Дарья Боровкова
Эгида: Новая надежда

Глава

Акт I: Иллюзия мира Глава 1.Новая рутинаВоздух в Секторе Синдзюку пах озоном от работающих генераторов, подгоревшей кашей из общей столовой и почему-то — цветущей сакурой. Этот тонкий, приторный аромат казался здесь неуместным, почти кощунственным на фоне общей стерильности выживания. Сато Маюми поморщилась, поправляя марлевую повязку. Рациональная часть её мозга бесстрастно фиксировала: «Обонятельная галлюцинация. Вероятная причина — стресс и дефицит витаминов группы B».Она стояла посреди импровизированной клиники, устроенной в бывшем конференц-зале небоскреба. Здесь не было места для сложных диагнозов. Переломы, обморожения, кишечные инфекции и, самое сложное, ПТСР — вот с чем она боролась каждый день. Она лечила не просто тела, она латала дыры в коллективной психике выживших. Маюми стала символом надежды, к ней относились с почти религиозным трепетом.Дверь с грохотом распахнулась, впуская порыв холодного воздуха и массивную фигуру Араки Рена. Глава службы безопасности. Он не вошел — он занял собой весь дверной проем.— Доктор Сато, — его голос был низким и хриплым, как гравий. — У нас нарушение периметра на восточном блоке. Двое гражданских пытались пронести зараженную воду. Я конфисковал.Он поставил на стол тяжелый ящик с пластиковыми бутылками.— Вы мешаете работе, — не оборачиваясь, бросила Маюми, продолжая заполнять карту пациента. Её тон был лишен всякой игривости. Это был сухой обмен фактами.Рен подошел ближе, его тень упала на её записи.— Я конфисковал. А вы должны решить, что с этим делать. Сжечь? Или у вас есть какой-то чудо-прибор, чтобы её очистить?В его словах не было издевки, только привычный скепсис воина к науке. Маюми наконец повернулась. Их взгляды встретились. В её глазах читалась усталость, в его — вечное ожидание угрозы.— У меня есть дистиллятор из старого кулера, — спокойно ответила она. — И знания химии из школьного курса. Этого достаточно.Рен хмыкнул. Это было самое близкое к смеху, что она от него слышала за последние месяцы.— Вы невыносимы.— Я эффективна, — парировала Маюми.Между ними установились странные, почти семейные отношения, лишенные романтики в привычном понимании. Это была теплота двух людей, которые понимают друг друга без слов и знают, что могут положиться на партнера в любой ситуации. Они жили в охраняемой квартире с видом на восстанавливающийся город, и их совместное молчание за ужином было комфортнее многих разговоров.

Глава 2. Тень прошлогоСигнал тревоги ударил по нервам резче любого физического звука. Не привычная учебная сирена, а пронзительный визг, означающий нарушение герметичности внешнего контура.Маюми оторвалась от центрифуги. На окраине города, в затопленном секторе метро, обнаружили «гнездо». Так называли места, где вирус мутировал в странную, но стабильную форму. Это была её первая вылазка за пределы безопасной зоны.Тяжелый защитный костюм сковывал движения, а фильтры противогаза с трудом пропускали воздух. Она спускалась в темноту по ржавой лестнице, свет фонаря выхватывал из мрака лишь куски покрытых плесенью стен. Вода внизу была черной и неподвижной, как нефть.То, что она увидела в лучах фонаря на платформе, напугало её больше, чем хаос первых дней паники. Это была не просто стая зараженных. Это была экосистема. Биомасса пульсировала на стенах, выпуская тонкие щупальца-капилляры к телам «шинигами», которые не нападали друг на друга, а словно питали этот единый организм. Они были не безумными животными. Они были узлами в сети.Вернувшись в Синдзюку и сняв костюм, Маюми еще долго стояла под обжигающим душем, пытаясь смыть не грязь, а ощущение чужеродного разума, который она почувствовала там, внизу.

Глава 3. Первые признакиНеделю спустя недомогание стало невозможно игнорировать. Слабость, приступы головокружения, металлический привкус во рту. Маюми списывала это на хроническую усталость и стресс, скрывая симптомы от Рена. Она не хотела волновать его и боялась вызвать подозрения у других врачей — для них она была бы не врачом, а бомбой замедленного действия.Ночью, запершись в ванной их квартиры, она провела тайный анализ своей крови с помощью портативного сканера. Результат заставил её похолодеть. Вирус «Мусэй» не исчез из её организма. Он оставил след — сложную цепочку изменений на клеточном уровне. Это был не патоген в классическом понимании. Это был симбиоз на самом глубоком, генетическом уровне.Она сидела на холодном полу ванной, прижав планшет к груди, и смотрела в одну точку. Её рациональный мир дал трещину.

Глава 4. РаскрытиеМаюми нашла Рена на импровизированном стрельбище за восточной стеной. Он проводил тренировку новобранцев: резкие команды, лязг затворов, запах пороха.Она дождалась, пока он отпустит группу, и вошла в пустую раздевалку следом за ним.— Рен.Он обернулся, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. В его взгляде мелькнуло удивление — он редко видел её здесь.— Что-то случилось?Маюми глубоко вздохнула. Она боялась этого разговора больше, чем вылазки в гнездо.— Да. Мне нужно тебе кое-что сказать.Она подошла ближе и протянула ему планшет с результатами анализа.— Вирус «Мусэй»... он во мне. На клеточном уровне. Это не болезнь, это... отпечаток.Рен взял планшет, его лицо окаменело, пока он читал сухие строки отчета.— Ты... ты знала? — его голос стал тихим и опасным.— Я только что узнала наверняка...— И ты молчала? Ты рисковала всем? Рисковала... собой?Он шагнул к ней, нависая грозовой тучей. В его глазах бушевала буря: гнев на неё за скрытность, страх за неё же, и холодная ярость бойца перед лицом невидимой угрозы.Но затем что-то изменилось. Его плечи опустились. Ярость уступила место ледяному спокойствию профессионала, который получил вводные и начал просчитывать варианты.— Насколько это опасно для... — он запнулся, не зная, как спросить о главном.Маюми посмотрела ему прямо в глаза и сказала то, что должно было прозвучать как приговор:— Я беременна.В раздевалке повисла абсолютная тишина. Реакция Рена была ключевым моментом всего их будущего. Сначала шок расширил его зрачки. Затем гнев исказил губы: «Ты рисковала?!». Но этот гнев тут же схлынул, оставив лишь ледяную решимость. Он подошел к ней вплотную и положил свои огромные руки ей на плечи.Его взгляд больше не был взглядом главы службы безопасности или солдата. В нем была безграничная нежность мужчины, который только что узнал о величайшем чуде в умирающем мире.— Я клянусь тебе, — тихо сказал он, и каждое слово было тверже камня. — Я защищу вас обоих любой ценой.