Екатерина Андреева
Клинок перепутья

Глава 1

Глава 1. Клинок Перепутья

Дождь хлестал по лицу, превращая поле боя в грязное месиво. Юэн Макларенс, по щиколотку в жидкой шотландской глине, держал строй. В левой руке — тяжелый, обитый сталью тарч, в правой — палаш. В ушах звенело от криков, лязга металла и грохота барабанов. «Роялисты» наступали, их красные камзолы алели даже сквозь пелену дождя, размывающую краски.

Держать строй, ковенантеры! — взревел Юэн, перекрикивая шум битвы. — За Ковенант! За свободу Шотландии!

Десятки глоток подхватили его клич. Пенопластовые пики, обмотанные серебристым скотчем, ощетинились навстречу кавалерии — ребятам на лошадях, которые старательно изображали атаку, сдерживая животных, чтобы не затоптать пехоту всерьез. Юэн видел, как Томас, его друг и «сержант», падает «убитым» в грязь, картинно раскинув руки. По сценарию, их фланг должен был дрогнуть.

Но внутри Юэна кипела ярость. Настоящая, не сценарная. Он ненавидел это. Ненавидел притворство. Всю свою жизнь он изучал трактаты Сильвера, Макбейна, Маклахлана. Он знал, как биться насмерть. Но здесь, в двадцать седьмом году двадцать первого века, его мастерство было лишь аттракционом для туристов, щелкающих фотоаппаратами из-под зонтов.

Юэн, падай! — прошипел сквозь зубы распорядитель, пробегая мимо. — Ты убит, твою мать! По сценарию!

Что-то щелкнуло внутри. Юэн не упал. Вместо этого он шагнул вперед, навстречу «роялистскому» офицеру — грузному мужчине в плюмаже, который как раз занес пенопластовую саблю для красивого удара. Юэн уклонился легко, как танцуя, перехватил его руку, выбил оружие и обозначил укол в горло — в миллиметре от кадыка. Офицер побледнел, его глаза расширились от настоящего, неподдельного страха.

Вы мертвы, сэр, — тихо сказал Юэн, глядя ему в глаза. — В настоящей битве вы были бы мертвы уже пять раз.

Он опустил палаш, развернулся и пошел прочь с поля боя, не обращая внимания на крики распорядителя и недоуменный ропот зрителей. Дождь барабанил по его стальному шлему. Он чувствовал себя пустым. Как старая раковина, выброшенная на берег.

Фестиваль закончился. Юэн не пошел с друзьями в паб — соврал, что подвернул лодыжку. Вместо этого он бесцельно бродил по Эдинбургу, пока ноги сами не принесли его на Королевскую Милю. Дождь разогнал туристов, улица была почти пуста, лишь редкие прохожие жались к стенам, прячась под зонтами. Витрины магазинов светились теплым, уютным светом, зазывая купить килты, виски и китайские магнитики с волынками.

И среди этого привычного ряда Юэн увидел дверь.

Она была узкой, зажатой между сувенирной лавкой и виски-баром. Черное дерево, никаких вывесок, только над притолокой тускло мерцал символ — две переплетенные ветви, одна серебряная, другая темная, почти черная. От двери веяло холодом и запахом озона, как после грозы.

—

Странно, — пробормотал Юэн. Он мог бы поклясться, что раньше здесь был просто глухой проулок.

Любопытство, то самое, что заставляло его в детстве разбирать отцовские часы, а в юности — штудировать пыльные архивы в поисках забытых фехтовальных приемов, толкнуло его вперед. Он толкнул дверь и вошел.

Внутри оказалось нечто среднее между антикварной лавкой и алхимической лабораторией. Вдоль стен высились стеллажи, уставленные странными предметами: пыльными книгами в кожаных переплетах, склянками с разноцветными жидкостями, чучелами невиданных зверей. Посреди комнаты, на постаменте из темного дерева, в луче света, падающем неизвестно откуда, покоилась шпага.

Она была прекрасна. Клинок — цвета лунного серебра, с волнистым узором, который, казалось, двигался, перетекал, как ртуть. Гарда — переплетение двух ветвей, серебряной и темной, в точности как на вывеске. Навершие — крупный камень, в глубине которого медленно вращалась спиральная галактика тьмы, усеянная звездами.

—

Клинок Перепутья, — прошептал Юэн. Слова сорвались с губ сами собой, будто он всегда знал это имя.

—

Верно, — раздался голос. Тихий, как шелест страниц.

Из тени за прилавком вышел старик. Высокий, очень прямой, с длинными серебряными волосами, убранными в простой хвост. Его глаза были закрыты, но Юэн чувствовал на себе пронзительный взгляд, от которого мурашки бежали по коже.

—

Вы опоздали, мистер Макларенс, — сказал старик. — Клинок ждал вас триста лет. Я уж думал, вы не придете.

