Савако Натори
Книжный магазинчик по пятницам
Лето

© А. Аркатова, перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава 1
Очередной книжный клуб

Ученик из старшей школы Нохары, который несколько минут назад мучительно размышлял, стоя у книжной полки, подошёл к кассе с книгой в мягкой обложке. Я обрадовался, что он наконец-то определился, и оживился, расправив плечи.

Увидев название книги, которую протянул парень, я замер.

«Здравствуй, грусть».

Это история о лете девушки, написанная более полувека назад французской писательницей Франсуазой Саган. Передо мной стоял старшеклассник с телосложением дзюдоиста, но я уверен, что даже сильному мужчине может быть интересно прочитать роман с описанием психологии юной девушки. Чтение – это свобода.

– Упаковать? – спросил я, положив руку на упаковочную бумагу с логотипом «Кинъёдо». Парень молча покачал головой. На его загорелой, тёмно-красной шее блестели капли пота.

– Большое спасибо.

Когда я протянул ему пакет с покупкой, парень, вытерев потную ладонь о штаны, взял его и вразвалку вышел из магазина.

Дверь за кассой открылась, и из-за неё возникла управляющая магазином Макино.

– Кураи, как дела с летней ярмаркой рекомендаций «Кинъёдо»?

– Всё хорошо. Я как раз продал книгу из подборки.

Я указал на двери, которые в этот момент закрылись. Объявление с платформы о прибытии поезда и стрёкот цикад смолкли.

Книжный магазин «Кинъёдо», где я подрабатываю, расположен на станции линии Тёрин железной дороги Ямато-Кита. Это книжный магазин внутри станции. Небольшую станцию в основном используют ученики расположенной неподалёку гигантской старшей школы Нохары. Естественно, «Кинъёдо» подбирает книги согласно вкусам старшеклассников и учитывает при этом школьные праздники и каникулы.

Макино скрестила руки и кивнула, её большие глаза засияли.

Её взгляд упал на книжную полку у входа. Обычно стеллажи заставлены новинками – книгами в твёрдых и мягких обложках, комиксами, – но сейчас, в преддверии летних каникул, проходила «Летняя ярмарка рекомендаций от “Кинъёдо”», на которой были представлены старые и новые книги со всего мира, посвящённые каникулам и лету.

– Читать только чтобы написать доклад по книге – скучно.

Макино вдруг приободрилась, произнеся фразу, которую сама написала на вывеске.

– Ну, и чья же рекомендация победила?

– А, от Ясу. «Здравствуй, грусть».

Стоило мне показать ей чек – небольшую карточку, которую я вытащил из книги при оплате, – Макино надулась.

– Снова от Ясу? А он силён!

– Кстати, «Запах арбуза», которую продали недавно, также была одной из книг, что посоветовал Ясу.

Книги для этой ярмарки выбирали все сотрудники магазина, и мне было трудно придумать что-то подходящее. Как мало читающий человек, я с трудом подобрал три книги. Тем временем управляющая Макино, владелец магазина Ясу и Сугава, который работает в кофейне, без умолку болтали, выкрикивая названия одно за другим, словно ярмарка могла вместить тысячу книг. А когда ярмарка открылась, они по-детски переживали и расстраивались, когда книга по чьей-то рекомендации продавалась лучше.

– Да ладно вам, Минами, почему бы не отдать ему должное?

Я с трудом удержался от желания поцеловать Макино в пухлую щёку и успокоить её, сказав: «Неважно, по чьей рекомендации книга продаётся, в конечном счёте это приносит выгоду “Кинъёдо”». Макино резко выпрямилась. Она широко раскинула руки и радостно произнесла:

– Добро пожаловать в «Кинъёдо»!

Новым посетителем, которого приветствовала Макино, оказалась старшеклассница из школы Нохары. Возможно, потому, что она была одета в летнюю форму, от неё словно исходило белое свечение. То, как она шла по магазину, её быстрые движения в сочетании с миниатюрным телосложением делали её похожей на бельчонка. Короткие волосы, стянутые повязкой, торчали во все стороны.

Девушка направилась к кассе, держа руки на лямках рюкзака, и, подойдя к Макино, поклонилась. Её очаровательные глаза забегали по сторонам, и она вскрикнула.

– Ого! Вы настоящая!

«Кто она?» – подумал я, невольно наклоняясь вперёд, чтобы прикрыть Макино, но она только лучезарно улыбалась.

