Евгения Владимировна Малинкина
Школьный бутерброд кота Страуса

© Е. В. Малинкина, текст, 2025

© А. Горнов, иллюстрации, 2025

© АО «Издательский Дом Мещерякова», 2025

Глава первая
Первое сентября

В одном большом-большом городе, где много-много домов и людей, полным-полно машин, а голубей и того больше, живёт рыжий кот по имени Страус. Как все домашние коты, он хорошо воспитан, довольно упитан и сказочно ленив.

Хозяйка кота – учительница музыки Аграфена Вениаминовна Гусля – очень боится, что питомец похудеет. Поэтому Страус не расстраивает хозяйку и всегда ест с большим аппетитом.

* * *

Утренняя котлета после солидной порции каши была явно лишней, и кот решил покачаться на качелях во дворе, чтобы выгулять котлету. Потому что если с лишней котлетой в животе не погулять, то второй завтрак придётся есть без аппетита, а это уж никуда не годится.

Во дворе происходило что-то невероятное. Качели были свободны, с горки никто не скатывался, на турнике не кувыркался ни один ребёнок. Все дети проходили мимо, даже не взглянув в сторону площадки.

Зато у скамейки возле песочницы сидел приятель Страуса дворовый пёс Тунгус и что-то бормотал себе под нос.

– Привет, чем занимаешься? – поинтересовался кот.

– Отойди, Страус, не мешай! Тридцать восемь.

– Чего тридцать восемь?

– Тридцать девять, тридцать десять!..

– Не тридцать десять, а со-рок! – поправил Страус.

– Каких ещё тридцать десять сорóк? Я не сорок, а букеты считаю.

Над скамейкой с деловым видом пролетела ворона Карловна. Друзья проводили её взглядом.

Страус постучал себя по лбу.

– Ты, Тунгус, ничегошеньки не понимаешь в матюманьтике.

Кот начал растолковывать приятелю, что за тридцатью девятью идёт сорок, но Тунгуса долгие объяснения только рассердили.

– Ну спасибо тебе, Страус, теперь я сбился. Всё! Теперь никто не знает, сколько мимо прошло букетов.

– А зачем ты считаешь букеты? – спросил кот.

Он запрыгнул на качели и теперь шевелил хвостом, пытаясь раскачиваться.

– Ты что, не слышал новости?

Страус покачал усами.

– Хозяйка кота Лео с сегодняшнего дня работает в школьном буфете, а Лео ей помогает. Первый в мире кот-буфетчица! Видишь, как все обрадовались, букеты им несут! А я эти букеты пересчитываю.

– Зачем?

– Хочу узнать, сколько понадобится ваз и банок с водой, чтобы расставить цветы. Придётся занять кастрюлю и чайник у твоей Графини Витаминовны.

– Не Графиня Витаминовна, а Аграфена Вениаминовна! Сколько раз повторять! И забрать у неё кастрюлю невозможно!

– Почему?

– Кастрюля занята, я собственными глазами видел. Там у хозяйки гороховый суп плавает.

– Да, цветы в гороховый суп нельзя ставить, – вздохнул Тунгус. – Гороховый суп – скукотища. Вот если бы в куриный бульон – это я понимаю. Цветам бы понравилось.

Друзья вздохнули. Каждый подумал о чём-то своём и немного о курином бульоне.

Над площадкой снова показалась ворона Карловна. На сей раз она зависла в воздухе в паре метров от земли, примеряясь, куда бы опуститься. Карловна так громко хлопала крыльями, нагоняя ветер, словно она не ворона, а вертолёт. Наконец она устроилась на краю песочницы.

– Я слышала, вы тут сорок вместо ворон считаете? Это что-то новенькое!

– Букеты мы считаем, букеты!

– Ах, букеты! Кр-расота! Сегодня же первое сентября! Кр-расивая традиция – дарить букеты учителям, чтобы они потом в троллейбус с букетами на обратной дороге не могли взобраться.

– Учителям? Мы думали, эти букеты для Лео и его хозяйки! Они с сегодняшнего дня в школе работают.

– Знаю, знаю. (Ворона Карловна всегда обо всём узнавала первой.) Хозяйка в школьном буфете будет работать, а вот чем Лео будет заниматься – я пока не разведала.

– Разве Лео не будет буфетчицей? Тогда пусть его возьмут охранником! – предложил Тунгус.

– Ах, кар-кар-кар! – Ворона от смеха потеряла равновесие и плюхнулась в песочницу. – Лео – охранник! Как бы от него самого не пришлось в буфете бутерброды охранять!

