Елена Расс
«Тёмный властелин в сетевом магазине косметики»

Глава

Эпиграф:

«— А вы говорите, магия не работает. Работает! Только теперь она пахнет аргановым маслом и стоит 399 рублей по карте постоянного клиента».

Главные герои

Лиля Косинская — 32 года, бывший магистр криминалистической магии (но скрывает), сейчас — старший продавец-консультант в сети «Морковка». Носит розовые фартуки с логотипом морковки. В прошлом — звезда магического сыска, но ушла в тень после провала громкого дела.

Властелин Тьмы Аштар-Дэм-Миро — правитель двух миров, сильнейший некромант, чёрный дракон, убил сотни врагов. Из-за проклятия соперницы теперь не может использовать магию без… увлажняющего крема и BB-тональника. Попадает в «Морковку» из-за сбоя портала.

Грэта Фарш — начальница отдела «Бюджетный уход», женщина с пучком и указкой. Мечтает о повышении. Ненавидит Лилию.

Кузя — ручной фамильяр Лили (летучая мышь в клетчатой жилетке). Говорит голосом Фаины Раневской.

Феофан Бубликов — местный участковый, тайно влюблён в Лилю, вечно нюхает растворимый кофе.

Глава 1

Тени прошлого пахнут пробником сирени

— Косинская, вы опять спите на раскладушке в подсобке?

Голос Грэты Фарш прозвучал как утренний будильник, который бросили в бетономешалку. Я открыла один глаз. Надо мной нависал пучок рыжих волос, заколотый карандашом, и бейдж с надписью «Начальник отдела бюджета».

— Не сплю, — соврала я, промаргиваясь. — Медитирую над витриной бальзамов.

— У вас на щеке отпечаток клавиатуры. И слева — сопливая мышь.

Фамильяр Кузя, маленькая летучая мышь в клетчатой жилетке, сидел на моём плече и нагло умывался.

— Я не сопливая, я с перегара! — возмутился Кузя голосом Фаины Раневской. — Вчера пил отвар из скипидара.

Грэта взвизгнула и отшатнулась, как от чумной крысы.

— Уберите это! Мерзость!

— Это не мерзость, это член коллектива, — я почесала Кузю за ухом. — У нас акция: берёшь две маски для лица, получаешь фамильяра в подарок. Не хочешь?

Грэта метнула в меня взглядом, способным заморозить гель для душа.

— Косинская, сыворотка «Слёзы Сириуса». Пропала. С ночи.

— С какой такой сыворотка?

— С лимитированной, мать вашу за ногу! — Грэта стукнула указкой по стойке. — За ней стояла очередь из пяти ведьм с севера! Она стоит столько же, сколько крыло дракона. И она ИСЧЕЗЛА.

Я медленно приподнялась на локтях.

— И вы, конечно, сразу подумали на меня.

— А на кого ещё? У вас одной есть ключ от склада А.

— Потому что вы мне его сами дали, когда забыли свой в кабинете магической гигиены.

Грэта покраснела цветом нераспроданной помады.

— Это неважно. Важно, что у вас есть мотив.

Я села. Раскладушка жалобно скрипнула.

— Мотив? Я вчера раскладывала пробники туалетной воды по двумстам коробкам. У меня даже не было времени украсть что-либо ценнее свободной минуты.

Кузя хрюкнул с плеча:

— Скажи ей прямо: она дырявая старая клуша.

— Кузя, веди себя прилично.

— А что я? Я культурно выражаюсь. Клуша — это птица, между прочим.

Грэта затряслась. Карандаш выпал из пучка.

— Вы уволены! Я напишу докладную директору!

— Вы не можете меня уволить, — я взяла с полки розовый фартук и надела поверх свитера. — Я единственный человек в этом магазине, кто знает, как переписать коды на кассах после магического сбоя.

Грэта раскрыла рот, чтобы сказать что-то убийственное, но тут…

Пространство позади стеллажа с шампунями **искривилось**.

Я видела такое только раз в жизни — когда моего бывшего напарника засосало в межмировую трещину.

Кузя спрятался за воротник.

— Лиля, — прошептал он, — бежим.

— Куда? Это отдел магии быта, отсюда выход только в молочные коктейли.

Разрыв зазвенел.

Из него, как пробка из бутылки с плохим шампанским, вылетел **мужик**.

Мантия. Плащ с горностаями (горностаи, кстати, живые и возмущённо пищали). Корона набекрень.

Глаза — адовы угли.

