Анастасия Романова
Инородец

Вступление (Дюран)

Я не знаю, как я выжил. По всем законам жизни и вселенной не должен был. Никогда не верил в эти байки: человек падает с огромной высоты вниз, железная птица, что его несет, разбивается в дребезги, а человеческая плоть остается жить. Полноценно жить. И когда я слышал подобные рассказы, то всегда ухмылялся: бред, металл умирает, а плоть остается целой? Ха-ха-ха-ха! Видимо Великий Космос решил меня проучить за моё неверие.

Вы когда-нибудь падали с большой высоты? С верхних слоев атмосферы, когда планета притягивает тебя к себе, а железная птица, на которой ты находишься, в аварийном режиме? Когда основная тяга не работает, только слабые рулевые, и ты не можешь сопротивляться тяготению. Нет, я не хвастаюсь, но я бы посадил машину на воду даже в таком состоянии, жестко, но посадил бы. Постарался. Если бы искусственный интеллект, вживленный в систему, не мешал мне. Еву, в принципе, можно отключить, если у тебя есть капитанские коды, вот только у меня их не было. А в полуаварийном режиме эта зараза включается автоматически. Но кто же мне, простому парню из штурмовой команды, даст капитанские коды! Хотя в последний момент, перед ударом об землю, я успел подумать: какая разница будешь ты похоронен под водой или тебя размажет по земле? Результат всё равно один…. Впрочем, началось всё не с этого.

Крейсер, на котором я бороздил просторы вселенной, приписан к Вните. Да-да, я из тех ребят, что рождаются, живут и умирают в космосе. С типичной внешностью, присущей нашей расе, а потому часто слышу в свой адрес: пиратская морда, космический чёрт и всё в этом духе подобное. Слышу, ухмыляюсь и иду дальше. Никто же не обижается на то, что глаза зеленые? Вот и я не обижаюсь. Кстати, глаза у меня темно-карие, как и у многих из нас. А зовут меня Дюран Али-Крио. Позабавились родители: с такой фамилией имя в наших пиратских кругах вовсе не обязательно. Всё равно кличут меня или Али, или Крио, а чаще просто Кри. Редко кто вспоминает, что я Дюран.

На крейсер к Терру (так зовут нашего капитана) я попал по протекции матери. Так получилось, что сразу после окончания академии, она передала меня Терру, в надежде, что её любимый сыночек станет отличным штурманом, а там и до капитана недалеко. Чтобы вы понимали, мы часто бываем на разных планетах и в разных передрягах, поэтому в команде нужны не протеже, а люди, которые приносят пользу. И ты с детства привыкаешь быть там, где приносишь максимум этой пользы для всех. Потому что у нас не только еда и вода, но даже воздух не бесплатный. Как может быть бесплатным то, чего в космосе нет? Так я и прижился в абордажке. Видимо, я и сложные вычисления не созданы друг для друга. Потому что после нескольких моих выходок в передрягах, Терр сам меня в штурмовики определил, и приставил ко мне наставника. Так я и остался с Терром, кстати, его полное имя Террамо Зельбо. Не Али-Крио, конечно, но тоже. Мы любим сокращать имена. В полете счет иной раз идет на секунды. Так и привыкаешь: Терр, Кри, Элси...

За пять лет с Терром я видел многое. К слову, мы не торговали людьми. А в этом случае, дерешься чаще в космосе, чем на земле, с такими же, как ты сам, за добро, которое в твоём же трюме валяется. И я никогда не думал, что мне станет не по себе, а то и откровенно страшно, когда вооруженный крейсер возник изниоткуда, словно по волшебству. Они всегда так появляются, на то и «Черные призраки». Спецподразделение МСС, которое высылают, как правило, на ликвидацию. Мы называем их смерть пиратская. Потому что, если против тебя на боевой готовности вышел Призрак, значит ты труп. Все мы трупы: и корабль, который потом порежут на металлолом, и люди. Это значит - государство решило, что убить тебя проще, чем поймать с поличным, а король Вниты не стал заступаться. По сути, в отличие от работорговцев, что называют себя волчьей стаей, мы - контрабандисты. На добыче, покупке и перепродаже, мы кидаем государство на торговые налоги и прочие подати, вроде лицензий. И никогда не сверяемся со списком запрещенных к продаже товаров. Есть спрос? Значит мы тут как тут. Будь то оружие, наркотики или приправы к супу - не важно. Если где-то есть вещь, которую можно взять за безделушку, а в другой части огромной вселенной дорого продать, значит, очень скоро тут появимся мы - Дети Космоса. Кажется, я отвлекся?

