Мария Меньшикова
Не ходи в парк ночью!

Глава 1

Лучи тёплого осеннего солнца красиво играли на кронах деревьев в расположенном под окнами Анатолия парке. Зелёные, жёлтые и красные листья так и манили прогуляться по уютным тропинкам, созерцая окружающую красоту. Но времени на это совершенно не было. Мужчина приехал сюда отнюдь не для прогулок, а для реорганизации их филиала. Не считая красивого вида из окна, этот древний, но маленький городишка его ничуть не привлекал. Здесь он чувствовал себя словно в ссылке.

Работы было много. Кроме того, местные рабочие восприняли его появление в штыки: после реорганизации будут сокращены некоторые рабочие места. Они не могут понять, что, в противном случае, филиал будет закрыт и без работы останутся все. Из-за большой загруженности, прогулка по чудесному, старому парку оставалась только в мечтах Толи.

Конечно, можно было бы пройтись по нему вечером, но отчего-то парк закрывали в 18.00 и даже за полчаса уже не разрешалось входить в него. Возможно, в таком захудалом городишке, вечером и ночью его используют, чтобы выпить, повеселиться и, естественно, после таких кутежей остаются горы мусора.

«Завтра последний день моей ссылки, – подумал Толя, – если только удастся закончить раньше!»

Последние дни текли своим чередом, пока рабочие под конец не устроили забастовку. Пришлось в сотый раз объяснять им причины реорганизации. Слушать никто не хотел, и Анатолий был вынужден задержаться до выходных.

На самом деле уехать можно было бы в пятницу, только билетов не было. Единственное свободное место нашлось в воскресном поезде: плацкартный вагон, верхняя полка боковушки у туалета. Скрипнув зубами, он его купил.

Поездов, которые останавливаются в этом месте, было очень мало. Местные жители заботились о билетах заранее.

В субботу Толя проснулся только в обед. Он чувствовал себя разбитым. Его командировка затянулась. Хотелось щёлкнуть пальцами и оказаться дома, с женой и детьми.

Налив себе чашку отвратительного кофе (заварил бурду 3в1 из пакетика), он встал у окна и вновь залюбовался парком. Кинув взгляд на часы, Анатолий решил пообедать и прогуляться в нём. Парк его манил, привлекал взгляд, не оставлял в покое. Вообще, в его семье любительницей зелёных зон была жена. Толя всегда был к таким местам равнодушен: ему всё равно, где гулять – по улицам, среди домов или среди деревьев в парках.

В единственной гостинице, где он жил, кормили настолько плохо, что обедать он отправился в уютное кафе. Оно располагалось в квартале от парка, но стоило того, чтобы потратить время и прийти туда. В субботу здесь было много народа, поэтому его подсадили за столик к пожилой паре. Для Анатолия это был нонсенс: есть за столом с незнакомыми людьми! Но никого, кроме него, это явно не задело. Очевидно, здесь это была нормальная практика.

- Приятного аппетита, – пожелал паре Толя.

- И вам, молодой человек, – сказала женщина.

- А вы не местный, – скорее утвердительно произнёс пожилой мужчина. – У вас не вышло скрыть недовольства, когда вам предложили занять свободное место за нашим столиком.

- Вы удивительно наблюдательны… – начал было Анатолий, но прикусил язык.

- Хотели сказать, для людей нашего возраста? – с усмешкой спросила женщина. – Не смущайтесь, мы действительно наблюдательны. В НАШЕМ возрасте ничего больше не остаётся, как наблюдать за сменой погоды, поведение людей, прислушиваться к чужим разговорам и перемывать косточки соседям. И мы этим НАШИМ возрастом наслаждаемся.

Её спутник рассмеялся, и Анатолий тоже улыбнулся. Эти люди ему понравились. Чувствовался и стрежень, и закалка, и сохранившееся чувство юмора.

- Вы надолго к нам? – после паузы, необходимой для заказа Анатолием обеда, спросил мужчина.

- Я здесь уже три недели, и завтра уезжаю.

- И как вам наш городок?

- Признаться честно, для меня он слишком маленький. И старый. Да я толком ничего и не успел посмотреть. Работа, знаете ли, отнимала всё время. Мечтаю прогуляться в чудесном парке, расположенном под окнами гостиницы.

- О, этот парк действительно чудесный! – обрадовалась женщина. – Но только помните, что до закрытия парка вам нужно его покинуть.