—

Откуда вы знаете мое имя? — Юэн напрягся, инстинктивно положив руку на эфес палаша, который все еще висел у него на поясе после фестиваля.

—

Я много чего знаю. — Старик слабо улыбнулся. — Например, я знаю, что вы ненавидите фальшивые битвы. Что вы мечтаете о настоящем клинке, о настоящей стали, о деле, за которое стоит умирать. И я знаю, что ваш близнец сейчас в смертельной опасности.

—

У меня нет близнеца.

—

Есть. Просто вы еще не встречались. — Старик взмахнул рукой, и шпага на постаменте тихо зазвенела. — Возьмите её, Юэн Макларенс. Она ваша по праву крови. И она покажет вам путь.

Юэн колебался лишь мгновение. Затем, движимый тем же необъяснимым импульсом, он шагнул к постаменту и взял шпагу.

Рукоять легла в ладонь идеально. Тепло. Словно живая. Клинок запульсировал в такт его сердцу. Юэн, забыв обо всем, сделал шаг назад и, повинуясь наитию, исполнил то самое движение из старинного трактата, которое репетировал годами, но никогда не мог довести до идеала в реальном бою. Двойной финт с переводом в нижнюю позицию и глубокий выпад.

Острие клинка пронзило воздух. Но вместо того чтобы упереться в стену, оно разорвало саму ткань реальности. Воздух зазвенел, как натянутая струна, и разошелся, открывая проход. Из прорехи пахнуло хвоей, сырой землей, гарью… и кровью.

—

Что за…

—

Ступайте, — голос старика стал жестким, как сталь. — Ваш близнец умирает. Клинок приведет вас к нему. И помните: Клинок Перепутья не прощает трусости. И не терпит лжи.

Шпага дернулась в руке, увлекая Юэна вперед. Он попытался упереться ногами, но сила была неодолимой. Мир вокруг завертелся, сжался в ослепительную точку и взорвался калейдоскопом красок.

Юэн рухнул на колени в мокрый мох. Воздух был густым, пряным, совершенно незнакомым. В ушах стоял звон, перед глазами плыли круги. Рядом кто-то кричал.

—

Ваше Высочество! Сюда! Скорее!

Он с трудом поднял голову. Вокруг был лес. Гигантские деревья с серебристой корой уходили кронами в багровое, закатное небо. Пахло гарью и озоном. А в десяти шагах от него кипел бой.

Четверо воинов в сине-серебряных доспехах — высокие, с острыми ушами, эльфы, осознал Юэн с шоком, — прикрывали отступление человека. Того самого человека. Мужчина с лицом Юэна. Те же серые глаза, та же линия подбородка, даже шрам на левой брови — один в один. Но этот незнакомец был одет в богатый, хоть и разорванный, синий камзол, расшитый серебром. Его длинные светлые волосы были заплетены в сложную косу, а на шее висела тяжелая золотая цепь.

Принц. Это был принц. И он был точной копией Юэна.

На принца и его гвардейцев наседали существа, которых Юэн до сих пор видел только в фильмах и на картинах. Приземистые, серокожие, с горящими желтыми глазами и выступающими клыками. Тролли. Они двигались с удивительной для их коренастых тел скоростью, размахивая грубыми, но смертоносными на вид дубинами и топорами.

—

Открывай портал! — прорычал один из троллей, самый крупный, с изогнутыми рогами, торчащими изо лба. — Уходим!

Тролли навалились на принца. Тот отбивался отчаянно, его меч — парный клинок, как с ужасом заметил Юэн, точная копия Клинка Перепутья — чертил серебряные дуги, но врагов было слишком много. Рогатый тролль ударил принца рукоятью топора в висок. Принц обмяк, его меч выпал из ослабевших пальцев.

И в этот момент, уже теряя сознание, принц повернул голову и встретился взглядом с Юэном.

Его серые глаза — глаза Юэна — расширились. В них промелькнуло неверие, шок, искра узнавания. Губы принца беззвучно шевельнулись, и Юэн готов был поклясться, что прочитал по ним одно-единственное слово: «Брат?»

Тролли утащили принца в серую, клубящуюся воронку портала. Воронка схлопнулась с тихим хлопком, оставив после себя лишь запах озона и несколько капель крови на примятой траве.

—

Ваше Высочество! — Один из эльфийских гвардейцев, с окровавленной повязкой на голове, подбежал к Юэну и помог ему подняться. — Слава Свету, вы живы! Мы думали, вас взяли!

Юэн открыл рот, чтобы сказать: «Вы ошиблись, я не принц». Но тут он заметил нечто странное. Эльф смотрел на его одежду — джинсы, промокшую футболку с логотипом фестиваля, кожаную куртку — и, кажется, видел что-то другое. Его взгляд скользил по Юэну так, будто тот был облачен в шелка и доспехи.