Николай Гоголев
Океан и облака

Океан и облака

Сквозь прозрачную воду видно множество песочных часов, усеявших океанское дно. Чем дальше от берега, тем их больше. На глубине громоздятся целые горы часов, недвижные и безмолвные.

Зеленая поверхность взрывается брызгами, ко дну идут очередные хрустальные часы с золотым ободом. За ними тянется шлейф пузырьков. Песчинки внутри все еще пересыпаются из одного сосуда в другой, но это уже не имеет значения.

Души. Их лиц не видно. Глаза и рот лишь обозначены несколькими штрихами, словно набросаны художником, у которого нашлись дела поважнее. Они стоят на берегу, светятся как звезды, ярко и чисто. Они ждут, когда часы достигнут дна, чтобы они смогли вернуться к своим хозяевам, пока те спят.

Одни уходят, но тут же на их место приходят другие. Новоприбывшие души совсем не похожи на своих собратьев. Они не светятся. Медленно бредут к Океану, каждый шаг дается им с огромным трудом, ибо их ноша тяжела. Одна из душ добралась до воды и остановилась. Ее грудная клетка распахнулась, она бережно вынула двумя руками песочные часы. На ободе были выгравированы дата и имя. Душа зашвырнула часы в океан. Грудная клетка закрылась, и душа начала светиться.

Рядом с лодкой, всего в каком-то метре, упала очередная капсула времени. Парень увел лодку подальше. Он слишком хорошо знал, что могло случиться попади часы в лодку.

Он смотрел на берег, души все прибывали. А некоторые из них являлись не в первый раз. За последние годы поток сильно увеличился. Теперь и дня не проходит, чтобы пляж пустовал, всегда кто-то есть. Над Океаном постоянно раздается вздох потерянного времени.

Внимание парня привлекла одна душа, которая стояла чуть в сторонке с распахнутой грудной клеткой. Странность была в том, что она не пыталась вынуть часы. Словно не понимала, что нужно делать, хотя ее собратья служили отличным примером.

Он долго смотрел на берег, душа по-прежнему стояла на месте. Когда поток душ несколько уменьшился, парень поплыл к пещере, в которой он жил. Оставил лодку и вышел на берег.

Перед ним медленно брели тусклые души, он с опаской обходил их стороной, постепенно приближаясь к странной душе. Она пыталась закрыть грудную клетку, но у нее ничего не получалось – створки заклинило намертво.

– Это бесполезно, – сказал парень, не слишком надеясь на то, что его услышат.

Прежде он много раз заговаривал с другими душами, но те молча швыряли часы в Океан и уходили прочь, будто его здесь вовсе не было. Бывало, он сидел на пляже с утра до вечера, в надежде, что кто-нибудь с ним заговорит. Его привлекал свет, исходивший от душ, в момент погружения часов в воду. Особенно здорово было ночью, когда по всему берегу они вспыхивали как фонари, тянулись вдоль всего пляжа, насколько хватало глаз. Он сидел на песке и любовался живыми огоньками.