– В школьном буфете есть бутерброды? – насторожился Тунгус: информация о еде его всегда интересовала в первую очередь. И во вторую. Да что уж там скрывать, и в третью тоже.

В его воображении буфетом называлось что-то похожее на шкаф, в котором хранилась посуда или в крайнем случае можно было найти старую завалявшуюся конфетку в липком фантике. О том, что в школьном буфете могут быть бутерброды, он и не подозревал. Ему тоже немедленно захотелось работать в буфете. Буфетчик Тунгус. Звучит очень солидно!

– Хорошая работа! – одобрил Страус. – Полезная! А с чем они, эти бутерброды?

Карловна выбралась из песочницы и отряхнула крылья.

– Почём мне знать? Наверное, с сыром.

– Или с колбасой! – вставил Тунгус.

Уж в чём, в чём, а в бутербродах он разбирался не хуже Карловны. Тем более в бутербродах с колбасой.

– Я решил! – Страус спрыгнул с качелей.

– Пойти на работу?

– Нет, я решил, что съем на второй завтрак! Бутерброд!

– С колбасой или сыром? – сглотнул Тунгус.

– С котлетой и без хлеба!

Глава вторая
Бутербродовместительность

После второго завтрака кот Страус разлёгся на подоконнике. Сначала он прикрыл один глаз, а вторым стал лениво смотреть на птичек. Те всё кружились, кружились, и Страус задремал.

Ворона Карловна, с шумом влетевшая в открытую форточку, заставила кота резко проснуться от испуга.

– Кошмар-р-р! – завопила она, приземлившись на подоконник и с шумом передвинув горшок с фиалкой.

– Что случилось? – Страус выпучился на ворону, с трудом понимая, как Карловна оказалась рядом с ним на подоконнике.

– Всё пр-р-ропало!

– Что пропало?

– Пуговицы отор-р-рваны! Фантики разбросаны! Бутерброды надкусаны!

Страус нахмурился.

– Моя котлетка на месте, – он погладил лапой живот, – хорошо устроилась.

Карловна в нетерпении постучала клювом по подоконнику.

– При чём тут твоя котлета? В школьном буфете кто-то надкусил все бутерброды! Все думают, что это сделал Лео, а он не кусал! Беспорядок!

– Ой!

– Летим со мной, нужно спасать бутерброды… То есть Лео!

– Летим! – согласился Страус. – Только я пешком полечу, у нас лифт не работает.

Ворона кивнула и вылетела в форточку.

* * *

Лео – белый кот, наряженный в красную жилетку с золотыми пуговицами, – сидел на скамейке у песочницы. Вид у него был крайне расстроенный. Бедняга когтем отковыривал со скамейки краску и пробовал её на зуб. При взгляде на это любому становилось понятно – кот голодный и никаких бутербродов не ел.

– Добрый день, Лео!

– Злая день, Страус! Очень злая!

Кот Лео был иностранцем, он приехал из-за границы и разговаривал немного странно, но друзья уже научились его понимать.

Все были в сборе. Карловна разместилась на нижней ветке рябины. Дворовый пёс Тузик в глубокой задумчивости нарезал круги вокруг Тунгуса, а Тунгус вычёсывал из хвоста репейник.

– Позор на мою голова! – вздохнул Лео. – Моя не кусал бутерброд. Один разка понюхать и капелька лизнуть – всё! Но вся бутерброд куснутые кем-то без мню!

– Может быть, дети виноваты? Ну, те, что с букетами, – предположил Страус.

– Школьники! – подсказала с рябины Карловна.

– Нет же! – заволновался Лео и вскочил на лапы. – Хозяйка пойти за компот, а я спать на стул. Тут прозвенеть звонок и много громких дети просить бутерброд! Лео, где бутерброд? Все смотреть на тарелка, а там бутерброд с зубами!

– С зубами? Бутерброды с зубами я бы тоже есть не стал! – Страус поморщился. – А не могли эти бутерброды друг друга покусать, раз они с зубами?

– Не бутерброд с зубами, а бутерброд с зубами! – почему-то рассердился Лео.

– Так я и говорю…

– Нет! Зуб на бутерброд не растёт!

– Страус, на бутерброде были следы от чьих-то зубов, – встрял в разговор Тузик.

Лео кивнул.

– Да! Так и было. Хозяйка рвать на себе шапочка, а бедный голодный дети лакать этот ужасная компот без бутерброд!

– Кошмар-р-р!

– Позор мои седины. Весь голова побелель от позор.

Лео отколупнул большой кусок краски и, к ужасу друзей, отправил его себе в рот.

