Основы российской государственности

Учебник

Под редакцией
доктора педагогических наук, доктора юридических
наук, заслуженного юриста Российской Федерации
Е. Е. Тонкова, доктора юридических наук,
профессора В. Ю. Туранина

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 342(470+571)(075.8)

ББК 67.400(2Рос)я73

О-75

Рецензенты:

Скаковская Л. Н., доктор филологических наук, профессор, сенатор, заместитель председателя Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по науке, образованию и культуре, председатель Тверского регионального отделения Российского военно-исторического общества;

Бабурин С. Н., доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, научный руководитель Центра интеграционных и цивилизационных исследований ордена Трудового Красного Знамени Института государства и права Российской академии наук.

Под редакцией доктора педагогических наук, доктора юридических наук, заслуженного юриста Российской Федерации Е. Е. Тонкова, доктора юридических наук, профессора В. Ю. Туранина.

В предлагаемом учебнике содержатся сведения о России в ее природно-географическом, историческом и символическом измерениях, о российском государстве-цивилизации. Авторами предлагаются концепции российского мировоззрения и ценностей российской цивилизации, системно излагаются основы политического устройства России. Определяются векторы будущего России, очерчиваются современные вызовы и перспективы развития страны.

В книге представлены тексты лекций, вопросы для самоподготовки, темы рефератов, список рекомендуемой литературы. Все эти данные могут быть предметно использованы в учебном процессе.

Законодательство приведено по состоянию на 1 марта 2025 г.

Учебник адресован студентам и преподавателям вузов. Может быть интересен представителям законодательной, исполнительной и судебной власти и всем, кого беспокоит развитие российского общества и государства.

УДК 342(470+571)(075.8)

ББК 67.400(2Рос)я73

© Коллектив авторов, 2025

© ООО «Проспект», 2025

АВТОРСКИЙ КОЛЛЕКТИВ

Тонков Евгений Евгеньевич — директор юридического института ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет», доктор педагогических наук, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации (г. Белгород) (предисловие).

Туранин Владислав Юрьевич — заведующий кафедрой теории и истории государства и права юридического института ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет», доктор юридических наук, профессор (г. Белгород) (раздел I).

Пенской Виталий Викторович — профессор кафедры теории и истории государства и права юридического института ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет», доктор исторических наук, доцент (г. Белгород) (раздел I).

Фролова Наталья Алексеевна — проректор по научно-методической работе ФГБОУ ВО «Липецкий государственный педагогический университет имени П. П. Семенова-Тян-Шанского», кандидат философских наук, доцент (г. Липецк) (раздел II).

Тарасов Алексей Николаевич — заведующий кафедрой философии, политологии и теологии ФГБОУ ВО «Липецкий государственный педагогический университет имени П. П. Семенова-Тян-Шанского», доктор философских наук, профессор (г. Липецк) (раздел II).

Симашенков Павел Дмитриевич — доцент кафедры государственного и муниципального управления и правового обеспечения государственной службы АНО ВО Университет «МИР», кандидат исторических наук; победитель конкурса «Лучший преподаватель основ российской государственности 2023/24», инициированного Министерством науки и высшего образования РФ и Российским обществом «Знание» при поддержке проекта «ДНК России» (г. Самара) (раздел III, главы 1, 2).

Рубцова Светлана Павловна — доцент кафедры онтологии и теории познания ФГБОУ ВО «Воронежский государственный университет», кандидат философских наук, доцент (г. Воронеж) (раздел III, главы 3—5).

Лановая Галина Михайловна — профессор кафедры теории государства и права ФГКОУ ВО «Московский университет МВД России имени В. Я. Кикотя», доктор юридических наук, профессор (г. Москва) (раздел IV).

Мазуров Игорь Игоревич — заместитель декана по очному отделению факультета истории и права ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет», кандидат юридических наук (г. Смоленск) (раздел V).

ПРЕДИСЛОВИЕ

Россия — это не просто страна, это действительно отдельная цивилизация: это многонациональная страна с большим количеством традиций, культур, вероисповеданий.

В. В. Путин

Предлагаемый курс «Основы российской государственности» разработан по поручению Президента Российской Федерации В. В. Путина в рамках проекта «ДНК России», направленного на вовлечение академического сообщества в учебно-методическое и научно-исследовательское сопровождение государственной политики в области просвещения, высшего образования и молодежной политики. Он преподается для всех студентов российских вузов с сентября 2023 г. независимо от специальностей и направлений подготовки.

Целью курса являются формирование у обучающихся чувства патриотизма и гражданственности, осознание особенностей исторического пути российского государства и самобытности его политической организации, уяснение взаимосвязи личного достоинства и успеха с общественным прогрессом и политической стабильностью своей Родины. Кроме того, наряду с обеспечением устойчивой системы знаний, навыков, умений и ценностей, курс призван продемонстрировать студентам всеобъемлющий духовно-нравственный и культурный фундамент российской государственности, в основе которого находится межрелигиозное и межнациональное согласие.

Курс содержит пять разделов.

Первый из них — «Что такое Россия? Россия в ее природно-географическом, историческом и символическом измерениях» — дает обобщенное (количественное и фактическое) представление о территории страны, ее природных богатствах, разветвленной инфраструктуре, знакомит с субъектами Федерации и местными культурными традициями, определяет наиболее значимые вехи русской истории, помогает выработать уважительное отношение к государственной символике.

Во втором разделе «Российское государство-цивилизация» дано обоснование цивилизационного подхода к интерпретации общественного развития, показаны особенности цивилизационного развития России и исторические предпосылки формирования российской цивилизации, ее атрибутивные характеристики, факторы российской цивилизационной идентичности на современном этапе. Эффективная деятельность современного Российского государства — это не строгая регламентация, а обеспечение направленности развития общества на основе его собственной правовой активности. Фактическая деятельность органов государства представляется как комплекс или система последовательных действий по осуществлению управленческих мероприятий в различных областях жизни. Деятельность органов государства постоянно порождает ряд общественных отношений, которые объективно могут формироваться в различных вариантах. Основным принципом их деятельности является уважение к закону, обязательное не только для народа, но и для представителей органов власти.

Уважение к закону должно превратиться в политическую религию государства, стать объединяющей идеей. Совершенствование государственной деятельности предполагает необходимый динамизм и результативность действий органов власти, будучи одним из определяющих факторов развития демократии, становления гражданского общества, построения правового государства. Результатом анализа имеющихся подходов к оценке соотношения политики и права в деятельности государства становится понимание того, что изменившиеся экономические, политические и социокультурные условия неизбежно обусловливают перенос акцентов с утилитарных интересов личности на интересы государства и общества. Это заметно влияет на саму парадигму государственного управления, инициируя трансформацию его целей, содержания, технологии, активизирует инновационные процессы, которые требуют осмысления, аргументациии изучения. Научно обоснованное управление развитием современного российского государства входит в число наиболее перспективных направлений фундаментальных и поисковых междисциплинарных исследований.

Ограничения свободы поведения и выбора форм деятельности существовали на протяжении всей истории человечества. Проблема состоит не в наличии имеющихся правовых ограничений или дополнительном их установлении, а в отношении к ним. Граждане страны обязаны выполнять свой долг перед обществом и защищать интересы государства. Поэтому они обязаны знать, что им придется смириться с установленными государством правовыми ограничениями, так как закон, мораль, общечеловеческие ценности имеют приоритет и должны господствовать в цивилизованном обществе. Реализация права на свободу налагает особые обязанности по отношению к государству и обществу и именно поэтому может быть ограничена в тех пределах, в которых этого требуют интересы обеспечения защиты общественной нравственности, здоровья, прав других граждан.

Допустимость и принципиальная необходимость юридических ограничений не противоречит принципам правового государства, и даже во многом предопределяется ими. При этом стимулирующая роль позитивных правовых средств заключается в формировании мотивационных механизмов правомерного поведения граждан, развитии побудительных мотивов, соответствующих традиционным духовно-нравственным ценностям. Правопорядок в обществе является не только показателем последовательной государственной политики и стабильности социального пространства, но и выражает уровень лояльности граждан по отношению к государству.

В третьем разделе «Российское мировоззрение и ценности российской цивилизации» основное внимание сосредоточено на традиционных ценностных константах (многообразии, суверенности, вере, согласии, доверии, жертвенности, ответственности) и системной модели мировоззрения, включающей в себя человека, семью, общество, государство и страну. Каждая из констант, которые в совокупности дают возможность обеспечить интерпретацию исторических событий и эволюционных изменений современного периода, содержит конкретные термины (многообразие — общинность, адаптивность, стабильность; суверенность — независимость, самобытность; доверие — легитимность, идеализм, солидарность и др.).

Деятельность государства тесно взаимосвязана с ценностными ориентациями, с характером принятых ролей, динамическим состоянием личности и мотиваций, которые определяют характер и направленность поведения граждан. Содержание и направленность ценностных ориентаций являются устойчивыми регуляторами как индивидуального поведения, так и состояния социума. Будучи результатом человеческого опыта, ценности, господствующие в обществе, концептуализируют формирование конкретных моделей поведения, что находит отражение в правовой, политической и нравственной сферах.

Познание сущности ценностей российской цивилизации помогает раскрыть их взаимосвязь с другими категориями реальности, причем важное место занимает процесс осознания того, какова при этом иерархия жизненных и профессиональных ценностей, каков механизм их влияния на процесс укрепления суверенитета и цивилизационной идентичности. Общественные ценности утверждаются в жизни не спонтанно, а зависят от социально-экономических и политических отношений в государстве. Совокупность ценностей носит целостный характер и представляет собой познавательно-действующую систему. Кроме того, ценности объективны. Они формируются исторически в ходе развития общества и фиксируются в виде специфических образов и представлений, находящих отражение в идеях и концепциях.

Учитывая, что сознание человека и его компоненты представляют собой довольно гибкий материал, способный преобразовываться в многомерные комбинационные построения, необходимо использовать эти возможности при формировании мировоззрения личности. При организации данного процесса важное значение имеют сохранение и развитие уважения к человеку. Конституция Российской Федерации указывает в ч. 1 ст. 21: «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления». Важным элементом государственности является взаимное доверие государства и общества в рамках справедливого социального обмена. Высшая компетентность государства состоит в осознании границ своих полномочий и степени влияния на общество на уровне стабильных равноправных отношений между населением и органами государственной власти.

Опыт развития управления в цивилизованных государствах все более отдает предпочтение принципу «власть вместе», а не «власть над». В случае непринятия личностью общественных правовых и нравственных ценностей возникает конфликт личности и государства. С другой стороны, степень принятия социальных норм может варьироваться, что выражается в разном уровне социальной активности личности. В каждом из нас есть креативный механизм, который дает возможность саморазвития. Если поведение личности определяется извне, то это не свобода. Человек становится свободным только в том случае, когда он способен понимать и реализовывать свои внутренние ценности. Интеллектуальный потенциал нации не может быть сформирован из людей, лишенных стремления к самореализации. Однако, увлекаясь идеей свободы, нельзя забывать, что свобода от обязательств перед законом означает преступление.

В основе ценностного содержания любого процесса, протекающего в жизни общества, находятся интересы и потребности граждан. При анализе интересов как одного из основных факторов развития общества нередко обращают внимание на смежные социальные и психологические явления, в том числе генетически предшествующие интересу. Такова, в частности, категория потребности. Именно потребности инициируют образование ценностей, а осознание потребности служит формированию интереса, мотива, ориентации, установки, цели, решения, действия. Ценностные ресурсы общества, будучи компонентом не только общественного сознания, но и поведения граждан, не ограничиваются рациональным предпочтением или выбором той или иной ценности. Ценность становится таковой лишь после превращения в убеждения личности, перехода в ее эмоциональный потенциал.

Четвертый раздел «Политическое устройство России» посвящен конституционным принципам политического устройства нашего государства, ветвям власти и институту Президентства, системе органов государственной власти, их взаимодействию с органами местного самоуправления и другими институтами гражданского общества. Политические институты обеспечивают воспроизводство, стабильность и регулирование политической деятельности, сохранение идентичности политической общности, усиливают социальные связи и внутригрупповую сплоченность, осуществляют контроль за политическим поведением. Определяющим фактором является деятельность государства, которое олицетворяет собой источник права и закона, организующий жизнь общества и его структур в системе политических и общественных отношений. Осуществление государственной власти предполагает и обусловливает наличие особого управляющего механизма в виде различных учреждений и организаций. Данный механизм представляет собой определенный комплекс социальной регуляции, располагающий специфическими стимулами, методами и средствами управления деятельностью государственных органов и общественных организаций. Он характеризуется системой мер, с помощью которых обеспечивается выполнение поставленных задач. В нее входят как юридические нормативы и административно-дисциплинарные меры, так и методы общественного воздействия. В этой системе складываются специфические управленческие отношения.

Способом реализации непосредственной формы осуществления государственной власти выступает внешнее выражение непосредственного волеизъявления народа по решению наиболее важных государственных и общественных вопросов посредством свободных выборов и референдума с целью принятия нормативных актов, определения состава избираемых органов государственной власти и, как следствие, обеспечения демократической легитимации власти в государстве. Юридические формы осуществления государственной власти можно разделить на формы опосредованного и непосредственного волеизъявления народа. Содержанием непосредственной формы являются свободные выборы и референдумы, а содержанием опосредованной формы — правотворчество, правоприменение и правоохрана (правообеспечение). Вне правовых форм невозможна реализация функций государства. Любое направление его деятельности облекается, прежде всего, в правовую форму. Появляющиеся в результате этого нормативные правовые акты образуют юридическую основу той или иной функции государства. В этих актах определяются предмет правового регулирования (предмет деятельности), субъекты правовых отношений, их компетенция, методы и средства регулирования.

Конституционные права и свободы обладают приоритетом по отношению к любой норме права, закрепленной в федеральных законах либо подзаконных нормативно-правовых актах органов государственной власти. Прямое действие Конституции Российской Федерации, провозглашенное ч. 1 ст. 15, не только позволяет гражданину требовать у государства (при необходимости — в судебном порядке) обеспечения ему возможности воспользоваться нормой, включенной в текст Основного закона, но и обязывает государство выполнить требование, предначертанное еще императором Александром II в высочайшем указе от 20 ноября 1864 г. об утверждении новых уставов судопроизводства: «водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных».

Пятый раздел «Вызовы будущего и развитие страны» включает в себя сведения о вызовах и ценностных ориентирах российской цивилизации, среди которых — стабильность, миссия, ответственность и справедливость. Рассмотрены современные глобальные тренды, техногенные риски и экологические вызовы, а также траектории реализации творческого и профессионального потенциала личности. Политическую стабильность в государстве следует рассматривать как меру устойчивости национального развития за счет гражданской активности, генерируемой внутренними силами общества. Государство при этом должно обеспечить реализацию стратегии индоктринации — идеологического воспитания граждан и пропаганды идей, обеспечивающих добровольное принятие власти и преодоление локализации доверия к ней.

И. А. Ильин считал государственную власть волевой силой, однако подчеркивал при этом, что «“меч” отнюдь не выражает сущность государственной власти; он есть лишь крайнее и болезненное ее средство; он составляет ее последнее слово и слабейшую из ее опор»¹.

Формирование свободного гражданского общества, реальной демократии и создание правового государства подразумевают господство права, конституции и закона. Сильное государство, соответствующее современному характеру и структуре многонационального российского общества, должно располагать не менее эффективной методологией и реальным инструментарием, позволяющими сделать необратимыми демократические преобразования при соблюдении принципов сбалансированного применения воспитательных, организационных, превентивных и принудительных мер, скоординированного решения задач идеологической, правоисполнительной, правоохранительной и социальной направленности.

Государство призвано обеспечить стабильность и последующую модернизацию общества. Оно регулирует устремления общества в целом, но, кроме того, в государственной деятельности отражаются базовые ценности и ожидания граждан, составляющие органическую основу поддержания режима равновесия в государстве. Определяющее значение для обоснования позиции авторов, представленной в предлагаемом учебнике, имеет переосмысление фундаментальных подходов к взаимоотношениям государства, общества и личности, которые могут выполнять интегративную функцию и способствовать сплочению населения во имя дальнейшего развития и процветания России.

Раздел I. ЧТО ТАКОЕ РОССИЯ? РОССИЯ В ЕЕ ПРИРОДНО-ГЕОГРАФИЧЕСКОМ, ИСТОРИЧЕСКОМ И СИМВОЛИЧЕСКОМ ИЗМЕРЕНИЯХ

Глава 1. ЧТО ТАКОЕ РОССИЯ СЕГОДНЯ: ЦИФРЫ И ФАКТЫ

Что представляет собой Россия сегодня? Попробуем нарисовать ее «портрет», исходя из тех данных, что дает нам статистика.

Традиционно принято начинать характеристику того или иного государства с описания его природы. Такой подход вполне логичен, поскольку, как писал отечественный ученый и философ Л. Н. Гумилев, «как бы ни была развита техника, все необходимое для поддержания жизни люди получают из природы…»². Не будем и мы отступать от этого обычая и, составляя образ современной России, сперва обратим внимание на ее географию.

География и природа России³. Площадь Российской Федерации на начало 2022 г. составляла более 17 млн км² (первое место в мире, немногим меньше Южной Америки), протяженность ее территории с севера на юг — 4 тыс. км, а с запада на восток — 9 тыс. Длина российских сухопутных границ более 24 тыс. км, а береговая линия больше 37 тыс. км и является самой протяженной в мире. Территория России разделена на 11 часовых поясов, так что без преувеличения можно сказать, что Россия — страна, в которой никогда не заходит солнце. Территория России Уральскими горами и Кумо-Манычской впадиной с Кавказскими горами делится на европейскую (23%) и азиатскую (77%) части. При этом в равной степени и европейская, и азиатская части России в территориальном отношении не имеют себе равных как среди европейских государств, так и среди азиатских. Одним словом, как пелось в советской песне, «широка страна моя родная».

