Ани Норп
РУЛЕТКА НА ТРОИХ

Глава 1

Тот, кого не должно было быть

Иногда судьба звонит в самый неподходящий момент. И если ты не берёшь трубку — ты рискуешь пропустить всю свою жизнь.

Тётя Зина называла этот дом «тихой гаванью». На самом деле это был небольшой домик с покосившимся крыльцом и запахом мяты, который проникал даже сквозь закрытые окна. Сюда Ева приехала, чтобы залечить раны, которых никто не видел, но которые жгли изнутри хуже любого ожога.

Она сидела на продавленном диване, поджав под себя длинные ноги, и смотрела на закат за окном. Густые каштановые волосы рассыпались по плечам, на светлой коже отчётливо проступали веснушки — единственное, что она в себе любила, потому что они напоминали о детстве, когда всё было просто. Тогда она ещё не знала, что такое быть «неприметной». Тогда подруги не шептали за спиной: «Ну, Ева, ты же добрая, это главное». А она знала: доброта — это утешительный приз для тех, кто не родился красавицей.

Ева подошла к старому трюмо. Критичный взгляд скользнул по отражению: брови дугой — ещё ничего, открытая улыбка — когда она улыбалась, её лицо преображалось, но чаще всего она просто молчала. Тонкая талия и длинные ноги казались ей недостатком — слишком худые, слишком угловатые. Особенно на фоне подруг-фотомоделей, которые вечно смеялись над её скромными нарядами. Ева вздохнула и отвернулась.

Зачем я здесь? — пронеслось в голове. Ответ был банален: забыться. Вернуться к себе прежней. Той девочке, которая верила, что любовь не смотрит на обложки глянца. Которая ещё не знала, что красивые мужчины выбирают красивых женщин, а такие, как она, остаются у разбитого корыта с книжками в руках.

Телефон на тумбочке резко завибрировал. Ева вздрогнула. На экране высветился незнакомый номер — международный код, начинающийся с +66. Тайланд? Кто мог звонить оттуда? Она хотела сбросить, но палец замер — вдруг ошиблись, вдруг кому-то нужна помощь? Это было в её характере: сначала переживать за других, потом — за себя.

Она нажала «ответить», и из динамика раздался чужой, мужской голос. Нет, не чужой — он был до странного знакомым, хотя она слышала его впервые. Низкий, с хрипотцой, словно его обладатель только что проснулся или, наоборот, давно не спал.

— Алло, я вас слушаю… — произнесла Ева настороженно.

В трубке на секунду повисла тишина, а затем голос ответил, чуть запинаясь:

— Д-да, я… Я звоню вам, чтобы загадать загадку.

Ева нахмурилась. Что за чушь? Она уже хотела положить трубку, как вдруг в динамике раздались приглушённые смешки — словно где-то рядом хохотала целая компания. И в этот момент голос сменился: стал умоляющим, почти детским, с фальшивой дрожью:

— Если ты положишь трубку — меня убьют. Я в заложниках. Набрал случайный номер, чтобы не заподозрили… Ой, не бейте меня, отдайте телефон!

Её сердце пропустило удар. Кровь прилила к щекам. Она не знала откуда этот звонок, но инстинкт спасателя в ней включился мгновенно. Она выпрямилась, сжала телефон обеими руками и заговорила быстро-быстро, сбиваясь:

— Не паникуйте! Скажите, где вы находитесь? Я вызову полицию, я что-нибудь придумаю, только не бросайте трубку!

А на другом конце света, за три тысячи километров от неё, в шумной компании на тайском курорте, уже никто не мог сдерживать смех. Семён, взобравшийся на стол, разливал виски мимо бокалов и хохотал… как ненормальный. Девушки визжали, держась за животы. Глеб стоял посреди этого бедлама с телефоном у уха и чувствовал, как в груди разрастается липкое чувство стыда.

Он был душой этой компании. Всегда. Смуглый брюнет с короткими тёмными вьющимися волосами и большими карими глазами, обрамлёнными пушистыми ресницами — такими, что девушки завидовали. Его фигура пловца — широкие плечи, рельефный пресс, рост выше 180 см — казалось, что его вылепил скульптор. Его уважали и любили от мала до велика: старики на пляже просили совета, дети тянули за руки, а ровесники мечтали быть с ним в одной команде. Он умел рассмешить любого, умел быть своим везде. Но внутри него жила пустота — призрак первой любви, которая растворилась в прошлом, но постоянно возвращалась в снах, в запахах, в случайных мелодиях. Он так и не смог её забыть. И теперь, стоя под тайским небом с трубкой, в которой звучал испуганный женский голос, он вдруг понял: эта незнакомка говорит не так, как все. В ней нет фальши. Она действительно готова мчаться на помощь, даже не зная, кто ей звонит.

Ева на том конце продолжала что-то говорить, но Глеб уже не слышал слов. Он видел только экран смартфона, на котором горела секунда разговора. И в какой-то миг он выпрямился, прикрыл динамик ладонью, повернулся к компании и беззвучно расхохотался вместе со всеми — но глаза его не смеялись. Затем он поднёс трубку к губам и прошипел в неё тем самым низким, сексуальным шёпотом, от которого у девушек в его окружении всегда подкашивались колени:

— Дождись меня. Я завтра позвоню и назову локацию.

Короткие гудки. Ева застыла с телефоном в руках, глядя на вызов, который прервался так же внезапно, как и начался. Она набрала этот номер снова — но он был недоступен. Дрожащими пальцами она сохранила его в контакты, назвав коротко: «Он».

Всю ночь она не сомкнула глаз. Ей казалось, что за окном ветер шепчет о беде, а в голове снова и снова прокручивается тот голос — умоляющий, потом вдруг твёрдый, потом этот шёпот, от которого по телу пробежал ток. Она не знала, кто он, сколько ему лет, зачем он позвонил. Но она знала одно: человек, который так искренне просил о помощи, не мог быть мошенником. А значит, он нуждался в ней. И она дождётся.

Тайланд встретил Глеба ослепительным рассветом. Он вышел на террасу виллы, где вчерашний бардак напоминал о дикой вечеринке: пустые бутылки, разбросанные подушки, спящие тела друзей. Голова раскалывалась, но боль была не от алкоголя — от странной тяжести в груди. Он спустился к морю и, не раздумывая, нырнул в прохладную солёную волну. Почему он не может выкинуть вчерашний звонок из головы?

Глеб вынырнул, отфыркиваясь. На берегу уже суетились местные рыбаки, а он стоял по пояс в воде и смотрел на горизонт. Его первая любовь — она была яркой, как этот закат, но ушла, оставив только шрам. С тех пор он избегал серьёзных отношений, предпочитая лёгкие интрижки. Но этот голос… В нём было что-то настоящее. И ему захотелось продолжить общение… Но как?

Он вышел на берег, вытер лицо полотенцем, достал телефон. Контакт «Рулетка» горел в списке последних вызовов. Палец завис над кнопкой. Надо позвонить, извиниться, сказать, что это была шутка. Но он не смог. Он убрал телефон в карман и прошептал в пустоту:

— Ещё не время.

А в станице, за тысячи километров, Ева так и сидела на диване, прижимая к груди подушку. Солнце уже взошло, но ей было не до сна. Она взяла телефон, открыла контакт «Он», написала одно сообщение: «Я жду». И нажала «отправить». Но тут же удалила… А в друг телефон у него забрали и теперь ждут звонка те, от кого он бежит…

Телефон Глеба на секунду моргнул… Он не успел прочитать сообщение, но увидел от кого оно было…

Он улыбнулся…