– Не преувеличивай, – отмахнулся Тузик. – Твоя шерсть и так всегда была белой. Много бутербродов надкушено?

– Целый куч на такенный тарелищ! – Лео растопырил лапы, и всем стало понятно, что бутербродов на тарелке лежало очень много.

Тузик представил целую тарелку бутербродов и почесал затылок.

– Чтобы понять, кто преступник, нужно измерить его бутербродовместительность.

– Это как? – удивился Тунгус.

– Очень просто. Вот ты, Тунгус, сколько можешь съесть бутербродов?

– С колбасой?

– С колбасой.

Тунгус опустил глаза.

– Ну, два.

Тузик с сомнением посмотрел на товарища.

– Что-то мне кажется, что аппетит у тебя о-го-го! Тебе дают целую тарелищу бутербродов! И ты съешь всего два?

– Целую тарелищу? Мне? Одному? Я стесняюсь…

– Хорошо, меняем условия: тебе дают целую тарелищу бутербродов и никто на тебя не смотрит. – Тузик замахал лапами на друзей. – Эй, отвернитесь от Тунгуса, не смотрите на него!

Все сделали вид, что не смотрят на Тунгуса. Повисла напряжённая тишина.

– Сколько ты съел? – раздался голос Тузика.

– Когда вы отвернулись, то аппетит усилился. Только я теперь взаправду есть хочу.

– Но тарелку-то бутербродов ты съел?

– Съел! – Тунгус повертел хвостом.

– Значит, бутербродовместительность у тебя хорошая!

– Спасибо! – обрадовался Тунгус.

– Что касается преступника, то он всё не съел, а только надкусил. Что бы это значило? Надо подумать…

Пока Тузик с видом знатока высчитывал бутербродовместительность преступника, все сидели не шелохнувшись.

– В преступника поместилась половина бутербродов, лежащих на тарелке. Времени на то, чтобы съесть все бутерброды, у преступника было мало, но это не помешало ему ловко надкусить всё, что было на тарелке. Из чего я делаю вывод…

Друзья придвинулись поближе к Тузику и ловили каждое его слово. Тузик посмотрел на Лео.

– Из чего я делаю вывод, что преступник ловкий и бутербродовместительный.

– Гениально! – одобрила ворона. – Подозреваются все!

– И я? – удивился Страус.

– И ты! Ты ведь тоже можешь быть преступником!

Страус выпучил глаза.

– Ты для этого меня разбудила – чтобы обзываться?

– Карловна, погоди! Ты говорила, там в школе ещё что-то произошло, – напомнил Тузик.

– Да! Подозрительные вещи твор-рятся! Кто-то по всей школе разбросал конфетные фантики, в гардеробе оторвал пуговицы на пальто и куртках, а на доске почёта завучу пририсовал усы зелёным фломастером.

– Может, усы у завуча свои? – спросил Страус.

– Кар-р! Как?! Зелёные?

– Может быть, так модно теперь! Что тут странного – ну, усы и усы…

– У Надежды Борисовны?

– А, так это тётенька с зелёными усами. Так бы и говорила. Тогда непорядок.

– Во-от!

Глава третья
Пират Арчибальд

Серёжа Антонов потерял покой и сон. А если говорить точнее, то первоклассник Серёжа Антонов потерял друга. Говоря по правде, друг потерялся за два дня до того, как Серёжа должен был пойти в первый класс.

Серёжин папа был капитаном дальнего плаванья. Полгода назад он привёз сыну из далёкой южной страны обезьяну по кличке Пират Арчибальд, или просто Арчи.

Пират Арчибальд был очень умной и воспитанной обезьяной, в особенности когда бабушка Серёжи была дома. А бабушка у Серёжи о-го-го какая! Заведующая детским садом! У неё все воспитанные, даже соседские тараканы по струнке ходят.

Так и повелось. Бабушка-заведующая дома – Арчи ест суп ложкой и губы салфеткой вытирает. Бабушка за порог – Арчи суп по столу размазывает, морковку из супа в цветочный горшок запихивает, салфетку на голову натягивает.

Но Серёжа с Арчи крепко сдружился, даже иногда вину за его проделки на себя брал.

В тот день, когда пропал Арчи, всё шло как обычно. Едва за бабушкой закрылась дверь, Арчи тарелку с манной кашей на голову напялил. Каша сама в пасть стекает. Весело.

Серёжа помог Арчи умыться и говорит:

– Сегодня мы с тобой на медосмотр идём.

