Александр Путинцев
Это пубертат, детка

Введение

Как-то на выходных днях наш сын приехал на дачу с целью попариться в бане. У нас на территории участка стоял большой каркасный бассейн, и сын любил после парной понырять в холодной воде. Это ему доставляло несказанное удовольствие.

Я даже для растопки печи достал с чердака дома огромный мешок, забитый до самого верха старыми учебниками и исписанными ученическими тетрадями чуть ли не с первого класса. Как только они умудрились сохраниться до сих пор, - ума не приложу?! Это, наверное, самому Богу известно! А ведь пригодились же! Для растопки печки в бане – милое дело!

Я ковырялся на грядках, а сын топил печь, выгребая из мешка мои далёкие школьные годы.

Наверное, прошло часа два, когда сын подошёл ко мне, сияя необычной странной улыбкой.

- Батя, ты оказывается у нас сексуальный маньяк! – прикололся он.

- Не понял, сын?! – искренне удивился я, не понимая к чему он клонит.

Сын в это время держал в руках ученическую тетрадь, которой я пользовался, судя по всему, в старших классах. Что он там увидел компрометирующего меня, я не знал, но он меня заинтриговал.

- Батя, да я пошутил! Смотри, это твой подчерк?.. Слушай, да ты же уже в школе проявлял недюжинный писательский талант! На, возьми и почитай сам! Это же шедевр! Как тонко ты описал свои сексуальные ощущения в период полового созревания! А Юрка? Это кто? Это твой друг детства, дядя Юра, который в прошлом году умер?..

Я сразу всё понял. Было время, когда я все свои подростково-юношеские переживания заносил в дневник. Этот дневник я вёл в старших классах по совету нашего учителя русского языка и литературы. Учитель тогда говорил, что ведение дневника развивает мыслительный процесс, вырабатывает дисциплину и организованность, способствует закреплению правил русского языка и придаёт уверенность при общении с другими людьми…

Посвящается памяти друга детства Юрия Михайловича Б.

Сборник всех "Невинных рассказов", где школьник откровенно делится своими поступками и переживаниями в период полового созревания. Рассказано искренне и честно о себе и товарищах, о школе и учителях, обо всём, что окружало и волновало в тот период.

Глава 1. Сексуальный опыт

Моему товарищу Юрке было около тринадцати лет, а мне в то время едва исполнилось одиннадцать, и я, естественно, в сексе ничего не понимал, я даже, если честно сказать, ни разу не видел голой женщины. По-настоящему, живую, а не на картинке или в кино. И Юрка долго смеялся, услышав мое признание, я обиделся и сильно пожалел, что проболтался. Но он меня скоро успокоил и пообещал уговорить соседскую девчонку Таньку, ей тогда было четырнадцать лет, показать мне свои достоинства.

Как-то я сидел дома и приглядывал за младшим бестолковым братишкой, чтобы тот чего-нибудь не натворил, родители отсутствовали, как вдруг, запыхавшись, прибежал Юрка.

- Пойдем скорее! - закричал он с ходу.

- Куда? - опешил я, удрученно глядя на вездесущего брата.

- Куда-куда! - разозлился Юрка. - Таньку смотреть! Она сейчас одна, и я с ней договорился. Заодно и тебе покажет, только мороженое ей купишь. Понял, балда?

Я опешил и почувствовал, как заволновался. Видно, во мне начинал уже пробуждаться или зарождаться маленький-премаленький мужичок!

- Я тоже хочу смотреть! - противно пропищал мой пятилетний брат.

- Не вырос еще! - прикрикнул на него Юрка, и брат, обидевшись, надулся.

Мы закрыли его на ключ, а сами отправились к Таньке.

Танька встретила нас в легком халате, и я, увидев ее, сдрейфил и затоптался на пороге.

- Пойдем, пойдем! Что ты остановился? - сердито подтолкнул меня Юрка.

Делать было нечего, и я прошел в квартиру.

Мы сели на диван. Танька равнодушно окинула нас взглядом и, пройдя в другой угол, опустилась в кресло. Я молчал, стыдливо поглядывая на важную Таньку, коленки мои почему-то тряслись, а во рту появилась сухость.

- Тань, ну давай, покажи! - тихо попросил Юрка.

- Вот еще! - отрезала Танька.

- Ты же говорила, что покажешь?! - не сдавался Юрка.

- Я тебе говорила, а не этому!.. - и она презрительно ткнула в мою сторону пальцем. - Он сопливый еще! И у него вечно грязные штаны и руки, вот! - отрезала Танька и гордо отвернулась.

