Шон Ваймс
Капитан Острова Нимф

Глава 1: Выброшенный штормом

Океан умел убивать сотнями способов, но сегодня он решил проявить милосердие.

Капитан торгового судна «Альбатрос» Кристиан Росс пришел в себя оттого, что соленая вода заливала ему рот. Он закашлялся, выплюнул горькую влагу и перевернулся на живот, зарываясь пальцами в крупный золотистый песок. Все тело ломило так, будто по нему прошлась стая взбесивших орков. В ушах все еще стоял страшный треск ломающихся мачт «Альбатроса», попавшего в аномальный шторм, и крики команды. Кристиан помнил лишь гигантскую черную волну, которая слизнула его с капитанского мостика, а дальше — темнота.

Он был жив. Один.

Кристиан с трудом поднялся на локти, щурясь от ослепительного солнца. На нем оставались лишь изодранные в клочья кожаные брюки и чудом уцелевший ремень. Смыв с лица соль, он огляделся.

Это был не обычный дикий архипелаг. Песок здесь отливал легким сиреневым глянцем, а подступающие прямо к воде джунгли сияли изумрудом, какого Кристиан не видел ни в одной гавани мира. Воздух казался слишком сладким, густым, пропитанным ароматом незнакомых цветов и едва уловимой матовой магией, от которой по коже пробегали покалывающие искорки.

Вдруг шорох листвы заставил его замереть.

Из тени раскидистых пальм на залитый солнцем пляж вышли три девушки. Кристиан затаил дыхание, решив, что у него начались предсмертные галлюцинации.

Они были неописуемо прекрасны, высоки и... абсолютно обнажены. Золотистая, гладкая кожа, идеальные изгибы бедер, высокая упругая грудь, вздымающаяся от удивления, и длинные волосы — у одной цвета спелой пшеницы, у другой — черные, как крыло ворона, у третьей — огненно-рыжие. На них не было ни клочка ткани, ни нитки бус. Они стояли, совершенно не смущаясь своей наготы, естественные и величественные, как сами силы природы. Для них это отсутствие одежды явно было абсолютной, первозданной нормой.

В руках у черноволосой был изящный лук, но тетива не была натянута. Девушки смотрели на Кристиана с искренним, детским любопытством, в котором не было страха — только удивление.

— Смотрите, у него нет хвоста, как у тритонов, — певучим, звенящим голосом произнесла рыжая, делая шаг вперед. Ее взгляд скользнул по широким плечам Кристиана, по мокрым волосам на его груди и опустился ниже, к завязкам порванных брюк.

— И он не похож на морского черта, — добавила блондинка, склонив голову набок. — Это... мужчина? Настоящий сухопутный мужчина?

Кристиан попытался встать, чтобы поприветствовать местных хозяек как подобает капитану, но ноги подкосились. Он позорно рухнул обратно на песок. Рыжая нимфа тут же оказалась рядом. Кристиан почувствовал, как его плеча коснулись прохладные, невероятно нежные ладони, пахнущие жасмином и диким медом. От этого мимолетного прикосновения к его обнаженной коже по телу Кристиана мгновенно разлилась волна обжигающего, первобытного жара.

— Тихо, пришелец, — прошептала рыжая, заглядывая ему прямо в глаза. — Остров принял тебя, но твое тело еще слабо. Магия Элизиума залечит твои раны... если ты позволишь нам помочь.

Глава 2: Избранник острова

Рыжеволосая нимфа закрыла глаза и прижала ладонь к груди Кристиана, прямо над сердцем.

В ту же секунду воздух вокруг них сгустился. Лазурные волны, только что лениво лизавшие берег, вздыбились трехметровой стеной. Из джунглей донесся яростный, оглушительный рев: деревья заходили ходуном, а из-под земли вырвались толстые шипастые лозы, стремительно поползшие к пляжу. Остров почуял чужака. Магическая экосистема Элизиума, веками сжигавшая любого пришельца дотла, приготовилась уничтожить незваного гостя.

— Лира, назад! Остров отвергает его! — крикнула черноволосая, вскидывая лук.

Но Лира не шелохнулась. Она продолжала держать руку на груди капитана, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Кристиан замер, завороженный близостью ее идеального, абсолютно обнаженного тела. Ее высокая грудь касалась его плеча, а от близости ее кожи кружилась голова.

Вдруг лунный камень на старинном перстне Кристиана — фамильная реликвия, которую он всегда считал просто безделушкой — вспыхнул ослепительным изумрудным светом.

Этот свет эхом отозвался в глазах Лиры. Пульс мужчины и пульс самого острова слились в один ритм. Лозы, со свистом летевшие к горлу Кристиана, замерли в дюйме от его кожи. Они медленно затрепетали, сбросили шипы и покрылись крупными, распускающимися на глазах алыми цветами. Волна у берега с тихим шелестом опала, превратившись в ласковую пену. Джунгли затихли, удовлетворенно зашумев листвой.

Девушки ахнули. Черноволосая медленно опустила лук, ее глаза округлились от шока.

