Шон Ваймс
Пленник острова нимф

Остров вечного лета

Белый песок обжигал ступни, но морским девам это не мешало. На затерянном в океане острове никогда не было холодов. Нимфы жили здесь в абсолютной гармонии с природой, не зная одежды, стыда и забот. Их кожа светилась золотом под лучами солнца, а волосы цвета морской волны укрывали плечи вместо плащей.

Утро началось как обычно. Две сестры, Элара и Лилея, собирали спелые манго у самой кромки воды. Вдруг океан выбросил на берег нечто странное. Это был огромный кусок темного дерева, к которому привязался человек.

Нимфы испуганно замерли. Они никогда не видели людей близко.

Элара осторожно подошла ближе. Чужак был полон контрастов. Тяжелые кожаные сапоги, промокший насквозь камзол, разодранный в щепки, и черная повязка на левом глазу. Вокруг него пахло штормом, порохом и соленой бездной. Пират тяжело дышал, его корабль явно разнесло в щепки на дальних рифах.

— Он живой? — прошептала Лилея, прячась за спину сестры.

Капитан Итан открыл уцелевший глаз и зажмурился от яркого света. Ему показалось, что он погиб и попал в рай. Перед ним стояли невероятной красоты обнаженные девушки с любопытными и чистыми глазами. На их телах не было ни единой нити, только капли морской воды сверкали как бриллианты.

— Эй, русалки... — прохрипел пират, пытаясь подняться, но силы тут же оставили его, и он снова упал на песок.

Элара повернулась к сестре:

— Принеси целебный сок. Океан отдал его нам, значит, теперь мы за него в ответе.

Воля богов

Появление мужчины нарушило покой Острова вечного лета. Вокруг беспамятного пирата быстро собралась вся община. Десятки нимф с тревогой и брезгливостью разглядывали Итана. Из-за грубой одежды, запаха табака и шрамов он казался им грязным чудовищем из внешнего мира.

— Наш дом осквернен, — гневно заявила Лилея. — Море принесло чуму. Его нужно бросить обратно в бездну, пока он не разрушил нашу чистоту!

— Да! Сбросить со скалы! Океан заберет то, что недоел шторм, — подхватили другие нимфы. Они начали смыкать кольцо, готовые утащить тяжелое тело пирата к утесам.

— Стойте.

Голос старейшины Клеоны, тихий и глубокий, заставил толпу мгновенно замолчать. Старая нимфа подошла к Итану. В отличие от юных дев, ее волосы были серебряными, а кожа — бледной, как лунный камень. Она наклонилась, коснулась ладонью груди пирата и закрыла глаза. На мгновение от ее пальцев пробежала слабая фиолетовая искра.

Клеона медленно поднялась. В ее глазах читалось удивление.

— Вы видите в нем лишь грязь и опасность, — произнесла старейшина. — Но в его жилах течет не просто человеческая кровь. На его душе лежит печать Древних Сердец. Океан выбросил его сюда не случайно. Мы оставим его.

Среди нимф пронесся испуганный ропот, но перечить воле Клеоны никто не посмел.

— Отнесите его в Храм Прилива, — скомандовала старейшина Эларе и Лилее. — Свяжите ему руки морской лозой. Когда он очнется, мы должны узнать, зачем боги привели его к нам.

Девушки неохотно подчинились. Итана, все еще находившегося в глубоком забытьи, перенесли сквозь густые заросли джунглей к подножию базальтовой горы. Там находился Храм — древнее святилище без стен, крышей которому служили переплетенные кроны священных деревьев. В центре храма журчал источник с бирюзовой водой.

Пирата уложили на каменное ложе и опутали его запястья прочными стеблями светящейся лозы, которая лишала человека физической силы. Нимфы сели вокруг, ожидая, когда чужак откроет глаза.

Хранительница чужака

Когда старейшина Клеона покинула Храм Прилива, у входа остался караул. Юные нимфы сменяли друг друга, но никто не хотел подходить к пирату близко. Девушки шептались, строили брезгливые гримасы и бросали на скованного мужчину полные страха взгляды. Для них он оставался диким, грязным зверем.

Лишь одна из них не разделяла общего ужаса. Элара, которая первой нашла пирата на берегу, не могла отвести от него глаз. Ее манило то, насколько он отличался от всего, что она знала. Каждая деталь — от шрамов на обветренной коже до тяжелых порванных сапог — казалась ей загадкой.

— Клеона ищет того, кто станет личной хранительницей чужака, — объявила Лилея, заглянув в храм. — Нужно стеречь его, кормить и следить, чтобы магия лозы не ослабла. Есть добровольцы?

Нимфы тут же сделали шаг назад, испуганно переглядываясь.

— Я буду присматривать за ним, — громко и уверенно произнесла Элара, выходя вперед.

Лилея нахмурилась и скрестила руки на голой груди:

— Ты с ума сошла, сестра? Он же чудовище. Изголодавшийся хищник. Ты видела его зубы? Он перекусит тебе горло, стоит Клеоне отвернуться.

— Старейшина сказала, что в нем есть искра Древних Сердец, — спокойно ответила Элара. — Океан выбрал его, а я выберу его безопасность. Идите. Я останусь одна.

Когда остальные нимфы с облегчением скрылись в джунглях, в храме воцарилась тишина, нарушаемая лишь журчанием бирюзового источника. Элара медленно подошла к каменному ложу. Под ее легкими шагами не шуршал песок. Она опустилась на колени рядом с пиратом и протянула тонкую ладонь. Ей безумно хотелось коснуться его жестких темных волос, так непохожих на ее собственные, мягкие и струящиеся, словно морская пена.

В этот момент Итан резко вздохнул. Его веки дрогнули, и уцелевший глаз открылся. Он сфокусировался прямо на лице Элары, которая сидела так близко, что он мог чувствовать тепло ее обнаженного тела.

Взгляд в бездну

Итан попытался резко вскочить, но тело отозвалось жгучей болью. Светящаяся морская лоза мгновенно натянулась, впиваясь в запястья и вытягивая остатки сил. Пират, гроза семи морей и капитан грозного фрегата, беспомощно повалился обратно на каменное ложе.

В его уцелевшем глазу застыл первобытный, дикий страх. Мужчина тяжело, прерывисто дышал, глядя на склонившуюся над ним девушку. Вокруг не было привычного шума кабаков, криков матросов или скрипа палубы. Только звенящая тишина чужого храма и обнаженная лесная дева, замершая в полушаге. Пират почувствовал себя загнанным в угол зверем, попавшим в калкан к ведьмам.

— Назад… — хрипло вытолкнул он из пересохшего горла. — Не подходи, чертовка. Кто ты? Где моя команда?

Элара не шелохнулась и не испугалась его грубого тона. Она лишь тихо, успокаивающе напевала мотив, понятный только жителям этого острова.

Итан замолчал. Внутри него, под коркой пиратского цинизма и шрамов, что-то дрогнуло. Разум кричал, что нужно искать нож, рвать путы и бежать от этих странных баб. Но на каком-то глубинном, духовном уровне он вдруг ощутил абсолютный покой. Словно эта обнаженная незнакомка с волосами цвета морской волны не могла причинить ему вреда. Это было странное, пугающее доверие к совершенно чужому существу — будто их души знали друг друга задолго до этого шторма.

— Твой корабль забрал океан, — тихо сказала Элара, протягивая к его губам половинку кокоса, наполненную чистой водой из источника. — Твои люди… море не вернуло их. Ты один. Пей. Здесь ты в безопасности, пока я рядом.