– Да. Я реальная Минами Макино, управляющая «Кинъёдо». Что-то ищете?

– Эм, я, скорее, ищу человека…

– Ищете человека?

Девушка засмущалась и отступила на шаг. В замешательстве она ещё раз поклонилась и посмотрела на Макино.

– Меня зовут Тодзэн Саё, я учусь в первом классе, двадцатой группе старшей школы Нохары. Моя одноклассница Мадока рассказала мне, а ей – её старшая сестра, что этим книжным управляют выпускники читательского клуба, который раньше был в нашей школе, поэтому я решила зайти и посмотреть.

– Ага, я та самая выпускница.

Макино приподняла руку, а Саё, которая вызывала симпатию своим упорством, кивнула и сказала:

– Знаю. Я запомнила лица участников Пятничного книжного клуба из выпускного альбома.

– Что? Ты видела выпускной альбом управляющей Минами?

Как раз когда я собирался воскликнуть: «Вот здорово!», подошла покупательница с журналом. Макино быстро вернулась к кассе.

Заскучавшая Саё поплелась к полкам с летней книжной ярмаркой. Макино подтолкнула меня, и я последовал за ней. В этот момент автоматические двери раздвинулись, и вошли Ясу и Сугава.

– Фух, жарко. Я будто расплавился. Если уменьшусь, то только из-за этой жары.

Ясу, в своём ярком костюме, с ослепительно светлыми волосами, выглядел совершенно измотанным, жалуясь на жару, когда заметил Саё, стоящую перед книжной полкой в отделе ярмарки.

– О! Ищешь книгу на лето? Хорошая идея! Если не знаешь, что почитать, спроси меня. На кону репутация владельца «Кинъёдо», так что советую…

– Настоящий! Оба настоящие! – не дослушав, воскликнула Саё и показала на Ясу и Сугаву.

– Это что ещё такое? Не тыкай пальцем в людей! Это неприлично. Да, Сугава?

Ясу обернулся, чтобы получить согласие Сугавы, но тот ничего не сказал и не кивнул; вместо этого он откинул длинную чёлку и наклонил голову. Его голубые глаза ярко сияли. Саё, не смущаясь его пристального взгляда, таращилась во все глаза.

– А где ещё один?

– Ещё один? О чём это ты?

Саё задрожала от страха, когда Ясу вдруг понизил голос, а на его лбу появились глубокие морщины. Наверное, так себя чувствует белка, столкнувшись в лесу с медведем.

Я быстро встал между Ясу и Саё и указал на кафе, занимавшее половину небольшого пространства «Кинъёдо».

– Эм, зачем разговаривать стоя? Давайте присядем.

Саё с облегчением взглянула на меня, а потом туда, куда я указывал. Внезапно она преисполнилась энтузиазма и рванула вперёд, воскликнув:

– «Кинъёдо» – литературное кафе?

– Нет. Это книжный магазин с кофейней, – поправил Ясу, проследовав за ней, но Саё, казалось, его не слышала и радостно забралась на табурет у стойки, болтая ногами.

– Потрясающе! Можно купить книги и поесть. Лучше не придумаешь!

К сожалению, мне пришлось оставить их. Покупатель у книжных полок окликнул меня, и я поспешил вернуться к своим обязанностям сотрудника на полставки.

Я продолжил работать за кассой вместе с Макино, помогая ей справиться с очередью, потом принёс из подземного архива несколько книг, о которых спрашивали клиенты, разложил томики, сложенные стопками, и даже не заметил, как Саё ушла.

Когда рабочий день закончился, я закрыл кассу и занялся уборкой, а Макино, Ясу и Сугава собрались в кафе и болтали.

Завершив работу, я сел в конце барной стойки, стараясь не привлекать к себе внимания. Над моей головой висел оранжевый абажур в ретростиле.

– Хочет возобновить работу Пятничного книжного клуба?

– Ага. Та старшеклассница прямо об этом сказала.

– Зачем?

– Откуда мне знать? Может, любит читать. Как ты в старшей школе, Минами.

– Понятно. Но это ведь новый книжный клуб, верно? Совершенно не обязательно использовать название «Пятничный книжный клуб».

Макино потупилась, Ясу тут же отвёл взгляд и постучал рукой по барной стойке.

