и причалили к пристани. Сошел с корабля во главе дружины Одиссей на берег, отвел прекрасную Хрисеиду к отцу и обратился к нему с таким приветствием:

– О служитель Аполлона! Я прибыл сюда по воле Агамемнона, чтобы возвратить тебе дочь. Привезли мы и сто быков, чтобы умилостивить этими жертвами великого бога Аполлона, пославшего тяжкое бедствие на греков.

Обрадовался старец Хрис возвращению дочери и нежно обнял ее. Немедленно приступили к жертвоприношению Аполлону. Молил Хрис бога-стреловержца:

– О сребролукий бог! Внемли мне! И раньше внимал ты моим мольбам. Услышь ты и ныне меня! Отврати великие бедствия от греков, прекрати гибельный мор!

Услышал мольбу Хриса бог Аполлон, и прекратил мор в стане греков. Когда же были принесены Хрисом жертвы Аполлону, устроен был роскошный пир. Весело пировали греки в Фивах. Юноши разносили вино, наполняя им доверху чаши пирующих. Громко раздавались величественные звуки гимна в честь Аполлона, который пели юноши-греки. До заката солнца продолжался пир, а утром, освеженные сном, отправились в обратный путь к обширному стану Одиссей и его дружина. Аполлон послал им попутный ветер.

Как чайка, несся корабль по морским волнам. Быстро достиг корабль стана. Вытащили его на берег пловцы и разошлись по своим шатрам.

Пока плавал Одиссей в Фивы, Агамемнон исполнил и свою угрозу Ахиллу. Призвал он глашатаев Талфибия и Эврибата и послал их за Брисеидой. Неохотно шли посланные Агамемнона к шатру Ахилла. Они застали его сидящим в глубоком раздумьи у шатра. Подошли послы к могучему герою, но в смущении не могли вымолвить ни слова. Тогда сказал им сын Пелея:

– Привет вам, глашатаи. Я знаю, что вы ни в чем не повинны, виновен один лишь царь Агамемнон. Вы пришли за Брисеидой. Друг мой, Патрокл, выдай им Брисеиду. Но пусть будут они сами свидетелями, что настанет час, когда буду нужен я, чтобы спасти от гибели греков. Не сможет тогда Агамемнон, потерявший разум, спасти греков!

Проливая горькие слезы, покинул Ахилл друзей своих, ушел на пустынный берег, простер к морю руки и громко призвал мать свою, богиню Фетиду:

– Мать моя, если уже родила ты меня обреченным на краткую жизнь, зачем же тогда лишает меня славы громовержец Зевс! Нет, не дал он мне славы! Царь Агамемнон меня обесчестил, отняв у меня награду за мои подвиги. Мать моя, услышь меня!

Услыхала богиня Фетида призыв Ахилла. Покинула она морскую пучину и дивный дворец бога Нерея. Быстро, подобно легкому облаку, всплыла она из морских пенящихся волн. Вышла Фетида на берег и, сев около нежно любимого сына, обняла его.

– Что ты рыдаешь так горько, сын мой? – спросила она, – поведай мне твое горе.

Рассказал матери Ахилл, как тяжко оскорбил его Агамемнон. Стал он молить мать вознестись на светлый Олимп и там молить Зевса, чтобы наказал он Агамемнона. Пусть поможет Зевс троянцам, пусть прогонят они греков до самых кораблей. Пусть поймет Агамемнон, как неразумно поступил он, оскорбив храбрейшего из греков. Ахилл уверял мать, что не откажет ей в просьбе Зевс. Ей ведь стоит только напомнить Зевсу, как помогла она однажды ему, когда боги Олимпа замыслили свергнуть Зевса, сковав его. Тогда призвала Фетида на помощь Зевсу сторукого великана Бриарея; увидав его, смутились все боги и не посмели поднять рук на Зевса. Пусть напомнит Фетида об этом великому Зевсу-громовержцу, и он не откажет ей в ее просьбе. Так молил Ахилл мать свою Фетиду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Область на западе средней Греции.

Вернуться

2

Главный город в области Лаконии на Пелопоннесе.

Вернуться

3

Город в Фессалии на берегу Пегасейского залива Эгейского моря.

Вернуться

4

Область в средней Греции между Беотией и Этолией.

Вернуться

5

См. «Одиссея», с. 383.

Вернуться

6

Остров в Эгейском море на северо-восток от острова Эвбеи.

Вернуться

7

Плеяды – богини, именем их названо созвездие Плеяд.

Вернуться

8

Конечно, здесь сообщается о таком большом войске, какое не могло быть собрано в те времена, когда создана была легенда о Троянской войне. Это обычное эпическое украшение, придающее характер грандиозности войне греков с троянцами.

Вернуться

9

Изложено по трагедии Эврипида «Ифигения в Авлиде». Авлида – город на берегу пролива, отделяющего остров Эвбею от Средней Греции.

Вернуться

10

Современный Крым.

Вернуться

11

На севере Эгейского моря.

Вернуться

12

Мифический город, одноименный с Фивами, главным городом Беотии в Греции.

Вернуться

13

По верованиям греков души умерших, лишенных погребения, были осуждены на вечные скитания и нигде не находили себе покоя. Поэтому лишение погребения считалось величайшим поруганием умершего.

Вернуться

14

Остров на севере Эгейского моря.

Вернуться

15

Арисба – город на острове Лесбосе.

Вернуться