Призрак появился внезапно и почти сразу ударил в корму, стараясь лишить нас возможности сбежать. Крейсер тряхнуло так, что я со своей верхней спальной полки свалился. Да, отдельная каюта - удовольствие для старшей команды. А нам и вчетвером неплохо. Первое, чему в своё время учил меня наставник, это одеваться со скоростью сверхзвука. Что я и сделал, и побежал на точку сбора, вместе с остальными. Обычное дело, которое мы делали уже тысячу раз. Крейсер быстро разворачивался в пространстве, чтобы бортовые орудия могли эффективнее противостоять нападающему. Развороты в пространстве я чувствую своей головой, словно животное. Я не могу объяснить как, но это словно в моей голове маленький гироскоп. Все изменения по трехмерной оси координат в пространстве я чувствую где-то в своей черепной коробке. У Детей Космоса много странных особенностей, и в любой момент может появиться новая, если спящий поколениями ген внезапно просыпается и активизируется, потому что это спасёт твою шкуру.

Стоя в строю на площадке перед командиром, я чувствовал, как крейсер спешно разворачивается, пытаясь выбрать расстояние и занять выгодную позицию. Но Призрак ведь тоже не стоит на месте. И я знаю, что сейчас там происходит: периодические выстрелы в попытке пробить броню и танец. Разница только в том, что у Призрака броня лучше. Она толще, а значит тяжелее. И при этом Призрак быстроходен, и уйти от него очень сложно. Спецназ возит с собой только запас еды, воды и оружие. А мы товар. И если мы позволим себе такую толстую броню, то товара придётся возить меньше, а это уронит нашу прибыль. Сейчас мы идём пустыми, но даже с поправкой на это, от Призрака почти невозможно уйти. Нужна отчаянная голова и удача. И не толика удачи, а целая тарелка для первого с горкой.

Командир напряженно молчал, а мы ждали, глядя на него.

- Действуем? - не выдержал я повисшего напряжения. Но командир качнул головой, отрицая.

- Ждём, - выдохнул он так, словно скрывал от смертельно-больного его диагноз.

- Если ожидание окупится, почему бы и не подождать, - сказал один из ребят, - Только недолго, - раздались смешки.

- Наш выход последними, - решился офицер, - Это «Черные призраки».

В этот момент повисла мертвая тишина. Потом чей-то шепот: Великий Космос.

- Они обычно врываются и убивают всех, кого видят, так? - спросил я, хотя точно знал, что это так. Офицер подтвердил, бросив короткое "всегда", и я продолжил, - Может нам повторить их успех? Они такой наглости не ждут. Да и терять нам нечего. А вдруг повезет?

Командир задумчиво посмотрел на меня, и его взгляд медленно стал строгим. Он поднял руку и погрозил мне пальцем, как ребенку.

- Кри! - строго одернул он, - Засунь свои безумные инициативы в..., - он не успел договорить, я его перебил.

- Туда нельзя. У меня адреналина сейчас в организме вот, - я приложил ребро ладони к кончику носа, показывая уровень жидкости, - Если куда-нибудь что-нибудь ещё засунуть, он через уши потечёт.

Все засмеялись, напряжение было снято. Только командир стал злее и ткнул меня пальцем в грудь.

- Я Элси убью, - пообещал он мне.

- Его-то за что? - удивился я. Командир развернулся ко мне боком и сделал несколько шагов вдоль строя.

- За то, что ученик в учителя, - пояснил он, и на этот раз не дал мне встрять, - Капитан приказал ждать. Наш выход последними. Если эти твари ворвутся, отыграем на полную. Другого пути уже не будет.

- А может, лучше в гости? - прошептал я, наивно полагая, что командир ничего не услышал.

- Все поняли приказ? Штурмовой авангард ждет. Работает артиллерийская палуба.

- Так точно, - хором ответили ему. Командир развернулся и посмотрел мне в лицо.

- Кри? А тебе особенно!

Я вытянулся и три раза ему «так точно» отчеканил. Он сплюнул, снова пообещал убить Элси, и вышел, направляясь в рубку. Мы должны были ждать в точке сбора. Я сделал по помещению три круга, перекинулся шутками с друзьями, когда один из них тихо сказал.