Только Серёжа полотенце на крючок повесил, глядь, а Арчи нигде нет. Неужели медосмотра испугался?

Серёжа искал обезьянку по всей квартире. В шкафу, на антресолях, на балконе и даже в холодильнике. Арчи нигде не было.

Грустный Серёжа сходил на медосмотр, познакомился с будущими одноклассниками, узнал о себе много нового: вес – двадцать пять двести, а рост – сто двадцать шесть сантиметров. Ещё у них с Петровым Егором оказались одинаковые футболки. Но все эти чудесные события ничуть не радовали Серёжу. Он только и думал о пропавшем Арчи.

Пират Арчи в этот день так и не вернулся, и на следующий день тоже не вернулся, и Серёжа пошёл в школу один. Нет, конечно, не совсем один, а в сопровождении мамы, папы, бабушки и дедушки, у которых был такой важный вид, будто они сами шли в первый класс, а не провожали Серёжу.

Потом была торжественная линейка, и Серёжа устал держать в вытянутых руках громадный букет. Цветы требовалось подарить учительнице в клетчатом пиджаке. Серёжа учительницу сразу полюбил именно за клетчатый пиджак, потому что лица учительницы он не мог разглядеть из-за букета, а вот пиджак было хорошо видно. Наверняка добрая и математику любит, решил Серёжа, рассматривая сине-серые клетки на пиджаке учительницы.

– Хочешь конфету? – прошептал кто-то рядом с Серёжиным ухом.

– Хочу! – ответил Серёжа.

– Возьми у меня из кармана две. Одну мне, другую тебе.

Серёжа обернулся и увидел стоящего рядом Егора Петрова. В руках у Петрова был такой же громадный букет, как у Серёжи.

– Мне не достать. Не могу отпустить букет.

– У меня тоже букет, мне тоже не достать.

Оба тяжело вздохнули.

Линейка закончилась. Вслед за учительницей первого класса двинулась цепочка букетов на ножках.

Глава четвёртая
Расследование начинается

– Нужно поймать преступника! – заявил Тузик.

– Для чему? – развёл лапами Лео. – Половинки бутерброд не вернётся на тарелка! Так не могет быть!

– Те бутерброды, что кто-то надкусил, конечно, не вернутся! А как насчёт новеньких бутербродов, которые завтра появятся? Вдруг их снова кто-то надкусит? Или вообще всё съест и компот весь выпьет!

– Весь кастрюль? – ужаснулся Лео.

Карловна спорхнула на скамейку.

– Пр-равильно! Хватать! Ловить! Отнять бутерброды! Пришить пуговицы на место!

– Я не умею пришивать пуговицы, – признался Страус.

– Айда в школу! – Тунгус был готов бежать спасать бутерброды и пуговицы.

Тузик помотал головой.

– Нас не пустят! Там охранник!

– И уборщица! Очень страшный, с бородавка на нос! – кивнул Лео.

– Что же делать? Что же делать? – Тузик забегал вокруг скамейки. Ему всегда лучше думалось на бегу.

Страус тяжело вздохнул. Конечно, нужно помочь другу, но так хотелось вернуться домой к обеду, а не бегать по школе в поисках преступника! И уж тем более не пришивать к пальто пуговицы.

– У меня есть план! – притормаживая возле Лео, сообщил Тузик. – Проберёмся в школу под прикрытием. Сделаем вид, что мы снимаем блог!

– Лично у меня никаких блох нет, – возразил Страус. – И снимать с меня нечего.

– Не блох, а блог. Это дневник такой.

Все с уважением посмотрели на Тузика. Он всегда знал такие вещи, о которых остальные даже не догадывались.

– Ковар-рный план! – одобрила Карловна.

Тузик стукнул себя лапой по лбу.

– Нет, ничего не получится!

– Здрасти-напасти! Почему не получится? – опешила Карловна.

– Почему? Почему? – заволновались друзья.

– Потому! Сегодня пятница? – задал вопрос Тузик и тут же сам себе ответил: – Пятница! А значит, завтра выходной! И послезавтра выходной! Все пальто домой ушли! И куртки тоже. Бутерброды никто готовить не будет, буфет закрыт, значит, мы не сможем вычислить преступника до понедельника!

– Отлично! – обрадовался Страус, чем вызвал волну новых подозрений у Карловны.

* * *

Ранним утром понедельника, когда птицы уже проснулись, а школьники – даже не собирались, в открытую форточку школьного кабинета, расположенного на первом этаже, заглянула Карловна. Под окном на земле её ждали Тузик, Тунгус и Страус. Лео собирался прийти позже вместе с хозяйкой.