- Да, в противном случае мне придётся там заночевать, а на улице не месяц май, – ухмыльнулся Анатолий. – Даже через высоченный забор не перебраться.

Пара переглянулась и мужчина, откашлявшись, произнёс:

- Это непросто какой-то парк. Это древнее место. До революции там была расположена усадьба местного графа. Он был человеком хорошим, все свои силы бросал на благоустройство города. Почти все заведения принадлежали ему. Граф, как и его отец и дед, контролировал и получение образования молодыми людьми и девушками, трудоустраивал их, разрешал споры. Наш городишка процветал и был воистину чудесным местом.

- Пока не грянула революция, – со вздохом произнесла женщина.

- Ну, видимо, не всё так хорошо было, раз люд против графа восстал, – сказал Анатолий. В этот момент официантка принесла ему заказ и, кинув на него презрительный взгляд, заметила:

- Наши графа и пальцем бы не тронули! Приехали, такие вот, как вы, из большого города, и расстреляли всю семью, знать и некоторых простых рабочих да крестьян, заступившихся за благодетеля. С тех пор город наш завис в подвешенном состоянии и больше никогда не процветал.

И она, гордо вскинув голову, убежала. Анатолий смотрел ей вслед удивлённо. В который раз он почувствовал, что все здесь друг за друга горой. И это в их время! Словно они до сих пор живут диаспорой, созданной упомянутым графом.

- А в парке почему ночью бывать нельзя? – спросил он у пары.

- А он оживает, – спокойно сказал женщина. – Точнее, оживает граф и все, кто был убит.

Анатолий не удержался от лёгкого смешка, но пара не обратила на него внимания.

- Вы заметили, что утром над нашим городом всегда светит солнце? – спросил пожилой мужчина. – Оно бывает 365 дней в году. Потом может и небо затянуть, и дождь пойти, но утром, даже сквозь тучи, пробиваются лучи. Ходит легенда, что, если окажешься в парке ночью, нужно успеть покинуть территорию усадьбы до первых лучей солнца. Иначе останешься там навсегда.

- А разве усадьба не весь парк занимает?

- Нет, но большую её часть. Пойдёте гулять, увидите. Она огорожена совсем невысоким заборчиком. А теперь, позвольте откланяться. Мы тоже собирались прогуляться сегодня. Погода стоит дивная! Прощайте.

И пожилая пара, чинно раскланявшись, неспешно покинула кафе. Анатолий ел наивкуснейший, словно домашний обед и размышлял над фантазией горожан. Такие байки и легенды сочинять! Ему стало ещё любопытнее, поэтому не мешкая, он сразу после обеда отправился в парк.

Глава 2

С первого взгляда здесь не было ничего интересного. Парк как парк: деревья, полянки, скамейки. Дорожки были вымощены булыжником и, если верить табличке при входе, были облагорожены во время последнего графа. Удивительно, но и сейчас они выглядели качественнее всех тротуаров в городе и идти по таким аллеям было довольно приятно.

Почти сразу Толя заметил невысокую каменную оградку впереди. Подойдя ближе, он понял, что когда-то она была значительна выше. То, что осталось – результат разрушения. Перешагнув через остатки каменной кладки, Анатолий оказался на территории усадьбы. Ничем примечательным она не отличалась: те же деревья, дорожки и вполне современные скамейки. Мужчина немного прошёлся прямо, а затем свернул и увидел развалины усадьбы. Он удивился, что единственное интересное место в городе до сих пор не реконструировали.

На большом стенде была описана история поместья начиная с его основания в конце XVI века, заканчивая перечислением бесчисленного количества вариантов по восстановлению усадьбы. Если верить написанному, то начиная с 2000 года было подготовлено 7 проектов, найдено 12 подрядчиков и даже из столицы присылали специалистов, но каждый раз случалась что-то останавливающее стройку.

Так, Толя с интересом прочитал историю 2007 года. В тот год вся техника ломалась при подъезде к парку. Он читал и посмеивался, понимая, что местные чиновники «отмывают» деньги, подпитывая суеверие, про окутывающую это место мистику. Внутри проснулся бунтарский дух. Помня, как рабочие поддерживали свою «диаспору», Толе захотелось разоблачить местных мошенников. Он глянул на часы. Время приближалось к половине пятого.