– А возможно, и есть какая-то причина…

– Наверное, эта идея возникла, когда они попросили Отто стать наставником, – раздался приятный голос Сугавы.

На секунду воцарилась тишина. Затем я увидел, как Макино изменилась в лице. Чувствуя себя обязанным что-то сказать, я спросил:

– Эм, а кто такой Отто? Иностранец?

– Вовсе нет, – упавшим голосом ответил Ясу.

Макино улыбнулась и объяснила:

– Отто – прозвище нашего учителя по традиционной музыке. В то время Отто только окончил университет, но мы заставили его стать нашим наставником.

– Минами сама попросила.

– А что делать? Нам сказали, что без наставника клуб не признают клубом.

Во время разговора со своими бывшими одноклассниками, а теперь коллегами, Ясу и Сугавой, Макино становится более непринуждённой. Я всегда испытываю лёгкую ревность из-за этого. Хотелось бы мне когда-нибудь увидеть настоящую Макино, ту, которую они никогда раньше не видели. Только вот когда наступит это «когда-нибудь»?

Пока я так фантазировал, их разговор продолжался.

– Я слышала, он давно ушёл из школы. А теперь, оказывается, вернулся.

– С апреля этого года.

– Даже не знала об этом, – пробормотала Макино, и Ясу пронзил её тяжёлым взглядом.

– Та старшеклассница попросила Отто, который знает всё об организации читательского клуба, стать их наставником. Но он ответил: «Попросите об этом у своих старших товарищей».

– Попросить… нас? – Макино в замешательстве склонила голову.

Сугава, словно пытаясь отвлечь меня, протянул руку через барную стойку и передал каждому по банке пива, а потом тарелку помидоров, посыпанных мелко нарезанными листьями периллы.

– Да просто откажи ей; скажи, что выпускники не могут помочь в этом. – Слова обычно немногословного Сугавы всегда звучали особенно убедительно.

Когда Ясу взял банку пива, которую я ему протянул, он цокнул языком и резко дёрнул за кольцо крышки.

– Вот ведь. Снова связываться с этим Отто… – пробурчал он, потягивая пиво.

Его слова заглушил возглас Макино: «Ох!»

– Эй, Минами, чего это ты? Выпила всё залпом? Ну даёшь!

Ясу и Сугава в панике вскочили, но было уже поздно: лицо Макино окрасилось в ярко-красный цвет, показывая, что она пьяна.

* * *

В следующую пятницу Саё снова появилась в «Кинъёдо».

После окончания экзаменов за первый семестр занятия в школе теперь проводились только по утрам. Этот день не стал исключением, но Саё появилась в странное время: вечером. Поезда уже ходили редко, поэтому других покупателей в магазине не было.

Сидящий в кофейне Ясу заметил её раньше меня, пока я переставлял книги на полке неподалёку от входа.

– О, мы тебя ждали, старшеклассница.

– Меня зовут Тодзэн Саё, – вежливо представилась Саё, в ответ на что Ясу улыбнулся, спрыгнул с табурета и направился ко входу, где, широко расставив ноги, стояла Саё.

– По поводу того, чтобы попросить От… Учителя Отоху стать наставником Пятничного книжного клуба.

– Можете? Сегодня было бы удобно, если вы не против.

Её лицо готово было озариться улыбкой, но, посмотрев на Ясу, девушка сникла.

– Нельзя?..

– Прости. Будет странно, если об этом попросят выпускники. – Ясу разочарованно прикусил губу. Похоже, он и сам не был до конца уверен.

Я невольно посмотрел на Сугаву за барной стойкой, а затем на дверь в подсобку. За ней была Макино. Но Сугава продолжал стоять, опустив голову, и протирал стаканы. Макино не выходила.

Саё нахмурилась, кончики её коротких волос вздрогнули.

– Понятно. Извините за странную просьбу. Я схожу к нему сама.

– Постой, старшеклассница. Это совсем не странная просьба. Не извиняйся.

– Меня зовут Тодзэн Саё.

– Да знаю, знаю. Тодзэн Саё. Хорошее имя. Так что погоди.

Ясу опередил Саё, когда она направилась к автоматическим дверям, и преградил ей путь перед книжной полкой с вывеской «Летняя ярмарка рекомендаций от “Кинъёдо”».

– Что такое?

– Сама пойдёшь к учителю Отохе, да? Думаешь, получится?

