Тайна загородного дома

Тайна загородного дома

Глава 1. Бабушкин рассказ о подвале

Переезд состоялся в дождливый сентябрьский вечер. Дом достался Андрею от его деда, человека молчаливого и с тяжелым характером. Бабушка Елена Петровна, мать Андрея, согласилась жить с семьей, хотя соседи в поселке предупреждали: «Там неспокойно».

В первую же ночь, когда дети уснули, а Ирина раскладывала вещи, бабушка позвала всех в гостиную. Камин не горел, но в комнате было странно тепло. Елене Петровне шел семьдесят восьмой год, но глаза ее блестели как у девчонки.

— Деточки, — начала она, понизив голос, — вы должны знать, в каком доме живете. Мой свекор, ваш прадед, построил его на месте старого хутора. Но главная тайна — подвал.

Дима оторвался от телефона. Алиса прижалась к матери.

— Этот подвал, — продолжила бабушка, — уходит глубоко под землю, вниз ведут тридцать три ступени. Я считала. А внизу — длинный подземный ход. Он тянется под полем и выходит в подвал соседского дома. Того самого, что за рощей. Там раньше жила семья Странная семья.

— Какая странная? — спроси Андрей, пытаясь скрыть иронию, но голос дрогнул.

— Их никто не видел днем. Только ночью у них горел свет. А потом в одну ночь они исчезли. Все, кроме — бабушка замолчала, будто передумала.

— Кроме кого? — пискнула Алиса.

— Кроме старухи, которая, говорят, до сих пор ходит по тому дому. И иногда — по нашему. Через подземный ход.

Ирина нервно засмеялась. Андрей покачал головой. Но когда все разошлись по комнатам, Алиса спросила маму шепотом:

— А зачем бабушка рассказала это именно сегодня?

Ирина не ответила. Потому что в этот момент в подвале, который никто не открывал уже двадцать лет, что-то глухо упало.

Глава 2. Старое зеркало из ниоткуда

Наутро Ирина обнаружила в коридоре на стене зеркало. Небольшое, в тяжелой бронзовой раме, с потемневшим от времени стеклом. Она поклялась, что вчера его здесь не было. Андрей пожал плечами: «Мать принесла из своей комнаты». Но бабушка, выйдя к чаю, побледнела.

— Это не мое зеркало. — Она подошла, провела пальцем по резьбе. — Это из того дома. Из соседского.

— Не может быть, — сказал Андрей, но сам снял зеркало и заглянул за него. Там не было ни креплений, ни гвоздей. Оно висело в воздухе? Или просто прилеплено к обоям?

Вечером Димка проходил мимо и краем глаза увидел в зеркале не свое отражение. На него смотрел мальчик примерно его возраста, бледный, в старой одежде — сатиновой рубахе и штанах на подтяжках. Мальчик поднес палец к губам: тсс.

Дима развернулся — за спиной никого. Снова взглянул в зеркало — там было его собственное, испуганное лицо.

За ужином Димка ничего не сказал. Но ночью он услышал, как из коридора доносится тихое пение — старинная колыбельная, которую никогда не пела бабушка.

Алиса тоже ее слышала. Девочка встала, вышла в коридор. Зеркало было на месте. Но теперь в нем отражалась не комната, а длинный темный коридор с каменными стенами. В конце коридора стояла женская фигура в черном.

— Мама! — закричала Алиса.

Ирина прибежала первой. Зеркало висело обычно. В нем отражалась их собственная дверь. Но Ирина заметила — стекло стало чище, чем утром. Словно кто-то протер его изнутри.

На следующее утро зеркало исчезло. Без следа. На обоях не осталось даже потертости. Бабушка перекрестилась и сказала:

— Оно вернется. Такие вещи не уходят насовсем.

Она оказалась права ровно через три дня. Зеркало появилось в детской, над кроваткой Алисы. Девочка проснулась и увидела над собой свое отражение, но у отражения глаза были закрыты. А когда Алиса моргнула, отражение открыло глаза — и они были не ее, взрослые, чужие, печальные.

Глава 3. Странные шаги из-под пола

С четвертой ночи семья начала слышать шаги. Глухие, ритмичные, словно кто-то ходил под полом первого этажа. Не в подвале (лестница в подвал была заперта на старый амбарный замок), а именно в пространстве между черновым и чистовым полом. Там было не более двадцати сантиметров — мышь не пролезет.

— Крысы, — уверенно сказал Андрей. — В старых домах водятся.

Но крысы не ходят на двух ногах и не останавливаются ровно в полночь. Шаги всегда начинались в 23:45 и затихали в 00:00. Пятнадцать минут. И звук был не грызущий — мягкие, переваливающиеся шаги, будто человек с больными ногами.

Бабушка слушала их с закрытыми глазами, а потом сказала:

— Это хромой. Тот самый, из соседского дома. У него была сломана нога, и он всегда ходил с тростью.

— Мама, прекрати, — попросил Андрей. — Дети боятся.

— Они должны бояться, — ответила бабушка. — Страх — это первая защита.

На седьмую ночь Дима не выдержал и записал шаги на диктофон телефона. Утром он воспроизвел запись при всех. Сначала было слышно ровное тиканье часов. Потом — шаги. Но посреди записи, между двумя шагами, кто-то прошептал голосом, не принадлежащим никому из живущих в доме: