Zoni
Смотритель маяка

Смотритель маяка

Меня зовут Сэм, мне тридцать шесть. Работаю смотрителем маяка уже около пятнадцати лет. Последние несколько месяцев здесь творится что-то неладное: постоянные шумы, голоса, иногда на земле остаются чьи-то следы. Самое жуткое - силуэт у подножия скалы. Я смотрел на него с маяка, он не двигался, а потом вдруг спрыгнул вниз. Высота приличная, течение сильное - выжить там почти невозможно.

Сначала я старался не замечать странностей, но позже понял: если не разобраться, просто тронусь умом. Всю жизнь не верил в паранормальное, призраков, а тем более в Бога - считал это мифами, которые созданы, чтобы пугать людей или давать им несбываемую надежду. Но теперь, из-за всего происходящего, начинаю сомневаться. Наверное, просто теряю рассудок.

Вдобавок дожди не прекращаются ни на день, и это давит на психику. Представьте: сидишь один на острове в маяке, слушаешь бесконечный стук капель и осознаёшь, что ты здесь не один. Жуть. А главное - с этим приходится жить. Долго я не продержусь. Нужны ответы, любые, лишь бы открыли глаза на происходящее.

В голову пришла мысль позвонить отцу - он тоже работал смотрителем, сорок пять лет, а потом неожиданно уволился. Мне пришла в голову идея позвонить ему, ведь так мне будет спокойней, а ещё я хотел расспросить его про то, как он работал на маяке и почему неожиданно уволился. К счастью, связь здесь ловила достаточно хорошо. Достав свой кнопочный раскладной телефон, который сейчас считается самым крутым, я принялся искать номер отца в записной книжке. Найдя номер и набрав его, отец ответил довольно быстро. Он начал спрашивать, зачем я ему позвонил, ведь обычно мы созваниваемся, когда у кого-то день рождения. Я сказал, что просто захотел с ним пообщаться и спросить насчёт того времени, когда он работал смотрителем маяка. Он рассмеялся и сказал, что я выбрал не лучшее для этого время, ведь сейчас час ночи. Но отец всё же согласился поговорить, несмотря на поздний час.

Я решил не спрашивать у него сразу напрямую про какие-то мистические вещи, которые происходят у меня, и про вещи, которые могли происходить в его время - начал издалека. Спрашивал про жизнь, как выглядел маяк, был ли он там один или с напарником, и так далее на протяжении около двадцати минут. Денег с телефона, конечно, ушло немыслимое количество, но я не сильно горевал по этому поводу. Отец сказал, что у него всё хорошо, и, в общем, когда он работал, почти всегда всё было хорошо, а маяк выглядел так же, как и сейчас, ведь мы с ним работаем на одном и том же маяке - можно сказать, сохраняем наследие нашей семьи. Ещё он сказал, что у него был напарник, но, к сожалению, он погиб. Отец сказал, что не хочет рассказывать, как он умер. Я его понимал, но решил спросить, что значит то, что почти всегда всё было хорошо. Отец же сказал не забивать этим голову, ведь там всё сложно и до конца до сих пор не понятно, да и тем более, скорее всего, я ему всё равно не поверю. Мне пришлось уговаривать его рассказать, что он от меня скрывает. Не сдержавшись, я начал ему сам рассказывать, почему я ему позвонил. Выслушав меня, он сказал, что боялся этого больше всего, а также добавил, что ему придётся мне всё рассказать, хотя, скорее всего, мы больше друг друга никогда не услышим. Мне стало не по себе от его слов, и я начал спрашивать, почему мы друг друга больше не услышим, ведь ничего ещё не произошло, а то, что я рассказал, скорее всего, просто мои галлюцинации и бредни от одиночества. Отец сказал, что, к сожалению, не бредни, и принялся рассказывать.

Началось всё с того момента, когда он сам работал на маяке. У него был напарник Гэбин - хороший парень, да только очень странный. Один раз он видел, как Гэбин просто стоит посреди ночи на улице и бьёт мёртвую птицу палкой в такт, ритмично. Когда он это увидел, то решил не интересоваться у него, что это было, - слишком уж тот его напрягал. За ним было замечено много всего странного, но это не суть важно. Важно то, как он умер. А умер он так: он проснулся посреди ночи и увидел, что Гэбина нету в кровати - у них были две кровати друг напротив друга, - и он решил выглянуть в окно, вдруг он сможет разглядеть его на улице. И это было самое страшное в его жизни: он его увидел. Тот стоял у края скалы и просто смотрел на него не отводя взгляда, а потом спрыгнул вниз. В тот момент он чуть на месте не обделался и, решив не играть с судьбой, ведь у него ещё жена и сын есть, он решил уволиться на следующий же день от греха подальше. Видимо, не зря.