— Это... невозможно, — прошептала блондинка, делая шаг назад и испуганно прикрывая рот ладонью. — Живая кровь древних королей? Остров не просто принял его. Остров признал его своим господином.

Лира открыла глаза. В их глубине больше не было настороженности — только благоговение и вспыхнувшая, ничем не скрываемая страсть. Она медленно провела ладонью по крепкому предплечью Кристиана, и там, где касались ее пальцы, кожа мужчины покрывалась легким золотистым сиянием, заживляя синяки и царапины.

— Ты пришел домой, капитан, — выдохнула Лира. Ее губы оказались в полусантиметре от его уха, обжигая горячим дыханием. — Остров ждал тебя тысячи лет. И мы... тоже ждали.

Глава 3: Храм Очищения

Золотистое свечение Лиры лишь ненадолго приглушило боль. Стоило Кристиану попытаться сделать глубокий вдох, как в груди отозвалось резкой, ломающей вспышкой. Он глухо застонал, оседая на песок. Остров принял его дух, но человеческое тело все еще было истощено штормом и избито обломками корабля.

— Ему нужно к Источнику Истока, — твердо сказала Лира, оборачиваясь к подругам. — Силы покидают его.

Черноволосая, которую звали Таис, и светловолосая Мира без лишних слов подошли ближе. Кристиан едва мог соображать, но его обострившиеся до предела чувства жадно ловили каждое мгновение. Девушки подхватили его под руки. Ощущение их гладкой, теплой и совершенно обнаженной кожи, прижимающейся к его израненному телу, пьянило сильнее самого крепкого пиратского рома. Их высокая грудь касалась его плеч, а в такт их шагам Кристиан чувствовал соблазнительные изгибы их бедер. Они не ведали стыда, двигаясь с грацией диких кошек.

Они вели его вглубь острова по тропе, которая сама расступалась перед ними. Живые папоротники ласково гладили лодыжки капитана, делясь остатками магии.

Вскоре джунгли расступились, открывая вид на величественное сооружение. Это был Храм Очищения — древнее святилище из белого мрамора, обвитое цветущими лианами. Крыши у храма не было, и сквозь огромные колонны внутрь лился мягкий, рассеянный солнечный свет. В самом центре храма находился огромный бассейн, вырубленный прямо в скале. Вода в нем бурлила, светясь изнутри нежным лазурным сиянием, а над поверхностью поднимался густой, ароматный пар.

— Сними это, — тихо сказала Лира, касаясь пальцами кожаного ремня на поясе Кристиана. — В Источник нельзя входить в вещах мертвого мира. Остров должен принять тебя полностью.

Слабые пальцы Кристиана не слушались. Тогда Лира сама потянула за пряжку. Ее прохладные ладони скользнули по его животу, заставив мышцы капитана судорожно сжаться от сладкого предвкушения. Поддавшись ее уверенным движениям, Кристиан позволил девушкам полностью освободить его от остатков одежды.

Теперь он стоял перед ними такой же, какими были они — первозданный, нагой и беззащитный. Взгляды трех нимф мгновенно изменились. Они с откровенным, жарким восхищением рассматривали его широкую грудь, покрытую шрамами от прошлых сражений, сильные руки и поджарый живот. Лира сглотнула, и в ее потемневших глазах промелькнул опасный, голодный блеск.

— Идем, — прошептала она, беря его за руку и увлекая за собой по мраморным ступеням прямо в теплую, светящуюся воду.

Глава 4: Касание нимфы

Вода Источника приятно обволакивала тело, но истинное исцеление требовало куда более могущественной магии.

Из глубины Храма, ступая по влажному мрамору, вышла женщина. Ее появление заставило Лиру, Таис и Миру благоговейно склонить головы. Это была Селена — Верховная Старейшина острова. Ей исполнилось сто пятьдесят лет, но магия Элизиума сохранила ее тело безупречным. На вид Селене нельзя было дать больше тридцати трех: зрелая, царственная красота, тяжелые бедра, высокая грудь и мудрый, пронзительный взгляд изумрудных глаз. Она была абсолютно обнажена, как и все здесь, но ее нагота казалась величественной броней.

Селена подошла к краю бассейна, вглядываясь в лицо Кристиана. Она возложила ладони на его мокрые плечи. Из ее пальцев вырвались зеленые искры. Капитан почувствовал, как боль в сломанных ребрах тупеет, а дыхание становится чище. Но через мгновение Старейшина устало вздохнула и убрала руки. Искры погасли.

— Моя магия может затянуть раны на коже и срастить кости, Кристиан, — глубокий, грудной голос Селены эхом разнесся под куполом храма. — Но шторм задел твое сердце. В тебе угасает сама искра жизни. Мои чары тут бессильны. Остров требует высшей магии. Магии чистой страсти и зарождающейся любви. Только родственная душа способна вернуть тебя с того света.

Селена перевела взгляд на Лиру. Молодая нимфа преданно смотрела на капитана, и в ее глазах блестели слезы тревоги.