Большая часть территории России (примерно 2/3) — холмистые равнины и небольшие возвышенности, занимающие преимущественно западную часть страны. При этом Восточно-Европейская равнина площадью более 4 млн км², сердце России, одна из крупнейших равнин в мире. Немногим уступает ей заболоченная Западно-Сибирская равнина площадью 3 млн км². Восточная часть России, за Енисеем, по большей части гористая — горы в России занимают примерно 1/3 ее территории.

Хотя Россия — континентальная страна, однако, как уже было отмечено выше, ее береговая линия самая протяженная в мире. С севера Россия омывается Северным Ледовитым океаном, наполняющимся такими крупными реками, как Енисей, Обь и Лена. На востоке Россия выходит на Тихий океан, в который впадает могучая река Амур. Западное побережье России образует Балтийское море, а южное — Черное, Азовское и закрытое Каспийское море-озеро. Крупнейшая река европейской части России — матушка-Волга, она одновременно и самая большая река Европы. Второй по протяженности рекой европейской части России является батюшка-Дон. В России находится и самое большое (22% от общемировых) по объемам пресной воды озеро в мире — Байкал. Ладожское же озеро по праву считается самым большим озером Европы.

Выдающаяся протяженность территории России как в меридиональном, так и в широтном отношениях создала и такую присущую ей природную особенность, как разнообразие природных зон. В пределах нашей страны географы выделяют несколько основных природных зон — арктические пустыни на самом крайнем севере, южнее которых находятся зоны тундры и лесотундры, затем тайги, смешанных и широколиственных лесов, лесостепи и степи и, наконец, полупустынь и пустынь.

Столь же разнообразна и климатическая зональность России. На ее территории выделяются четыре климатических пояса: арктический, субарктический умеренный, субтропический и господствующий на большей части российской территории континентальный климат в разных его вариациях. Для континентального типа климата характерны резкие колебания среднесуточной и годовой температур (заметим, что полюс холода в северном полушарии находится именно в России — в Якутии, в поселке Оймякон), неравномерность выпадения осадков и частые климатические аномалии.

Природные ресурсы России⁴. «Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек»⁵, — пелось в известной советской песне. Эти слова как нельзя лучше подходят к описанию природных богатств России. Однако, говоря о природных богатствах России, стоит заметить, что здесь все не так просто и однозначно, как может показаться на первый взгляд, уже только по одной простой причине. Немалая часть российских природных ресурсов находится в регионах со сложными природно-климатическими условиями, что требует значительных предварительных вложений для их последующих разработки и использования. Кроме того, исторически сложилось так, что основная масса населения России и ее экономических мощностей находится в европейской ее части, традиционно бедной на природные ресурсы, в особенности на минеральные. Доставка же их из азиатской части страны сопряжена с немалыми расходами, и этот фактор также можно с полным на то основанием считать неблагоприятным. Поэтому те же полезные ископаемые принято делить на балансовые и забалансовые. Первые считаются выгодными для их разработки с экономической точки зрения. Добычу же вторых, которые называют еще некондиционными, считают нецелесообразной или из-за трудностей с освоением месторождений, или из-за бедности необходимыми элементами, или из-за сложностей с доставкой и т. п.).

К числу важнейших полезных ископаемых России относятся, безусловно, нефть (7-е место в мире по объему разведанных запасов, 10–12%) и газ (1-е место в мире, 32%). За нефтью и газом следуют с отрывом каменный уголь (11% мировых запасов), железо (25%), никель (33%), кобальт (21%), свинец (10%), цинк (15%) и чрезвычайно важные для производства удобрений для сельского хозяйства калийные соли (31%). По оценкам специалистов, общая стоимость минеральных и энергетических ресурсов на территории России составляет около 55 трлн руб.

Вместе с тем стоит подчеркнуть, что при всем богатстве природных кладовых России (в которых можно сыскать едва ли не всю таблицу Менделеева) большая их часть находится в труднодоступных и сложных для разработки и последующей транспортировки районах. По этой причине степень их промышленного освоения и вовлечения в производство, как правило, невысока и редко превышает 1/3 разведанных запасов. Тем не менее в случае необходимости Россия может полностью обеспечить себя всеми востребованными для нормального функционирования промышленности минеральными ресурсами.

Чрезвычайно важным ресурсом России является лес. По площади лесов, занимающих почти половину ее территории, наша страна находится на первом месте в мире — 20% от общемировых запасов леса принадлежат России. Климат и география нашей страны обусловили и лесное разнообразие — хотя примерно 80% русского леса составляют хвойные породы (в особенности лиственница — 35% всех российских лесов), остальные 20% — это лиственные леса. Среди лиственных деревьев, произрастающих в России, ведущие позиции занимают береза (давно ставшая символом России) и дуб.

Важный природный ресурс, которым обладает Россия, — это вода. Статистика утверждает, что поверхностные воды, включая болота (кстати, именно они выступают главными поставщиками кислорода в атмосферу), занимают больше 12% территории страны.

Традиционно российские реки и озера играли чрезвычайно важную роль в жизни общества. Они были удобными коммуникациями — доставка грузов по рекам и озерам всегда обходилась дешевле и осуществлялась быстрее, чем по русским дорогам, качество которых давно уже стало притчей во языцех (сохраняется такое положение и сейчас: перевозка грузов по воде дешевле, чем доставка автотранспортом, в 3—5 раз и на 45% чем по железной дороге). Одновременно реки и озера России выступали как ценный источник пресной воды, так и пищевых ресурсов для хозяйственных нужд. Отнюдь не случайность, что практически все крупные города России построены на реках. В XX в. к этим функциям природных водоемов добавилась еще и энергетическая — многочисленные гидроэлектростанции (ГЭС) играют важную роль в российской энергетике, обеспечивая города, села, промышленные предприятия и транспорт электроэнергией.

По запасам пресных вод Россия уверенно входит в число ведущих государств мира. Так, если говорить о речном стоке (более 4 тыс. км³ в год), то она уступает только Бразилии, а по запасам воды в озерах, благодаря Байкалу, смело может претендовать на первое место в мире (больше 26 тыс. км³). Правда, расположение этих запасов диспропорционально размещению как населения, так и основных производственных мощностей. Больше 80% запасов пресной воды в России находится за Уралом, тогда как большая часть населения и экономики — в европейской части страны. Это создает определенные проблемы со снабжением питьевой и хозяйственной водой в ряде регионов европейской части страны, особенно на юге.

И чтобы завершить характеристику природных ресурсов России, несколько слов о ее почвах. Свойственную нашей стране пеструю картину зонального расположения различных видов почв исторически предопределило наложение друг на друга самых разнообразных объективных факторов — от биоклиматических и геоморфологических до историко-геологических и иных.

Естественно, что различные условия, в которых формировались те или иные виды почв, не могли не сказаться на их качестве и возможности экономического использования. Так, 18% территории России занимают малопригодные арктические и тундровые почвы. Столь же малопригодны горные и полупустынные почвы (почти 5%). Наиболее распространенными видами почв в России являются таежно-лесные (что немудрено, принимая во внимание общую площадь хвойных лесов). Различные их виды, от подзолов и подбуров до подзолистых, составляют примерно половину почв страны. Качество их и продуктивность сильно разнятся в зависимости от климатической и географической зоны, но все они, безусловно, уступают по плодородию серым лесным почвам (почти 3,5% от общей площади земельного фонда страны).

Подлинным же «царем почв» России является знаменитый русский чернозем, прославленный в трудах выдающегося русского ученого-геолога и почвоведа В. В. Докучаева. Благодаря своему плодородию черноземы представляют уникальное природное явление мирового значения (и совсем не случайно 2005 год был объявлен «Годом чернозема», благодаря чему была открыта и международная общественно-научная акция «Почва года»⁶).

К сожалению, черноземы занимают всего лишь около 8% территории России, преимущественно в европейской ее части, и распространены в лесостепной и, главным образом, в степной зоне. Их хозяйственное освоение началось довольно поздно, по мере распространения русской колонизации на юг и восток в XVII—XVIII вв. К настоящему времени большая часть русских черноземов распахана и активно используется в сельском хозяйстве. Лишь в заповедниках остались еще небольшие участки нетронутого чернозема. При этом интенсивное возделывание черноземов в хозяйственных нуждах способствует ухудшению их качества, что вызывает серьезную обеспокоенность отечественных ученых-агрономов и почвоведов.

Российская демография сегодня⁷. Какими бы ни были благоприятными природно-климатические условия и какими бы ни были богатыми природные кладовые России, все это останется втуне, если к ним не приложит свою руку человек. Именно он, с его знаниями, умениями, навыками и упорством в достижении поставленной цели, способен вызвать к жизни эти возможности и использовать их себе на пользу. Поэтому, говоря о России, мы не можем не остановиться подробнее на кратком описании ее населения.

Характеризуя российскую демографию на современном этапе, отметим следующее. Прежде всего, обратим внимание на такой важный показатель, как численность населения Российской Федерации. Согласно данным последней переписи, проведенной в 2020—2021 гг., она составила немногим более 147 млн человек. По этому показателю Россия относится к числу одних из наиболее населенных стран мира, занимая в этом рейтинге девятое место. Мужское население России составляло в 2021 г. почти 68 млн человек, а женское — больше 78 млн. При этом Россия — страна пожилых людей. Исходя из принятых международных критериев, население страны считается старым, если доля ее жителей в возрасте 65 лет и старше превышает 7% от общего числа. В России же этот показатель составляет более 15% и продолжает расти. Низкая рождаемость, рост числа пенсионеров (в 2021 г. каждый четвертый житель России был в пенсионном возрасте) и четко выраженная тенденция к старению населения (средний возраст россиянина сегодня превышает 40 лет) — эти демографические проблемы носят долговременный и устойчивый характер и создают серьезные проблемы для развития России.

Три четверти населения Российской Федерации проживает в городах (крупнейшим из которых является, конечно же, столица России город Москва с 13 млн жителей), одна четвертая — в сельской местности. По этому показателю Россия — типичная современная высокоурбанизированная страна. Население свыше 100 тыс. человек имеют 170 российских городов, из них 36 — более полумиллиона жителей, а 16 — свыше миллиона.

Если говорить о распределении населения по территории страны, то оно весьма неравномерно. Больше 2/3 жителей Российской Федерации традиционно проживает в ее европейской части (которая составляет всего лишь 1/5 ее территории). При этом наиболее заселенным является Центральный федеральный округ с 40 млн жителей. Три «азиатских» федеральных округа — Уральский, Сибирский и Дальневосточный — вместе имеют всего лишь 35 млн жителей.

Характеризуя национальный состав населения России, стоит отметить, что на ее территории проживают сейчас представители более 200 национальностей (этнических групп). При этом русские составляют несколько более 80% населения страны, а вторая по численности этническая группа, татары, 3,6%.

Под стать пестрому этническому составу Российского государства и его конфессиональный, религиозный состав. Современная Россия, согласно Конституции, секулярное, светское государство, в котором религия отделена от государства. Однако Конституция гарантирует всем гражданам России свободу совести и вероисповедания, индивидуальную или коллективную — человек или группа граждан могут свободно выбирать и исповедовать, пропагандировать любые религиозные (и иные) убеждения (если они не противоречат требованиям российских законов) или же оставаться атеистами. Федеральным законом 1997 г. «О свободе совести и о религиозных объединениях» этот принцип был подтвержден еще раз, причем было подчеркнуто, что перед законом равны все граждане России вне зависимости от их убеждений и отношения к той или иной религии или вероисповеданию⁸.

Официальная статистика численности верующих в России не ведется — законодательством страны запрещено требовать от россиян сведений об их религиозной принадлежности. Остается полагаться на данные социологических опросов, которые несут в себе известную долю неопределенности и неточности. Тем не менее регулярно проводимые социологические опросы позволяют составить более или менее понятное представление о религиозной картине современной России и динамике ее развития.

Исходя из данных старейшей российской государственной исследовательской организации, проводящей социологические исследования, ВЦИОМ (Всероссийский центр исследования общественного мнения), в 2021 г. конфессиональный состав российского населения выглядел следующим образом. Православными себя считали 2/3 населения страны, и, таким образом, православие сохраняет за собой позиции первой религиозной конфессии в России. Примечательно, что еще в 1991 г. к православным себя относили немногим более 1/3 россиян. Это свидетельствует о том, что православие прочно укоренилось в культуре, истории и менталитете российского общества и продолжает оказывать значительное влияние в обществе. Представители других христианских конфессий, католической и протестантской, намного уступают по своей численности православным — их доля к общему числу идентифицирующих себя как верующих россиян колеблется в пределах 1%. Столь же малочисленными являются и адепты другой авраамической религии — иудаизма, чего не скажешь о приверженцах ислама, традиционно распространенного преимущественно на Кавказе и в Поволжье. Согласно тем же данным ВЦИОМ, в 2021 г. мусульман в России насчитывалось 6% от общего числа верующих, по большей части суннитов (шиизм в России имеет немного приверженцев).

Еще примерно 1% верующих в России считают себя буддистами (буддизм, древнейшая мировая религия, распространен в России в Сибири и в Калмыкии), и 14% россиян четко позиционируют себя как неверующие. Остальные же участники опросов или относили себя к другим, не традиционным для России конфессиям и вероисповеданиям (так, многие представители народов Севера и Дальнего Востока придерживаются шаманизма и язычества), либо не могли определить четкое свое отношение к религии.

По другим, обобщенным, данным распределение верующих по основным религиозным конфессиям в России выглядит сегодня следующим образом. Православных, как прихожан Русской православной церкви (РПЦ), так и старообрядцев, насчитывается около 60—70 млн, мусульман — порядка 10 млн, буддистов от 1 до 1,5 млн, примерно столько же протестантов, 0,5—0,6 млн католиков и около 1 млн иудеев.

Всего же в России, согласно данным Министерства юстиции, в 2022 г. было зарегистрировано более 32 тыс. религиозных организаций, представляющих собой более 60 различных конфессий и вероисповеданий.

Природа и география России как системообразующие факторы российской цивилизации. Обрисовав в самых общих чертах «портрет» современной России как с природной, так и с человеческой сторон, коснемся теперь такой важной темы, как влияние природно-географического фактора на формирование и последующее развитие российской государственности и общества.

Отечественные ученые с давних пор обращали внимание на ту роль, которую сыграли особенные, характерные для Русской земли природно-географические условия в ее истории, и как влияли они на формирование специфических черт русского менталитета. Еще до революции 1917 г. в российском интеллектуальном сообществе сложились четкие представления относительно значения географии в истории общества в целом и России в частности. Так, выдающийся русский историк В. О. Ключевский писал: «Несомненно то, что человек поминутно и попеременно то приспособляется к окружающей его природе, к ее силам и способам действия, то их приспособляет к себе самому, к своим потребностям, от которых не может или не хочет отказаться, и на этой двусторонней борьбе с самим собой и с природой вырабатывает свою сообразительность и свой характер, энергию, понятия, чувства и стремления, а частью и свои отношения к другим людям»⁹.

Развивая идею, поданную Ключевским, другой известный русский историк, С. Ф. Платонов, писал, что «нет нужды указывать на то, что природа страны влияет на быт народа, обусловливает особенности народного хозяйства, налагает свой отпечаток и на весь ход исторического развития общества»¹⁰. Природа же была немилосердна по отношению к народам, населяющим Россию. Здесь стоит привести слова великого русского историка, отца российской исторической науки С. М. Соловьева, который, пожалуй, одним из первых, если не первым, обратил самое пристальное внимание именно на эту сторону русской исторической действительности. В своей знаменитой фундаментальной «Истории России с древнейших времен» он отмечал, что «природа для Западной Европы, для ее народов была мать; для Восточной Европы, для народов, которым суждено было здесь действовать, — мачеха»¹¹.

И после этих слов совсем неудивительным выглядит пассаж русского философа Н. А. Бердяева, который писал, что «бесконечно трудная задача стояла перед русским человеком — задача оформления и организации своей необъятной земли. Необъятность русской земли, отсутствие границ и пределов выразились в строении русской души. Пейзаж русской души соответствует пейзажу русской земли, та же безграничность, бесформенность, устремленность в бесконечность, широта»¹².

Эти взгляды в известном смысле были унаследованы советской и в особенности постсоветской наукой. Академик Л. В. Милов в своей ставшей бестселлером и вызвавшей немалые споры в научном и околонаучном мире книге «Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса» (первое ее издание вышло в 1998 г.) обобщил результаты многолетней работы российских историков, социологов и философов и изложил оригинальную концепцию российского исторического процесса. «Изюминкой» этой концепции стала показанная историком на основе анализа колоссального массива источников теснейшая взаимосвязь между природно-климатическими условиями и географическим фактором с одной стороны, и особенностями социально-экономического и политического развития России с древнейших времен и до наших дней — с другой.

Какой видел Л. В. Милов эту взаимосвязь? По его обоснованному мнению, аграрная в своей основе русская экономика на протяжении всего Средневековья и Нового времени (фактически вплоть до ХХ в.) развивалась в чрезвычайно сложных условиях. Ее эволюцию тормозил короткий сезон полевых работ — по новому стилю с мая по начало октября. В то же время кратковременный восточноевропейский земледельческий цикл накладывался на преобладающие малоплодородные почвы. В этих сложных условиях, продолжал ученый, для получения хотя бы минимального положительного результата, гарантировавшего существование, необходима была максимальная концентрация крестьянского труда в короткие сроки. Индивидуальные («фермерские») хозяйства в зоне «рискованного» русского земледелия не обладали устойчивостью и производительностью, так что со временем русское крестьянское сообщество выработало соответствующий компенсационный механизм — классическую общину-«мир». Община давала крестьянину пусть и минимальные, но гарантии выживания и защиты от давления со стороны внешнего мира.