Я покраснел, и у меня загорелись уши. В них почему-то зазвенело, и я куда-то провалился. Все как будто происходило не со мной, и слова, едва доходившие до моего сознания, теряли всякий смысл.

- Тань, ну покажи! Что, тебе жалко?! - уговаривал Юрка. - Он уже не маленький и тоже хочет посмотреть!

Но упрямая Танька не уступала, и мы поняли, что ловить нечего. Так и ушли неудовлетворенные. Я был унижен и оскорблен, мой малюсенький мужичок возненавидел весь девчоночий мир, а Юрка нисколько не расстроился.

- А-а, ерунда! - спокойно сказал он. - Не унывай! У меня появилась одна идейка!.. Будет Танька показывать нам свои прелести!..

Прошло больше недели, и я стал забывать о своем поражении на сексуальном фронте, но тут ко мне опять пришел Юрка. Он отозвал меня в сторону и, чтобы не слышала моя мама, тихо сказал в самое ухо:

- Все! Пойдем!.. На этот раз все будет о’кей!..

- Что?.. - не понял я.

- Тьфу!.. - рассердился Юрка и пренебрежительно окинул меня взглядом. - Ну и балда все же ты!.. - потом, видимо, сжалившись, добавил. - Ладно, пойдем Таньку смотреть!..

Я снова разволновался и никак не мог понять, каким образом это возможно. Но Юрка уже ничего не говорил, он просто привел меня к себе домой и начал зачем-то отодвигать от стены шкаф.

- Ты что ищешь? - равнодушно спросил я.

- Залезай! - сказал Юрка.

- Куда? - удивился я. - За шкаф?! - и тут же испугался. - Зачем?..

Юрка разозлился.

- Давай скорей! Сейчас Танька придет! Теперь понял?..

Я спрятался за шкаф, и Юрка задвинул его на место, слегка придавив меня к стенке.

- Попробуй, выгляни оттуда! Видно? - донесся Юркин голос.

Я выглянул и увидел серьезного Юрку.

- Ну, как? - спросил он. - Удобно?

- Да ничего!.. - подтвердил я.

- Вся комната просматривается? - беспокоился Юрка. - А кровать видно?.. Ну, тогда замечательно!..

Только он это сказал, как раздался звонок. Скоро появилась Танька.

Она вся сияла ярким нарядом, над ее головой возвышался огромный красный бант. Я так разволновался, что позабыл дышать, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди.

- Давай шоколадку! - сразу сказала Танька. - А то обманешь еще!

Юрка зашуршал, зашумел, роняя что-то на пол, и, наконец, нашел требуемое.

- Фу, какая маленькая! - обиделась Танька.

- Тань, я следующий раз дам тебе большую! - успокаивал Юрка. - Ты только покажи и все!

- Тогда немножко! - согласилась она.

Она расстегнула пуговицы и быстро развела половинки платья. Я чуть не задохнулся, увидев огромные шары, дразнящие темными глазками. Они, упругие, колыхались и стыдливо жались друг к другу.

- Вот это да! - вырвалось у Юрки.

Танька фыркнула и застегнула пуговицы...

- Ну вот, начало есть! - говорил потом довольный Юрка. - Надо купить большую шоколадку, тогда даст и потрогать! Тебе понравилось?

- Ух!.. У-у!.. - мычал я.

- Что? - не понял Юрка.

- Такие... о-о!.. - задыхался я. - Как у тетки!

- Так у нее уже месячные! - важно сказал Юрка.

- Месячные! - удивился я. - А какие же тогда годовые?

- Что годовые? - спросил непонятливый Юрка.

- Ты сказал, у Таньки сиськи месячные, - терпеливо повторял я, - вот я и подумал, какие же они будут через год? Это же о-го-го какие!

- Ты что, дурак или притворяешься? - рассердился Юрка. - Я имею в виду, что у нее уже менструация! Она созрела и может быть матерью! Понял, балда?

- А-а-а! - не понимая, протянул я, а сам подумал: «Надо же, такая маленькая и уже может!».

Скоро Юрка купил большую шоколадку, и я привычно спрятался за шкаф.

Танька пришла уже с желтым бантом, а я чувствовал себя свободней, не трясся и не горел.

- Давай шоколадку! - заученно сказала опытная Танька. - О-о, какая! Мне такая нравится!

Юрка тоже был доволен, и я видел, как он подошел к Таньке и хотел дотронуться до того места, где у нее топорщились сиськи.

- Куда лезешь? - обиделась Танька. - Мне же больно!

- Тань, ну дай потрогать! - просил Юрка.

- Ты прямо сразу хочешь! - уже миролюбиво сказала Танька. - А я вот хочу шоколадку поесть! - и она стала ее разворачивать.

