Алла Гореликова
Коралловые бусы

— Сань, а ты знаешь, что коралловые круглые бусы — один из самых сильных защитных оберегов? Особенно, если подарены с любовью.

Лариса уставилась на Саньку своими зеленющими колдовскими глазами — с таким взглядом только про обереги и рассказывать, ну ведьма ведьмой! И не захочешь, а поверишь.

— Вот не надо про любовь! — огрызнулась Санька. — Если бы он любил…

Бусы подарил Артем. Сейчас Лариса вертела их в пальцах, и крупные алые бусины слегка постукивали друг о дружку, выбивая странный рваный ритм. Санька пришла просить лучшую подругу вернуть Артему его подарок. У самой не хватило бы духу. Она и сейчас с трудом удерживалась от слез.

— Он любит, — уверенно возразила Лариса. — Я точно знаю. Слушай, хочешь Таро тебе разложу? А возвращать такой подарок… в общем, лучше не надо. Беду позовешь.

Санька посмотрела на подругу раздраженно. В последнее время Лариса просто помешалась на оберегах, наговорах, Таро и прочей чуши. Санька ни в наговоры, ни в Таро не верила и верить не хотела.

— Лар, сколько тебе повторять можно, у нас с ним все кончено! И бусы эти я не надену. Хочешь, тебе подарю? Носи и оберегайся, сколько влезет.

— С ума сошла?! Дареное не дарят! И вообще, — Лариса вздохнула, — помирились бы вы лучше. Из-за такой ерунды разбежаться, это ни в какие ворота не лезет!

Мириться Санька не хотела. Ну, да, из-за ерунды поссорились — и что? Пусть первый мирится. Должна же у девушки быть гордость?

На самом деле вопрос гордости был, что называется, «больным». Эту фразу, про гордость, постоянно твердила мама. Вот только у мамы гордость была, а любви и счастья — не было. Были только отец Саньки и два отчима, все три — смутные фигуры в далеких детских воспоминаниях. И мамино постоянное злое: «Все мужики одинаковые!» — перед длинным рядом относящихся к этим самым мужикам нелестных эпитетов.