Низкая эффективность крестьянского хозяйства как первоосновы русской экономики, обусловленная объективными обстоятельствами, налагала и существенные ограничения на развитие государства. Как полагал Л. В. Милов, важность изъятия производимого крестьянами прибавочного продукта в возрастающих размерах в соответствии с растущими же запросами государства требовала и перестройки всей системы политических и социальных отношений в Русской земле. Это породило в итоге самодержавие как жесткий авторитарный политический режим, способный в короткие сроки мобилизовать скудные ресурсы крестьянских «миров» и направить их на значимые для государства, и, и общества нужды. Этот же вызов способствовал и формированию крепостничества. Оно выступало, с одной стороны, как форма суровой внеэкономической эксплуатации крестьянства служилым «чином», а с другой стороны, как основанная на отношениях патернализма и патриархальности система выживания в неблагоприятных условиях всего общества.

Сплав крепостничества и общинного устройства крестьянского «мира», по мнению Л. В. Милова, стал фундаментальной основой русского самодержавия, придав ему невероятную прочность и устойчивость. Попутно это создало и условия для доминирующего положения государства и в экономической сфере, и в сфере культуры — только государство (но не располагавшее необходимыми ресурсами и возможностями общество) могло позволить себе роскошь развивать промышленность, инфраструктуру, формировать условия для существования и развития не занятых в непосредственном производительном труде социальных групп (той же интеллигенции)¹³.

И еще одно следствие взаимосвязи неблагоприятных природно-климатических условий и характерной экономической и социально-политической модели развития российского государства и общества вывел историк. По его мнению, активная внешняя экспансия и колонизационная политика России были продиктованы стремлением равно и государства, и общества выйти за пределы той ситуации, в которой они оказались на первых порах. Необходимость же поддерживать на должном уровне активную внешнюю политику в условиях острой нехватки ресурсов способствовала формированию мобилизационного по своему характеру устройства государства с сильной центральной властью, способной осуществить эту мобилизацию быстро и достаточно эффективно.

Заметим, что складывание основ современной российской государственности и менталитета пришлось на XV—XVI вв., а последующее развитие их наиболее характерных черт — на XVII—XVIII вв. Между тем именно эти столетия в науке принято относить ко времени так называемого Малого ледникового периода, причем самые суровые его фазы выпали как раз на XV и XVII — нач. XIX в., а промежуточный XVI в. характеризуется крайне неустойчивым климатом с резкими перепадами температур и количеством выпавших осадков.

Малый ледниковый период сменил раннесредневековый малый климатический оптимум IX—XIII вв., для которого были характерны относительно теплый и ровный климат, мягкие зимы и достаточное количество осадков. Теперь настала пора холодов, продолжительных и снежных зим за последние две тысячи лет. Естественно, что эти суровые климатические условия оказали крайне негативное воздействие на климат центральной и северо-западной России — как раз на те регионы, где находилось к тому времени ядро Российского государства. Очевидно, что это резкое похолодание стало для русского общества серьезным вызовом, требовавшим адекватного ответа. И то, что именно в это время складываются отмеченные выше формы политического и социального бытия, было неслучайным.

Глава 2. СВЯЗЬ ВРЕМЕН: ВЕХИ РУССКОЙ ИСТОРИИ

В Концепции внешней политики России, утвержденной указом Президента Российской Федерации в марте 2023 г., отмечено, что «более чем тысячелетний опыт самостоятельной государственности, культурное наследие предшествовавшей эпохи, глубокие исторические связи с традиционной европейской культурой и другими культурами Евразии, выработанное за много веков умение обеспечивать на общей территории гармоничное сосуществование различных народов, этнических, религиозных и языковых групп определяют особое положение России как самобытного государства-цивилизации, обширной евразийской и евро-тихоокеанской державы, сплотившей русский народ и другие народы, составляющие культурно-цивилизационную общность Русского мира»¹⁴.

Из этой длинной цитаты можно выделить характерные черты Российского государства и российской же цивилизации «Русского мира». Они сформировались не на пустом месте, а стали закономерным результатом, как верно подмечено в Концепции, более чем тысячелетней истории России. Все мы помним со школьной скамьи легенду о призвании варягов Рюрика с братьей, от которой традиционно принято вести отсчет русской истории. И вне зависимости от того, действительно ли это призвание имело место или же это не более чем быль, отсчет истории российской государственности можно смело вести со 2-й половины IX в.

За без малого двенадцать веков отечественной истории сложились фундаментальные особенности, делающие Россию великой державой. Это и не имеющая аналогов территориальная протяженность (о чем мы уже говорили выше). Это и колоссальные природные богатства. Это и редкое этническое и культурное разнообразие (которое, подчеркнем это особенно, носит естественный, не искусственный, насаждаемый силой сверху, характер). Это и огромный вклад, внесенный представителями многонациональной российской науки, техники и искусства в мировую культуру. Это и присущие России и российскому обществу ценностные символы-архетипы. Они позволяют считать «Русский мир» уникальным феноменом мировой истории и культуры. Полагаем, что можно считать Россию особенным миром, Третьим Римом — наследницей и преемницей Рима II, империи Византийской, которая являлась продолжением империи Римской. Тысячу лет назад Византия и возглавляемый ею православный мир образовывали, по словам британского византиниста Д. Оболенского, «Византийское содружество»¹⁵, противостоявшее католической Res publica Christiana и Дар-уль-Ислам, «Миру ислама». Сегодня же Россия и «Русский мир» занимают особенное место на стыке Запада, Юга и Востока.

Конечно, тогда, в середине IX в., никто не мог предположить, что в лесах и лесостепях востока Европы со временем сформируется великое государство с самобытной культурой и традициями. Все это было еще впереди.

Зарождение русской государственности: выбор пути. «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами», — с такими словами, согласно древнейшей русской летописи «Повесть Временных лет», словенские, чудские, кривичские и весские старейшины обратились к вождям Руси, Рюрику с его братьями, приглашая их княжить в будущей Русской земле.

Однако, прежде чем состоялось это легендарное призвание варягов, история будущей Русской земли уже насчитывала несколько столетий. На излете Великого переселения народов славяне начали активно заселять и колонизировать Восточную Европу. Эта колонизация проходила, как полагают современные ученые, по двум маршрутам. Наиболее мощный «южный» поток устремился в бассейн Днепра, а оттуда позднее славяне постепенно расселились на север и северо-восток, в верховья Волги и Оки, и на юго-запад в бассейны Днестра и Буга. Другой, менее мощный «северо-западный» поток постепенно осваивал территории нынешнего российского Северо-Запада. Отсюда эта группа славян продвинулась дальше на восток и северо-восток. По мере своего продвижения по Восточно-Европейской (Русской) равнине предки будущих восточнославянских народов, великорусского, малороссийского и белорусского, вытесняли или ассимилировали обитавшие здесь финно-угорские и балтские племена и народности.

Одновременно славянская колонизация региона столкнулась на юге и юго-востоке с воздействием со стороны многочисленных кочевников, населявших южнорусские степи, а на северо-западе — с колонизационным потоком со стороны скандинавов. Собственно говоря, именно в эту раннюю эпоху российской истории постепенно складываются характерные для русской цивилизации черты. К первой можно отнести стремление к расширению и колонизации новых земель, продиктованное растущим демографическим давлением и поиском лучших земель и недостающих ресурсов. Нельзя не согласиться с мнением выдающегося русского историка В. О. Ключевского: «История России есть история страны, которая колонизуется. Область колонизации в ней расширялась вместе с государственной ее территорией. То падая, то поднимаясь, это вековое движение продолжается до наших дней»¹⁶.

Другая особенность России — мультикультурный и полиэтничный характер. Изначально «Русский мир» складывался как результат контактов и взаимодействия различных народностей и этносов со свойственным им традициями. В пользу такого сценария, действовавшего уже на самых ранних этапах его истории, говорит примечательный пример, связанный с сохранением балтских и финно-угорских топонимов на территориях, заселенных славянами. При полном исчезновении прежних насельников в условиях отсутствия письменной традиции это было бы невозможно.

Еще более важный пример такого культурного и этнического взаимодействия, возникшего в результате колонизационных процессов, — само происхождение раннесредневекового Русского государства. Его появление было ускорено именно этим взаимодействием различных культур и этносов. Процессы политогенеза у восточных славян протекали первоначально неторопливо — слишком много сил и ресурсов отнимали колонизация и необходимость основательно вкладываться в освоение новых территорий. Но на периферии зоны славянского расселения, там, где славяне вступали в активные контакты с другими народами, эти процессы ускорялись. Именно это и случилось на будущем русском Северо-Западе. Варяги-находники, купцы, воины и пираты, сыграли здесь роль катализатора, и складывание основ русской государственности пошло быстрее, чем если бы не состоялось их вмешательство.

Складывание раннесредневекового Русского государства — процесс отнюдь не одномоментный. Призвание Рюрика - первый его шаг. Но лишь спустя полутораста лет, к концу правления Владимира Святославича, правнука Рюрика, можно говорить о том, что Русская земля обрела свою первоначальную форму, и не только территориальную. Важнее всего по своим последствиям был цивилизационный выбор, сделанный Владимиром, не случайно названным равноапостольным. Крещение Руси в 988—989 гг. предопределило историческую судьбу России и народов, ее населяющих, на последующие столетия.

В самом деле, ни завоевание Олегом Киева и покорение им окрестных славянских и иных племен, ни рейды Игоря Старого на Константинополь, ни «устроение» государства княгиней Ольгой после трагической смерти Игоря, ни даже знаменитые походы князя-воина Святослава Игоревича против хазар и на Дунай не имели такого значения, как шаг Владимира. У него был выбор — соседи Руси, хазары и булгары, к тому времени уже давно были мусульманами. При княгине Ольге, крестившейся в Константинополе, в Киев приезжал с миссией католический епископ Адальберт от германского императора (но без успеха). Но Владимир в итоге все же предпочел византийское православие, тем самым четко и недвусмысленно обозначив свои политические и культурные приоритеты. И почему он сделал именно так, сомнений не вызывает — Византия находилась тогда на подъеме, переживая эпоху «македонского ренессанса». И молодая варварская Русь не смогла устоять перед обаянием и блеском византийской культуры также, как не смогли устоять перед величием культуры римской германцы несколькими столетиями прежде.

Конечно, христианизация Русской земли свершилась не в одночасье, и крещение киевлян Владимиром стало только первым шагом на этом долгом и трудном пути обретения Русью новой веры. Однако главное было сделано, Русь вошла в орбиту византийского культурного и политического влияния, примкнула к «Византийскому содружеству». Был запущен процесс рецепции основ византийской традиции, и этот процесс, наложившись на свойственные раннесредневековой Руси общественные отношения и формы, породил оригинальные формы политической, социальной и культурной жизни. Они нашли свое воплощение в наиболее характерных из них, таких как:

• «дружинный» уклад государства, когда дружина на протяжении нескольких веков играла определяющую роль в политической, военной и административной жизни государства;

• «федеративное» политическое устройство, связанное с институтом «братского совладения» Русской землей всеми князьями из дома Рюриковичей;

• служебная организация, присущая для той части общества, которая обслуживала правящую светскую и духовную элиту Русской земли;

• сохранение развитого «земского» самоуправления, основанного на вечевых порядках и первичных формах социальной организации (большая патриархальная семья — род — племя);

• патриархальность и консерватизм общественного сознания, его нацеленность на сохранение и воспроизводство «старины»;

• приверженность традиционным формам социального поведения и регулирования;

• безусловный приоритет, отдаваемый Правде перед Законом, обычному праву перед правом писаным.

Во многом это своеобразие, которое в основе своей сохраняется и спустя многие столетия, было обусловлено тем, что русские и государство, и общество складывались на своего рода культурной «целине». В отличие от варварских государств Западной Европы, возникавших на римской «почве», Русская земля сколько-нибудь серьезного влияния со стороны античного мира не почувствовала. Ее своеобразная политическая и социальная организация была результатом, как отмечал отечественный историк Б. Н. Флоря, внутреннего развития варварского общества, не испытавшего воздействия античной греко-римской традиции¹⁷.

Однако эта кажущаяся на первый взгляд архаичной и примитивной социально-политическая система не помешала «империи Рюриковичей» на протяжении почти ста лет после смерти князя Ярослава Мудрого быть одним из сильнейших и могущественнейших восточноевропейских государств. «Отсюда до угров и до ляхов, до чехов, от чехов до ятвягов, от ятвягов до литовцев, до немцев, от немцев до карелов, от карелов до Устюга, где обитают поганые тоймичи, и за Дышащее море; от моря до болгар, от болгар до буртасов, от буртасов до черемисов, от черемисов до мордвы — то все с помощью Божьею покорено было христианскому народу, поганые эти страны повиновались великому князю Всеволоду, отцу его Юрию, князю киевскому, деду его Владимиру Мономаху, которым половцы своих малых детей в колыбели пугали. А литовцы из болот своих на свет не показывались, а угры укрепляли каменные стены своих городов железными воротами, чтобы их великий Владимир не покорил, а немцы радовались, что они далеко — за Синим морем. Буртасы, черемисы, вяда и мордва бортничали на великого князя Владимира. А император царьградский Мануил от страха великие дары посылал к нему, чтобы великий князь Владимир Царьград у него не взял»¹⁸.

О влиянии и авторитете Русской земли и правивших в ней князей-Рюриковичей свидетельствуют, к примеру, браки, которые заключали они с европейскими династиями. Так, дочь князя Ярослава Мудрого, женатого вторым браком на шведской принцессе Ингигерде, Анна стала французской королевой, супругой короля Генриха I. Другая дочь Ярослава, Елизавета, стала женой короля Норвегии Харальда Сурового. И вот ведь как причудливо может сплестись нить истории. Харальд в 1066 г. попытался завоевать Англию, но был разбит королем Англии Гарольдом и пал в бою. Но и сам Гарольд был убит в сражении с нормандским герцогом Вильгельмом, а его дочь, принцесса Гита, стала женой внука Ярослава, князя Владимира Мономаха. Сестра Мономаха Евпраксия была замужем (правда, брак этот оказался несчастливым) за германским императором Генрихом IV, а его сын Мстислав сам был женат на шведской принцессе Кристине.

Своеобразным гимном, прославляющим Русь в эпоху ее расцвета, стало «Слово о погибели русской земли», написанное неизвестным русским книжником вскоре после татарского нашествия. «О, светло светлая и прекрасно украшенная земля Русская! Многими красотами прославлена ты: озерами многими славишься, реками и источниками местночтимыми, горами, крутыми холмами, высокими дубравами, чистыми полями, дивными зверями, разнообразными птицами, бесчисленными городами великими, селениями славными, садами монастырскими, храмами Божьими и князьями грозными, боярами честными, вельможами многими. Всем ты преисполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская!»¹⁹

От удельной старины к московской эпохе в истории Русского государства. К сожалению, все имеет свое начало и конец, и время процветания Руси было недолгим. Уже со 2-й половины XII в. она вступает в фазу своего развития, называемую по праву «золотой осенью». Но за этим временем наступает рано или поздно суровая зима, и эту зиму ей не суждено было пережить. На рубеже XII/XIII вв. та основа, на которой было возведено великолепное здание раннесредневековой Русской земли, исчерпала свой потенциал. Старая модель развития перестала соответствовать требованиям времени, и Русь постепенно погружается в политический, социальный и экономический кризис. Очень скоро он обретает всеобъемлющий характер. Наиболее ярким видимым признаком этого кризиса стали межкняжеские усобицы первой трети XIII в., достигшие своего апогея как раз накануне ордынского вторжения.

Ослабленная внутренними неурядицами и проблемами Русская земля не смогла отразить нашествия новых кочевников. В начале 40-х гг. XIII в. на большей ее части надолго установилась ордынская зима.

Сложно сказать, как развивались бы события, если бы не нашествие монголо-татар. Вполне возможно, что центробежные тенденции в итоге разорвали бы Русскую землю, и она повторила бы судьбу империи Каролингов с образованием на ее территории нескольких политических анклавов. Сохранили бы они некое единство, основанное на общности культурно-религиозной и династической? Скорее да, чем нет. Но этого не случилось, и после установления ордынского ига история отдельных частей Русской земли пошла по своему пути.

Северо-Восточная Русь стала ядром будущего Российского государства, но прежде чем это произошло, ей пришлось пережить сложный и неоднозначный период своей истории — удельный период. В эти столетия она представляла собой, по меткому наблюдению российского историка Ю. Г. Алексеева, причудливый конгломерат княжеств и земель, связанных между собой системой договоров и традицией²⁰. Традиция эта же была основана на тех принципах, которые были заложены «завещанием» Ярослава Мудрого и решением Любечского княжеского съезда-снема 1097 г., оформившими систему «братского совладения» и «лествичного» наследования княжеских столов. И над этим конгломератом грозно возвышалась фигура ордынского «царя» — верховного суверена Русской земли как одного из улусов Золотой Орды.

К счастью для Руси, татарские «цари» не спешили вмешиваться в ее внутренние порядки и переделывать ее на свой лад по праву меча. Они бдительно следили за тем, чтобы их вассалы, русские князья, исполняли свои обязанности по отношению к Орде, показательно наказывая ослушников. Князья же, признав суверенитет ордынских «царей» над собой, не без успеха использовали ордынский административный ресурс в борьбе за власть на Руси. А эта борьба постепенно обострялась и с начала XIV в. перешла в новое качество.

Стоит заметить, что построенная на принципах «братского совладения» традиционная русская политическая система, сохранившаяся и после установления ига, предполагала, что великий владимирский князь как старший в «семье», будет «в отца место» для своей младшей братьи. Будучи господином в своем уделе, он признавал суверенность младших князей в их уделах. Они взамен обязывались почитать его как «старейшего» князя и повиноваться ему как дети строгому, но справедливому отцу. Таким образом, великий владимирский князь формально обладал немалой властью, но власть эта де-факто оказалась рассеяна между всеми участниками политической игры. И до тех пор, как великий князь был лишь «первым среди равных», он не мог диктовать свою волю, но мог договариваться. Разрешить эту проблему можно было через собирание власти в руках великого князя, а для этого ему нужно было объединить земли, ибо в тех условиях только земля рождала власть: больше земли — больше людей, денег, власти и влияния. Конфликт тверского князя Михаила Ярославича, имевшего по лествичному праву неоспоримое преимущество в наследовании владимирского стола, и московского князя Юрия Данииловича, такого преимущества не имевшего, но апеллировавшего к воле ордынского «царя», обозначил начало нового этапа в истории Русской земли. В этом противостоянии, в которое пытались вмешиваться и другие князья, верх оказался в итоге за московскими князьями. К концу XIV в. именно они возглавили движение Руси по новому пути — к политической и военной централизации и образованию Русского государства.

