И. А. Мельников

Старины ревностные любители. Культура и искусство старообрядцев Новгородской земли

2-е издание, исправленное

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 281.93(471.24)

ББК 86.372.81

М48

Научный редактор:

Юхименко Елена Михайловна, доктор филологических наук (Государственный исторический музей, Москва)

Книга знакомит с культурой и искусством старообрядцев новгородского региона, содержит известную на текущий момент информацию об их роли в сохранении культурного наследия Древней Руси, самобытных традиций литературы, книжности, иконописания и декоративно-прикладного искусства. В основе издания — материалы из фондов Новгородского государственного объединенного музея-заповедника, а также Новгородской и Крестецкой поморских старообрядческих общин. Большая часть материалов публикуется впервые.

Для историков, религиоведов, культурологов, искусствоведов и всех, интересующихся культурным наследием старообрядчества и Новгородской земли.

УДК 281.93(471.24)

ББК 86.372.81

© Новгородский музей-заповедник, 2024

© Крестецкая старообрядческая поморская община, 2024

© Оформление. ООО «Проспект», 2025

Вид на старообрядческую деревню Дубки Маловишерского района Новгородской области с р. Мета. Фото. 1960-е гг. (Архив К. И. Поляковой)

Введение

На протяжении столетий Новгород являлся одним из крупнейших наследников и хранителей древнерусской культуры и православной религиозной традиции. Уникальный исторический ландшафт региона и в настоящее время привлекает к себе взоры исследователей. Вот уже более трехсот пятидесяти лет Новгородская земля является одним из важных центров старообрядчества — религиозного движения, сформировавшегося после реформы русской церкви середины XVII века. За этот период старообрядцы смогли создать и развить свою неповторимую культуру, в основе которой — религиозная культура Древней Руси в целом и средневекового Новгорода в частности.

Региональные старообрядческие центры изучаются давно и успешно. Благодаря работам исследователей мы знаем об истории и специфике развития старообрядческих общин России и зарубежья: от староверческих скитов Архангельского Поморья на севере до поселений казаков-некрасовцев в Турции на юге, от общин Прибалтики до сел Забайкалья. Данная книга призвана познакомить с историей и культурой старообрядчества Новгородской земли. Исторически и в широкой трактовке это понятие включает в себя обширные земли на севере европейской части России, где в конце XVII — XVIII веке сформировались важнейшие очаги «старой веры» — Выговская пустынь, Великопоженский скит, многочисленные скиты и поселения на территории нынешней Республики Карелия, Ленинградской, Архангельской областей и Республики Коми.

Большинство этих важнейших духовных центров старообрядчества изучены гораздо подробнее, чем общины, располагавшиеся на территории Новгородской губернии и сопредельных территорий, ставших в новейшее время частью Новгородской области. Поэтому, говоря о Новгородской земле в данной книге, мы будем подразумевать именно этот, более конкретный, географический ареал. Староверческие сообщества Новгородского региона поддерживали друг с другом тесные контакты. Поэтому можно говорить об относительно устойчивой региональной специфике их культуры.

Клирошанки моленной д. Дубки Маловишерского района Новгородской области. Фото. 1960-е гг. (Архив К. И. Поляковой)

Большая часть материалов, которые послужили основой настоящего издания, ныне хранится в фондах Новгородского государственного объединенного музея-заповедника. В книгу вошли также предметы и документы из коллекций Новгородской и Крестецкой поморских старообрядческих общин, Российского государственного исторического архива, Государственного архива Новгородской области, а также частных коллекций и семейных архивов, любезно предоставленных в распоряжение автора новгородскими исследователями и самими староверами.

Большинство материалов публикуется впервые.

Автор выражает отдельную признательность за ценные замечания и дополнения Е. М. Юхименко, Н. В. Пивоваровой, Д. Е. Мальцевой, Л. И. Ерышевой, Ю. Б. Комаровой, Н. В. Горминой, С. В. Моисееву, председателям Новгородской поморской общины А. А. Безгодову и Крестецкой поморской общины К. Я. Барыгиной, а также всем исследователям, сотрудникам Новгородского музея-заповедника, прихожанам старообрядческих общин, благодаря помощи которых это издание стало возможным.

Сравнительные изображения отличий чинов и элементов обрядности Русской церкви до и после реформ. Рукопись. Нач. XIX в. Из Крестецкого района Новгородской области. (НГМ)

Глава 1. «СТАРАЯ ВЕРА» НА НОВГОРОДСКОЙ ЗЕМЛЕ В XVII—XXI ВЕКАХ

Началом раскола Русской церкви принято считать 1653 год, когда патриарх Московский и всея Руси Никон начал проводить реформы по унификации ее обрядности с опорой на образцы церквей, подчинявшихся Константинопольскому патриархату. В ходе реформы были изменены формы церковных чинов, перстосложения, написание имени Христа («Иисус» вместо «Исус») и некоторые богослужебные тексты, в частности «Символ веры». Все несогласные с решениями епископата Русской церкви составили собственное православное религиозное течение, получившее название старообрядчества.