– Эм… – пробормотала Саё, а Ясу кивнул на стеллаж.

– Реши, какую книгу вы начнёте читать первой, и принеси её.

– Эм, но ведь я же ещё не знаю, согласится ли он.

– Так он не сможет отказать.

Под пристальным взглядом Ясу Саё повернулась к книжным полкам ярмарки и начала изучать названия, начиная с левого края. Её взгляд двигался всё быстрее.

Наконец, она вытащила книгу в мягкой обложке. Названия я не видел. Ясу уставился на книгу, открыв рот. Саё насторожилась:

– Не подойдёт?

– Э? Да нет. Шанс всегда есть.

– Шанс?

Саё с недоверием взглянула на него. Ясу махнул рукой, показывая, что не нужно идти на кассу, он сам оплатит покупку. Довольно необычно для него.

– Не будем упаковывать, чтобы было видно обложку. Тогда обязательно согласится.

Саё, нахмурившись, вышла из магазина.

Через полчаса моя утренняя смена закончилась. Как обычно, я как можно дольше оставался в прохладном магазине и собирался перейти через переход, чтобы выйти на платформу к прибывающему поезду, но увидел фигуру возле турникета и изменил направление.

– Са…

Я чуть было не обратился к ней по-дружески, но быстро спохватился и откашлялся. Саё обернулась, держа в руках недавно купленную книгу. Подойдя ближе, я наконец разглядел название.

– О, парень из книжного! Уже закончил работу?

– Ага. Ах да, я Кураи, работаю на полставки. Кураи Фумия. А ты купила «Шестую Саёко»?

Когда я указал на книгу в мягкой обложке, Саё сказала: «Да», – и подняла её повыше. Я почти не сомневался, что это произведение для ярмарки выбрала Макино.

– Я почувствовала какую-то связь с именем Саёко. Когда я прочитала аннотацию, она показалась мне пугающей, и я растерялась.

– Не любишь ужасы?

Глаза Саё наполнились слезами, её короткие волосы выбились из-под повязки и торчали в разные стороны.

– Не люблю. И вообще…

– Не очень любишь читать в целом?

Влажные глаза Саё беспокойно забегали. Её рот то открывался, то закрывался, а ноздри раздувались. Она была похожа на бельчонка. Едва сдержав смех, я признался.

– На самом деле я всегда не любил книги, точнее, ничего в них не понимал, поэтому никогда и не читал. Когда заходишь в книжный, не можешь сосредоточиться и чувствуешь себя подавленным от огромного количества книг. Я понимаю это чувство.

Когда я увидел выражение лица Саё и то, как она посмотрела на меня, стоя перед книжными полками, я сразу понял, что мы с ней товарищи.

Саё, казалось, поверила мне, она облегчённо вздохнула и заговорила более непринуждённым тоном.

– Вот как! В книжных работают и те, кто не любит книги?

– Эм, да. Но вообще я начинаю потихоньку приобщаться к чтению.

– Хм. А почему?

Саё склонила голову набок, словно бельчонок в ожидании еды, но я не мог признаться ей, что просто с первого взгляда влюбился в управляющую, поэтому ответил вопросом на вопрос:

– А ты почему хочешь организовать читательский клуб, Тодзэн?

– Потому что именно в нём я вижу идеальную юность.

– Юность? – переспросил я, отчего с носа сползли очки.

Саё, казалось, совсем не смутилась: положила книгу в задний карман рюкзака и направилась к турникету.

– Кураи, если вы свободны, можете сейчас пойти со мной в школу?

Очки снова сползли у меня с носа. Я боялся, что прогулка с такой юной девушкой – хоть она и училась в старшей школе, но выглядела младше своего возраста – может показаться подозрительной.

– Но я не участник Пятничного книжного клуба и не выпускник школы Нохары.

– Ничего-ничего. Кто угодно подойдёт, лишь бы не идти одной. Прошу вас, Кураи. – Саё сложила ладони в молитвенном жесте и поклонилась. – Я боюсь идти к учителю Отохе одна. Стоит представить, что будет, если ничего не получится, голова идёт кругом…

– Эм, ну… Если я могу…

У меня не оставалось другого выбора, кроме как пройти вместе с Саё через турникет и, перейдя через шоссе, пойти в сторону горы.

Вдоль заасфальтированной горной дороги для велосипедов и автобусов тянулся тротуар с ограждениями. Я и не заметил этого, когда впервые ехал в старшую школу Нохары.