Дорога эта оказалась тернистой. Иван Калита и его сын Симеон Гордый заложили основы московского могущества, оно едва не было утрачено в 60-х гг. XIV в. Объединившееся вокруг юного князя Дмитрия Ивановича московское боярство, поддержанное церковью, руководитель которой митрополит Алексий фактически встал во главе московского «правительства», сумело в итоге отстоять первенство Москвы от притязаний Твери и Нижнего Новгорода. Возмужавший Дмитрий смог на время сплотить Северо-Восточную Русь и одолеть на Куликовом поле некоронованного властителя западной части Орды темника Мамая. Но за этой победой последовали молниеносный поход хана Тохтамыша и сожжение Москвы в 1382 г., восстановившие сюзеренитета Орды над Русью.

Сыну Дмитрия Ивановича Василию пришлось лавировать между слабеющей, но все еще представлявшей серьезную опасность Ордой («великий князь» которой Едигей в 1408 г. опустошил Русь) и могущественным Великим княжеством Литовским, во главе которого стоял князь Витовт. После смерти Василия Московское княжество поразил серьезный политический кризис. Суть его заключалась в том, кто должен был занять стол и принять ярлык на великое Владимирское княжение — сын Василия Дмитриевича Василий или же брат Дмитрия Ивановича Юрий? Этот конфликт вылился в кровопролитную четвертьвековую усобицу между Василием II и его двоюродными братьями Юрьевичами. Верх в ней одержал Василий, но высокой ценой — лишенный глаз по приказу своего главного врага и конкурента Дмитрия Шемяки, князь-слепец превратился в циничного и расчетливого правителя, не останавливавшегося ни перед чем в борьбе за власть. Но вместе с тем Василий II, прозванный Темным, заложил прочные основы для будущего подъема Русского государства.

Василий II расширил пределы великокняжеского «домена» за счет уделов князей, выбравших в усобице неправильную сторону, реорганизовав по единому образцу при этом систему управления ими. Эта унификация сыграла в будущем существенную роль в достижении политической централизации Русской земли. Разбив новгородцев, Василий II восстановил московский суверенитет над Великим Новгородом. Но главный его вклад в дело создания единого Русского государства состоял в его завещании. Если раньше князья старались наделить своих сыновей более или менее равными долями в своем наследстве, то Василий отошел от этого неписаного правила и передал своему старшему сыну и соправителю Ивану большую и лучшую часть своих владений. Тем самым он сделал Ивана в значительной степени независимым от младшей братьи и развязал ему руки в деле завершения процесса собирания власти и земель.

Иван III, прозванный еще при жизни Грозным, стал последним великим князем Средневековья и первым государем раннего Нового времени. При нем практически был завершен процесс собирания русских земель вокруг Москвы (с подчинением в 1478 г. Новгорода и в 1485 г. Твери); де-факто рухнуло ордынское иго, подчинено Казанское ханство и заключен союз с ханством Крымским, что позволило начать успешную экспансию на западном, литовском, направлении; принят первый Судебник; заложены основы поместной системы. При Иване трудами новгородского архиепископа Геннадия был создан первый полный перевод на русский язык Священного Писания, силами приглашенных итальянских архитекторов и русских мастеров-горододельцев были возведены краснокаменный Московский кремль — символ России, и ставший на долгое время главным кафедральным собором нашей страны кремлевский Успенский собор. «Изумленная Европа, в начале правления Ивана едва знавшая о существовании Московии, стиснутой между татарами и литовцами, была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи, и сам султан Баязид, перед которым Европа трепетала, впервые услышал высокомерную речь московита»²¹, — так характеризовал итоги правления Ивана Грозного немецкий философ Карл Маркс, не испытывавший к России особой любви.

Однако, как много ни сделал Иван III для Русского государства, тем не менее этого было недостаточно для того, чтобы завершить процессы централизации. Иван, человек своего времени и плоть от плоти породившего его общества, был консерватором, не стремившимся к радикальным переменам. Продолжив начатое при его предшественниках дело собирания власти, он сумел существенно продвинуться в этом направлении, особенно если говорить о централизации военной. Но времени, отведенного ему историей, было недостаточно, чтобы завершить эти процессы. И в этом отношении его внук Иван IV смог сделать гораздо больше.

Фигура Ивана IV в русской истории (да и в мировой тоже — мало кто из русских правителей приобрел такую известность за пределами России) одна из наиболее спорных и противоречивых. Сын своего жестокого времени, одинаково великий и в гении, и в злодействе, первый русский венчанный царь не может быть однозначно оценен ни как положительный, ни как отрицательный герой. Характеризуя личность Ивана Грозного, русский историк Р. Ю. Виппер писал, что критики царя были «совершенно равнодушны к росту Московской державы, ее великим объединительным задачам, к широким замыслам Ивана IV, его военным изобретениям, его гениальной дипломатии». И, развивая свою мысль далее, он отмечал, что «эти судьи Грозного похожи на Сенеку, Тацита, Ювенала, которые в резких нападках на римское самодержавие сосредоточивали свое внимание на явлениях придворных и столичных, оставаясь безразличными к громадной стране, к окраинам, к внешней безопасности и славе знаменитой империи»²². Но если задвинуть в сторону как раз описание придворной и столичной жизни времен Ивана и сосредоточиться на его государственной деятельности, то картина, открывающаяся перед нами, несколько отличается от устоявшейся.

Определяя Ивана IV как политика, как государственного деятеля, обратим внимание, в первую очередь, что в ходе своего правления он и его «правительство» довели до логического завершения процесс создания земско-служилого государства, запущенный при Иване III. Перечислим наиболее важные мероприятия Грозного в этом направлении:

• При Иване IV старые методы и приемы управления страной, свойственные времени Ивана III, отошли на второй план, а на первый вышел административно-бюрократический аппарат в лице приказов и приказных людей — профессионалов-управленцев. При этом практически умерла удельная «старина», и политическая централизация оказалась завершена.

• Система местного, «земского», самоуправления при Грозном окончательно обретает форму и «встраивается» в систему государственного управления и набирается опыта участия в государственной деятельности. По существу, при Иване IV окончательно складывается своего рода «двоевластие». Центральная власть брала на себя обязанности верховного арбитра, устанавливая «правила игры» внутри страны и карая их нарушителей, и отвечала за «дело государево» (войну и дипломатию). «Земское» же самоуправление ведало раскладкой и сбором налогов и исполнением повинностей, вершило суд и расправу и поддерживало порядок на местах.

• Завершается выстраивание сложной системы взаимодействия «княжого права» в лице «Царского Судебника» 1550 г. и местных правовых обычаев, которые вводятся в правое поле царскими жалованными и иными грамотами.

• Обретают свою завершенную форму многоуровневые и сложные механизмы обратной связи между верховной властью и «землей».

• Серия мероприятий по реорганизации военных структур Российского государства позволила создать эффективную военную машину, которая сумела выдержать почти сорокалетнюю непрерывную войну с разными противниками.

• «Сословная» политика Ивана Грозного ускорила процессы «кристаллизации» «чиновной» структуры русского общества, включавшей четыре «чина»: «освященный», «служилый», «торговый» и «земледелательный». Каждый из них в рамках земско-служилого государства тянул свое «тягло». Священники и монахи не только молились, но и занимались просвещением, благотворительностью и т. п.; служилые люди, дети боярские и приказные, несли военную и административную службу; торговые люди торговали и исполняли различные государственные обязанности, связанные с финансами и проч.; крестьяне же пахали землю, платили налоги и выполняли всевозможные государственные повинности.

Созданная при Иване IV система просуществует в своей неизменной основе вплоть до великих реформ Петра I, что подтверждает значимость мероприятий, реализованных при первом русском царе. Помимо этого, они подвели серьезную базу под активную внешнюю политику Москвы в царствование Ивана IV. И хотя на западе русская экспансия оказалась не столь успешной, какой она была поначалу, этого не скажешь о восточной и южной политике грозного царя. Покорение Казани и Астрахани, начало завоевания Сибири, успешная борьба с агрессией со стороны Крымского ханства не только привели к громадному приращению территории Русского государства, но и превратили его в подлинную империю.

Обращает на себя особое внимание характер имперской политики Ивана Грозного, который, в сущности, не меняется на протяжении последующих столетий вплоть до 1917 г. Эта политика основывалась, с одной стороны, на жестком контроле со стороны центральной власти за ситуацией на местах, а с другой — на весьма гибких стратегиях управления с активным привлечением к администрированию местных элит и сообществ с сохранением местных традиций и обычаев. И есть все основания согласиться с мнением отечественного историка Б. Н. Миронова, который отмечал, что Россия никогда не была колониальной империей в классическом смысле этого термина²³: во-первых, для политики центральной власти были характерны прагматизм и то, что сегодня назвали бы толерантностью; во-вторых, верховная власть на первое место ставила решение задач политических и военно-стратегических, а не экономических; в-третьих, ассимиляция административно-юридическая, религиозная и тем более языковая не являлись приоритетными задачами для столичной администрации; и, в-четвертых, единство многонационального государства держалось прежде всего на династическом и сословном принципах, а не на религиозном и тем более этническом.

Значительный вклад сделал Иван Грозный в разработку официальной идеологии. Если концепция о Москве как Третьем Риме, придуманная псковским иноком Филофеем при великом князе Василии III, так и осталась не более чем отвлеченной теорией, то этого не скажешь о политических взглядах первого русского царя. Вдохновленный идеями выдающегося церковного деятеля и мыслителя Иосифа Волоцкого, Иван IV в своих писаниях выработал целостную концепцию царского служения и ответственности государя перед Богом за врученную ему Создателем Русскую землю. По большому счету, именно эта доктрина легла в основу идеологии русского самодержавия и абсолютизма.

Созданное последними Рюриковичами земско-служилое государство, основанное на концепте всеобщей, сверху донизу, службы/тягла, стало эффективным ответом русского общества на вызов со стороны окружающего его мира. Оно позволило не только преодолеть последствия малого ледникового периода и выжить в сложнейшей геополитической ситуации, но и существенно расширить свои пределы, обеспечив тем самым немалый запас прочности для преодоления острейшего социально-политического и экономического кризиса — Смуты. Тогда под вопрос были поставлены само существование Российского государства и общества и их национальная и культурно-религиозная идентичность. Верховная власть рухнула и перестала исполнять свои функции в рамках неписаного общественного договора, и тогда за дело взялась «земля». Используя накопленный в предыдущие десятилетия опыт административной, фискальной и иной деятельности, местное самоуправление выступило с инициативой в деле вывода страны из глубочайшего кризиса и успешно справилось с этой сложнейшей задачей.

Примечательно то единодушие, которое выказали в этом деле практически все «чины» Российского государства — от патриарха Гермогена, из темницы взывавшего к россиянам встать на защиту страны и веры, и келаря Троице-Сергиева монастыря Авраамия Палицына, вдохновлявшего защитников осажденной поляками и русскими «ворами» обители, до сыгравших важную роль в создании Первого ополчения рязанских детей боярских Прокопия и Захарии Ляпуновых, князя Дмитрия Пожарского и купеческого старосты Кузьмы Минина, имена которых нераздельно связаны со Вторым ополчением и освобождением Москвы от захватчиков в 1612 г., и костромского крестьянина Ивана Сусанина.

В последние десятилетия нередко можно встретить рассуждения о том, что в годы Смуты Россия находилась на историческом перепутье. Выбрав Михаила Романова, русское общество свернуло на путь строительства «классического» самодержавия, отказавшись от попыток построить правовое государство, основанное на договоре между властью и «землей». Но была ли такая альтернатива в реальности? То, что в Москве активно осуждали иное обустройство державы, хотя бы по тому же польско-литовскому образцу, сомнений нет. И попытки сотворить нечто подобное были — достаточно вспомнить те условия, которыми обусловлено было принятие польским королевичем Владиславом шапки Мономаха. Однако в итоге победила иная точка зрения, отвергавшая саму возможность повторения шляхетской «республики» на Русской земле. Польский шляхтич С. Маскевич так передал свой разговор с неки м москвитянином: «В беседах с москвитянами наши, выхваляя свою вольность, советовали им соединиться с народом польским и также приобресть свободу. Но русские отвечали: “Вам дорога ваша воля, нам неволя. У вас не воля, а своеволие: сильный грабит слабого; может отнять у него имение и самую жизнь. Искать же правосудия, по вашим законам, долго: дело затянется на несколько лет. А с иного и ничего не возьмешь. У нас, напротив того, самый знатный боярин не властен обидеть последнего простолюдина: по первой жалобе царь творит суд и расправу. Если же сам государь поступит неправосудно, его власть: как Бог, он карает и милует. Нам легче перенесть обиду от царя, чем от своего брата: ибо он владыка всего света”...»²⁴ Потрясения Смуты способствовали тому, что в русском обществе возобладали консервативные настроение и стремление вернуть привычные порядки.

На первых порах этот консерватизм сыграл положительную роль, позволив в достаточно короткие сроки восстановить государственность, экономику, финансы и наладить жизнь в стране. При Михаиле Федоровиче Россия окончательно превращается в евразийскую державу. Двигаясь «встречь солнцу» в погоне за «мягким золотом», пушниной, русские казаки-землепроходцы к середине XVII в. вышли к Тихому океану и присоединили к России Сибирь и часть Дальнего Востока. Однако глубинные причины, вызвавшие Смуту и спровоцированные ею потрясения, оказались слишком велики и серьезны, чтобы заморозка была долгой. После относительно спокойного правления Михаила Романова наступило время Алексея Михайловича. И хотя второй царь новой династии и заслужил прозвище Тишайшего, время, когда он правил, не случайно получило характерное наименование «бунташное».

В самом деле, начавшись с Соляного бунта и городских волнений 1648—1650 гг., внутренняя нестабильность продолжилась возникшим после запуска патриархом Никоном церковной реформы расколом, символом которого стал неистовый протопоп Аввакум, талантливый писатель, полемист и неукротимый борец за старую веру. За Расколом пришли Медный бунт и затем потрясшая Россию «разинщина». Все это происходило на фоне нараставшего противостояния власти светской и духовной с раскольниками. Но и это еще не все: хотя Алексей Михайлович и прослыл Тишайшим, однако при нем Российское государство не воевало так долго со времен Ивана Грозного. Тринадцатилетняя война с Польшей 1654—1667 гг. плавно перетекла в участие России во внутреннем конфликте на Украине, получившим впоследствии характерное название «Руина». В 1671 г. страна вступила в войну с могущественной Османской империей. Она стала первой настоящей русско-турецкой войной. А еще Тишайший успел неудачно повоевать со шведами в 1656—1658 гг.

Эти непрерывные войны потребовали серьезнейших усилий со стороны государства, вынужденного продолжить курс на внутренние преобразования, начало которым положил отец Михаила Романова патриарх Филарет в начале 30-х гг. XVII в., когда готовился к реваншу за потерю Смоленска в годы Смуты. Этот курс на перемены не вызвал восторга в обществе, справедливо связывавшее происходившие изменения с существенным ухудшением своего положения. Растущее недовольство и глухое брожение в недрах «земли» нашли свое отражение во всевозможных формах социального протеста. Власть же, столкнувшись с оппозицией ее внутренней политике, постепенно отказывается от прежней модели «двоевластия», делая ставку на бюрократизацию управления и повсеместное распространение воеводского правления, подчинившего самоуправление на местах.

Усилению самодержавной власти монарха и росту влияния центральной бюрократии способствовало и постепенное разрушение прежней системы сдержек и противовесов, существовавшей в XVI в. Ослабленная расколом церковь, окончательно пришедшая в упадок старая «дородная» аристократия, переживавшие внутреннюю трансформацию уездные служилые корпорации-«города» уже не могли, как прежде, оказывать серьезное воздействие на власть. Все это создавало условия для перехода реформ на качественно иной уровень, что и случилось в царствование сына Алексея Михайловича Петра I.

Имперский период в истории Российского государства (XVIII — нач. XX в.). Долгое (1672—1725) правление Петра Алексеевича вошло в историю России как время великих перемен, едва ли не своего рода «революции сверху». Явилась ли эта «революция сверху» порождением петровского гения или же она была подготовлена всем ходом русской истории XVII в.? Ответ на этот вопрос сформулировал в своих «Публичных чтениях о Петре Великом» русский историк С. М. Соловьев: «Необходимость движения на новый путь была создана, обязанности при этом определились; народ поднялся и собрался в дорогу, но кого-то ждали, ждали вождя, вождь явился»²⁵.

Первые шаги на пути европеизации России были предприняты еще при Михаиле Федоровиче, Алексее Михайловиче и Федоре Алексеевиче, проекты крупных преобразований рассматривались при царевне Софье, но лишь Петру удалось перейти от слов к делу и завершить то, что было начато при его предшественниках.

