Леся Белл
Эхо забытой клятвы

Пролог. Путь в новую жизнь

Почти на самом верху южной башни, в круглой комнате, которая служила гостиной, мы с моей единственной подругой Стеллой любовались ясным ночным небом, расположившись на мягком диване, который был вровень с окном, обе — в простых домашних платьях, настолько «скромных», что в них вовсе не стыдно было встретить иностранную делегацию.

Свет полной луны ложился на крыши домов, придавая городу, раскинувшемуся под нами, призрачный вид. Созвездие, словно птица, расправившая крылья на небесном полотне, вызвало у меня улыбку — в мыслях зазвучала старая притча о том, что каждая звезда — это чья‑то сбывшаяся мечта. В груди разлилось тепло: от воспоминаний о рассказах родителей — конечно, когда они не были заняты государственными делами, — и от этого безмятежного мгновения.

В комнате было тепло и уютно: потрескивали дрова в камине, отбрасывая пляшущие тени на стены, увешанные гобеленами. На небольшом столике рядом стояли две чашки остывшего чая и тарелка с крошками от печенья, которое мы съели ещё час назад.

Находясь рядом, мы с подругой создавали удивительный контраст: обе миниатюрные и изящные, но я — ослепительная, с алой гривой волос и пронзительно‑голубыми глазами, а Стелла — милая, как куколка с белокурыми локонами, тонкими чертами и огромными серыми глазами.

Стелла зевнула, попытавшись скрыть это ладонью, но я всё равно заметила и поняла, что она заскучала: мы не спали всю ночь перед моим отъездом в Академию Магии.

— Какая же она красивая! — тихо сказала я, пытаясь привлечь её внимание к созерцанию небесной красоты.

— Кто, Ваше Высочество? — спросила Стелла, выныривая из дрёмы.

— Просила же называть меня Клариссой! — устало напомнила я. — Стелла, я, конечно, не люблю, когда фамильярничают, но мы с тобой дружим с детства!

— Ваше Высочество, вы слишком юны и наивны. Придворный этикет запрещает обращаться к вам иначе. Но мы с вами немного ушли от темы. Вы так и не сказали, кто красивая.

Поняв, что спорить со Стеллой бесполезно, я ответила:

— Луна. Наше прекрасное светило, разгоняющее мрак ночи…

— Или раннего утра… Как сейчас.

— Стелла, как ты можешь быть такой спокойной? Ведь скоро за мной придут, и мы должны будем расстаться на целый год. А я так не хочу! Почему мы не можем вместе учиться в «Затмении»?

— Я знаю, Ваше Высочество. Мне тоже будет очень нелегко перенести разлуку с вами. Главное, помните, что после обучения и на каникулах мы встретимся снова. Обещайте, что, даже если найдёте себе новых знакомых в академии, я всё равно останусь вашей самой близкой подругой.

— Ох, Стелла! Я сейчас снова расплачусь! Ты была и будешь моей единственной подругой! — Память услужливо подбросила мне воспоминания о другой девочке, с которой мы когда‑то играли в саду, делились секретами и мечтали о приключениях. Но я задавила эти воспоминания: они были слишком болезненными, слишком далёкими, словно из какой‑то другой жизни. — Ты же знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен: остальные сближаются только ради власти и связей.