Саё вскоре начала прерывисто дышать, а её плечи задрожали. Тем не менее, то ли от напряжения, вызванного предстоящей встречей с учителем Отохой, то ли чтобы забыть о жаре, то ли просто в силу своего возраста, она не прекращала говорить.

– У меня было предчувствие, что, когда я пойду в старшую школу, мне вдруг откроется какой-то новый и интересный мир. Я думала, что школьная жизнь будет чередой событий, отражающих суть юности.

– Ты про ту самую «юность»? Вроде «стать беззаботным, как ветер»?

– Это строчка из какой-то песни?

– Нет, название романа, который я недавно прочёл. Даже захотелось после этого вступить в школьный клуб.

– Ого, – рассеянно ответила Саё, не вникая в суть сказанного. Казалось, её переполняли мысли и она хотела выплеснуть наружу слова, копившиеся в глубине души.

– У меня нет внеклассных занятий, которым я хотела бы себя посвятить, я не могу найти друзей, с которыми хотела бы проводить время, и дни текут без ощущения той самой «юности».

– Но это же гигантская школа, где учатся тысячи учеников, верно?

Саё обернулась. Её маленький носик возмущённо пыхтел.

– Так и есть! У нас двадцать пять классов первокурсников. Там так много учеников моего возраста, что я даже не помню их лиц. Но разве не странно, что я до сих пор не могу встретить интересных ребят? Почему? Может, потому что я ужасно скучная?

Саё обречённо вздохнула и заложила руки за голову.

– Для меня образ «юности» – это «Девочка, покорившая время». Это аниме показывают по телевизору летом. Я смотрю его каждый год.

Саё говорила об аниме режиссёра Хосоды Мамору. Я хотел рассказать ей о романе «Девочка, покорившая время» Ясутаки Цуцуи, который лёг в основу аниме, но сдержался.

– Прыжок во времени? Люди из будущего? Что-то вроде научно-фантастической юности?

– Совсем нет. Я хочу сказать, что юность – словно полностью выжатый лимон. Хочется жить каждый день ярко, выходя за рамки. Хочется чувствовать молодость и наслаждаться ею.

– Неужели, по-твоему, молодость настолько яркая?

Я вспомнил свои школьные годы, и на душе стало тоскливо. Единственным, что запомнилось, были электрогитара, которую я купил, но даже не смог как следует настроить, и золотые пуговицы на школьной форме. Да и потом, в университете, если бы я не переехал в новый кампус на третьем курсе и не начал подрабатывать в «Кинъёдо», я бы, наверное, не почувствовал этого света. Да. Теперь я понимал, что имела в виду улыбающаяся Макино.

Я потряс головой, пытаясь отогнать нахлынувшие воспоминания о тёмных временах. Саё повернулась ко мне, её щёки слегка покраснели.

– В какой-то момент я почти сдалась. Такая молодость всё-таки плод моей фантазии. Но потом, когда мне стало скучно, я зашла в библиотеку и нашла кое-что. Настоящее воплощение «юности».

– И это…

Я не успел озвучить своё предположение, как Саё кивнула:

– Выпускные альбомы нашей школы. Я пересматривала за разные годы, но поколение сотрудников «Кинъёдо» было, безусловно, самым «юным». В этом клубе состояли только яркие личности, он напомнил мне «Девочку, покорившую время». Именно этого я и хочу.

– Как можно это понять, просто взглянув на школьную фотографию?

– Я думаю, вы бы согласились со мной, Кураи, если бы увидели этот альбом, – решительно заявила Саё и вцепилась в лямки рюкзака, словно старалась сдержать эмоции.

– Узнав от старшей сестры Мадоки, что учитель Отоха был тогда наставником клуба, я просто не смогла сдержаться и решила последовать их примеру. Я поговорила с несколькими учениками и взяла с них обещание присоединиться к читательскому клубу, когда он откроется. Так что теперь всё зависит от ответа учителя. Моя юность зависит от него.

Пока Саё самозабвенно говорила, рядом с нами медленно проехал автобус, который курсирует между станцией и школой Нохары. Саё, посмотрев ему вслед, воскликнула, широко раскрыв глаза:

– Учитель Отоха!

– Что?

– Там в автобусе едет учитель Отоха. Что же теперь делать? Он уезжает!