Говоря о петровских преобразованиях, следует помнить, что при их осуществлении Петр не имел четкого плана реформ. Большая их часть, особенно на ранних этапах его царствования и в первые годы Северной войны, диктовалась текущими потребностями государства. Активная внешняя политика России в последние годы XVII в. и в первое десятилетие XVIII в. обусловила перестройку государственного аппарата, армии, создания флота и проведение финансовых и экономических реформ для пополнения государственной казны, а также преобразований в области культуры. Лишь во 2-й половине 10-х гг. XVIII в., когда победа в Северной войне стала реальностью, Петр сумел перевести дух. Обобщив накопленный политический, административный и иной опыт, он смог разработать более или менее осмысленный план реформ. При этом необходимо отметить, что при проведении реформ Петр руководствовался в первую очередь опытом западноевропейских стран, особенно Швеции, а также теми философскими и научными идеями (в частности, идеей о «регулярном» и «полицейском» государстве), весьма популярными в то время в Европе. Правда, нужно сказать и о том, что Петр весьма выборочно и прагматично подходил к европейскому опыту, применяя его к условиям России. И в своей преобразовательской деятельности царь-реформатор активно использовал те ресурсы и возможности, которые предоставляли в его распоряжение сохранявшиеся от прежних времен служилые отношения и соответствующий им менталитет.

Через все петровские преобразования четко проходит красной линией идея, ставшая ключевой в его деятельности, — идея «общего блага». Это «общее благо» должно было быть достигнуто силой человеческого разума и деятельности человека. Направлять же эту деятельность, по мнению западноевропейских мыслителей того времени, должно было государство, а точнее — его персональное воплощение, «просвещенный» монарх, обладающий абсолютной властью и ответственный за свои деяния только перед Богом. Петр воспринял эти идеи всей душой и в «Воинских артикулах» 1716 г. закрепил это положение: «Его Величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен. Но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять»²⁶. «Просвещенность» же монарха была залогом того, что он не будет употреблять свою власть во вред обществу.

Считая себя именно таким монархом, который выведет Россию и русский народ из мрака невежества и дикости, царь полагал себя учителем, призванным самим Богом для того, чтобы пролить свет знания на темных, косных и ленивых русских людей, толкать их к новой жизни, даже используя насилие. Он так и писал в одном из своих указов, что русский народ «яко дети, неучения ради, которые никогда за азбуку не примутся, когда от мастера приневолены бывают, которым сперва досадно кажется, но, когда выучатся, потом благодарят»²⁷. Петр искренне полагал, что Господь возложил на него труднейшую обязанность вывести Российское государство на дорогу европейской цивилизации и что он должен личным примером показать своим подданным, как нужно трудиться и действовать, чтобы догнать европейцев и быть не хуже их. Однако царь был один, и он не мог быть одновременно во многих местах. Поэтому, чтобы личный пример монарха не остался втуне, Петр решил задействовать всю мощь государственного аппарата принуждения и контроля за подданными.

Для успешного решения поставленной задачи старый государственный аппарат, как считал царь-реформатор, не годился, и Петр приложил огромные усилия, чтобы из патриархального Московского государства построить современное полицейско-чиновничье государство, основанное на началах военной организации и дисциплины. Это государство и стало механизмом проведения в жизнь воли монарха. Она выражалась в форме многочисленных указов, законов и предписаний и контроля их осуществления на практике. О том, какой должна была быть жизнь подданного российского царя в таком государстве, метко выразился русский историк М. М. Богословский: «Подданный не только был обязан нести установленную указами службу государству, он должен был жить не иначе как в жилище, построенном по указанному чертежу, носить указное платье и обувь, предаваться указным увеселениям, указным порядком и в указных местах лечиться, в указных гробах хорониться и указным образом лежать на кладбище, предварительно очистив душу покаянием в указные сроки»²⁸.

Этатистская и абсолютистская доктрина Петра I была принята его преемниками, с разной степенью успеха и напористости стремившимися воплотить в жизнь петровский идеал всемогущего и всеблагого «регулярного» «полицейского» государства, опирающегося на «просвещенное» насилие. Последним монархом, действовавшим в том же ключе, что и Петр, был его праправнук император Николай I — монарх, масштаб и значимость деятельности которого его потомками были недооценены. При Николае Россия начала медленно разворачиваться на путь модернизации, и на этом пути он сумел добиться определенных успехов.

Однако этот поворот был слишком медленным, и итоги его правления показали, что модель, заложенная Петром, исчерпала свой потенциал и нуждается в замене. Проблема состояла в том, что петровская модернизация носила скорее эффектный, чем эффективный характер. Будучи поверхностной, она не создала в итоге механизмов, способных осуществить свой перезапуск в случае необходимости нового ее витка. Попытки Николая I решить проблему, используя административный ресурс, который могло представить в его распоряжение «регулярное» государство, оказались неэффективными. Не в последнюю очередь это было связано с общей неготовностью общества, в особенности ее просвещенной и европеизированной части, к серьезным преобразованиям. Николаю, как и его старшему брату Александру I, все так же было «некем взять». Просвещение работало неспешно, и влияние «партии» реформаторов, несмотря на поддержку со стороны императора, было недостаточным, чтобы переломить сопротивление консерваторов.

«Великие реформы» Александра II, подготовленные в основе своей еще при Николае I, носили вынужденно половинчатый характер и не решили всех накопившихся к тому времени проблем. Напротив, они породили новые, которые ввергли Россию в серьезный политический кризис конца 70-х — начала 80-х гг. XIX в. Результатом его стали смерть императора-освободителя от рук-террористов и отказ нового императора, Александра III, от возобновления реформ. Взамен новый император сделал ставку на политическую стабилизацию в обществе, пусть даже и через усиление полицейских репрессий, и на стимулирование экономического развития.

Нельзя сказать, что Александру III и его правительству не удалось добиться на этом поприще успеха. Политическая ситуация в стране действительно улучшилась, и после экономического спада времен Александра II начался подъем, темпы которого постепенно росли. Однако эти успехи покоились на шатком основании. Россия в конце XIX в. все еще была аграрной патриархальной державой. Политические и социальные структуры и отношения в Российской империи оставались, в сущности, теми же, что и в XVIII в. и вступили в противоречие со временем. При быстроразвивающейся банковской сфере, промышленности и торговле, растущей инфраструктуре основой экономики империи являлось сельское хозяйство. А русская деревня к концу XIX в. считалась чрезвычайно отсталой и архаичной и в социальном смысле, и в производственном, и в ментальном. Новые веяния с трудом проникали в нее, так что Россия к этому времени слыла настоящим «колоссом на глиняных ногах».

Правление последнего русского императора Николая II можно назвать с полным на то основанием временем утраченных возможностей. От своего отца Николай получил, казалось, неплохое наследство — растущую экономику, устойчивые финансы, авторитет и влияние на международной арене, внутреннее спокойствие. При этом за фасадом благополучия скрывались серьезные проблемы. Русская деревня переживала аграрный кризис, и острота его только нарастала, на политическую авансцену выступили два новых класса. Первым из них была русская буржуазия, позиции которой серьезно укрепились в результате экономической политики Александра III, и она постепенно склонялась к мысли о необходимости конвертировать свое экономическое и финансовое влияние в политическое. Другим стал городской пролетариат, все громче заявлявший о своих правах, пока что преимущественно экономических. При этом архаичная политическая система империи не позволяла ни буржуазии, ни пролетариату, ни той же разночинной интеллигенции легально участвовать в политической жизни и защищать свои интересы, и в итоге оппозиционная деятельность приобретала скрытый и все более радикальный характер. К этому добавился старинный, еще со времен Петра I, раскол между европеизированной верхушкой общества и традиционной деревней, к которому присоединился и другой, не менее значимый разрыв между властью и интеллектуальной частью общества. Быть монархистом и лоялистом на рубеже веков становилось чем дальше, тем менее модным, а вот либералом и оппозиционером — напротив.

Ситуацию еще можно было поправить, если бы Николай II с начала своего царствования обозначил, что он намерен вернуться к либеральному курсу своего деда. Именно этого от него и ожидала умеренно либеральная часть российского общества. Однако в январе 1895 г. эти надежды были развеяны самим императором, твердо и недвусмысленно объявившим, что он намерен придерживаться того же политического курса на сохранение самодержавия в незыблемости, что и его отец. Потребовались политический кризис начала ХХ в., катастрофическая для престижа монархии и самого императора русско-японская война и революция 1905—1907 гг., чтобы Николай II нехотя дал согласие на введение конституционного правления и проведение реформ, тесно связанных с именем главы кабинета министров П. А. Столыпина. Эти реформы будущий вождь мирового пролетариата, а тогда один из ведущих деятелей российской социал-демократии В. И. Ленин назвал «последним клапаном». Так вот, они запоздали. Двадцати лет покоя, которые, по мнению Столыпина, нужны были России, чтобы завершить преобразования, у нее не оказалось. Обострившаяся в конце XIX — начале ХХ в. борьба ведущих империалистических держав ввергла мир в Первую мировую войну. Размах и масштабы принесенных ею разрушений никто даже и представить не мог. Российская империя и монархия Романовых не пережили этого испытания и рухнули, не сумев эффективно и своевременно ответить на вызов времени — осуществить трансформацию аграрного общества первой волны (по классификации американского культуролога Э. Тоффлера) в модерное индустриальное общество второй волны.

Сложная и неоднозначная судьба Российской империи не помешала внести ей весьма значимый вклад и в российскую историю, и в историю мировую. Победа в затянувшейся Северной войне 1700—1721 гг. вернула Россию в число важных европейских держав и окончательно сделало ее гегемоном в Восточной Европе. Активная внешняя политика Петра Великого ввела Российское государство в семью европейских «политических» народов. Как писал А. С. Пушкин, Россия «вошла в Европу, как спущенный со стапелей корабль — при стуке топора и громе пушек»²⁹. Победы русских войск в Семилетней войне 1756—1763 гг. закрепили ее статус как важного элемента европейской политической системы. Две успешные русско-турецкие войны, 1768—1774 и 1787—1791 гг., не только прославили русское оружие и сделали известными имена таких русских военачальников, как А. П. Румянцев, А. В. Суворов, Ф. Ф. Ушаков и др., но и превратили империю во влиятельнейшую силу на континенте. Они же привели к существенному приращению ее территории за счет Новороссии и Крыма. Трехкратный же раздел Польши практически завершил формирование западных рубежей империи. И вряд ли случайностью было то, что именно канцлеру императрицы Екатерины II А. А. Безбородко приписывают фразу: «Не знаю, как будет при вас, а при нас ни одна пушка в Европе без позволения нашего выпалить не смела»³⁰.

Победа в многолетнем противостоянии с Наполеоном Бонапартом и вступление союзных войск в Париж в марте 1814 г. во главе с «новым Агамемноном» императором Александром I вознесли Россию на пик ее славы. Российская империя стояла у истоков установившейся после падения наполеоновской империи венской политической системы, обеспечившей Европе без малого сорок лет мира. Во многом этот беспрецедентно долгий по тем временам период относительного мира был обусловлен активной политикой императора Николая I, бдительно следившего за сохранением венской системы и политического равновесия в Европе. Это был золотой век России как великой державы.

Увы, ничто не вечно, и такой статус России не мог не вызвать серьезных опасений со стороны многих европейских правительств, прежде всего британского, видевшего в России конкурента, и французского, мечтавшего о реванше за 1812 год. Недовольны были политикой России и немецкие либералы, которые после революционных событий 1848—1849 гг. пришли к убеждению, что именно Россия является препятствием на пути создания великой Германии. Эта коллективная неприязнь в итоге вылилась в кампанию русофобии, волнами прокатывавшаяся по Европе и достигшая своего апогея в начале 50-х гг. XIX в. с обострением Восточного вопроса. Найти дипломатический выход из возникшего кризиса вокруг османского наследства не удалось, и вспыхнула Восточная, или Крымская, война 1853—1856 гг. Этот конфликт втянул в свою орбиту прямо или косвенно большинство европейских государств и охватил пламенем едва ли не полмира. Ведь боевые действия велись не только в Крыму, сосредоточившись вокруг Севастополя, но и на Кавказе, Балтике, в Белом море и Тихом океане.

Неудача России в этой войне на время вынудила ее отказаться от активной внешней политики. Глава русского внешнеполитического ведомства А. М. Горчаков в 1856 г. заявил, что, хотя «Россию упрекают в том, что она изолируется и молчит перед лицом таких фактов, которые не гармонируют ни с правом, ни со справедливостью» и «говорят, что Россия сердится», однако «Россия не сердится, Россия сосредотачивается»³¹. Во 2-й половине 70-х гг. XIX в. Россия окончательно вернулась в «Большую игру», вступив в соперничество с Британией в Азии (результатом чего стало завоевание русскими войсками Средней Азии), став важным фактором европейской стабильности (не допустив второго разгрома Германской империей Франции в 1875 г.), и, наконец, победив Турцию в войне 1877—1878 гг. Правда, эту победу не удалось в полной мере закрепить за столом переговоров на Берлинском конгрессе.

Не слишком удачное выступление российской дипломатии на этом конгрессе стало одной из причин политического кризиса конца 70-х — начала 80-х гг. XIX в. в России и послужило хорошим уроком для императора Александра III, который своей миролюбивой, но вместе с тем твердой политикой по защите русских интересов заслужил почетное прозвище Миротворец. Увы, его сын Николай, увлекшись колониальными проектами министра финансов С. Ю. Витте в Китае, в условиях нараставшего политического кризиса начала ХХ в. решил поправить ситуацию «маленькой победоносной войной» с Японией и жестоко просчитался. Поражение в этой войне только ускорило наступление Первой русской революции, а неудачный ход Первой мировой войны предопределил новый всеобъемлющий политический и социально-экономический кризис, справиться с которым Российская империя не смогла и пала в феврале 1917 г. в результате революции.

Россия в ХХ — начале XXI в. 1917 г. стал переломным годом в русской истории. Две последовательных революции, Февральская и Октябрьская, положили конец старому миру и вызвали к жизни мир новый, необычный и завораживающий.

Обе русские революции фактически стали ответом на проблему, которую должны были решить, но так и не смогли сделать этого последние императоры династии Романовых. С того самого момента, когда в Великобритании произошла промышленная революция и это государство превратилось в мировой финансовый и торговый центр, а также в «мастерскую мира», подлинное величие определялось не только чисто количественными параметрами, такими как площадь страны, численность ее населения, размер и характер природных богатств, но и качественными. К ним можно и должно отнести следующие важнейшие параметры:

• уровень развития промышленности и технологий, способность страны разрабатывать и производить важнейшие и сложнейшие с технической точки зрения товары и продукты;

• качество и степень развития внутренней инфраструктуры, обеспечивающей связность территорий и регионов и их эффективное вовлечение в работу всего экономического комплекса государства;

• человеческий фактор, уровень развития интеллектуального потенциала и качество рабочей силы.

В целом же проблема заключалась в том, что во II половине XIX в. перед Россией и ее политической, интеллектуальной и финансовой элитой во весь рост встал вопрос: способны ли страна и общество под ее руководством совершить переход от аграрной стадии развития к индустриальной и встать вровень с другими странами, такими как Британия, Франция, Германия, Соединенные Штаты, которые начали этот переход несколько раньше. От ответа на этот вызов времени зависело многое, и прежде всего сохранение за Россией статуса великой державы и субъекта мировой политики и экономики.

Нельзя сказать, что верхи Российской империи этого не осознавали. «Великие реформы» во многом были обусловлены именно этим, равно как и экономическая политика Александра III, благодаря чему вес России в мировой экономике вырос с 4% в 70-х гг. XIX в. до 6% к концу столетия. О необходимости серьезных перемен говорил императору Николаю II в 1900 г. министр финансов С. Ю. Витте, творец русского экономического чуда конца XIX — начала ХХ в. Темпы экономического роста, набранные Россией в начале XX в., в особенности накануне Первой мировой войны, вызывали серьезное беспокойство в германской военно-политической и экономической элите. Она всерьез опасалась, что спустя пару десятилетий Германская империя окажется зажата между тремя империями — Российской, Британской и Американской, и эти опасения сыграли определенную роль в решении Германии развязать войну именно летом 1914 г.

Однако набранных темпов оказалось недостаточно, модернизация была поверхностной и не решала проблему перехода, — слишком мало и слишком поздно. В итоге, как уже было отмечено выше, Российская империя не смогла пережить испытаний Первой мировой войны. Перед теми, кто пришел на смену Романовым и имперской бюрократии, проблема не только осталась, но и приобрела новое измерение. Державы — участники Первой мировой войны за ее годы сумели существенно нарастить свой и военный, и экономический потенциал. Россия снова серьезно опаздывала, о чем писал в своем меморандуме военному министру генералу Д. С. Шуваеву в конце 1916 г. начальник Главного артиллерийского управления генерал А. А. Маниковский, и это, по его мнению, создавало серьезную угрозу России в будущем.

Увы, русские либералы, в руки к которым власть упала в феврале 1917 г., оказались, несмотря на всю свою рафинированность и образованность, абсолютно некомпетентны как политики и администраторы. Меньше чем за полгода они сумели превратить кризис в катастрофу. Их ситуативные союзники, умеренные русские социалисты, в этом качестве зарекомендовали себя еще хуже. Однако среди радикальных социалистов нашлась партия, заявившая о своей готовности взять на себя всю власть и всю полноту ответственности, связанную с этим, — РСДРП (б), партия большевиков во главе со своим лидером В. И. Лениным. Этот тезис, сформулированный Лениным на заседании I Всероссийского съезда Советов, вызвал смешок у его политических оппонентов и конкурентов, но большевистский вождь был абсолютно серьезен, что и доказал спустя несколько месяцев, в октябре 1917 г.

Возможно, если бы Ленин знал, каким сложным было положение в стране, он бы не рискнул делать такое заявление. Он исходил из того, что преобразования вполне реальны, стоит лишь сменить буржуазный «менеджмент», который руководил доминировавшим в экономике государственно-монополистическим сектором, пролетарским и пробудить энергию масс для созидания основ нового, более справедливого и демократического общественного, политического и экономического устройства. И тогда, рассчитывал лидер большевиков, переход к новой, коммунистической, стадии развития свершится в исторически обозримые сроки.

