Тори Гальба
Анимус

Он знал, что миллиарды и миллиарды ничего не знают и ничего не хотят знать,

а если и узнают, то поужасаются десять минут

и снова вернутся на круги своя.

А. и Б. Стругацкие, “Пикник на обочине”

Пролог

Восемьдесят процентов дней в году начинаются одинаково. Но не в ее случае. Каждый день 2067 года был для нее повторением предыдущего. Кроме последних трёх.

Плита. Крючок с вязанием. Ноутбук. Всё повторяется сначала. Никакого более интереса, а лишь спасение себя утопающей. Он ещё спит, и не слышит, как тонкие пальчики барабанят по клавиатуре, принимая очередной заказ. Только не стучи слишком громко. Если не хочешь, чтобы тебе стукнули ещё громче. Мамочка не привыкла, чтобы ее сыночку досаждали. Не забывай об этом.

Недоделанное вязание неторопливо ждёт своего часа. Не сильно ее заботило, что же получится по итогу, ведь иногда процесс имеет куда более существенное значение.

Когда она свернула не туда? А главное - зачем? Чтобы что? Доказательство? Возможно. Но кому? И что доказывать?

1

Огромная, жестокая, перенаселенная жадным до мозга костей отребьем агломерация, столь сильно напоминающая мясорубку, перемалывающую в своих жерновах всех, кто не хочет играть по ее правилам. Знать бы ещё, что за правила такие она устанавливает. Вряд ли без звериного чутья и зашкаливающего инстинкта самосохранения здесь было бы что ловить, если ты, конечно, априори не мазохист. Впрочем, даже слово "агломерация" здесь условно, ведь никто не мог сказать наверняка, город ли это или вовсе отдельная, но всеми богами забытая страна.

Подобрать с пола разбросанные со вчера вещи и попытаться не замёрзнуть, пройдя сто шагов. Проводить взглядом электричку, пока в наушниках не смолкает очередной думер микс. Дитя жестокого и беспощадного распутья миров. Подобное обращение она слышала куда чаще своего имени.

"В Новом Плутоне сегодня солнечно. И вряд ли надолго. Но всё это не точно." - слышен привычный голос из радиоприёмника в местной кофейне. В Новом Плутоне никто и никогда не мог поручиться за точность. И это было его главной разрушительной суперсилой.

Привычный вкус американо с шоколадом. Кофе, приготовленный в этом скромном заведении на окраине, нес в себе что-то особенное. Пусть и сделанный по одному и тому же рецепту, но настроение и вайб исполнителя всегда неповторимы. А ведь это и является решающим аккордом. Она это знала и чувствовала. Как будто нашёлся антидепрессант подешевле. Как будто можно отложить на потом мрачные мысли о саморазрушении. Или о чем-то более пугающем.

Заплатив баристе, она подобрала подол пальто и покинула заведение. Хватит. Достаточно.