Проследив за взглядом Саё, я посмотрел на автобус. Мужчина на заднем сиденье… Это тот самый учитель Отоха? Внезапно в моей голове соединились два образа: удаляющийся автобус и силуэт Макино. Я хотел догнать то, что невозможно. Глупое желание, но мне было не смешно. И всё-таки, если я перестал бы верить, лучше мне от этого не стало бы. Я схватил почти рыдающую Саё за плечи и сказал:

– Догоним.

– Автобус? Мы?

– Ага. Попытаемся сделать что-то, что невозможно. Это тоже «юность», Тодзэн.

Я испытывал вину перед Саё за то, что надавил на её больное место, но, возможно, это убедило её, потому что она сразу сосредоточилась и сказала: «Хорошо». Она закинула рюкзак на спину и посмотрела на автобус.

– Обязательно догоню, – пробормотала она, словно старалась подбодрить себя, и побежала. И, должен сказать, довольно быстро. Я бросился следом за ней по дорожке, по которой мы только что поднимались.

В итоге Саё одержала победу и догнала учителя Отоху. Он вышел на следующей остановке – «Кладбище Нохары». Слава небесам. Если бы он поехал до станции «Нохара», не думаю, что я бы успел, не говоря уже о Саё.

Она обернулась, на кончике её носа блестели капельки пота. Правую половину лица окрасили лучи закатного солнца.

– Посещает чью-то могилу?

Мы замешкались, а учитель тем временем продолжил путь к кладбищу. Мы следовали за ним на расстоянии, смотря на его сгорбленную спину. Его волосы отросли и выглядели грязными. Интересно, он был таким и во времена наставничества?

Дойдя до кладбища, мы увидели ровные ряды надгробий. Каждая могила по форме напоминала другую, поэтому их трудно было различить. Учитель Отоха продолжал идти прямо.

– Кажется, он знает, куда идёт.

– Ага. Может, на семейную могилу? Хотя у него ни цветов, ни воды.

Пока мы с Саё перешёптывались, учитель продолжал путь по одной из тропинок кладбища. Мы спрятались в тени дерева, чтобы не привлекать к себе внимания.

Учитель Отоха наконец остановился у могилы на полпути от вершины холма. Он долго смотрел на надгробие.

Тишина, повисшая в воздухе, заставила нас в этот момент забыть о жаре и затаить дыхание. Рядом со мной Саё, с блестящими от пота висками, моргала и нервно грызла ногти.

– И что мы теперь будем делать, Кураи?

– О чём ты?

– Ну, довольно странно встречаться с кем-то в таком месте.

– И правда…

– Вообще странно, что мы бросились за ним в погоню. Так ещё и подойти к могиле…

– Передумала?

– Да. Я спрошу его завтра в школе. Простите, что заставила вас проделать весь этот путь.

– Ничего страшного.

Пошептавшись, мы уже собирались повернуть назад, когда услышали голос позади.

– Тодзэн?

Саё задрожала. Она взглянула на меня, затем зачем-то подняла обе руки и обернулась.

– Да, это я. Простите.

– Что ты здесь делаешь?

– Простите.

– Опусти руки. Ты же не под дулом пистолета.

– Ой, прошу прощения.

Учитель озадаченно посмотрел на Саё, которая в ответ на каждую его фразу просила прощения, а потом медленно перевёл взгляд на меня. Я подумал: тот самый учительский взгляд. Когда я ходил в старшую школу, мой учитель математики, который вызывал меня только на задачи, которые я не понимал, оглядывал класс таким же взглядом.

Я виновато поклонился.

Когда учитель уже собирался покинуть могилу, он внезапно остановился и оглянулся на нас. Затем, словно передумав, поманил к себе.

– Поднимитесь-ка сюда.

Учитель Отоха не выглядел таким хрупким, каким казался со стороны. Его лицо, неряшливое и бородатое, выражало меланхолию, так что его можно было назвать «величественным». Тот самый тип людей, которым я завидовал; даже складки на его рубашке и стёртые колени на брюках чинос говорили о стиле.

Поглаживая грубую щетину, учитель прищурился.

– Ты… Ученик нашей школы?

– Нет, студент, – честно признался я.

Саё тут же добавила:

– Кураи подрабатывает в книжном магазине недалеко от станции «Нохара». Я спрашивала у него совета насчёт пятничного книжного клуба. И тут мы случайно увидели вас в автобусе и побежали следом.