Он приземлился на стойку с «Эффектом свечения» и прорычал басом, от которого зазвенели стёкла витрин:

— **ГДЕ МОЯ НАЛОЖНИЦА?**

Грэта Фарш тихо осела на пол.

Я моргнула.

— Здрасьте. Акция: две банки шампуня по цене одной. А наложниц у нас нет, только пробники с феромонами во втором ряду.

Мужик уставился на меня как на говорящую морковку.

— Ты… кто?

— Лиля. Старший продавец-консультант. А вы?

Он взмахнул рукой. Ожидала молнии. Получила скрип от неработающей магии.

— Я Властелин Тьмы Аштар-Дэм-Миро! Я сожгу ваш мир дотла!

— Вот это вряд ли, — я показала на потолок. — У нас пожарная сигнализация магическая. И штраф за колдовство без лицензии — пятнадцать тысяч. Карту лояльности будете оформлять?

Он открыл рот. Закрыл.

Впервые за двести лет правления Аштар-Дэм-Миро не нашёл, что сказать.

— У меня не работает магия, — вдруг тихо признался он.

— Тогда тем более берите корзину. Наша скидка по пятницам — настоящая магия.

Кузя выглянул из-за воротника:

— Лиля, ты больная. Это же тёмный властелин.

— Устаканится. Все они сначала кричат, потом берут гель для душа с лавандой.

Глава 2

Некромант, которого увлажнили

В подсобке пахло картоном, прошлогодними акциями и отчаянием.

Я заставила Аштара-Дэма-Миро сесть на ящик из-под масок для волос.

Он сидел, как король на троне, но корона съехала на лоб, а горностаи уже сбежали и прятались под стеллажом с влажными салфетками.

— Ещё раз, медленно, — сказала я, наливая растворимый кофе в кружку с надписью «Лучшая тётя». — Вас прокляла ваша бывшая невеста?

— Стелла, — он скривился, как от лимона. — Низшая жрица. Психопатка.

— Тоже мне новость, — вздохнула я. — Все бывшие — психопатки.

— Она наслала на меня проклятие «Сухая рука».

Я подавилась кофе.

— Простите, что?

— Сухая рука, — повторил Аштар с ледяным спокойствием. — Я не могу колдовать, если мои ладони… сухие.

Мы помолчали.

Кузя захихикал.

— Лиля, скажи ему.

— Не буду.

— Скажи!

— **Твой властелин не может чихнуть без увлажняющего крема**, — выпалила я.

Кузя упал с плеча и забился в истерике.

Аштар встал. Ящик жалобно треснул.

— **Ты смеёшься надо мной, смертная?**

— Я не смеюсь. Я констатирую факт. Проклятие, которое снимается гиалуроновой сывороткой, — это не проклятие, это рекламная акция «Лореаль».

Он сделал шаг ко мне. Я не отступила — не потому что храбрая, а потому что за мной стояли коробки с пробниками «Сияние за 300 рублей».

— Я мог бы уничтожить тебя одним словом.

— Но вы не можете даже открыть портал, потому что у вас руки пересохли от злости. Вот, — я выдвинула ящик стола и кинула ему тюбик. — Дневной крем «Нежный удар». Пробник. Бесплатно.

Аштар взял крем, как бомбу.

— Не нагнетай, — посоветовал Кузя. — Она добрая, но вредная.

— Зачем ты мне это даёшь? — тихо спросил Властелин.

— Потому что я, в отличие от некоторых, умею работать с клиентами. А ещё потому, что у нас в магазине только что **нашли труп**.

Аштар замер.

— Где?

— В отделе корректоров. Грэта Фарш. Задушена магическим шнурком для бровей.

Он медленно выдавил крем на левую ладонь.

— Я мог бы воскресить её, — сказал он задумчиво, — но мне нужна баночка праймера. Это унизительно.

— Добро пожаловать в клуб унижений, милорд. Форма у нас розовая, зарплата — пробниками, тринадцатая зарплата — просроченной тушью.

Аштар посмотрел на свою ладонь. Крем впитался. На кончиках пальцев засветилась слабая тьма.

— Я помогу тебе найти убийцу, — сказал он. — Если ты поможешь мне снять проклятие.

— Договорились. Но есть правила: никакого «я сожгу», никакого «умри, ничтожество» и никакого подчинения разума.

— Почему?

— Потому что у нас опросы качества обслуживания. Клиенты жалуются.