В Новгородской епархии реформу активно начали насаждать после смерти новгородского митрополита Макария III в 1663 году, что сразу же вызвало ответную реакцию верующих. Против новшеств выступил Соловецкий монастырь, выдержавший осаду царского войска с 1668 по 1676 год. В 1680-е годы Московский патриарх Иоаким и правительница Софья начали суровые преследования инакомыслящих.

Память, данная по указу митрополита Великого Новгорода и Великих Лук Корнилия игумену Деревяницкого монастыря об отсылке в монастырь на покаяние «раскольника» Ромашко Федосеева. 1685 г. (НГМ)

Симеон Денисов. Виноград Российский, или Описание пострадавших в России за древлецерковное благочестие. Гектограф. Кон. XIX в. (НГМ)

Из следственных дел известно, что в это время старую веру в Новгороде и его окрестностях проповедовал псковский священноинок Варлаам. Также были выявлены активные «расколоучители»: мирянин Тимофей, купец Иоанн Великолукский, казначей Антониева монастыря Григорий и другие. Описание их казней вошло в старообрядческий мартиролог «Виноград Российский», написанный в 1730-е годы писателем Симеоном Денисовым¹.

Большинство проповедников староверия в новгородских землях были миряне. Поэтому здесь укоренилось в основном беспоповское направление старообрядчества. Руководствуясь эсхатологическими представлениями, первые учители беспоповского староверия полагали, что преемство священнического рукоположения пресеклось. Поэтому беспоповцы передают функции духовного управления в общинах мирянам. Это учение было провозглашено на прошедших в 1692 и 1694 годах новгородских старообрядческих соборах. Руководящую роль на них играл бывший дьячок из Крестецкого яма Феодосий Васильев². Он стал основателем одного из самых распространенных до начала XX века федосеевского согласия. В дальнейшем Феодосий вместе с последователями, среди которых было немало новгородцев, переселился за польский рубеж, дав начало старообрядческим поселениям на территории современной Прибалтики.

«Поморский лжеучитель». Гравюра из книги А. И. Журавлева «Полное историческое известие о древних стригольниках и новых раскольниках». (СПб., 1831)

В конце XVII века в новгородских землях, в Обонежской пятине, появляется также поморское согласие, создавшее на р. Выг и р. Лекса крупнейшие старообрядческие общежитийные монастыри. Федосеевцы и поморцы ориентировались на новгородские и севернорусские духовные традиции, прежде всего наследие Соловецкого монастыря. На севере европейской части России, то есть в бывших новгородских землях, на протяжении последующих столетий «старую веру» исповедовала значительная часть населения.

Копия с указа Синода от 5 мая 1722 года архиереям и духовным правителям о «раскольниках». 1722 г. (НГМ)

В самом Новгороде и ближайших к нему местностях старообрядчество в начале XVIII века исповедовали, в основном, тайно. В 1720 году, после выхода ряда указов Петра I, касавшихся «раскольников», в Новгород был отправлен поручик Иван Коптелов. В его задачу входил сбор двойного подушного оклада со старообрядцев, штрафы с тех, кто не посещал официальные церкви для исповеди и причастия. Также он собирал пошлины за ношение бороды. Коптеловым были выявлены многочисленные «потайные раскольники» в Новгороде, Старой Руссе и Валдае³. Ямщики Крестецкого яма в тот период поголовно исповедовали старообрядчество.

Бородовой знак 1705 г. (НГМ)

Среди крупных деятелей новгородского староверия XVIII века можно назвать Евстрата Федосеева и крестецкого наставника Дементия Иванова — учеников Феодосия Васильева, а также Алексея Самойлова, выпускника Новгородской духовной семинарии, автора ряда богословских трактатов.

В XVIII веке старообрядчеству симпатизировали многие новгородские купцы, записывавшиеся в «раскол»: Мошенниковы, Грачевы, Кучины, Бухаловы и другие. В тайной принадлежности к старообрядчеству обвинялся Михаил Сердюков — строитель Вышневолоцкой водной системы, имевший собственный дом на Торговой стороне Новгорода. В первой четверти XVIII столетия Сердюков имел контакты с Выговским общежительством и покровительствовал лидерам старообрядчества, как приезжавшим в Новгород по делам, так и заключенным в тюрьму по приказу новгородского архиерея: Симеону Денисову, Иоанну Филиппову и другим.