— Лира, твоя магия чиста и горяча, — мягко произнесла Старейшина. — Твое тело и твои чувства — его единственное спасение. Исцели его. Каждым прикосновением, каждым вздохом, всей своей нежностью.

С этого дня жизнь Кристиана превратилась в чувственный, пьянящий сон.

Каждое утро, едва первые лучи солнца пробивались сквозь кроны деревьев, Лира приходила к его ложу в уединенной храмовой обители. Она была обнажена, свободная от условностей человеческого мира, и Кристиан не мог оторвать взгляда от ее безупречных линий.

Лира опускалась на колени рядом с ним. Ее исцеление начиналось с рук. Она мягко проводила ладонями по его широкой груди, плечам и крепкому животу. Там, где скользили ее нежные пальцы, Кристиан чувствовал нестерпимый, сладостный жар. Магия нимфы проникала глубоко под кожу, заставляя кровь бежать быстрее.

— Тебе еще больно? — тихо шептала она, склоняясь ниже. Ее упругая грудь ласково касалась его ребер, а аромат жасмина кружил голову.

— С каждым твоим вдохом мне становится лучше, — хрипло отвечал Кристиан, накрывая ее ладонь своей.

Лира улыбалась, и ее прикосновения становились смелее, интимнее. Она использовала все свое тело, чтобы прогнать остатки слабости из его мышц. Она прижималась к нему, делясь теплом своей золотистой кожи, дарила долгие, глубокие поцелуи, которые возвращали ему силы. Кристиан чувствовал, как с каждым днем в нем закипает первобытная мужская сила, а его влечение к юной нимфе перерастает в нечто огромное, способное перевернуть весь его мир.

Глава 5: Закон Элизиума

Две недели пролетели как одно мгновение, сотканное из аромата жасмина, нежного шепота Лиры и обжигающего жара ее тела. С каждым днем прикосновения юной нимфы становились все более страстными, а магия любви, струившаяся сквозь ее пальцы, буквально переплавила тело Кристиана. Шрамы от кораблекрушения исчезли, мышцы налились прежней, капитанской силой, а в глазах зажегся уверенный огонь.

В то утро Кристиан впервые поднялся на ноги сам, чувствуя себя абсолютно здоровым. Лира, стоявшая рядом, счастливо улыбнулась и нежно провела ладонью по его крепкому бедру, празднуя победу своей любви.

Капитан уверенно зашагал к выходу из Храма Очищения. На пороге, залитом ярким тропическим солнцем, его уже ждала Селена. Верховная Старейшина стояла, скрестив руки под высокой, пышной грудью. Солнечные лучи золотили ее зрелое, совершенное тело, которому время было не властно нанести урон.

Кристиан остановился в паре шагов от нее. Он инстинктивно огляделся в поисках хоть какого-то куска ткани, чтобы прикрыться, ведь нагота перед чужой женщиной все еще вызывала у сухопутного человека легкое смущение. Селена заметила его жест и понимающе, но властно улыбнулась.

— Приветствую тебя в добром здравии, капитан Кристиан, — ее глубокий грудной голос заставил листву на деревьях согласно зашелестеть. — Я вижу, магия Лиры сотворила чудо. Но оставь свои поиски. На этом острове ты больше не наденешь одежду.

Кристиан удивленно вскинул брови.

— Старейшина, при всем уважении к вашим традициям, я привык носить мундир. Быть полностью обнаженным среди... стольких прекрасных дам — испытание для моей выдержки.

Селена сделала шаг вперед. Магия, исходившая от нее, мягкой волной окутала Кристиана, усмиряя его внутреннее беспокойство.

— Элизиум — святое место, Кристиан, — тихо, но твердо произнесла она, обводя рукой бескрайние изумрудные джунгли и сияющий океан. — Одежда — это оковы твоего мертвого мира. Скрывая свое тело, люди скрывают свои истинные помыслы, страхи и ложь. Здесь же царит абсолютное единение с природой. Остров — живой организм, и он должен чувствовать твою кожу, твое дыхание, твой пот и твою страсть. Быть нагим здесь — значит быть чистым перед лицом богов и магии.

Селена повернулась спиной к храму и поманила его за собой к обрыву, откуда открывался вид на цветущую долину. Сотни прекрасных, абсолютно обнаженных девушек собирали фрукты, купались в водопадах и смеялись, не зная стыда и забот.

— Наш остров скрыт от глаз смертных древней пеленой, — продолжила Селена, пока Кристиан завороженно созерцал этот первозданный рай. — Здесь живут только нимфы. Остров питает нас, дарует вечную молодость и красоту, но взамен требует защиты. Мужчины не могут найти сюда дорогу — магия Элизиума сжигает их корабли еще на подступах. Но ты... Остров сам призвал тебя, усмирив ради этого ярость шторма. Твой родовой перстень несет в себе кровь Древних Королей, которые когда-то сотворили это место. Ты — наш первый мужчина за последнюю тысячу лет, Кристиан. И ты здесь для того, чтобы стать сердцем этого острова.