Аштар-Дэм-Миро, Властелин двух миров, палач семи королевств, вздохнул так тяжело, будто ему предложили вымыть полы.

— Согласен.

В этот момент дверь подсобки распахнулась. На пороге стоял **инспектор Радмир Суровцев** — мой бывший жених, теперь — местная звезда магического МВД.

— Лиля, — он улыбнулся той самой улыбкой, из-за которой я когда-то купила свадебное платье (потом вернула). — Ты, как всегда, в центре событий. А это кто?

Аштар медленно повернулся.

— Я её муж, — рявкнул он. — А ты кто?

Радмир поднял бровь.

Я закрыла лицо рукой.

— Боже, дайте мне просто расследовать убийство без этого цирка.

Глава 3

Хозяйка чёрного замка и клиент месяца

— Я не твой муж, — прошипела я Аштару, когда Радмир отошёл к трупу Грэты. — Ты меня вообще первый раз видишь.

— Он смотрел на тебя как на вещь, — отрезал Властелин. — Я не потерплю.

— Потерпишь. У нас тут демократия.

Кузя принюхался к воздуху:

— Чую запах подставы. Эта крыса Суровцев что-то скрывает.

— Кузя, у тебя паранойя.

— У меня опыт. Я, между прочим, работал с тобой в сыске, пока ты не ушла в магазин. Помнишь дело «Контрабанда душ»?

Я резко повернулась к мыши.

— Заткнись. Здесь не обсуждается.

— Слишком поздно, — раздался сзади насмешливый голос.

Радмир стоял в дверях, скрестив руки на груди. На его мантии блестел значок инспектора особых поручений.

— Я всегда знал, Лиля, что ты не просто продавец. Но чтобы тёмный властелин в подсобке… это перебор даже для тебя.

— Он клиент, — сказала я. — У него сухая кожа.

— У него сухая магия, — усмехнулся Радмир. — И воняет от него серой и отчаянием. Я забираю его для допроса.

— По какому праву?

— По праву того, кто не провалил дело пять лет назад.

Это было больно. Это было точное попадание в больное место.

Аштар шагнул вперёд.

— Ты. — его голос стал ниже на октаву. — Ты не смеешь говорить с ней так.

— А ты не смеешь разговаривать с офицером, — Радмир щёлкнул пальцами, и вокруг Аштара замерцал магический круг. — Тёмные не в почёте с прошлого вторника.

— **Да я сожру твою душу на завтрак**, — зарычал дракон.

— Мальчики, — я встала между ними, — тут женщину убили. Шнурком от бровей. Грэта Фарш была дрянью, но не заслужила умереть в отделе корректоров среди просроченных тональников.

Радмир убрал магию. На секунду в его глазах мелькнуло что-то человеческое.

— Она тебя ненавидела, Лиля.

— Знаю.

— У неё в сейфе лежало завещание: всё отдать благотворительному фонду «Светлые зайчики». И твоя докладная на увольнение. Сто пятьдесят страниц.

Я вздохнула.

— У неё была богатая внутренняя жизнь.

— У неё был ключ от твоего склада, — вдруг сказал Аштар.

Мы оба уставились на него.

— Что? — переспросила я.

— Ты сказала — она забыла свой ключ в кабинете гигиены. Но у неё был и твой, потому что она тебе подставила пропажу сыворотки.

— Логично, — нехотя признал Радмир. — Для немытого дракона неплохо.

— Я вымоюсь твоей кровью, — ласково пообещал Аштар.

— Так, — я хлопнула в ладоши. — У нас есть труп, пропавшая сыворотка стоимостью с крыло дракона, проклятый властелин с сухими руками и бывший жених-мудак. Кто с кем?

— Я с тобой, — сказал Аштар.

— А я вас обоих поведу в участок, — сказал Радмир.

— А я пойду спать, — заявил Кузя и нырнул в ящик с ватными дисками.

Через двадцать минут мы сидели втроём в кабинете Радмира. Стены в магических плакатах «Если вы стали жертвой заклинания — позвоните 02». На столе — растворимый кофе и фотография Лили на пляже (я её тогда не заметила, что он сделал).

— Так, — Радмир разложил бумаги. — Вскрытие показало: Грэту убили **не магией**.

— Чем?

— Шнурком. Обычным, купленным в «Морковке». За 99 рублей.

Аштар усмехнулся.

— Слабый мир. В моём за убийство казнят драконами.

— В моём за убийство дарят флакон духов, — парировала я. — Если ты клиент с золотой картой.