Неизвестный художник. Портрет М. И. Сердюкова. Копия. 1988 г. (НГМ)

Симеон Денисов. Литография из книги Иоанна Филиппова Литография из книги Иоанна Филиппова «История Выговской старообрядческой пустыни». (СПб., 1862) (СПб., 1862) | Иоанн Филиппов. Литография из книги Иоанна Филиппова Литография из книги Иоанна Филиппова «История Выговской старообрядческой пустыни». (СПб., 1862) (СПб., 1862)

Поколенная роспись наставника новгородских федосеевцев Кондратия Рассказова. Автограф. 1794 г. (ГАНО. Ф. 87. Оп. 1. Д. 690. Л. 5 об.)

Во второй половине XVIII века староверы Новгородской губернии получают право на легализацию и открытие собственных общин. Первоначально они возникали на месте «раскольнических» кладбищ, заведенных с высочайшего позволения. Со временем кладбищенские часовни перестраивали, при них появлялись кельи и богадельни, служившие прикрытием для жизни старообрядческих иноков и инокинь.

Так появились первые легальные старообрядческие монастыри-богадельни в Тихвине (1764 год, закрыта властями и переделана в единоверческую церковь в 1854 году) и Старой Руссе (1787 год, разрушена во время Великой Отечественной войны в 1941 году)⁴.

«План раскольнического скита в городе Тихвине». 1854 г. Сост. Ю. К. Арсеньев (РГИА. Ф. 1284. Оп. 209. Л. 16а)

Общий вид местности и единоверческой церкви в Тихвине, перестроенной из старообрядческой часовни. 1854 г. Рисунок В. Фролова. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 209. Д. 19. Л. 219)

Внутреннее убранство единоверческой церкви в Тихвине. 1854 г. Рисунок В. Фролова. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 209. Д. 19. Л. 219)

Тайные старообрядческие молитвенные здания (моленные) в это время имелись в Крестцах и Новгороде. В губернском центре моленная располагалась в Прусской улице в доме мещанина Кондратия Рассказова. На правом берегу Волхова за городской чертой у новгородских староверов имелось и свое кладбище.

В начальный период царствования Александра I по всей Новгородской губернии строятся новые моленные и основываются конфессиональные кладбища. В эти годы обители появились на северо-западе Новгородского уезда: в пустоши Огорелье и д. Бор (закрыты властями в 1830—1850-е годы), а также на Отлизинском и Ильюшкином (Ильюшенском) островах (последняя просуществовала до начала XX века)⁵.

«Кладбищенской». Гравюра из книги А. И. Журавлева «Полное историческое известие о древних стригольниках и новых раскольниках». (СПб., 1831)

В 1810-е годы были открыты легальные моленные в г. Крестцы, с. Ям-Бронницы, с. Ям-Зимогорье и других местах. В это время окончательно складывается география распространения старообрядчества. Значительную долю населения Новгородского, Крестецкого, Старорусского, Валдайского и Череповецкого уездов составляли старообрядцы. В меньшем количестве они проживали в прочих уездах, кроме Боровичского⁶.

План старообрядческого монастыря в Старой Руссе. Рис. Р. К. Кржижановского. 1868 г. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 218. Д. 53. Л. 30 об. - 31)

Фасад и проект флигеля старообрядческой богадельни в Старой Руссе. 1868 г. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 218. Д. 53. Л. 3)

Большинство новгородских староверов в XVIII—XIX веках принадлежали к беспоповским направлениям (федосеевцы, поморцы и филипповцы). С начала XIX века известны небольшие общины старообрядцев-поповцев (принимавших беглых священников из государственной церкви) — в Валдае, с. Ям-Зайцеве и Демянском уезде. Выходец из рода ямщиков-поповцев с. Ям-Зимогорья инок Павел Великодворский стал одним из создателей первой по времени появления поповской иерархии, возникшей в Белой Кринице на Буковине в 1846 году.

План старообрядческого монастыря в д. Бор. Сост. Ю. К. Арсеньев. 1854 г. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 208. Д. 480в. Л. 257)

В годы правления Николая I старообрядцы подвергались гонениям со стороны властей, особенно усилившимся под влиянием политики «искоренения раскола» министра внутренних дел Д. Г. Бибикова. В 1853—1854 годах «счислением раскольников» в Новгородской губернии занимался чиновник по особым поручениям при МВД Ю. К. Арсеньев. Он же выступил инициатором закрытия ряда старообрядческих моленных и скитов, а также учреждения вместо них единоверческих приходов. В результате его изысканий выяснилось, что статистические сведения о старообрядцах в губернии значительно занижались, а вместо официально показанных 8436 «раскольников», по мнению чиновника, их численность была свыше 68 000 и составляла 11 % от всего населения губернии. Одновременно с этим он насчитал 93 моленных, подавляющее большинство которых действовало нелегально⁷.

