Николай Снигирев
ДЗОТ

Глава

ДЗОТ

...Из цикла «Три дня войны...»

Девятого октября 1943 года 52-я Гвардейская танковая бригада заняла подступы к деревне Иваньково. Вместе с ней — истребительно-противотанковая батарея под командованием гвардии старшего лейтенанта Ивана Вуеца. Ждали наступления.

Орудия расположили на обратном склоне холма и забросали ветками. Расчёты отдыхали тут же — привалившись к пушкам.

Прохладный ветер метался между холмов, заставляя скрипеть голые ветви. Срываясь в порывы — пронизывал влажным, стылым воздухом.

Вдалеке, то справа, то слева, слышались одиночные выстрелы, как короткие, хлесткие щелчки хлыста. Похоже, снайперы вышли на охоту. Редкие разрывы отзывались глухим эхом — и наступала ещё более тревожная тишина.

— Где комбат? — тихо спросил Александр, подойдя к группе артиллеристов. Солдаты пожали плечами. — Будет искать — я там. - и кивнул на гребень.

Как только взгляду открылся вид на деревню и дальние подступы, он остановился, не поднимаясь на вершину. Вдалеке виднелись сгоревшие дома, поваленные заборы, перелески, овраги, огороды, редкий кустарник. Одиночные деревья на склонах. Прямо впереди, в пятистах метрах, тянулись пологие холмы. Где-то там, за неровностями рельефа, от деревни и до самого Днепра, тянулись немецкие позиции.

— Они ждут нас! Мы ждем приказ! - проговорил он вполголоса.

И тут же почувствовал чьё-то присутствие. Замер, медленно расстегивая кобуру, нащупывая холодный «ТТ».

— Что вы сказали? - спросил за спиной тихий голос.

Александр резко повернулся и отскочил в сторону, выхватывая пистолет.

— Комбат Блин!.. Выстрелить же мог.

— Почему один? У танкистов разведку взяли прошлой ночью.

— Извините, товарищ гвардии старший лейтенант.

— Ладно. - Вуец слегка хлопнул Александра по плечу. — Что высматриваете?

— Склоны впереди, а на них кустики. Видите? Деревца ровнёхонько так стоят.

— И что?

— Я б на их месте там пулеметы поставил.

— Так это ж шагов пятьсот. Уйти не успеют. А немцы хороших пулеметчиков берегут. - и он развернулся в сторону спуска.

— Может туда пару снарядов зарядить? - предложил артиллерист.

— Особисту объясняться хотите?

— За что?

— За то, что не было целью раскрыть батарею.

— А если там - но посмотрев на командира — замолчал.

— Разведка проверяла.

— А если потом поставили? Или наши не заметили?

— Пошли! - твердо сказал комбат и махнул рукой в сторону батареи.

Вернувшись на позиции, Щербак направился к своему орудию, но старший лейтенант остановил его:

— Приказа еще не было, но я думаю, что утром начнется.

— Да уж Все заждались. На нервах все.

— Готовьтесь. Надеюсь не забыли, что вы командир орудия?

— Нет конечно. Скорей бы сержант вернулся.

— Вернется. Но куда? Так что привыкайте. Авторитет у вас есть. Бойцы вас уважают. Осваивайтесь. - и, козырнув, они разошлись.

Далеко за полночь. Расстелив плащ-палатку на куче срубленных ветвей и положив под голову планшет, Александр вглядывался в серую пелену неба. Война напоминала о себе далёкими взрывами, редкими выстрелами и мгновенными затишьями.

«Холмы, не горы, конечно, — взгорки». Ряд небольших деревьев на возвышенности беспокоил его. Чем‑то они не нравились деревенскому парню. «Что‑то там не так» — подумал он.

Где‑то вдалеке хлопнул одиночный выстрел, потом ещё один, и ещё Высоко в небе, под мерцающими звёздами, в сторону немецких позиций пролетали бомбардировщики — утюжить дальние оборонительные подступы противника.