Когда учитель услышал слова «Пятничный книжный клуб», то глубоко вздохнул.

– «Кинъёдо» наняли совершенного безумца.

– Простите… – хором ответили мы.

Саё, не поднимая головы, указала на надгробие за спиной учителя.

– А чья это могила?

– Не показывай пальцем, – сделал он замечание Саё, внимательно осматривая старинный надгробный камень, словно пытаясь запомнить высеченные на нём слова: «Семейная могила Исогаи», а затем снова повернулся к нам. – Ученика.

– Что? Ученика? Он умер молодым?

Не ответив на вопрос Саё, учитель провёл ладонью по щетине.

– Прости, Тодзэн. Как бы ты меня ни просила, но я не могу стать наставником…

– Я принесла книгу, с которой мы хотим начать.

Саё попыталась открыть задний карман рюкзака. Не в силах наблюдать, как она отчаянно трясёт рукой, чтобы дотянуться до кармана, я открыл его сам, достал книгу и вложил её в ладонь Саё.

– Спасибо вам, Кураи.

Она улыбнулась, продемонстрировав ряд идеально ровных зубов, и показала обложку учителю.

– В первый день нашего пятничного клуба мы хотим обсудить книгу «Шестая Саёко». Пожалуйста, учитель, будьте нашим наставником.

Саё низко поклонилась учителю Отохе. Я последовал её примеру.

Он так долго молчал, что я забеспокоился и поднял голову. Стоящая рядом Саё, похоже, тоже теряла терпение.

Учитель замер и, казалось, перестал дышать.

– Учитель? – обратилась к нему Саё, и он наконец повернулся к ней, двигаясь словно заржавевшая игрушка.

– Это… ты выбрала, Тодзэн?

– Да.

– Я тоже читал эту книгу.

– Тогда…

Однако слова, которые услышала Саё, оказались ещё более твёрдым отказом, чем прежде.

– Я не буду вашим наставником. Больше не могу этим заниматься, совсем. Так что брось это, Тодзэн.

Глаза Саё забегали от волнения, и она в надежде посмотрела на меня. Но я только покачал головой и сказал: «Пойдём», потянув её за рюкзак. Почти пустой, он как-то некрасиво помялся.

* * *

Я вернулся в «Кинъёдо», когда совсем стемнело, потому что Саё расплакалась на обратном пути. Я пытался её успокоить, но она вся тряслась от рыданий и, задыхаясь, говорила: «Простите. Простите, Кураи, вы тут ни при чём». Прохожие осуждающе смотрели на нас – наверное, думали, что я довёл до слёз эту милую девушку, – поэтому пришлось пригласить её в магазин, предложив: «Почему бы тебе не зайти отдохнуть в “Кинъёдо”?»

К счастью, покупателей не было, но Макино, Ясу и Сугава готовились к закрытию, и замерли, переводя взгляды с меня на Саё и обратно. Конечно же, первым заговорил Ясу.

– Эй, что ты наделал?

– Я ничего такого…

Когда я повернулся к Макино – той, кого меньше всего хотел расстроить, – и собирался доказать свою невиновность, мне на помощь пришла сама Саё.

– Кураи ничего плохого не сделал. Я сама расплакалась. Не хочу плакать, но слёзы не прекращаются.

Сугава молча выдвинул табурет из-за барной стойки. Макино, действуя словно по инструкции, слегка подтолкнула к нему Саё. А Ясу подтолкнул меня, чтобы я сел рядом.

Я попытался объяснить произошедшее, пока Саё плакала, но получалось плохо, и рассказ вышел длинным. К моменту, когда я закончил, Саё наконец успокоилась.

– Я надавила на какое-то больное место учителя?

Саё прижала ладонь к груди, словно пытаясь восстановить дыхание.

– Мне жаль, – извинился Ясу. Посмотрев на нас, он поклонился Макино. – Я был здесь, когда старшеклассница… Точнее, Тодзэн Саё выбрала «Шестую Саёко» на полке ярмарки как книгу для клуба. Но я не стал её останавливать.

– Не стоило её выбирать?

Ясу покачал головой, отвечая на вопрос Саё.

– Я подумал, что есть шанс, потому что «Шестая Саёко» – это книга, которую мы, участники Пятничного книжного клуба, выбрали для презентации на школьном фестивале на третьем году обучения.