Семья старообрядцев Великодворских из с. Зимогорье Валдайского уезда Новгородской губернии. Фото. Кон. XIX — нач. XX в. (НГМ)

Несмотря на преследования, последователи «старой веры» продолжали поддерживать религиозную традицию и во второй половине XIX века. На протяжении всего столетия общинам оказывали финансовую помощь представители московского и санкт-петербургского купечества. В Новгородской губернии и на территориях, в дальнейшем вошедших в состав нынешней Новгородской области, сложились местные династии купцов-старообрядцев: Бычатины и Сомровы в Старой Руссе, Любацкие в с. Медведе, Ванюковы в посаде Сольцы, Корытковы в Валдае.

Попечитель моленной в с. Любач Новгородского уезда, позже — наставник в г. Гатчина, купец Василий Иванович Любацкий. Фото. Нач. XX в. (Архив С. В. Шульги)

[picture] | Печать солецкого купца Тимофея Ванюкова. Перв. пол. XIX в.

После издания манифеста о веротерпимости 1905 года в Новгородской губернии было зарегистрировано 36 старообрядческих общин федосеевского и поморского согласий и 2 общины старообрядцев-поповцев белокриницкого и белокриницкого-неокружнического согласий. Все они находились в прежнем ареале распространения старообрядчества, который оставался неизменным и в советские годы.

Дача купцов-старообрядцев Ванюковых в д. Каменке Порховского уезда Псковской губернии. Открытка. Нач. XX в. (Архив автора)

Поморская моленная в посаде Сольцы Порховского уезда Псковской губернии. Открытка. Нач. XX в. (НГМ)

Здание Покровской моленной в с. Любач Шимского района Новгородской области. Фото. 2010 г. (Архив автора)

После революции большинство общин и храмов были ликвидированы, а новгородские староверы не имели зарегистрированных служителей. Несмотря на это, в Новгородской области продолжали нелегальную деятельность старообрядческие общества в Старой Руссе, Крестцах, а также в Крестецком, Чудовском, Новгородском, Болотовском, Парфинском. Старорусском, Поддорском, Холмском, Демянском, Валдайском, Маловишерском и Пестовском районах⁸. Важным центром духовной жизни являлся город Сольцы и Солецкий район, часть которого до революции входила в состав Порховского уезда Псковской губернии.

Моленная Николая Тарасовича в Крестецкой Ямской Слободе. Фото. Нач. XX в. (ККМ)

Старообрядческая моленная в д. Нечанье Ленинградской области. Фото. 1942 г. (Архив В. М. Семенова)

Поморская моленная в честь Покрова Богородицы в д. Дубки Маловишерского района Новгородской области. Фото. 1960-е гг. (НШ)

Печать Крестецко-Ямской старообрядческой общины. После 1907 г. | Печать Пырищской старообрядческой общины Крестецкого уезда. После 1907 г. | Печать управителя Бронницкой старообрядческой моленной Новгородского уезда И. И. Самухина. После 1907 г.

Иван Хрусталев, наставник из д. Добрости Крестецкого уезда Новгородской губернии. Фото. Нач. XX в. (НГМ) | Инок Тарасий, из д. Китово Крестецкого района Ленинградской области. Фото. 1934 г. (Архив автора)

В 1985 году была зарегистрирована Старорусская община старообрядцев поморского согласия, в пользование ей передан храм Николы Чудотворца (XIV—XVIII веков).

В 1989 году зарегистрирована Новгородская поморская община, занявшая храмовый комплекс бывшего Михалицкого монастыря (XIV—XIX веков). В 2014 году зарегистрирована Крестецкая поморская община. Все названные общины относятся к юрисдикции Древлеправославной Поморской Церкви (беспоповцы).

Храм Рождества Богородицы Новгородской старообрядческой поморской общины. XIV—XIX вв. Фото. 2018 г. (Архив автора)

Храм Михаила Малеина с трапезной Новгородской старообрядческой поморской общины. XVI—XVIII вв. Фото. 2018 г. (Архив автора)

Храм Николы Чудотворца Старорусской старообрядческой поморской общины. XIV—XVIII вв. Фото. 2020 г. (Архив автора)

Храм Никиты Новгородского Крестецкой старообрядческой поморской общины. XXI в. Фото. 2023 г. (Архив Р. Г. Колосей)

Кроме них постоянно действуют поморские