- Тань, а Тань, ты ешь, а я буду трогать! - прилипал Юрка. - Хорошо, Тань?! Ты расстегни и ешь!..

Танька расстегнула и вывалила свои сиськи. Юрка поперхнулся и осторожно дотронулся до упругого шара, сначала одним пальцем, а потом принялся гладить всей ладонью. Танька, не обращая никакого внимания, спокойно кусала шоколад, а я, наблюдая за Юркой, начал накаляться. Юрка, освоившись, обнаглел: он уже двумя руками тискал торчащие сиськи, и я обратил внимание, что темные глазки выпучились и стали похожи на фасолины, даже Танька почему-то перестала есть шоколад и закрыла глаза.

- Ну что ты остановился?! - вдруг недовольно сказала она.

- Да мне... больно!.. - замялся Юрка.

- Тебе больно? - удивилась Танька.

- Да... там... - показал Юрка рукой вниз.

Танька дотронулась до Юркиной ширинки и захихикала.

- О-о, торчит! - восхищенно сказала она и, хитро улыбнувшись, выпалила. - А ты покажи!..

- И покажу! - не испугался Юрка.

Он взял и без промедления полностью стянул штаны. Я от неожиданности аж чуть не вскрикнул, ладно, вовремя спохватился, но рот все-таки остался открытым, и я даже несколько раз икнул.

- О-о, какой большой! - восхитилась Танька.

А я в то время не видел, потому что Юрка стоял ко мне спиной.

- Тань, сними полностью платье! - напирал Юрка. - Я же полностью разделся!

- Да-а?! - не соглашалась Танька. - А вдруг твоя мать придет!

- Она же на работе и придет не скоро! - убеждал Юрка.

Танька для приличия еще поломалась немного и стала раздеваться. Я уже весь горел, и мелкая испарина покрыла мое хилое тело. Скоро Танька стояла полностью голой, густые волосинки темнели треугольником внизу живота. Мои глаза выкатились и стали похожими, наверное, на два полтинника.

- Тань, пойдем, ляжем на кровать! - дрожащим голосом попросил Юрка и потащил ее за руку.

Вот здесь я и увидел Юрку полностью. Увидел и по-настоящему удивился, - у него между ног болталась толстая сосиска.

- Тань, раздвинь ноги! - жалобно просил Юрка.

- Зачем? - не понимала Танька.

- Я посмотрю!

- Да?! - возражала Танька. - Я боюсь!

- Да не бойся, я только посмотрю и все!..

Танька раздвинула, и я увидел две пухленькие половинки, разделенные розоватой линией. Юрка проворно лег на Таньку и начал зачем-то скакать, дергая голой задницей.

- Ой, ты что? - завопила Танька. - Мне же больно!

- Тань, ну, давай попробуем! - жалобно просил Юрка. - А-а, Тань! Ну, давай!

- Ты что! - испугалась Танька. - Мамка узнает - убьет! Из дома выгонит!

- Да мы чуть-чуть! - не сдавался Юрка. - Она и не узнает!

- Нет, он у тебя слишком большой и не влезет! - не уступала Танька. - У меня, смотри, какая маленькая!

- Тань, я не могу больше, у меня ломит! - умолял Юрка. – Ну, давай, я хоть попрыгаю, а ты его зажми между ног!..

Юрка опять замелькал задницей, Танька ойкала, а я таращил глаза. Потом Юрка вдруг застонал, я аж испугался за него, а Танька почему-то закричала:

- Ты что, дурак что ли? Всю меня соплями вымазал!..

Я удивился: зачем это Юрка на нее высморкался?! И Юрке, видно, стало стыдно. Он взял полотенце и стал вытирать ей живот.

- Тань, ты не обиделась, а-а? - жалобно спрашивал Юрка. - Тань, ну не обижайся! Ладно? Я же нечаянно!..

Танька не обиделась. Она взяла шоколад и стала доедать.

Тут вдруг раздался звонок, и Танька с Юркой вскочили как ошпаренные. Я тоже испугался и сразу похолодел. Эх, если бы вы только видели, что там было!..

Пришла Юркина мама, тетя Даша. Она, конечно, обо всем догадалась. И Юрке досталось, и Таньке досталось. Таньке, пожалуй, больше, потому что она после того случая с нами никогда не разговаривала, особенно с Юркой, и мы лишились возможности любоваться ее голым аппетитным телом. Да и мне в тот момент, если быть честным до конца, было не сладко: я за этим проклятым шкафом простоял часа три, еле вылез оттуда, как только тетя Даша, разгневанная, унеслась к родителям Таньки.