Реальность оказалась более сложной и, без преувеличения, устрашающей. Попытки внедрить теоретические наработки не смогли стабилизировать экономическую ситуацию, политический кризис продолжал развиваться и постепенно, весной 1918 г., перерос в кровопролитную и разрушительную Гражданскую войну. Создав чуть ли не с ноля мобилизационные механизмы и командно-административную систему, большевики сумели выиграть войну и к началу 20-х гг. установить свою власть на огромной части территории Российской империи. Однако попытка ускоренного перехода к военному коммунизму, за который ратовал второе лицо после Ленина в партии большевиков Л. Д. Троцкий, не только не имела успеха, но и поставила под вопрос само существование Советской России. Гениальный тактик, Ленин вовремя сориентировался в ситуации и добился одобрения новой экономической политики (НЭПа), соответствовавшей многоукладной экономике России и задачам ее ускоренного восстановления.

Годы НЭПа, 20-е годы ХХ в., стали важным этапом в развитии советского государства и общества. Стабилизация внутриполитического положения, мир вне Советской России, ослабление идеологического пресса — все это создало благоприятный климат и в обществе, и в стране. В эти годы завершилось политическое оформление новой реальности: в 1922 г. советские республики образовали СССР, в 1924 г. была принята первая союзная конституция, Советское государство постепенно добивается международного признания, к концу 20-х гг. удалось в значительной степени восстановить довоенный экономический потенциал. Однако ряд экономических кризисов 2-й пол. 20-х гг., военная тревога 1927 г., растущая напряженность внутри СССР поставили вопрос о необходимости корректировки политического и экономического курса. В ожесточенных внутрипартийных дискуссиях 2-й пол. 20-х гг. в конце концов верх одержала точка зрения, которую озвучил в 1931 г. И. В. Сталин, один из влиятельнейших на то время партийных лидеров: «Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы это сделаем, либо нас сомнут…»³²

В сущности, Сталин не сказал ничего нового — об этом говорили за тридцать лет до него Витте и за пятнадцать Маниковский. Но теперь скачок нужно было делать в существенно худших условиях. Тем не менее решение на смену курса и на переход к индустриальной стадии с соответствующими политическими, социальными, культурными и иными последствиями было принято. Большевистское руководство, используя партию как инструмент организации этого скачка, а репрессивные органы как орудие подавления более чем вероятного сопротивления этой связанной с серьезными проблемами и снижением уровня жизни политике, приступило к реализации этой программы.

Скачок в будущее включал в себя три составные части. Это коренное преобразование аграрного сектора экономики (коллективизация), это индустриализация через создание современной промышленности, прежде всего тяжелой, и культурная революция как создание собственной интеллигенции. Политика форсированного перехода протекала тяжело и сопровождалась значительными лишениями и жертвами, но поставленная в конце 20-х гг. задача спустя десятилетие в целом была решена. К началу Второй мировой войны в 1939 г. СССР представлял собой мощное в экономическом плане государство, одно из немногих, способных разрабатывать и производить практически любую высокотехнологическую продукцию. Коренная перестройка и общества, и экономики позволила развернуть и перевооружить вооруженные силы, перейти к более активной и амбициозной внешней политике по защите и обеспечению интересов СССР. Установившийся же в стране жесткий авторитарный режим и связанная с ним командно-административная система управления экономикой способствовали в случае необходимости осуществить в кратчайшие сроки мобилизацию ресурсов страны на решение жизненно важных задач.

Новая политическая, социальная и экономическая система очень скоро, в 1941 г., подверглась серьезнейшему испытанию. Великая Отечественная война 1941—1945 гг. отличалась от всех войн, которые когда бы то ни было вела раньше Россия. Речь шла о физическом выживании народов, населявших СССР: германские нацисты и не скрывали, что их война против СССР носит истребительный расовый и идеологический характер. Однако расчеты германской военно-политической элиты на слабость Советского Союза, на то, что он, как и старая имперская Россия, окажется «колоссом на глиняных ногах», не оправдались. Выдержав первый самый страшный удар, советское политическое и военное руководство во главе с И. В. Сталиным, взявшим на себя обязанности Верховного Главнокомандующего, сумело организовать сопротивление нацистской агрессии. Спустя почти четыре года тяжелейших и кровопролитнейших сражений Красная Армия разгромила германский вермахт и армии сателлитов нацистского III Рейха и победой завершила войну в столице поверженной Германии Берлине.

Победа в Великой Отечественной войне хотя и обошлась СССР чрезвычайно дорого, при этом превратила страну в мировую державу — вторую после США. Своей бескомпромиссной позицией, упорством и стойкостью в борьбе с нацизмом, готовностью предоставить всемерную помощь и содействие всем свободолюбивым силам Советский Союз завоевал колоссальный авторитет в мире. Его же политическая и экономическая модель, позволившая одержать победу в тяжелейшей войне и быстро восстановить разрушенное в ее ходе, казалось, только подтвердила свою эффективность и стала образцом для подражания.

Однако статус сверхдержавы был чрезвычайно тяжелым грузом. Холодная война, которая началась практически сразу после окончания Второй мировой войны и достигла своего апогея в конце 50-х — начале 60-х гг. ХХ в., во время Берлинского и Карибского кризисов, вынудила советское руководство, хорошо помнившее уроки минувшей войны, всерьез вкладываться в совершенствование обороноспособности страны и создание системы коалиций и союзов для глобального противостояния США. Это отвлекало немалые средства у и без того не слишком богатой страны и замедляло темпы экономического роста. К тому же командно-административная система, прекрасно зарекомендовавшая себя в периоды серьезных кризисов и испытаний, для мирного времени оказалась недостаточно гибкой. Нерешительные и малоэффективные попытки реформировать ее, предпринятые в конце 60-х гг., не дали ожидаемых результатов. Экономические диспропорции и трудности, вызванные ими, постепенно вели к росту социального напряжения и глухого недовольства, которые со временем нашли свое отражение в диссидентском движении. В конце 70-х — начале 80-х гг. кризисные явления достигли такой величины, что необходимость корректировки внутриполитического курса стала очевидной.

К сожалению, вызванный серией смертей среди высшего политического и партийного руководства СССР в начале 80-х гг. кризис не удалось разрешить. Новое руководство КПСС и СССР во главе с М. С. Горбачевым проявило себя не на высоте требований момента. Комплексом непродуманных решений оно довело в короткие сроки (с 1987 по 1991 г.) кризис до подлинной геополитической катастрофы, по масштабам своим не имевшей равных за последние несколько столетий. Распад СССР в 1991 г. и возникновение на его руинах аморфного и неуправляемого политического образования СНГ привели к крушению послевоенной ялтинско-потсдамской системы и биполярного мира. Казалось, западная политическая и социальная модель развития окончательно победила и ей нет альтернативы, почему американский культуролог и философ A. Фукуяма и провозгласил «конец истории». Конец ХХ и начало следующего столетия вошли в историю как эпоха тотального доминирования Запада и в первую очередь США в мировой политике, финансах, экономике и культуре.

Для России падение СССР стало сильнейшим ударом. В ее истории 90-е гг. стали временем глубочайшего и тотального кризиса, охватившего все сферы жизни государства и общества, временем размывания национальной, государственной и культурной идентичности. Ослабление центральной власти, «парад суверенитетов», хаотичная экономическая политика, галопирующая инфляция и разрушение промышленного и аграрного потенциала к концу 90-х гг. подвели страну к краю гибели. Лишь со сменой политического руководства в начале 2000-х гг. Российская Федерация начала постепенно отходить от края пропасти и небытия. По существу, перед вторым российским Президентом В. В. Путиным снова, как и без малого семь столетий назад, встала задача собирания и земель, и власти; наведения порядка в стране; восстановления вертикали власти и управляемости; создания условий для экономического роста и подъема благосостояния населения. И, само собой, необходимо было вернуть Россию в мировую политику в качестве авторитетного и влиятельного субъекта, способного защитить свои национальные интересы и сферу своего политического, экономического и культурного влияния.

На решение этих задач ушло без малого полтора десятилетия, и первые значимые результаты этого восстановления были явлены во время «Русской весны» 2014 г., когда политический кризис на Украине привел к государственному перевороту и приходу к власти поддерживаемых Западом радикально настроенных националистических сил. Защищая свои геополитические интересы, Россия взяла под свою защиту Крым и поддержала выступившие против киевских путчистов восточные регионы Украины — Донбасс и Луганск. Эти шаги Москвы были крайне неблагоприятно встречены на Западе, который, пользуясь политической и военной слабостью России в 90-х гг., вытеснил ее из Центральной и Восточной Европы и Прибалтики. Теперь же, после того как Крым по результатам проведенного там референдума вошел в состав Российской Федерации, это было расценено на Западе как грубое нарушение международного права, и Российская Федерация стала подвергаться растущему давлению посредством установления все более и более жесткого санкционного режима.

Конфронтация между Западом и Россией достигла своего апогея к концу 2021 г. Попытки урегулировать разногласия дипломатическим путем не имели успеха, и в феврале 2022 г. Президент России В. В. Путин отдал приказ о начале специальной военной операции (СВО) на Украине. Она была призвана ликвидировать потенциальную военную и геополитическую угрозу со стороны Запада в случае, если Украина была бы включена в состав НАТО, а на ее территории были бы размещены военные базы этого военно-политического блока.

СВО очень скоро превратилась в полномасштабное противостояние с Западом, который, используя Украину как инструмент, приложил все возможные усилия для того, чтобы нанести России масштабное военное и политическое поражение. Вопреки его первоначальным расчетам, этого не случилось, и необъявленная война Запада против России перешла в стадию войны на истощение. Россия устояла и продолжила борьбу, переведя ее в иную плоскость. Фактически, как и сто лет назад, она предложила миру альтернативу насаждаемому последние два десятилетия Западом глобализму и пресловутому «вашингтонскому консенсусу». Мир снова стоит на пороге значительных, если не радикальных, перемен, и России предстоит сыграть в этих процессах важную, решающую роль.

Глава 3. ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИМВОЛИКА РОССИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Государственная символика как одна из важнейших форм публичной репрезентации верховной власти всегда играла, играет и будет играть чрезвычайно важную роль в жизни и государства, и общества. Почему?

Ответ на этот вопрос и прост, и сложен одновременно. Ведь государственные инсигнии во всем их многообразии не просто абстрактные изображения неких фигур, знаков, образов и проч. С одной стороны, они выполняют ключевую функцию, выступая в качестве наглядного олицетворения власти. С другой же стороны, складывавшаяся веками государственная эмблематика в сжатом виде отражает главные этапы истории государства и общества, свойственные им традиции и дух. Это то, что является стержнем, объединяющим разнородные слои общества, одним из важнейших связующих элементов присущей ему политической культуры. Это маркер, позволяющий отличить «своего» от «чужого». Наконец, она несет в себе огромный воспитательный заряд, играя немаловажную роль в формировании чувства гордости за свое государство, его культуру, историю. Все это объясняет тот интерес к этой проблеме, который существует в обществе.

В своем развитии российская государственная символика прошла долгий и сложный путь. Возникнув в конце IX в. вместе с рождением Русского государства, она пережила кризис в конце 30-х — начале 40-х гг. XIII в., когда старая Русь пала под давлением внутренних проблем и натиском монголо-татар. Но связь времен не прервалась, и когда в XIV в. Русская земля открыла новую страницу в своей истории, стартовал и новый этап в развитии российской государственной символики, который условно можно назвать московским. Этот период подошел к своему закономерному завершению на рубеже XVII—XVIII вв., когда царь-реформатор Петр Алексеевич взял курс на вестернизацию русской государственности и культуры. Старая московская символика постепенно была «встроена» в новую картину мира и обрела иное, чем прежде, звучание.

Сменившая московскую имперская символика ушла в прошлое вместе с падением монархии и империи в 1917 г. Появилась советская символика, которая изначально строилась на иных идеях, нежели предыдущие. Однако и она оказалась не вечной — в 90-х гг. минувшего столетия, после распада Советского Союза, в истории российской символики начался новый, постсоветский, этап. Исходя из такой периодизации истории российской государственной символики, под которой мы будем дальше понимать такие важнейшие символы государства, как герб, знамя и гимн, рассмотрим историю их возникновения и последующего развития.

Российская государственная символика: начало истории. Историю российской государственной символики стоит начать с герба как главного ее элемента. Российская историческая наука с давних пор большое внимание уделяла происхождению российского герба. На этом пути отечественным ученым удалось добиться немалых успехов и составить более или менее целостную картину его постепенного складывания и развития.

Герб России в своей истории прошел несколько основных этапов. Древнейшим является период с конца IX по начало XIII в. Именно в это время князья из дома Рюриковичей, совместно управлявшие Русской землей, активно задействовали в качестве своего родового знака-«знаменья» различные вариации так называемого двузубца. Самое раннее использование такого знака, вырезанного на арабской монете из клада на острове Готланд, датируется концом 70-х — началом 80-х гг. IX в., а на Руси — началом X в. (монета из клада у белорусского села Погорельщина).

Первоначально двузубец выступал преимущественно как знак собственности (тамга, «пятно») самого князя и его рода и наносился на различные предметы, связанные с княжеским двором (предметы вооружения, перстни-печати, керамика и прочие вещи военного, административного и хозяйственного предназначения). С конца же X в., после крещения Руси, знаки дома Рюриковичей стали применяться также и как символы молодого Русского государства. В этом качестве они наносились на монеты и княжеские печати, попутно превратившись в трезубец. Его появление связывают с политическими амбициями новгородского князя Владимира Святославича, который тем самым противопоставил себя своему старшему брату киевскому князю Ярополку, у которого был традиционный двузубец.

Популярная и активно использовавшаяся князьями из дома Рюриковичей на протяжении нескольких веков эмблема внезапно исчезает в конце 30—40-х гг. XIII в. Напрашивается предположение, что прекращение применения этого родового символа было напрямую связано с установлением знаменитого ордынского ига на Руси. Чеканившим монеты со своими тамгами ордынским «царям» не нужен был аналогичный символ, подчеркивавший суверенность русских князей. И рюриковское «знаменье» вышло из обихода.

Несколько менее известна ранняя история российского флага. На уже упомянутой выше монете из погорельщинского клада, наряду с изображением двузубца, вырезан также и эскиз знамени с тремя косицами на древке с копьевидным навершием. Но были ли на нем какие-либо рисунки и тем более в какой цветовой гамме было выдержано это, несомненно, княжеское знамя-стяг (Игоря Старого?), неизвестно.

Позднейшие миниатюры (например, из Радзивилловской летописи или византийской хроники Константина Манассии в болгарском переводе) показывают княжеские стяги в виде или треугольных вымпелов, или прямоугольных полотнищ, иногда с косицами («хоботами»). При этом цветовая гамма выдержана в красном цвете (летописные и художественные тексты дополняют эту гамму эпитетами «червленый» или «багряный»). Выбор этого цвета вряд ли был случаен — сам по себе красный краситель был довольно дорог, не говоря уже о том, что уже тогда этот цвет трактовался и как символ власти в целом, и как символ жизни, и как цвет крови Христовой.

Судя по летописным текстам, княжеские знамена несли на себе какие-то знаки и символы, которые позволяли отличать их друг от друга. Так, «Повесть Временных лет», описывая сражение под Суздалем в феврале 1097 г., сообщала, что одно только явление стяга князя Владимира Мономаха привело в ужас Олега Святославича и его воинов, выступивших против сыновей Мономаха. В 1146 г. киевляне, призвав к себе на княжение князя Изяслава Мстиславича, внука Мономаха, заявили о своей готовности перейти на его сторону, как только узрят его знамя. Точно так же князь Даниил Романович, вокняжившись в Галиче, в качестве символа своей победы поставил в Немецких воротах города свой стяг. Но что именно было изображено на этих «именных» знаменах, к сожалению, неизвестно. Можно лишь предполагать, что на знаменах того или иного князя имелся его родовой знак-тамга, вариация того самого Владимирова трезубца.

Что же касается гимна, то в нашем современном его понимании на Руси в те времена он отсутствовал. Судя по всему, своего рода заменой ему выступали религиозные (христианские) песнопения, исполнявшиеся в особых случаях, например, когда князь занимал стол или же, как это было перед решающей битвой с половцами весной 1111 г., когда перед русской ратью шли священники, распевавшие тропари и кондаки «креста честного» и канон Пресвятой Богородицы.

Московский период в истории российской государственной символики. Конец XII — начало XIII в. в истории Русской земли ознаменовались зарождением кризиса, охватившего практически все сферы жизни и государства, и общества. Старая Русь переживала свою «золотую осень», за которой шла зима, и эта зима стала для нее последней. Ослабленная внутренними проблемами, Русская земля не сумела отразить вторжение монголо-татар. События конца 30-х — начала 40-х гг. XIII в. открыли новую страницу российской истории и российской государственной символики.

Татарское нашествие положило конец использованию русским князьями родовых знаков-тамг. Очевидно, что ордынским «царям» не нужны были эти символы прежнего суверенного статуса русских князей, а ныне татарских вассалов-улусников. Однако к тому времени русские князья уже обзавелись иными эмблемами христианского содержания — на княжеских печатях постепенно появляются изображения святого патрона-князя и разнообразная христианская символика. Среди прочих рисунков, которые постепенно набирают популярность, для нас наибольший интерес представляют два мотива. Первый — это лик воина, святого Феодора Тирона, поражающего змия копьем. Другой — изображение святого воина-всадника с мечом или копьем в руке или же коронованного всадника с мечом в руке. Именно такими печатями запечатывал свои грамоты Александр Невский.

В XIV в., с возобновлением чеканки на Руси медных и серебряных денег, воин-всадник (ездец), вооруженный саблей или копьем, «перекочевал» на монеты. Особенно популярным «копейный» и «мечный» ездец стал у мастеров, чеканивших монету в Московском княжестве. В Твери же при великом князе Михаиле Борисовиче (1461—1486) чеканились монеты, на которых впервые был изображен двуглавый орел.

