Андрей Букрин
Новое дыхание

Часть 1: Фасад и изнанка

Кирилл давно привык быть невидимкой. В свои девятнадцать он сливался с серой массой питерских прохожих: заношенная оверсайз-толстовка, вечно опущенная голова и бледное лицо, которое он списывал на питерскую погоду. Но погода была ни при чём. Полгода назад его жизнь разделилась на «до» и «после», когда в заключении пульмонолога появилось страшное слово — прогрессирующий фиброз легких. Кириллу требовалась дорогостоящая трансплантация, а пока его будни состояли из горсти таблеток по расписанию, тяжелого дыхания при малейшей нагрузке и работы ночным диспетчером в службе доставки. Он жил тихо, стараясь не занимать много места в этом мире.

Кристина занимала всё пространство, где бы ни появлялась. Дочь известного ресторатора, популярный бьюти-блогер с сотнями тысяч подписчиков, она жила в мире, где идеальным должно было быть всё: от утреннего матча-латте до цвета кожаных сидений её новенького мини-купера. Для неё люди делились на тех, кто успешен, и тех, кто просто обслуживает этот успех. На таких, как Кирилл, Кристина даже не проецировала свой взгляд — для неё они были частью городского пейзажа, вроде телефонных будок или дорожных знаков.

Их миры столкнулись глухой дождливой ночью в самом центре Петербурга, у черного входа элитного ночного клуба.

Кирилл сидел на скамейке в закрытом переулке, прячась под козырьком от проливного дождя. Ему нужно было отдышаться после того, как он доставил тяжелый заказ, а ингалятор остался в куртке. Кашель разрывал грудь, и парень просто сидел, закрыв глаза и пытаясь сделать хотя бы один ровный вдох.

В этот момент дверь клуба с грохотом распахнулась. На улицу буквально вылетела Кристина. Её идеальный макияж был размазан слезами, дорогое шелковое платье намокло за секунду, а за руку её грубо держал высокий, пьяный парень в брендовой одежде — её парень Макс, золотой мальчик и спонсор её последних проектов.

— Слышь, ты никуда не поедешь! — орал Макс, перекрикивая шум дождя. — Твоё шоу полностью держится на моих бабках, поняла?! Ты будешь делать то, что я скажу!

— Отпусти меня, Макс, мне больно! — Кристина отчаянно пыталась вырвать запястье, но парень был сильнее и явно не контролировал себя от ярости и алкоголя. Он толкнул её к стене, перекрывая выход из переулка. — Ты ничто без меня, дура!

Кирилл всё видел. Физически он был слабее этого амбала в три раза, а каждый резкий шаг грозил ему приступом удушья. Но смотреть, как ломают человека, он не мог.

Парень поднялся со скамейки, накинул капюшон и твердо шагнул под дождь, наперерез взбесившемуся мажору.

Часть 2: Тёмный переулок

— Эй! Отпусти её, — голос Кирилла прозвучал негромко, но в пустом сыром переулке раздался удивительно отчетливо.

Макс резко обернулся, не выпуская руку Кристины. Из-под капюшона дорогой куртки на Кирилла уставился мутный, налитый злобой взгляд. Макс окинул брезгливым взглядом промокшую оверсайз-толстовку Кирилла и его бледное лицо.

— Ты чё, бомж, жить надоело? — сплюнул под ноги мажор. — Шёл мимо — и вали мимо, пока я из тебя отбивную не сделал.

— Макс, перестань, поехали домой! — испуганно крикнула Кристина, заметив, что её парень окончательно потерял тормоза.

Но Макс уже не слушал. Он резко оттолкнул девушку на асфальт и сделал три быстрых шага к Кириллу, замахиваясь тяжелым кулаком. Кирилл понимал, что в драке один на один у него нет шансов — легкие уже горели от нехватки кислорода, а в груди зловеще свистело. Но отступать было поздно.

Когда кулак Макса полетел ему в лицо, Кирилл резко присел — реакция, оставшаяся от секции самбо в далеком детстве, до болезни. Макс от инерции проскочил вперед, потеряв равновесие на мокром асфальте. Кирилл, собрав последние силы, резко толкнул его в спину, направляя траекторию падения.

Макс с тяжелым грохотом влетел головой прямо в тяжелый железный мусорный контейнер и рухнул на грязную плитку. Он попытался подняться, грязно матерясь, но алкоголь и сильный удар сделали свое дело — парень обмяк и отключился, оставшись лежать в луже.

Кирилл устоял на ногах, но цена за этот рывок была огромной. Легкие словно залили жидким свинцом. Он согнулся пополам, упершись руками в колени, и зашелся в таком страшном, лающем кашле, что казалось, его сейчас вывернет наизнанку. На губах проступил солоноватый привкус крови. Он судорожно шарил по карманам в поисках ингалятора, но пальцы не слушались.

Кристина, сидевшая на асфальте, со страхом смотрела на лежащего Макса, а затем перевела взгляд на своего спасителя. Настоящий шок пронзил её, когда она увидела, как этот невзрачный парень буквально задыхается, синея на глазах. В его облике не было ничего от киношных супергероев — он выглядел смертельно больным и слабым, но он только что спас её.

Она подскочила к нему, забыв про промокшее дизайнерское платье и испорченные туфли.

— Эй... ты чего? Где лекарство? Что у тебя?! — в её голосе, обычно капризном и высокомерном, сейчас звучала неприкрытая паника.

Кирилл не мог вымолвить ни слова, лишь слабо указал на карман рюкзака, валявшегося на скамейке. Кристина подбежала, рванула молнию, вытряхнула содержимое прямо в лужу и схватила маленький пластиковый баллончик.

— Это? Как им пользоваться?! — она дрожащими пальцами поднесла ингалятор к его губам.

Кирилл сделал два судорожных впрыска. Спустя бесконечные тридцать секунд его дыхание со свистом, но выровнялось. Он тяжело опустился на мокрую скамейку, прикрыв глаза. Лицо было бледным как мел.

Кристина стояла перед ним под проливным дождем. Тушь потекла по щекам, идеальная укладка превратилась в мокрые пакли. Она впервые в жизни смотрела на человека из «нижнего мира» не как на пустое место, а с растерянностью и глубоким, щемящим чувством вины.

— Спасибо... — тихо сказала она, обхватив себя руками за плечи от холода. — Из-за меня тебя чуть не убили. Как тебя зовут?

Кирилл медленно открыл глаза, посмотрел на эту промокшую «королеву Инстаграма» без её привычного глянцевого фасада и хрипло ответил:

— Кирилл. Иди в клуб, погрейся. Скоро полиция приедет, твой ненаглядный очнется. А мне... мне пора на смену.

Он тяжело поднялся, закинул рюкзак на одно плечо и, слегка прихрамывая, пошел прочь из переулка, растворяясь в питерском дожде. Кристина так и осталась стоять на месте, сжимая в ладони его ингалятор, который он в спешке забыл.