Екатерина Мальцева
Как есть

Глава 1

Они давно говорили на разных языках.Он писал: «Завтра буду на той самой развилке, где сосны как на твоей вышивке — ровно такие же тонкие, будто кто-то провёл по небу карандашом». Она смотрела на пяльцы, где чёрный лабрадор опять получался не «пушистым», а каким-то пятнисто-грязным, и чувствовала, как внутри поднимается глухая, усталая злость.

Ей хотелось швырнуть в экран всё сразу: и то, как путаются нитки, и как чёрный цвет съедает любой объём, и как от этих его «красивых слов» только сильнее видно, насколько они сейчас в разных мирах. Но вместо этого она напечатала: «Круто, сфоткай».Он увидел «Круто, сфоткай» — и улыбнулся. Ему казалось, это значит: она слышит, она ловит его картинку, она там, рядом с соснами и ветром. Он сделал фото: серое небо, острые верхушки, разметка, убегающая вперёд, — и подписал: «Смотри, прямо как у тебя в эскизе».А она открыла фото, и ей стало совсем пусто. Потому что сосны на снимке были просто соснами. Ни одной нитки, ни одного узелка, ни того напряжения, с которым ты пытаешься сделать из плоского кусочка фетра что-то живое.

Она закрыла чат, положила пяльцы на стол, где уже копились брошки-недоделки — космическая комета с кривоватым хвостом, Сатурн, у которого кольца никак не хотели быть ровными, — и подумала: «Мы не ссоримся. Мы просто ни разу за последний месяц не сказали друг другу ничего настоящего».И всё-таки через полчаса она взяла телефон и написала не «круто», не смайлик, не пустое «ага». Она написала: «У меня чёрный цвет всё время выглядит грязным. И я устала делать красиво».Ответ пришёл не сразу — на трассе связь прыгала.