О происхождении этих ставших столь узнаваемыми символами российской государственности изображений среди ученых нет единого мнения. Образ воина-всадника, поражающего копьем змия, в эпоху Средневековья был весьма популярен. Обычно его связывают с образом святого Георгия Победоносца, но ездец на печатях и монетах Московского княжества, как правило, не имел характерного для образа святого нимба. Так что многие специалисты полагают, что ездец символизировал великого князя.

Сложнее обстоит дело с образом двуглавого орла. Сам по себе этот символ имеет чрезвычайно древнее происхождение. Двуглавая птица как элемент рельефов, амулетов и печатей встречается на находках бронзового века из Бактрии, Месопотамии и Малой Азии. В эпоху Средневековья он используется в Европе, Византии, на Балканах, в Малой Азии и Золотой Орде. Соответственно, в отечественной исторической традиции рассматривались с давних пор три основных версии происхождения российского двуглавого орла. Первая, византийская, увязывала появление двуглавого орла с браком Ивана III с византийской принцессой Софьей Палеолог (а именно двуглавый орел считается эмблемой дома Палеологов). Сторонники другой, германской, версии полагают, что двуглавый орел был позаимствован Иваном III у императоров Священной Римской империи. Наконец, ордынский вариант появления на монетах и печатях молодого Русского государства царственной птицы исходит из того, что на отдельных медных золотоордынских монетах встречается изображение двуглавой птицы.

Так или иначе, но в самом конце XV в. «копейный ездец» и двуглавый орел встретились. Красновосковая печать Ивана III, на которой два этих сюжета были объединены, датируется 1497 г. На одной стороне печати был изображен всадник, поражающий копьем змея, и вырезана надпись, величающая Ивана III «Божьей милостью господарем Всея Русии великим князем». На другой же ее стороне раскинул свои крылья двуглавый орел, окруженный надписью с перечислением тех земель, на которые распространялась власть Ивана.

Благодаря современным исследованиям смысл изображенных на печати 1497 г. образов может считаться проясненным. Двуглавый орел символизирует собой претензии Ивана III на равенство с императорами Священной Римской империи и его независимость, «самодержство». Об этом великий князь четко и недвусмысленно заявил имперскому посланнику Николасу Поппелю в 1489 г.: «Мы божиею милостью государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, и поставление имеем от Бога, как наши прародители, так и мы… а поставления, как наперед сего не хотели ни от кого, так и ныне не хотим»³³.

«Копейный ездец» с печати, по практически единодушному мнению исследователей, олицетворял собой святого Георгия Победоносца, не только как небесного покровителя великого князя, но и как защитника православия и символ победы над неверными.

По установленной еще в начале XIX в. «Колумбом российских древностей» Н. М. Карамзиным традиции эта печать считается прообразом герба Российского государства. В 1897 г. отмечалось его 400-летие, а в 1997 г. — пятисотлетняя годовщина. Конечно, ее еще нельзя считать полноценным гербом Российского государства, однако заложенные в нее мотивы и идеи позднее были использованы в процессе постепенного его создания.

Важным этапом в становлении российского герба стала большая государственная печать Ивана IV, которая была сделана около 1577 г. Она носила еще более выразительный и монументальный характер, чем печать деда грозного царя. Обращает на себя внимание тот факт, что двуглавый орел на лицевой стороне печати впервые нес нагрудный щит, в который был помещен поражающий змея «копейный ездец». Не меньший интерес представляют и изображения 24 эмблем-«гербов» земель и городов, входивших на тот момент в состав Российского государства, размещенные по кругу на обеих сторонах печати.

В XVII в. большая государственная печать претерпела очередные изменения, постепенно приближаясь к тому образу герба Российского государства, который хорошо нам известен по поздним изображениям. При Лжедмитрии I над головой орла впервые появляется третья корона, а ездец был развернут в другую, левую от наблюдателя, сторону (как это было принято в Европе). Эти новшества не прижились и были отвергнуты после смерти самозванца, но третья корона вернулась на печать в 1625 г., и с 1645 г. над главами орла непременно присутствуют именно три короны — царских венца.

При царе Алексее Михайловиче крылья орла были подняты, а в лапах его оказались символы власти — скипетр и держава. В 1667 г. 14 (24) декабря был издан именной указ Алексея Михайловича «О титуле Царском и о Государственной печати». В нем впервые было официально заявлено, что «орел двоеглавный есть герб державный, Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великой и Малой и Белой России Самодержца, Его Царского Величества Российского Царствия», что изображенные на нем три короны знаменуют собой «три великие, Казанское, Астраханское, Сибирское, славные Царства», что нагрудный щит орла с ездецом символизирует собой наследника престола, а держава-«яблоко» и скипетр — самого царя-самодержца³⁴. Остался последний шаг — визуально оформить герб. Этот шаг и был сделан в 1672 г., когда на свет появилась «Большая государева книга или Корень российских государей», она же «Титулярник». Именно здесь были представлены различные изображения российского герба — как с ездецом на нагрудном щите орла, так и без него, в упрощенном и полном вариантах.

В московский период важные перемены происходят и со знаменем Российского государства. Судя по летописным миниатюрам, цветовая гамма русских знамен носила, как и прежде, преимущественно разные оттенки красного цвета. При этом князья, великие и удельные, имели свои знамена, которые были непохожи друг на друга. Можно предположить, что после того, как Орда приняла ислам, на Руси для отличия от басурман стали активнее использовать христианскую символику. Естественно, что она проникает и на русские знамена. Позднейшие тексты («Сказание о Мамаевом побоище») упоминают «чермное» (темно-красное, багровое до черноты) знамя великого князя Дмитрия Ивановича с образом Спасителя, но насколько достоверно это свидетельство, неясно. А вот о большом знамени великого князя Василия III известно больше: по сообщению современника, на нем был изображен ветхозаветный полководец Иисус Навин. Этот же образ был на малиновом знамени князя Дмитрия Пожарского, руководившего русским войском при освобождении Москвы от поляков в 1612 г. На «червчатом» (малиновом) знамени Ивана IV, с которым царь ходил на Казань в 1552 г., был вышит образ Спаса Нерукотворного. Красными являются и знамена небесного воинства на знаменитой иконе «Благословенно воинство Небесного Царя», написанной по повелению царя после казанской победы. Под «червчатым» знаменем с образом Спасителя царь Алексей Михайлович в 1654—1656 гг. ходил с войском под Смоленск и на Ригу. Знамя Государева полка времен Федора Иоанновича несло на себе образ святого Георгия Победоносца, поражающего змия.

Подобного рода знамена в известном смысле могут считаться государственной святыней — им воздавались соответствующие почести, и освящались они главой русской церкви по чину святых икон.

Но не только различные оттенки красного цвета использовались при «строении» царских знамен. Основной фон изготовленного в 1560 г. так называемого Великого стяга Ивана Грозного был выдержан в разных оттенках синего цвета, а для Гербовного знамени Алексея Михайловича 1665—1666 гг. базовым является белый цвет. Кстати, это знамя заслуживает внимания еще и по той причине, что на нем религиозные символы впервые уступают первенствующее место государственным — тому же двуглавому орлу. И, завершая характеристику государственной символики московского периода ее истории, нельзя не упомянуть и флаг для флагмана Каспийской «флотилии» корабля «Орел». Для пошива корабельных флагов и вымпелов были отпущены из казны отрезы материи «червчатого», «лазоревого» и белого цветов. Каким именно был рисунок этого флага, неясно, но одна его деталь известна достоверно — на флагах непременно должно было присутствовать изображение орла.

При Алексее Михайловиче окончательно сформировался и первый, московский, комплект государственных регалий. Так называемый Большой наряд состоял из следующих предметов с ярко выраженной христианской символикой, подчеркивавших преемственность Третьего Рима от Рима Второго: золотого креста с частицей Животворящего Древа, шапки Мономаха и бармы, скипетра и державы (яблока), жезла (посоха), окладня (цепи с крестом), царских одеяний (платна) и кафтана станового, а также царского места (почетного царского места в храме).

Подводя общий итог развитию государственной символики России в московский период ее развития, отметим, что именно в эти столетия постепенно выработался комплекс основных мотивов и образов, которые использовались при «строении» главных государственных символов — герба и знамени. Это двуглавый орел, коронованный тремя венцами, всадник, поражающий змея, и набор основных цветов — разные вариации красного, белый, синий и золотой. При этом к концу периода государственная символика существенно потеснила религиозную, подготавливая тем самым будущие перемены в традиции.

«Имперская» государственная символика. На рубеже XVII—XVIII вв. в истории Российского государства начинается новая эпоха: Петр I, вернувшись из своего заграничного вояжа, окончательно встал на путь радикальных преобразований. Курс на вестернизацию, взятый царем-реформатором, не мог не затронуть и государственную символику. Если первоначально он использовал привычные образы и формы (например, белое знамя с вышитым на нем золотым двуглавым орлом), то затем он стал «редактировать» традицию в соответствии с новыми веяниями.

Старый герб претерпевает изменения одним из первых. Размещенный на груди двуглавого орла щит с ездецом был обвит цепью первого российского ордена святого Андрея Первозванного. После победы над Швецией и обретения Россией имперского статуса прежние царские венцы над главами орла были заменены на императорские короны. В 1722 г. была учреждена Герольдмейстерская контора. В ней начал работать квалифицированный геральдист граф Ф. М. Санти, который составил первое профессиональное описание российского герба с упоминанием его основных цветов — золотого (желтого), черного, серебряного (белого) и красного.

При преемниках Петра I имперский герб неоднократно редактировался, пока наконец не обрел свой окончательный вид при императоре Александре II. При нем была проведена реформа государственной символики, имевшая своей целью сближение российской геральдики с европейской. В результате этой реформы на свет появились Большой, Средний и Малый гербы Российской империи, рисунки и описание которых были утверждены императором в 1856 г. Сын Александра II император Александр III в 1882 г. несколько подкорректировал все три варианта российского герба, и в таком виде он использовался до 1917 г., когда с падением империи и монархии старый имперский герб изжил себя.

Меняется в эпоху петровских реформ и государственный флаг Российского государства. На гравюрах голландского гравера А. Шхонебека, изображающих корабли петровского Азовского флота, хорошо различимы трехцветные полосные и крестовые флаги. В изданной в 1705 г. в Амстердаме книге голландца К. Аллара «Новое голландское кораблестроение» среди прочих изображений флагов европейских держав есть и описание сразу трех «московитских» флагов. Первый, «царский» флаг, разделен на три полосы — белую, синюю и красную (сверху вниз), и на средней полосе размещен коронованный золотой орел с нагрудным красным щитом, на котором изображен святой Георгий на коне. Второй флаг, также бело-сине-красный, имеет на себе косой синий Андреевский крест. Наконец, третий флаг в виде квадрата с синим прямым крестом, первая и четвертая четверти которого белые, а вторая и третья — красные.

Правда, эти знамена пока не были именно государственными флагами России в современном понимании этого термина, а сам Петр полагал трехцветный бело-сине-красный флаг корабельным наряду с андреевским. В 1709 г. появляется на свет «штандарт росиской», описывая который датский посол Ю. Юль отмечал: «Царь завел себе большой желтый русский штандарт, который при всяком торжестве развевается над Петербургскою крепостью. На штандарте изображены царский черного цвета герб и четыре моря, по одному в каждом углу, в знак того, что царь владыка четырех морей»³⁵. Однако и этот штандарт вряд ли можно полагать полноценным государственным флагом Российского государства, хотя еще один важный шаг к его созданию Петром I был сделан, и к середине XVIII в. основные цвета русского флага так или иначе уже определились — белый, синий, красный, золотой и черный.

Собственно, государственным знаменем Российский империи можно считать коронационное знамя императрицы Елизаветы Петровны, изготовленное в 1742 г. На желтом полотнище знамени был изображен коронованный черный орел с нагрудным изображением на красном щите святого Георгия Победоносца в окружении щитков с символами входивших в состав империи земель. При этом флаг какой расцветки должен был считаться национальным символом — это оставалось неясным еще больше ста лет. Император Александр II в 1858 г. утвердил в качестве государственного флага черно-желто-белое полотнище, составленное в гербовых цветах империи. В обществе этот флаг обрел значение знамени правительственного и ему противопоставлялся бело-сине-белый флаг, причем и имперский, и «гражданский» флаги не были единственными. Академик В. И. Даль, отмечая сложившуюся к тому времени противоречивую ситуацию, указывал: «Все народы Европы знают цвета, масти, краски свои — мы их не знаем и путаем, подымая разноцветные флаги невпопад. Народного цвета у нас нет; цвет армии — зеленый и алый; казенный цвет — военный, георгиевский: белый, жаркой, черный (серебро, золото, чернь) и этот же цвет значков (кокард); знамена наши и крепостные флаги разноцветные; морской военный флаг — белый с Андреевским крестом; торговые — белый, синий, красный, вдоль. Какие же цвета подымать и носить на себе, какими украшать здания и прочее при мирных народных торжествах?»³⁶.

При императоре Александре III бело-сине-красный флаг был в 1883 г. де-факто утвержден в качестве национального, и это его решение было поддержано его сыном Николаем II в 1896 г., официально объявившим российский триколор национальным флагом. Впрочем, споры относительно того, полагать ли его или имперский флаг символом империи, продолжались практически до самого падения ее в феврале 1917 г.

Последним в этом ряду государственных символов России появляется государственный гимн. Религиозные песнопения лишь отчасти могли выступать в этой роли, но по мере приближения к концу XVII в. они постепенно оттеснятся на второй план светской музыкой — партесным пением, находившим свое воплощение в тех же прославляющих кантах, пришедших в Россию при Алексее Михайловиче. Особую популярность подобного рода канты получают при Петре Великом, являясь одним из средств государственной пропаганды. Возможно, что именно в Петровскую эпоху появляется знаменитый «Преображенский марш», который долгое время претендовал на роль неофициального гимна Российской империи.

Не меньшей популярностью в этом качестве пользовался торжественный «Гром победы, раздавайся!», созданный в 1791 г. Державиным Г. и Козловским О. по случаю взятия русскими войсками под водительством А. В. Суворова турецкой крепости Измаил. При императоре Павле I он был потеснен другим неофициальным гимном «Коль славен наш Господь в Сионе», написанным в 1794 г. композитором Д. Бортнянским на стихи поэта М. Хераскова. Но и он недолго продержался в роли «национальной песни» — в 1816 г. император Александр I одобрил в качестве первого национального гимна России «Молитву русского народа», ее мелодия была позаимствована у британского гимна, а слова — из одноименного стихотворения В. А. Жуковского.

Однако английские «корни» «Молитвы» не устраивали императора Николая I, который, вернувшись из европейского путешествия в 1833 г., намекнул своему доверенному лицу шефу корпуса жандармов графу Бенкендорфу, что желательно иметь собственный русский гимн. Бенкендорф поручил создание гимна композитору А. Ф. Львову, хорошо знакомому императору. Совместно с В. А. Жуковским Львов выполнил поручение императора. «Народная песня» была представлена Николаю I 23 ноября 1833 г. и была одобрена императором. Говорят, что, прослушав «Песню», царь воскликнул: «Это то, что мне нужно!» — и повелел представить ее широкой публике. Это и было сделано в московском Большом театре 18 декабря того же года. В годовщину изгнания наполеоновских войск из России, 25 декабря, гимн был исполнен в столице империи в Зимнем дворце. А 30 августа 1834 г. «Боже, царя храни!» был официально представлен на церемонии открытия Александровского столпа. Тем самым гимн был окончательно связан с событиями Отечественной войны 1812 г.

К этому времени сформировался и полный набор государственных регалий Российской империи, сменивший московский «Большой наряд». Он включал в себя, помимо государственного знамени, императорскую корону (первой из них стала корона, изготовленная в 1724 г. для супруги Петра Великого Екатерины), скипетр, державу, государственный меч, государственную печать и государственный щит. Позднее, при императоре Павле I, к ним добавились еще и знаки ордена святого Андрея Первозванного. В таком виде государственная символика Российского государства встретила новый ХХ в.

Символы Советского государства (1917—1991). Февральская революция 1917 г., падение монархии и империи поставили на повестку дня и замену прежней государственной символики. Однако Временное правительство просуществовало слишком недолго, чтобы всерьез заняться этим вопросом. Оно успело лишь отменить прежнюю символику и переделать герб (им стал двуглавый орел, лишенный прежних монархических атрибутов — эскиз нового герба был представлен известным художником И. Я. Билибиным, который взял за основу орла с печати Ивана III). Национальный бело-сине-красный триколор стал неофициальным государственным флагом новой России — неофициальным по той причине, что Временное правительство откладывало решение всех вопросов, связанных с символикой государства, до созыва Учредительного собрания. После же событий октября 1917 г. этой проблемой занялась новая власть.

Коалиционный Совет Народных Комиссаров не торопился определяться с тем, какой должна стать символика нового государства рабочих и крестьян. Сложная политическая и экономическая ситуация в стране не оставляла большевикам и их временным союзникам левым эсерам времени на размышления над этим вопросом, да и не было у них ни теоретических наработок, ни специалистов по проблемам государственной символики и эмблематики. В каком-то смысле новые символы рождались «снизу», как результат активного творчества энтузиастов, вдохновленных идеями, на которых строилась политика новой власти. В своем творчестве они руководствовались образами, служившими символами борьбы, свободы и труда — красное знамя (давно ставшее знаменем европейской социал-демократии и рабочего движения в целом), кулак, молот (которым рабочий разбивает цепи, символизировавшие угнетение и рабство), плуг, сноп, пламя, молния, книга (как символ прогресса и знания) и др.

Пожалуй, едва ли не первым официально утвержденным символом новой власти стала красная пятилучевая звезда, поначалу ее именовали марсовой. А 2 марта 1918 г. приказом № 240 Чрезвычайного штаба по Московскому военному округу была утверждена кокарда для бойцов и командиров формируемых в округе частей Красной Армии в виде красной звезды с изображением плуга и молота. Автором этой эмблемы считается Н. А. Полянский, военком Московского военного округа. Предложенный им знак был одобрен Л. Д. Троцким, народным комиссаром по военным делам, и к осени 1918 г. новая эмблема (марсова звезда с плугом и молотом) на десятилетия стала главным отличительным знаком вооруженных сил Советского государства. Отметим, кстати, что впервые знак пятиконечной звезды появился в России при императоре Николае I, который своим указом ввел в 1827 г. звезды на эполеты русских офицеров, а с 1854 г. звезды стали использоваться и на погонах.

Весной 1918 г. впервые был задействован и другой знаменитый символ Советского государства — перекрещенные серп и молот, олицетворявшие собой союз пролетариата и трудового крестьянства. Сперва этот символ был использован при изготовлении печати Совнаркома, а затем, летом 1918 г., появился и на гербе РСФСР. Его первоначальный вид был утвержден с принятием первой советской конституции V Всероссийским съездом Советов 10 июня 1918 г. Статья 89 этого документа гласила, что «Герб Российской Социалистической Федеративной Советской Республики состоит из изображений на красном фоне в лучах солнца золотых серпа и молота, помещенных крест-накрест рукоятками книзу, окруженных венцом из колосьев и с надписью: а) Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика и б) Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»³⁷. Однако прошло еще два года, прежде чем герб РСФСР обрел свой окончательный графический образ. Кто был автором первого советского герба, достоверно неизвестно, но одна из наиболее обоснованных версий полагает, что им был С. В. Чехонин, известный русский художник-график, хорошо знавший геральдическое искусство.

Конституция 1918 г. утвердила и эскиз нового флага. Статья 90 ее гласила, что торговый, морской и военный флаг Российской Социалистической Федеративной Советской Республики состоит из полотнища красного (алого) цвета, в левом углу которого, у древка, наверху, помещены золотые буквы РСФСР или надпись: «Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика»³⁸.

Итак, к исходу первого года Октябрьской революции сложилась в общих чертах триада главных и наиболее узнаваемых символов молодой Советской республики. Она включала в себя герб с перекрещенными серпом и молотом, красное знамя и красную звезду. Эти образы позднее легли в основу герба СССР 1923 г. (автором которого считается сотрудник Госзнака В. И. Адрианов, военный топограф, картограф и художник) и союзных республик, а также всей остальной позднейшей советской символики.

Непростой оказалась судьба гимна Советского государства. Идея создания гимна для новой России впервые была озвучена на страницах «Русской музыкальной газеты» в марте 1917 г., вскоре после падения монархии. Однако Временное правительство не поддержало эту инициативу, и неофициальным гимном постфевральской России стала «Марсельеза» (или ее вариант — «Рабочая Марсельеза»). Конкурентом «Марсельезы» выступал знаменитый «Интернационал» французского поэта Э. Потье на музыку П. Дежейтера. В России «Интернационал» пользовался популярностью среди социал-демократов и как партийный гимн, и как гимн пролетарский. После Октябрьской революции «Интернационал» постепенно оттеснил «Марсельезу» и к исходу Гражданской войны де-факто стал гимном Советской республики, а с образованием СССР — гимном нового государства трудящихся.

В 1942 г., в разгар Великой Отечественной войны, «Интернационал» перестал отвечать требованиям времени, и советским партийно-политическим руководством решено было создать новый гимн с ярко выраженной патриотической окраской. Долгая и напряженная работа над его текстом и музыкой, в которой на конкурсной основе приняли участие ведущие советские композиторы и поэты, завершилась в конце 1943 г., когда окончательно были утверждены текст нового гимна, написанный С. В. Михалковым и Эль-Регистаном, и музыка к нему, созданная А. В. Александровым. Этот гимн с некоторыми корректировками исполнялся вплоть до распада СССР в декабре 1991 г.

Государственная символика Российской Федерации. События конца 80-х — начала 90-х гг. минувшего столетия, которые привели к распаду Советского Союза и обретению Россией суверенитета, поставили на повестку дня и создание новой государственной символики. Революционный характер перемен того времени основывался на отрицании советской традиции, и, естественно, что в поисках прообразов новой символики произошло обращение к символике досоветского периода. Еще в годы перестройки, особенно на завершающем ее этапе, в публичное пространство России возвращаются двуглавый орел, триколор и имперский флаг, активно использовавшиеся демократической и националистической оппозицией в противостоянии с советским официозом. Однако складывание комплекса символов новой России оказалось сложным и отнюдь не одномоментным процессом.

Начало этому процессу было положено в ноябре 1990 г., когда Совет Министров тогда еще РСФСР своим постановлением создал специальную комиссию, в задачу которой входила разработка в трехмесячный срок новых герба и флага Российской Федерации. В начале следующего, 1991, года на рассмотрение комиссии поступило несколько проектов, но ни одни из них не был принят — развивавшийся политический кризис и ухудшавшаяся экономическая ситуация в республике делали принятие решений относительно новой символики несвоевременным. Впрочем, комиссия совершила важный шаг на пути создания нового герба — она рекомендовала принять в этом качестве золотого двуглавого орла на красном гербовом щите.

Возврат к работе над новым гербом и флагом России произошел в конце 1991 г., после выборов первого Президента России, принятия декларации ее независимости и августовских событий. В ноябре того же года съезд народных депутатов одобрил свершившуюся де-факто после 19—21 августа замену красного флага на триколор, но разработка нового герба затянулась. После распада СССР, переименования РСФСР в Российскую Федерацию старый герб подвергся косметическим переделкам (надпись «РСФСР» была заменена на «Российская Федерация») с сохранением старой советской символики. В изменившихся условиях такое положение не могло сохраняться долго, так что работа по созданию нового герба была продолжена. Предложенный вариант герба с двуглавым орлом на красном поле был отвергнут Комиссией Верховного Совета России по культуре за свой недостаточно величественный вид. Постепенно в проект герба вернулись и короны над главами орла, и скипетр, и держава, и изображение святого Георгия Победоносца. В итоге 30 ноября 1993 г. Президент России Б. Н. Ельцин утвердил Положение о государственном гербе Российской Федерации. Согласно этому положению герб выглядел следующим образом: «Государственный герб Российской Федерации представляет собой изображение золотого двуглавого орла, помещенного на красном геральдическом щите; над орлом — три исторические короны Петра Великого (над головами — две малые и над ними — одна большего размера); в лапах орла — скипетр и держава; на груди орла на красном щите — всадник, поражающий копьем дракона»³⁹. Автором этого герба был российский художник и геральдист Е. И. Ухналев.

Свой окончательный вид современный герб Российской Федерации обрел в декабре 2000 г., когда Президент России В. В. Путин подписал Федеральный конституционный закон «О Государственном гербе Российской Федерации». Согласно этому законодательному акту герб России выглядел следующим образом: «Государственный герб Российской Федерации представляет собой четырехугольный, с закругленными нижними углами, заостренный в оконечности красный геральдический щит с золотым двуглавым орлом, поднявшим вверх распущенные крылья. Орел увенчан двумя малыми коронами и — над ними — одной большой короной, соединенными лентой. В правой лапе орла — скипетр, в левой — держава. На груди орла, в красном щите, — серебряный всадник в синем плаще на серебряном коне, поражающий серебряным копьем черного опрокинутого навзничь и попранного конем дракона»⁴⁰. Таким образом, символика современного российского герба недвусмысленно намекает на возврат к старой исторической традиции и устоявшимся в веках образам Российского государства. Кстати, об этом же говорит и рисунок официальной эмблемы Вооруженных Сил России, принятой в 1997 г. Знаток российской геральдики без особого труда угадает, кто послужил прообразом этой эмблемы — «ампирный» двуглавый орел времен императоров Александра I и Николая I.

Одновременно с гербом в декабре 2000 г. был принят и Федеральный конституционный закон «О Государственном флаге Российской Федерации». Первая его статья гласит, что «Государственный флаг Российской Федерации является официальным государственным символом Российской Федерации», и что этот флаг «представляет собой прямоугольное полотнище из трех равновеликих горизонтальных полос: верхней — белого, средней — синего и нижней — красного цвета».

Говоря о российском флаге и государственных символах Российской Федерации, нельзя не упомянуть и о Президентском штандарте, который был утвержден соответствующим указом Б. Н. Ельцина в феврале 1994 г. Согласно этому указу Президентский штандарт представляет собой квадратное (в отличие от прямоугольного государственного флага) окаймленное золотой бахромой бело-сине-красное полотнище с изображением российского герба.

Довольно извилистой оказалась и судьба гимна Российской Федерации. РСФСР, находясь в составе Советского Союза, собственным гимном обзавестись не сумела. С началом постепенного распада СССР и обретения Россией своего суверенитета вопрос о гимне встал на повестку дня, и уже в 1990 г. специальная комиссия, образованная постановлением Совета Министров РСФСР, предложила использовать в качестве гимна России «Патриотическую песню» русского композитора М. И. Глинки, но без слов. В ноябре того же года это предложение было одобрено. Увы, попытки создать достойный мелодии текст успеха не имели, хотя на открытый конкурс было представлено 6 тыс. вариантов текста государственного гимна. В 1998 г. вопрос о подготовке текста для гимна решено было отложить до лучших времен.

Возвращение к проблеме нового гимна произошло в конце 2000 г. по инициативе нового Президента России В. В. Путина. В декабре того же года Государственная дума одобрила использование мелодии старого советского гимна. Осталось написать к ней слова. В конкурсе на текст гимна в итоге победил С. В. Михалков. В своем окончательном виде новый гимн был принят вместе с гербом и флагом в декабре 2000 г.

Новый гимн вызвал неоднозначную реакцию в российском обществе, однако в итоге точка зрения В. В. Путина, высказанная им в ходе обсуждения вопросов, связанных с созданием государственной символики, была поддержана большей частью российского общества: «Если мы согласимся с тем, что нельзя никак использовать символы предыдущих эпох, в том числе эпохи Советской, то мы тогда должны признать, что целое поколение наших сограждан, мы тогда должны согласиться с тем, что наши матери и отцы, прожили бесполезную, бессмысленную жизнь. Что они прожили эту жизнь напрасно. Я не могу с этим согласиться, ни головой, ни сердцем»⁴¹.

Эта фраза носит ярко выраженный символический характер — глава государства подчеркнул, что история России едина и не может быть разделена на отдельные периоды, что преемственность в ее развитии была, есть и будет. Начавшись в IX в., она перешла в XXI в. И история российской государственной символики подтверждает это.

Вопросы для самоподготовки

1. Охарактеризуйте особенности природно-географической зональности России.

2. В чем заключается своеобразие климатической зональности России?

3. Россия считается страной, чрезвычайно богатой на природные ресурсы. Однако их разработка и использование порой затруднены. Почему? Перечислите основные причины, обусловившие такую ситуацию.

4. Какие основные демографические проблемы в современной России вы знаете? Перечислите их и предложите свои варианты их решения.

5. Не вызывает сомнений тот факт, что природно-географический фактор играет значимую роль в истории государства и общества. Как можно оценить влияние природы, географии и климата на историю Российского государства и общества? Обоснуйте свою позицию.

6. Назовите основные черты России как особой цивилизации и дайте им краткую характеристику.

7. В чем заключалось своеобразие раннесредневековой русской государственности и культуры? Какие причины обусловили это своеобразие?

8. В чем заключался смысл «собирания земель» и «собирания власти» в Северо-Восточной Руси в XIV — нач. XV в.? Как взаимосвязаны были два этих процесса?

9. Иван III и Иван IV — кто из этих государей больше сделал для создания и развития Русского государства? Обоснуйте свое мнение.

10. XVII в. заслужил прозвище бунташного. Почему? Обоснуйте свое мнение.

11. Петровские реформы нередко именуют революцией сверху. Согласны ли вы с таким определением их сущности? Обоснуйте свое мнение.

12. Почему начиная со времен Екатерины II вопрос о серьезных внутренних реформах не сходил с повестки дня? Какие задачи должны были решить эти реформы? Обоснуйте свое мнение.

13. Какие проблемы стояли перед правящей элитой России в начале ХХ в. и почему она не сумела с ними справиться?

14. В чем заключался секрет успеха советской модернизации? И почему этот успех не удалось повторить в конце ХХ в.?

15. Происхождение важнейших символов российской государственности.

Темы рефератов

1. Особенности географического положения России и его влияние на историю российского государства и общества.

2. Россия как кладовая природных ресурсов: плюсы и минусы.

3. Российская демография на современном этапе.

4. Возникновение Русского государства: основные концепции, их сильные и слабые стороны.

5. Христианизация Руси и ее значение для последующей истории российского государства и общества.

6. Ордынское иго над Русью и его последствия: современная точка зрения.

7. Особенности процесса складывания Русского централизованного государства.

8. Характерные черты Российского раннемодерного государства и особенности взаимодействия власти и «земли» в московский период русской истории.

9. Петровская вестернизация — зло или благо?

10. Реформы сверху в России в XIX — нач. ХХ в.: цели, задачи, причины конечной неудачи.

11. Место и значение советского периода в отечественной истории.

12. Современная Россия и основные тенденции ее развития.

13. История российского герба: основные вехи.

14. Российский флаг и его история.

15. Гимн России и его история.

Список литературы

1. Агеева Р. А. Какого мы роду-племени? Народы России: имена и судьбы: словарь-справочник. М.: Academia, 2000. 422 с.

2. Белецкий С. В. Зарождение русской геральдики // Stratum plus. 2000. № 6. С. 366—424.

3. Большая Российская энциклопедия: в 30 т. Т. 28 Россия. М.: Большая Российская энциклопедия, 2004.

4. Борисов И. В. Российская геральдика. Происхождение. История. Современность. М.: Эксмо: ОЛИСС, 2009. 208 с.

5. Вилинбахов Г. В., Калашников Г. В., Шендрик А. Н. Государственные символы России. Герб. Флаг. Гимн. М.: Гамма-Пресс, 2011. 158 с.

6. География России: Энциклопедический словарь / гл. ред. А. П. Горкин. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. 800 с.

7. Государственность России: словарь-справочник / сост. О. Ф. Козлов, В. Ф. Янковская. Кн. 1—4. М.: Наука, 1996—2001. 324 с.

8. История России: в 2 т. Т. 1. С древнейших времен до конца XVIII в. / А. Н. Сахаров, Л. Е. Морозова, М. А. Рахматуллин [и др.]; под ред. А. Н. Сахарова. М.: АСТ: Ермак: Астрель, 2003. 1742 с.

9. История России: в 2 т: Т. 2: С начала XIX в. до начала XXI в. / А. Н. Сахаров, Л. Е. Морозова, М. А. Рахматуллин [и др.]; под ред. А. Н. Сахарова. М.: АСТ: Ермак: Астрель, 2005. 862 с.

10. Культура России: аналитический справочник / под ред. В. С. Малышева. М.: КДУ, 2005. 368 с.

11. Мельникова А. С., Уздеников В. В., Шиканова И. С. Деньги в России: история русского денежного хозяйства с древнейших времен до 1917 г. М.: Стрелец, 2000. 221 с.

12. Милов Л. В. Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса. М.: РОССПЭН, 1998. 573 с.

13. Молчанов А. А. Знаки Рюриковичей: итоги и проблемы изучения // Древнейшие государства Восточной Европы. 2005 год. Рюриковичи и российская государственность. М., 2008. С. 250—269.

14. Национальный атлас России. Т. 1. Общая характеристика территории. URL: https://nationalatlas.ru/tom1/ (дата обращения: 17.01.2025).

15. Национальный атлас России. Т. 2. Природа. Экология. URL: https://nationalatlas.ru/tom2/ (дата обращения: 17.01.2025).

16. Национальный атлас России. Т. 3. Население. Экономика. URL: https://nationalatlas.ru/tom3/ (дата обращения: 17.01.2025).

17. Национальный атлас России. Т. 4. История. Культура. URL: https://nationalatlas.ru/tom4/ (дата обращения: 17.01.2025).

18. Пчелов Е. В. Российский государственный герб. Композиция, стилистика и семантика в историческом контексте. М.: РГПУ им. А.И. Герцена, 2005. 162 с.

19. Святая Русь: энциклопедический словарь русской цивилизации / сост. О. А. Платонов. М.: Энциклопедия русской цивилизации, 2000. 1040 с.

20. Соболева Н. А. Очерки истории российской символики: от тамги до символов государственного суверенитета. М.: Языки славянских культур, 2006. 487 с.

21. Соколов А. К. Историческая география России: учеб. пособие. М.: Русское слово, 2016. 472 с.

22. Туровский Р. Ф. Культурные ландшафты России. М.: Рос. НИИ культ. и природ. наследия, 1998. 208 с.

23. Тысячелетие Российской империи: Энциклопедический справочник. СПб.: Весь, 2004. 464 с.

Раздел II. РОССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО-ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Глава 1. ЧТО ТАКОЕ ЦИВИЛИЗАЦИЯ?

Термин «цивилизация» происходит от латинского слова civilis, что в переводе на русский язык означает «государственный», «гражданский», «государство, сосредоточенное в городе». Этот термин стал широко использоваться в XVIII в.

В современном социально-гуманитарном знании категория «цивилизация» имеет несколько значений.

Цивилизация как исторический этап. В первом значении цивилизация — это один из исторических этапов развития общества, который следует за стадиями дикости и варварства.

В этом смысле прилагательное «цивилизованный» употреблялось в качестве синонима таких слов, как «городской», «образованный», «воспитанный», и в качестве противоположности всему «дикому», «грубому», «необразованному».

Понимание цивилизации как третьей исторической формы жизни человечества, получив широкое распространение в XVIII—XIX столетиях, своими корнями уходит в более ранние эпохи. Так, уже в мифах Древнего Египта и Древней Греции мы встречаем подобного рода разграничения исторических вех. К примеру, древние египтяне закрепили за богом Осирисом «просветительские, цивилизационные» функции: в соответствии с широко распространенной мифологемой именно Осирис научил людей обрабатывать землю,